Восточный подход к страданиям

Список затрагиваемых тем:

1. Понятие человеческой проблемы в рамках бытового уровня

2. Путь буддистского восприятия реальности

3. Природа страданий

4. Сущность человеческой проблемы сквозь призму Эпикуреизма

5. Диалектика скептиков

6. Любовь и страдания в христианстве и буддизме

7. Свобода от страданий

Вступление

В данной статье будет рассмотрен, пусть и банальный и избитый, но все равно актуальный вопрос причины человеческих страданий и проблем. Чтобы проникнуть в сущность их появления и избавления от них мы углубимся в буддистскую философию. Для лучшего понимания, предлагаемого буддизмом решения, рассмотрим различные западные концепции, ищущие ответы на вопрос о прекращении страданий. Затем, проведем сравнительный анализ элементов этих западных учений с теми формами и сущностями, с которыми нам предлагает познакомиться буддизм. Целью самого доклада можно назвать поиск универсального решения человеческих проблем и доказательство разумности и осознанности подобного решения.

1. Понятие человеческой проблемы в рамках бытового уровня

Все мы так или иначе сталкиваемся на протяжении нашего жизненного пути с различного рода проблемами. Что есть эти проблемы, как и зачем мы их решаем и почему, если мы не в силах справиться с ними мы обращаемся за помощью? Проблему стоит определять, как некое психологическое состояние субъекта, вызванное его субъективным восприятием, допустим, объективной реальности.

Представим себе ситуацию, в которой добропорядочный семьянин теряет работу. Фактическое, произошедшее событие – потеря работы. Оценочное восприятие события – стресс, страх бедности, осознание неспособности прокормить семью, возможная депрессия и апатия. Проблема, существующая в сознании субъекта – совокупность всех психологических процессов в сознании субъекта, вызванная объективной безоценочной ситуации.

Что же есть условное «решение проблемы»? Решением проблемы является фактическое изменение текущего положения событий в реальности (например – устройство на новую работу) или же изменение отношения субъекта к ситуации (например – примирение и выход из депрессии).

2. Путь буддистского восприятия реальности

Немного отвлечемся от насущных проблем и поговорим о буддизме. Идея буддизма рассказывает нам пути избавления от страданий.

Согласно буддисткой концепции, все существа, ныне живущие в том мире в котором он доступен нам – пребывают в сансаре – вечном цикле смертей и перерождений, а та реальность, которая представилась нам сейчас – это майя – иллюзия материальной действительности.

Почему же мы перерождаемся и страдаем, если согласно Будде, просветление уже внутри нас?  Перерождение – результат иллюзий майи и погружение в омут мирских страстей, вытекающих в страдания.

Так существуют ли страдания на самом деле? Говоря о буддизме, важно подчеркнуть, что понятие «на самом деле» не существенно. Культивируя будь то существование объективной реальности, будь то солипситскую концепцию иллюзорности бытия, мы не перестаем культивировать и погружаться в иллюзии. Пусть даже в иллюзии того, что все есть иллюзия. То есть, проще говоря, абсолютно не важно, реален ли мир и нет. Не важно, существуют ли на самом деле материальный формы страдания или нет. Неспособность проснуться и сбросить с наших умов страдания, существование которых культивируется нами, затмевает чистый «не-ум», и это то, вследствие чего мы все еще пребываем в страданиях.

3. Природа страданий

Итак, мы уже выяснили, что в нашей жизни присутствуют проблемы и страдания, и нас совершенно не интересует реальность их материальной формы, главное – мы в силах их воспринять нашим умом.

Если отвлечься от разговоров о сансаре и майе, материальная реальность которых тоже абсолютно несущественна, то у проблемы и страданий есть совершенно конкретная причина, давно известная как восточным, так и западным философам, и психологам.

Одна из четырех великих истин буддизма звучит так: желания порождают страдания. Причиной всех проблем и страданий являются желания, а конкретнее – жажда желаний. Ни для кого не секрет, что потребности человека носят неограниченный характер, а значит, удовлетворение их невозможно в условиях ограниченных ресурсов. Каждая потребность и каждое человеческое желание и вожделение ослепляет не-ум человека, заставляя его потреблять все больше и больше.

