Банный клуб

Часть 1

Сразу после армии остро стал вопрос о работе. Учился я на электрика, но заводы щас сами знаете, как работают. Батя разузнал про зарплату у него на заводе - 15-17 тысяч. Хуёво, конечно, но надо же с чего-то начинать, не сидеть же на шее у родоков.

Недалеко от моего дома стояла общественная баня. Двухэтажное здание в советские времена кипело жизнью: тут мылись и солдаты из близ находившейся воинской части, и местные жители, и даже тут был пункт вытрезвителя. В девяностые её приватизировали; как и всё, она переходила из рук в руки и в итоге превратилась в наши дни в "Банный клуб". По крайней мере, так написали на табличке у входной двери.

Одно время я тусил с Олежиком, он жил в соседнем подъезде. Я не знаю, чем он занимался, наверняка чем-то не очень законным, нигде и не работал, вроде; но денежки у него водились. Мне похую, парень меня мало интересовал, уж больно он был... не крутой... такой, с излишними понтами. Я попроще на вещи смотрю.

Мы договорились вместе пойти на пляж, намечалась гулянка с недорогой выпивкой.

- Слушай, зайдём в одно место, тут рядом, по дороге. Надо кое-что занести, - предупредил он.

Я кивнул, какая мне разница. Оказалось, что зайти надо было в эту самую баню. На первом этаже размещалось фойе, на входе сидел дедуля-вахтёр и смотрел телик.

- Хозяин на месте? - спросил его Олежик.

Дедуля лениво кивнул в сторону коридора, искоса взглянув на нас. И действительно, в конце коридора копошилась пара мужиков. Кто из них был "Хозяином", я определил сразу: здоровый дородный детина с небольшой щетиной и наглой рожей. Красив как... сука, даже не знаю, с кем сравнить, бабы наверняка за ним бегают табуном; впрочем, колечко на пальце говорило о том, что парень женат.

Олег сразу подошёл к нему, отвлекая от второго мужика, который с отвёрткой рассматривал электрощит освещения.

- Здесь всё? - спросил красавчик у Олега, взяв у него небольшой сверток, мельком взглянув на меня.

- Нет, Роман Сергеевич, - залебезил Олежик.

Тут я обратил внимание на второго мужика, который полез с неизолированной отвёрткой в щит.

- Аккуратней, - вырвалось у меня.

Лошок отскочил от щита, как ошпаренный.

- Бля, сука, - затрусил он рукой, в которой держал отвёртку.

Походу, его всё-таки тряхануло слегка.

- А это что за хуй? - после секундного шока недовольно осведомился Роман.

- Это... просто, - Олежик перед ним лебезил, как ягнёнок перед волком.

- А имя у этого "просто" есть? - перебил его Роман.

- Аркаша, - продолжал отвечать за меня Олег.

- Как? - усмехнулся Роман. - Аркаша?

Бля, родители как посмеялись надо мной, когда называли меня Аркадием, прямо как у известного Аркадия Райкина. Пацаны сразу стали насмехаться, приходилось даже кулаками доказывать, что я не "юморист", "клоун" и прочее. В итоге я успокоился на Аркаше: друзья услышали, как меня зовёт мать, и прилипло это "Аркаша".

- А ты что, разбираешься в этом дерьме? - кивнул он на электрощит.

Бегло осмотрев содержимое щита, я сразу определил причины неполадки.

- Тут надо менять вот этот автомат. А по-хорошему, надо все автоматики заменить. Они просто уже не выдерживают те мощности, которые на них подключены. Вон провода обгорели.

Хозяин заинтересованно изучал меня.

Тут неожиданно со второго этажа на межэтажную площадку спустился абсолютно голый пацан, пиздевший по телефону. Бля! Как магнитом меня потянуло посмотреть на него, задержать взгляд буквально на одно мгновение. Собравшись, я изобразил полное равнодушие.

- Сделаешь? - спросил подошедший Роман, демонстративно проследив за моим взглядом на лестничную площадку с голым пацаном.

