Интернет-психолог: В формате курилки

Расскажите о сути вашего проекта. Кем и для кого он делается?
— Проект «99 мыслей» создан и развивается лично мной. Изначально были только видеоролики на основном канале на ютубе. Идея была в том, чтобы сделать русский аналог канала Vsauce, но только сугубо на темы гуманитарных наук, в особенности на темы психологии и философии. Отсюда и забавные выпрыгивания из под экрана в первых роликах.

Задачи для роликов было ровно две. Во-первых, посмотрев видео, человек должен был испытать интеллектуальный оргазм (то, что называют «инсайтом», «просветлением», то бишь должен переосмыслить множество своих знаний и получить от этого удовольствие). Во-вторых, видео должно хотеться пересмотреть хотя бы несколько раз (а отсюда различные «пасхальные яйца» и не самые простые формулировки).

Чуть позже выяснилось, что аудитории интересны не только теоретические темы, вроде «что такое психика» и «существует ли мир за пределами сознания», а куда более конкретные: как справиться с социальной тревожностью, прокрастинацией, депрессией и так далее. В связи с этим, на своих эфирах на интернет-радио Mad.FM (mad.pub) я начал больше отвечать на личные вопросы слушателей.

Вообще, изначально контент делается от битардов для битардов. То бишь, можно сказать, что это видеоответы на имиджборды. Видеоответы на те вопросы, которые чаще всего задают в разделах /b/, /psy, /sci и /rf. По этой причине контент «99 мыслей» можно часто найти на лурке.

У вас есть высшее образование в области философии и психологии?
— Так точно! Закончил факультет психологии МГГУ им. Шолохова (пока учился он превратился в МПГУ, так что что именно я закончил сказать трудно. Точно можно сказать только то, что психфак), а также магистратуру по направлению «консультативной психологи». В будущем планирую поступление в аспирантуру. Подробнее о моем образовании и образовании в целом сделали ролик.

Можете сказать, что высшее образование в этих областях необходимо для человека, желающего глубоко разобраться в психологии и философии? Дойдёт ли самоучка до вашего уровня знаний при чуть больших тратах времени?
— Уже когда я учился, было понятно, что без самостоятельного последовательного изучения всего того, что дают на лекциях и семинарах, психологом человек станет вряд ли. Лично я пришел к выводу, что если студент будет полагаться исключительно на занятия в институте, то из него вполне может выйти нормальный такой психолог, который может работать в школе, на телефоне доверия. Но если речь идет о частной практике, научной деятельности, создании своего подхода в консультативной практике, то необходимо обязательно сидеть в библиотеках, обмазываться аудиозаписями различных конференций семинаров.

Скажем, на психфаке вам расскажут про теорию деятельности А.Н. Леонтьева, причем могут рассказать очень даже неплохо. Но о критике теории деятельности, например в работах А.В. Петровского (http://www.voppsy.ru/issues/1987/871/871015.htm) — вряд ли. А потому развивать теорию психолог уже не сможет, если не будет заниматься самостоятельным изучением.

То же самое и в консультативной психологии. В институте вам расскажут о психоанализе Фрейда, психоаналитической психологии Юнга, о психосинтезе Ассаджиоли, бихевиоризме в разных проявлениях, индивидуальной психологии Адлера, гештальт-психологии. Но о РЭПТ (Рационально-эмоционально-поведенческая терапия), КПТ (когнитивно-поведенческая терапия), ЛОРПТ (Личностно-ориентированная реконструктивная психотерапия) и современном анализе поведения, как о том, что практикуется сейчас, вы вряд ли узнаете на парах. Следовательно, без самостоятельного изучения, консультативная практика тоже затруднится для выпускника.

Для чего нужен ваш проект? Ведь сейчас достаточно много источников, из которых можно почерпнуть знания о психологии.
— Когда проект создавался (осень 2015), это было, мягко скажем, не так. На тот момент в публичном пространстве про психологию говорили лишь единицы — А. Невеев (ныне затравленный как сектантами, так и борцами с сектами и ушедший на второй план), Евгений Веритов (гештальт-терапевт, правда без формального психологического образования). Психология, как наука о психике, была совсем не представлена в публичном пространстве. В тот момент (впрочем и сейчас) в публичном поле наибольшее распространение имели попытки нейробиологического описания психических явлений. Бытовало мнение, что психология — не наука, несмотря на то, что академической психологией уже сто лет как открывались законы, имелась четкая научная методология, теоретические подходы. Во многом, в проекте «99 мыслей» я пытался «отстоять честь мундира», если хотите.

Расскажите немного о вашем вещании на мэд.фм. Насколько сильно вам помог этот способ распространения знаний и чем он вам запомнился?
— На момент моего прибытия в качестве рджея (RJ — radio journalist) на радейку, она переживала не лучшие, но и не худшие времена. На мой первый, дебютный эфир в качестве стажера пришло довольно много людей (80 человек в прямом эфире), а на стене задавал вопросы Дмитрий Ларин, уже ставший известным на тот момент видеоблогер, также начинавший на радейке). Мэдфм казалась, да и являлась, лучшей площадкой для распространения моего контента на аудиторию, изначально не нацеленную на некую «интеллектуализированность», если понимаете о чем я.

