Мой босс внезапно признался мне.
Любительский перевод выполнен каналом @otakutranslate.
Я слегка улыбнулся, и нахмуренное лицо будущего одержимого генерального директора стало ещё мрачнее, словно он молча спрашивал: «Что это за тип такой?»
Смелость показывать уверенность перед одержимым генеральным директором? Для протагониста это означало бы затягивание цепей одержимости, а для соперников — смертный приговор.
«Покорный взгляд! Покорный, послушный вид обеспечит твоё выживание!»
— Простите, но кажется, вы в чём-то ошибаетесь, — сказал я спокойным голосом, словно читал инструкцию по обращению с потенциальным нарушителем спокойствия, уже занесённым в чёрный список службы поддержки клиентов.
— Я здесь, просто чтобы вежливо отклонить щедрое предложение председателя.
Его выражение лица слегка изменилось. Хотя он всё ещё выглядел недовольным, его насмешливый тон теперь был смешан с оттенком безразличия. Его реакция вернула меня к реальности.
«Правильно! Его тип — тот, кто мягок с другими, но резок с ним — кто ведёт себя как газированная вода, а не кто-то, кто сочится, как масло. Он не будет одержим кем-то скользким».
Одержимые генеральные директора сходят с ума только из-за того, чего не могут легко получить. Они не зацикливаются на том, что уже могут держать в своих руках.
— Меня зовут Чон Чжухён, и я — мастер подхалимства.
— Конечно, кто-то вроде меня никогда не мог надеяться служить кому-то столь знатному, как вице-президент.
С подбородком, всё ещё зажатым в его руке, я невинно моргнул, стараясь изобразить благодарность. Его выражение лица исказилось, словно он наблюдал за чем-то странным, но меня это не волновало. Именно этого я и хотел.
Как преданный последователь, почитающий святую фигуру, я торжественно продолжил: «Я не посмел бы мечтать о такой чести».
Как бы тяжело ни жилось, я бы не пожелал себе такого кошмара.
Он прищурил глаза. Был ли это его сигнал о том, что если я солгу, он разорвёт меня на части?
Но тот факт, что он ещё не был полностью зол или заинтригован мной, был положительным знаком. Хотя он всё ещё был подозрителен, казалось, он допускал возможность того, что я действительно безобидный подхалим, который нечего не может предложить.
— Правильно! О, но если это не слишком большая проблема, могу ли я сделать с вами фото для моего блога? Я ваш огромный поклонник…
Его лицо было воплощением отвращения и презрения. Сдержав желание пуститься в пляс от радости, я нанёс последний удар.
— Или, э-э, может быть, автограф…?
Одержимый генеральный директор отпустил мой подбородок, словно только что коснулся чего-то грязного.
— Бабушка, вы сошли с ума? Как вы могли…С кем-то вроде этого…?
Председатель молчала, положив подбородок на руку и незаметно прикрыв рот, глядя куда-то в пол. Я не мог сказать, подавляла ли она гнев или смех, но, судя по её дрожащим плечам, это был скорее второй вариант.
Вероятно, она не могла скрыть свою радость от того, что её внук был застигнут врасплох. Почувствовав это, одержимый генеральный директор резко встал, ещё раз посмотрел на меня и выбежал, хлопнув дверью.
— Пхаха! Хахаха! Господин Чон! Вы видели выражение его лица?
Как только он ушёл, председатель рассмеялась.
А вдруг он услышит и вернётся?
К счастью, не было никаких признаков возвращения одержимого генерального директора в офис, но моё чувство облегчения было недолгим. Несмотря на мои усилия остаться незамеченным им, я не мог избавиться от зловещего ощущения, что мой план провалился. Я, возможно, только что превратился в его следующую цель для преследования.
После приступа смеха председатель вытерла глаза платком и извинилась.
— Я была довольно невежлива, смеясь так перед вами, господин Чон. Что ж, давайте не будем ходить вокруг да около. Мой внук не совсем ошибался. Я надеялась, что вы станете одним из его людей.
Это откровение не было таким уж неожиданным. В конце концов, это была судьба Чон Чжухёна в оригинальной истории.
— Вы не выглядите шокированным.
Словно читая мои мысли, председатель резко спросила.
— …Нет, на самом деле нет. Я подозревал, что когда вы дали мне свою визитную карточку и предложили работу, за этим, возможно, стоял какой-то замысел.
«Конечно, настоящая причина заключалась в том, что я предвидел это благодаря божественному вмешательству в будущее Чон Чжухёна, но я дал расплывчатый ответ.»
Впрочем, это, казалось, не имело значения. Председатель, глаза которой всё ещё блестели от недавнего смеха, посмотрела вдаль и ответила почти невзначай:
— У этого мальчика больше травм, кажется. Большая часть из них — моя вина. Ему не хватает людей вокруг, которым он мог бы действительно доверять и с которыми мог бы работать.
— Не стоит беспокоиться, председатель. С талантами вице-президента он наверняка привлечёт множество способных людей.
На её лице мелькнуло тонкое, нечитаемое выражение, но прежде чем я смог его расшифровать, черты её лица смягчились в нежной улыбке.
— Господин Чон, вы уверены, что не передумаете? Вы мне понравились ещё больше после того, как я увидела, как хорошо вы с ним обходитесь. Я обещаю, что условия будут превосходными.
Прежде чем я смог отказаться, председатель элегантно подняла руку, прерывая мой ответ одним лишь небольшим жестом. Своим опытом она без усилий снова взяла управление разговором в свои руки.
— Как вы, возможно, знаете, исполнительный офис AT Electronics не похож на офисы других компаний. Мы не просто выбираем персонал для обработки исполнительного протокола. Мы набираем элитных членов для работы в качестве партнёров в стратегии и планировании.