Я не утерпел и опять взглянул на голыша, и это не осталось не замеченным Романом. Как будто он ждал этого от меня.

- Футболисты отмечают победу, - проинформировал он, не без улыбочки смотря на меня в упор.

Я покраснел, но постарался показать безразличие.

- Так сделаешь? - его голос стал более деловой.

- Конечно, - ответил я.

Если и есть что-то во мне особенное, так это умение и аккуратность. Да, на морду я дворовая псина (симпатичная, но не породистая), да - скрытый пидорас, но руки у меня - золотые. Это и в армии заметили, и в технаре на практике, и дома. Я поставил в щитке новые рамки, закрепил новые автоматики, более мощные, подсоединил - всё окей. Конечно, старая проводка не выдерживала компьютеры, кондиционеры и прочее. Самое смешное, мне даже не заплатили. Хозяин куда-то уехал, ждать его возвращения я не стал.

Не буду притворяться, я ждал от него звонка. И он позвонил и предложил работу.

Все его звали Роман Сергеевич. Он не был полноценным хозяином заведения, он был только управляющим. Настоящими хозяевами была семья местных криминальных авторитетов, Глухарёвых. Когда приезжал старший Глухарь, вставал даже дедуля-вахтёр - я то был уверен, что он врос в свой стул намертво.

Несмотря на то, что он мне по возрасту был как старший брат, я не осмелился называть его Романом. Между собой, конечно, мы звали его по имени, но в глаза строго по имени-отчеству. Парень был и вправду красив и знал это. Занимался собой - у него был закуток со всякими гантелями и большим зеркалом. Я как увлекающийся это сразу просёк.

Вообще, в новом месте в первый же день мне предстояло сделать ещё одно интересное открытие: подметая пол после очередной ночной гулянки, я нашёл дюжину использованных гондонов, валявшихся на полу повсюду. Такое впечатление, что тут гуляли - не стеснялись... Ещё одна интересная особенность - как бы её описать попроще, без излишеств... Присмотревшись, даже я, полный профан в сексе, сделал заключение, что часть резины использовали для анального секса. Я чего так подробно: сам-то я... бля, как сказать... клизмируюсь... Ничего такого, просто увлекаюсь бодибилдингом, не профессионально, чисто для себя: не для гор мускулов, а просто люблю пофлексить перед зеркалом... тем, что есть. Ну и, чтоб жирок лишний не собирать, частенько прочищаюсь, так сказать. Привык, бля. Даже получаю какое-то наслаждение от этого.

Вид использованных презеров вызывал интерес специфический: вся эта конча внутри них рисовала фантастические картины оргий красивых молодых мужиков, может, даже спортсмена, которого я видел на лестнице. Вот он распечатывает зубами упаковку, вытаскивает склизкий ободок, раскатывает на свой возбуждённый член, долго и много кончает... Сексуальный голод делал меня больным на голову.

Учитывая свои скрытые гомосексуальные наклонности, я уже и отчаялся узнать, что такое полноценный секс с живым человеком, но случай резко поменял мою жизнь.

Начиналось всё не очень хорошо. Забилась канализация между этажами; какие-то уроды кидают всё, что туда влезает. Наверху потоп, Роман беснуется. Я раскрутил на первом этаже ревизку, подготовил трос.

- Ну, что там? - недовольно суетился Роман.

- Щас всё сделаю, дайте немного времени.

- Да сколько времени, щас потечёт по ступенькам!

- Не потечёт, - безуспешно успокаивал его я.

И всё было бы нормально, если бы Роман не суетился под рукой, нервничая и подгоняя. Короче, канализацию я пробил, но добрая её половина окатила меня, как девятый вал. Сука, стою весь обосрамленный в... даже не знаю в чём... чём-то чёрном и тухлопахнущем. Новой толстовке и футболке - пизда, специально светленькие покупал, чтобы выделяться. Я бы матюкнулся, но боялся рот открыть, чтобы ещё и не схавать этой заразы. Роман уссывался от смеха, он успел заградиться мной.