Возможно ли удовлетворить все потребности человека? Быть может и так, но буддистское учение проповедует обратное. Все желания человека мимолетны, культивируя желание и его исполнение человек теряет себя и становится «рабом своих желаний». Каждое новое желание порождает последующее, каждая новая иллюзорная потребность приводит к новой, поэтому невозможно удовлетворить их все. Отсюда и вытекает буддистская идея круговорота перерождений и колеса сансары – все это бесконечный цикл, топливо которого – наши желания. А суть кармы – есть результат их удовлетворения. Второй причиной страданий, связанной непосредственно с первой, является чрезмерная важность, приписываемая событиям и явлениям. О субъективной важности предметов и явлений стоит говорить отдельно, хотя, так или иначе, она сводится к желаниям.

Почему нам важно то или иное явление? Важность – это желание субъекта наличия у объекта определенных свойств и состояний. Например, «мне важна сегодняшняя хорошая погода», «мне важно, чтобы меня выслушали», «мне важно успешно закрыть сессию», «мне важны отношения с определенным человеком». Во всех приведенных выше примерах понятие «важно» эквивалентно понятию «хочу». И приписывание избыточной важности отдельным событиям и явлениям порождает все тот же порочный круг потребления и мирских страстей. Сущность важности эквивалентна сущности желания, и точно так же является порождением ума, противоречащему чистому не-уму. То есть, не-уму не присуща важность, не-ум – это состояние баланса, гармонии и осознанности себя. В китайскую традицию такой концептуальный подход пришел вместе с Бодхидхармой в V в. н.э. и называется чань-буддизм, а затем распространился по всей Азии получив свое ныне традиционное название – Дзэн-Буддизм.

Важность, желания и избыточные эмоции формируют оценочное восприятие, являющееся сутью ума и его формой взаимодействия с окружающим миром. Оценочное восприятие – совокупность субъективных оценок, представлений о мире, включая желания и важность. Оценочное восприятие – залог страданий и проблем, так как сущность проблем и страданий вытекает из оценок, которые мы даем объектам окружающей действительности. Любая проблема и страдание – это уже оценка, а, говоря о страданиях и проблемах, оценка негативная. Проблема – лишь негативный оценочный взгляд субъекта на текущее положение вещей. А негативным этот взгляд является вследствие несоответствия свойств и состояний объекта реальности внутреннем желаниям и важностям субъекта.

4. Сущность человеческой проблемы сквозь призму Эпикуреизма

Если же буддизм, зародившийся в Индии в шестом веке до нашей эры, перенасыщен непривычными для западного человека понятиями и категориями, и вследствие чего мо��ет быть неверно истолкован, то всегда есть возможность присмотреться к более привычным концепциям западной философии.

Рассмотрим проблему этики в учении Эпикура. Согласно его воззрениям, человеку необходимо стремиться к состоянию «мудреца», постигшего счастье чрез удовольствие и удовлетворение собственных потребностей. «Мудрец» должен «проживать незаметно», абстрагировавшись от мирской суеты, социальных страстей и политических волнений, которые являются причиной человеческих проблем. Можно утверждать, что сущность человеческих проблем лежит в зависимости личности от суеты эллинистической (на тот момент) системы, а путь счастья – удовлетворение потребностей и наслаждения. Казалось бы, это совершенно противоречит тем ценностям, которые культивирует буддизм, но, если углубиться в предмет вопроса, на деле это окажется далеко не так.

Важно помнить, что среди потребностей Эпикур выделял естественные и пустые. Пустые потребности как раз-таки такие потребности, удовлетворение которых ведет к страданиям: алчность, тщеславие и так далее. Люди несчастны именно потому, что одержимы этими желаниями, и, как бы сказали буддисты, их умы ослеплены иллюзиями мирских страстей. Потребности, удовлетворение которых ведет к счастливой безмятежной жизни, это потребности естественные, среди которых выделяют необходимые и не необходимые (например, дружба и общение). Удовлетворение естественных потребностей, согласно Эпикуру, и является источником счастья.

Немного отвлечемся и вспомним притчу о жизни Сиддхартхи Гаутамы до его пробуждения. Примкнув к саманам (аскетам, отшельникам), Сиддхартхе казалось, что тотальный отказ от потребностей и есть счастье, сознательное умерщвление плоти и игнорирование потребностей – есть путь отказа от них. Однажды Сиддхартха услышал старого музыканта, который, проплывая мимо в лодке, говорил своему ученикам: "Если ты натянешь струну слишком сильно, она лопнет, а если слишком ослабишь ее, то она не будет звучать." Внезапно Сиддхартха осознал, что в этих простых словах содержится великая истина. И что все эти годы он следовал неверной дорогой.

