Эд Мэйси. Хеллфайр. Столкновение с Томмо. Окончание

Неделю спустя, две наши «Газели» сидели на холме, ожидая битвы, которая должна была начаться в ранние часы следующего утра. Это был решающий бой, насколько близким к реальности это могло быть в учебном подразделении британской армии Саффилда .(BATUS), и я хотел показать все, на что способны наши «Газели».
Мы были должны надлежащим образом сочетать артиллерийский огонь, выстрелы танков, вооруженные разведмашины, с установленными пулеметами, минометами, противотанковыми ракетами «Милан», сброс бомб реактивной авиацией и наши собственные вертолеты «Рысь». Это было то, для чего мы все тренировались – настолько близко к реальному бою, насколько это было возможно – и я знал, что мы более чем способны показать себя.
Подполковник Ян Томсон был здесь, что бы проверить наш полк на финальных учениях BATUS. Томмо был почитаемым командиром 9-го полка Армейского Авиационного Корпуса. Он был легендарным лидером и знал, как выжать все из своих людей, но был также жутким ублюдком. Он обладал властью в вопросах жизни или смерти – он был там, что бы оценить, готовы ли мы сражаться в войне. Я был полон решимости не подвести нашу сторону.
У нас вместо одного из сидений в задней части «Газели» был установлен ящик cистемы обнаружения и сопровождения целей (BATS – bulk-filtering acquisition and tracking system). Он будет постоянно передавать нашу позицию в центр проведения учений. ЦПУ (ExCon – Exercise Control) был центром учебной битвы, где наблюдатели отслеживали, как разыгрывается противостояние на гигантском экране.
Мы были в прериях уже шесть недель и, после катастрофы в начале, пинали танкистам задницы в каждом бою. Я хотел что бы Томмо и начальство знали, как мы хороши, как быстро и низко мы можем летать, как быстро мы можем найти врага и как мы можем подготовить бой для командира. Мы были разведчиками командования и обладали большей мощью, чем, казалось, наш маленький вертолет мог вместить.
Одной из наших проблем были чертовы «Таблоиды» - «Газели», выкрашенные в ужасный ярко-красный цвет, для предотвращения столкновений, на которых летели офицеры-посредники полигона, чьей задачей было наблюдать за соблюдением нами правил безопасности. Они могли вручить нам желтую карточку, если мы залетим в не ту зону или окажемся напротив какой-нибудь чужой системой вооружения. Хуже того, они могли выдать нашу позицию, зависнув над нами на паре тысяч футов. Поскольку мы шли быстро и низко, «вражеские» танки рассчитывали на «таблоиды», что бы отслеживать наши скрытые боевые позиции.
После моего первого протеста «таблоидам» было сказано летать низко и позади нас, но ублюдки по прежнему умудрялись нас выдавать, потому что никогда не летали достаточно низко. Они должны были видеть общую картину, что бы обеспечить соблюдение правил безопасности. В результате танкисты чаще сбивали нас артиллерийским огнем. Я получил твердое указание от ЦПУ не лезть на рожон; нет вариантов, что бы я пошел в эту битву без сопровождения «таблоидов». Конец истории.
Если был на этой стороне пруда человек, который мог встать у них на пути, это был Томмо. Я не мог просить его, потому что он не знал меня и вероятно, велел бы мне не лезть в бутылку, так что я сказал ЦПУ что Томмо не хочет, что бы нам давали в сопровождение «таблоиды» Я думал, они не рискнут поговорить с ним, так что мы полетим одни.
Дело сделано. Или я так думал.
Томмо подошел к нам четверым, как будто он собирался перевести меня между постами.
Я был вместе с Энди Вавн. Как бывший танкист, он научил меня многим стандартным оперативным процедурам – как найти своих старых товарищей, понять их намерения и заманить их в неотвратимую засаду. Энди был дерзким засранцем, любившим конфронтацию.
Он приложил ладонь «лодочкой» к моему правому уху.
