Один день из детства с СДВГ

Я бы сказала, что жизнь с СДВГ, особенно в детстве - когда тебя ещё постоянно контролируют, похожа на историю про ту обезьяну, которая просыпала двадцать горошин, пока собирала упавшие пять, а пока собирала двадцать - рассыпала все. Ну, в том смысле что ты косячишь быстрее, чем успеваешь за собой исправлять, и в процессе исправления тоже много косячишь. Плюс, это всё весьма нервирует, тогда как сдерживать эмоции получается тоже очень плохо.

А ещё это постоянное увязание в повседневных задачах как в трясине - прокрастинация, скука, переключение на бесполезные дела и мысли при попытке заставить себя делать что-то не особо вдохновляющее и растягивание всех процессов на какой-то бесконечный срок, и, как следствие, вечные проебы, вызывающие ещё большую демотивацию.

Этим утром я просыпаюсь в прескверном расположении духа.


Не с первого раза, конечно. Я вчера заснула где-то между пятью и шестью утра, поэтому попытки моего измученного и злого родителя меня разбудить выглядят довольно жалко. К тому же, я реагирую на пятую попытку меня толкнуть также, как на первую - решаю ее проигнорировать, чтобы полежать в кровати ещё пять минут. Это было ошибкой - я забыла, что сегодня суббота, и это будний день только для меня. А значит, процесс моего мучительного пробуждения будет особенно злить мою маму.


Я спешно начинаю одеваться, пребывая где-то между миром сна и миром бодрствования, передвигаясь как сонная муха в полумраке комнаты, освещенной только светильником-ночником. По правде говоря, это не совсем ночник - это глобус с подсветкой политической карты мира. Мне его подарили в прошлом году, когда я с горящими глазами утверждала, что буду сдавать экзамен по географии.


С тех пор глаза много раз потухли и зажглись снова, а я сотню раз успела примерить на себя какие-то другие профессии, для изучения которых нужны уже совсем другие экзамены. Так что, чтобы красивый глобус не пылился зря, моя мама придумала его использовать как ночник.


Я иду к шкафу, планируя достать из него одежду на грядущий день - но вовремя вспоминаю, что запихнула в него груду хлама, вчерашним вечером занимавшую половину моей комнаты. Нет-нет, шкаф открывать точно нельзя, мать увидит бардак и начнет орать ещё громче и злее, чем вчера - потому что я не только не убрала срач, а еще и обманула ее, сказав, что сделала это.


К счастью, часть одежды лежит не в шкафу, а грудой свалена на стуле - так что найти повседневные джинсы и кофту в обход Нарнии не составило труда. А вот с колготками дело плохо, их даже в шкафу искать бессмысленно - помню, что они все грязные. Приходится просить запасную пару у матери - на улице холодно, а было бы тепло - искать пару одинаковых носков было бы еще труднее.


Иду умываться в ванную - обычно я использую эти пару минут, чтобы побыть наедине с собой, забывая непосредственно умыть лицо. В этот раз я залипла в размышления о жизни чересчур надолго и совсем упустила ход времени из виду - мать врывается в ванную комнату и обнаруживает, что я не только не умываюсь, а сижу на краю ванны и грею руки под струёй воды с отсутствующим взглядом (когда я не высыпаюсь, мне долгое время постоянно холодно и я пытаюсь согреться о любые подходящие для этого предметы).


Мать начинает снова кричать. Вообще она и безотносительно меня не самый спокойный человек в мире, конечно. Выражение "как сухие дрова" подошло бы тут идеально - она вспыхивает моментально от любой неугодной ей вещи. Впрочем, возможно, я и правда делаю слишком много таких вещей... Когда она раздражена, ее глаза вытаращены и напоминают крыжовник (я не знаю, почему именно эта ассоциация), а ноздри раздуваются, как у дракона - что постоянно смешит меня. После чего она злится еще сильнее.

Однажды, я сказала ей про сравнение с драконом, поздравляя с днём рождения - она говорит, что родилась в год, символом которого был дракон.
Ей это поздравление, к сожалению, не понравилось.

