Эд Мэйси, Хеллфайр. Горизонт без сохранения. Окончание

Мы взлетели сразу после восхода и направились в зону учений. Ветер упал, Девон лежал под нами во всей своей красе и море мерцало позади нас. Мы вместе проскочили под проводами в четырнадцати кликах от точки встречи, едва в шести шести футах от земли по обе стороны реки и начали полет на бреющем – на высоте верхушек деревьев, используя низину как прикрытие, что бы уйти ниже горизонта радара. С последним кликом на подходе я опустился на пятнадцать футов и начал петлять среди деревьев. Я видел, как Мик, соблюдая построение, точно следует за мной. Мы были незаметны, как и любой другой вертолет, с земли или с воздуха – маленькие, камуфлированные и обнаруживаемые на этой высоте лишь с большим трудом, если только нам не придется летать вокруг человека, вышедшего выгулять своего пса.
«Газель» не всегда тихая. Было сложно уловить звук винта на дистанции, он был легким и и вместо хвостового винта имел фенестрон – тринадцать лопастей в кольце Вентури – но его шестерни и подшипники испускали высокий вой при висении.
Солнце уже достигло вершин холмов в востоку от точки встречи. Моя аквариумная колба кабины начала нагреваться, к тому моменту, когда огни Мика погасли, сигнализируя о готовности. Я прокладывал путь, в нескольких футах от земли, перепрыгивая через заборы и ворота.
Как бывший десантник я знал значение маскировки на местности, при входе и выходе в пределы зоны действия – не имело значения, были ли вы в пешем порядке, на танке или вертолете.
Я петлял в поясе деревьев, пока мы не прибыли в НП. Я заметил вдалеке дорогу, идущую в гору, а через просветы между деревьями – солнечный свет, бликующий на пригоршне автомашин, двигающихся по проезжей части дороги через корнуэльскую границу. НП была потрясающей. Деревья закрыли нас своей тенью; даже Господь не узнает что мы здесь были. Мы были в нужном месте в нужное время и все, что нам надо было делать сейчас, это сидеть тихо и наблюдать.
Мистер Герберт взял управления и я схватил пистолетную рукоятку наблюдательного комплекса «Газели», который как перископ был встроен в фонарь возле места левого пилота. Я заглянул в его резиновый наглазник и установил поле видимости на дороге в почти миле от нас. Наконец я увидел фары первого четырехтонного грузовика, когда он поднялся на холм к юго-востоку от нас.
В рамках учений, четырехтонники обозначили собой основные танки; лэндроверы, которые их сопровождали, должны были обозначать бронетранспортеры. Нам сообщили примерное время прибытия конвоя, но не количество машин в нем. Через пять минут я насчитал пять четырехтонников и шесть лэндроверов. Теперь я должен был подождать и проверить, был ли это весь конвой или есть кто-то отставший. Прошло пять минут, потом десять. Взглянув на деревья слева от меня, я почти почувствовал разочарование Мика.
Неважно. Я делал все по правилам. Как солдат, я знал, что поля сражений не были аккуратными и предсказуемыми – вы всегда должны ждать неожиданностей. Я не хотел возвращаться в Фремингтон, что бы услышать, что я заработал Первый страйк, потому что мы пропустили второй конвой, идущий в нескольких милях позади первого.
Только когда топливо стало приближаться к отметке «пора валить», я решил, что можно спокойно возвращаться. Я привел Мика обратно на точку встречи, а он оттуда привел нас обратно в лагерь. Мы приземлились с достаточным запасом топлива для изменения маршрута, если мы неожиданно столкнемся с врагом на нашем отходе.
После посадки «Газелей» мы отправились в импровизированную комнату брифингов, пока наши инструктора проверяли у конвоя, были ли мы замечены.
- Ну и что ты думаешь? – спросил Герберт, когда он закрыл дверь.
Я знал, что мой полет был отличным, так что единственное за что он мог меня провалить, была сама задача.
- Мы выполнили свою задачу, сэр – ответил я – Мы прибыли туда с запасом времени и оставались скрытыми, пока не появился враг. Мы сосчитали машины и я уверен, что не пропустили ни одной. Я чертовски уверен, что мы оставались незамеченными на всем маршруте и на отходе. Я не думаю, что можно было сделать лучше, если честно.