Именно мэдфм позволило понять, что интересно не только мне и паре сотен психологов, но массовому слушателю. Когда ты полэфира рассказываешь о механизме сдвига мотива на цель, а тебе на стене задают вопрос «так как не откладывать дела на завтра» - это несколько отрезвляет. Опять же, когда ты рассказываешь, со всей академичностью и последовательность, про психологическую защиту «рационализация», а один из твоих слушателей отвечает: «короче говоря, ты говоришь об отмазах» — понимаешь, что лучше быть правильно понятым и лишиться ореола «академичности» в глазах слушателя, чем производить впечатление «очень умного», но бессмысленного источника информации для обывателя бесполезного.

Долго нащупывали этот способ вещания, при котором сложные научные вещи будут доступными и людям вне темы? И как вы к этому пришли по итогу?
— Где-то первые полгода-год. Можно открыть архив записей эфиров, послушать первые эфиры, и станет очевидна трансформация. По сути, я пришел к такой метафоре: вот есть лекционные занятия в ВУЗе, проходящие в аудитории, а есть ВУЗовская курилка, где студенты после занятия обсуждают произошедшее в аудитории, но матерясь, используя забавные, иногда неприличные сравнения, пейоративную лексику. Вот мой контент, особенно на стримах/эфирах, больше напоминает институтскую курилку с её более свободной атмосферой.

Порождает ли мейнстримность психологии многочисленные заблуждения об этой науке? Какие самые вопиющие встречали за время вашей деятельности?
— Основное — путают попсихологию и академическую психологию. Причем путают так, что убедить человека в том, что это две разные области деятельности, практически не представляется возможным. Скажем, попсихология даст тебе список «150 вещей, которые должен сделать каждый, чтобы обрести счастье». Понятное дело, что в академической среде написать такую статью никому в голову не придет. Но из-за обилия такой психологии в популярных пабликах ВК, на телевидении (где «эксперт-п��ихолог» — это всегда чем-то недовольная тетка средних лет, развешивающая ярлыки на присутствующих в студии), убедить человека в том, что психология — это не вот эти тетки средних лет и не советы за жизнь (даже в плане консультативной психологии), практически невозможно.

Другое заблуждение — это отождествление психологии, психотерапии и психиатрии со всеми вытекающими. Отсюда возникают опасения о том, что «если сходил к психологу, то ты ненормальный» или, напротив, что «психологическая помощь» — бесполезная болтология, а помогают исключительно фармакотерапия (чем чаще занимаются психиатры). Все эти заблуждения, конечно, рассматриваются, например, в любом учебнике по общей психологии или в рамках «введения в профессию психолога». Деление на «бытовую психологию» и «научную психологию» известно, наверное, со времен лаборатории В. Вундта в Лейпциге с 1879 года, но психологами сейчас называют себя все кому не лень. Возможно поэтому, по данным ВЦИОМ, в случае жизненных трудностей лишь 1% обращается к психологам.

Вы сильно разграничиваете психологию и философию в своей деятельности или же связываете их в своём творчестве/научной деятельности?
— Тут надо сразу отметить одну вещь: психология и философия это попросту две разные области научного знания. И подобно тому, как есть бытовая и академическая психология, существует бытовая и научная философия, т. е. философия как «пофилософствовать на кухне» и философия как наука об истине, теория познания и наиболее общий метод мышления. Подробнее об этом делении, и о том, чем занимается научная философия, в этом материале.

Так вот, ученый психолог всегда стоит на каких-то теоретических, методологических позициях. Скажем, вся отечественная психология основана на материалистической теории отражения, которая ни что иное, как философия. В любом учебнике по общей психологии вам дадут примерно такое определение психики. Психика — свойство высокоорганизованной материи, являющееся высшей формой субъективного отражения существующей объективной реальности. Понять, что значит «свойство высокоорганизованной материи», «субъективное», «объективное», «отражение», без философии невозможно.

В то же время, если философия рассматривает мышление как форму познания (противопоставляя его чувственному познанию), то психология рассматривает мышление как высшую психическую функцию, то есть более конкретно. Если у человека наблюдаются нарушение мышления, то это вопрос к психологу, а не к философу. Отсюда упомянутое разграничение диктуется не конкретным человеком, а попросту практикой. А практика, вот еще философское понятие, есть критерий истины.

Бытует мнение, что психология и философия — это не науки. Стараетесь бороться с таким взглядом? Как обычно опровергаете это мнение?
— Я рассматриваю такие заявления без лишних эмоций, как заблуждение, в основе которого всегда лежит абсолютизация. Да, действительно, есть такая психология и такая философия, которые наукой назвать язык не поворачивается. Однако помимо таких «психологий и философий» существует и научная. Если мы абсолютизируем псевдонаучную философию и психологию, скажем, к примеру, что это и только это и есть философия — то придем к заблуждению.

Так в любой области научного познания, в общем-то. Можно, к примеру, взять за эталон научной физики не механику, а, к примеру, теорию эфира. В таком случае, мы можем на тех же основаниях объявить всю физику не наукой, что конечно было бы неправомерно

Вот очевидно же, что если существует определение какого-то предмета, к примеру «Бетховен — великий немецкий композитор», то если применить это определение к чему-либо, данному определению несоответствующему, например, если к вам подойдет ваш сосед-алкоголик и назовется Бетховеном, то станет очевидно, что предмет, который описали этим определением, является чем-то другим, а не тем, что описывает определение.