- Пошли наверх, горе ты моё, - успокоившись, Роман потащил меня на второй этаж. - Это было что-то! Только бууух! Ты такой стоишь весь, на лице испуг такой...

Поднявшись наверх, он потащил меня в душевую. Вода с пола после прочистки канализации ушла.

- Снимай одежду, - раскомандовался он и, не дожидаясь моего ответа, ухватившись за толстовку, потянул её вверх вместе с футболкой.

Я дёрнулся ухватиться за бесконтрольно снимаемую верхнюю одежду, а Роман в этот момент резко дёрнул вниз мои треники, чуть трусы не снял.

- Аккуратно давай, ногу поднимай, - снимая штаны, руководил он процессом. - Другую ногу...

- Давайте я сам, - перспектива быть раздетым догола начальником меня малость пугала.

- Не ссать, салага! Ты в надёжных руках, - по-доброму усмехнулся Роман. - Щас сделаем всё в лучшем виде. Будет даже лучше, чем было.

Грязные руки связывали мои действия, чтобы оттолкнуть его. Да и кого толкать-то? Такого толкни - себе в убыток.

Часть 2

- Так, теперь труселя, - усмехнувшись, продолжал он.

Крепкие руки властно спустили последний предмет моей одежды, оставив меня абсолютно голым.

- Ух ты, бля, какой ты весь бритый. Давай под душ, - шлёпнув по ягодице властной рукой, он подтолкнул меня к лейкам. - Щас принесу что-нибудь из одежды.

Объяснять ему, чего там у меня всё побрито, или не акцентировать лишний раз? Ну, побрито и побрито, щас многие так делают... наверное.

Я принялся отмываться, про себя благодаря белый свет, что не возбудился от его рук. Вот это был бы пипец. И, словно назло, почувствовал прилив энергии к своим чреслам и еле успел прикрыть их, как ввалился Роман.

- Так, вот я полотенце принёс, - посмотрев на меня, он взял мочалку и подошёл ко мне. - А на груди грязь, ты что, не видишь?

Вытащив меня из-под струи воды, он стал оттирать меня от грязи. Я двумя руками пытался удержать в узде свой член, который уже просто неконтролируемо стал возбуждаться. На моей морде щас был испуг, словно я увидел живого крокодила. Роман неотвратимо подбирался со своей ёбаной мочалкой к сокровенному.

- Ты, я смотрю, занимаешься собой, - между делом вдруг похвалил он меня. - Бреешься везде. Да что ты там как целка какая стоишь, подними руки. Что ты стесняешься? Думаешь, я не видел бритых причиндалов? Меня уже ничто не шокирует в вашем поколении...

Нетерпеливо развернув меня к себе передом, он обнаружил, что я прикрываю ладонями нехилый стояк. Он прямо осёкся; похоже, про "шокирование" он поторопился. Я сразу развернулся задом к нему и бегло стал смывать с себя пену, намереваясь как можно скорее съебать отсюда. Сука, он же знает многих моих знакомых!

- Аркаша, ёбаный ты стручок, - придя в себя, рассмеялся Роман. - Вот это прикол! Нихера себе шпага! Бля, мне прямо страшно стало...

Я, отмывшись и прикрывшись полотенцем, виновато посмотрел на него, ожидая вердикт. Буквально секунду Роман что-то решал про себя, улыбаясь и рассматривая меня.

- Ладно, - смягчился он, - хуйня это всё! Не переживай, забудь. Всё окей.

Продолжая рассматривать меня, он вдруг констатировал:

- Красавчик.

Я немного успокоился, даже стояк спал.

- Пошли, ладно, - позвал он за собой. - Твою одежду я бросил в стиралку. Походишь в моей пока. Держи вот мои труселя, они не новые, но чистые, можешь не возвращать. Вот треники и футболка.

