Забыть войну

Тут скоро 9 мая, и я хотел бы озвучить непопулярную и в чём-то крамольную мысль. Но начну с небольшого отступления.

Когда живому существу наносят рану, оно проходит несколько стадий. Шок, первичная реакция, заживление, восстановление — это если сильно упрощать. Цель этого процесса — сделать так, чтобы всё работало как раньше и было не больно.

Психологические травмы тоже заживают схоже. Все знают эти стадии: отрицание-гнев-торг-депрессия-принятие. Чтобы и те, и другие раны затянулись, очень важно пройти все этапы. Они, кстати, причудливо перемашиваются, зачастую следуют не друг за другом, а как попало, наслаиваясь и дублируясь, но исход должен быть один — принятие, заживление, восстановление баланса. «Чтобы всё работало как раньше и было не больно». Вот единственная цель — здоровый организм.

Наше коллективное бессознательное, матрица смыслов в обществе также подвержена травмам. Это разнообразные катастрофы, трагедии, коллапсы, оставляющие следы в миллионах душ разом, и потому сохраняющиеся довольно долгое время в виде культурного следа разной глубины, передающегося из поколения в поколение. Великая Отечественная война — величайшая катастрофа в нашей истории после жутких людоедских лет 1917-1937. Она оставила в русской нации огромный кровоточащий след, который, между прочим, успешно заживал в течение десятилетий — сразу после войны никто не распускал сопли и не заламывал руки. Прибыл эшелон с фронта — и победители пошли по домам, а потом работать. Они приняли все ужасы, что с ними были, прошли сквозь них и оставили их в прошлом. Отпраздновали победу и закрыли гештальт.

Но в 1965 году о победе вспомнили.

9 мая вновь стало праздником, власти вспомнили о ветеранах, начались военные парады. 20 лет молчания, 20 лет спокойной жизни. Рана затянулась. Но нет, Иван, рано ты про ужасы войны забыл! Так ведь и про Партию забыть можно, которая тебе победу обеспечила! Так что давай, Иван, вспомни, как рвало твоих друзей на куски в окопах. Вспомни, как твои ноги отрезал полевой хирург после подрыва на мине. Вспомни, как твои друзья сгорали в танках после подрыва боекомплекта.

Где там твоя старая рана? Зажила? Подзатянулась? Не беспокоит? А ВОТ НА ТЕБЕ ЕЩЕ РАЗ ШТЫКОМ! Помни, сука, как ты в танке горел! Потому что помнить нужно СТРАДАНИЯ. Нужно оставаться жертвой— ВСЕГДА. Ты не терминатор, который перемолол и уничтожил одну из самых совершенных армий в истории Земли, ты не стальной голем, наследник тех, кто шел в Осовце в самоубийственную «атаку мертвецов», харкая лёгкими и кровью. Не храбрящийся рубака, с лихим присвистом снимающим фрицам головные уборы вместе с башкой из своей трёхлинейки — еще царских запасов.

Нет, Иван. Ты — не супергерой. Ты забитый и запуганный маленький человечек, способный лишь плакать над фотографиями товарищей и хныкать про «лишь бы не было войны». Рана затянулась, но её нам снова расковыряли. Не просто содрали корочку, а вонзили в старые шрамы «финку» и повернули, чтобы было больнее.

Когда женщину насилуют, ей очень трудно забыть этот ужас. Она работает с психологами долгое время, чтобы не просто забыть, закопать в себе это. А чтобы переварить этот яд и обезвредить его, чтобы не просыпаться в холодном поту по ночам. А теперь представьте, что эту женщину, уже было исцелившуюся от навязчивых страхов и кошмаров снова хватают, привязывают к стулу и начинают, так сказать, освежать её память. «А помните, голубушка, вас гражданин Н. в тёмном переулке схватил? Одежду разорвал, руками лапал, а потом надругался? Не помните? ТАК Я ВАМ НАПОМНЮ!»

Фотографии, видео, под нос — смотри, сука! А вот фоторобот, а вот и он сам, собственной персоной. Насильник. Заходит, садится перед ней, улыбается. Точь-в-точь в такой же одежде, что и той ночью, в переулке. Потому что это ПОМНИТЬ НАДО! Кто же ты, если не знаешь своей истории, а?!

