МАКСИМ КАНТОР НЕМНОГО ОБ ИСКУССТВЕ.

 – Однако одно время понятия «современное искусство» и «авангард» смешивались, и считалось, что идет процесс возвращения к естественной истории искусств.

– Это было не возвращение. Это была тоска по рынку. Если вдуматься в эти слова, это очень страшно звучит. Художник должен быть всегда благодарен тому, что он не на рынке, потому что на рынке, скорее всего, обманут. На рынке искусство может продаваться, но создаваться на рынке оно не может. Но художники горбачевского времени тосковали по рынку, и с этим связано, что цветения искусств, которого все тогда ждали, не получилось. Мы получили вялый рынок, никакого свободного искусства не возникло, ярких дарований тоже, а тех несчастных, которые уже были, выдавили ради конкуренции.

Замечательно было в 60-х то, что все художники были более или менее дружны и равны, когда мечтали о рыночной утопии. Как только рынок наступил, они возненавидели друг друга и начали драться за место под солнцем и за любовь какого-нибудь денежного мешка, который ничем не лучше секретаря обкома, а в большинстве случаев гораздо хуже. Со всей наивностью они попали в гораздо худшую ситуацию, чем та, которой были недовольны.

Не хочется прибегать к такому банальному парадоксу, но это является не авангардом, а, разумеется, арьергардом, это последнее «прости» романтического свободного искусства. Оно еще делает вид, что оно искусство, хотя давно превратилось в декоративное обслуживание богатых.

– Вы уехали, прежде чем здесь началась рыночная конкуренция, и не принимали в ней участия. В результате здешний зритель вас практически не знает. В России вы известны прежде всего как автор толстого романа, который Дмитрий Быков сравнивал с «Войной и миром», и резких статей в периодике. Вас беспокоит эта ситуация?

– Чудность ситуации состоит в том, что раньше, когда я был мальчишкой, искусство не то чтобы принадлежало народу, но народом обозревалось. Стояли очереди желающих посмотреть какой-нибудь «Осенний салон» произведений московских художников на ВДНХ. Конечно, ездит молодежь на «Винзавод» и так далее, но, в принципе, зритель современного искусства не знает вовсе. У меня на Западе образовалась кое-какая аудитория, не то чтобы многочисленная, но и не маленькая. Не мытьем, так катаньем дойдет и до русского зрителя. Пусть и нескоро, когда меня не будет, это совсем не дурно. А уж искать теперь расположения московского кружка, когда мне за 50, ну помилуйте...

Полностью по клику..

Читать полностью:http://www.gazeta.ru/culture/2012/06/26/a_4643173.shtml

Читать полностью:http://www.gazeta.ru/culture/2012/06/26/a_4643173.shtml