Жизнь и подвиги Романа Тимофеевича Синичкина (глава 2)

Категории: Мужики и молодые, Групповуха, Спортсмены

Часть 1

С того знаменательного вечера, когда Романа Тимофеевича навестил молодой спортсмен, его жизнь заиграла новыми красками, и он потерял над её течением всякий контроль, как неопытный наездник на норовистом жеребце, внезапно выронивший вожжи. Поначалу мужчину это сильно пугало, но, попытавшись воспользоваться советом своего молодого "клиента", он постепенно оценил все прелести потери постоянного контроля ситуации, и те моменты, когда Рома безоговорочно исполнял прихоти Лёшки, какими бы экстремальными или унизительными они ему ни казались, стали доставлять ему огромное удовольствие.

Алексей пришёл без приглашения на следующий же вечер, с порога порадовав Романа известием о том, что его деятельная маман укатила за рубеж открывать первый заграничный филиал, тем самым выводя свою фирму на международный уровень, и вернётся не скоро, всецело доверяя своему уже совсем взрослому сыну. Рома не успел ещё среагировать на такую новость, как был прижат к стене в прихожей, и осмысливал последствия сказанного, уже вовсю давясь громадным Лёшкиным членом - исполняя то, что Алексей назвал "приветственным минетом". Правда, когда двухметровый детина увлечённо долбит твоё горло, грозясь сплющить череп своими ручищами в порыве страсти, это не слишком способствует ясности ума. Отсутствие матери в городе предоставляло Алексею полную свободу действий и просторную квартиру как потенциальный полигон для этих самых действий, чем он не преминул воспользоваться. У себя дома стабильно два-три раза в неделю он собирал нескольких парней из команды посмотреть матч, покурить, выпить, пошуметь и так далее по списку. Остальные вечера он всегда проводил в квартире Романа, приходя без предупреждения, как к себе домой. Впрочем, Ромку это вполне устраивало.

Первое время их сексуальные утехи протекали по стандартному сценарию: Леха по-быстрому сливал Роману в рот в прихожей, затем проходил на кухню и съедал половину содержимого холодильника. Насытившись, он устраивался на диване в гостиной, предоставляя Ромке возможность сделать ему массаж, а потом просто сидеть у него в ногах и ласкать исполинские стопы так, как тот посчитает нужным. Иногда они могли смотреть какой-то фильм, порой Лёшка просто переписывался с кем-то или даже разговаривал по телефону, в то время как Рома вовсю облизывал его ступни или делал минет. Ромке нравилось такое лёгкое унижение, а Алексей и вовсе не придавал этой ситуации никакого значения, воспринимая её как нечто абсолютно естественное.

Со временем, когда установившаяся рутина немного приелась, Леше захотелось разнообразия, что привело к череде весьма курьёзных для Ромы экспериментов. Молодому парню нравилось ощущать свою власть, и похоть требовала всё больше ощущения контроля, поэтому сексуальные игры приобретали всё больше элементов доминирования со стороны Алексея. Так, однажды сидя за Ромкиным компьютером, волейболист вдоволь повеселился, открывая избранные видео и тексты Романа очень пикантного содержания и обнаруживая десятки новых идей, как разнообразить их вечерний досуг. Попытавшийся что-то возразить на такое бесцеремонное вторжение в его личную жизнь, Рома быстро оказался обездвиженным под столом, плотно прижатый к ковру ногами, пока их обладатель развлекался, отпуская похотливые комментарии.

Так и протекали новые будни Романа Тимофеевича, пока однажды вечером особенно возбуждённый и слегка поддатый Лёшка не завалился к нему в квартиру и не огорошил неожиданным предложением. В его волейбольной команде уволился штатный массажист, и Леша, поговорив с тренером, тут же предложил Рому на эту должность.

- Соглашайся, Ром. Деньги нормальные платят, и потом, ты только представь - столько парней будут позволять тебе их трогать, - подстёбывал он задумавшегося массажиста.

Ромка колебался недолго: в последнее время клиентура значительно поредела, и у него освободилось много времени, к тому же частную практику Роман бросать и не собирался, решив оставить нескольких постоянных клиентов.

