«Новая эпоха и Великая депрессия» Часть 2

США оказались фактически единственной крупной страной мира, которая с прибылью вышла из Первой мировой войны. Если до 1914 года США были одной из стран-должников, вынужденных привлекать мигрантов и капитал из Старого Света, то после 1918 года Штаты стали крупнейшим мировым кредитором. Америка относится к везунчикам, так как на протяжении всей истории фондового рынка биржи США не прекращали свою работу (в отличии от России‚ где биржа не работала почти 80 лет‚ или Египта, где она не работала 30 лет, а также Аргентины с простоем в 10 лет‚ Испании — в 4 года и Чили —- в 3 года).

Казалось, что наступил золотой век и теперь американский рынок будет расти вечно, не подвергаясь спадам. Дополнительные надежды внушал технологический прогресс: именно в эти годы серьезно автоматизировалось промышленное производство. Есть цифры, что за период с 1919 по 1929 год производительность труда в США выросла почти в полтора раза. оборотной стороной медали стала безработица: ежегодно сотни тысяч (!) людей, прежде всего фермеров (на смену ручному труду пришел трактор), теряли работу.

Было у этой модернизации производств и еще одно следствие: несмотря на семимильные шаги технического прогресса, росло расслоение в доходах между богатыми и бедными.


Одновременно экономика США переживала и еще один процесс разорение мелких землевладельцев и миграцию из сельской местности в города.

Кредит под залог земли был освоен американцами раньше потребительского, и в 1920-е годы большие объемы сельхозземель стали переходить к банкам за неуплату - Массовой становится миграция, например на юг страны, в Калифорнию.


На протяжении второи половины 1920 годов американцы, желавшие получить хотя бы часть капиталов, сколачивавшихся в те годы на бирже, несли деньги на фондовый рынок. Здесь, как и при покупке товаров, использовался кредит: многие вкладывали в ценные бумаги заемные деньги 60—70% бумаг частные инвесторы покупали именно на заемные средства. Особенно много новых неопытных инвесторов появилось на американском биржевом рынке в 1928—1929 годах. Открывалось огромное количество брокерских контор, даже на круизных лайнерах. Период с 1925 по 1928 год был озаменован фондовой лихорадкой.


Некоторые видные европейские ученые-экономисты скептически смотрели на взрывной рост фондового рынка. Одним из них был директор Австрийского института экономических исследований Фридрих Хайек. В 1928 году в своих интервью и статьях Хайек предрекал обрушение американского фондового рынка, сравнивая его с пирамидой, и очень удивлялся, что его американские коллеги-экономисты спокойно смотрят на разгоняющийся поезд без тормозов. Накануне краха Дж. П. Морган продал акции и увеличил долю активов в деньгах, что позволило ему удачно пережить Великую депрессию.

Позже в интервью он рассказывал, что его подтолкнул к этому шагу вопрос чистильщика обуви о ситуации на рынке и привлекательности тех или иных бумаг. Приход таких непрофессиональных инвесторов на фондовую биржу Морган расценил как сигнал о том, что пузырь скоро лопнет. Еще один провидец — Чарльз Меррилл, один из сооснователей инвестиционной компании Merrill Lynch & Со. Весной 1928 года Меррилл настоятельно советовал клиентам своей брокерской компании продать акции на пике и зафиксировать прибыль. Компаньоны высмеяли Меррилла и посоветовали ему лечиться у психиатра, клиенты не поверили в предсказания и разорились.

Факторы будущей Великой депрессии накладывались один на другой.

Первые признаки надвигающихся проблем появились в конце 1928 года. Спрос на товары начал падать, снижались цены на сельхозпродукцию, рассрочка уже не могла поддержать продажи. Статистические данные по промышленности тогда не отслеживали так пристально, как сейчас. Несмотря нa уже опубликованную теорию экономических циклов, никто не искал признаки спада. А они были налицо. Замедлилось строительство новых домов.

