Из тетради немецкого коммуниста 28

(перевод)

Март 1943 года.
Страшный для меня март. Уезжая в Чернигов я предполагал, что будет карательная операция. Меня поразил размах. Это ужасно.

В населённом пункте Корюковка проводилась контрпартизанская операция. Для того, что бы исключить снабжение продовольствием партизан, были арестованы жители нескольких деревень, которые скорее всего являлись  их родственниками. Дома были сожжены.  Десятки женщин, детей и стариков были согнаны в здание комендатуры и находились в подвалах. В ночь на 27 февраля на Корюковку было совершено нападение. Заложники, около 100 человек, были освобождены. Гарнизон, состоявший из венгерских солдат, весь погиб. Железнодорожная станция разрушена, сожжены склады и мастерские. Ощутимый урон в далёком тылу Вермахта. Туда я был и отправлен для определения ущерба.

Я не успел к началу операции. На момент моего прибытия Корюковка была уже окружена нашими частями и щуцманами - украинской национальной полицией. Все жители этого населённого пункта были расстреляны, дома догорали. Часть местных жителей убежала в леса.

Через неделю операция была повторена - снова Корюковка окружение частями, прочёсывание, всех сгоняли к местному кирпичному заводу. Там партиями заталкивали в печь для обжига кирпича, обливали керосином и сжигали. Многих просто расстреливали. Всех невозможно было прогнать через печь, поэтому пойманных загнали в сарай и подожгли. Особенно усердствовали в казнях щуцманы. Не могу этого понять - ведь они одной расы, что и погибавшие, возможно даже соседи или родственники. Не укладывается в голове. Запах горящей плоти я запомнил на всю жизнь...

Всего было уничтожено около шести с половиной тысяч человек. Удивительно, что партизаны не осмелились напасть в этот момент на Корюковку, карателей всего было три сотни солдат и сотня щуцманов... От селения в полторы тысячи домов осталось всего с десяток более менее целых кирпичных домов.

К концу операции прибыл Штрюмпфель. Ему были предоставленны все отчёты по операции и нанесённому Вермахту ущербу. При мне несколько человек лишились званий и двое расстреляны. Жестокость Штрюмпфеля опять бросилась мне в глаза. Причём показалось, что он испытывает некоторую радость от своих действий. Как же он изменился после посещения артефакта в тундре и своего там ранения...

Наконец Отто увидел меня. И сразу изменился в лице. У меня похолодело внутри. Сразу вспомнилось, что я единственный живой свидетель северных событий. Штрюмпфель подозвал меня и приказал неотлучно быть рядом. Отбываем в Чернигов.

начало здесь: 1 , 2, 3, 4, 5, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27
полностью, как отдельные части произведения "Ящик Пандоры", можно прочитать здесь:
Проза.ру или у автора, ака

z_laya