Срубить легких денег
- Примерьте лучше вот это платье. Здесь фасон именно такой, как вы хотели.
Продавец сняла с вешалки изящное тёмно-зелёное платье с одной бретелькой и показала его клиентке.
- Хм, - задумчиво протянула та, прикладывая его к себе перед зеркалом. - А вы, пожалуй, правы, примерю.
Алиса вежливо улыбнулась и проводила ее до примерочной.
Она вот уже 2 года работала продавцом-консультантом в магазине брендовой одежды, расположенной в самом элитном квартале их города. Алиса искренне любила свою работу за возможность помогать людям и каждый день прикасаться к прекрасным вещам. Ей доставляло удовольствие развешивать платье, аккуратно складывать шелковые шарфики и выставлять на витрину элегантную обувь.
В тот день она как раз заканчивала свою смену, когда в двери неожиданно влетел Герман, ее муж.
Молодой мужчина широко улыбался и выглядел крайне взволнованным.
— Ох, Алиска, а какие у меня для тебя новости есть! — он посмотрел на жену интригующим взглядом, словно предлагая ей угадать.
- Тише ты! — шикнула на него та. - У меня в зале еще пара клиентов осталась.
Алиса отвела мужа в сторону, в небольшую нишу рядом с кассой, и уже там спросила.
— Что случилось-то? Выглядишь так, словно в лотерею выиграл.
— Ну, не в лотерею, но тоже неплохо, — ответил Герман, не переставая при этом улыбаться. — Чувствую, скоро я стану обладателем нехилого загородного дома.
Жена взглянула на него, не понимающе.
— Знаешь, вот не даром говорят, кто владеет информацией, тот владеет миром, — уклончиво ответил Герман, а затем торжественно произнес. — Василий Александрович мне сегодня обещал свой коттедж в пригороде завещать, а ему, сама понимаешь, недолго осталось.
Алиса вздохнула и покачала головой.
— Не нравится мне вся эта авантюра.
Да и потом, что ты так откровенно радуешься раньше времени? Вполне может быть, найдутся у Василия Александровича какие-нибудь дальние родственники.
Герман обиделся в ответ на слова жены.
— Вот ты меня всегда недооценивала, Алис. Ну какие могут быть родственники? Старик совсем одинокий. Он потому к нам и пришел, что не знал, как ему со своим имуществом поступить.
Муж Алисы трудился курьером в частной нотариальной конторе.
По долгу службы ему частенько приходилось ездить в разные районы города, забрать на подпись те или иные документы. Работа несложная, но и платили за нее не так, чтобы очень много.
Сам Герман считал, что со своим высшим образованием достоин заниматься исключительно интеллектуальной деятельностью, никаких тяжестей, работы грузчиком на складе и тому подобного.
Так уж получалось, что он невольно становился свидетелем крайне конфиденциальной информации.
От своих коллег, от начальства порой он слышал много пикантных и выгодных с материальной точки зрения вещей. Однако до недавнего времени никогда не пользовался своим служебным положением.
А тут большая рыбина словно сама приплыла к нему в руки. Когда Василий Александрович пришел в контору со своей проблемой, Герман поначалу даже подумал, что тот ошибся.
Дряхлый старик, которому на вид было уже далеко за восемьдесят, никак не походил на роль человека, способного оплатить услуги хорошего нотариуса. Однако, как оказалось, у этого старикашки водились деньги.
Он сразу попросил для себя самого лучшего специалиста в их конторе и со слезами на глазах рассказал тому, что его крепкий и добротный дом в пригороде окажется совершенно заброшенным, если некому будет за ним присмотреть. Да и накопления у него за всю жизнь собрались приличные.
Герман проходил в тот момент мимо кабинета, где беседовали пенсионер и нотариус, потому слышал все детали очень отчетливо.
После ухода Василия Александровича к нему неожиданно подошел Геннадий, тот самый нотариус, что консультировал дедулю.
— Ладно тебе, не тушуйся. Я в приоткрытую дверь видел, как ты здесь дыхание задержал, пока про дедовы миллионы слушал. Думал, ты чуть слюной не захлебнешься.
Герман смутился и покраснел. Он понимал, что вел себя неприлично и вообще не должен был подслушивать приватный разговор.
— Да успокойся, — махнул рукой юрист. — Лучше вот о чем подумай. Дедуля этот совсем один, ни детей у него нет, ни родни. Слышал же, что он сам детдомовский, а?
— И что? — не понял его Герман.
— А то, что мне известно, ты до сих пор у своей жены на шее висишь. Я не осуждаю, каждый крутится как может, — вскинул примирительно руки Геннадий.
— Но ты подумай, как она обрадуется, если ты, к примеру, хорошее наследство получишь. Всего-то и надо, что присмотреть за стариком, каких-то пару-тройку месяцев. С его здоровьем это максимум, сколько он протянуть сможет. Ну, а потом…
Геннадий объяснил, что Герман может стать единственным наследником Василия Александровича, если проявит должное терпение и заботу.
Сам нотариус не мог не знать, что подобные действия со стороны курьера будут являться не совсем законными. Однако Геннадий и сам не раз играл с лазейками в документах, поэтому заверил мужу Алисы, что все это окажется в так называемой «серой зоне», где доказать какие-либо корыстные цели со стороны Германа будет практически нереально.
— А ты, значит, предлагаешь мне это по доброте душевной?
Спросил его напрямую курьер.
— Конечно, нет, я что, на дурака похож? Мне Василий Александрович неплохой бонус обещал, если я к нему хорошую сиделку приставлю. Так что подумай хорошенько, предложение ограничено по времени. У тебя есть два дня, потом передам старика на поруки специально обученным людям, и тогда наследство от тебя окончательно ускользнет.
Герман все обдумал как следует и на следующий день дал положительный ответ.
- Вот и молодец, правильный выбор сделал, — довольно произнес Геннадий, оформив Герману все необходимые документы.
Вечером радостный курьер рассказал обо всем жене, и к его удивлению Алиса не пришла в восторг от этой идеи.
- Дело, конечно, твое, — произнесла она с сомнением, — но я в этом участвовать точно не собираюсь.
Неправильно все это, Гер, не по-людски.
- Да чё тут такого-то? — негодовал в ответ муж. - Думаешь, если бы это кому-то другому предложили, тот бы отказался. Да куча людей так делает, Алис. Зато у нас появится возможность переехать в большой дом. Ты же так этого хотела, забыла, что ли?
Она задумалась на минуту, но все же отрицательно покачала головой.
— Нет, даже не уговаривай. Я хотела на дом честно заработать, а не дожидаться чьей-то смерти.
