Z-Россия Ивана Филиппова: «Обнуление» — мать учения. Как в российской армии воспитывают подвалами, пытками и внесудебными казнями
В сентябре 2024 года российские добровольцы — операторы беспилотников Сергей Грицай «Эрнест» и Дмитрий Лысаковский «Гудвин» опубликовали видеообращение, в котором обвинили своего командира полковника Игоря «Злого» Пузика в коррупции, продаже гуманитарки и наркоторговле. Видео было предсмертным, опытных операторов БПЛА «Эрнеста» и «Гудвина» полковник Пузик отправил в штурмовики, где они и погибли. Таким уродливым образом российское командование поддерживает дисциплину в воюющей армии и сделать с этим ничего нельзя.
После эпизода с «Эрнестом» и «Гудвином» случился невероятных масштабов скандал. Шутка ли, полковник российской армии «по беспределу» казнил двух российских добровольцев, причем людей в армии известных и пользовавшихся авторитетом.
На контроль расследование обстоятельств гибели Грицая и Лысаковского взял лично министр обороны. И у отдельных Z-оптимистов забрезжила даже надежда на справедливость… Но нет.
Непотопляемый Пузик
За полковника Пузика вступились серьезные люди, включая телеведущего Владимира Соловьева и Z-автора Александра Коца. Расследование затянулось, а затем МВД объявило в розыск сначала вдову «Гудвина» Евгению Яренкевич, а потом — на прошлой неделе — девушку «Эрнеста» Кристину Данилову. Обе разыскиваемые служили операторами БПЛА и обеих объявили «самовольно оставившими часть».
Z-сообщество, которое в сентябре 2024 года очень громко возмущалось убийством добровольцев, новость о том, что Данилову и Яренкевич объявили в розыск, по большей части проигнорировало. Не написали об этом «Два майора», «Рыбарь» или «Архангел спецназа». Даже идеологически близкие стрелковцы не посвятили этому неординарному событию возмущенных текстов. Выводы из происходящего сделала, кажется, только маргинальная даже для Z-среды журналистка Анастасия Миронова:
«Вот вам Эрнест и Гудвин. Пузики побеждают. …Будет еще СМЕРШ, который нас всех самих посадит».
Непременно посадит — тут даже не с чем спорить. Но это не всё.
«Седой» — следующий на обнуление
В самом конце июля Z-каналы забили тревогу: пропал командир 2-го батальона 95-го полка 5-й бригады 51-й армии Юрий Бураков с позывным «Седой». Причем пропал военный не на поле боя: «По достоверной информации 27 июля его вызвал к себе командир 95-го полка с позывным “Старина” — ФИО этого человека мы знаем. С тех пор “Седой” пропал и не выходит на связь. На вопрос жены командир полка заявил, что “Седой” — СОЧ, то есть “самовольно оставивший часть”», — написал 31 июля Z-активист, музыкант Петр Лундстрем.
Тему подхватили другие каналы. Авторы большинства из них были уверены, что пропавшего «обнулил» командир полка.
«Это все произошло в ДНРовской пятой бригаде!!! Как же она задолбала эта бригада. Постоянно там происходит беззаконие. Люди там пропадают бесследно. У меня целый доклад по этой бригаде. Я столько людей оттуда спасла, а сколько не спасла», — написала Z-правозащитница Анастасия Кашеварова.
«Седой был моим комбатом во время службы добровольцем в НМ ДНР. Достойный и честный офицер, всегда заступался за солдат, был эрудирован и начитан. …”был” я пишу, потому что страшно — в последнее время в остатках полка идет череда мутных смертей, исчезновений, поставлено на поток испытание солдат подвалами, полк беспощадно стачивают», — пишет автор канала «Кухня черносотенца».
Лундстрем, инициировавший скандал, свой пост заканчивал угрожающе: «Я обещаю вам, что лично дойду до самого верха. Не до того командования, с которым вы в сговоре, а до людей, которые до этого были не в курсе вашего существования. Времени у вас 24 часа. Давайте решим все по-хорошему».
Дело было 31 июля. Сегодня 23 августа, и, думаю, вы легко догадаетесь, нашелся ли комбат «Седой» и понес ли наказание его командир полка.