Больше в тот день я его не видел, он куда-то уехал по делам. Дома, успокоившись, я внимательно рассмотрел его ношеные трусы. Завернув свой болт в их мягкую ткань, я, отключив мозги, мечтал о недоступном красавчике, оттягивая эякуляцию, обкончался, чуть не уссавшись от наслаждения.

***

Работали у нас две приходящие женщины. Работали уборщицами. Каждое утро они убирались: мыли полы и стены, поливали цветы и тому подобное. По сути, это были уже бабки, но ещё крепенькие такие. Сплетницы - страшные.

- Ты заметила, наш-то стал нарядным на работу приходить! - заметила Сергеевна, крупная тетка широкой кости.

- Нашёл себе кого-то, - подтвердила её подозрения Наденька, тощая зараза с вечно недовольной харей. - Одеколониться стал.

- Ты тоже почувствовала?

Бля, да тут целый развед. отдел работает! Интересно... Я подошёл поближе.

- В мусоре-то ничего такого не было, видно, нездешняя в этот раз.

- Привет, Аркаш, - заметила меня толстуха, несмотря на все мои усилия остаться незамеченным. - А у тебя есть подружка? А то у меня есть на примете одна очень хорошая девочка. Племянница моей троюродной сестры.

- Маринка? - спросила её Наденька.

- Какая?

- Светки Чертихвостовой дочка?

- Да ты что? Та в тюрьме сидит уж полгода, поди!

- Светкина дочка?

- А то! С ножом на участкового напала!

- Убила? - обомлела Наденька.

- Да ну! Эти... живучи, как тараканы. Чего-то съела, говорят. Грибов каких-то, что ли?

- ???

- Щас народ с голоду и не на такое способен!

- Мир разваливается! Говорю тебе: конец света скоро уже будет! Мы-то уже пожили, нам-то что, а молодых жалко.

- Слышь, Аркаша. Эта хорошая девочка, в суде работает! - не без гордости заявила Сергеевна.

- Судьёй? - только и смог в шоке спросить я.

- Какой судьёй? - не поняла она. - Нет, уборщицей. Ишь куда хватил! Судью ему подавай. На судью учиться надо.

- Нашему Аркаше надо искать богатую девочку, - поддержала меня Наденька, - чтоб сразу с квартирою была.

- Ааа, таких-то я не знаю...

Интересные бабки. И каждый же день у них новые новости!

А Роман и вправду стал наряжаться, старые ведьмы не соврали. Как же я сам этого не заметил? Мог бы по себе понять: сам-то готовлюсь на работу, как на свадьбу! Не, я не наглый пацан и не приставучий. Loshara obiknovenni, по латыни. И всё же: семейки закинул, стал носить обтягивающие боксёры, носочки светленькие, вместо рубахи футболка, чтоб мускулы были видны. Жених, ёб! Или невеста. Так-то жених, а по сути - невеста. Хотя я себя с девками не ассоциирую. Вот кто я, бля?

После того случая в душе у нас с Романом началась полоса таких незлобных подколок и намёков, якобы понятных только нам. Бля, я такое уже сто раз видел, когда пацаны клеят негордых тёлочек.

- Привет, Аркаш, - улыбочка на этой морде как приклеилась.

Если раньше чего-то пробурчит и пойдёт, то теперь вот персональное "Привет", радость от встречи, как будто век не виделись:

- Как у тебя дела?

"Пока не родила", - думаю.

- Нормально, - отвечаю и вдогонку: - А у Вас как?

- А у меня всё скучно, некому даже подрочить или спинку потереть в душе, - и смотрит, сука, ждёт моей реакции.

- Плохо дело, - говорю.

- Да. А у тебя как на любовном фронте? - не отстаёт он. - Спинку-то потереть ты уже нашёл. Ничего так потёр? Понравилось?

- Ничего, - говорю тихо, а думаю: "...хорошего".

- Обращайся, если что. А может, что внутри потереть надо? Поглубже? Я умею.