— Нет, ну хоть бы раз меня поддержать, а? Почему ты такая принципиальная? Тебе что, больше всех надо? — возмущался муж. — Это я корячусь по восемь часов пять дней в неделю, это я ношусь по городу, как угорелый за этими бумажками, пока ты просто стоишь в своем теплом магазинчике и получаешь деньги за красивые глазки.
— Зачем ты мне это говоришь? Разве я хоть раз за все время упрекнула тебя в чем-то? В конце концов, ты сам выбрал такую работу.
Слова Алисы, казалось, еще больше раззадорили мужа.
- Так о чем я и говорю? У меня сейчас временные проблемы, не спорю, но ты могла бы поддержать меня в стремлении привнести что-то материальное в нашу семью?
Алиса была поражена словам мужа.
- Но ты же можешь попробовать поискать другую работу? - Осторожно начала она. - Можно посмотреть вакансии для работы онлайн или пройти курсы повышения квалификации, я всё пойму, но, пожалуйста, не заставляй меня участвовать в том, что ты называешь срубить лёгких денег.
С этими словами Алиса с обиженным видом ушла.
Ей было крайне неприятно слышать такие слова из уст своего мужа. В конце концов, они прожили в браке уже шесть лет, мог бы и проявить к ней уважение, не попрекать её работой консультанта.
Отчасти в глубине души Алиса винила Викторию Эдуардовну, мать Германа, в том, что, будучи библиотекарем, она так и не привила своему сыну уважение ко всем профессиям, а не только к представителям интеллектуального труда.
Так или иначе, Герман даже в страшном сне не мог представить себя сотрудником магазина или работником склада.
- Значит, легенда у нас такая. Мы с тобой — волонтеры из соцслужбы, которых приставили к Василию Александровичу по настоянию Геннадия. Мол, он там что-то похлопотал по своим связям, и вот мы здесь.
Герман сидел на кровати в квартире своей любовницы, с которой встречался уже полтора года. Мужчина был очень осторожен, никогда не оставался у Виолетты на ночь, всегда приезжал к ней только днем, когда на работе выдавалось окно между поездками.
Алиса, естественно, ничего об этом не знала, даже не догадывалась о неверности мужа.
- Мне-то какой с этого интерес? — лениво поинтересовалась девица.
- Глупенькая, ты просто не понимаешь, — отмахнулся Герман. - Как только дед помрет и завещает мне дом, я, после вступления в наследство, сразу выставлю его на продажу.
- И…, — перебила любовница, — это значит, я тебе помогу карманы деньгами набить, а мне шиш на постном масле останется?
Герман довольно заулыбался и потянулся к Виолетте, собираясь поцеловать ее.
— Какая ты у меня нетерпеливая, — промурлыкал он, — конечно, ты в накладе не останешься, я тебе хорошую долю отпишу после продажи.
— Ну вот, совсем другой разговор, — произнесла любовница. — Если так, то я готова. Только…
— Сладенький, а когда ты уже со своей кикиморой разведёшься?
— Вета! Ну мы уже сто раз это обсуждали. Ещё не время.
— Ты уже полгода мне это говоришь, — разозлилась девушка. — Только и слышу от тебя — подожди, ещё погоди. Мне, знаешь ли, уже не двадцать лет, я замуж хочу, и вечно у тебя в любовницах сидеть не собираюсь.
Виолетта, шипя, встала с кровати и набросила на плечи шелковый халат.
— Вет, как только у нас будут деньги, я смогу развестись с Алисой, ну, как ты не поймешь? У меня же даже жилья своего нет, а ты квартиру снимаешь, ну куда мы пойдем? Не к матери же моей нам переезжать.
Любовница задумалась ненадолго, а потом смилостивилась.
— Ну ладно, так и быть, потерплю еще немного, но потом, чтобы мы с тобой поженились, иначе обо мне можешь забыть.
Герман тут же бросился перед ней на колени и обнял девушку за талию.
— Какая ты у меня терпеливая, Вета, такая понимающая!
Виолетта, ухмыляясь, погладила любовника по голове.
— Ты просто помни о том, что я — девушка с крайне высокой самооценкой, за мной, знаешь ли, и депутат из местной администрации ухаживал, так что есть из чего выбирать.
Согласно плану, Герман с Виолеттой круто взяли в оборот Василия Александровича.
Мужчина представил все таким образом, словно они с женщиной были супругами, и их вместе подготовили к Василию Александровичу для помощи по дому и ежедневному уходу. Он ездил к пенсионеру каждый день, как на работу. Вета же приезжала от силы пару раз в неделю, прибраться и приготовить что-нибудь несложное, что хранилось бы в холодильнике несколько дней.
Герман потом разогревал пожилому мужчине пищу и помогал тому себя обслуживать. Так прошло четыре месяца. Алиса знала о том, что муж ездит к одинокому пенсионеру ради наследства, но не знала об участии в его плане любовницы. Молодой продавщице неприятно было осознавать, что муж скатился до такого способа зарабатывания денег. Однако после их прошлой ссоры не хотела ничего говорить на этот счет.
Наконец случилось то, чего Герман так долго ждал. Василия Александровича не стало. Мужчина мирно скончался в своей постели, и Герман, обнаруживший его на следующее утро, сразу же занялся организацией похорон. За пару дней до того, Но покойный подозвал к своей постели курьера во время его очередного визита и произнес тихим слабым голосом.
— Герман, ты мне очень помог в это тяжелое время. Я хочу, чтобы ты знал. Я оставлю свой дом и все свои сбережения тебе. Пусть вам с женой хорошо живется в моем доме. Герман сжал руку пожилого мужчины и даже сделал вид, что вот-вот заплачет от сожалению.
— Василий Александрович, миленький, ну что вы, живите на здоровье, сколько вам отведено!
Пенсионер устал и покачал головой.
— Не надо иллюзий, сынок, мое время почти на исходе. Спасибо, что был рядом со мной в эти дни.
Внутри у Германа словно птицы запели от радости. Ну неужели он добился своего? И был настолько рад, что хотел поскорее избавиться от тела. Организовав Василию Александровичу максимально дешёвые похороны, муж Алисы с нетерпением ожидал проведения церемонии.
Ему хотелось разделаться с этим по-быстрому, чтобы нотариус сразу запустил процедуру вступления в наследство. Ждать ведь всё равно придётся ещё шесть месяцев, так что чем раньше начнёт, тем лучше.
— Это ещё что такое? — спросила Алиса накануне похорон, случайно увидев в компьютере Германа смету на расходы для организации церемонии.