Но многие склонные к абсолютизации, вместо того, чтобы отправить соседа-алкоголика домой отсыпаться, начинают кричать «КАКОЙ ЖЕ БЕТХОВЕН ВЕЛИКИЙ КОМПОЗИТОР? ОН АЛКАШ Я САМ ВИДЕЛ! В ХРУЩЕВКЕ ЖИВЕТ!»

Мой подход таков: я оставляю материалы про научные философию и психологию. Если индивид заинтересуется, то ему и объяснять ничего не надо, он сам просечет, что был неправ.

Современная психология в большей степени топчется на месте или же есть значительное развитие данной науки? Расскажите о самых интересных вам тенденциях последних лет.
— Современная психология очень разнообразна. Насколько я понимаю сам, да и общаясь с коллегами, складывается впечатление, что сегодня психология развивается гетерохромно, неравномерно.

Скажем, вопросы специальной психологии (олигофренологии, работы с ЗПР и т. д.) сейчас развиваются весьма и весьма активно. На западе последние несколько десятков лет активно развиваются области психологии, связанные с изучением психики животных, с нейробиологическими механизмами психических процессов (хотя, в некотором смысле, это тупиковая ветвь, с моей точки зрения). Активно развиваются методы психодиагностики — начиная теоретическим пониманием того, что есть норма и патология (об этом сделал ролик), заканчивая тем, как использовать различные современные технологии (вроде EyeTracking'а) для выявления тех или иных свойств, качеств личности человека.

В плане психологического консультирования (и вообще психологической практики) разрабатываются более совершенные психотерапевтические методы: патогенетическая психотерапия (по Мясищеву), основанная на осознанности когнитивная психотерапия (англ. Mindfulness Based Cognitive Therapy (MBCT)), Психотерапия принятия и ответственности ACT (Acceptance and Commitment Therapy), Диалектическая поведенческая психотерапия (англ. Dialectical Behavioral Therapy (DBT)).

С моей точки зрения, сегодня основная тенденция в психологии — это недостаток именно в теоретических знаниях. За последние годы психология возымела довольно большой массив эмпирических данных, пишутся метаанализы, метаанализы метаанализов, но потребность в теоретическом обобщении имеющихся данных еще пока что не удовлетворена. Громкая статья, вышедшая в последние несколько лет, о том, что около 70% результатов психологических исследований оказались неверифицируемы, с моей точки зрения, как раз отголосок этого теоретического развития недоразвития психологии.

В каком формате вам наиболее интересно и выгодно делать свой контент? Ведь у вас есть как текстовый, так и видео-аудиоконтент.
— Текстового у меня нет особо. Вообще нет, не считая 2-3 записей.

Насколько я понял современные тенденции в плане потребления контента, то нужно понять следующее — практически никто ничего не будет читать. Если хочется донести какую-то важную мысль в интернете, то лучше всего заходят видео. Если видео длинные, они превращаются для зрителя в аудио.
Люди сегодня чрезвычайно занятые. Либо, по крайней мере, пытаются такими казаться. А соответственно, им проще включить на заднем плане аудиолекцию либо длинное видео, одновременно занимаясь чем-то своим (уборкой, приемом пищи, рутинной работой, поездкой из дома до работы/учебы и обратно). Конечно, качество усвоения знаний при таком раскладе не может не страдать, но что поделать. Интернет диктует свои правила донесения информации.

Лично для меня, конечно, аудиоформат (например, радиоэфиры) проще. Не нужно писать подробный сценарий, снимать, монтировать, рендерить (что самое ненавистное), а потом еще ходить и продвигать это. Благо сейчас я могу позволить себе делать контент в свое удовольствие, так как, в отличие от обычных видеоблоггеров, я не полагаюсь на свои видео в плане заработка. Зарабатываю я частной психологической практикой, работая с людьми, с их запросами, в рамках психологического консультирования. По моим видео и эфирам люди могут попросту оценить мою компетентность, но сам этот контент дохода не приносит.

Вы проводите консультации. Каким образом они проходят? Есть ли в ваших методиках что-то, разработанное лично вами?
— Изначально, когда только начинал свою частную практику, проводил занятия очно и по скайпу, отдавая предпочтения очной работе. Но где-то через год, стал работать только по скайпу. А потому выглядит всё так:

На предварительном этапе клиент, обращающийся за психологической помощью, используя свой профиль в социальной сети (в группе «99 мыслей» вконтакте), оставляет заявку, в которой указывается имя, возраст, пол, запрос и другие необходимые данные (удобные дата и время для проведения занятия, контактные данные в Skype). Кроме того, клиент, в удобной для него форме, заполняет психодиагностические опросники и тесты, совершает оплату (подтверждая ее снимком чека).

Второй этап — это непосредственно онлайн-консультация, реализуемая посредством программного обеспечения, позволяющего осуществлять текстовую, голосовую и визуальную коммуникацию через Интернет (Skype, Discord и их аналоги). В назначенный час клиент и консультант созваниваются, проверяют работоспособность своего оборудования, качество связи и т. д.

Дальнейшая структура консультации будет зависеть от запроса клиента, терапевтического направления, в рамках которого психолог оказывает помощь и ряда других аспектов, не связанных с тем, что консультация осуществляется через интернет. Как на первом этапе, так и на втором, существуют специфические для онлайн-консультирования особенности, с которыми приходится работать самостоятельно, порой даже изобретая определенные обходные пути.