Кстати, о праздниках - семейные застолья у нас дома это просто невыносимо. Если все эти люди перестают ругаться и в чем-то соглашаются все между собой - то это в том, что я стихийное бедствие, катастрофа и фатальная ошибка воспитания. Правда после этого они снова все начинают ругаться, пытаясь найти ответ на почти философские вопросы - “Кто виноват?” и “Что будем делать?” Когда я училась в первом классе, в день рождения мамы я подралась с одноклассницей, о чем тут же сообщила маме учительница - и застолье снова превратилось в страшный суд надо мной.


Да, я снова отвлекаюсь от главной нити повествования. Простите. Кажется, я вам рассказывала про то, как проходит мой типичный день.

После того, как меня выгнали из ванной, я иду завтракать. В какой-то момент мне разрешили питаться по утрам одними йогуртами, потому что все остальное я воспринимала с трудом. От запаха яичницы, как и от вида большинства каш меня выворачивало наизнанку в самом прямом и неэстетичном смысле этого слова. Не думаю, что это как-то связано с сдвг, хотя всякие индивидуальные непереносимости и сверхчувствительности к запахам/вкусам действительно чаще встречаются у детей с сдвг, чем в среднем. По крайней мере, так пишут в умных статьях в интернете.

И так, я говорила про завтрак. Йогурты мне покупают обычно сразу на неделю, чтобы они были на каждое утро, и если я их съедаю днём и не предупреждаю родителя о том, что нужно купить новые, до того как он придет с работы - на меня обычно опять орут. Сегодня, к счастью, они на месте и я уже почти доела свой... ой. Что это?

Огромная клякса из йогурта стекает по моему животу. Блин. Надо быстро переодеться, пока мать не заметила. И придумать, зачем я решила сменить одежду, не рассказывая ей про пятно - я до ужаса устала слушать крик и нотации. Так. Вроде получается найти кофту на замену, отлично.


Гораздо хуже, когда такое происходит в общественных местах, особенно в школе. Не только продукты могут быть причиной - например, это может быть мел на доске - случайно прислоняешься к ней и не замечаешь, ненавижу. Или лужа на улице - опаздываешь и пробегаешь прямо по ней, не обратив внимания, а потом штаны или колготки все в грязи. По этим же соображениям, я не любила уроки изо - мои рукава непременно приземлялись в лужу краски на бумаге. 

Вообще, если вы являетесь человеком с сдвг или сидели с ним за одной партой, вам должно быть хорош�� известно, что новомодные стаканчики "непроливайка" для детского творчества становятся очень даже "проливай-ка", если забыть их плотно закрыть. А также, если они внезапно шлепаются вниз с парты и в момент удара открываются - в этот момент грязная вода выливается прямо на пол в классе. И тебе приходится ее вытирать, а вместо тряпки ты случайно взял полотенце учителя для рук и на тебя снова, снова, снова орут. К счастью, на второй или третьей минуте мое внимание перестает воспринимать содержание этих тирад - если только я не совсем сильно испугана.


Ох, черт. Да. Я рассказывала про то, как я собираюсь в школу.


Мне удалось успеть переодеться. Осталось семь минут до выхода из дома, которые я провожу в своей комнате в процессе танца под музыку в наушниках - это всегда стабилизирует мое состояние и помогает обдумывать какие-то вещи, находить идеи и придумывать решения разных задач. Мне всегда было сложно думать, сидя задницей на месте, и будем честны - мне в принципе сидеть задницей на одном месте ДОВОЛЬНО СЛОЖНО, но как только я нахожусь в движении, особенно с музыкой (это помогает не отвлекаться на внешний шум) все идет как по маслу, и в голову приходит множество мыслей и идей, а информация лучше запоминается.


Честно говоря, я и уроки учу подобным образом. Открыла учебник - прочитала определение - мысленно повторила, закрыв учебник - пошла пять минут потанцевала под музыку, мысленно прокручивая в голове смысл - после этого повторила определение/правило/дату от начала до конца, как в учебнике - если получилось, иду дальше, если нет - повторяю. Другие, нормальные способы работают слишком плохо - в выученной информации куча дыр или она просто никак не учится от слова совсем.

Иногда после мысленного произнесения вслух фрагмента, который я учу - я вставала из-за стола, пробегала по комнате и прыгала на диван лицом в подушку, пару минут закрывала ей глаза и уши от внешних сигналов, а после этого пыталась повторить снова. Стихи я учила, маршируя по комнате, пытаясь подстроить строчки под ритм шага или успеть мысленно произнести четверостишие, пробежав от одной стены в гостиной до другой - такие дурацкие игры тоже помогали, хотя признаваться в них мне очень неловко до сих пор.