— А что тебя смущает? — наивно произнес Герман. — Нормальные расходы, всё основное включено. — Да, но это же как-то слишком дёшево. И материалы ты, похоже, выбрал совсем некачественные. Герман, тут даже поминок нет! В возмущению Алисы не было предела. — А зачем ему поминки? У него ни родни, ни знакомых, — вскинулся муж. — Ты в этом уверен? — Смотрел его записную книжку.
Да не может быть, чтобы Василий Александрович был настолько одинок. Он ведь полжизни на заводе главным инженером проработал. Глаза у мужа забегали туда-сюда, словно его поймали с поличным.
— Честно говоря, я все его вещи сразу в коробке сложил, не разглядывал там ничего.
Тут пришла очередь Алисы вспыхнуть праведным гневом.
— Как это, какая разница?
Тебе самому-то не стыдно? Человек тебе свое имущество отписал, а ты с ним так подло обходишься после смерти. Алисе потребовалось несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы успокоиться, после чего она решительно произнесла.
— Значит так, сейчас ты звонишь в ритуальную фирму и говоришь, что похороны переносятся на три дня, а я за это время найду старых друзей Василия Александровича и организую все как следует, и это не обсуждается.
Господи, какой позор!
Алиса, чувствуя, как у нее разболелась голова, поспешила уйти из комнаты. В итоге удалось найти хороших знакомых Василия Александровича, которые согласились проводить старого товарища в последний путь. Ей пришлось оплатить из собственных денег хорошую столовую, качественный крепкий гроб, а также ритуальные венки и всё, что необходимо в таких случаях.
По сути, она отменила весь тот ужас, что успела заказать муж и, добавив к возвращенным деньгам собственные средства, сделала всё так, как это и должно было быть.
— Фух, наконец-то! — шепнул Герман жене, после того, как закончилось прощание и все гости разъехались по домам. — Я, если честно, устал делать скорбящий вид.
Алиса посмотрела на мужа с недоумением.
— Герман, ты себя хорошо чувствуешь? Как можно говорить такое? Ну, неужели тебе совершенно не жаль твоего подопечного? Но он даже не удосужился ответить. В мыслях Герман уже вовсю наслаждался деньгами, полученными с продажи загородного коттеджа. И разумеется, в его фантазиях в качестве спутницы фигурировала Виолетта, которой он должен отдать половину суммы.
— Ну что, Алисочка, снова допоздна на работе? Устала там, наверное, бедная, свои шмотки-то перебирать. — Виктория Эдуардовна, не стесняйся в выражениях, сразу напала на Алису, стоило той войти в квартиру.
Свекровь никогда не отличалась особым тактом по отношению к невестке, и в её обычной практике было приехать в гости, никому перед этим не позвонив и не предупредив.
— И вам доброго вечера, Виктория Эдуардовна, — как можно спокойнее произнесла Алиса. — У нас инвентаризация в магазине была, пришлось задержаться.
— Да уж, я вижу, — протянула язвительно свекровь. — Конечно, это же гораздо важнее, чем накормить ужин у мужа. Пусть он голодный ходит, пока у него живот сводить не начнет. Да ведь, Герман?
Виктория Эдуардовна выжидательно посмотрела на сына. Надеясь, что тот непременно вступится за мать и поставит нерадивую жену на место.
- У мужа, - иронично проговорила Алиса, - вообще-то руки и голова имеются, а еще целый холодильник продуктов. Мог бы и сам приготовить что-нибудь. Тем более я писала сегодня днем, что меня допоздна не будет из-за работы, а у Германа вообще-то сегодня только полдня занято было.
Муж в это время, с аппетитом оплетавший мясную рагу, любезно приготовленное матерью, предпочел не вмешиваться в женские разборки. Вместо этого молча взял со стола тарелку и удалился в комнату, включив телевизор. Прибавив громкость так, чтобы не слышать спора между матерью и женой, Герман как ни в чем не бывало продолжил трапезу.
- Ну и как это понимать? — раздраженно начала Виктория Эдуардовна. — Уходишь утром, приходишь, когда хочешь, не готовишь почти ничего.
- Я готовлю, когда у меня есть на это время, - оборвала ее Алиса. - Не нужно делать из меня монстра, Виктория Эдуардовна. Ваш сын уже взрослый мальчик и вполне способен позаботиться о себе сам.
Алиса очень старалась не вступать в открытый конфликт со свекровью, но в последнее время это давалось все сложнее.
- Неудивительно, что у вас до сих пор нет детей», покачала головой мать-мужа. - Такими темпами я внуков вообще никогда не дождусь, а ведь мне уже почти шестьдесят!
Женщина глубоко вздохнула, после чего продолжила.
- Считаю, ты должна в этом вопросе взять инициативу в свои руки.
- И что вы предлагаете? - удивленно переспросила невестка. - Не моя вина, что у нас пока не получился ребенок.
Я консультировался со своим врачом, она говорит, такое иногда бывает. Возможно, сказывается постоянный стресс.
- Так минимизируй этот свой стресс, а еще лучше мужа полностью его устрани, - вскипела свекровь. - Работаешь по двенадцать часов в сутки, мужа видишь только перед сном, и то минут на десять, не больше. Конечно, нет сил ни на что другое.
— Виктория Эдуардовна, — не выдержала Алиса, — простите, но это уже слишком. Попрошу вас не лезть в нашу личную жизнь.
Вы лучше у своего сына спросите, почему он не хочет обследоваться. Я ведь предлагала ему пройти совместный скрининг, а он утверждает, что у него всё отлично.
Тут до матери Германа наконец дошло, что она немного перегнула палку. Поджав губы и пожелав невестке и сыну спокойной ночи, женщина начала спешно собираться домой.
— Давайте я вам такси вызову, — извиняющимся Тона предложила Алиса, которая и сама уже была не рада, что дала вывести себя на эмоции.
— Нет уж, спасибо, как-нибудь сама справлюсь. Надевая пальто, проговорила Виктория Эдуардовна и быстро раскрылась в дверях.
— Мог бы и проводить мать-то, — укоряющим тоном обратилась она к мужу. — Почему ты мне не написал, что твоя мама у нас в гостях? Я бы пораньше попробовала отпроситься, может быть, тортик купила. И этой неловкой сцены вполне можно было бы избежать.
- Ай, не боись, за маман, она не пропадет, — с набитым ртом ответил Герман. — Она сейчас мигом домчится, тут же недалеко совсем.
Алиса в очередной раз поразилась столь легкомысленному отношению мужа к жизни в целом и к собственной матери в частности. Однако, как и прежде, предпочла промолчать. В конце концов, отношения — это их личное дело. Полгода пролетели почти незаметно.