В первый день он зашёл в зал во время очередной командной тренировки. Найдя укромный уголок, он присел на скамейку и наблюдал за игрой. Дюжина великанов, легко перемещающихся по площадке, мокрых и возбуждённых от игры - это было то ещё зрелище. Среди них он сразу выделил Лёшку. Как понял Роман из его рассказов, Алексей имел амплуа диагонального, но это мало что ему говорило - Рома совершенно ничего не понимал в командных видах спорта и просто наслаждался скоростью и мощью парней на площадке. Познакомившись с небольшим тренерским штабом и игроками, Роман Тимофеевич приступил к своим непосредственным обязанностям, буквально целиком посвятив себя работе. Днём он усердно следил за физическим состоянием игроков, а вечерами ублажал своего фаворита.

Вскоре команда засобиралась на районные соревнования в соседний город. Выезд был ранним утром, и обычно крайне пунктуальный Ромка в первый раз в жизни едва не проспал, ввалившись в автобус последним. Он не слишком беспокоился о том, чтобы заранее занять место, ведь машина была вполне вместительной. Однако, впервые выезжая с командой на соревнования, Роман не учёл, что рослые парни занимали по целому ряду, чтобы не сидеть согнутыми в три погибели и иметь возможность хоть как-то вытянуть свои длиннющие конечности. Протиснувшись к окну на одном из последних рядов, он стал соседом двум протянутым через проход великанским ступням в не слишком свежих и уже давно не белых носках, а на подголовнике кресла разместилась пара босых лап кого-то с заднего ряда. Как ни пытался Роман Тимофеевич сосредоточить внимание на экране своего планшета, - ни любимый сериал, ни тщательно подобранный плейлист не помогали абстрагироваться от окружающих его звуков, запахов, покачивания босых стоп рядом с его головой в такт музыке или задорного гогота парней на заднем ряду после скабрёзной шутки. Всю дорогу Рома промучился, держа свой рюкзак на коленях, чтобы скрыть перманентный стояк. Ему казалось, что он научился в определённые моменты полностью отключать эмоции и сохранять строго профессиональный подход, но с каждым днём эта уверенность таяла, в особенности теперь, когда он стал все больше ощущать себя членом команды, частью чего-то большего, чем он сам. Игроки уже привыкли к нему и обращались очень уважительно, называя исключительно по имени-отчеству. Впрочем, как в действительности может воспринимать молодой двухметровый лось маленького тщедушного мужичка, массирующего ему ноги? Пожалуй, с некоторой долей скрытой и едва ли осознанной снисходительности. Рома чувствовал это, но нисколько не переживал, вполне смирившись со своей ролью.

Наблюдая с трибун за финальным матчем соревнований, в котором его команда победила, Рома всё же чувствовал себя её частью, любуясь парнями и на какие-то мгновения вовсе забывая, зачем присутствует в зале.

Команда ликовала, здоровенные жеребцы носились по площадке с горящими глазами, поздравляя друг друга, обнимаясь и дурачась. В раздевалке тренер произнёс небольшую, но проникновенную речь, все выпили шампанского, и Рома под шумок выскользнул на улицу. Он не любил шумных попоек, к тому же столь многочисленных, поэтому сразу направился в гостиницу. Переодевшись, он собирался только выпить чаю и завалиться спать, однако, выйдя в коридор за кипятком, оказался лицом к лицу с Алексеем.

- Рооомка! - громко завопил тот, словно они не виделись лет десять, и заключил коротыша в крепкие объятия с явным намерением дружески расцеловать.

Парень был уже очень поддатый, алкоголем от него разило за версту, и хотя Роме было приятно потискаться с объектом своего вожделения, он всё же попытался отстраниться, но не тут-то было.

- Эээ, нет! Сегодня мы празднуем, пошли со мной!

Алексей приобнял Романа за плечи и потащил в свой номер, не обращая внимания на слабые попытки сопротивления. Зайдя в комнату, Роман Тимофеевич увидел ещё двоих парней из команды, они сидели за небольшим столиком, на котором стояло несколько бутылок с алкоголем и разнообразные закуски. Номер был трёхместным, но очень просторным, к тому же, насколько ему было известно, все трое были не только членами команды, но и близкими друзьями вне спортивной площадки. Одного звали Макс, это был светловолосый красавец, балагур и безнадёжный оптимист. Его кредо было идти по жизни легко, "не запариваясь по пустякам", а природная мужественная красота и тренированное тело делали его настоящим магнитом для обоих полов, чем он беззастенчиво пользовался, трахая всё, что шевелилось. Вторым парнем был Адам - здоровый как бык черноволосый черкес, всегда молчаливый и спокойный. Рома часто внутренне сжимался под его проникновенным хмурым взглядом, чувствуя себя пигалицей рядом с этим мастодонтом.