Есть девки, которым такие приставания начальников льстят, а есть, которые обижаются, типа, я не такая, чтоб как с проституткой. Бля, стыдно признаваться самому себе, но мне льстит! Я понимаю, что нравлюсь ему, наверное. Мои моральные устои после многолетнего отсутствия секса уже давно рухнули, я бы согласился сейчас на всё, ну, или на многое, но страшно. Что-то мне подсказывает, что он тоже подсикивает, хотя и не прочь попробовать... необычного.

- Аркаша, да что ты суетишься? Сядь, посиди. Боишься возбудиться?

- Бля, - недовольно промычал я. - Вы теперь до конца моих дней будете подкалывать.

- Так чего ты боишься? Садись возле меня. Попиздим за жизнь, а то мне скучно.

Я не осмеливаюсь перечить своему начальнику, присев на край дивана, на котором он сидел. Роман, не дав опомниться, тут же подсел ко мне вплотную, ещё и приобняв за шею своей крепкой рукой. И не то чтобы мне неприятно: чего притворяться, не бомж же меня обнимает.

- Ну, чего будем делать? - спрашивает.

Я не удержал смешок, взглянув в его весёлую рожу.

- Чё смеёшься? Я тебя тёр-натирал, а ты?

- ???

- Мог бы тоже мне чего-нибудь потереть.

- А есть что? - улыбка ещё не сошла с моего лица, но кровь к вискам пошла; я чувствовал, что краснею.

- Хочешь посмотреть?

Я продолжал глупо улыбаться, не зная, что отвечать. Проведя ладонью по своей ширинке, обозначая крупную выпуклость, он кивнул мне.

- Давай, я разрешаю тебе. Ну... доставай.

Смотрю на его красивое наглое лицо с радостной улыбочкой и думаю: много ли в моём положении одиноких дурочек ему отказали? А мне хотя бы не то что попробовать, бля! Понюхать! Подержать в руке...

Я не стал ломаться, заламывать себе цену. По-пацански: решил - сделал. И как-то сразу после принятого решения стало легче на душе, жизнь стала казаться проще.

Убедившись в отсутствии посторонних наблюдателей, я аккуратно погладил ладонью его бугорок на ширинке, посмотрел прямо в его бесстыжие глаза. Нихуя он не шутит, он хочет продолжения не меньше моего.

Расстегнув кожаный ремень и пуговицу на штанах, я спустил их на пол, но полностью снимать не стал - мешала обувь, да и Роман не настаивал. Его волосатые ноги подчёркивали в нём настоящего мужика, и я не удержался и погладил их, реально ощущая тепло своими ладонями. Светлые трусы в фиолетовых продольных полосках не скрывали большой бугор внутри, более того, в очертаниях легко угадывалась крупная головка члена.

Я изо всех сил старался держать себя в руках, но организм не обманешь: к лицу прилила кровь, стало холодно в ногах, мой член, повинуясь каким-то собственным законам, не зависящим от меня, рвался наружу из тесных трусов. Выпустить его на волю я не решился - сегодня мы играли по правилам Романа, которые я ещё до конца не понимал.

Я не стал томить его в ожидании, сразу вытащив его петуха наружу. Это было прямо на глазах набиравшее силу довольно толстое оружие в окружении стриженых коротких волос. Его крупная сочная залупень, преодолев сопротивление тонкой крайней плоти, всё ещё пытающейся сдержать её натиск, уже выглядывала своим одним "глазом", выпустив небольшую прозрачную слезинку, возбуждающе манила к себе.

Часть 3 (последняя)

Держа в руке чужой возбуждённый член, я уже рисовал в воображении картины, как он будет буравить мою задницу. Осмелев, я начал нетерпеливо облизывать его освободившуюся от крайней плоти залупу, по его довольной морде контролируя процесс.