За это время в отношениях семьи ровно ничего не изменилось. Единственное, что муж в последнее время постоянно Германа пребывал в приподнятом настроении, и причина для этого была ясна. Все ближе был день, когда Герман, наконец, сможет завладеть домом Василия Александровича официально. Когда Алиса пришла утром в магазин, к ней подошла управляющая.
— Алис, ну вот, помощь твоя снова нужна, — начала та с улыбкой. — Что такое? — уточнила женщина.
— Снова нужно кого-то в другом филиале подменить?
— Все верно. Директор сказал на Сиреневом бульваре в магазине, девчонка в декрет уходит, придется тебе пока что туда перебраться. Алиса согласилась и управляющая пошла в подсобку, оформить документы для перевода.
В том, чтобы подменить кого-то из сотрудников на другой точке, не было ничего необычного. В их городке таких магазинов было всего три, хотя по стране насчитывалось еще десяток.
Директор сети в свое время приложил огромное усилие к тому, чтобы его бизнес стал образцом качества для других брендовых сетевиков. Он сам проводил отбор персонала на все должности и тщательно следил, чтобы у консультантов всегда была взаимозаменяемость.
О том, что ее переводят на другой адрес, Алиса Герману говорить не стала. Все равно он ничем, кроме своего наследства, в последнее время не интересовался.
Выйдя на следующий день на новое место, Алиса быстро прошла положенный по правилам инструктаж и приступила к своим обязанностям. Она как раз возилась в подсобке с партией новых платьев, когда в магазин неожиданно вошел Герман, ведя под локоть Виолетту.
Накануне любовница уговорила его сделать маленький знак внимания. Она присмотрела себе в этом магазинчике кожаные туфли и очень хотела, чтобы Герман купил их для нее.
Он хоть и не планировал таких больших трат, но решил, что всё скоро окупится, когда он продаст коттедж покойного инженера.
И, конечно же, не знал о том, что с этого дня тут работает жена. А потому спокойно бродил между витрин, разглядывая дорогие вещи и терпеливо выжидая, пока его любовница выберет то, что ей нужно.
- Всё, котик, я взяла себе туфельки и вот это платьице. Смотри, как оно соблазнительно. Пойдем в примерочную, поможешь мне его застегнуть?
Ее многообещающая улыбка буквально сводила с ума Германа, и тот, словно зачарованный, покорно последовал за любовницей.
В тот момент, когда парочка скрылась за тканевой занавеской примерочной кабинки, в зал вышла Алис, державшая в руках сразу несколько новых моделей. В магазине, кроме нее и изменника-мужа со своей пассией, покупателей больше не было. Вот Алиса и решила развесить свежую коллекцию.
Проходя мимо закрытой примерочной, она неожиданно услышала знакомый голос.
Сначала Алиса подумала, что ошиблась, ведь в кабинке помимо мужчины была еще и женщина. Однако вскоре руки ее похолодели, в глазах потемнело. — всё потому, что она услышала, как Герман с Ветой обсуждают их будущее наследство.
— Как всё-таки хорошо, что Гена тебе вовремя этот вариант со стариком подкинул, — мурлыкала Виолетта, попутно издавая звуки поцелуев.
– Чётко мы сработали, а главное, твоя-то дура так ничего и не заподозрила. Послышался низкий смех Германа, и Алиса, осторожно положив оставшееся платье в свободную кабинку, подошла к той, откуда доносились голоса. Молодая женщина была шокирована тем, насколько циничным оказался ее муж.
— Ох, Веточка, ты себе даже представить не можешь, как тошно было в день его похорон. Алиска мне весь план загубила. Я-то думал, бюджетно старика закопать и дело с концом. А она мне весь план порушила. Как давай возмущаться, почему это так дешево. Я думал, меня прямо на поминках стошнит.
— Ну он ведь никто мне! Вновь послышались нескромные звуки, и Алиса поняла, что вот-вот потеряет терпение.
Виолетта, меж тем, напомнила ее мужу томно.
— Ничего, сладенький, все это стоило того, чтобы получить деньги и дом. Ты помнишь, тебе через три дня к нотариусу. Пора вступать в наследство.
— Пора становиться богачами, — вторил ей Герман, после чего Алиса услышала, как парочка вновь стала страстно целоваться.
Такой наглости она вытерпеть не могла.
Яростно отдернув занавеску, она застала мужа и любовницу в крайне пикантном положении.
— Не трудись ничего объяснять, я и так все вижу. — побледнев, медленно произнесла его жена. — Что ж, теперь я хотя бы знаю, почему ты так часто приходил домой без сил. Герман, застегнутый врасплох, стыдливо молчал. Однако, Виолетта решила перевернуть ситуацию на сто восемьдесят градусов, естественно, чтобы насолить Алисе.
— Девушка, вы что себе позволяете? Я, между прочим, постоянный клиент вашего магазина, а вы смеете вот так внаглую врываться в примерочную. А если бы я здесь голая стояла? Алиса окинула взглядом на половину раздетую Виолетту, после чего иронично заметила.
— Боюсь, что на вашу тощую фигурку у нас подходящих платьев нет.
Советую вам заглянуть в магазин детской одежды. Он как раз в соседнем доме.
— Да как ты смеешь, овца тупая! — побагровела от гнева любовница. — Герман, скажи ей! Мужчина, до того занимавший выжидательную позицию, решил все же встать на сторону любовницы.
— Алис, а ты что тут вообще делаешь? Шпионишь за мной?
Герман решительно отодвинул любовницу за спину и самодовольно взглянул на жену сверху вниз.
— Правильно мне мать говорила. От таких карьеристок, как ты, чего угодно можно ожидать. Что, не смогла смириться с моим успехом? Конечно, я ведь без пяти минут миллионер! Герман грубо рассмеялся жене в лицо. Алиса, едва сдерживая слезы, произнесла.
— Не хочу тебя больше ни видеть, ни слышать. Эту швабру с собой тоже забери.
Выметайтесь оба из моего магазина сейчас же! Тут из-за спины Германа выглянула ехидная Виолетта. Во-первых, милочка, магазин этот не твой, больно высоко себя мнишь. А во-вторых, Герман все равно с тобой разведется. Ему такая унылая жена не нужна.
Алиса готова была вцепиться этой стерве в ее белобрысые волосы, вырвать их все, до единого. Каким-то чудом она смогла себя сдержать, а вместо этого указала обоим на дверь.
— Я в этом магазине прежде всего работаю. — И да, Герман, развод ты получишь, в этом можешь не сомневаться. Но на правах главного продавца я не допущу на территории престижного бутика распутства и развратов примерочных, так что покиньте помещение, или я сейчас охрану вызову.
— Да что ты говоришь, — прошептал Герман, и неожиданно для Алисы начал наступать на нее, опасно замахнувшись.
— Ну давай, жаба, попробуй.