Нам снова и снова рассказывают ужасы войны, для порядка и маскировки приправляя их героическими историями. Но главный посыл здесь не «все мы — супергерои, которые сломали врага, заплатив за это страшную цену». Главный посыл — как же плохо, больно и страшно это было.

Ужасно страшно!

(нож с чавкающим звуком вонзается в старый шрам)

Ужасно больно!

(с хрустом проворачивается в ране)

Ужасно плохо!

(по лезвию хрустят жилки, кровавые сгустки выплывают из глубины).

Эта коллективная виктимность, ощущение себя не хищником, который перегрыз горло другому хищнику, а овцой, чудом избежавшей заклания — ВЕЗДЕ. Нам не рассказывают, что мы крутые. Нам рассказывают, сколько мы пролили крови. И знаете, в чём разница? В том, что если нас всё-таки сломают, то в следующий раз мы будем вести себя не как хищник, не как в 1941-м, а как овца. И тогда некому будет больше рассказывать ни про славные победы, ни про горечь потерь.

Мы должны принять эту войну и перестать бередить эту рану, перестать ретравматизировать нашу коллективную психику, посыпать головы пеплом и снова и снова облачаться в чёрное и выть по усопшим. Хватит. Война оплакана. Цена уплачена. Какой смысл было гибнуть миллионам в окопах, если их предки вместо того, чтобы радоваться жизни и славить своих предков из года в год заводят жалостливую шарманку про «лишь бы не было войны»? Никакого смысла.

Война — не плоха и не хороша. Как не плох и не хорош нож. Топор. Автомат Калашникова. Это просто дело, которое нужно сделать. И русские делают это дело чертовски хорошо. Лучше русских воевать не умеет никто на этой планете. И по некоторым данным, никто в этом рукаве Галактики. Мы Боги Войны, и должны гордиться своими подвигами и подвигами наших предков, говорить о них не со слезами и унынием, как нас вынуждают пропагандисты и «полиция скорби», но с воодушевлением!

И самое главное — МЫ ДОЛЖНЫ ЗАБЫТЬ ЭТУ ВОЙНУ. Сделать все нужные выводы и забыть. Перестать обсасывать кости погибших и уже захоронить их. Перестать выжимать из себя слёзы, словно это часть нового этического кодекса. Закрыть этот том истории и положить его рядом с «Войной 1812 года», о которой мы помним не заплачки про разорванных ядрами и картечью юных гвардейцев, а истории славных битв, где лилась кровь и каждый знал, за что он умирал. Император Александр взял Париж — и на полвека в Европе установилась русская гегемония. Плоды той победы вся страна пожинала как минимум столетие! И смерть каждого солдата стоила этого, потому что она окупилась тысячекратно.

«Я так счастлив, так счастлив. Это нужно было. Это поднимет дух. В войсках произведёт хорошее впечатление, когда узнают, что пролита кровь Царского Дома» — последние слова князя Императорской крови, правнука Николая I, Олега Константиновича, после ранения, оказавшимся смертельным, в самом начале Первой мировой войны.

Вы слышите это, сопливые нытики, в 2020 году пишущие слёзовыжимательные текстики про ужасы войны? Олег Константинович смеялся в лицо смерти, с улыбкой осознавая цену своей жизни. Которая объективно была ценнее и моей, и любого из вас.

Нам не нужно взваливать на себя ярмо бабки-плакальщицы. Здесь как нельзя кстати подойдёт цитата Розанова, сказанная им по иному случаю: «Уныние — вчера. Сегодня — только радость!» Эти строки посвящены Пасхе, перерождению Иисуса Христа. И хотя наше перерождение еще впереди, 100 лет советских ужасов и войны искупили все наши грехи, отдали все долги и века вперёд. 9 мая ДОЛЖЕН быть забыт как день скорби. Он должен стать днём РАДОСТИ и ГОРДОСТИ. Радости, что мы живём и благодаря чему мы живём. И гордости за то, что мы могли, что ещё можем. Ведь можем же!

И нет смерти, холода и зимы. Нет окоченения - природы и человека. Уныние — вчера. Сегодня — только радость! С праздником!