Приэльбрусье

Дорога к Сылтранкель, Верхний Баксан

Кабардино-Балкария (далее - «КБ», и с алкоголем это не связано) - регион на юге России, граничащий с Грузией и Южной Осетией. Как и Карачаево-Черкесская республика (ЧР), КБ славится своими громадными заснеженными горами, которые в среднем на километр выше, чем Альпы. А ещё, тут находится Эльбрус - спящий стратовулкан и высочайшая точка Европы.

Здесь важно сказать, что на самом деле и КБ, и ЧР, и нынешняя Адыгея - ещё в XVIII (восемнадцатом) веке были одной страной, где правил великий и воинственный народ Черкесов, совершавший когда-то набеги даже на непобедимую империю Тамерлана. Великий, потому что несмотря на силу и напор Российской Империи, завоевать их не могли аж целых 100(!) лет Русско-Черкесской войны, которая в итоге привела к геноциду и почти полному уничтожению этой народности. Будучи русским, вообще очень легко почувствовать себя оккупантом и загрустить. Немного от Москвы отъехал - и на тебе. Но всё же, позволю себе вернуться в 2к19 и рассказать о красоте этих мест - благо, природу наши предки не уничтожили.


Я стартую с Казанского Вокзала в наполненном чеченцами поезде Москва-Грозный, где русская речь возникает только по особой заявке. Коротаем время в купе с дедушкой, осуждающим деяния людей Кадырова, и то, что «они сделали с республикой». Сам он - бывший военный, поэтому кадыровцы его уважают и не трогают. Но вообще, по его словам, ситуация нынче «совсем не такая, как в 90-е, они уже украли всё, что могли». Мой попутчик угощает меня куриными наггетсами домашнего приготовления и приглашает отдохнуть как-нибудь в Чечне. Надо бы (не шучу).

Все кроме меня в этом вагоне едут до конечной, а я спустя сутки пути соскакиваю в Минеральных Водах и направляюсь по ночному городу искать только что заброненный гестхаус. Мимо проезжает шестерка жигулей из которой паренек дважды стреляет в воздух. Это точно не Грозный?!


С утра перекусываю пирожком с картошкой и осматриваю окрестности. Мин. воды - типичный южный городок с одноэтажными домиками, рынком и разбросанными в траве разноцветными пушистыми котятами. Их здесь такое количество, будто завозят грузовиками. Народ просто перешагивает и обходит их, не обращая никакого внимания. Никаких тисканий и фоток - в каждом дворе этого добра хватает.

На улице продают фрукты и овощи, забираю стакан малины за 60 рублей, не торгуясь - в Москве я заплатил бы 200.

Ещё забавно, что аэропорт тут всего в паре сотен метров от города, поэтому есть ощущение, что самолеты взлетают прямо с соседней улицы.

Выдвигаюсь на шоссе стопить машину, накрапывает легкий дождик. Надо сказать, что погода вообще обещана отвратительная, но я всё же стараюсь верить в своё везение и улыбаться затянутому небу.

Первый водитель на салатовой «копейке» рассказывает, как спасал замерзших почти до смерти зимой автостопщиков и подкидывает меня до развилки с Пятигорском, где можно стопить сразу двумя руками, так как сходятся две дороги - довольно странное ощущение. Погода позади портится окончательно, нужно быстро ловить тачку и сваливать - от грозы укрываться на трассе негде.

Я засекаю 20 минут (если не поймал машину за это время, перехожу на другое место) и прямо перед началом ливня получаю джекпот - белый мерседес С-класс купе. Камал едет в Ингушетию и докидывает меня 50 километров прямо до поворота на Баксан. В пути мы почти не говорим и я просто любуюсь подсолнечными полями, хотя с первых же слов водитель производит впечатление образованного интеллектуала. К концу нашей поездки я узнаю, что он занимается «всяким бизнесом», у него есть сын, а ещё он немного тоскует по СССР. В КБ на дорогах довольно много блокпостов, раньше я такого не видел, или внимания не обращал. Подъезжаем к одному из них, я вижу как товарищи в камуфляже тщательно обыскивают впереди стоящий автомобиль и спрашиваю:
- Что это?
- Менты.
- А что ищут?
- Деньги.
- ...
- Ну, надо же вещи своими именами называть, правильно?