Вообще, я всячески стараюсь эту дурацкую двигательную активность не демонстрировать окружающим, и отчасти поэтому мне сложно делать какие-то дела, если в комнате присутствует еще кто-то.


Тем не менее, этот способ по крайней мере работал. Но моим родителям было больше по душе прикладывать меня головой в учебник по предмету, с которым дела не задавались, а также контролировать, чтобы я сидела за столом и не покидала его, пока не сделаю задания - хотя так дело шло значительно хуже.
Подобный контроль всегда вызывал во мне лютейший дух протеста, поэтому когда отец начал мне так пытаться вдолбить математику, я начала учить чуть ли не все предметы кроме нее. Вообще, с точными науками у меня всегда было особенно погано - ну, они вообще-то на то и точные, чтобы ими занимались внимательные люди. Наверное.


В девятом классе меня отец запер дома на выходные и заставил решать примеры в столбик - распечатал листы А4, на каждом по двадцать примеров - и посадил решать, пока не будет одного со всеми правильными ответами. Не то, чтобы я не умела считать в столбик в пятнадцать лет - я понимала принцип, но при перенесении чисел то случайно появлялась не та цифра, то не тот знак, то случайно вместо деления в условии я почему-то делала умножение. Надо сказать, что я часто понимала принцип и сложных заданий уровня моего класса, но решить крупное задание в несколько действий и не посадить где-то косяк - невозможно.

Поэтому все очень сомневались в моих способностях сдать выпускной экзамен.
(к счастью, он настолько примитивен, что это вышло даже у меня - правда, родители не успели порадоваться - увидев положительный результат на экране маминого ноутбука, я так резко наклонилась проверить, чтобы вдруг не ликовать зазря... что случайно сбила мамину чашку с кофе, залила им клавиатуру ее ноутбука, паспорт и мамины штаны, поэтому несмотря на хорошую оценку, родители снова были недовольны).

Я снова отвлеклась от основной линии повествования, а в ней - тоже отвлеклась и семь минут отдыха под музыку превратились в двадцать, и не заметив, что мама пошла прилечь и уснула (суббота же!), я проворонила время выхода из дома и теперь знатно опаздывала в школу.

Пулей, я вылетела из дома - потратив, правда, ещё десять минут на поиск ключей, и пять - на поиск телефона, потерянного в квартире во время поиска ключей.

Вообще, у нашей школьной компании есть традиция встречаться у арки, которая находится на пути к школе - но, как вы могли догадаться, я редко выхожу из дома вовремя, так что подруг я вижу обычно уже в школе.

Влететь в школу до звонка не получается, и - как назло - на входе сегодня дежурит завуч. Вам никогда не приходило в голову, что завуч не должен выполнять функции школьной охраны? Мне вот приходит. Главное, об этом завучу сейчас не сказать, а то мое стремление рубить правду-матку уже привело к тому, что меня не любят практически все учителя.

Ох. Завуч стоит не просто так, а проверяет у учеников сменку, которой у меня естественно нет - я ее даже не забыла, просто настолько устала ее терять и потом бегать искать по окрестностям, что с момента, как пакет со сменкой перестал служить ледянкой и оружием в драках с одноклассниками, я вовсе перестала ее носить в школу.

Говорю завучу, что забыла вчера сменку в раздевалке. Завуч верит - я постоянно все забываю - и заносит в журнал опоздавших. По итогам месяца на доску объявлений вывешивается особое "объявление позора" про тех, кто в своем классе опаздывает больше всех - висит рядом с расписанием, на которое я смотрю, уточняя какой сейчас у меня урок. Тут я всегда в лидерах, естественно, впрочем меня это не очень волнует и вообще эти позорные доски слишком уж отдают совком. Кстати, моя фамилия висит на этом стенде не только в таблице с опозданиями, а еще аж трижды. Из хорошего - меня поздравляют с победой на олимпиаде по любимому предмету.