Короче говоря, никто на психфаке тебя не готовит к тому, что, например, во время скайп-консультации за спиной у клиента откроется дверь, зайдет его бабушка и включит на полную громкость Киселева на телевизоре. Как с таким работать, сейчас вы не найдете нигде, а потому приходится самому изобретать способы

Можете рассказать о каких-то странных ситуациях, происходивших во время онлайн-консультаций?
— Ой, все и не вспомнить. Онлайн-консультации интересны как раз тем, что картинка в скайпе, можно сказать, является окном в жизнь клиента. Это тебе не в теплом, звукоизолированном кабинете сидеть, это настоящий хардкор.

Где только клиенты не находятся во время занятий, пытаясь найти уединенное пространство в своей жизни. Клиенты могут быть на балконе (причем в минусовую температуру), и в подъезде, и в салоне своего автомобиля, могут запереться в конференц-зале на работе, могут быть просто на улице, на лавке или в поле, где сзади видны стада коров.

Бывает смешное, а бывает совсем не смешное. Например, когда клиентка связывается с тобой из подвала, куда ее посадили родственники в ответ на ее отказ на предложение выйти замуж за сына их близких друзей (что частое явление в традиционных сообществах, особенно на юге России), а ты пытаешься работать с ее предсуицидальным состоянием.

Редко, но случается, когда на консультацию внезапно врываются посторонние люди: парень клиентки, неспособный дать возможность уединиться своей пассии даже на час; бабушка клиента, раздраженная его «бездельничеством», бьющая его клюкой «в прямом эфире».

Бывало такое, что во время первого занятия с новым клиентом, я узнавал комнату, в которой клиент находится. Оказалось, что клиент на некоторое время переехал к моей предыдущей клиентке домой, погостить, отсюда и знакомая обстановка.

Бывает и странное поведение. Когда клиент, например, находясь во время консультации у себя на кухне, одевает к консультации строгий костюм-тройку. При этом он оделся так именно к занятию — ни до, ни после у него никаких мероприятий не назначено.

Вам приходилось помогать клиентам с их проблемами прям по мере их появления? То есть когда сложные жизненные ситуации развивались прямо на ваших глазах.
— Конечно! В рамках, например, семейной работы с супружескими парами, чаще всего такая задача и стоит. Сидишь ты, а по ту сторону экрана сидят они. И твоя задача — их конфликтное обсуждение (ссору) семейных вопросов превратить в конструктивное общение. При этом ты понимаешь, что ничто не ограничивает их от того, чтобы просто выйти из скайпа, но делать что-то нужно. Так и работаешь.

То же самое, к примеру, с паническими атаками, если приступ случился у клиента прямо во время занятия. В таком случае твои действия как интернет-психолога ничем особенно не отличаются от твоих действий при работе очно. Задача — донести до клиента, что от панических атак еще никто не умирал, и что это состояние пройдет без каких-либо последствий, если, к примеру, не придавая этому значению, начать общаться на отвлеченные темы. Помогает, что в скайпе, что во время очного занятия.

В какой момент жизни вы поняли, что созрели для консультаций? Какие сложности были в первое время и как вы искали первых клиентов?
— Есть подозрение, что мало какой психолог начинает консультировать тогда, «когда понимает, что созрел». Уже на первом курсе универа, когда ты еще толком ничего не знаешь, ты становишься для всего своего окружения, начиная родителями, заканчивая новыми знакомыми, не просто человеком, а ТЫЖПСИХОЛОГОМ.

«Почему мы расстались? Тыжпсихолог!», «расскажи про меня что-то, тыжпсихолог», «а почему мой парень меня игнорирует, тыжпсихолог» и так далее. В такой ситуации ты просто принимаешь решение постараться помочь, насколько хватит твоих знаний, умений, навыков. Хотя бы дать общий обзор того, что может быть в ситуации (не прибегая к рекомендациям). Со временем ты становишься все ближе и ближе к этому идеализированному образу «тыжпсихолога», который сложился в массовом сознании относительно психолога-профессионала. А значит становишься более точным в оценках, гипотезах и даже рекомендациях.

Так что первые клиенты, можно сказать, тебя находят сами. Кроме того, лично я клиентов находил в самых разных сообществах: ночью создавал треды на анонимных имиджбордах (двач, нульчан, ичан), на форуме RAMP в сети tor я имел свой «кабинет психологической разгрузки», где публиковал какие-то мини-статьи и предлагал бесплатно услуги консультанта. Когда начал вести публичную деятельность в рамках проекта «99 мыслей», клиентами уже платных занятий были слушатели радио и зрители с ютуба.

Сегодня, если ты, будучи психологом, ведешь публичную деятельность в интернете, нужда в специальном поиске клиентов пропадает. Клиенты находят тебя сами, оценивают твою компетентность и сами записываются. А те, что посчитают тебя некомпетентным, а может и просто неприятным по духу человеком, просто обойдут стороной, обратятся к кому-то еще

Я заметил, что немалую часть вашей деятельности (по крайней мере, публикаций в паблике) вы посвятили депрессии. Насколько этот диагноз частое явление в наши дни и как понять, что у вашего близкого человека беда?
— Вопрос куда сложнее, чем может показаться. Во-первых, в плане понимания природы депрессии существуют разные подходы. Адепты биопсихиатрии, нейробиологического подхода к депрессии, рассматривают депрессию как нейрохимическое явление. Они исходят из гипотезы так называемого химического дисбаланса (chemical imbalance).

