March 3, 2019

Просто быть богом. Глава 7.

Праздник в честь исцеления Айри был не таким ярким, как поимка кабана, но всё же собрал немало гостей. Многие жители Ризос были просто не в курсе опасности, подстерегавшей девушку.

Я воспользовался случаем, чтобы побольше разузнать о заинтересовавшем меня королевском роде и его связи с деревней, но никто не имел даже малейшего представления.

- Абеха? Ну что ты, сынок, разве бы мы тогда жили так бедно? - отвечала мне старушка, пережившая несколько королей.

- Моя дочь - Абеха? Это что же получается, Маньяна была родовитой? Вот уж никогда бы не подумал, - покачал головой Мигель.

- В нашей деревне живут короли? Вот здорово! Кто это? Расскажи нам больше! - наперебой галдели дети.

- А где я могу больше узнать про этот род? - в конце концов спросил я Айри.

- Наверное, в Иридиуме, городе в двух днях пути отсюда. Ты же хочешь туда сходить? - её лицо омрачилось.

- Я думаю, что мне стоило бы это сделать. Твоё проклятье было связано с Абехами, и, как бы это для тебя удивительно ни звучало, ты из этого рода. Я хочу узнать больше о них. Я обязательно вернусь и расскажу всё, что узнаю.

- Хорошо, - неожиданно легко согласилась девушка, - Я понимаю, что ты это делаешь для меня. Будь осторожен, ладно?

Я пообещал Айри быть осторожным, и попросил не уходить далеко из деревни, потому что не знал, какие ещё сценарии могут быть разбросаны по окрестности.

На следующее утро я отправился в Иридиум. К городу вела пыльная грунтовая дорога. Сейчас, когда светило солнце, ссохшаяся земля была больше похожа на камень, но я представил, во что она превращается, когда идут дожди, и содрогнулся. Лучше добраться до города побыстрее.

Пройдя сквозь поля, дорога углублялась в лес. Обычная лесная жизнь бурлила вокруг меня, я расслабился, и даже немного задремал, переставляя ноги на автомате - в конце концов, идти было ещё долго.

Но вскоре я пожалел о том, что не придавал внимание окружающему, а также о том, что пошёл один.

Кто самый страшный зверь в лесу? Конечно же, человек! - скажет вам любой походник, и будет абсолютно прав.

Едва я вышел на небольшую поляну посреди леса, как путь мне преградили четверо вооружённых человек - три мужчины и одна девушка. Один из мужчин был вооружён мечом и одет в лёгкую броню, ещё двое имели с собой копья, и были одеты в простые рубашки. Девушка выделялась на их фоне, одетая в какие-то лохмотья она держала в руках лук. Чисто инстинктивно я достал свой арбалет.

- Гляди-ка, а вот и гости пожаловали! - притворно обрадовался мечник. - Гости принесли подарочки?

- У меня ничего нету, - ответил я. - Я простой маг, не торговец…

- А это что? - спросил он, указав на мешок, висевший у меня за спиной. В мешке было немного мяса, хлеб и планшет.

- Отдавай подарочки, а то не пропустим!

- У меня нет ничего ценного, только еда…

- Не хочешь по-хорошему - будет по-плохому, - внезапно сообщил мужчина, и, обернувшись к лучнице сказал: - Смотри, как это делается!

С этими словами он замахнулся мечом и бросился на меня.

Не особо осознавая, что я делаю, я нажал на курок арбалета. Стрела воткнулась в грудь нападавшего, и, пробив броню насквозь, отбросила его на метр и сбила с ног. Он упал и захрипел, изо рта хлынул поток крови. Во рту я ощутил кислый вкус, как всегда бывает при выбросе адреналина.

Я переключил своё внимание на ближайшего мужчину с копьём; быстро перезарядив арбалет, я выстрелил снова. На этот раз я попал в левый бок, тяжёлая стрела вырвала кусок мяса, и копьеносец, испустив страшный крик, рухнул в судорогах на землю. Я повернулся туда, где стоял последний мужчина, но тот уже бросив своё копьё бежал по направлению к лесу.

Оставалась лучница. Мне не хотелось её убивать, но она, целясь в меня из лука, пыталась обойти меня слева.

- Не стреляй! - крикнул я ей. - Я не хочу тебе зла!

Это был подросток, почти ребёнок, невысокого роста, худой и покрытый ссадинами и царапинами. Грязные лохмотья едва прикрывали её неразвитые формы; на ногах были не менее грязные кожаные штаны. Внешность довершали спутанные короткие светлые волосы и голубые, словно арктический лёд глаза. Костяшки её тонких пальцев побелели от усилия, с которым она держала тетиву.

- Я не хочу тебя убивать! Просто брось лук и иди в какую-нибудь деревню, или город, к нормальной жизни!

Лучница внезапно жёстко засмеялась.