Я знал это слишком хорошо. В конце концов, судьба Чон Чжухёна заключалась в том, чтобы быть секретарём.
— Тогда мы на одной волне. Даже если вы позже решите исследовать другие пути — будь то создание собственного бизнеса или построение другой карьеры — опыт, который вы получите здесь, будет бесценным.
Её слова несли в себе тонкое предложение гарантии, предполагая, что даже если я позже по собственному желанию решу уйти, возможность в AT Group всё равно хорошо мне послужит.
Дед Чон Чжухёна был связан с AT Group в качестве советника до самой смерти, а его родители были связаны с компанией до своей случайной гибели. Это резко контрастировало с нынешними мягкими словами ободрения председателя. Конечно, его родители, возможно, слышали нечто подобное, когда впервые присоединились к компании.
—…Мне очень жаль, председатель.
— Тьфу. Казалось, мой внук наконец-то встретил себе равного.
Председатель слегка цокнула языком, но неохотно кивнула.
— Эта старушка действительно может быть отправлена в дальнюю комнату. Представьте, не иметь возможности удержать такого многообещающего молодого человека. Что ж, если это ваше решение, господин Чон, надеюсь, вы не пожалеете об этом.
Совсем нет. Я не буду сожалеть.
«Если я знаю своё будущее и всё равно буду работать с этим маньяком, я должен быть самым сумасшедшим человеком на свете».
— Мы вызываем следующую группу для собеседования: группа 2. Чон Чжухён, Ким Юми, Хё Джегван, Пак Санхи.
— Пожалуйста, следуйте за мной и подождите здесь.
…И вот я здесь, один из самых сумасшедших людей на свете, сижу в комнате финального собеседования для открытого набора персонала в AT Electronics.
Кратко объясню, как я оказался здесь после этих ужасных трёх месяцев:
Человеку же нужно есть, правда?
По какой-то причине каждое моё заявление было отклонено. Даже с выдающимися квалификациями Чон Чжухёна было странно быть отвергнутым на этапе проверки документов. Я начал подозревать, что председатель или сам одержимый генеральный директор могут тянуть за ниточки за кулисами.
Они думали, что я просто сдамся? Если я не смогу попасть в крупную компанию, я попробую среднюю или стартап!
В конце концов, меня приняли на работу в стартап. Мало ли я знал, что «стартап» означал, что они «запустят» мой стресс. Работа была адом! Мой босс был абсолютным кошмаром!
И затем, как будто для того, чтобы усугубить ситуацию, я столкнулся с чередой несчастных случаев. Вернувшись из-за границы и продав семейный дом, я переехал в приличную квартиру. Но именно здесь начались проблемы.
— …Извините? Вы просите меня внезапно съехать из квартиры?
— Извините, но во время проверки безопасности была обнаружена серьёзная проблема, поэтому нам нужно провести некоторую реконструкцию. Арендодатель покроет ваши расходы на переезд, поэтому мы будем благодарны, если вы сможете быстро съехать.
Меня заставили съехать до окончания срока аренды, и подобные странные инциденты продолжались.
В моей второй квартире сосед каждую ночь забивал гвозди в стены. Не в силах это терпеть, я переехал в третье место, только чтобы обнаружить протекающую с потолка воду, постоянно капающую.
Примерно в это время меня поразило ужасающее осознание. Казалось, что вселенная подталкивает меня к тому, чтобы стать секретарём одержимого генерального директора, как будто моя жизнь вернётся в норму, только если я последую пути оригинальной истории.
«Может быть, стать его секретарём — не самый худший вариант».
В конце концов, я не был «главным героем», получающим одержимую любовь генерального директора. По сравнению с тем, чтобы быть запертым в клетке, сверхурочная работа может быть более гуманной.
В тот день, когда я съехал из своей четвёртой квартиры, и в тот день, когда мой начальник разорвал мой отчёт у меня на глазах, потому что ему не понравилась жирность шрифта, я наконец подал заявление об увольнении.
«Возможно, знание сюжета оригинальной истории упростит адаптацию».
Как только история закончится, я всегда смогу уйти. В конце концов, в романе почти не упоминался секретарь. Я уже знал, куда убежит протагонист, и был знаком с предпочтениями генерального директора.
«Просто немного потерпи, заработай много денег и рано выйди на пенсию».
С этим оправданием я в итоге подал заявку в компанию одержимого генерального директора.
Наконец, пришла наша очередь. Помощник по собеседованию улыбнулся, приглашая нас.
— Когда вы войдёте, вы увидите трёх руководителей, сидящих в комнате. Как новый сотрудник, вы, вероятно, редко их будете видеть, если пройдёте, а если нет, то вы их больше не увидите. Так что расслабьтесь и сделайте всё возможное, хорошо?
Должно ли это успокоить мои нервы? Я выдавил улыбку и вошёл вместе с другими. Как только я вошёл в комнату, моё сердце упало.
Человек, сидящий в центре, выглядевший скучающим перед своим ноутбуком, имел лицо, которое я слишком хорошо узнал.
«Как возможно, что из четырёх групп для собеседования я попал в ту, где находится одержимый генеральный директор?»
Единственным положительным моментом было то, что он никак не мог меня вспомнить.
В прошлый раз я носил классические очки в золотой оправе. На этот раз у меня была элегантная серебряная оправа. Конечно, он меня не узнает. Кроме того, разве не было правила, что одержимые генеральные директора обладают своего рода мизантропией, сосредотачиваясь только на своём объекте любви и ни на ком другом?
К сожалению, моё предположение снова оказалось трагически ошибочным.