За последние 15-30 лет проведены сотни систематических исследований, имеющих отношение к биологическому субстрату депрессии и фармакотерапии депрессий. В различных публикациях, исходящих как из правительственных источников, так и из частного сектора, утверждается, что произошел определенный прорыв в понимании психобиологии депрессий и лечении этого расстройства медикаментозными средствами. Однако эта в целом радужная картина приводит в замешательство клиницистов. Несмотря на значительные достижения в области фармакотерапии депрессий, это заболевание имеет по-прежнему широкое распространение. Более того, количество самоубийств, которое принято считать показателем распространенности депрессий, не только не снизилось, но возросло за последние годы. И не смотря на разработку и внедрение все более совершенных антидепрессантов, депрессия в популяции не сходит на нет, а лишь растет.

То есть, к сожалению, данный подход к депрессии оказался, как показывала практика, неэффективным. Тем не менее, в силу определенных политических и экономических причин, именно этот подход продвигается по всему миру и сейчас.

Другой подход к депрессии — это подход психологический, психотерапевтический. Данный подход рассматривает депрессию не как органическое расстройство, не как биологическую болезнь, а как результат неадаптивного научения, закрепившегося в виде автоматических реакций на определенные события в жизни человека. События, которые он рассматривает как невыносимые, а себя в них, как следствие, как ни на что не способного, никому не нужного человека, которого ждет только грусть, тоска, уныние, безысходность, грогробкладбищепидор.

Следовательно, эта модель предполагает, что депрессия это не столько болезнь, сколько подавленное состояние, вызванное дихотомическим мышлением индивида в отношении себя и мира. Так рассматривает депрессию, к примеру, когнитивная психотерапия, рационально-эмоционально-поведенческая терапия, РЭПТ (англ. Rational Emotive Behavior Therapy (REBT), КПТ. В этом смысле, человека, страдающего от депрессии, следует не «лечить», а «переучить». Сделать из неадаптивных убеждений адаптивные.

Вот, к примеру, схема механизма возникновения депрессии, описанная Альбертом Эллисом (основателем когнитивной терапии):

Чтобы правильно диагностировать депрессию, не будучи профессионалом, можно использовать опросники. Проверьте себя и своих близких с помощью, например, шкалы депрессии Бека.

Проводили консультации с людьми, страдающими депрессией? В чём особенность работы и общения с ними?
— Проводил, конечно. «Избавиться от депрессии» — это чуть ли не первый по популярности клиентский запрос. Конкретные особенности, чаще всего, вытекают из особенностей личности обратившегося человека. Есть клиенты, которые приходят не работать над своими проблемами, а в поисках кремлевской таблетки. «Ну ты, псехалаг, давай сделай так, чтоб мне было ништяк» — такие, как правило, весьма скрытны, не склонны отвечать на вопросы прямо, затрудняя работу.

Есть же клиенты, которым депрессивное расстройство поставили как один из диагнозов, в рамках их обращения в психиатрические клиники, диспансеры. Такие, как правило, склонны к самостоятельной работе, так как столкнулись с тем, что лечения (в общепринятом, медицинском смысле) разработано в психиатрии не было или же оно не подействовало. А значит фигачить к выздоровлению нужно самостоятельно, не ожидая, что за тебя все решит психолог, терапевт или психиатр.

В любом случае, работа с депрессией, это прежде всего работа с тем, как человек воспринимает неудачи в деятельности, общении, учении. А потому она всегда сопряжена с ведением таблицы наблюдения за собой, своими реакциями на жизненные ситуации, а также с критическим рассмотрением своего мышления.

Часто сталкиваетесь с критикой ваших публикаций, интерпретаций каких-либо психологических фактов или способов вещания? За что вас чаще всего критикуют?
— Сталкиваюсь, конечно. Чаще всего критикуют за тон, манеру, в которой веду изложение. Не всем по душе «атмосфера институтской курилки», что совершенно нормально. Если по содержанию, то вопросы у коллег вызывает моя позиция относительно психогенетических исследований в целом и близнецовых исследований в частности, т. к. иначе как псевдонаучными/лженаучными я их не называю.

В целом, в вопросах происхождения личностных качеств, характера, предпочтений и психических расстройств, у меня есть склонность к абсолютизации психогенных, социальных факторов. Эта позиция, конечно, не является маргинальной в современной психологии. Вся современная психотерапия, показавшая свою эффективность при работе с клиническими синдромами, стоит на близких позициях. В тоже время стоит признать, что, в силу моего высокого интереса к таким вопросам, всякие проявления нейромании и биологического редукционизма вызывают у меня стойкое раздражение, которое часто проникает в мои материалы.

Расскажите о ваших самых сложных клиентах.
— К сожалению, не могу рассказывать всех подробностей, дабы не нарушить конфиденциальность. Укажу лишь нечто общее, что можно найти у всех клиентов, которых я бы назвал «сложными».

Во-первых, это клиенты, склонные к тому, что Ф. Перлз называл «слоновьим дерьмом», т. е. к излишней теоретизации. Приведу пример:

— Что вас беспокоит?

— У меня высокая тревожность.

— В каких ситуациях она проявляется, скажем, за последние пару недель?

— В ситуациях социального взаимодействия

— Например каких, за эти две недели?

— Когда от взаимодействия зависит то, как меня воспринимают другие люди

— За две недели были такие ситуации? Если да, опишите их конкретно, желательно с датами и основными участниками

— Да, были. Основные участники - значимые для меня люди.

— Кто эти люди?

— Люди, которые входят в моей референтный круг, чье мнение значимо для меня.

