На острие копья. Битва за Салем-стрит. Окончание

К этому моменту, иракские солдаты уже вернулись в свои машины. Капитан Симмс запросил передовой командный пост на базе «Эхо» обеспечить немедленную поддержку с воздуха и подкрепление бронетехникой. Штаб-сержант Джимми М. Браун-младший, командовавший «Дельтой 23», тем временем проломил своим танком стену здания, обеспечив свой собственный короткий путь, что бы быстро взять под контроль ключевой переулок и защитить северный фланг группы. По ходу дела, однако, оборванные электрические провода обмотались вокруг башни и заклинили ее. В течении оставшейся части боя Брауну пришлось разворачивать «Абрамс» из стороны в сторону, что бы навести пушку. Одновременно лейтенант Мерчант на «Дельте 21» и капитан Симмс на «Дельте 66» направились обратно к сержанту Чапмэну, последний доклад которого заключался в том, что его М1А2 SEP в огне, что он обстрелян расчетом РПГ и что его экипаж покинул поврежденный «Абрамс». Когда два танка приблизились, они увидели что Чапмэн и его люди прячутся за горящим корпусом танка и обстреливают из стрелкового оружия крышу. Из-под навеса на крыше двухэтажного здания на юго-западном углу перекрестка, автоматчик ополчения прижал солдат огнем. Но решение сержанта оставаться внутри танка до последнего момента, вероятно, спасло его людей, позволив им уничтожить расчет РПГ. В противном случае, они бы оказались под огнем с двух сторон без эффективного прикрытия вообще. Два танка, прибывшие на выручку, добавили свои спаренные пулеметы М240 к дуэли и быстро довели ее до конца. Рейдовый отряд больше не был обстрелян с этой крыши до конца ночи.
Экипаж «Дельты 22» воспользовался кратковременной передышкой от обстрела, что бы рассредоточиться между четырьмя оставшимися танками, добавив в каждый по пятому человеку. В трех случаях, они с винтовкой в руках втискивались на место заряжающего, где уже был член экипажа. Это сильно усложняло заряжающему работу, которому приходилось двигаться в и без того стесненном пространстве, нажимая коленом на переключатель, выбирать снаряд из стеллажа, а затем разворачиваться, подавая в казенник пятидесятифунтовый снаряд. При этом оба должны были держаться подальше от хода казенника пушки, в пространстве, рассчитанном на одного человека. Все это происходило в ходе быстротечного боя в стесненных условиях боев в городе, что не оставляло место для задержки или ошибки. Только экипаж сержанта Брауна мог работать нормально, поскольку гражданский иракец добровольно уступил свое место заряжающего сержанту Чапмену, и переместился на крышу башни. Всю оставшуюся часть боя, юноша цеплялся за броню, когда танк разворачивался влево и вправо, что бы навести пушку, а затем трясся от отдачи после каждого выстрела 120-мм снарядом. Оглушенный, ошеломленной и уворачивающийся от огня стрелкового оружия, он сохранял самообладание на протяжении всего этого испытания.
После спасения экипажа Чапмена, четыре оставшихся танка встали на позиции, которые они будут удерживать всю ночь. Сержант Райт, на «Дельте 24» встал с северной стороны на Салем-стрит, а сержант Браун на «Дельте 23» охранял северо-восточный переулок. Башня «Дельты 66» была развернута на север, прикрывая тыл двух сержантов, в то время как капитан Симмс навел свой крупнокалиберный пулемет за борт и вниз, в юго-восточный переулок. Встав у низкой стены, увенчаной сетчатым забором, он был защищен от РПГ, но в то же время имел хороший сектор обстрела поверх забора со своего места в башне. Лейтенант Мерчант на «Дельте 21» встал позади Симмса, держа под прицелом юг, в направлении на горящий танк. Четыре «Абрамса» были разбросаны примерно на двухстах метрах.