До Баксана (от поворота, где мы с Камалом прощаемся и желаем друг другу удачи) меня подкидывают молодые приветливые ребята на жигулях без руля - вместо него из приборной панели торчит металлическая арматура. По дороге к нам садится ещё одна их знакомая лет 30-ти. Здорово, когда все друг друга знают, а даже если нет - всё равно подвозят и помогают.

Пол ночи гуляю по городу, пару раз едва не провалившись в незаметные бурные ручьи, пересекающие улицы и совершенно невидимые в темноте. Освещены здесь только шоссе и большая часть зданий. Подумываю доехать 22 км до Нальчика, так как не хочу тратить около 3000 на единственную в городе гостиницу, но сажусь в круглосуточное кафе и решаю подремать там.
Хозяин, узнав, что я путешествую автостопом отказывается брать деньги за шаурму, кладет плюсом мне две шоколадных вафли и наливает чаю.

Ночь в Баксане

Старый мост через реку Баксан

С утра +12 и идет дождь. Я надеваю футболку, водолазку и толстовку без капюшона - за полчаса до отъезда я долго решал, какую именно взять, но остановился на более легкой. Прогуливаюсь по городу, пока не открылись кафе, захожу на рынок. Торгуют здесь в основном бабушки и пожилые женщины. Павильоны есть не у всех, кто-то самостоятельно принес столы, бочки, ящики. Одна из старушек с недоверием спросила, чего это я снимаю. Говорю, что путешественник из Москвы, направляюсь в сторону Эльбруса. Она рассказывает про местное гостеприимство, сравнивая его с московским «бездушным» отношением.
- То, что у вас там говорят про «нацменов» - ложь, тут люди очень д��б��ые, всегда поддержат, помогут, выручат. Не то что у вас!
В Москве Наиля никогда не была, но много слышала от друзей и знакомых. Пожелав друг другу добра прощаемся, сойдясь на мнении, что главное самому оставаться хорошим человеком.

Здесь снова котята. Хозяйка павильона не знает, куда их девать и просит выложить в инстаграм, чтобы кто-нибудь забрал.

Котята

В придорожной пекарне работает улыбчивая женщина с сыном, который относит булки в машины таксистам. На прилавке надпись «По пятницам - хлеб бесплатно, всем на здоровье».

Пытаюсь пообщаться с каждым из местных подольше, впитать энергетику, культуру и почувствовать вайб этих людей, ведь я их больше никогда не увижу.

Мне пора. Первый пункт моего маршрута - ущелье Гижгит и одноименное озеро. Под накрапывающим дождем я решаю не стопить и сажусь в маршрутку за 100 рублей. Спустя 5 минут езды, за окном начинается ущелье и отвесные коричневые скалы становятся всё ближе к микроавтобусу, пока наконец не оказываются в полуметре от дороги - у меня начинаются сочинско-крымские флешбеки. В полной уверенности, что с погодой мне не повезло, я уже представляю, как без дождевика и зонта буду карабкаться по грязному склону и бороться с ветром, морально готовя себя ко всем этим испытаниям.
Какого же было моё удивление, когда мы выехали из туч и попали в прекрасный солнечный край, не имевший ничего общего с мокрой и пасмурной равниной полчаса назад.
Меня высаживают в нужном месте и я прихожу в полный восторг от открывшегося мне пейзажа. Глубоко вдыхаю свежий воздух и перехожу мост через бурлящую внизу реку Баксан.

Спереди
Сзади
Внизу

До озера меня подбрасывает на подножке УАЗ-Патриот. Почувствовав себя
бойскаутом и немного запачкав штаны, я тем не менее экономлю около получаса пути.

Озеро Гижгит

А вот и оно, добро пожаловать! Гижгит находится на высоте 1200 метров и со всех сторон окружено горами с невысокой травой и кустарником.
Сложно в это поверить, но озеро - на самом деле пруд, созданный с помощью нескольких дамб на небольшой горной речке и использовавшийся в советское время как хвостохранилище Тырныаузского вольфрамо-молибденового комбината. Проще говоря, здесь добывали и обогащали руду, а всё токсичное, что оставалось - лили сюда. 20 лет назад комбинат закрылся, а озеро стало местной достопримечательностью, где местные даже ловят рыбу. Правда, купаться говорят, не стоит.

