Разнообразие вариантов  Марселя Брёйера.

Брёйер Марсель американский архитектор и дизайнер венгерского происхождения, один из основоположников промышленного проектирования, лидер функционализма. Марсель Брёйер может расцениваться как один из наиболее значительных и влиятельных дизайнеров 20-ого столетия. 

Родился в Пеште. В 1920 поступил в только что открывшийся Баухауз - Высшую школу строительства и художественного конструирования. 

Еще будучи студентом в Баухаузе, он увлекался экспериментами с дизайном мебели. В 1925 году Марсель Брёйер создал первый стул из стальных трубок. Находясь под впечатлением от руля своего велосипеда, Брёйер первым применил стальные трубки в производстве мебели. Этот стул под названием "Василий" в честь Василия Кандинского, преподававшего в те годы в Баухаузе, стал одним из известных произведений Брёйера. В настоящее время стул выпускается фирмой Cassina.

Кресла, стулья и табуреты Марселя Брёйера из плавно изогнутых стальных трубок стали "визитной карточкой" стиля Баухауза. Эти предметы были моющимися, экономичными, в них подчёркивалась конструктивная сторона. 

Образцы трубчатой мебели Брёйера будучи выпущены миллионами экземпляров, давно заняли устойчивое место среди классики модернизма и надолго определила стилистику конторской мебели во всем мире. 

В истории ему принадлежит место новатора в области дизайна интерьеров. Его проекты 1930-х годов из алюминия и древесины вдохновляли многие последующие поколения дизайнеров.

Архитектурной практикой Брёйер занялся в 1928 году, открыв частную мастерскую в Берлине. В начале 1930-х годов были завершены его крупные архитектурные работы: дом Гидиона Зигфрида в Цюрихе (1934), дом Харнишмахера в Висбадене и жилой комплекс Дольтерталь в Цюрихе. Постройки выполнены в духе господствовавшего тогда в Баухаузе рационализма. В это же время он активно занимаетя дизайном мебели, проектируя ее из листов фанеры. 

В 1935 Брёйер эмигрировал из нацистской Германии в Англию, а в 1937 переехал в США, где начал работать в Гарвардской школе архитектуры.

В период 1937-1941 он разработал новые варианты односемейных домов, которые сыграли заметную роль в дальнейшем развитии жилого строительства США. Характерным примером может служить дом Хаггерти в Кохассете (шт. Массачусетс). Известность приобрел и собственный дом Брёйера в Линкольне (1939). 

В 1946, покинув Гарвард, Брёйер начал самостоятельную работу в Нью-Йорке. В 1953 он получил первый крупный заказ на проектирование комплекса ЮНЕСКО в Париже. 

В 1950-е и 1960-е годы он занимался исследованием конструктивных и пластических возможностей железобетона. Важнейшие работы этих лет - аббатство Сент-Джон в Колледжвиле (шт. Миннесота), исследовательский центр (IBM) в Ла-Год (Франция), дом Кёрфера в Швейцарии и, наконец, музей Уитни в Нью-Йорке. Эти сооружения здания демонстрируют достижения и возможности современной архитектуры и отличаются пластической выразительностью, мастерским использованием конструктивных и художественных возможностей бетона.

Творчество Брёйера не было связано с каким-либо одним стилем или течением в искусстве; он свободно использовал широкий диапазон форм, конструктивных идей и материалов, поэтому его работы предлагают огромное разнообразие вариантов даже по современным меркам. 

Марсель Лайош Брёйер скончался в 1981 году в Нью-Йорке.

Оставайтесь с нами!

http://1dsgn.ru/

September 8, 2018
by @anastasia_design
0
24

Бруно Матссон. Вне времени.

Бруно Матссон родился 13 января 1907 года в Швеции (Варнамо) в семье потомственного краснодеревщика. Его отец – Карл Матссон был мастером по дереву в пятом поколении. Вполне естественно, что Бруно Матссон с детства начал изучать основы мебельного производства.

Мебель в Швеции в начале 20 века, в основном, производилась в стиле скандинавского барокко, отличавшегося от моделей континентальной Европы более сдержанными формами. Таким был и первый стул, созданный Бруно Матссоном, который был представлен на «Выставке Искусства и Ремёсел», проходившей в его родном Варнамо в 1930 году. Благодаря этому стулу молодой мастер получил стипендию и возможность посетить Стокгольм, где в это время проходила выставка представителей функционализма.

Это событие стало основополагающим для всего дальнейшего творчества Бруно Матссона. Больница города Варнамо заказала ему проект нового стула. Желание отказаться от традиционной обивки привело к необычному решению. Стул, который работники больницы назвали «Кузнечиком», состоял из каркаса, обтянутого переплетёнными полосками ткани, а подлокотники и ножки были изготовлены из берёзы. Новаторские стулья были спрятаны до тех пор, пока Бруно Матссон не стал знаменитым.

Разрабатывая новый метод, Матссон подходил очень скрупулёзно к решению поставленных задач. Он внимательно изучил «механику сидячего положения». Например, чтобы определить идеальную кривую для сидения, он садился в сугроб, чтобы после изучить оставленный его телом след. Матссон начал эксперименты с гнутой многослойной древесиной, стремясь получить навыки, которые позволят ему создавать прочные элементы с изящными минималистичными деталями.

