Норвегия сняла комедийный сериал про самый богатый в мире пенсионный фонд

Выход сериала Харальда Цварта совпал с очередными дебатами вокруг деятельности нефтяного фонда. Там задумали отказаться от инвестиций в добычу углеводородов

«Нефтяной фонд». Фото: Zwart Arbeid / The oil fund

Интересных, популярных – и понятных широкой публике – художественных фильмов о финансовой сфере и инвестициях не сказать чтобы много. Любой зритель вспомнит в первую очередь «Уолл-стрит» и его сиквел «Деньги не спят», «Волка с Уолл-стрит», «Игру на понижение», сериал Showtime «Миллиарды», ну и, может быть, еще «Предел риска» (Margin call). Россияне, возможно, добавят в список «ПираМММиду», но это, пожалуй, и все.

Недавно сюда неожиданно внесла свою лепту Норвегия – там сняли сериал, да еще и комедийный, о суверенном (формально он пенсионный, Government Pension Fund Global) фонде страны, самом большом в мире. Его активы оцениваются в $1 трлн, а число международных компаний, в которые фонд инвестирует, превышает 9 тысяч. Что смешного можно найти в работе организации, распоряжающейся миллионами?

Норвежский сериал ⁠называется ⁠просто – «Нефтяной фонд». Основной создатель сериала (режиссер и главный сценарист) – Харальд ⁠Цварт. Самая известная из его ⁠работ – «Каратэ-пацан» с Джеки Чаном и Джейденом Смитом (еще он снял, среди ⁠прочего, «Розовую пантеру 2» и «Орудия ⁠смерти: Город костей»). Также Цварт выступает как один из ⁠продюсеров сериала через собственную компанию Zwart Arbeid (управляет ею жена режиссера).

«Нефтяной фонд» для Цварта – первый сериал. Как сам он рассказалBloomberg, «это похоже на “Офис”, только с проблемой на $1 трлн». Телепроект, представленный руководству канала TVNorge, был продан всего за 15 минут (за это же время, если верить сайту сериала, Норвегия заработала для своего пенсионного фонда 600 млн крон, или $69 млн). Сериал также получил поддержку со стороны Nordisk Film & TV Fond (на 1,7 млн крон) и от Norwegian Film Institute.

Первые три серии «Нефтяного фонда» вышли онлайн 16 декабря (судя по всему, посмотреть его пока можно только из Норвегии), еще две покажут до конца года, остальные пять эпизодов первого сезона выйдут на TVNorge в январе-феврале 2019-го. Ежедневные газеты Dagbladet и Stavanger Aftenblad оценили новинку на 4 балла из 6, в еженедельнике Morgenbladet пока сочли его несколько поверхностным.

Вымысел

Главные роли в сериале исполнили Томас Гуллестад (снимался в прошлогодней картине Цварта «12-й человек») и Катрин Торборг Йохансен. Гуллестад играет Пера Греппа, «испорченного финансового гения», в обязанности которого входит управлять инвестициями нефтяного фонда Норвегии. Ему противостоит героиня Йохансен из Комитета по этике; она следит, чтобы вложения фонда были социально ответственны, и выступает против коррупции (например, в одном из кадров она разрывает контракт с неким мистером Яноковичем, а в другом говорит, что готова скорее потерять миллионы крон, чем делать деньги на оружии или фрекинге).

Судя по трейлеру, сериал похож не только на «Офис», но и на «Волка с Уолл-стрит», но со скандинавским уклоном. Основной конфликт, из-за которого и возникает большинство комических ситуаций в «Нефтяном фонде», состоит в разнице между скромной жизнью обычных госслужащих в Северной Европе и многомиллионными (а то и многомиллиардными) сделками, которые эти же клерки должны совершать ежедневно.

Как объяснил один из продюсеров сериала Эспер Хорн, юмор здесь в столкновении социально-демократических ценностей Норвегии, ставших причиной создания нефтяного фонда для процветания будущих поколений, и хватких управляющих, пытающихся удвоить и утроить активы фонда. Цварт тоже считает, что всегда смешно наблюдать за вынужденным взаимодействием политкорректности и умеренности, которых должны придерживаться чиновники, с роскошью и распущенностью, идущими рука об руку с большими деньгами.

Действительность

В суверенном фонде, которым от имени министерства финансов управляет специальное подразделение норвежского центробанка Norges Bank Investment Management, с 1990-х аккумулируются сверхдоходы от нефтегазового сектора. Основная цель фонда – гарантировать благополучие населения Норвегии, когда в стране иссякнут запасы углеводородов. Его активы оцениваются примерно в $1 трлн – эту отметку фонд превысил в сентябре 2017 года, а по итогам года его доход оказался максимальным в 20-летней истории, достигнув $131 млрд.

Средства фонда вложены более чем в 9 тысяч компаний в 72 странах. При этом фонд критически относится к объектам инвестиций и отказывается поддерживать, например, компании, наносящие вред экологии, табачную и угольную промышленность, производителей оружия и индустрии, которые нарушают права человека и используют детский труд.

Небольшая деталь, иллюстрирующая работу фонда – его генеральный директор Ингве Слингстад обходится без персонального ассистента, самостоятельно организуя собственные встречи и поездки и управляя коллективом из 600 человек. Если ему требуется помощь, скажем, в подготовке презентаций, за дополнительную плату этим занимается кто-то из младших сотрудников. Зарплата самого Слингстада составляет около $800 тысяч в год.

Во время подготовки к съемкам команда Цварта встречалась с представителями Norges Bank Investment Management и побывала в их офисе; кроме того, создатели сериала пользовались информацией из своих источников в банковской сфере. Судя по всему, получилось достаточно достоверно: во всяком случае, в фонде приветствовали выход сериала Цварта и надеются, что он поможет привлечь дополнительное внимание общественности к деятельности организации. Слингстад, которому Цварт пару месяцев назад показал три первых эпизода «Нефтяного фонда», заявил: «Это было очень смешно». Говоря о шутках (иногда довольно жестких), представитель фонда Томас Севанг выразил уверенность, что «зрители смогут провести различие между реальностью и телевизором».

Сериал Цварта вышел на фоне очередных дебатов, разгоревшихся вокруг деятельности фонда. В октябре Слингстад объявил, что фонд может отказаться от инвестиций в добычу нефти и газа. По его словам, за последние 10 лет фонд мог бы заработать на $38 млрд больше, если бы не совершал подобные вложения (точнее, если бы зафиксировал прибыль до 2014 года, когда на рынке углеводородов произошел резкий обвал). В результате идею фонда раскритиковалиэкономисты (некоторые даже назвали ее «пропагандой»), против выступила и специальная правительственная комиссия.

Однако вряд ли предложение фонда забылось: даже Цварт признает неоднозначную ситуацию в Норвегии, которая, с одной стороны, поддерживает имидж государства, заботящегося об экологии, а с другой – получает основной доход от загрязняющих окружающую среду производств. Возможно, «Нефтяной фонд» станет способом напомнить норвежцам об этом.

Republic