Радость мыслить

Почему нам тяжело дается мышление, задавание себе вопросов и извлечение опыта? Почему нам так болезненно встречаться самими с собой?

Судя по тому, насколько нам (а я предполагаю, что это так) это свойственно, то можно говорить об инстинкте уклонения встречи с собой. Наряду с инстинктом самосохранения действует и такой инстинкт. Более того, основываясь на том, что неизбежно всплывает тема смерти, то напрашивается мысль, что это есть один и тот же инстинкт самосохранения, принимающий разные формы. И если привычная форма этого инстинкта заложена биологически, то, допускаю, что его форма, обнаруживающаяся при вопрошании, при мышлении, при самоанализе, имеет социальное происхождение. Получается такой социальный инстинкт самосохранения.
Из этого следует, что встреча с собой представляет смертельную опасность. Но для чего или для кого?
Человек есть божественная искра, упавшая в грязь и потерявшая память о своей природе (Оскар Бренифье). Но ведь мы себя как-то осознаем, и если не осознаем как эту искру (а это именно так для очень и очень многих), остается лишь единственный вариант - весь фокус нашего самосознания находится в этой грязи. Мы бытийствуем, то есть осуществляем бытие, не замечая всей неправомочности, призрачности этого бытия, потому что это бытие грязи, или тени, как писала Симона Вэйль. Можно для большей эстетики обозначить эту самосознающую грязь малым "я", в отличии от истинного "Я", от искры.
Малое я боится встречи с истинным Я, потому что в свете его оно исчезнет, ибо такова судьба тени. Поэтому все, что только намекает нам (малым нам) на разворот нашего сознания в сторону истинного Я вызывает у нас панику, возмущение, беспокойство и прочие похожие проявления.
Вопрошание понуждает нас помыслить о самих себе. Но как же это можно сделать, если только не выйдя из самого себя, если не подняться над собой. Но куда? А только в сторону истинного Я. Без того, что хоть ничтожно не перенести фокус сознания на истинное Я, невозможно посмыслить о малом я.
И процесс мышления есть один из способов тренировки переноса фокуса сознания из малого я в истинное Я. Очевидно есть и другие. Тотальный же перенос является целью дзен, и прочих духовных практик, и мечтой Симоны Вэйль. Эту цель себе можно ставить, а можно и не ставить. Но искра хочет самосознаваться. Почему так - не знаю, но это так, и это сильнее упомянутого инстинкта самосохранения. Хоть это и не очень очевидно, но в человеке, похоже, есть склонность к осуществлению человеческого, к тому чтобы быть Человеком.
Вот борьба этих двух сил: инстинкта и склонности и составляет драму человеческой жизни. А при чем же тут мышление?
Американский психолог Сальваторе Мадди, в своей теории личности, приводит три рода потребностей человека: биологические, социальные и психологические. Первые два рода вполне известны и понятны. Психологические же потребности выражаются в потребностях суждений, воображения и символизации. По мне так это и есть потребность в мышлении.
Далее, Мадди различает два пути развития человека, в первом, когда преобладают биологические и социальные потребности, а психологические очень слабы, человек реализует лишь набор биологических функций и социальных ролей. Он называл это конформистский путь. То есть, в моем понимании - зависимый от окружающей среды и своей природы. Тогда, когда преобладает психологическая потребность, человек, благодаря мышлению, становится более автономным.
Таким образом, чтобы человек вышел за рамки социо-биологической обусловленности (выбрался из грязи) и состоялся как Человек, он должен осуществлять и осуществлять мышление. Мышление же не происходит автоматические - это всегда труд и усилие. И с этими двумя понятиями у нас своя история. В картине мира, где ведущими координатами являются социальное и биологическое, труд и усилие равнозначно проблеме, а проблема - это то, что несовместимо с удовольствием. Удовольствие возможно только тогда, когда проблема решена. Именно поэтому, я считаю, мы так одержимы концептом результата, в ущерб концепту процесса. Почти во всем нам важен результат, так как он означает что "зло" труда и усилия закончилось и можно насладиться кратким мигом удовольствия. Но ведь еще Будда сказал, что человек - это процесс.
Зацикленность на целях и результатах, в противовес процессу, как причинах эмоционального выгорания исследовал австрийский психотерапевт Альфрид Лэнгле и хорошо описал в статье
Итак, получается, что в процессе труда мышления человек выходит из призрачной тени к свету и очищению, и воссоздается в Человека. Почему же не радоваться этому процессу? Почему же не радоваться даже своим ошибкам, раз они по пути туда? К вершине, вслед за птичкой, которая с сарказмом, указала нам путь. Почему бы не посмеяться вместе с ней над тем, какие мы дураки, пока находимся в клетке из своих предрассудков и страхов? Почему бы не посвятить 3 часа радости мыслить и написать эти 5000 знаков, вместо того, чтобы глупо спать?