Роман сипел от удовольствия, слегка гладя мой короткий ёжик волос на голове. Как того котёнка, вцепившегося в игре мёртвой хваткой в руку, он временами отрывал меня от его игрушки, давая себе отдых. Сука, это так пиздато - дарить человеку удовольствие и видеть плоды своей работы. Распаляясь, я с жадностью наркомана обрабатывал его перец, облизывая по всей поверхности и, словно вакуумная установка, высасывая из него соки и смакуя запах.

Роман тоже не сидел бревном: его крепкие руки расширяли область своих исследований, гладя мне спину и проникая под резинку спортивных штанов. Ощущая тепло его ладоней на своих ягодицах, я понимал, что у него на меня планы не только на отсос. И, словно в подтверждение моих мыслей, он нащупал мой анал и винтообразными движениями легко вставил один палец.

Какой-то шум внизу на первом этаже поумерил наш пыл.

- Бля, - недовольно оглянулся Роман, приподнявшись и подтянув штаны, - пошли в качалку.

Качалкой он называл свой закуток для занятий спортом.

Придерживая расстёгнутые штаны, он подтолкнул меня двигаться туда. Закрыв дверь, он тут же полностью стал раздеваться.

- Чего встал? Ебаться будем? - укоризненно спросил он меня, вытаскивая гондоны.

А то!

И всё-таки это так... волнительно: в чужом месте раздеваться... Подобное испытываешь в военкомате в ожидании, что тебя голого будут осматривать и делать выводы. Я ещё и стеснительный немного: мне легче прикрыться, чем расхаживать, как в бане. Роману, чувствовалось, не впервой оголяться: он уже сидел на диване, нетерпеливо в радостном предвкушении поглядывая на меня. Как в армии, я разделся в считанные секунды, попытавшись неумело прикрыть свой бритый стояк. Сука, это как-то не по-пацански: тебя щас в жопу ебать будут, а у тебя стоит на это дело.

Кивнув на свой стояк, он с вечной своей улыбочкой предложил:

- Ну, давай! Седлай! Проверим твою пиздёнку на упругость.

Тон его обзывательств был... бля... он вроде как не оскорблял, а подзадоривал, что ли. Вроде как он повыше, но только на одну ступеньку, по-дружески, если хотите. Хотя, понятно, сегодня ступить к нему на ступеньку он не даст.

Роман уже успел надеть през и дополнительно обильно смазывал его.

- Давай сюда, - откинувшись на спинку дивана, руководил он мной. - Залазь прямо сюда. Вот. Садись потихоньку.

Словно в сортире, я устроился над его стояком, стараясь попасть в смазанное очко. Периодическая дрожь в ногах выдавала моё волнение. Одна его рука сразу по-хозяйски легла на мою ягодицу, контролируя стыковку, другой рукой он гладил мне живот. Временами он сжимал её в кулак и легонько постукивал им меня, словно делал пробивочку.

- Бля...ха муха! - вырвалось у меня, когда его вероломная залупа резко провалилась внутрь меня.

Впрочем, боль сразу утихла. Не буду выёбываться, я до этого уже давно свободно терзал себя всякой хуетой. Ощущение даже не живого хуя, а присутствие рядом живого человека, который хочет тебя, придавало энергии.

- Сука, - закрыв глаза в лёгкой прострации, простонал я.

- Заебись, бычара?

Я просто молча покивал и потихонечку начал двигаться на его валу, разогревая свою духовку. Гладя ладонью его волосатую грудь, я ощутил его сердцебиение; охуительно.

Когда боль в очке немного притупилась, я приоткрыл глаза, чтобы удостовериться в реальности происходящего. Эта боль в жопе не шла ни в какое сравнение с ощущением живого присутствия этого довольного самца.

- Красавчик, сучка, - радостно констатировал он, рассматривая моё пьяное от наслаждения и боли лицо.

Его горячий поршень равномерно накачивал меня, словно насос, перекачивая в меня энергию. Сжимать анал было больновато, я изо всех сил тужился, расслабляя дырку, и получал от этого неземное блаженство. Мой писюль скукожился, но ещё никогда мне не было так кайфово. Интуитивно я потянулся к нему, чтобы попробовать привести его в хоть какое-то подобие боеготовности.

