Мой карантин

Забавно, что перед карантином я попала в больницу, когда все только начиналось. Пролежала там неделю, слушая предположения бабуль с соседних коек о том, что умрут миллионы. Ни во что это я, конечно, не верила. Но видела, что происходят какие-то глобальные сдвиги в целом мире. Выписавшись, попала уже в совсем другой мир. Закрытый, опасный, полный испуганных людей.

Нам повезло. Муж продолжал работать, т.к. его производство было нужно государству, ребята чинили сельскохозяйственную технику. Я, уже порядком уставшая за зиму, от проверок на работе, вообще от работы, перешла на дистанционку, поэтому, считай, отдыхала. Получая всё ту же з/п.

Вообще, ковидные дела меня не беспокоили. Лишь пару раз перед сном я жалобным голоском спросила мужа: «Серж, а мы умрём?». Он заверил, что не умрём, и на том я успокоилась. Мне было гораздо интереснее думать о другом. Я бесконечно слушала лекции Торсунова, «Веда-радио», наполнялась, размышляла. Понимала свои ошибки, проводила внутреннюю работу над собой. Когда в больницу мне позвонил Серж, слегка паниковавший, спросить «Ну что, закупить еды?», я ответила «Закупи, конечно». Ведь мы в принципе всегда закупаемся надолго, не любим ходить в магазины. Лучше всё разом. Так что как я могла быть против запасов? Обсудили, что купить, и я забыла об этом. Кстати, закупать туалетную бумажку надолго, это находка! Так удобно!

А моему интровертному домоседству вообще было хорошо. Если раньше мне надо было придумывать предлоги, почему я не выхожу из дома, то теперь я спасала мир! Я абсолютно не собиралась изучать ничего нового, все семинары, мастер-классы, онлайн-концерты, спектакли прошли мимо меня. Я же и в обычной жизни этим не интересуюсь, с чего бы вдруг мне надо подорваться и начать что-то такое делать? Неее…

Плюс в Воронеже, особенно в нашем районе, были не такие уж строгие меры. Мы как-то и не почувствовали, что что-то изменилось, и жили как прежде, только ни с кем не встречаясь. Скучали, конечно, по друзьям и родителям. Но мы были спокойны внутри, занимались своими делами, а потом и вовсе проводили время у друга на даче. А там нам было так хорошо, что я точно могу назвать эту весну счастливой.