Суть данной причти – следование «серединному пути». Истина где-то посередине, истину нельзя найти в крайности. Отказ от потребностей не ведет к просветлению, поскольку это все те же проявления «ума», ослепленного иллюзиями.  Данная притча показывает, что учения Эпикура и Будды не так уж сильно рознятся в отношении своих путей достижения счастья. Идея удовлетворения основных потребностей и отказа от излишеств лежит в обоих учениях. Только эпикуреизм культивирует ценности покоя мудреца и удовлетворения естественных потребностей, а буддизм же культивирует алмазное сознание Будды и отказ от пустого потребления. Все это – две стороны одной медали.

Исходя из вышеописанного, мы видим, что ценности, возвышаемые Эпикуром, можно рассматривать в качестве элементов учения Будды. Продолжим анализ западных концепций на предмет поиска совпадений основных культивируемых категорий с буддистскими аспектами учения.

5. Диалектика скептиков

Углубляясь в изучение древнегреческой философии, мы можем найти отблески буддистских воззрений в учении скептиков. Скептицизм, как философия, предполагает сомнение в возможности достижения абсолютной истины.

Рассмотрим основные вопросы скептицизма, которые ставит Пиррон из Элиды, основоположник философии скептицизма:

Первый и основной вопрос: «Из чего состоят вещи?». Сомнение в достижении истины проистекает из идеи о тезисе и антитезисе. Тезисы и антитезисы по природе своей являются характеристиками объектов, а значит равноправны, из равноправности вытекает недоказуемость истинности тезиса или же антитезиса. А, следовательно, мы не можем познать истинную природу вещей. Подобные логические изыскания были приведены выше в описании буддисткой концепции бытия, при разборе концепции не-существования реальности. Буддизм говорит нам о равнозначности, в том числе о равнозначности по отношению к существованию или же не существованию объективной реальности. Сущность вещей, согласно Пиррону, невозможно постичь, так же, как и, согласно Будде, неважно существуют ли они объективно или нет.

Говоря о равнозначности, мы также говорим и о нашем субъективном отношении к вещам. В этот момент формируется второй вопрос скептицизма: «Как к ним (вещам) относиться?». От суждений, согласно Пиррону, необходимо воздерживаться, о чем говорит принцип «эпохе». Он представляет собой особое состояние вхождение ума (в буддизме не-ума), при котором субъект мыслит о бытие за рамками собственных представлений о нем. Данное состояние по его описанию полностью совпадает с состоянием глубокой медитации в буддизме. Медитация позволяет разуму исчезнуть и отрыть сознание не-ума, возможность увидеть алмазное совершенное сознание, незагрязненное концепциями и иллюзиями. Состояние медитации или эпохе является ключом к пониманию равнозначности и одновременно ответом на вопрос об отношении к предметам. Так как же к ним относиться? Ответ прост – никак. Равнозначное отношение ведет к освобождению от излишней важности и оценочного восприятия, являющимися основными причинами страданий в буддистской философии.

Отвечая на второй вопрос, Пиррон сразу же формулирует третий: «Какую выгоду мы в состоянии получить из нашего отношения (а если точнее, то «не-отношения») к ним?». Мы достигаем состояния атараксии – невозмутимости, безмятежности, свободы. Невозмутимость и безмятежность есть категории покоя, а покой, в свою очередь, отказ от мирской суеты, достижение нирваны посредством раскрытия алмазного совершенства – такими словами описывает буддизм точно такое же аналитическое суждение пирроновского скептицизма. Таким образом, следствием из теоретического скептицизма и буддизма относительно устройства мира и его познания является содержательный этический вывод об идеале практического поведения.

Исходя из приведенной выше концепции скептицизма и аналитическим сравнением ее принципов с воззрениями буддизма, мы видим, что сущность учений довольно схожа в отношении диалектики бытия и этики поведения, разнится лишь форма повествования. Словосочетание «алмазное сознание не-ума» слабо понятно западному человеку, но при этом наглядно истолковано привычными нам европейскими терминами, но, как и в случае с эпикуреизмом, философские идеи скептицизма являются составными элементами буддизма и лишь включаются в широкую восточную философию. Древнегреческий эпикуреизм и скептицизм, бесспорно, широки и необъятны, но они, к сожалению, не затрагивают ни концепцию безграничной любви, не говорят о Дхарме, как о естественном законе мироздания, ни о необходимости вселенского сострадания, ни об эзотерической концепции кармы и колеса сансары. Именно поэтому они являются подмножествами буддистского учения, а не наоборот.