- Убрал руки нахуй, - рыкнул Роман. - Знаю я вас, первоходов: кончат через три минуты и в аут. Ебаться будем, пока срака не онемеет. Дрочить буду только я. Если заслужишь ещё, конечно.

Я добродушно усмехнулся. Но руки так и тянулись передёрнуть свой полудохлый затвор, чтобы куда-то их деть, я обхватил ладонями его шею, большими пальцами лаская его выпирающий кадык. Промелькнула мысль, что мне вот сейчас ничего не стоит его просто убить, только посильнее нажать. И Роме сейчас реально похую, он расслаблен и уверен во мне.

Роман решил сменить позу, показав свою разноплановость. Своими ручищами он поднял меня за ягодицы, не вынимая члена и встав во весь рост, прижал меня к стене. Мне только и оставалось, что посильнее ухватиться за его шею. Словно штангу в тренажёрке, он стал меня качать на своём петюне. Сука, сходство с упражнениями для развития мышц полное! Подкидывая меня вверх, он медленно насаживал меня до упора.

Подустав, он швырнул меня обратно на кровать.

Закинув руки за голову, он подошёл к моему изголовью, вспотев и тяжело дыша. Его ненасытный хер колыхался, как флюгер, из стороны в сторону. Я, как в прострации, без подсказок, стал подлизывать ему мощные яйца, не в силах насытиться его мужским запахом. Словно две переспелые сливы, низко свисая в волосатом мешочке, они манили к себе как магнитом.

Сглотнув, он, крутанув пальцем, приказал развернуться и задрать ноги вверх. Его пьянящая довольная улыбочка сводила с ума.

Не спеша, он ласково дразнил своей склизкой залупой выпирающее кольцо моего сфинктера, вызывая у меня неконтролируемый нетерпеливый тихий скулёж. Приподняв мой зад, так что колени упёрлись в грудь, он двумя пальцами стал раздрачивать мой анал.

- Тужься, сучок. Давай, выворачивай свою пиздёнку наружу!

Преодолев остатки стеснения, я потужился, ощущая, как внутренности выворачиваются наружу. Он неожиданности я даже остановился, за что получил лёгкий шлепок по булке.

- Не ссы, давай, бля, - похоже, эта идея его захватила.

Легонько поддувая в анал, он стал аккуратно массировать вылезшее колечко сфинктера и часть кишки.

- Это чума. У тебя тут кратер... - и, не договорив, он языком проник вовнутрь, заставив меня от неожиданности сжаться.

Одурев, он легонько укусил меня за ягодицы, при этом звонко шлёпнув по ним ладонями:

- У тебя жопа золотая: ебать не переебать.

Закинув мои ноги себе на плечи, он продолжил равномерно разъёбывать мою дыру, отбивая чечётку по моей промежности своей тяжёлой мошонкой. Приблизившись к моему лицу, он радостно разглядывал мои гримасы удовольствия от проёба. На секунду мне показалось, что он потянулся ко мне, чтобы поцеловать в губы, и я подался ему навстречу.

- Куда, бля, своим блядским ртом? - остановил он меня, смачно харкнув точно мне в полуоткрытые губы.

Не дав опомниться, он тут же стал размазывать свой плевок своим же языком по моему лицу и губам. Его тёплое дыхание, чужое, но такое желанное, одурманивало.

Что-что, а ебать Рома умел. Он точно понимал, что сейчас надо мне. Мне рвали жопу, а я был счастлив, как ещё никогда в жизни. Ебали грубо, без всякой нежности. Я понимал, что оказался под настоящим мужиком, а не под пидорасом. Пидорасом в нашей слаженной паре был я, тихо повизгивающий от боли и наслаждения, как девчонки в порнухе.