Алиса не ожидала, что муж станет действовать настолько агрессивно, поэтому быстро нажала тревожную кнопку, расположенную на фирменном брелоке, который каждый продавец носил с собой в течение смены, как раз для таких случаев.
Меньше чем через минуту в зале возник высокий, мощного телосложения охранник.
Будучи выше Германа на целую голову, он быстро смог успокоить Буйного и его истеричную пассию. Вскоре, ухватив обоих под локоть, охранник выдворил противную парочку на улицу. Когда перед ними захлопнула стеклянная дверь, Виолетта громко прокричала.
— Думаешь, я все это так просто оставлю? Да я на тебя и твой магазин такой отзыв в соцсетях напишу.
Ты после этого даже поломойкой устроиться не сможешь. Я тебя уничтожу. С грязью тебя смешаю, каракатица ты недоделанная. Алиса не стала дослушивать и визг истерички любовницы, а вернулась к своей работе, оставив Виолетту и теперь уже почти бывшего мужа уныло отправляться обратно, так и не совершив ни единой покупки в их магазине. К сожалению, Виолетта не блефовала.
Следующим утром владелец сети бутиков Юрий Анатольевич с задумчивым видом читал гневный отзыв, оставленный на популярном сайте любовницей мужа Алисы.
В нем было много неприятного относительно качества выставляемого в магазине товара, а также отдельно подчеркивалось, насколько некомпетентный и хамский персонал работает на сиреневом бульваре.
Юрий Анатольевич тяжело вздохнул. Ему совсем недавно исполнилось 45, и большую часть своей сознательной жизни он развивал этот бизнес. Стартовый капитал получил в наследство своих родителей и, будучи человеком разумным, грамотно им распорядился.
Теперь же его детищу грозило огромное пятно на деловой репутации. Дело в том, что клиентура его бутиков состояла из крайне обеспеченной прослойки, где каждый постоянный клиент был что называется на вес золота.
Терять их значило своими руками отнимать у себя же приличную часть прибыли, поэтому Юрий Анатольевич решил лично разобраться в случившемся инциденте. Просматривая камеру видеонаблюдения в кабинете, мужчина четко увидел тот момент, когда Алиса в гневе отдернула занавеску примерочной.
Конечно, застать любовную парочку за страстными объятиями никому бы не понравилось, но шеф так и не понял, почему.
Поэтому вслед за этим Алиса так рьяно принялась что-то доказывать мужчине, а затем все трое чуть не вцепились в драки, пока не появился охранник и силой не заставил клиентов уйти. К сожалению, хозяин не слышал, о чем говорила троица на записи, так как камеры не фиксировали звук.
— Алиса Родионовна, что вы можете на это сказать? Чуть позже, вызвав сотрудницу к себе, спросил ее Юрий Анатольевич и продемонстрировал ей смутившую его запись.
— Поймите, мне очень важно знать правду.
— Эта клиентка сегодня утром опубликовала гневный отзыв на наш магазин и, кроме того, не обошла в нем стороной и вас.
Алисе было ужасно неудобно. Еще бы, она же фактически устроила скандальную сцену собственному мужу. Но, с другой стороны, терять эту работу из-за него не хотелось. Краснеет смущение, пришлось признаться.
- Произошло ужасное недоразумение. Мужчина на записи — мой муж, а вот эта девушка…
Алисе очень сложно было произнести следующее слово, но она все же договорила.
- В общем, это любовница моего мужа. Я услышала, как они разговаривают и все остальное, а потом…
- Можете не продолжать, — прервал ее жестом начальник.
Он понял, Алиса стала невольной жертвой обстоятельств. Ему было жаль обманутую женщину, однако прежде всего нужно было решить вопрос с вспыхнувшим скандалом.
— Алина Родионовна, я вам искренне сочувствую, — понимающим тоном произнес босс, — но прошу вас впредь научиться сдерживать свои чувства.
- Не спорю, в данной ситуации это было непросто. Я вас не осуждаю, однако вы должны понимать в компании какого уровня вы работаете. Надеюсь, мы с вами друг друга поняли?
Алиса кивнула и искренне поблагодарила начальника. «Я обещаю, больше ничего подобного не повторится. Буду следить за своими эмоциями и держать их под контролем».
Она хотела было уйти, но напоследок все же спросила. «Юрий Анатольевич, а как же с отзывом быть?» В ответ на это директор вздохнул и сложил руки домиком, обдумывая возможное решение.
— Думаю, мы сможем договориться с сайтом, опубликовавшим этот отзыв, чтобы его удалили. А если клиентка попытается вновь написать что-то подобное, предложим ей скидку побольше в одном из наших бутиков.
В любом случае, спасибо, что честно все рассказали. Ну, а дальше уже не ваша забота.
Алиса с облегчением выдохнула и попрощавшись, поехала обратно в магазин, дорабатывать смену.
Вернувшись вечером домой, она застала недовольную Викторию Эдуардовну.
- Явилась? Ну что, истеричка, добилась своего!
Герман, мой мальчик, сейчас лежит в гостиной с ужасной головной болью. Это ты его доконала своими придирками!
Алиса сразу поняла, что свекровь заняла оборонительную позицию по отношению к сыну, но она молчать не собиралась. Интересно, конечно, а с чего это у него вдруг голова разболелась? Уж не с того ли, что в ней уже дырку проделали навязчивые мысли о проклятом наследстве? Алиса говорила специально громко, так, чтобы Герман все слышал.
— Какое еще наследство? — растерянно захлопала ресницами свекровь. — Совсем с ума сошла? Ты о чем?
— Я о том, Виктория Эдуардовна, что ваш драгоценный сын практически обманно втерся в доверие к одному хорошему человеку, и тот из чистых помыслов переписал на него свой загородный дом и все деньги, которые успел накопить за свой век. Алиса рассказала шокированной свекрови все, что знала, а в заключении вытащила из рукава финальный туз.
Самое интересное, что наследство это он захапал даже не для нас с ним, то есть не для вашей ненавистной невестки. Герман планировал половину этих денег отдать своей любовницы, с которой я их вчера и застукала прямо на своём рабочем месте, в примерочной. Виктория Эдуардовна медленно села на стул, стоявший на крошечной кухне.
Уж чего-чего, а такого она от сына точно не ожидала. Получить обманом наследство, да ещё и поделить его с какой-то вертихвосткой — не такому она учила своего Германа.
— Алиса, а кто тот человек, что отписал сыну свой дом? Василий Александрович Орлов, блестящий инженер, покачала головой невестка. Мне до сих пор стыдно от того, как пытался проводить его на тот свет мой горе-муж.