- Да? И прогорбатиться всю жизнь в поле, а потом умереть, рожая ребёнка какому-нибудь пьянчуге, который станет моим мужем? Или сразу шлюхой в бордель? - чистый голос разительно контрастировал со словами и хлёсткой злостью, с которой они были сказаны.

- Ты… ты можешь пойти охраной ко мне! Я много путешествую, но я не приучен защищать себя! - внезапно высказал я самую невероятную мысль, пришедшую мне в голову.

Она снова засмеялась тем же злым, колючим смехом, но я заметил, что пальцы её расслабились. С секунду она с интересом рассматривала меня, словно я был каким-то неведомым созданием, а затем развернулась и зашагала по дороге к городу. Пройдя несколько метров, она остановилась и посмотрела на меня.

- Ну что же ты, пошли. Ты же в город шёл, - сказала она с сарказмом.

Я нерешительно оглянулся на убитых бандитов и направился вслед за девушкой.

Однако, мы не ушли далеко; едва мы прошли метров сто, адреналиновый допинг начал отступать, и на меня нахлынуло осознание, что я только что убил - пусть и из самозащиты - двух человек. Я вспомнил хлюпающий звук, с которым стрела вошла в плоть, и моё сознание помутилось. Тяжело дыша, я присел на корточки на пыльной дороге, меня едва не вырвало.

Внезапно я ощутил лёгкое прикосновение. Моя спутница, присев рядом со мной, положила руку мне на плечо, и с какой-то грустью смотрела на меня. Постепенно меня отпустило, и мы наконец смогли продолжить дорогу.

Лучницу звали Минта, и ей было 14 лет.

- Разве это не… - начал было я.

- Я не трава, понял?! - резко прервала она меня. Видимо, я был не первый, кому приходило в голову это сравнение.

Она была родом из одной из деревень, сожжённых во время войны. Ей и ещё нескольким детям из деревни удалось спрятаться, и с тех пор они жили маленьким лагерем в лесу, промышляя попрошайничеством, и - что уж там - мелкими кражами. Всё изменилось, когда в лес пришли разбойники из Иридиума. Они быстро стали наводить свои порядки и вынудили присоединиться группу Минты к себе. Разумеется, жизнь на краю закона быстро превратилась в откровенно незаконную.

Не сказать, чтобы Минте это нравилось. А в последнее время главарь разбойников, Эрик, начал делать ей довольно прозрачные намёки, и относительно спокойной жизни и вовсе пришёл конец.

По счастью, путь Эрика закончился на поляне посреди леса.

- А что же с остальными детьми из твоей деревни?

- А что с ними? Остались с бандой.

- Может быть, вернуться за ними?

Минта внезапно остановилась.

- Ты что, всех в мире собираешься спасти? О себе подумать не пробовал? - резко сказала она.

- Да, всех, - твёрдо ответил я.

- Идиот, - сказала она, и зашагала по дороге.

Когда солнце коснулось горизонта, моя спутница кратко спросила:

- Привал?

- Да, - ответил я.

Она сошла с дороги и углубилась в лес. Это было разумно: неизвестно, кто мог найти нас, оставаясь мы на прохожей дороге.

Мы зашли в лес где-то на километр, и, найдя удобное место, встали на ночлег. Я достал из мешка еду, разделив мясо п��полам, я протянул половину Минте. Она удивлённо посмотрела на меня, но мясо взяла.

Я привычно создал кружку кефира, Минта осторожно понюхала напиток, а затем попробовала его одними губами. По всей видимости, кефир ей не понравился: она ничего не сказала, но выпила из чашки лишь столько, сколько было необходимо для того, чтобы запить сухую еду. Я подумал, что, возможно, стоило бы заменить кефир на что-то другое, но мне было немного стыдно суетиться перед Минтой - почему-то мне не хотелось её злить.

Она напоминала мне маленького дикого зверёнка, который кусает протянутую к нему руку - не от злости, а от страха.

- Дежурить будем по очереди, - сказал было я, но Минта резко оборвала меня.

- Ты нанял меня охранять, я буду охранять.

Мне ничего не оставалось делать, как лечь спать. Однако, сон не шёл. Глядя в костёр, я вновь переживал события сегодняшнего дня. По всей видимости, Минта заметила это.

- Не спится?

Я покачал головой.

- Хочешь, спою колыбельную? - и еле слышно добавила - Как мама пела. - и, не дожидаясь моего согласия, начала напевать:

Тьме многое известно,

Смурны мысли мои.

Часто видела я черный песок,

Сжигающий зелёные поля…

“Что же это за колыбельная”, - удивился я, - “в которой говорится о смерти?” Но к моему удивлению, под звуки голоса Минты мои глаза постепенно стали закрываться, а мозг заволакиваться туманом. “А ведь я могу не проснуться завтра утром”, - внезапно подумал я, прежде чем окончательно провалиться в сон.

Спи долго, спи спокойно,

Лучше проснуться поздно.

Нужда быстрее всех научит тебя,

В то время как день быстро пролетит,

В котором люди любят, плачут, скорбят и теряют.