- Ты знаешь, когда я сказал «нам» нужно блефовать перед ЦПУ? – спросил он – Ну, похоже это было королевское «нам». Я тут просто шофер. Тебе лучше надеть боксерские перчатки, Мэйси.
- Вы, куча – заявил Томмо, держа руки на бедрах – будете в сопровождении «таблоидов» утром.
Я слышал как командир моего звена придушенно застонал. Дом не знал, что я сблефовал, он думал, что мы получили разрешение.
Время решать, человек я иль тварь дрожащая, Мэйси. Я сделал шаг вперед.
Уголком глаза я видел, как вздрогнул Дом, когда я вышел перед командиром полка.
- Сэр, в каждом бою, в котором мы были, эти «таблоиды» выдавали нашу позицию.
Томмо ощетинился.
- А ты кто такой?
- Стафф-сержант Мэйси, сэр.
- Ну, стафф, я просто заставлю их лететь на бреющем позади вас. Как насчет этого?
- Сэр, мы пытались, и они все равно выдают нашу позицию. На рассвете мы будем против солнца и у нас не будет хорошего обзора, поэтому мы будем постоянно в движении. Они будут как рука Господа, указывающая на нас. – я сделал паузу – Танкисты отслеживают их положение постоянно…
Томмо смотрел на меня, как на насекомое перед тем, как раздавить.
- Я же вижу, куда идет этот разговор, стафф Мэйси, не так ли? Эти учения чертовски опасны.
Мой разум кипел.
- Не могу не согласиться, сэр. «Таблоиды» будут блокировать нам путь и не будут видеть нас на фоне низкого солнца. Они должны быть там из соображений безопасности, но могут вызвать столкновение в воздухе.
- Стафф Мэйси, если ты хоть на минуту думаешь, что я позволю тебе уйти без няньки, ты чертовски сильно ошибаешься.
- Сэр, у нас есть транспондер на борту, который отлично отслеживает нашу позицию. Он отображается в ЦПУ на большой карте. Мы проверяли его и он отлично работает. И при необходимости у нас есть связь. Нет нужды в «таблоидах».
Он заколебался на мгновение.
- Если ты исчезнешь с экрана хоть на секунду, ты ответишь за это – с Томмо было достаточно разговоров. Он пронзил меня сузившимися зрачками напоследок – Я надеюсь, что ослепительно ясно выразился?
- Да, сэр.
Он ушел, бушуя, и я повернулся, что бы найти Дома держащегося руками за голову. Томмо был не тем человеком, с которым стоило пересекаться и ящики системы обнаружения и отслеживания цели славились свой капризностью.
- Давайте просто переживем «таблоиды» - сказал Дом – Это только учения.
Я не мог винить его за беспокойство. Он был прикомандирован от гвардейских шотландских драгун и молился, что бы ААК взял его; ему было что терять.
- Не волнуйтесь, Босс. Я проверю их, прежде чем мы взлетим.
За час до рассвета, я залез в корму каждой «Газели», включил ящики СООЦ и добрел до мобильного поста ЦПУ, где сержант подтвердил, что Отель Ноль Альфа и Отель Ноль Браво действительно зарегистрировались на их компьютерной карте. Я вернулся к боссу.
- Мы готовы. Идем.
Можно было ставить сто к одному против того, что упадут оба транспондера. Томмо не станет писать кипятком, если один из нас пропадет с радара; он знал что мы работаем в паре. Пока мы будем выигрывать, ему придется сделать слишком много телодвижений, что бы начать беспокоиться.
Оставаться хорошо укрытыми и наблюдать через утреннее солнце оказалось невозможным. Все, что пробиралось через вади ниже горизонта было для нас невидимым.
- Отель Два Ноль Альфа, это Отель Два Ноль Браво. Мы должны зайти к ним с черного входа – сообщил я Дому. – Я слепой.
- Один Ноль Альфа, в точности моя мысль. Ты ведущий.