Иракский ударный отряд, которых хорошо справился с задачей, теперь сгрудился в своих «Хамви» в середине американской позиции. Симмс, столкнувшись с проблемой как заставить иракского лейтенанта двигаться вперед после первой же небольшой засады, понял, что у его партнеров нет твердого руководства и подразделение будет столь же храбрым, как и его командир. Он хотел, что бы пехотинцы удерживали крыши, или хотя бы, защищали тылы его танков от проникновения повстанцев, но он был очень занят в полномасштабном бою, который требовал всего его внимания и его активного участия в качестве командира танка. Он был не в том положении, что бы уговаривать иракских солдат принять участие в бою. Поэтому он укрепил свою ближайшую оборону как мог, передав свой личный 9-мм пистолет переводчику, что бы иракец мог справиться с каким-нибудь ополченцем, пытающимся залезть на танк.
У Симмса было мало времени на принятие решения о дальнейших действиях. Его ситуация до жути напоминала ремейк «Падения Черного Ястреба». В октябре 1993-го года, в Могадишо, столице Сомали, потеря двух вертолетов превратила быструю операцию захватили-и-вышли в статичную оборону во враждебной городской зоне. Быстро окруженный сотнями ополченцев противника, этот рейдовый отряд сражался условиях большого численного перевеса противника, пока колонна, идущая на помощь, несколько часов сражалась, пытаясь пробиться на место происшествия. Симмс в эту ночь имел одно важное преимущество, которого не было у солдат в Сомали — броню и огневую мощь четырех «Абрамсов». В хаотичные первые минуты атаки повстанцев, танки были мобильными крепостями, доминирующими на поле боя. Это было преимущество, о котором он почти забыл несколькими часами ранее, на этапе поспешного планирования, когда рассматривалась возможность использования «Хамви» для увеличения шансов фактора внезапности. Теперь он понял, что это привело бы к катастрофе. Чего не хватало командиру «Драконов», так это надежной пехоты, необходимой для сражения в городе. Его мало заботила способность его танков пробиться обратно на базу, если до этого дойдет, хотя эти ополченцы казались более решительными, более многочисленными, лучше обученными и вооруженными, чем любой противник, с которым он когда-либо сталкивался. Но шокирующая потеря «Дельты 22» от РПГ усложняла картину. Если Симмс оставит «Абрамс», повстанцы, несомненно, воспользуются этим достижением в своей пропаганде. Что еще важнее, технические секреты М1А2 SEP, скорее всего, попадут в руки противника за пределами Ирака. Таким образом, капитан решил, что он должен пойти на риск остаться на месте, что бы защитить уничтоженную машину, пока не прибудет помощь для ее эвакуации.
Повстанцы не дали «Драконам» много времени на размышления. Нельзя было сказать, действовали ли ополченцы под централизованным руководством, или просто реагировали индивидуально и двигались на звук орудий. Пламя от «Дельты 22» теперь достигало трех этажей в высоту и казалось, притягивало боевиков Махди как мотыльков. В результате, получился устойчивый поток боевиков, поддерживающих давление на небольшой периметр. Первая проверка случилось почти сразу, после спасения экипажа сержанта Чапмена. Сержант Браун заметил человека со снайперской винтовкой в конце переулка и убил его очередью из крупнокалиберного пулемета. Расчет РПГ появился следующим и наводчик Брауна выстрелил фугасно-кумулятивным снарядом. Другой гранатометчик двигался вниз по Салем-стрит, в сторону «Дельты 24». Сержант Райт изрешетил повстанца картечным выстрелом, заставив сдетонировать гранатомет на его плече. Еще один ополченец пытался занять позицию для выстрела из гранатомета по «Дельте 23», но командир танка снова устранил угрозу из своего пулемета. Через несколько минут появился еще один расчет РПГ, и Браун уничтожил ее многоцелевым противотанковым снарядом MPAT. Имеющий оболочку снаряд, предназначенный в первую очередь против легкобронированных целей и уничтожения укреплений, мог быть запрограммирован для близкого подрыва, который превращал его в фугасно-осколочный, против «мягких целей», таких как живая сила противника.