Наверное, тут надо пояснить. Я не могу контролировать свое внимание - в связи с чем сложности с попытками заставить себя что-то делать, но если мне становится интересно - я могу впадать в гиперфокусировку на зацепившей теме, и меня от нее за уши не оттащишь. Поэтому в том, что мне искренне нравится - я достигаю порой хороших результатов. Впрочем, на последней олимпиаде я случайно забыла подписать работу - там это удалось исправить, хоть пришлось второй раз ехать на другой конец города, но я довольно часто упускаю какие-то крутые возможности из-за подобных вещей.

Почти во всех экзаменах у меня были баллы, которые мне не засчитали, потому что я не так перенесла ответ с черновика или пропустила какой-то вопрос в задании, и даже когда я проверяла по десять раз, такие штуки все равно проскальзывали.

Ох. Вернемся к рассказу про то, как проходит мой день.

Помимо олимпиады и опозданий моя фамилия также упоминается в объявлении о найденном именном проездном - ух ты, а я уже собиралась с духом идти просить у мамы новый - а также в списке людей, которые должны пройти индивидуально медосмотр в поликлинике. Оказывается, позавчера я прогуляла школу в день, когда был медосмотр. Черт. Теперь лишние проблемы, да и с уроков бы тогда все равно сняли - так бесполезно и глупо получилось. А ведь даже в дневнике про медосмотр записывала, ну как так опять вышло-то...
Взгляд падает обратно на расписание уроков, ради которого я сейчас и стою у этой доски. Так, у нашей группы английский, у параллельной математика, бегу в знакомую аудиторию на втором этаже и обнаруживаю ее пустой. Учитель не пришел и все ушли? Занятие перенесли в другую аудиторию? Каждый раз какая-то ерунда происходит именно тогда, когда я опаздываю... Ищу помощи в чате одноклассников.

Ох, дела обстоят хуже, чем я думала. Третий год я не могу запомнить, что наша группа по английскому в расписании сверху от диагонали и по нечётным неделям в среду у нас математика - поэтому здесь никого нет, у другой группы английский ведёт другой учитель и они занимаются на третьем этаже. Преподаватель по математике - мой классный руководитель. Она совсем не классная и меня она терпеть не может особенно сильно, будучи единственным учителем из моей старой школы в новой - ту закрыли (нет, не из-за меня, если вы уже успели так подумать) и учителя оттуда разошлись по соседним. О том, что школа закрывается, я узнала ещё в феврале, так что последующие три месяца я игнорировала школьные правила еще больше, чем обычно.

Я читала в одной книге про сдвг, что часто бывает так, что шалят все дети, а попадается гиперактивный - и я не знаю, какие сложные биологические или психологические механизмы тут работают, но в моей жизни это всегда происходило именно так. Что крайне меня злило и убеждало в крайней степени несправедливости окружающего мира, хотя было бы странно, если бы сочетание из чрезмерной активности, импульсивности и невнимательности (в том числе и в области оставления улик) приводило к другому результату. Поэтому в подростковом возрасте я, дабы не испытывать стыд и неловкость, стала своими косяками гордиться, превращая их в эдакий бунт и хвастаясь ими перед окружающими.

В общем, как вы уже поняли, учителя меня чаще не любили, чем наоборот - за исключением тех, кто видел во мне таланты к каким-то наукам, но как я уже объясняла, управлять своим гиперфокусом довольно сложно. В математике талантов у меня явно не было, а даже если и были, исчезли бы под слоем невнимательности, поэтому мой старый преподаватель этого предмета вряд ли была рада меня видеть. Ну, не рада - это мягко говоря, вообще-то она процедила сквозь зубы, что теперь на нас (на мне и нескольких моих друзьях, с которыми мы перешли в новую школу) оторвётся за весь наш саботаж ее занятий в прошлом. Мы приняли это за шутку, а зря - она не шутила. Четыре последующих года ее уроки были для меня отдельным филиалом ада на земле.

И сейчас мне предстояло как раз в очередной раз появиться у нее в кабинете.
Я глубоко вздыхаю и захожу в кабинет математики. Все смеются, предвкушая новую словесную перепалку меня с учителем - это происходило почти всегда. Преподаватель ехидно произносит мою фамилию и спрашивает, сделала ли я домашнее задание.

