Жанна Лётт "Рабский водила"

С течением времени начинаешь понимать, что такое явление как «компания типическая» - это рассеянное дерьмо, состоящее из посредственностей. Водянистая бесформенная масса, словно глаза старика. Если твоё существование сводится к тому лишь, что ты вечно составляешь компанию, значит, ты либо врёшь, либо боишься, либо абсолютно пуст.

Сердце криво подпрыгнуло и дёрнулось, бензиновый смрад, подташнивает. Утро напомнило о себе свежим ветерком. Чего не скажешь обо мне. Ноль процентов свежести в данную минуту. Обезсвеженный кефир. Раздроченное кокаином и алкоголем эго визжало и рвало нутро. Хотелось ещё плясок, хотелось истерики, безумств. Но мир неадекватных развлечений - всегда временный, дальше ты остаёшься наедине со своими проблемами и недомолвками. Тебе потом блевать желчью, ощущая собственное скотство и низменность. Тебе собирать осколки разбитого зеркала. Полегче с выкрутасами, солнышко, от таких пируэтов бывают и дохнут.

Мой водитель, бледный мужчина с рябым лицом, мчал меня куда-то за МКАД, и попутно что- то раздражающе тихо рассказывал. Вид его был настолько жалкий, что казалось у него невероятно крохотный пенис. А рядом с ним маленькая-премаленькая вагина из которой, торчит труп неродившегося младенчика.

Сначала я не прислушивалась к его трёпу. Но потом, сквозь гул в голове я начала смутно осознавать, что разговор этот, давно выполз за рамки обыденности:

«Ну, вы знаете, я даже денег с вас не возьму. Я вас так довезу, вы не переживайте. Но только не пугайтесь. Я особо-то ничего не собираюсь предлагать вам такого, ужасного. Я, в целом, довольно не опасный человек. Просто, знаете, так уж вышло, мне очень нравится, когда меня бьют. Чем сильней, тем лучше. Унижают когда. Обзывают. Как-то само собой так вышло. Я разочек, другой попробовал, и вроде понравилось даже. Люблю унижения и всё такое. Я к чему всё это вообще, можно я оближу ваши подошвы?»

Я смотрю на тебя, рабский водила, и думаю: оригинально. Когда-то я просто мечтала о том, чтобы в жизни иметь нечто подобное: извращенец в маске свиньи и колготочках, который возит тебя по городу. Живой, личный инструмент для эпатажа. Визуализация этой истории крутилась на репите около года в моей голове. И вот он ты здесь, материализовался зачем-то. Во всю громкость своей кичливой уродливости. Зыбкое, расплывчатое создание, которое умоляет избивать его, пока он бесплатно везёт меня до дома. Я не отказываю, ведь ты попал к кому нужно. Ты отчаянно нуждаешься в агрессии. А я агрессивно нуждаюсь в выплескивании своего отчаянья. И сегодня утром мы встретились.

Аккуратней со своими мечтами, kids, они иногда сбываются.