Примерно через сорок минут после начала боя, когда сержант Браун продолжал сражаться лицом к лицу с противником на северном конце Салем-стрит, на место боя прибыли два истребителя F-15 ВВС. Командир звена связался с передовым командным центром и танковым взводом на частоте батальона. Используя горящий танк как ориентир, пилоты докладывали в командную сеть все, что они видели. Противник приближался с северо-востока и двигался вдоль дороги в трехстах метрах к востоку, которая была примерно параллельна Салем-стрит. Из этого укрытия ополченцы могли быстро пройти по переулкам, что бы атаковать периметр отряда Коалиции. Некоторые из них уже двигались по крышам, что бы занять позиции с обзором на танки. Одна группа в северном конце Салем-стрит, казалось, была полна решимости попытаться обойти позицию сержантов Брауна и Райта с флангов, для ведения обстрела из РПГ в борта их «Абрамсов». Вторая группа, по-видимому, двигалась в направлении горящего «Дельта 22». Симмс попросил реактивные самолеты провести повторную демонстрацию силы над Салем-стрит и пятьюста метрами к востоку, надеясь, что они удержат остальных ополченцев от вступления в бой и изменят шансы. Несколько оглушительных проходов F-15 на низкой высоте возымели желаемый эффект, дезорганизуя противника и замедляя его продвижение.
Почти одновременные попытки прорвать периметр на широком фронте, оснащение противника (снайперские винтовки и новейшие модели РПГ), его явная численность и агрессивность, а также тот факт, что боевики уже нанесли два прицельных удара с дальней дистанции из РПГ в темноте по движущимся танкам, все указывало капитану Симмсу, что он столкнулся с более трудным и упорным противником, чем обычно. Опасность возрастет в геометрической прогрессии, если повстанцы начнут крупномасштабную скоординированную атаку и одновременно заблокируют пути подхода для спасательного отряда. К счастью, ополченцы не понимали ни возможностей американских систем ночного видения, ни тщетности поисков укрытия за машинами или стенами. Некоторые повстанцы двигались на открытом месте, думая что темнота — это все, что им нужно, что бы укрыться. Другие искали укрытия, что бы защитить себя от стрелкового оружия, но танковые орудия просто уничтожали препятствия. Стоящие рядами постройки, наподобие таун-хаусов, почти не давали противнику ни укрытия, ни прикрытия, а огневая мощь 120-мм гладкоствольных пушек и крупнокалиберных пулеметов оказалась разрушительной в этих открытых коридорах. Различная высота зданий также ограничивала способность быстро перемещаться с крыши на крышу, что бы занять позиции над танками. Тем не менее угроза окружения была реальной и становилась все более серьезной с каждой минутой.
В то время как Симмс сосредоточился на ближнем бою, передовой командный пункт батальона работал, что бы предотвратить окружение отряда и защитить длинную линию коммуникаций на пути отхода к комплексу. Очевидно, что наиболее логичным курсом действий противника было заложить СВУ вдоль путей подхода, что бы отсечь засадами любые подкрепления. Что бы предотвратить это, майор Тейлор выслал отряд быстрого реагирования из четырех танков роты «Чарли». Взвод быстро выдвинулся в город и организовал опорный пункт на перекрестке Салем-стрит и Джамхури-стрит, поставив по одному «Абрамсу» на каждом направлении. Такое построение обеспечило круговую защиту для отряда, идущего на выручку и дало им чистое поле обзора (и обстрела) вдоль двух главных магистралей, таким образом позволив им пресечь любую попытку разместить взрывные устройства на маршруте.
Взвод едва успел занять позицию, когда из соседнего переулка появился расчет РПГ. Солдаты покончили с этой угрозой картечным снарядом. Затем F-15 сообщили о людях на крышах, непосредственно над отрядом подмоги, а также рядом с пылающим остовом «Дельты 22». Экипажи «Абрамсов» не могли видеть атакующих над ними, но пилоты подсветили вражеские позиции инфракрасными лучами (известными как «Искра»), которые командиры танков засекли в свои очки ночного видения. Танкисты открыли огонь из своих крупнокалиберных пулеметов, наводясь по нижнему краю ярких лучей света. Бронебойные пули легко пробивали тонкую каменную кладку и листы железа верхних этажей зданий, а затем крыши, рассеивая боевиков. Ситуационная осведомленность в режиме реального времени, обеспеченная авиаторами, защитила танковый взвод в потенциально опасном городском каньоне и снивелировала позиционное преимущество противника.