Герберт выгнул бровь дугой
- Точно?
Ой-ой…
- Как Вы думаете, как все прошло, капрал Бакстер? – спросил Бэтмен.
Мик поднял лицо из рук и взглянул на меня, прежде чем ответить.
- Мы выполнили нашу задачу – сказал он, не мигая.
Герберт позволил себе вмешаться.
- Ваша НП была отвратительной. Вы ждали слишком долго и информация, которую вы доставили, была несвоевременной.
Лицо Мика снова исчезло в его потных ладонях и я почувствовал, что моя кровь начала закипать.
- Что вы должны были сделать, так это найти НП дальше на восток, что бы вы могли обнаружить конвой как можно раньше – рявкнул он. Его слегка румяное лицо начало приобретать все более алый оттенок.
Он подошел к карте.
- Если бы вы выбрали одну из этих позиций в этом районе – он указал точки, которые советовали мне использовать мои предшественники – вы бы обнаружили автомобили намного быстрее. Тогда вы могли бы выполнить задание и вернуться в лагерь намного раньше. Но вы ждали, пока у вас почти не кончилось топливо. Вы не только подвергли опасности два вертолета, капрал Мэйси, но и опоздали с передачей важной тактической информации вашему командиру.
Я взглянул на него. Черт, я думал он шутит…
Я глубоко вздохнул.
- Ну? – его лицо выглядело так, как будто сейчас вспыхнет.
Я ответил ему медленно и спокойно, как только мог.
- При всем уважении, сэр, я выбирал позиции для разведки годами. Сидя на голой заднице над горизонтом у холма, мы могли бы также таскать вымпел «мы здесь» за собой.
Голова Мика начала двигаться из стороны в сторону. Я не был уверен, просто ли он сомневается в моем подходе или хочет сбежать через трещину в половицах.
Я, не стесняясь, продолжал.
- Если конечно солнце, отражаясь в наших выпуклых фонарях, не выдало бы нас раньше шума, потому что мы располагались прямо по ветру. И я не просто так висел в этом чертовом районе. Я ждал, потому что были все шансы, что первые автомобили были просто авангардом большого конвоя. Я должен был убедиться, что других не было.
Они смотрели в недоумении сначала на меня, а потом друг на друга.
- Сэр… если бы я ушел слишком рано и появились еще машины, я бы по возвращении доложил не о всех силах противника и командир, которому было бы поручено их уничтожить, мог бы быть убит в результате своей собственной засады. Этот конвой шел со скоростью около двадцати миль в час, что позволяло нам своевременно спланировать засаду, сделав мою информацию на 100 процентов точной и очень своевременной.
Герберт был невпечатлен. Знаки, которые он мне подал, сказали мне все: я почти провалился.
За завтраком с другими курсантами я полностью оторвался.
- В настоящем бою, вися выше горизонта над тем холмом, мы были бы сбиты в небе. Инструкторы – суньте их в бой или в поле, обработайте их настоящей тактике и легким дождичком и они растают к черту! У Герберта нет ни одной тактической косточки в его чертовом теле!
Все прекратили есть. Мой приятель-морпех Сэмми, которого я надул в день получения оценок, в конце-концов озвучил, о чем все подумали.
- Ты должен пройти курс, ты птенчик, не учи тактике инструкторов и не объявляй войну системе.
- Ты был козлом, вошь ты лобковая, потому что мы оба не смогли использовать свои НП – сказал Мик. – Мы только скребли пузом по пути, потому что твой план был безопасный. Если бы мы допустили малейшую ошибку, они трахали бы нас, пока наши задницы не закровоточили. Тебе надо бы малость поумнеть, десантничек.
После Фремингтона я летал с тремя разными инструкторами. До тех пор у меня были хорошие оценки. Новым инструкторам было поручено выяснить, что случилось со мной и Гербертом. К счастью, они сочли это случайным отклонением.
Фремингтон преподал мне урок, столь же ценный, как тактика и тактическое мышление. Это научило меня строить отношения с людьми - когда говорить, а когда держать мой большой глупый рот на замке. Никому не нравится умная задница и в своем стремлении попасть в самую гущу событий, я забыл важный ингредиент: смирение.

This entry was originally posted at https://dannallar.dreamwidth.org/36490.html. Please comment there using OpenID.