Когда Леша почти что силой втащил его в номер и усадил в свободное кресло, Роману вовсе стало некомфортно. Он всегда опасался поддатых людей, резонно полагая, что в состоянии алкогольного опьянения человек теряет способность логически мыслить, рассчитывать силу и адекватно воспринимать информацию. В случае с Лёшкой, которому он вполне доверял, не один раз наблюдая его подшофе, всё было ещё не так плохо, но сейчас в номере сидело трое взбудораженных победой и как следует разгорячённых алкоголем молодых мужиков, отчего Ромке стало совсем неспокойно. Встретили его, однако, радушно, тут же влив в гостя штрафную рюмку водки, и пошла непринуждённая беседа, то и дело прерываемая молодецким хохотом после очередной красочной порнографической истории из жизни Макса, в его же исполнении.

Поначалу Рома то и дело ёрзал в кресле, исподволь поглядывая на часы, не представляя, как поддерживать разговор с этими парнями, и силясь придумать хоть одну общую тему, но вскоре бросил эту бесплодную затею и просто с улыбкой слушал всю ту невероятную "пургу", которую способен производить лишь человек в подпитии. С каждой выпитой рюмкой абсурдные истории казались все менее невероятными, а витиеватые тосты все более остроумными.

Парни, поначалу скромно выкавшие, совершенно перестали стесняться присутствия Романа за столом, уже вовсю обращаясь к нему на "ты". От выпитого Рома стремительно терял ясность рассудка, его откровенно развезло, и, сидя среди молодых привлекательных мужиков, даже на расстоянии ощущая их тепло, он уже чувствовал себя на седьмом небе.

Между тем удаль молодецкая потребовала выхода, и парни начали дурачиться и подначивать друг друга, что очень скоро вылилось в форменное бесилово. Макс и Лёшка не на шутку сцепились на ковре посреди комнаты, стараясь уложить друг друга на лопатки. Рома, в пьяном тумане все ещё сохраняя остатки благоразумия, отошёл подальше от сражающихся за лидерство альфа-самцов, намереваясь потихоньку слинять к себе в номер, но в следующее мгновение он был стиснут в железном кольце рук внезапно возникшего позади Адама, после чего отправлен броском прогибом в кратковременный полёт.

Часть 2

Приземлившись на пружинящий матрас, Рома не успел даже пикнуть, как был прижат к кровати запрыгнувшим сверху кавказцем, тоже захотевшим своей доли всеобщего безбашенного хаоса. Мускулистый черкес в мгновение ока подмял под себя маленького массажиста и всем весом уселся ему на грудь, широко расставив колени.

У ошеломлённого Романа Тимофеевича перехватило дыхание не столько от значительного веса сидящего на нем кавказца, сколько от потрясающего ракурса, с которого этот бычара смотрелся весьма внушительно. Мощные волосатые ноги по обе стороны от Ромкиной головы не оставляли ни шанса на сопротивление низкорослому мужчине. Он попробовал дёрнуться раз-другой, но быстро осознал, насколько бессмысленно это было - рельефный голый торс, обильно покрытый курчавыми чёрными волосами, не сдвинулся ни на сантиметр. Адам, уперев руки в бока, насмешливо ухмылялся, словно провоцируя Романа повторять снова и снова жалкие попытки освободиться, и определённо получая несказанное удовольствие от осознания своей власти.

Бугор в коротких чёрных шортах Адама заметно вырос, нависая всего в нескольких сантиметрах от лица бедного Ромки, отчего последний с ужасом почувствовал, что его собственный скромный член безоглядно наливается кровью и его позорная эрекция вот-вот станет очевидной для окружающих. Рома предпринял последнюю отчаянную попытку сбросить с себя волосатого быка, чем вызвал лишь нахальный смешок Адама.

- Ладно, сдаюсь, - отпусти, - обречённо выдохнул запыхавшийся Рома, старательно избегая смотреть своему мучителю в лицо, на что черкес слегка наклонился к нему и тихо произнёс:

- Когда сдаёшься, знаешь что надо сделать? - и с этими словами нарочито заметно поправил свою прекрасно просматривающуюся сквозь ткань оглоблю.