Какое задание, я пять минут назад была уверена, что иду на английский. Впрочем вопрос был скорее риторическим, чем издевательским - математику я если и делала, то только когда меня отец прикладывал лицом в учебник и не выпускал из комнаты, пока не сделаю - впрочем после того как мои родители развелись, я была от этого избавлена. Или - если уже прямо надо было исправлять двойку за полугодие или год, но вскоре я положила большой толстый болт даже на это. Часто задания списывались с решебника прямо в школе, после новостей от параллельного класса о проверке на уроке работ - и также часто я попадалась прямо при списывании в лапы учителей или сдавала задание прямо с куском листочка из решебника, с которого переписывала. А иногда переписывала половину задания откуда надо, а половину из следующего упражнения - при механическом переписывании мои мысли были где угодно, только не думали о смысле закорючек, которые я переносила в тетрадь.

- Ну, раз дома не сделала, пойдем решать к доске, - торжествуя произносит учитель.

Вообще, меня редко вызывают к доске на предметах, в которых я не разбираюсь - это обычно затягивается, потому что я не говорю скромно, что не знаю - а начинаю изобретать собственные способы ужасно длинные и неправильные решения, потому что не удосужилась запомнить формулу; пропускать мелкую деталь из-за которой все не сходится, после чего преподаватель сам пятнадцать минут ищет, где косяк; а также неправильно интерпретировать подсказки одноклассников, записывая на доску несуществующие определения и пытаясь понять свои же бредовые записи.

Иногда мне везло - урок успевал заканчиваться раньше, чем мне ставили двойку. В этот раз не вышло, к сожалению. Это уже вторая подряд двойка по математике на этой неделе и ее поставили в дневник, а значит, отец будет снова беситься, как ненормальный, когда об этом узнает.

Ух, как же я все это ненавижу, вы бы знали.

Устало сажусь за парту. Следить за ходом урока и не отвлекаться мне сложно всегда, но на математике особенно - большую часть времени занимает процесс решения примеров, уравнений и задач из учебника по порядку, следить за чужими решениями на доске сложно - не разобрать почерк или не видно, а также часто непонятен весь ход решения. Решать самой без знаний тоже никак не выходит, а даже если нужные знания есть - под громкий разбор заданий у доски не получается сфокусировать внимание на других примерах. Становится безумно скучно и время тянется как жевательная резинка, подобно той, что кажется только что прилипла к моему ботинку. Смотрю на ботинок - ну да, так и есть. Откуда она вообще тут взялась. Ненавижу. Узнаю, кто ее тут оставил, приклею такую же на волосы.

Осторожно прячу телефон в пенал и играю на нем в гонки, даже получается побить последний рекорд - вчера подруга поставила, пока мы сидели на обж - но он не сохраняется, потому что телефон внезапно оказывается в руках у преподавателя. Блин. И как я не заметила, что она подошла к моей парте? Теперь устройство отдадут только в конце урока, а до него точно будет самостоятельная, которую я рассчитывала списать в интернете - теперь за нее тоже будет двойка, а как все это исправлять у меня нет не малейшего представления. Может быть, ее не будет или получится как-то что-то там решить хотя бы на тройку?

Мне опять не повезло и самостоятельная работа была, более того - то что я в ней писала вообще не имело значения, потому что я случайно сделала второй вариант вместо своего первого. В начальной школе я несколько лет сидела только на втором варианте, поэтому я путаюсь до сих пор, особенно если доска с заданиями другого варианта ближе ко мне и находится прямо перед глазами. Ко всему прочему учительница решила, что я ее специально обманываю и пытаюсь таким образом списать, поэтому влепила мне даже не двойку, а единицу.

Удивительно, я умудряюсь попадаться даже тогда, когда не собиралась мухлевать.

Моя мама любит мне повторять в назидание фразу из рассказа для младшего школьного возраста про мальчика, который выкинул невкусную кашу в окно и попал в соседа, который рассказал маме. Фраза звучит так: "все тайное становится явным", и я вам скажу, что может и не всё, но очень сложно делать сразу тысячу дел, из которых половину тебе уже запретили, со всей своей неловкостью и резкостью движений, со всей своей невнимательностью - и не наделать кучу следов. Иногда следы были в буквальном смысле, когда я лазила в комнату родителей, чтобы что-то там взять и забывала снять уличную обувь - а мне не то, чтобы разрешали туда лазать, и уж тем более в обуви. Кашу в окно, как в рассказе, я впрочем тоже выкидывала - только не кашу, а чаще слипшиеся макароны или пюре - мои родители не очень-то умели готовить, а я блевала от всего стандартного набора еды, поэтому мне готовили в стиле “наварить кастрюлю макарон на несколько дней, и понемногу оставлять мне на тарелке в холодильнике, вместе с переваренными сосисками или чем-то настолько же мерзким.

