Почему ставка России на атомную энергетику – ошибка

Владимир Милов – об одной из главных тем Петербургского экономического форума 2016 года

Градирни третьего и четвертого блоков Нововоронежской атомной электростанции.

Ульяна Соловьева / РИА Новости

Одна из сессий Петербургского экономического форума громко озаглавлена «Атомная энергетика как неотъемлемая часть эффективного энергобаланса», а сам форум начался с показательного спуска на воду крупнейшего атомного ледокола «Арктика» – атомная тема явно в хедлайнерах мероприятия, призванного оживить видение перспектив России в нынешних непростых условиях.

Однако существуют ли у атомной отрасли серьезные перспективы в реальности?

Автор этих строк последовательно выступает с критикой атомной энергетики, за что доводится получать много пинков от интернет-комментаторов – «луддит», «альтернативы АЭС нет», «нас призывают обратно в пещеру». Поэтому сейчас, чтобы ответить на вопрос о перспективах атомной энергетики, предлагаю просто взглянуть на некоторые цифры и факты, с которыми довольно трудно спорить.

Факт первый: доля атома в мировом балансе первичной энергии резкими темпами снижается, с 8% в 2000 году до 4% сегодня (данные из BP Statistical Review of World Energy. К атомной индустрии уже вплотную подобралась альтернативная энергетика с почти тремя процентами в мировом энергобалансе (15 лет назад было менее 1%), которая скоро ее обгонит: доля АЭС продолжит снижаться дальше.

Почему? Ответ на ⁠этот ⁠вопрос содержится в простом графике на сайте Международного агентства по ⁠атомной энергии: возраст более 60 процентов ⁠атомных энергетических реакторов в мире 30 лет и старше, и скоро их ⁠необходимо будет снимать с эксплуатации.

Время эксплуатации ⁠действующих реакторов (возраст)

www.iaea.org

Возраст самых старых эксплуатируемых реакторов 47 лет, ⁠так что график ожидаемого выбытия атомных мощностей составить несложно. Разумеется, есть и экзотические предложения, типа идеи «Росатома» продлить срок эксплуатации первого энергоблока Кольской АЭС, введенного в действие в 1973 году, до 60 (!) лет, однако в глобальном масштабе такая эквилибристика не пройдет – старые реакторы все равно будут массово выводить из эксплуатации уже в ближайшие 10–15 лет.

Реакторов моложе 20 лет в мировой атомной энергетике всего 17% (примерно одинаковые доли и от числа мировых реакторов, и от их общей мощности). Из графика МАГАТЭ видно, что массово атомные реакторы перестали строить после 1986 года: если в первой половине 1980-х их ежегодно вводили по 20–30 штук, то в последние четверть века – единицы.

Количество строящихся реакторов в мире

www.iaea.org

Сейчас в процессе строительства находится всего 64 реактора мощностью 63 гигаватта – это менее четверти от числа действующих реакторов возрастом от 30 лет (таковых 273), то есть ни о каком воспроизводстве говорить не приходится. Даже из этих 64 реакторов целый ряд еще толком не строится, готовятся лишь площадки: например, среди них числится Балтийская АЭС, судьба которой вообще неясна. Из 64 строящихся реакторов только 10 строят развитые страны (США, Япония, Франция, Финляндия, Словакия).

В общем картина довольно ясная – на масштабное развитие атомной энергетики в ближайшие десятилетия рассчитывать не приходится, ее доля в мировом энергобалансе в ближайшие 10–15 лет сократится до 1–2%. Спорить с приведенными выше объективными цифрами сторонникам атомной энергетики будет крайне трудно.

Причины тоже весьма очевидны. Часть из них связана с неприемлемым уровнем риска атомных проектов: хотя АЭС могут долго работать безопасно, но случись вдруг катастрофа, стоимость ликвидации ее последствий будет огромной и, как правило, ложится на государство (в итоге деньги берутся из карманов налогоплательщиков). Политикам все труднее объяснять принятие таких рисков на бюджетную систему. Хотя в проектах строительства АЭС содержатся оценки вероятности катастрофических аварий на уровне не выше 10–5, то есть одна авария примерно в 2000 лет, исходя из действующего числа реакторов, но в реальности за последние 40 лет мы таких аварий видели уже три (Тримайл-Айленд, Чернобыль, «Фукусима»), так что проектные расчеты, как выяснилось, – не самый надежный ориентир. А с усилением риска террористических атак на АЭС проблемы нарастают. Именно поэтому развитые страны больше почти не строят АЭС (см. выше) – не позволяет ответственность перед налогоплательщиками.

Развитые страны больше почти не строят АЭС – не позволяет ответственность перед налогоплательщиками

Однако есть и более прозаическая причина: строительство АЭС – это просто запредельно дорого. Вот интегральная оценка стоимости строительства энергоисточников различных типов от Международного энергетического агентства: из нее видно, что удельная стоимость капитального строительства АЭС ($3,8 тысячи за киловатт новой мощности в России, $5 тысяч в США и почти $7 тысяч в Европе) существенно выше сооружения большинства видов электростанций на альтернативных источниках энергии. При этом практическое строительство станций на Западе превращается просто в фарс: сооружение третьего блока АЭС Олкилуото в Финляндии превысило начальную сметную стоимость 3 млрд евро более чем на 5 млрд евро (в итоге составив не менее 8,5 млрд евро), вокруг чего сейчас разгорается нешуточный международный скандал. И это еще без учета стоимости будущего снятия отработавших энергоблоков АЭС с эксплуатации, которая, как показывает пример Игналинской АЭС в Литве, сопоставима с сооружением нового блока (то есть платить надо дважды). Неудивительно, что банки во всем мире не любят проекты строительства АЭС, и они практически нигде не обходятся без госсубсидий.

Сейчас атомная отрасль во всем мире, напуганная перспективой остаться без заказов и экономического будущего, пытается начать новую жизнь, пристраиваясь в хвост Парижским соглашениям по климату: продвигается тезис о том, что АЭС не эмитируют парниковые газы и оттого «дружественны» политике изменения климата. Сомнительно, что этим удастся купить и экологов, которые свое отношение к АЭС давно сформировали, и банкиров, у которых перед глазами огромные перерасходы смет и крупные проектные риски при строительстве АЭС. Значит, изложенная выше неумолимая арифметика скорого выбытия старых реакторов при отсутствии достаточного числа новых продолжит работать.

В этой ситуации России, вместо того чтобы продолжать выкидывать миллиарды в бесперспективную и сворачивающуюся атомную отрасль (вложения в «Росатом» за последнее десятилетие составили почти триллион рублей, а две трети строительства новых атомных энергоблоков осуществляется за счет федерального бюджета), нужно скорее активизировать разработки в области альтернативной энергетики, а также реформировать «Газпром» и сделать нашу газовую отрасль подлинным локомотивом перестройки мирового энергорынка с угля на более чистые энергоносители (газ), вместо того чтобы служить мировым энергетическим пугалом. Нет, это не «назад в пещеру»; современная энергетика на природном газе и альтернативных источниках – это дешево, технологично и безопасно. Обо всем этом уже говорилось, но на Петербургском форуме вы таких презентаций, скорее всего, не увидите.

Владимир Милов

Президент Института энергетической политики