Рома испуганно взглянул на Адама. В глазах кавказца играли те же насмешливые озорные искры, и Рома, вытянув шею, попытался высмотреть Алексея, как будто инстинктивно ища защиты у своего знакомого самца, но тот был по-прежнему занят шутливой борьбой с Максом. Роман шумно сглотнул подступившую к горлу слюну, вперившись взглядом в очертание головки под шортами, зачем-то закрыл глаза и, смешно вытянув губы, чмокнул туго натянутую чёрную ткань. Он замер с по-прежнему закрытыми глазами, ожидая то ли освобождения, то ли сокрушительного удара, и чего он никак не ожидал, так это громоподобного раскатистого хохота. Макс с Лёшкой прекратили свой поединок за титул альфа-самца и недоуменно уставились на хохочущего Адама, чей смех, казалось, сотряс весь этаж. Подойдя ближе, они вопросительно переводили взгляды с товарища, захлебывающегося от смеха, на Ромку, лицо которого цветом напоминало спелый помидор. Первым не выдержал Алексей:

- Так, вы чего тут устроили? Сейчас весь отель сбежится.

- У нас тут тоже своей небольшой спарринг был, - произнёс Адам, утирая выступившие от смеха слезы. - Рома, как видишь, проиграл...

- Немудрено, - вставил Макс, скептически окинув взглядом гротескную разницу в размерах Адама и Ромы.

- ...он говорит "сдаюсь", я у него спрашиваю, "знаешь, что надо сделать, если сдаёшься?" - продолжил Адам, - с намёком, чтобы постучал по ковру, а этот чудик взял и поцеловал мой хуй!

И снова молодецкий смех сотряс многострадальный номер.

- Так- так, Роман Тимофеич, значит, моего уже недостаточно? И ведь стоило отвернуться всего на пару минут, - неожиданно ляпнул Алексей.

Повисла неловкая пауза. Первым тишину нарушил Макс:

- Погоди, так вы с Романом Тимофеевичем...

- Ну да, - просто пожал плечами Леша, не считая необходимым отпираться.

Роме захотелось провалиться сквозь пол, стать еле заметной букашкой, заползти за какой-нибудь плинтус и там подохнуть от стыда. Его возмущённый взгляд, впрочем, Алексея не впечатлил. Спортсмен развалился в изголовье кровати и изображал саму невинность, попивая теперь апельсиновый сок.

- Ах ты ж хитрая жопа, - протянул Макс, глядя на Лёшку, - сам, значит, отрывается, а с друзьями поделиться западло?

- Тебе твоих фанаток не хватает, что ли? И потом, Ромка - это не твои шалавы, он свой - часть нашей команды, так что если хоть слово просочится... - Леша не стал заканчивать предложение, лишь тяжёлым взглядом окинул обоих товарищей.

- Да бля, о чем речь, само собой, - миролюбиво поднял руки Макс, но было видно, как его изнутри распирает еле сдерживаемое любопытство, - так что, Ром, тебе нравятся парни?

- Можешь не спрашивать, мне тут вещественное доказательство в задницу упирается, - хмыкнул Адам.

- Знаете, Роман Тимофеевич, - протянул неугомонный Макс, открыто поглаживая солидный бугор через ткань спортивок, - в последнее время я часто ощущаю какой-то зуд в этой области. Мне просто необходима ваша профессиональная помощь.

- Ну, так пойди и помой там с мылом, - недовольно зыркнул на него Адам, - я его первый застолбил...

Прижатый к кровати Рома, поначалу напряжённо прислушивающийся к разговору парней, вскоре расслабился, поняв, что участь быть избитым гомофобно настроенными двухметровыми атлетами ему не грозит. Мужчине так полегчало, что он даже слегка улыбнулся развернувшейся за него словесной битве, однако его слегка пугала горячность спортивных великанов и то, что его мнения никто не спрашивал. Очевидно, это отразилось на его мимике, поскольку через пару мгновений он увидел нависшее над ним лицо Алексея.

- Ром, не зажимайся, ладно? Никто не будет тебя заставлять что-то делать, если ты сам не захочешь. Помнишь, о чем мы говорили? Здесь и сейчас все свои, так почему бы просто не расслабиться вместе?

Макс и Адам прекратили свою перепалку, и в комнате воцарилась тишина. Глубокий низкий голос Алексея подействовал на Романа успокаивающе, кроме того, выпитый алкоголь давал о себе знать, так что мужчина находился на грани сна и бодрствования. Он прикрыл глаза и полностью отдался потоку, уносящему его в чертоги блаженства.