Мало ��ого, что они выглядели отвратительно, так ещё мой режим дня в принципе не особо позволял мне хотеть есть раньше позднего вечера. Даже в садике маме приходилось отдельно договариваться, чтобы меня не заставляли есть еду во время завтраков и обедов.

Сбитый режим дня, к слову, довольно распространен при сдвг, хотя тут могут быть и другие причины.

После школы я уныло плетусь домой, надеясь улизнуть гулять до того, как учитель успеет позвонить моей матери и рассказать ей про двойки. Подруги позвали гулять через несколько часов, эх, почему они не зовут гулять по будням - по крайней мере до шести часов вечера я свободна аки ветер, пока мамка не приходит с работы. Судя по выражению лица матери, с которым она меня встречает - гулять я пойду не раньше понедельника, а у меня между прочим были крутые планы на этот день.

- Сколько раз тебе можно повторять? - громогласно звучит голос моей с виду маленькой хрупкой матери, которая почти уже ниже меня ростом. Ну вот. Опять глаза как крыжовник. И ноздри.

Не смеяться.
Не смеяться.
Не смеяться.

Подумай, как грустно будет сидеть дома все выходные.

Нужно срочно сосредоточиться на словах матери, вдруг она переспросит или задаст ещё какой-то вопрос в финал своей тирады.

... да ты походу, даже и не слушаешь. Не интересно, да? А ну-ка повтори, что я сейчас сказала? Я тебе сколько говорю, не закрывать дверь на верхний замок, мы с отцом три часа дома сидим выйти не можем. Ещё раз повторится, будешь все выходные тоже дома сидеть, запомнишь, как это неприятно.

Ох. Вроде пронесло, и даже насчет моей двойки им ещё не звонили. Надо пошевеливаться, а то действительно останусь дома, если не смоюсь до звонка - плюс, надо дать им отойти, сразу после плохой новости мои родители обычно “спокойны” как заряженная мина.

- Так, но пока не поешь и не приберешься в комнате, из дома все равно не выйдешь, - назидательно звучит голос матери. Ну ничего. Это я быстро сейчас управлюсь. Наверное. Надеюсь. Ох.

Есть мне не хочется. На обед, ко всему прочему мои нелюбимые сосиски с макаронами - кто бы знал, почему по отдельности это вполне нормальные продукты, и почему вместе они создают такое блевотное комбо. Кто бы знал, почему вместо того, чтобы быстро это есть, я скучающе ковыряюсь в тарелке, выкладывая картинки из кусочков еды, изредка засовывая несколько макаронин в рот.

Почему чем менее приятно мне занятие, тем больше я трачу на него времени... Что за наказание? Я бы правда хотела быстро избавляться от скучных и неприятных мне дел, но будто всей моей натуре хочется отсрочить их исполнение на минуту и позаниматься такой же неинтересной, но чуть менее, ерундой.

Я пробую проткнуть скатерть вилкой, а потом резкими движениями прибором загладить прореху в поверхности. Получилось. На пятый раз не получается и остаётся огромная зацепка с торчащими нитками. Ну, ладно, спишем это на кота. Господи, чем я опять занимаюсь...

Вообще, подарить кота ребенку с сдвг это крайне хорошая мысль, с той точки зрения, что хотя бы за одну десятую часть косяков он не будет получать по голове, так как их запишут на бедное животное. С другой точки зрения, я часто случайно закрывала кошку в своей или родительской комнате, где ей приходилось справлять нужду или грызть декоративные растения из-за голода - и за это уже снова прилетало мне, да и животное жалко. Не знаю, чем думал отец, взяв мне в первом классе котенка - у меня почти весь первый класс была гиперфиксация на теме кошек, я листала книги про них и даже написала короткий рассказ про кошек, которые сбегают от хозяев в свою собственную невидимую кошачью страну, а отец даже напечатал несколько экземпляров этого рассказа в виде брошюр и раздал родственникам. Но!