6. Любовь и страдания в христианстве и буддизме

Теперь пришел черед сравнения, казалось бы, не сравниваемых концепций: религии и философии. Буддизм говорит нам о неважности существования Бога и не-культивирования его наличия, христианство же на нем основывается и утверждает, что все есть Господь. Но, как мы помним, мы говорим, не о форме, а о сущности.

Сначала разберем понятие греха в христианстве. Грех, есть не просто нарушение божьих заповедей, а отступление от праведного и, в первую очередь, естественного образа жизни. Почему же если все мы грешны, если это не естественно? Изначальная природа человека, сотворенного Богом, чиста, но совершив первородный грех, съев плод с древо познания, Адам и Ева нарушили закон Божий и обрекли на греховное существование весь род человеческий. Первый грех, как нарушение Божьей заповеди, привел к потере богообщения, и как следствие - принес смерть человеку (ведь Бог есть источник жизни). Возникает вопрос: почему согрешил Библейский Адам, а страдают все? Но, ведь от отравленного источника течет отравленная вода, и апостол Павел учит что во грехе Адама мы все так или иначе, но участвуем, потому что любой наш поступок пусть против заповеди, пусть против внутреннего нравственного чувства - есть повторение греха прародителя. Грех, это сознательное или же бессознательное отдаление божьего творения от самого Творца, ведущее к страданию. Но несмотря на это, ведь знает человек то или нет, но изначально он был сотворен как таинственный Божий образ, поэтому в совершенстве и полноте человек ничем и не может насытиться кроме любви Божьей. В отношении страданий в христианстве бытуют разные мнения, но основное из них говорит о том, что несмотря на то, что все мы страдаем, страдания эти необходимы, ибо, переживая их, мы очищаемся и становимся ближе к Богу. В данном случае нельзя понимать эту мысль, как побуждения к самоистязанию и умерщвлению плоти. Речь идет об очищении: осознав страдания, осмыслив их природу и увидев ее во грехе, мы избавляемся от этого греха, стараемся не свершать его более и жить праведней. Именно поэтому страдания ведут к очищению души.

В христианстве существует известное понятие «Семь смертных грехов» - это основные пороки, являющиеся сутью всех других грехов. Смертные грехи – это основа, как бы сказал Эпикур, «пустых» человеческих потребностей, удовлетворение которых не приближает человека к счастью (например, чревоугодие, тщеславие, алчность), и таких состояний ума, которые затмевают Бога в сознании человека (например, гнев, уныние, скорбь, гордыня). Все эти потребности и состояния ума описаны и в буддизме. Только они не отделяют от Будды, а погружают сознание человека в иллюзии, создают избыточную важность, формируют оценочное восприятие и омрачают ум. Смертные грехи описаны и в буддизме, только не выделены в отдельную категорию состояний ума и потребностей, их сущность в буддизме и христианстве схожа. И пустые потребности ради удовольствия и пустые иллюзорные эмоции отдаляют от Бога (то есть ведут во страдания) или же, в буддистской философии препятствуют освобождению (то есть ведут во страдания).

Таким вот образом перекликаются страдания в буддизме и христианстве. Но важно фокусироваться не на страданиях, а на любви, в которой в обоих этих концепциях относится особое место.

Все христианство наполнено любовью ко всему живому, к ближнему своему, к себе самому. «Возлюби ближнего своего, как самого себя» - учил Иисус. Христианство, само по себе, говорит о радости, само слово Евангелие - и означает "радостная весть". Весть о том, что с нами Бог, что Бог есть любовь, и мы теперь дети Божьи - больше наших невзгод и страданий. Та же идея присутствует и в буддизме – основа всего есть наша любовь. Несмотря на то, что буддистская философия предлагает отказаться от оценочного восприятия и иллюзорных эмоций, необходимо поддерживать любовь. Любовь как эмоция и оценка должна быть отпущена, такую любовь нельзя культивировать, любовь и сострадание должны быть главными состояниями ума, поскольку они открывают двери не-уму. Любовь ко всему сущему является необходимой чертой бодхисатвы, приверженца большой колесницы буддизма. Бодхисатва – человек, целью которого является распространение учение и спасение всех существ, как живых, так и не живых, и ведение их в царство нирваны. Без этой всеосознающей любви невозможен путь спасения от иллюзий.