- Следуй вдоль вади – Я указал на дорогу – Мы должны держаться низко и быстро. Дай мне взглянуть на танки – и даже не дерзай зависнуть; мы будем слишком уязвимы.
- Классно, чувак – сказал Энди – Но как, черт возьми, мы их увидим, если ты не позволишь мне зависнуть?
- Я скажу тебе, когда мы туда доберемся.
Энди был в своей стихии.
- Йя-ху-у-у-у, нижние уровни ада. Это то, с чем я воссоединюсь.
Поверхность под нами шел с тревожащей скоростью и близостью.
- Ад будет, если ты заденешь хребет или снова влетишь в проволоку. Верни скорость обратно.
Скорость и высота были в норме, но Энди немного перевозбудился. Я не хотел повторить наш трюк с «Свингфайрами».
Дом остановил наше продвижение, когда мы были достаточно быстро, что бы врезаться в передовой танковый дозор. Он просканировал участок земли, который тянулся на 500 метров вверх до небольшого подъема прямо перед нами.
- Двигайся – сообщил он.
- Двигаюсь.
Я велел Энди поднять нас над хребтом.
Его голос поднялся на октаву.
- Я в десяти футах от сучьей поверхности…
- Значит, ты на десять футов выше.
Полозья вертолета едва коснулись земли, когда мы перевалили через гребень холма.
- Опусти вертолет на землю и не зависай. Ты поднял слишком много пыли.
Он остановился с заносом и повернулся ко мне.
- Что, нахрен, теперь?
- Сидеть тихо.
Я отстегнул ремни, вылез наружу и побежал вверх по склону.
Вглядываясь в бинокль, я засек танковый авангард.
Двадцать минут спустя мы были за ними и чуть сбоку. Они не могли этого ожидать.
Командование было в восторге и бросило на это место свои «Рыси». Артиллерия открыла шоу, а затем мы бросали волна за волной ударную авиацию, прерываясь только затем, что бы обрушить на них еще больше артиллерии. В том, что теперь было хорошо отрепетированным маневром, эскадрилья «Рысей» одновременно обрушила их страдания на танки, прежде чем исчезнуть снова.
Шоу не закончилось. Горстка танков спряталась за складкой в земле и теперь пыталась бежать, даже не пытаясь укрыться. Я вызвал пару «Рысей» и мы все вместе двинулись к ним. Мы обеспечивали прикрытие по обоим сторонам «Рысей»; мы были глубоко в секторе танкистов и должны были быть настороже. «Рыси» пригвоздили последние танки и мы перехватили величайшую новость. Одна «Рысь» накрыла танк командира полка, человека, которого еще ни разу не убивали в прерии.
Когда мы приземлились у ЦПУ, Томмо ждал нас, растопырив руки и ноги, так широко, как только мог. Я с нетерпением ожидал услышать, что он думает о том, что нам удалость застать врага врасплох и достать их командира заодно.
- Тащи сюда своего долбанного командира звена – прогремел он на меня – Я хочу поговорить с вами обоими.
Дерьмо. Я летел прямо вдоль границы, но был уверен, что мы не пересекли ее. Дом бы предупредил меня. Через минуту или две мы оба стояли перед Томмо.
- Вы где были, нахрен? Ты обещал мне, что я могу видеть вас все время, и вы не появились на карте ни разу!
Мой командир звена выглядел подавленным. Томмо обладал всей полнотой власти в Армейском Авиационном Корпусе и определял высшие назначения. Он мог убить карьеру одним взмахом своего пера.
- Я проверил систему, прежде, чем мы взлетели и мы были на карте, сэр…
- Еще одно твое твердое слово, Мэйси? Ты хочешь, что бы я тебе поверил? Вас не было на радаре, никто не знает где вы находитесь и вдруг вы двое знаете расположение каждого гребанного танка в Канаде. Если вы выключили транспондеры, вы оба прыгнули чертовски высоко. Ты слышишь меня?