Это совсем не значит, что я могла заботится о живой кошке. У меня игрушечные-то порой бывали безвозвратно утеряны. Кошке не исполнилось года, как во время ремонта в квартире я случайно опрокинула ведро с синей краской, которая вылилась прямо на бедное животное - последующие пару дней кошке пришлось принимать нетипичные для их вида водные процедуры. Квартиру наполнило душераздирающее мяуканье.

Тем не менее, я была уверена что кошку я люблю, ведь я даже включила ее во вторую часть рассказа о кошачьем мире - правда, он уже остался недописанным и чудо, что вообще это не произошло на первом.

Я вам его тут приводить не буду, причем даже не по причине стыда, а по причине того, что я не имею ни малейшего представления, куда делись все копии этого рассказа.

Это рано или поздно происходило с любыми вещами, которые я любила. Одно из наиболее ранних воспоминаний из детства - как я потеряла пластиковую сумочку с резиновыми фигурками телепузиков, которых я долго выпрашивала у мамы, а она постепенно их дарила по одной. Мама мне вскоре купила новых, но тот страх и разочарование, когда я поняла, что моя сумочка с любимыми игрушками не висит у меня на плече - возможно, первая сильная эмоция в моей жизни.

Ещё одним из самых ранних воспоминаний являются смутные обрывки того, как я сижу у мамы на коленках во время широкого семейного застолья, хватаю кружку с кипятком на столе и проливаю на нас с мамой, больше на маму - но под холодную воду срочно отец тащит и меня.

Ох, почему я думаю об истоках своей гиперактивности и невнимательности, когда должна съесть эту чёртову еду побыстрее, закинуть хлам в комнате с поверхностей в ящики и бежать, бежать навстречу свободе, подальше от отцовского ремня и звонков классных руководителей, пока не поздно.
Любуюсь на свое отражение в столовом ноже. Изображаю семейную ссору ножа и вилки. Пытаюсь рисовать узоры едой на тарелке посредством ее частичного поедания и оставления фигурных проталин на поверхности обеденного блюда. Таким образом получается заставить себя съесть какое количество еды. Проходит еще какое-то значительное количество времени.
Читаю состав чая на казахском. Не то, чтобы я знала казахский или другие языки стран ближнего зарубежья, но некоторые из слов могла бы уже и начать узнавать - столько я провела часов в бессмысленной прокрастинации. Я почти наизусть знаю все эти дурацкие описания на задних сторонах баночек с детской косметикой, чаем, упаковок йогурта и пачках чипсов - они скучны до безумия и я даже не вдаюсь в их смысл, но их прочтение кажется спасением от ещё большей скуки выполнения того или иного задания, которое успело надоесть за первые пять минут, но выполнения которого от меня требуют.

За неимением на что переключить внимание мне в голову приходят дурацкие идеи и все более бессмысленные занятия. Однажды ко мне приезжала скорая - во время подобной обеденной прокрастинации я напихала в нос круглые шарики соцветий мимозы - поди знай зачем, я не думала наверное, что не смогу их сама вытащить. Моя мама десять лет потом просила не дарить ей на восьмое марта этот вид цветов. Ох.

Кое-как обеспечив себя питанием, я пошла убирать в своей комнате бардак - не видя в этом никакого смысла. Бардаку в моей комнате столько же лет, сколько моей способности брать в руки вещи и переставлять их в пространстве. После длительной масштабной уборки, обычно занимающей несколько дней и являющейся ещё большим царством прокрастинации, чем поедание еды или прослушивание школьного урока, чистота устанавливается максимум на несколько дней, но уже к концу следующей недели в комнате нужно будет протаптывать тропинки среди хлама.