— У них есть имена? О чем вы с ними говорили, конкретнее?

— Мы говорили о наших интересах.

— Каких?

— Которые у каждого из нас вызывали эмоциональный отклик.

И так может продолжаться бесконечно долго. Короче говоря, слоновье дерьмо. Вместо «я подошел к одногруппникам, попытался вступить в разговор о второй дотке, но меня проигнорировали» человек говорит «я столкнулся с гетерохромностью групповых увлечений, выраженной в отсутствии реакции на специфические этим увлечениям стимулы в коммуникативной деятельности». Пока вы будете это расшифровывать, занятие трижды кончится.

Во-вторых, это клиенты, каждое занятие изменяющие запрос, при этом не выполняя самостоятельных заданий, рекомендаций, которые касаются предыдущего запроса. Это может свидетельствовать о своеобразной зависимости от психотерапии, которая развивается у некоторых клиентов.

В-третьих, это запросы на третьих лиц. «Как сделать так, чтобы Вася с работы меня полюбил?», «как сделать так, чтобы моя бывшая захотела бы ко мне вернуться?» К сожалению или к счастью, психология не умеет в магические привороты, она не может помочь с запросом на третьих лиц.

«Как сделать так, чтобы водитель спереди меня не подрезал при повороте?» — не то, с чем может помочь психолог. Все, что можно сделать, это подготовить себя к тому, что вас подрежут или изменить восприятие того факта, что вас подрезали

В-четвертых, это уже упомянутые выше клиенты, воспринимающие психологическую помощь, как одностороннюю работу психолога. «Ну ты, психолог, давай лечи меня, чо не лечишь?» Конечно, до многих таких можно донести, что эффективность психотерапии будет высокой только в случае совместной работы, когда ответственность лежит не только на терапевте, но и на клиенте. Но до некоторых это донести невозможно, а потому они остаются на занятии скрытными, немногословными, безынициативными и при этом дюже требовательными и надменными.

Вы приняли участие в передаче «Не верю!» на телеканале Спас. Как вам итоговый выпуск и как относитесь к этой программе в целом?
— Много чего вырезали в пользу священнослужителя. Скажем, в моменте про «одержимую», когда был задан мне вопрос «как вы объясните то, что она знала мое имя, хотя мы с ней не знакомы?» мой ответ: «Вы публичная личность, мелькающая на телевидении, было бы странно, если бы вас не узнавали» был вырезан. Всего таких моментов я насчитал 7-8 за программу со своим участием.

К программе в целом отношусь с долей иронии. Как иначе, если договариваясь об участии, продюсер открыто пишет «Нужны ваши нападки на веру». Шоу есть шоу, пусть оно и на возвышенные темы.

Ваши клиенты разочаровывались в ваших консультациях и не заканчивали требуемый курс когда-либо? Расскажите о главных упущениях в своей деятельности.
— Бывало. Чаще всего это было связано с повышением цен на занятия (чем больше клиентов, тем выше приходится ставить цену за занятие, иначе длительность ожидания своего занятия клиентом возрастает до месяца-двух). Сейчас в таких случаях я стараюсь работать со старыми клиентами по старым ценам до победного конца.

Из причин преждевременного окончания терапии самая радостная, это если положительные результаты были достигнуты раньше, чем прогнозировалось. Главная ошибка, которую я допускал в первый год своей частной практики (которая, впрочем, типична для начинающих психологов), это была склонность делать акцент на терапевтических техниках, упражнениях там, где следовало бы побольше вникнуть в то, что говорит клиент. Терапевт, как говорил, кажется, К. Роджерс, прячет свою личность за обилием практических техник-вмешательств.

Заметно много внимания в вашем творчестве и материалах, публикуемых на ваших ресурсах, вы посвящаете Зигмунду Фрейду. Расскажите о том, чем так важен этот человек и насколько актуальны его труды сейчас. К каким его воззрениям стоит относиться серьёзно?
— Ну, вообще, Фрейду (или Фройду) у меня посвящено не так уж много материалов. По сравнению, например, с Л.С. Выготским, А.Н. Леонтьевым, П.Я. Гальпериным, Элькониным, Беком, Эллисом, я бы даже сказал, что Фрейда я упоминаю даже маловато.

В каких контекстах я обычно рассматриваю Фрейда? Во-первых, в качестве автора одной из первых теории личности, хотя и устаревшей сегодня. Во-вторых, в качестве создателя психотерапевтического подхода, в споре с которым родились все остальные, более эффективные современные подходы. В-третьих, в качестве основателя психодинамического направления психотерапии, которое в лице, например, патогенетической психотерапии является одним из важнейших и систематизированных направлений в современной практике. В-четвертых, в качестве совершенно поехавшего на кокаине теоретика психосексуального развития, в трудах которого, чуть ли не на каждой странице, можно найти такие шедеврашечки (вроде концепта «зависти к пенису», как основной причины неврозов у женщин), не рассказать о которых для любого человека с чувством юмора не представляется возможным.