Снизились производство стали Непрерывно на протяжении нескольких месяцев падали продажи автомобилей. Всего лишь за три месяца, с августа по октябрь 1929 года‚ промышленное производство снизилось на 20%. Poc уровень закредитованности предприятий и домашних хозяйств. Это былоособенно серьезно, так как доходы американцев также снижались. Еще одним важным признаком надвигающнхся проблем стало снижение цен. Оно представляло особую опасность для предприятий, так как они не могли увеличивать выручку за счет роста цен. Развивать производство становилось невыгодно, у бизнеса был единственный путь — сокращать его.


Фондовый рынок до осени 1929 года практически не реагировал на тревожные признаки. В марте 1929-го прозвенел звоночек: массированные продажи начали было обваливать рынок, но Чарльз Митчелл попытался повторить действия Моргана и докапитализировал свой банк National City Bank Ha cyммк 25 млн долл., чтобы предотвратить кризис ликвидности, аналогичный кризису 1907 года. Казалось, это помогло: распродажи на рынке прекратились, ставки упали. Следующее снижение произошло в августе 1929 года: из-за хорошего урожая пшеницы B Европе цены на зерно упали, a вслед за ними снизились и котировки — экономика США в ту пору сильно зависела от состояния сельского хозяйства. Но это лишь привлекло новый поток частных инвестиций. Рост восстановился.


За период с июня по сентябрь Dow Jones вырос на 20%, 3 сентября 1929 года он поставил рекорд — вырос до 381,17 пункта (заметим, в 1921 году значение индекса находилось на уровне менее 80, a B 1928 достигло 300). Eme napy месяцев биржа колебалась, но 24 октября (в «черный четверг») 1929 года фондовый рынок обвалился на 11%. Банкиры, финансисты и руководство биржи пытались спасти положение, разместив заявку на покупку большого числа акций U. S. Steel, одной из главных голубых фишек того времени, по цене намного выше рыночной, а потом повторили то же самое с другими популярными бумагами.


Хотя радиообращение непопулярного президента Гувера к американскому народу, в котором он назвал падение котировок на 11% небольшой и временной технической проблемой, несколько смягчило панику, серьезные инвесторы расценили это как намек на большие неприятности.


Рынок немного восстановился, но наличие проблем в экономике и на рынке становилось все более явным. 28 октября (в «черный вторник») 1929 года рынок рухнул на 13%: опасаясь маржин—коллов, трейдеры продавали бумаги. Напомним, что инвесторы вкладывали B рынок заемные средства и теперь им надо было во что бы то ни стало продать активы.


Падение продолжалось и в последующие дни. Финансисты, включая новое поколение Рокфеллеров, пытались действовать уже проверенными методами, вливая ликвидность в рынок, но то, что прекрасно сработало в кризис ликвидности 1907 года, уже не помогало в 1929 году.


3a два дня капитализация рынка упала на 30 млрд долл., а в целом спад и рынка, и экономики оказался крайне продолжительным: достаточно сказать, что к 1932 году индекс Dow Jones опустился до 41 пункта. По Нью-Йорку прокатилась волна самоубийств.. Неудачливые брокеры с огромными долгами и частные инвесторы совершали этот страшный шаг, чтобы не разорить окончательно свои семьи. Люди, выселенные за неуплату из квартир и домов, пополняли армию бездомных, которая вступала в стычки с полицией.


К 1933 году ВВП США упал на 31% по сравнению с уровнем 1929 года. 40% банков стали банкротами, вкладчики потеряли 2 млрд долл. депозитов. Промышленное производство потеряло 46%, потеря ВВП в реальном выражении составила 30%. Денежная масса сократилась на треть. Доходы населения упали на 50%. Около 30% американцев оказались за чертой бедности. Безработица достигла огромных размеров: работу не могли найти 13 млн американцев, или почти 24% населения (при общей численности населения 120 млн, из которых 40 млн — трудоспособного; правда, эти цифры государственной статистики не учитывали женщин, которые воспринимались исключительно как домохозяйки; при президенте Гувере безработица оценивалась в 5%, безработные никаких пособий не получали).

Это был первый экономический кризис такого масштаба и силы в США. Историки и экономисты до сих пор спорят, стал ли биржевой крах спусковым механизмом Великой депрессии или она сама — следствие этого краха.