Все дело в том, что единственный способ сделать так, чтобы я нормально (и даже эффективно) функционировала - это вызвать у меня гиперфокус на какой-то теме. Как правило, это происходит само собой - и тогда есть другая проблема, какое время я не смогу думать наоборот ни о чем, кроме этого - опять же впадая в подобную серую, скучную, долгую прокрастинацию, как я уже описала. В попытке поймать гиперфокус приходится следовать за импульсом и сиюминутными желаниями что-то сделать, и, если появилось желание поучить английский язык или вылепить из полимерной глины штуку, которую только что придумалась - надо срочно бежать и учить английский или доставать полимерную глину, пока этот полезный интерес не проебался. А если принуждать себя в это время убирать остатки от прошлого порыва, допустим, вырезать коллаж из старых журналов - обрезки и черновики от которого захламили, между прочим, весь стол и прилежащую к нему тумбочку, попадали на пол, а несколько штук - даже приклеилось ко мне на штаны - так вот, если начать убираться, а не делать то, что пришло сейчас в голову, то потом не получится сделать и это.

А уборка так и так будет выглядеть скучной долгой прокрастинацией, так что неважно когда ее делать, поэтому лучше потом. К тому же, все ведь понимают, что ее результат будет держаться весьма недолго.

Однажды мой отец в ярости отобрал все мои вещи, спрятав их на балконе и сказав мне, что он их выбросил - будучи недовольным хроническим бардаком и очередным вызовом его в школу. Я была в жуткой истерике и повторяла, что больше так не буду. Однако, как только ко мне вернулся хоть какой-то набор вещей - срач развелся моментально.

Долгое время я в знак протеста утверждала, что я люблю бардак - нет, не люблю, ненавижу! Он меня отвлекает, и находиться в нем действительно неприятно, но чтобы его не было - нужно залипать в уборку почти все свое время, а оставшееся проводить слишком скованно и безынициативно, чтобы ничего не задеть, не испортить, не разбросать, не сломать, не пролить, не… Ну, вы поняли. Цена порядка слишком высока, я бы сказала, что даже недосягаема для меня, наверное.

Обычно, когда я пытаюсь убрать свой хлам, мне необходимо рассматривать эти вещи на предмет их нужности, я на них отвлекаюсь, начинаю делать что-то с ними связанное - перелистывать старые журналы, книги; о, а что если из этой штуки сделать вот такую; так, а куда делся номер восемь из этой серии книг? НАДО СРОЧНО ЕГО НАЙТИ; о а это что, машинка? вау, в последний раз видела ее в детском саду, я думала, что потеряла ее в песочнице, ого, сирена на ней все ещё работает…

*на звук сирены приходит мама, видит, что уборка не сдвинулась с мертвой точки и начинает снова ругаться*

Потом она уходит, и все идет по кругу дальше, а потом - как так прошло восемь часов, а я только вытряхнула вещи из ящиков и сижу в этой куче барахла, превратив обычный беспорядок в лютейшую свалку...

К счастью, в этот раз мама не настроена проверять качество моей уборки, поэтому я могу свалить все с поверхностей в ящики и отложить этот неприятный процесс на неопределенный срок.

Так что, теперь я могу идти гулять с друзьями почти со спокойной душой - к слову, в процессе общения с людьми мне легче дается не проваливаться в многочасовой прокрастинации и блуждания ума, пытаясь сделать простое бытовое и недостаточно интересное для моего мозга дело. Хотя это скорее потому, что я слишком ценю общение с людьми и поэтому во время беседы просто ничем больше не занимаюсь, а если рядом есть люди - я неизбежно начинаю с ними разговаривать.

Наверное, на этом я закончу повествование. Честно говоря, если бы я этот текст читала, а не писала - вряд ли бы дочитала даже до середины. Хотя обычно это выглядит скорее как чтение через абзац, тут прочитал, тут надоело и пролистал на несколько абзацев вниз, тут попалось что-то интересное - вчитался подробнее, ой захотел узнать еще подробнее, полез про это искать в интернете, изначальный текст забылся и потерялся к чертям. Это происходит не просто не специально, я даже не отслеживала такие штуки долгое время, просто не знала как оно происходит и что вообще бывает как-то не так. Только все удивлялась, откуда у меня берется такое рваное фрагментированное восприятие любого текста.

Кстати, чтобы вы понимали, моя прошлогодняя курсовая работа размером с этот рассказ, но в отличие от курсовой его я писала совсем недолго, потому что меня это достаточно увлекло. А вот курсовую - ох, я пыталась начать делать ее в марте, а сдала только в декабре, после самых-самых последних дедлайнов. Процесс выглядел примерно так: написала два абзаца - провалилась в ад прокрастинации и блуждания по своим мыслям в голове на несколько часов.