В этом смысле это как фильмы Александра Невского (Курицына), только в психологической теории, и если бы они снимались в начале XX века. Естественно, именно из-за таких моих ассоциаций последователи Фрейда могут испытывать от меня раздражение

В любом случае, Фрейда не стоит рассматривать исключительно как сумасшедшего или гения. Стремясь избавиться от таких односторонних прочтений в массовом сознании, я и записал две лекции по основам психоанализа на ютуб канале Дмитрия Пучкова: https://www.youtube.com/watch?v=ngsGRZB4pEI https://www.youtube.com/watch?v=dxc3O0leTQA

Назовите имена известных современных психологов, которые порочат имя этой науки и труды которых стоит обходить стороной.
— Как ни странно, порочат как правило не психологи, а выдающие себя за них. Чисто по-человечески показывать пальцем не хочется. Скажу лишь следующее: называть себя психологом (не имея какого-либо образования) и при этом сводить любые жалобы на психическое состояние к тому, что человек недостаточно «сепарирован от родителей», характеризовать когнитивно-поведенческую психотерапию как «не работающая на русском языке, в русской культуре», при этом занимаясь откровенным быкованием на клиента под видом психотерапии, основываясь ни на чем — вредит «чести мундира» психолога, репутации психологии и психотерапии куда больше, чем даже увлечение классическим психоанализом в качестве основы своей консультативной практики.

Как отличить психолога-шарлатана/непрофессионала от психолога-профессионала по первым сеансам?
— Материалов об этом довольно много, постараюсь сказать что-то менее очевидное. Если вы обратились к человеку, называющего себя психологом, с запросом «хочу подготовиться к собеседованию на работу», а вам начинают загонять про чакры, энергию ци и важность ритмичного движения тазом во время разговора с HR, то вас скорее всего наебывают.

Другой звоночек, который может быть не только с шарлатанами, но и с врачами-психиатрами, как не покажется странным. Если вы оплатили дорогостоящее занятие со специалистом, а на самом занятии, используя ваше время, специалист заставляет вас проходить огромные тесты и опросники (вроде MMPI, в разных редакциях достигающий размеров от 300 до 500 вопросов), вместо разговора по существу — к сожалению, вас, скорее всего, снова наебывают.

Расскажите о случаях, когда люди приходили к вам за консультацией с одной предполагаемой проблемой, а оказывалось, что проблема в абсолютно другом.
— За психологической помощью обратился молодой человек, 22 года. Обозначил в заявке свою проблему словом «социофобия». Социофобия, в клиническом смысле, есть навязчивый страх, провоцируемый социальными ситуациями. Люди, страдающие от социальной фобии, в ситуациях взаимодействия и общения с другими людьми систематически испытывают тревожные переживания.

В назначенное время занятия, созвонившись через Skype, выяснилось, что подготовленная для занятия клиентом веб-камера, была сломана. Обнаружив этот факт, клиент попросил дать ему несколько минут. И вот через некоторое время клиенту удалось исправить проблему — видеоизображение, наконец, появилось. Сразу бросилось в глаза то, что сразу после установления связи он тяжело дышал, будто бы только что быстро бежал или занимался физическими упражнениями, а на лице выступали капли пота. Когда я поинтересовался, с чем связано его тяжелое дыхание, клиент ответил, что за эти несколько минут он успел оббежать несколько соседей с просьбой одолжить ему на пару часов веб-камеру, пока, наконец, кто-то из них не согласился. В этот момент стало очевидно, что та проблема, с которой обратился клиент, точно не является социофобией в клиническом смысле.

Благодаря этому эпизоду, хотя его возникновение и связано с техническими трудностями, присущими онлайн-консультированию, стало понятно, что клиент понимает под «социофобией» не совсем то, что привыкли понимать под этим термином специалисты.

Так и оказалось: тревожные переживания во время общения с людьми у молодого человека хотя и проявлялись, но, как выяснилось, исключительно в тех случаях, когда он общался со своими бывшими одногруппниками, с которыми сохранял приятельские отношения, несмотря на то, что вот уже несколько лет сам он находился в академическом отпуске. И проявлялись эти переживания исключительно в те моменты, когда в этой компании обсуждалась грядущая защита дипломных работ. Как оказалось, клиент испытывал негативные переживания, но связанные не с общением как таковым и даже не с публичными выступлениями. На деле клиент считал себя отстающим от своих приятелей, так как те уже заканчивают обучение, пока сам клиент так и не определился за два года академического отпуска, чем будет заниматься по жизни далее.

В сущности, благодаря техническому сбою, нам приоткрылась дверь в жизнь клиента. Появился живой пример того, как клиент справляется с неожиданными жизненными трудностями. В его случае, первой и вполне успешно осуществленной им стратегией поведения стало социальное взаимодействие с незнакомыми/малознакомыми людьми (соседями), что, конечно, совершенно не свойственно людям, страдающим социофобией.

Как сказывается самодиагностика клиентов на вашей работе и психологии в целом?
— Трудно сказать, делает ли массовое увлечение психологической самодиагностикой в целом хуже или лучше, труднее или проще работу психолога. Конечно, как психолог, я должен наверное сказать, что «самодиагностика — это плохо, не занимайтесь самодиагностикой, люди!» Но людей это не останавливает, во-первых. А, во-вторых: когда тебе плохо, а люди вокруг говорят «ПРОСТО расслабься!», «да не заморачивайся!» или «возьми себя в руки, тряпка!», ты неизбежно начнешь гуглить. И, конечно, гугление может привести к киберхондрии, а тем самым ухудшить состояние. Но с другой стороны — у человека появляется шанс того, что он узнает, как называется та фигня, которая его беспокоит. Почитает какие-то материалы, наткнется, в конце концов, на продукты моей деятельности в рамках психопросвещения и, глядишь, обратиться за помощью, причем по адресу.

