Дом с призраками.

by Современный русский писатель.
Дом с призраками.

Это рассказ называется «Дом с призраками»...


— Вот, приехали. Об этом доме ходят ужасные слухи. Ну, как договаривались, оплата на месте? Да не кипишуй, оплатим! — ответил Николай Петрович.

— Надо же сначала посмотреть, правда ли тут духи водятся! — добавил Василий Константинович.

— Наш «гид по потустороннему туризму» никогда бы нас не обманул, всё будет чик-пок, — закончил Дмитрий Геннадьевич.


Гид по потустороннему туризму нервно сглотнул. Обычно он работал с подростками или пьяными молодыми людьми альтернативного образа жизни. И те, и другие приезжали скорее повеселиться, чем пугаться, но и пугались совершенно охотно и по любому поводу. С такими клиентами проблем не возникало, а эти мужички заставляли поволноваться — ладно, не заплатят, так ещё могут избить, ограбить и угнать машину. Бизнес-модель у потустороннего туризма, если честно, не самая благородная, большинство людей подразумевают, что готовы переплатить за простую поездку за город ради эмоций, но эти трое... Невозможно прочитать, что у них в голове.

— Эй, ты чо застыл, молодой? Много будешь думать — скоро состаришься, аха-ха. Как тебя звать-то, я забыл? Иван, — ответил Иван. Ну шо, Ваня, заходи первый, честь за тобой, ты тут главный, хахаха.


Гид ни разу не был на этом объекте, поэтому решил действовать аккуратно, чтоб не провалиться в подвал, наступив на гнилую доску, или что-то в таком духе. Иван подошёл к заброшенному двухэтажному дому и попытался отворить дверь. Та не поддавалась.

— Давайте зайдём с другой стороны, тут заело. Где заело — там кто-то каши мало ело, ахахах, — Дмитрий Геннадьевич взялся за массивную ручку двери и дёрнул со всей силы.


Дверь болезненно скрипнула и вылетела с петель. Дмитрий Геннадьевич ещё раз хохотнул, кинул дверь на землю и добавил:

— Прям как моя старая Волга, попробовал бы её зимой открыть! Ахахах, помню-помню.

Все четверо зашли в дом с призраками.

Face à la mer
J'aurais dû grandir;
Face contre terre
J'aurais pu mourir.
Je me relève,
Je prends mon dernier rêve.
Tous deux la même dalle
Et tous deux déçus.
Je prends mon dernier rêve.

Николай Петрович взглядом замерял потолки и стены, Дмитрий Геннадьевич азартно ковырялся в старых настенных часах, а Василий Константинович громко рассказывал:


— Тут прямо как у меня на даче, ахахах. Грязно, везде хлам, и непонятно, сколько живности завелось во всех этих дырах. Моя б воля — я б сжёг весь дом к чертям собачьим, но жена всё верит, что мы когда-нибудь там уберёмся, ахахах. Эй, Вано, чего опять застыл?

Ивану было не по себе. Этот объект чем-то отличался от десятков виденных им ранее. Во всех заброшенных зданиях мерзко и стрёмновато, но вместо этого здесь чувствовалась... пустота.

— Скажу честно, пока не впечатляет, Ванёк. Мы как-то втроём ночевали без палатки в лесу, было страшнее. Знаешь, сколько комаров на тебя за ночь в лесу сядет?

— Во-во-во, а помните, как мы устриц в Таиланде сожрали, а потом туалет не могли найти?

— Или как мы танку люк оторвали, когда служили? Называется «посмотри в лицо ужасу».


Мужички засмеялись. Гид немного расслабился — раз веселятся, то должны заплатить. На шею Ивану капнуло что-то холодное, он машинально потёр это место и посмотрел на ладонь. С пальцев стекала тёмная и густая кровь.

— М-мужики?.. — позвал клиентов Иван, но они уже шумели в другой комнате.

