Прогулка по английскому саду слов. Рецензия на книгу «Blooming English»

⭐⭐⭐⭐⭐

The garden is also an image that nicely caters for the arsenal of prescriptive texts (dictionaries, style guides, usage books, grammars) that give a standard language like English much of its muscle. These are the conservatories, the greenhouses and the hothouses that nurture our language, often artificially keeping alive features that have long perished in ordinary usage. It’s in these linguistic nurseries that we protect and cherish endangered constructions, words, meanings and pronunciations. The neat lists and beautifully spun paradigms inside the dictionary and handbook provide the glasshouse counterpart to the outside 'wild garden' of language.

Знаете ли вы, что слова 'glamour' и 'grammar' когда-то очень давно обозначили одно и то же, а само слово 'grammar' имело значение «магическое знание», слово 'girl' обозначало молодого человека любого пола, слово 'pedant' обозначало школьного учителя, а 'cretin' означало просто «христианин», определение человека как 'silly' носило не пейоративное значение, а наоборот, было комплиментом, так как обозначало «счастливый, благословленный Божьей милостью»? Какое же слово самое длинное в английском языке, что за третье слово, оканчивающееся на исключительно редкое окончание -shion, и что за слово, рифмующееся с orange? Если нет, то вам обязательно должна понравиться книга 'Blooming English'.

Книга, название которой предоставляет большой простор для игры слов, так как его можно перевести и как «цветущий», так и «треклятый» английский (кому что ближе) поистине находка для тех, кто интересуется историей и этимологией английского языка. Кейт Барридж, преподаватель австралийского университета, автор многочисленных книг об английском языке, радиоведущая авторской программы на австралийском радио и свою книгу строит как некий разговор с читателем, повествование в котором часто перебивается на дополнительные замечания или наблюдения, вынесенные в отдельный бокс, как бы представляя факультативный характер. Заметки, в принципе, не связаны особой логической связью, и могут читаться в свободном и удобном читателю порядке. В общем и целом, что говорится, user-friendly.

Profound thought doesn’t require difficult language — and difficult language shouldn’t pass for profound thought.

Взяв за основу метафору английского сада, в теплицах и оранжереях которого тщательно следит за произрастанием культурных растений английская грамматика, и есть никем не контролируемые сорные дикие травы, которые растут где и как хотят — это наш современный сленг, всевозможные неологизмы и окказионализмы, появляющиеся с лёгкой руки социальных сетей чуть ли не каждый день, Барридж делится с читателем своими, подчас удивительными, наблюдениями об английском языке.

Как и в случае с полевыми цветами, не все они на самом деле являются злостными сорняками, и, по пришествии времени, при условии достаточно активной частотности употребления, они закрепляется в языке как норма. Как, например, широко распространенные сейчас глаголы 'to notice' и 'to contact', которые, только войдя в употребление в английском языке, считались ужасными варваризмами, а их употребление в речи считалось грехом ненамного менее серьёзным, чем двойное отрицание или расщепленный инфинитив.

What is a weed? A plant whose virtues have not yet been discovered.

Развивая метафору английского сада, Барридж проводит занимательную экскурсию по истории английского языка, рассматривая его и с профессиональной точки зрения как лингвиста, так и обычного человека, который ежедневно сталкивается с различными странностями и нюансами английского языка. Например, о некотором шовинизме языка по отношению к женщине. Иначе чем ещё объяснить наличие такого большого количества слов в пейоративном значении — spinster, spin, lost hope, tabby; hussy, whore, trollop, slut, slag, slattern, slag, slampig, strumpet, scrubber и т.д. (интересно, это просто совпадение, или есть что-то в этом действительно скверным кластере согласных 'sl'?) Когда аналогичный мужской список куда как гораздо короче, и, как минимум, менее оскорбительный — 'gay bachelor, not the marrying kind, philanderer, flirt, rake, lady-killer, gallant, gigolo, stud, womanizer'.

Кстати, слово 'whore' раньше не обозначало то, что обозначает сейчас. Этимологические оно восходит в латинского слову 'carus' т.е. "дорогой'" и относилось к любимому человеку любого пола, а уж затем стало относиться только к женщине, понятно в каком контексте.

В общем и целом, неудивительно, что в английском языке насчитывается около 2,5 тысяч слов ярко выраженной сексуальной семантики. Действительно, английский язык обладает поистине богатейшим словарным ресурсом, в чем бы он не проявлялся. Например, тот же тезаурус слов с семантикой «распущенный» — licentious, lascivious, loose, lubricous, lecherous, libidinous, lustful, lickerish, lewd и т.п.(есть же все-таки что-то неумолимо игривое в звуке 'l', не правда ли?)

Итак, возвращаясь к затронутой мной в начале теме, какое же самое длинное слово в английском языке? Не учитывая всевозможные не поддающиеся повторению технические термины и подобные им наименования, долгое время таким словом считался antidisestablishmentarianism, хотя придуманное учениками Итонского колледжа floccinaucinihilipilification имеет на одну букву больше, а, ведь, ещё можно вспомнить, например, знаменитое supercalifragilisticexpialidocious. Все-таки некоторые иногда излишне перебарщивают с увлечением голофразисом, вследствие чего, появляются такие диковинные слуху и практически непроизносимые языку слова-композиты.

Ну, а чтобы узнать третье слово на -shion и рифму к слову orange, а также другие не менее интересные загадки английского языка, лучше всего прочесть книгу Кейт Барридж 'Blooming English' и не менее интересное продолжение книги 'Weeds in the Garden of Words'.

Перенесено мною из моего блога на Bookmix.ru
Дата публикации 21. 07. 2017