Адам, почувствовав, что каждая мышца в маленьком теле лежащего под ним Романа полностью расслабилась, немного сдвинул свои шорты набок, и на лицо Ромке упруго шлёпнулся гигантский обрезанный член кавказца. Толстый горячий хуище протянулся через всё лицо мужчины, так что волосатые яйца Адама, немного выглядывающие из штанины, щекотали Ромке подбородок, в то время как пунцовая головка покоилась у него на лбу вне зоны видимости. Кавказец замер, буравя мужчину взглядом. Рома, как заворожённый, слегка коснулся губами горячей плоти, затем поцеловал, задержав губы на коже, прижался плотнее и потёрся лицом о ствол. Массивный член ещё больше налился кровью, твердея у Ромки на глазах, в буквальном смысле. Обхватив свою елду у основания, Адам принялся водить им по лицу массажиста, периодически похлопывая головкой по губам. Наконец, когда уже вся физиономия у Ромки была скользкой от обильно выделяющейся из члена кавказца смазки, Адам сместился чуть вперёд, нависая над коротышкой, и одним движением вставил свой ствол ему глубоко в рот. Рома, несмотря на обширную практику удовлетворения Лёшки горловым минетом, еле сдержал рвотный рефлекс, настолько хуй был длинным и толстым. Адам стал медленно трахать своим агрегатом Ромкин рот на всю длину, так что приходилось по максимуму разинуть его, чтобы не задевать хуй зубами. О какой-то технике языка не могло идти и речи - Рома мог сосредоточиться лишь на том, чтобы не задохнуться, однако Адама, по всей видимости, это вполне устраивало. Древний инстинкт доминирования возобладал, и его внутренний зверь ликовал, овладевая слабой беззащитной добычей. Движения черкеса стали всё резче, он по несколько секунд оставлял свой хуй глубоко в глотке Романа, так что у того слёзы наворачивались на глаза, и старался пропихнуть елду ещё глубже, несмотря на то, что нос бедняги уже почти упирался в его волосатый лобок.

Кавказцу хватило пары минут жёсткой горловой ебли, чтобы с низким рыком спустить Роману в рот поток терпкой густой спермы.

- Оближи как следует, - вот и вся благодарность, что получил Роман за доставленное удовольствие от сурового Адама, но у него и в мыслях не было жаловаться - он был рад уже возможности просто свободно дышать! Черкес откатился в сторону и, заложив руки за голову, с довольной улыбкой посматривал на приходящего в себя мужичка. Однако Ромке не дали расслабиться - сильные руки Макса подхватили его и усадили на ковёр перед широким креслом.

- Ладно, моя очередь, - возбуждённо проговорил белокурый спортсмен, словно пацан, дорвавшийся до любимой игры.

Максим развалился в кресле абсолютно голый и закинул широко раскинутые ноги на кровать, нисколько не стесняясь демонстрировать свой выбритый лобок и тугое розовое колечко ануса. Ромка оказался между ног у этого светловолосого Адониса, зачарованно наблюдая, как Макс тонкими длинными пальцами поглаживал и сжимал свой член. В отличие от Адама, член у Макса был необрезанный, светло- розового цвета и абсолютно ровный. По длине он не уступал хуям Адама и Лёшки, но был тоньше, с изящной вытянутой в длину залупой - идеальный первопроходец для девственных дырок. Неудивительно, что к Максу всегда была очередь на проёб.

- Малыш, поможешь мне? - проворковал этот ангелок-переросток, лукаво подмигнув, и этого было достаточно, чтобы Рома припал губами к идеально выбритой мошонке, облизывая и посасывая крупные налитые яйца. Макс периодически притягивал сидящего у него между ног мужчину поближе и позволял лизать ствол или вставлял залупу ему за щёку, затем с характерным чмоканьем вытаскивая у Ромки изо рта сочный леденец и балдея от этих звуков. Закрыв глаза, он поглаживал голову вновь присосавшегося к его яйцам Романа, почёсывая у него за ушами, как у любимого пёсика, отчего Ромка был на седьмом небе, никогда не подозревая, что таким образом обнаружил новую эрогенную зону на своём теле. Яйца Максима подтянулись ближе к стволу, и он слегка надавил на голову мужчине, понуждая его опуститься чуть ниже, тем временем мастурбируя все быстрее. Ромка активно работал языком, спускаясь вниз от мошонки к сфинктеру. Промежность Макса здесь была покрыта ковром тонких, светлых, почти прозрачных волос, а от кожи исходил мягкий запах лосьона. Рома лизнул розовое колечко сфинктера, буквально слегка прикоснулся языком, но все тело Макса дёрнулось, словно его ударило током.