В то время, как отряд, отправленный на помощь, сражался, что бы защитить перекресток, противник продолжал оказывать давление на «Драконов». Небольшая стая собак и несколько напуганных птиц предупредили экипаж «Дельты 66» о присутствии группы ополченцев, еще до того, как те появились в поле зрения. Так что капитан Симмс направил свой пулемет на перекресток своего переулка со следующей улицей, когда расчет РПГ появился из-за угла. Захваченные врасплох боевики исчезли в вспышках бронебойно-зажигательных пуль .50-го калибра, поливавших стены и тротуар вокруг них. В то же самое время, наводчик РПГ высунулся из-за угла к северу на Салем-стрит и выпустил гранату по «Дельте 24», пролетевшую мимо цели. Сержант Райт убил его ответным выстрелом фугасно-кумулятивного снаряда.
Поскольку сержант Райт обеспечивал безопасность северных подходов с Салем-стрит, а группа, посланная на помощь, удерживал Джахмури-стрит на юге, небольшой американский отряд стоял «ни направо, ни налево», не давая противнику возможности маневрировать на флангах. С другой стороны, не имея пехоты и с необходимостью удерживать контроль над «Дельтой 22» и двумя основными маршрутами, восемь танков не могли начать контратаку, что бы выбить ополченцев, закрепившихся на параллельной улице к востоку от Салем-стрит. Бой фактически зашел в тупик.
Примерно в то же самое время, командир звена F-15 сообщил, что уходит со связи для дозаправки. Это был последний раз, когда отряд на земле общался напрямую с самолетами, хотя они оставались в воздухе еще несколько часов. Перед тем как самолеты вернулись с дозаправки, наземное управление ВВС приказало звену вести переговоры только по УВЧ и только с ближайшим постом наземных диспетчеров ВВС, размещенном в восьми километрах к северу на ПОБ «Калсу». Что бы связаться с пилотами, Симмс должен был выйти на связь с передовым командным пунктом батальона, который передавал сообщения через систему онлайн-чата в наземную группу диспетчеров в «Калсу», которая передавала его по радио экипажу самолета. Это фактически положило конец тесной координации между отрядом, вступившим в контакт с противником и F-15, лишая командира на земле критически важных возможностей разведки и целеуказания, которые ему непосредственно давали летчики.
Сразу после открытия огня сержантом Райтом, майор Тейлор прибыл на место со своим танком, ремонтно-эвакуационной машиной М88, ротой иракских солдат и группой из местных пожарных. Иракское подразделение немедленно установило периметр вдоль Джамхури-стрит, обезопасив маршрут отхода. «Абрамс» и М88 вплотную подошли к горящим обломкам, которые когда-то были танком сержанта Чепмена. Огонь в двигателе распространился на всю машину. Пламя поднималось высоко над зданиями и жар ощущался в сотне метров. Маленькие лужицы расплавленного алюминия начали образовываться у подножия танка, когда гусеницы и катки вплавились в асфальт.
Одновременно там появились и два вертолета «Апач». Когда вертолеты сделали первый заход, еще один расчет РПГ пытался пробраться по переулку сержанта Брауна на северо-восток. Он видел, как их ракета взлетела в воздух, когда они двигались за низкой стеной. Фугасно-кумулятивный снаряд уничтожил как каменную кладку, так и боевиков. Как только «Апачи» обнаружили танки, пилоты сообщили о вооруженных людях на улице к востоку. Поскольку иракские солдаты уже появились в этом районе, капитан Симмс проверил, нет ли поблизости дружественной пехоты. «Апачи» пришли к такому же выводу, прежде чем открывать огонь. Они запросили разрешение на открытие огня и майор Тейлор его разрешил. Ударные вертолеты начали серию заходов по оси улицы, ловя противника в анфиладе. «Апачи» использовали исключительно свои 30-мм пушки, точные и разрушительные при действии по живой силе на открытом пространстве, тем самым ограничивая возможный сопутствующий ущерб. Пилоты сообщили о двух — четырех убитых в первых проходах пеших.