Услышав фамилию покойного, Виктория Эдуардовна сама вмиг стала белой, точно простыня. Заволновавшись, Алиса предложила свекрови стакан воды, но та отказалась.
— Василий, — прошептала пожилая женщина, — он ведь мне как отец был, прожил с моей матерью почти восемь лет.
Я тогда совсем крошка еще была, помогал нам с ней, чем мог. Но потом у них с мамой какой-то конфликт случился, и Василий ушел от нас. На глазах своей крови блеснули слезы. Господи, если бы я только знала, что он был жив все это время, я… Да говорить она не смогла, и лишь прижала к лицу свои морщинистые руки, не желая делить чувства с посторонними.
— Герман, — вдруг решительно позвала она сына, — а ну-ка иди сюда.
У меня к тебе есть очень серьезный разговор. Алиса ушла переодеваться, а свекровь с укором посмотрела на сына.
— А теперь послушай меня внимательно, сынок. Я в ваши с Алисой дела лезть не стану. Хотите развестись — ваше семейное дело, но продавать дом Василия Александровича я тебе категорически запрещаю.
Герман взглянул на мать как на сумасшедшую.
— Ты чего?
- А ничего. Ты хоть знаешь, кем был для меня этот человек? Орлов мне приходился отчимом несколько лет, и, поверь, такого отца еще поискать надо было. Дом этот, о котором ты мне, кстати, ничего не рассказал — это память о Василии. Мы с ним не общались уже много лет. Я думал, он давно умер, потому и не пыталась повторно найти его. Так что этот коттедж я тебе продать не позволю.
Виктория Эдуардовна грозно смотрела на незадачливого сына, который вместо того, чтобы покорно согласиться, встал перед родной матерью в посуду.
Так ты мне, значит, добра желаешь, да? Я тут за копейки курьером в нотариальной конторе горбачусь, а ты мне запрещаешь получить деньги от продажи дома. Да ты с этим отчимом уже полвека как не общалась.
Алиса в это время тихонько собрала чемодан и вышла с квартирой. Ей совсем не хотелось знать, чем закончатся разборки свекрови с Германом. Она твердо для себя решила, что больше не проживет с этим мужчиной под одной крышей ни единого дня.
И подумала, раз пока не получается выгнать мужа из своей квартиры цивилизованным способом, то поживет немного на даче у подруги, которая любезно согласилась приютить ее на некоторое время.
А точнее, до тех пор, пока Алиса окончательно не разберется со своей жизнью. Вызвав такси, она направилась за ключами от загородного домика. Пожив на даче несколько дней, Алиса поняла, что добираться туда и обратно на такси весьма накладно.
Магазин, где она работала, располагался почти в самом центре, а вот временное жилье — в пригороде.
Решив попробовать добираться на автобусе, Алиса обзавелась картой с расписанием и принялась дожидаться транспорт, чтобы доехать до города. В автобусе она обратила внимание на одного мужчину. Тот стоял как-то странно, покачиваясь из стороны в сторону, словно был под действием алкоголя. Однако Алиса не чувствовала исходящего от него запаха спиртного. Незнакомец не мог встать ровно.
Все время то сгибался почти пополам, словно у него болел живот, то хватался за поручни. Кондуктор, пожилая уже женщина, хоть и косилась на странного пассажира опасливо, но делать ему замечания и уж тем более подходить опасалась. Алиса поняла, белятерша не хотела для себя лишних проблем и боялась, что если скажет ему что-то неприятное, пьяница сразу начнет буйствовать.
Когда они с тем странным мужчиной вышли на одной остановке, автобус резко рванул с места, надеясь скорее отправиться дальше по маршруту. Незнакомец не удержался и полетел бы ногами прямо под автобус, если бы Алиса в последний момент не ухватила его за высокий ворот потрёпанной кожаной куртки, буквально чудом выдернув из-под колес.
— Вы в порядке? Слышите меня?
Похлопала она его по лицу, пытаясь привести в чувство.
— Сделка! — заплетающимся языком произнёс пострадавший. — Обед, рыба.
Алиса заметила, что незнакомец, едва не угодивший только что под автобус, был явно дезориентирован в пространстве. Он водил вокруг невидящим взглядом и тихонько стонал.
При этом она обратила внимание на его посиневшие дёсны. Решив, что больше всего происходящее похоже на отравление, Алиса, не теряя времени, позвонила в скорую. Приехавшие на место врачи осмотрели мужчину, но честно сказали, что, скорее всего, отравление запрещенными веществами.
- Похоже, вы только что очередному наркоше жизнь спасли, - недовольно сказал врач, светя маленьким фонариком в глаза пострадавшему.
- И сколько нам еще таких обдолбанных бомжей подбирать, только место в больнице занимают.
- Ну, если у него грязная одежда, это же не значит, что он бездомный, вступила за него Алиса. Вместо ответа врач перевел на нее фонарик.
- А вы в своей жизни много бомжей и наркоманов видели?
На это Алисе ответить было нечего. Она была благодарна докторам за то, что они, несмотря на недовольство, все же отвезли пациента в больницу.
На всякий случай она уточнила номер, чтобы иметь возможность лично проведать на следующий день.
Что-то в этом незнакомце зацепило, только она сама не знала, что именно. В больнице мужчине успешно провели детоксикацию и вовремя определили причину его состояния. Когда Алиса приехала его проведать, лечащий врач тихонько отозвал ее в сторону.
- Понимаю, что мне нельзя вам об этом говорить, но вы были правы. В крови пациента был обнаружен яд, причем сильнодействующий. Вы вовремя оказались рядом. Дальше доктор ничего говорить не стал, а только проводил Алису к палате. «Спасибо, что спасли мне жизнь». Некоторое время спустя поблагодарил ее пациента.
- Если бы не вы, я бы сейчас здесь не лежал.
- Да что вы, — смущенно сказала Алиса. - На моем месте так бы любой нормальный человек поступил. Я еще в автобусе заметила, что с вами что-то не так.
Мужчина медленно приподнялся в постели, чтобы принять сидячее положение.
- К сожалению, иногда в нормальных людях можно слишком сильно ошибиться. Те, кто отравил меня, сделали это с улыбкой на лице во время совместного обеда.
- Что вы имеете в виду? — переспросила Алиса.
— Это были мои партнеры по бизнесу, любезно приютившие меня после приезда в ваш славный город из Якутии. Мы вели совместный бизнес, только я своей частью руководил удаленно. Они решили, что пока есть такая возможность, нужно меня ликвидировать, незаметно, подстроив все так, будто у меня аллергия.
- Но это была не аллергия, - догадалась Алиса.
- Да, вы, похоже, единственная, кто обратил внимание на мои десна, на то, что их цвет изменился.