Пейзажи здесь легко можно спутать с Норвегией или Исландией, настолько дикими и натуральными они выглядят. Цвет озера на солнце действительно отдает бирюзово-зеленым, я ничего не редактировал.

Вид на ближайший поселок Былым

Спускаюсь обратно к дороге, теперь нужно доехать до Тырныауза и подумать над ночлегом - уже 17:00. Оказывается, уже намотал 26 километров пешком, решаю добить до 30-ти и иду до ближайшего поселка, наслаждаясь видами и звуком бурлящей в обрыве реки.

Из-за глобального потепления Баксан от весны к весне разливается всё шире - ведь это горная река и её питают тающие ледники. Например, в 2018 он разлился настолько, что смыл часть дороги (к слову, она здесь одна) и города оказались в полной изоляции друг от друга. Новая дорога теперь проходит выше, однако её целостность - к сожалению, тоже вопрос времени.


На пол пути к Тырныаузу возле меня останавливается раздолбанная нива и миниатюрный пожилой кавказец машет мне рукой - «Садись!»
Я сажусь, мы трогаемся, проезжаем около трёх метров, после чего нас резко подрезает тёмно-зеленая Волга, тем самым вынуждая водителя ударить по тормозам.
Из тачки быстро выходят двое крупных мужчин в камуфляже, подходят к нам и начинают агрессивно распрашивать о чем-то водителя по-черкесски. После чего обращаются ко мне:
- Местный?! Куда шёл?
- Нет, эээ, путешествую... - начинаю тормозить я - в Тырныауз иду. Что такое-то?
- Документы есть?! Давай!
Из-за их напора начинаю думать, что мужичок, подобравший меня - преступник, находится в розыске и меня сейчас загребут вместе с ним. Ох, как не хочется.
Однако проверив мои документы и переговорив «на своём» ребята желают счастливого пути, быстро садятся в Волгу и улетают в противоположном нашему направлении.
- Что это было? - спрашиваю.
- Да ты не переживай, у нас просто грибник пропал - с улыбкой объясняет мне водитель, будто мы так и ехали по прямой и ничего не происходило - вот, ищут.


Абдул оказывается очень доброжелательным и позитивным человеком, рассказывает без умолку о местных, новостях, погоде и горах. На старенькой магнитоле включается Breakfast in America (включите!) и мы съезжаем с холма в винтажное советское прошлое Тырныауз.

Тырныауз - районный центр. Главный город во всём Приэльбрусье. Абдул рассказал, как престижно и тяжело было получить квартиру в одной из этих цветных многоэтажек в советское время. Большая часть горожан раньше работала на вышеупомянутом комбинате, но после его закрытия работы в городе особенно и нет. Хотя тут есть Магнит, Пятерочка («Покупочка» - южный аналог), несколько кафе, салоны связи, бар и школа.

Дорога в сторону Эльбруса

19 лет назад здесь сошёл огромный сель (жидкий оползень), уничтоживший многие постройки и перекрывший устье Баксана, в считанные часы превратившегося в грязевое озеро в центре города. Местные вспоминают эту жуткую историю по несколько раз за год - сходы селей тут не редкость. На севере по-прежнему много заброшек - леденящая кровь память о тех страшных событиях. Со слов Абдула, во всём виновато тогдашнее руководство района, якобы вовремя не проверившее противоселевые плотины, а потом отказавшееся взрывать перекрытое русло реки.

Здесь хорошо видно уровень грязевого потока
Развалины

Мой новый знакомый дал мне номер подруги, у которой я смогу остановиться в Нейтрино (следующий городок в сторону Эльбруса) и высадил у своего любимого кафе. Здесь наконец-то есть 4G и можно поработать, закусывая хычин с сыром.


Мозаика - карта Тырныауза

Поймав, видимо, последнюю машину «туда» я добираюсь до Нейтрино в половине десятого вечера. Пока хозяйка Ольга показывает мне квартиру, я заглядываюсь на вид из окна. Там - ледяная шапка горы Андыртау, высотой 3900 метров. Выслушав подробно всё информацию, я выпиваю чаю у окна, ложусь и отключаюсь за пару минут.


Следующее утро, безусловно, лучшее за год. Спускаюсь из дома за завтраком и иду в местный магаз купить выпечку. Поселок сжат в ущелье между Андыртау (3973), Курмычи (4045) с одной стороны и Мукалом (3899), Кезгеном (4011) с другой.