Как мы видим, аспекты, касающиеся страданий и любви в христианстве и буддизме, очень схожи между собой. И эти аспекты христианской философии, ровно так же, как и некоторые категории эпикуреизма и скептицизма являются частью буддисткой философии, что очень важно при ответе на основной вопрос данного доклада «Как жить без проблем?»

7. Свобода от страданий

И так, мы сравнили три различные западные философские концепции, а именно: эпикуреизм, скептицизм и христианство, с буддизмом, и пришли к выводу что довольна обширная их часть подводится под единый знаменатель в рамках буддистского мироощущения. А именно, это идеи серединного пути (эпикуреизм), равнозначности вещей (скептицизм), осознания связи между грехом и страданиями, понимание вселенской любви (христианство). Все эти идеи находят свое отражение в буддизме и связаны необычным и нетипичным по своей природе взаимодействием, создавая качественно иную, отличную от западного образа систему не только теоретических воззрений, но и руководств по практическому достижению счастья и освобождению от проблем и страданий.

Достижение свободы в буддизме предполагает отказ от желаний и излишних эмоций. Важно понимать, что отказ этот ненасильственный, а происходит естественным путем, посредством осознания бессмысленности потребностей, важности, излишних эмоциональных окрасок и оценочных суждений, сосредоточения сознания не-ума. В буддистских канонах подобное осознание происходит посредством духовных практик, а именно различных медитаций – созерцание природы собственного «Я», восприятие реальности как сновидения, фокусирование на внутренней или внешней чистоте, чтение мантр и так далее. Как мы помним, Пиррон из Элиды и Аристотель называли подобные состояние ума «эпохе»

При отказе от излишней важности объект данной важности более не имеет власти над субъектом, следствием этого является освобождение субъекта. Отказ от важности – это вход в состояние равнозначности. Равнозначность же предполагает равнодушие и безразличие по отношению к внутренним или внешним явлениям. Человек постигший равнозначность отпускает все проблемы и страдания, позволяет реальности быть таковой, каковой она является, не идя на конфронтацию с ней, не стремясь изменить ее под свои потребности, не стремиться причинять страдания ни окружающим, ни себе. Следствие не может существовать без причины, так и страдание не может тяготить человека, если у него нет причины для страданий. Причина страданий исчезает сама собой при отсутствии культивирования неисполненных желаний и состояний несоответствующих с важностью. Равнозначность не просто «решает» проблему, она растворяет саму причину проблемы, она избавляет человека от самого такого понятия и состояния, приводя к осознанию, что все проблемы существуют субъективно лишь в уме; отказавшись от культивирования важности и желаний сами аттракторы проблем становятся нормой, ибо существует осознание того, что все что существует в мире является нормой, все, чтобы не происходило происходит – значит так и должно происходить, ибо такова Дхарма.

Естественно, даже и придя к равнозначности, у нас все равно остаются потребности, например, физиологические, но они не влекут нас во страдания. Страдать мы будем при их культивировании, ибо сущность крайности, по-прежнему, проявление ума. Стоит следовать по серединному пути, как раз тому о котором говорил Эпикур, удерживая в уме равнозначность, удовлетворяя необходимые потребности, обходя стороной «пустые». Так и в христианстве потребности не рассматриваются в негативном ключе, греховными они становятся если удовлетворяются в усладу человеческих пороков.

Так же, важно помнить, что после отказа от страданий и осознания их не властности над умом, необходимо открыть двери всеобъемлющей, все��рощающей любви ко всему сущему, которая придет сама собой, после преодоления состояния омраченного ума. Важно лишь осознавать ее и прибывать преисполненным этой самой любви.

Итого, решением всех человеческих проблем можно назвать не-культивирование. Это не-культивирование включает в себя и тот самый серединный путь, и осознанность себя, и осознание равнозначности реальности и ее проявлений, равнозначности событий жизни, осознания необходимости чувства любви ко всей реальности.

Так что будьте счастливы, не культивируйте.