- Сэр… - я указал на мобильный пункт ЦПУ – Я был на радаре за две минуты до взлета и был уверен, что меня можно отслеживать все время.
Сержант, который подтвердил присутствие наших «Газелей» на экране был у его клавиатуры. Я тщательно подбирал слова.
- Вы сообщите полковнику, когда точно мы встретились и о чем я Вас спросил?
- Э-э… да сэр. – Его глаза нервно метались между мной и Томмо. Он не мог заставить выдержать себя выдержать убийственный взгляд большого человека ближе, чем с 2000 ярдов. Я не мог его винить. И более крутые смертные увядали под испепеляющим взглядом Томмо.
- Он пришел вчера проверить работает ли его ящик СООЦ.
Томмо подпрыгнул
- Тогда почему я не мог его увидеть хотя раз за весь бой?
- Вы могли его видеть, сэр. Уверен… - сержант посмотрел на свой компьютер - Один момент, сэр.
Его лицо начало краснеть.
- Ох, его там нет…
После нескольких безумных нажатий клавиш экран изменился.
- Эм… вот он, вначале, сэр, рядом с другой «Газелью» Отель Два Ноль Альфа, видите?
Томмо наклонился вперед.
- Тогда что?
Сержант яростно начал стучать, прокручивая бой на ускоренной перемотке. Иконки начали двигаться. Они оба рассматривали экран в мельчайших деталях, а затем Томмо повернулся и выдал мне убийственный взгляд.
- Хорошо, чертовски хорошо. Вы исчезли вместе, в гребаном унисоне, в ту же секунду, как только вошли в зону учений.
Я знал о чем он думал. Он думал, что я выключил ящики и стал невидимкой.
Мне нужно было разобраться с этим и быстро.
- Почему мы исчезли?
- Я уже проверяю, сэр – нервно ответил сержант – О, вот оно что. Кто-то просто удалил вас, вскоре после того, как вы ушли. Должно быть, это вышло случайно. Многие позывные были потеряны в одно и то же время, видите… - Он указал на монитор – Мы должно быть, просто забыли загрузить вас обратно, вместе с остальными.
На последующем разборе, я понял, что Томмо был впечатлен тем, что мы сделали. Я также знал, что он будет последним, кто это признает.
Вскоре после того, как я вернулся в Великобританию, я услышал что 9-й полк Армейского Авиационного корпуса будет первой частью, принимающей «Апачи», поставка которых планировалась к сентябрю 2003 года, чуть меньше чем через три года. Я позвонил майору Такеру, моему командиру курса на обучении, который был теперь командиром 656-й эскадрильи, и спросил его, готов ли он меня принять к себе.
- Мы будем рады приветствовать Вас в Шесть Пять Шесть – сказал он. – Но когда прибудут «Апачи», меня здесь не будет и не я принимаю окончательные решения по этому вопросу, мистер Мэйси.
- А кто принимает?
- Командир полка – ответил он. – Насколько я могу судить, полковник Томсон лично отбирает экипажи «Апачей».
Мое сердце упало. После нашей встречи в БАУПС, я не представлял что он примет меня в свой полк и за миллион лет, не говоря уже о том, что бы отобрать меня для программы «Апач».
Я позвонил командиру другой эскадрильи 9-го полка, назначенную для перевода на «Апач», что бы подстраховать свою ставку. Томмо должен был уйти, когда 664-я эскадрилья будет проходить курс переобучения на «Апач». Если бы я не мог попасть как пилот «Апача» в 656-ю эскадрилью, возможно, я мог бы пройти этим маршрутом. Командир 664-й сказал мне, что экипажи будут подбираться из полка и те, кто не пройдут отбор, будут направлены на курс обучения на «Рысь». Если бы меня не отобрали для «Апача», я бы оказался на «Рысях» и это бы закончился мой путь к SAS.

This entry was originally posted at https://dannallar.dreamwidth.org/38543.html. Please comment there using OpenID.