На потолке прямо над Иваном расползалось чёрное пятно. Он попятился задом к выходу и ударился о твёрдую поверхность. Дверь вернулась на своё место и по-прежнему не поддавалась. Иван попытался выбить её ногой.

— Что ты расшумелся, Иоганн? — выглянул из коридора Василий Константинович. — Айкидо осваиваешь? Пошли дом смотреть!

— Кровь... На потолке кровь... Это? Да какая кровь, не знаешь, как дома делают? Это труба протекает, краска размазалась. Пошли посмотрим. Мужики!

— Нет, нет, не надо...

Но мужичков было не остановить. Иван меньше всего хотел остаться сейчас в одиночестве, поэтому и побежал за остальными.

Face à la mer
J'aurais dû grandir;
Face contre terre
J'aurais pu mourir.
Je me relève,
Je prends mon dernier rêve.
Tous deux la même dalle
Et tous deux déçus.
Je prends mon dernier rêve.


Подъём по винтовой лестнице занял около двух минут. Ступени всё не кончались и не кончались, но мужички будто и не заметили ничего странного. Ивана прошибал холодный пот — он помнил, как этот обычный двухэтажный частный дом выглядел снаружи.


Второй этаж серьёзно отличался от первого. Стены искривились и напухли, как мокрый картон, неровный потолок еле заметно дрожал, окон и ламп не было совсем, но свет из неоткуда кусками падал на отдельные предметы.


Николай Петрович простукивал стены на ходу. Василий Константинович увлечённо комментировал каждый недостаток дома и оценивал, во сколько обойдётся ремонт в его фирме. Дмитрий Геннадьевич щёлкал челюстью снятого с полки черепа.

— Ованес, ты норм? Позеленел шо-то.

— Он просто первый раз такие коммунальные реалии видит. Хонза, в таких условиях полстраны живёт! Comme on rêve d'une vie de château, quand on vit le ghetto, как в Одессе говорят, ахахаха.

— Может, он привидение увидел или какую ещё сущность?

— Сучность он увидел, аххахаха. В зеркале небось, ахахах.


Иван не отвечал. Он концентрировался на своём дыхании и пытался найти рациональные объяснения происходящему. Алкоголь в организме задержался, в запертом доме что-то сгнило и сформировало галлюциногенный газ, в машине выхлоп как-то в салон идёт, плюс бессонница, плохое питание, образ жизни...


Раздался страшный крик. Лысая голова с пустыми глазницами пробила стену и заверещала:

— Проклятые! Проклятые! Никто не уйдёт из этого места!

— Ну-ну, чё ты так орёшь, браток? — удивился Дмитрий Геннадьевич.

— Ещё и недвижимость ломает, посмотри на него! Совсем нервишки не в порядке? Валерьянку дать понюхать?

— Это он от раннего облысения, ахахах. Вот, ребят, так лучше будет, смотрите.

Николай Петрович снял со стены огромный семейный портрет со стёртыми лицами и перевесил его так, чтоб закрыть голову.

— Ого, а там окно было. Темнеет уже. Джованни, а ты всегда такой седой был?


Жан уже ничего не слышал. На его лицо падал настоящий солнечный свет, и он уже знал, что нужно делать. За секунду он разогнался и ласточкой прыгнул в окно.

— Совсем ебобо?

— Я ж говорил, все эти бызнысы не от большого ума рождаются.

— Хорошо, второй этаж только. Хуан Авиалинии, ахаххаха.

— Ребят, а как он нас назад повезёт после такого?..


Мужички резко посерьёзнели. С минуту они хмурились, чесали затылки и массировали переносицы. Наконец, Дмитрий Геннадьевич решил:

— Ну не, ну после такого точно стоит машину спиздить.

Face à la mer
J'aurais dû grandir;
Face contre terre
J'aurais pu mourir.
Je me relève,
Je prends mon dernier rêve.
Tous deux la même dalle
Et tous deux déçus.
Je prends mon dernier rêve.
July 2, 2019
by Современный русский писатель.
Рассказы