Штурмовая авиация оказалась идеальным оружием в идеальное время, служа дополнительным маневренным элементом, необходимым для выхода из тупика. Теперь противник оказался перед диллемой. Если ополченцы оставались на параллельной дороге, они были во власти вертолетов. Если они выходили в переулки, то попадали под орудия танков. Несколько повстанцев выбрали последний вариант и бросились бежать от нападения с воздуха. Сержант Браун уничтожил один расчет РПГ фугасно-кумулятивным снарядом и накрыл другую группу ополченцев многоцелевым противотанковым. «Апачи» увидели заколебавшийся расчет РПГ и уничтожили его 30-мм пушками.
Это был последний контакт с противником. Под ударами с земли и с воздуха, без каких либо тактических вариантов, оставшиеся в живых проскользнули в ближайшие дома и смешались с мирными жителями. Сражение продолжалось четыре часа, от первой засады до последнего выстрела. Внезапно все стихло и поле боя опустело, на нем не осталось даже раненых. В течении всей ночи, постоянный поток людей без оружия подбирал раненых и мертвых противника и рейдовый отряд этому не препятствовал.
Незадолго до рассвета, когда бой закончился и опасность возгорания боеприпасов в танке уменьшилась, иракские пожарные занялись тушением пламени. «Драконы» переместились ближе к подбитому «Абрамсу», что бы обеспечить охрану от толпы, которая начала собираться с первыми лучами солнца. Иракская стрелковая рота и ударный взвод начали обыскивать прилегающие кварталы. Они нашли ракету в школе на Салем-стрит и задержали восемь подозрительных мужчин. Отряд Коалиции владел районом, где доминировали махдисты, в течении нескольких следующих часов, пока сложный балет кранов и транспортеров извлекали массивный корпус «Дельты 22».
Большие, недружелюбные толпы собирались со всех сторон периметра в течении всего дня. Периодически группы людей подбегали на расстояние пятидесяти метров к танкам и бросали камни в людей и оборудование, задействованные в спасательной операции. Эта неприятность приняла более смертоносный характер в двух отдельных случаях, когда ручные гранаты вылетели из-за спин детей и взорвались рядом с танками. Осколки од одного взрыва легко ранили переводчика капитана Симмса в руку. В одном случае, снайпер также выстрелил с большого расстояния, пуля попала в телефонный столб над головой. Сама масса тысяч людей, толкавшихся вблизи, представляла собой значительный риск. Как бы это не было опасно и неприятно, солдаты никогда не теряли самообладания и не прибегали к силе, что бы очистить улицы. Всякий раз, когда толпа продвигалась вперед, американские и иракские подразделения выкрикивали устные предупреждения, взмахивали оружием, делали предупредительные выстрелы в воздух или формировали линию и двигались к гражданским лицам, заставляя их отступить. «Апачи» также были на месте и иногда делали заходы на низком уровне. К полудню оставленный танк был на тяжелом транспортере и американский отряд отправился обратно, на базу «Кэмп Эхо».
Как воздушные, так и наземные технологии помогли добиться этой победы, но исход был предрешен в основном, изобретательностью и храбростью младших командиров танков и их людей. Сержант Чапмен и его экипаж сражались в горящем «Абрамсе» почти пятнадцать минут, а затем присоединились к остальным танкам, что бы продолжить бой. Решение сержанта Брауна агрессивно захватить ключевой северо-восточный переулок и его последующие усилия, что бы его удержать в ближнем бою с врагом, скорее всего, спасло подразделение от окружения. Он и его экипаж оказались абсолютно бесстрашными перед лицом атак волна за волной с направления, которое оказалось наиболее часто используемым противником в качестве пути подхода. И все это с заклинившей башней и гражданским наверху танка, чью личность и безопасность нужно было защитить. На протяжении всего боя, сержант Браун и его экипаж, казалось, были полностью невосприимчивы к поражению, страху и вражескому огню. Небольшое, но ожесточенное сражение на Салем-стрит помешало ополчению Махди взять под контроль крупный город и позволило иракской армии и полиции восстановить свое господство в этом районе. Оно также служит мощным напоминанием о том, что находчивость и мужество американского солдата остаются величайшим достоянием армии.