Вид с остановки Нейтрино на Когутаи (спереди), Донгозурун и Накратау (сзади)

С любой стороны - гора. Воздух очень свежий и слегка разреженный.

Нейтрино - очень нетипичное название для кавказского города в горах, да?. Дело в том, что здесь, на высоте 2000 метров, находится Баксанская нейтринная обсерватория. Там советские, а теперь уже российские ученые изучают космос, ловя частицы, проходящие сквозь горную породу. В городе всего 6 домов, два из которых - панельные девятиэтажки. Живут ученые, дети ученых. Ольга, мой хост - школьный учитель. В классе у неё семь человек, хотя когда то, по её словам было до 15-ти.

Последующие несколько дней я езжу стопом между поселками и хожу в радиальные однодневные походы в горы, где медитирую, ем ягоды и пью родниковую воду, полностью разрывая связи с цивилизацией.

От поселка Тегенекли добираюсь пешком до Терскола, где наблюдаю множество экипированных альпинистов-восходителей и местных детишек в пыльных футболках и шортах, играющих в грязи. Погода в горах настолько изменчива, что пока я жду своё блюдо в кафе, сильный дождь на улице трижды начинается и полностью прекращается. Ем и наблюдаю на корову с надутым выменем, просящую её подоить. Спустя десять минут, видимо узнав свое животное по голосу, из дома выходит хозяйка и заводит её во двор.

От Терскола ходят все основные радиальные походы, плюс здесь много жилья для путешественников в наскоро построенных цветных и страшненьких гостиницах.

У подножия Эльбруса встречаю спускающегося мужика из моего района - они готовятся к восхождению. Спустя десять минут, я попадаю в сильнейшую грозу, от которой еле уношу ноги, прячась в гостинице «дом у ручья». Не попадайте в грозу в горах.

Гроза над поляной Азау
Вид вниз с подъема к Эльбрусу

Пейзаж здесь конечно совершенно марсианский, только вулканические породы, никакой травы, деревьев и прочего. Как бы предупреждение: селиться здесь не стоит. Хоть последнее извержение Эльбруса и произошло примерно 5000 лет назад, многие российские ученые считают, что вулканическая активность внутри горы постепенно нарастает. Подробнее почитать об этом можно здесь.
Из-за вероятности неминуемой гибели от молний и облаков, закрывших гору, я так и не добираюсь до места, откуда можно было бы увидеть и сфоткать Эльбрус. Возможно, это было предложение попробовать в другой день, но я попробую через год.

Большой и Малый Когутаи

Но кроме двуглавого вулкана здесь безумное количество прекрасных мест, описать красоту которых текстом невозможно.
В последний день я отправляюсь в долину реки Сылтрансу, где достигаю финальной стадии просветления. Прохожу 7 километров в гору и вижу перед собой залитую солнцем и утопающую в зелени долину.

С обратной стороны - 200-метровый обрыв с гремящим водопадом и вид на Суллукол (4251 метр). Над лесом - радуга. Этот пейзаж для меня пока лучший за год.



На обратном пути в машине у местных играет Dust in the Wind - более актуального трека для Тырныаузских развалин, беднеющего и в то же время туристического Терскола не найти. Все мы - пыль на ветру, по сравнению с вечными рельефами и силами природы. Наши дома рухнут, мы умрем, а через двести лет никто про нас не вспомнит. Зато горы будут стоять, как стояли ещё сотни тысяч лет.

Невозможно не вернуться в Приэльбрусье, ведь чтобы посмотреть тут всё нужно потратить минимум месяц. Конечно же, я сюда ещё приеду.

В Баксане я покупаю идеальный переходник с китайской розетки на европейскую, которую пол года не могу найти в Москве. На радостях сажусь работать и не замечаю, что уже темнеет, а мне скоро на самолет.
К ночи я добираюсь до аэропорта Мин. Вод с двумя дедулями-дагестанцами, один из которых постоянно переспрашивает, что я сказал, а второй ругает первого за глухоту. Кажется, если бы не я и мой навигатор, они бы вообще никуда не доехали.
До моего рейса в горячую (в итоге куда более, чем я ожидал) Армению 4 часа и попыток уснуть в зале ожидания, а потом - новые приключения. А пока - съем сендвич.

00:30, 18.07.19, Аэропорт Минеральных Вод.