- Фаак!.. Пиздец, Ром, сделай так ещё раз!

Романа не нужно было просить дважды. Он прильнул к промежности Максима и принялся тщательно полировать область вокруг ануса, пока не слился во французском поцелуе с кольцом сфинктера, стремясь языком раздвинуть стенки и проникнуть внутрь. Макса это привело в настоящее исступление - он громко матерился и стонал, рискуя собрать любопытствующих соседей из ближайших номеров, и наращивая темп дрочки с каждой секундой. Когда оргазм его, наконец, настиг, парень успел лишь притянуть Романа поближе и всунуть уже извергающийся хуй ему в рот. Выдавив последние капли послушному мужчине на язык, Макс откинулся в кресле.

- Охуеть, Ромка, я даже понятия не имел! Это было просто крышесносно!..

Часть 3 (последняя)

Макс рассыпался в комплиментах, а зардевшийся Ромка сидел у него в ногах и только не жмурился, как объевшийся сметаны кот, от осознания своей полезности. Однако в комнате оставался ещё один неудовлетворённый самец, слишком долго дожидавшийся своей очереди. Алексей, удобно расположившийся на постели, широко раскинул длиннющие ноги и не спеша мастурбировал, наблюдая за успехами товарищей. Когда Рома обернулся и посмотрел на него, Лёшке было достаточно заговорщически подмигнуть и показать на свои свешивающиеся с края кровати стопы, чтобы мужчина улыбнулся в ответ и переместился поближе к этим возвышающимся ароматным монолитам. Прижавшись всем лицом к тёплым шероховатым лапам, Рома удовлетворённо вдохнул полной грудью, как если бы он обонял благоухание эдемских цветов, а не запах слегка вспотевших ног спортсмена. Роман не спешил - он уже привык, что Лёшка любит часами держать его у себя под ногами, когда смотрит какой-то фильм или зависает в телефонной игрушке. Вдоволь надышавшись дурманящим ароматом, Рома принялся основательно вылизывать каждый сантиметр божественных ступней, своей слюной смягчая огрубевшую кожу на пятках и залезая юрким языком между пальцами Алексея. Отдельного внимания он удостоил большие пальцы ног, попеременно насаживаясь на них ртом как можно глубже и активно обсасывая, как сосал бы член, при этом преданно глядя в глаза лежащему на кровати гиганту.

- Ни хуя себе, - вырвалось у Адама, у которого при виде такой картины начал снова набухать член, и он принялся его слегка подрачивать, жадно уставившись на лижущего ноги Романа.

- Я прям чувствовал, что Ромка фут-фетишист, - не остался в стороне и Макс, хуй которого лишь слегка опал после оргазма, а теперь вновь наливался кровью, - то, как он смотрит на нас, как прикасается во время массажа...

Рома, в любой другой день сгоревший бы от стыда от таких слов, этой ночью почувствовал себя невероятно свободным. В конце концов, двоих самцов он только что обслужил, и теперь особенно старался, стремясь выделить Алексея среди парней как своего фаворита.

Лёшка же лишь слегка улыбнулся товарищам, возвращаясь взглядом к старательно ублажающему его потные ноги Роману. Его увесистый необрезанный хуй в предвкушении сочился естественной смазкой, требуя чего-то понежнее мускулистой руки хозяина, и Леша, убрав от лица Ромки блестящие от слюны стопы, легко спрыгнул с кровати. Роман, уже порядком привыкший к тому, что его поднимают, переносят и бросают, не спрашивая его мнения, покорно принял свою судьбу, когда волейболист закинул его на кровать, так что только голова мужчины свободно свешивалась с края, и с довольным стоном медленно ввёл своего монстра ему в горло, уткнувшись волосатым лобком в лицо. Скользкий каменный стояк Лехи ритмично задвигался во рту, и Рома, чтобы не лежать как бревно, попытался поласкать языком головку Лёшиного члена, но у волейболиста были другие планы. Он до конца вводил свой елдак, доставая до Ромкиного пищевода, и оставался максимально глубоко, вращая тазом и вкручивая член как можно глубже в глотку, так что Рома мог думать разве что о том, как бы не потерять сознание и вовремя дышать, пока есть такая возможность.