Бизнесмен неожиданно протянул ей открытую ладонь для рукопожатия.
— Меня зовут Дмитрий, Дмитрий Иванович Ловцов.
— Очень приятно. - Вкладывая в его ладонь, в свою хрупкую кисть ответила женщина.
На лице бизнесмена расцвела добродушная и теплая улыбка. В то же время на другом конце города Герман готовился к тому, чтобы официально стать наследником коттеджа и денег Василия Александровича. Он как раз должен был идти к нотариусу, но предвкушение большого выигрыша омрачалось словами матери, которая в ультимативной форме запретила ему продавать дом.
- Имей в виду, Герман, если ослушаешься, можешь считать матери у тебя больше нет, — свирепо произнесла Виктория Эдуардовна перед тем, как покинуть квартиру.
С Алисой они уже точно разводились, жена предложила первый, и в общем-то избавила его от необходимости сообщать об этом. Теперь вставал вопрос с жильем.
Герману удалось выторговать у почти бывшей жены немного времени, чтобы подыскать себе другую квартиру, однако его зарплаты курьера едва бы хватило, чтобы оплатить хотя бы приличную однушку в спальном районе города.
О том же, чтобы временно переехать к матери и речи не шло. Через час после официального вступления в наследство Герман должен был встретиться в кафе с Виолеттой.
Прибыв в условленное время, он несколько растерялся, ее не было на месте. Внезапно кто-то закрыл ему ладошками глаза. Заждался, раздался знакомый женский голос.
- Вита, — расплылся в улыбке Герман. - А я уж начал волноваться, думал, не придёшь.
— Ну что ты, промурлыкала девушка, устраиваясь за столиком и делая заказ. Нам ведь столько всего нужно обсудить.
К примеру, когда ты выставишь наш дом на продажу. Ты ведь теперь мужчина почти свободный, а значит, нам нужно будет где-то жить.
— Да, милая, тут насчёт дома возникла одна проблемка небольшая, — замялся Герман. Глаза Виолетты сузились до размера щёлочек. Любовница невольно стала похожа на змею. — Только не говори, что передумал насчет продажи, угрожающим тоном начала она.
— Герман, нашему ребёнку нужно где-то жить. Я уже не говорю о коляске, памперсах, да там масса расходов. Он на мгновение побледнел. — Какой ребёнок, Вета? Ты что, беременна? Девушка торжественно подняла бокал с соком.
— Сюрприз, — мелодично пропела она. Дмитрий и Алиса довольно быстро проникли с симпатией друг к другу.
Она встретила мужчину из больницы и предложила помочь ему с арендой жилья, за что бизнесмен был ей очень благодарен.
Выяснилось, что Дмитрий приехал сюда с целью покупки нового бизнеса. У мужчины накопилось достаточно денег, чтобы приобрести какое-нибудь новое направление в его бизнесе. Именно по этой причине он стал жертвой отравления своих же партнеров.
Те знали, что с собой он везет весьма крупную сумму денег, причем как наличные, так и на особой банковской карте, данные от которой знал лишь сам бизнесмен.
Партнеры, задумавшие преступление, хотели не просто убрать Ловцова из игры, они намеревались предложить ему противоядие в обмен на данные карты. Все это Дмитрий узнал уже после того, как без зазрения совести сдал своих коллег полиции.
К счастью, экспертиза ядовитого вещества, обнаруженного в его крови, полностью подтвердила вину преступников. Спустя неделю после этого Дима приехал на работу к Алисе. Незадолго до этого она показала ему, где работает, и бизнесмен решил навестить свою новую знакомую. Появился он очень эффектно. На арендованном внедорожнике в новом дорогом костюме и с гигантским букетом светлых роз.
— Алиса, разрешите вам сделать приятное сегодня. Слегка краснея от смущения, вручил букет продавщице Дмитрий. Она зарделась точно ранее заря, но с удовольствием приняла цветы. Бизнесмен объяснил, что хотел бы поговорить с ее директором, так как слышал информацию о том, что владелец сети бутиков с недавних пор подумывает о том, чтобы выгодно продать своё дело.
Когда Алиса указала ему на место расположения офиса, тот, поблагодарив, сразу же поехал туда. Пообщавшись с Юрием Анатольевичем, якутский бизнесмен сделал ему настолько щедрое предложение, что босс недолго, думаю, согласился.
— Хорошо, Дмитрий Иванович, — произнёс он, пожимая ему руку. — Думаю, мы с вами договорились. Завтра же начинаем процесс заключения сделки.
Честно говоря, я рад, что мое дело перейдет к столь умному и дальновидному человеку. Сам я за годы управления сетью уже порядком выгорел. Хочу попробовать что-нибудь новое, что-нибудь исконно мужское, понимаете? Например, открыть сеть автомастерских.
Расстались Юрий Анатольевич и бизнесмен Ловцов как уверенные друг в друге партнеры. Конечно же, Дмитрий перед этим навел о своем будущем бизнесе справки.
Репутация у директора Алисы была кристально чистой, так что он мог не опасаться подвоха с его стороны.
Тем временем Герман пытался уговорить мать разрешить ему продать дом, учитывая новые обстоятельства.
— Ну пойми ты, Виолетта моя невеста, она же беременна. Нам с ней малышом нужно будет где-то жить, а на вырученные деньги мы сможем купить квартиру.
Виктория Эдуардовна смерила сына взглядом полным разочарования.
— Какой же ты у меня наивный! Это Виолетта, твоя любовница, она же тебя за нос водит!
— С чего это ты решила? — удивился сын.
— С того, — с грустной улыбкой сказала мать, — что не может она быть от тебя беременна, по определению. Не стал я говорить об этом Алисе, чтобы не портить тебе мужской авторитет. Но ты бесплоден, Герман, в детстве у тебя была свинка, и, к сожалению, это привело к таким последствиям для твоего организма.
Реакцию сына сложно было представить. Сначала он побледнел, потом позеленел от злости и, наконец, побагровел от гнева.
— И ты молчала об этом всю мою жизнь! — закричал он на мать, брызгая слюной. — Да как ты вообще так могла поступить со мной, а?
Как?
- Прости, сынок, — проливая горькие материнские слезы, тихо произнесла Виктория Эдуардовна, — я надеялась, что ты никогда об этом не узнаешь. В конце концов, думала свалить всё на Алису, а там бы, глядишь, вы бы и из детского дома ребёночка взяли, многие так живут.
Взгляд Германа стал холоден точно лёд.