В период с 1933 по 1936 год среди прочих работ были созданы три стула - Working, Еasy и шезлонг Model 36. Все они состояли из цельного каркаса с плетёным сидением, который опирался на ножки из многослойного дерева.

В начале 1936 года Густаф Мунте предоставил Бруно возможность организовать в музее Гетеборга персональную выставку. Выставка была открыта 14 марта 1936 года и дала Матссону шанс продемонстрировать свои идеи большей аудитории. Среди экспонатов были его новые серии стульев и оригинальный откидной столик. Большой успех выставки стал крупным достижением, которое подтвердило признание Бруно ведущим дизайнером Швеции.

Спустя год после выставки в Музее прикладных искусств Бруно Матссон был представлен на всемирной выставке Paris Expo, где получил гран-при за кровать «Paris». За время выставки он привлёк интерес международной общественности. Среди почитателей его таланта оказался и управляющий Музеем современного искусства в Нью-Йорке Эдгар Кауфман-младший, который спустя два года в1939 году заказал у Бруно стулья для нового корпуса музея. В том же году его мебель была представлена на двух выставках: международной выставке в Нью-Йорке и Golden Gate exhibition в Сан-Франциско.




Ведущий критик в области культуры из Шведской ассоциации Ремёсел, Готхард Йоханссон, посетил Музей современного искусства и познакомился с мебелью Бруно Матссона. В мае 1940 он с энтузиазмом написал большую статью для ведущей шведской газеты Svenska Dagbladet: «Один единственный современный шведский мебельщик занимает исключительное положение. Его имя, которое скоро прогремит на весь мир, - Бруно Матссон из Варнамо. Он, без сомнения, одна из наиболее уникальных фигур в шведской индустрии искусства»... «когда этим летом я обнаружил его мебель на самой эксклюзивной мебельной выставке в мире, я первый раз в жизни почувствовал тайную гордость за то, что родился всего лишь в 20 километрах от Варнамо».

Знакомство с бывшими участниками Баухаус вдохновили Бруно Матссона на создание знаменитых стеклянных домов. Первым примером, законченным в 1950 году, был его собственный мебельный шоу-рум в Варнамо. Одна стена была сделана из кирпича, другие три - по запатентованной технологии «Brunopane». Они состояли из окон с тройным стеклом, промежутки между которыми были заполнены азотом. Близкий к природе, этот дом отражал приверженность дизайнера к функциональности и свету.

Здание вызвало огромный интерес, и за последующие 10 лет множество сооружений было построено по принципу Матссона. Однако, когда желающие пытались получить разрешение на строительство, они сталкивались с массой бюрократических проблем. Чиновники подвергали сомнению новый проект.

Международные и, в частности, американские обсуждения темы новой функциональной архитектуры вдохновили Бруно Матссона на создание многих проектов частных и общественных зданий. Около 50 домов были построены им в Швеции и за рубежом. Все его архитектурные проекты отличает большая площадь остекления, «воздушность» структуры здания и применение модульной системы.

В 1960-м он прекратил строить здания, кроме тех, что предназначались для него и Карины. В том году они построили свой первый дом на западном побережье Швеции, летнюю резиденцию, где граница между домом и внешним миром была практически неразличима. Между 1964 и 65 годами была построена и постоянная вилла на берегу озера Видостерн к югу от Варнамо, а в 1973 году - дом в Виламора, Португалия, где семья Матссон провела много зим.

В 60-е годы Бруно Матссон вернулся к созданию мебели, разработав широкий модельный ряд из дерева и стали. Вместе с датским поэтом и математиком Питом Хейном он совершенствовал стол Superellipse и Spanleg.

В 1969 году мебель Бруно Матссонса показали в Японии, и в сентябре 1974 года Карин и Бруно Матссон совершили первый визит в эту страну. По инициативе японцев выставка была открыта в здании Шведского центра в Токио. Это привело к тому, что в 1976 году началось промышленное производство коллекции Бруно Маттсона, адаптированной для Японии. Сегодня как лицензионная, так и произведённая в Швеции мебель успешно продаётся на японском рынке.

В отношении дизайна мебели Бруно Матссон постоянно занимался развитием теории о «полноценном сидении», суть которой заключается в том, что поза сидения, и, соответственно, употребляемая для сидения мебель должны быть оптимальны.

Он принимал активное участие в разработке «рабочего места завтрашнего дня», справедливо считая, что положение и условия работы напрямую влияют на здоровье и эффективность труда. В 1981 году он создал автоматизированное рабочее место для пользователей компьютера. Автоматизированное рабочее место оборудовано так называемым «крылом», которое поддерживает плечи пользователей.

За свою жизнь он удостоился множества наград.

Бруно Матссон был поразительным художником, своевольным и упрямым, никогда не уставал в своём рвении создавать новую мебель для нового времени. Последним предметом мебели, который сошёл с рабочего стола дизайнера, стало мягкое кресло Minister (1986 год).