Вообще, люди же не ставят себе сложные диагнозы, типа «шизотипическое расстройство со склонностью к сутяжничеству», не сверяются с МКБ. Как правило они ищут слово, которым можно назвать то, что с ними происходит. Хотя, конечно, отсутствие разницы в массовом сознании между панической атакой и паникой, меня, как специалиста, порой раздражает.

Какие сферы человеческой деятельности и их влияние на человека психология ещё не исследовала должным образом, как считаете?
— На мой взгляд, это, во-первых, вопросы детско-родительских отношений, в возрасте ребенка до 1 года в контексте их опосредованного влияния на психику человека на следующих возрастных этапах. Здесь, насколько можно судить, могут лежать ответы как на спорные вопросы (например, о сексуальной ориентации), так и на фундаментальные вопросы (о природе человеческой личности, механизмах обеспечивающих формирование эмоциональных аспектов личности).

Во-вторых, это вопросы возрастной психологии взрослости. А именно, каковы детерминанты развития личности человека после наступления взрослости (начиная с ранней взрослости)? Есть ли нечто общее для всех взрослых людей, подобно тому, как оно есть в дошкольном, раннем школьном, подростковом, юношеском, возрастных этапах.

В-третьих, это вопросы современных технологий, социальных сетей, кибер-социализации. Не изучены в силу того, что чрезвычайно новые явления.

Было ли вам когда-либо стыдно за какие-нибудь ваши подкасты, видео, тексты, стримы?
— А то! И чем дальше, тем более стыдно. И я здесь не беру в расчет стыд, возникший в силу каких-то технических, формальных, организационных неурядиц, а именно в силу содержания. Например, в эфире «Нарциссическое расстройство личности» (https://www.youtube.com/watch?v=dcs8Um45Ll0) при феноменологически верном описании, я все изложил так, будто нарциссы с другой планеты. Мол, это настолько расчетливые, манипулятивные, самовлюбленные люди без эмпатии, что при встрече с ними нужно бежать что есть мочи, сжигать мосты и резать всякую с ними связь. На деле же, нарциссы — тоже люди, их логику не трудно понять, систему воспитания, которая привела к их расстройству, вполне реально описать. Если вы нарцисс, короче, не накладывайте на себя руки.

То же самое касается моего эфира про абьюз отношениях (https://www.youtube.com/watch?v=OZCJHUSikf0), в котором я рассматривал абьюзера точно так же, как это делают практически во всей литературе по этому вопросу. Якобы это обязательно мужчина, обязательно без эмпатии, обязательно неисправимый. При более детальном изучении вопроса мне стало понятно, что, на деле, абьюзеры-мужчины — это продукт деятельности абьюзеров-женщин (и наоборот) с эмпатией (просто им может быть пофигу лично на вас и ваши интересы), вполне исправимые (но только по собственной инициативе), часто не осознающие, что то, как они себя ведут, неприятно другому. В связи с этим я записал эфир про обоюдный абьюз и женский абьюз (https://www.youtube.com/watch?v=QjMDhAraApE).

Вы популяризируете психологию совершенно разными путями. И к Навальному на канал ходили, и к Гоблину, например. Какими способами продвижения вы гордитесь, а какими абсолютно нет?
— Куда зовут, туда и хожу. Щито поделать. Благо, свою деятельность я стараюсь организовывать так, чтобы не было стыдно. В этой связи, от всяких сомнительных предложений я отказываюсь без задней мысли.

А какие предложения были самыми сомнительными на вашей памяти?
— Из прямо хардкорного вспоминается предложение от каких-то сектантов (без преувеличения). Настаивали на том, чтобы я записал видео, в котором бы «раскритиковал» коллегу. Коллега этот ранее обидел эту секту своими словами, из-за чего его преследовали и IRL (сожгли авто, например), и в интернете (создавали массу сообществ, новостей о том, что этот человек виновен во всем, что только можно придумать). За публикацию такой критики мне пообещали, что меня не сделают следующим объектом травли, кибербуллинга и character assassination'а с их стороны, оставят в покое. Естественно, я пообещал, что сделаю всё, как они просят, но тактично «забыл». С сектантами трудно иначе. А ведь многие, казалось бы, смелые люди из публичного пространства согласились и присоединились к травле.

Каким вы видите идеальное развитие вашей деятельности?
— Не проебу в ближайший понедельник эфир. А если серьезно, я человек наверное все-таки амбициозный. Ближайшая перспектива: написание ряда практически-ориентированных трудов по консультативной психологии, написание нескольких монографий по интересным мне вопросам психологии, защита квалификационной работы, получение ученой степени, вот это всё. В конце концов, в далекой-предалекой перспективе, организация клиники психологической помощи, создание научной школы. В общем, двигаю новучный прогресс, всеобщее благо, социализм, коммунизм. И животноводство!

В завершении расскажите немного о своём проекте «Животноводство», если желаете. В чём его суть?
— Ребята, не стоит вскрывать эту тему. Вы молодые, шутливые, вам все легко. Это не то. Это не Чикатило и даже не архивы спецслужб. Сюда лучше не лезть. Серьезно, любой из вас будет жалеть. Лучше закройте тему и забудьте, что тут писалось. Я вполне понимаю, что данным сообщением вызову дополнительный интерес, но хочу сразу предостеречь пытливых — стоп. Остальные просто не найдут.

Паблик

Канал на YouTube

Консультации