Герман выгнал рыдающую мать из дома, а сам достал бутылку водки из буфета и, вскрыв крышку резким движением, быстро сделал несколько обжигающих глотков. Он не мог смириться с мыслью о том, что мать не уберегла его от столь коварной болезни, ведь хотел же он детей от Виолетты, но тогда…
— Вета, скажи мне правду. — Тремя часами позже спрашивала он у любовницы. — Ты действительно беременна от меня?
Девушка недовольно поморщилась.
— Откуда такие мысли, Герман? Естественно, это твой ребенок.
— Ты мне лжешь! — неожиданно ударил по стулу кулаком мужчина. - Мать сказала, что я не могу иметь детей. Так что или это вранье чистой воды, или ты снюхалась с кем-то еще. Кто сделал тебе этого ребенка? Говори правду.
Виолетта заерзала на стуле, пыталась придумать ложь поубедительнее, но внезапно открывшаяся правда спутала ей все карты.
Конечно, беременность свою она выдумала с той лишь целью, чтобы поскорее склонить Германа к продаже стариковского дома. Теперь же, когда деньги ей, похоже, уже не светят, пора было искать нового претендента на свои руку и сердце.
— Знаешь, котик, давай обсудим этот вопрос позже, я вспомнила у меня сегодня важная встреча.
Не вдаваясь в детали, девушка подхватила свою сумочку и поспешила покинуть кафе, не удосужившись даже взглянуть на своего раздавленного любовника. Герман понял, мать говорила правду, и Виолетта всё это время была с ним исключительно ради его связи в юридическом мире.
А потом, из-за истории с этим домом, будь он неладен.
Подумав немного, Герман подозвал к себе официанта и попросил у него порцию виски. За ней последовала еще одна и еще. В тот день он очень сильно напился, даже толком не помнил, как добрался домой. С того момента Герман решил во что бы то ни стало поменять свою жизнь, стать богатым. И, увольняясь из нотариальной конторы, он случайно услышал разговор Геннадия с другими коллегами.
- Да вы что, неужто сам Ловцов хочет купить всю сеть? Хороши приобретения, нечего сказать.
Герман застыл на пороге кабинета. Он сразу узнал название магазина, где работала его жена. Значит, ее директор решил продать бизнес.
- А это шанс, - промелькнуло в голове бывшего курьера и в глазах Германа вспыхнул алчный огонь.
- Зачем горбатиться, не пойми, сколько лет, если можно сразу сорвать джекпот, - рассуждал про себя мужчина.
В тот же день Герман выспросил у Геннадия, тесно общавшегося с юристами, ведущими сделку Ловцова, где и когда будут проводиться переговоры.
Гена удивился сначала, мол, зачем тебе знать такие подробности, ты же все равно увольняешься, но Герман смог ловко выкрутиться.
Да просто хочу хоть одним глазком на этого Ловцова взглянуть. Дошли тут до меня слухи, что он с моей бывшей шашни крутит. Геннадий, понимающе кивнул и выдал интересующую информацию.
Через два дня Дмитрий Ловцов и Юрий Анатольевич встречались в дорогом ресторане. По случаю с заключением сделки они даже полностью забронировали все заведение, чтобы провести переговоры спокойно без лишних глаз.
Каждый из бизнесменов прибыл на место со своими юристами. Дмитрий Иванович по такому поводу также вызвал собственного специалиста из Якутии, тот прилетел частным рейсом накануне переговоров.
Мужчины сидели у широкого панорамного окна и вовсе обсуждали детали предстоящего контракта, когда раздался громкий хлопок, а вслед за ним стекло разлетелось на сотни крошечных осколков.
Они едва успели пригнуться, однако Дмитрий заметил огромный булыжник, приземлившийся аккурат перед их столом.
— Ну-ка всем лежать! — раздался мужской голос прямо над ними. — Ты, в сером пиджаке, положи сумку с деньгами прямо передо мной. Медленно, так, чтобы я руки твои видел.
Ловцов плавно поднялся на ноги и увидел перед собой в разбитом окне мужскую фигуру в черной маске.
В руке у грабителя был пистолет.
— Эй ты, тебя я подниматься не просил, — рявкнул на преступник, однако бизнесмен не собирался вступать с ним в диалог.
В следующую секунду Дмитрий одним стремительным движением бросился на грабителя и, сбив его с ног, провел профессиональный захват, лишивший незнакомца в маске возможности двигаться.
Грабитель истошно завопил, а Ловцов тем временем стащил с него балаклаву.
- Всё нормально, мужики! — выставил он руку перед прибежавшей на крики охраны.
— Я знаю его. Нагнувшись, к свернутому в позе креветке мужчине, Дмитрий тихонько проговорил.
— Эх, Герман, мне Алиса много про тебя рассказывала. Что ж ты за голову-то всё никак не возьмёшься, а?
Нет, это ж надо, какой дурак, с игрушечным пистолетом нас грабить пришёл, — подал голос Юрий Анатольевич, поднявший оружие преступника, чтобы как следует его рассмотреть.
«Богатее», — прошипел, обращаясь ко всем Герман, — «как же я вас всех ненавижу!
- У-у-у, — протянул разочарованно Дмитрий Иванович, — думаю, тебе пойдет на пользу арест на пятнадцать суток. Посидишь чуток в камере за хулиганку, подумаешь над жизнью, глядишь, может и зашевелятся по-другому шестеренки в твоей дурной башке.
Бизнесмены вызвали полицию и отправили Германа на профилактику, после чего смогли спокойно завершить подписание документов по продаже бизнеса.
Алиса, узнав о случившемся, сразу выгнала Германа из своей квартиры, заочно перевезя его вещи к Виктории Эдуардовне.
Свекровь была очень расстроена, узнав о том, что совершил ее сын, и пообещала невестке, что Германа ее больше не побеспокоит. Сама Виктория Эдуардовна вскоре переехала на постоянное место жительства в дом своего покойного отчима. Теперь она могла наслаждаться жизнью в пригороде и совсем не нуждалась в деньгах, так как Герман передал все накопления Василия Александровича ей.
После развода с мужем Алиса стала встречаться с Дмитрием, а через полгода пара сыграла шикарную свадьбу. Алиса стала помогать мужу вести дела в их торговой сети по продаже брендовой одежды.
Она была счастлива, что смогла совместить любовь и дело, которое ей по душе.
В Диме она нашла именно того человека, которого мечтала встретить всю свою жизнь. Ведь бизнесмен не только уважал ее как личность, но и заботился, ценя ее любовь и большое сердце.
Они очень надеялись, что скоро в их семье будет прибавлений, а пока занимались вместе перспективным бизнесом. Что же до Германа, то он, отсидев свои 15 суток и побывав на исправительных работах, во многом пересмотрел свои взгляды на жизнь.
В итоге он переехал в другой город, где устроился в волонтерскую организацию.