Лундстрем 13 августа написал: «Могу подтвердить, что информации о судьбе Седого на данный момент нет никакой. Могу подтвердить, что проверка продолжается и военная прокуратура и органы ДВКР работают и работают активно — общественный резонанс тоже сыграл свою роль, помог нам достучаться до верхов, где поставили дело под свой контроль».
Дело «Эрнеста и «Гудвина», как вы помните, на контроль ставил аж целый министр обороны России Андрей Белоусов.
Беспредел от безнаказанности
Обе эти истории — хороший повод поговорить о том, что на отдельных участках фронта и в отдельных воюющих частях российской армии положение дел даже «Диким Западом» не назовешь.
Командиры имеют абсолютно бесконтрольную власть не только над деньгами и свободой военных, но и над их жизнью, и с легкостью «обнуляют» всех, кого вздумается, не страшась ни Бога, ни министра обороны. Потому что могут. Почему дела обстоят именно так, объясняла Анастасия Кашеварова:
«На передний край фронта, где и происходят в большей мере нарушения прав военнослужащих, прокуратура, ВСО, ДВКР не всегда доезжает. Даже так — в большинстве случаев надзорные органы не едут на передний край, а вызывают свидетелей к себе через командование. Что делает командование? Отправляет всех свидетелей на боевое задание. Вероятность того, что свидетели вернутся с него — ничтожно мала. Без свидетелей и непосредственных участников доказать что-то невозможно».
Кроме того, Кашеварова пишет, что военные зачастую просто не выдают тех, кто совершил какое-либо преступление. В то же время, по ее словам, прикрепленные к той или иной части сотрудники надзорных органов «бывают в доле и покрывают тех, кто нарушает устав и закон».
В этом месте хочется остановиться и, так сказать, «зафиксировать» кратко описанное выше положение дел. В российской армии, до смерти зарегулированной всякими уставами, не говоря уже об Уголовном кодексе — на военных он тоже распространяется, — царит буквально криминальный беспредел, аналогов которому страна не видела даже в 90-е годы. Неприкасаемые полевые командиры убивают, грабят, издеваются над солдатами, понимая, что их никто и никогда не накажет. Понимая, что они сами себе царь, президент и министр обороны и с фронта выдачи нет. Понимая, что свидетелей их преступлений боятся не нужно, потому что их тоже можно просто убить. И за это тоже никому ничего не будет.
Об этом довольно буднично, как о чем-то само собой разумеющемся, пишут военные и околовоенные авторы. Российское общество о происходящем с высокой долей вероятности просто не знает — по телевизору про «обнуления» и беспредел не рассказывают, только про победы. А у самих Z-каналов в масштабах страны аудитория очень мала. Следовательно, помощи замученным или справедливости для убитых ждать не приходится.
«Восстановление дисциплины» расстрелами
Ответ на вопрос, как российская армия дошла до жизни такой, дал крошечный Z-канал «Темная сторона солнца». Его автор написал очень аргументированный текст, смысл которого сводится к простой и в общем-то страшной мысли: военное начальство о происходящем знает и его это совершенно устраивает.
«С началом мобилизации пошло разложение дисциплины и “хмельные забавы”...
В конце 22-го были нередки случаи саботирования приказов, неподчинение командирам и прочие радости “пьяной вольницы”. Дисциплину нужно было как-то восстанавливать. Требовался хороший “кнут”.
Волевым решением руководства Вооруженных сил были расширены полномочия военной полиции, комендатуры, а также (дана) индульгенция командирам на “жесткие меры” по наведению порядка и восстановлению дисциплины на местах. Дисбат теперь стал казаться курортом».
Текст этот был опубликован в феврале, и, как показывает история с объявленными в розыск Даниловой и Яренкевич, а также пропавшим комбатом «Седым», с тех пор ничего в войсках не поменялось. Может быть, стало еще хуже.
И в связи с этим хочется вспомнить старую русскую традицию крепостного права. Российские военные авторы, особенно из числа мобилизованных, довольно часто про себя говорят, что они по факту крепостные. Обычно имеется в виду невозможность уволиться из армии: все контракты теперь бессрочные, а мобилизованные воюют «до конца СВО».
Но истории о безнаказанности российских офицеров говорят, что крепостными российские военные стали во всех смыслах этого слова. В 1861 году царь-батюшка крепостное право отменил, а в 2025 году в отдельно взятой российской армии его взяли и вернули. И сделать с этим никто ничего даже пытаться не будет. Такие вот «реалии СВО».