- Больше тужься, хочу, чтобы твоя пиздёнка выворачивалась на моём хуе! - руководил он процессом.

Расслабившись, я окунулся в омут таких охуенных ощущений, что чуть не обоссался от наслаждения. Роман радостно уставился на меня. От него прямо веяло защитой. Ещё подумал: такому изменить - в живых не остаться.

Приподняв меня на лопатки, он залез на диван ногами и сразу, с маху засадил в моё растерзанное нутро хуй по самые помидоры. Мне только и осталось, что руками как можно шире раздвигать ягодицы, расширяя вход под его ненасытный таран. Роман пошёл ебать навылет, полностью вытаскивая свой болт из моих жерновов. Дырка пузырилась, словно кипящий гейзер внутри потухшего вулкана. Моя висюля-писюля безвольно билась о живот в такт его качкам, кайф от ебли был непереносимый, хотелось подрочить себе, но он запретил, да и я уже понимал, что обкончаюсь сразу. Из залупы уже текли соплями какие-то соки, периодически Роман их подбирал своей ладонью и пробовал на вкус, как повар проверяет готовность блюда, усмехаясь и подмигивая мне.

А блюдо уже было готово, нах. Я просто не контролировал себя, пытаясь не обкончаться от анального проёба. Не особо понимал, как и почему, но я был на седьмом небе от счастья, в прострации прикрыв лицо руками. Подходящие всё ближе и ближе волны наслаждения еле удавалось сдерживать. Я уже пару раз хотел это сказать вслух, но вроде отступало.

- Я уже всё... Готов нахуй... - просипел я с мольбой в голосе.

Усмехнувшись, он взял в свой кулак мой член и только залупил его, как волна оргазма накрыла меня. Несколькими мощными выстрелами я отстрелял весь свой боезапас, сжимая в анале двигающийся поршень. Чума! Чуть сознание не потерял.

Роман, вытащив из меня свой таран, вспотевший и счастливый, пальчиком поманил меня к себе. Не то чтобы я жаждал, чтобы мне кончили в рот, но перечить не стал - не в той я был роли сегодня. Как солдат, выполняющий приказ, я опустился на пол, открыв рот в ожидании кончи, ещё и язык высунул. Роману хватило нескольких секунд, чтобы довести себя до кондиции. Вот что значит опыт: меткими выстрелами точно в рот он слил в меня тёплую сперму, которую я сразу сглотнул.

Как течная сука, я слизал дочиста остатки кончи с его болта, смакуя её вкус. Этот вкус я запомнил на всю жизнь! Даже не вкус (там ничего такого не было), а то чувство, когда в тебя сливают сперму и ты её благодарно слизываешь. Унизительно! Волнительно! Возбуждающе!

Проведя толстыми пальцами по моим губам, протирая их от своих соков, Роман свалился на пол рядом со мной, продолжая держаться за свой опадающий хобот.

- Бля, Аркаш, сбегай за водичкой. Ой, бля, заебался я.

Я не посмел отказать: как был голышом, мелкими перебежками помчал на первый этаж к холодильнику с напитками. На улице уже была ночь, фойе первого этажа освещалось фонарями близлежащего шоссе. Интуитивно я таки прикрылся руками, хотя никого не было. А вдруг?

Быстро взяв маленькую "Колу", я поспешил обратно.

- Ой, бля, спасибочки, - обрадовался Роман, отхлебнув хороший глоток. - Будешь?

Прямо по его слюням я тоже сделал небольшой глоток.

- Ну? По второму кругу, что ли? - подъебнул его я.

Роман рассмеялся.

- Сучка моя... ненасытная, - он ласково погладил меня по башке. - Мне надо отдохнуть.

Я обиженно закивал, силясь не засмеяться.

- Сука! - завалив меня на пол, он полез целоваться.

Автор: Egor (podr)

Ваши пожелания, свои личные истории, пожелания к работе канала, отзывы направляйте на почту администрации проекта: http://t.me/TiMcMailBot