Умер Бруно Матссон в 1988 году, оставив после себя богатое культурное наследие. Его проекты вне времени и многие из них активно реализуются и в настоящий момент, оставаясь современными и функциональными.

Оставайтесь с нами!

http://1dsgn.ru/

July 28, 2018
by @anastasia_design
0
17

Самые яркие дома мира

В эти города каждый год приезжают толпы фотографов, чтобы запечатлеть необычные районы с чередой ярких цветных домов. Это стоит увидеть!

  1. Вернацца – небольшой городок в итальянской провинции с колоритным названием Специя.

2. Итальянское Бурано

3. Каминито – улочка-музей в Буэнос-Айресе

4. Лондонский район Ноттинг-Хилл

5. Бо-Кап — разноцветный квартал в Кейптауне.

6. Онтарио, Канада

7. Мехико, Мексика

8. Вена, Австрия

9. Стамбул, Турция

10. Мадрид, Испания

11. Кельн, Германия

12. Маленькая Индия, Сингапур

13. Загреб, Хорватия

14. Саравак, Малайзия

15. Пусан, Южная Корея

Оставайтесь с нами!

http://1dsgn.ru/

July 25, 2018
by @anastasia_design
0
19

Пьер Шаро, объединяющий форму и функцию

Пьер Шаро (4 августа 1883 – 24 августа 1950)

Уроженец Бордо. Получил архитектурное образование, участвовал в Международной выставке декоративного и индустриального искусства в 1925 в Париже как архитектор и декоратор. 

Шаро был сторонником тезиса взаимосвязи формы и функции. С 1932 по 1938 проводил детальные исследования по развитию свободной планировки. Его самая известная архитектурная работа – Стеклянный дом, знаменитый новаторским использованием стеклянного кирпича для стен и свободной планировкой интерьера, – была выполнена в 1931 в сотрудничестве с голландским архитектором Бейвутом.

Стеклянный дом построен в короткий период между двумя мировыми войнами. Что-то пошло не так еще до проекта особняка. Заказчиком "стеклянного дома" выступил известный доктор Жан Дальзас. Вместе с женой они в 1920-х приобретают особняк XVIII века в укромном уголке богатого парижского района, на улице Сен-Гийом, недалеко от Латинского квартала в Париже. Но к большому огорчению новых владельцев пожилая дама на верхнем этаже категорически отказалась продавать свою квартиру. Дальзас, не желая увязнуть в судебных разбирательствах, снес только нижние три этажа, сохранив при этом оригинальный верхний этаж для нового соседа. Так "стеклянный дом" был вписан в контуры старого здания, что придало ему особый характер.

Рожденный из технических ограничений, в своей конструктивной основе Стеклянный дом имеет стальной каркас, который позволил сделать свободную планировку и использовать революционно легкие материалы: стекло и стеклоблоки. Французская пресса того времени отреагировала неоднозначно: мало того, что весь фасад сделан из стекла, да еще и со стеклоблоками, которые использовали для освещения подвалов.

Стеклоблоки создали эффект театральности, который основан на игре света. И в зависимости от времени суток его сфера влияния меняется. В течение дня свет работает в интерьере, рассеянный и диффузный, оставляя фасад в молочной дымке. В ночное время свет наоборот льется, как из волшебного фонаря, и с улицы выделяет графичные линии стального каркаса и волокон стекла.



Стеклянный дом — не только театр, но и изысканная машина: все его «декорации» поставлены на «движок» в результате коллаборации архитектора Пьера Шаро с талантливым кузнецом Луи Дальбе. Вместе авторы превратили интерьер в набор подвижных систем.


"Стеклянный дом" был спроектирован как семейный дом, но и как кабинет-приемная известного в городе доктора.

Так на первом этаже располагалась комната, которую хозяин использовал для приема больных. В течение рабочего дня специальный поворотный механизм скрывал лестницу, которая вела в приватные пространства, но открывал ее вечером. Другие механизированные компоненты включают специальную подвесную тележку из кухни в столовую, скрывающаяся лестница из гостиной в спальню, сложноустроенные ванные шкафы и прочая фурнитура. Пространственное разделение дома также настраивается при помощи раздвижных, складных, вращающихся перегородок из стекла, листового и перфорированного металла.

Сложную в исполнении парадную лестницу они лишили традиционных вертикальных опор, она словно парит в воздухе.


Жилую зону от офиса внизу отделяют вращающиеся перфорированные металлические экраны. Архитектор делает механизмы частью интерьера: этажерку у лестницы изготавливают из цельного куска стальной трубы, а латунные створки задних окон — бывшие панели окон пассажирского поезда.

Во время фашистской оккупации хозяин дома, Жан Дальзас, был вынужден бежать из страны. В 2006 году дом был выкуплен у семьи Дальзас американским коллекционером и историком архитектуры Робертом Рубином. Новый владелец бережно восстановил шедевр архитектуры. Сейчас в дом можно попасть с экскурсией по предварительной договоренности.




Оставайтесь с нами!

http://1dsgn.ru/

July 22, 2018
by @anastasia_design
0
19
Show more