Пару раз его руки дёрнулись было вверх в инстинктивном желании вытолкнуть хозяйничающий в его глотке инородный предмет, но Лёшка, не прекращая насиловать горло массажиста, схватил обе его руки и прижал к кровати, полностью исключая какую бы то ни было возможность сопротивления. Рома, уже порядком поднаторевший в жёстком горловом проёбе, сосредоточился на члене у себя в глотке, в такт движениям Алексея расслабляя горло. Зажмурившись, чтобы с силой шлёпающие по лицу яйца гиганта не выбили ему ненароком глаза, Ромка покорно исполнял роль послушной насадки на хуй. Он быстро смекнул, что последние полчаса в комнате происходил самый обычный процесс среди молодых натуральных самцов - вечная игра в доминирование, никогда не прекращающееся соревнование за звание вожака стаи, и сейчас Алексей демонстрировал друзьям, насколько он этого звания достоин. Роман и сам почувствовал некий азарт, ему захотелось, чтобы "его" парняга выиграл этот негласный поединок.

Движения Лехи становились всё быстрее и размашистее, мошонка шлёпала Ромку по лицу с такой силой, что мужчина стал переживать, как бы завтра не проснуться с синяками по всей физиономии, но оргазм спортсмена не заставил себя долго ждать. С довольными стонами он излился мужчине прямо в пищевод, так что тот и вкуса спермы ощутить не успел.

Роман лежал, гипнотизируя потолок с довольной улыбкой и переводя дыхание. Его переполняла гордость - сходу удовлетворил трёх невероятно сексуальных молодых парней, причём не ударил в грязь лицом, а справился, насколько он мог судить, на отлично! Его собственный хуек вовсю топорщился в штанах, и он уже предвкушал, как будет спускать раз за разом у себя в номере, вновь переживая моменты этой ночи, когда неожиданная фраза Макса заставила его навострить уши.

- Пацаны, мне кажется, мы кое о ком забыли, - выдал Максим, указывая на маленький шатёр в штанах Романа.

- И что предлагаешь, отсосать ему? - скептически отреагировал Адам.

Леха задумчиво смотрел на Рому несколько мгновений, после чего улыбнулся.

- Есть идея. Ну-ка парни, помогаем - коротко бросил он.

Спортсмены, хоть и не знали, что там Леха придумал, отреагировали мгновенно, на ходу вникая в его план, - недаром они были командой. Роман и пискнуть не успел, как с него стянули всю одежду, выставив на всеобщее обозрение его маленький, но до предела возбуждённый член, и уложили на мягкий ковёр. Парни сели в кресла вокруг лежащего мужчины, стыдливо прикрывающего свои гениталии обеими руками. С его положения вид высоченных парней, словно древнегреческих богов во плоти, восседающих на своих тронах, был поистине внушающим благоговение.

- Ну-ну, Роман Тимофеевич, нас-то можете не стесняться, - улыбнулся Алексей, глядя на неловкие попытки массажиста скрыть свой стояк, - Адик, Макс!

Парни поняли Леху без ненужных долгих разъяснений. Обе руки Романа вмиг оказались надёжно прижаты к полу мощными ступнями с обеих сторон. Алексей наклонился к лицу обездвиженного массажиста:

- Я тут подумал, будет справедливым в каком-то смысле отблагодарить тебя за сегодняшний вечер, Ромчик. Тебе нравятся ноги, а у нас этого добра хватает, так что, как говорится, расслабься и получай удовольствие.

Словно по сигналу три пары гигантских мужских лап принялись скользить по телу и лицу Романа, втирая терпкий мужской запах в его кожу. Длинные пальцы по очереди заползали ему в рот, требуя ласк, теребили его набухшие соски, широкие стопы ложились на его грудь и туловище, покрывая значительную её площадь, и мягко выдавливали из него стоны наслаждения. Рома достиг вершин блаженства - сейчас все внимание молодых самцов было сосредоточено на растянутом под их огромными ногами коротышке, и они дарили ему наслаждение, как умели, не переставая оставаться собой. Их извечное соперничество проявлялось даже в такой необычной ситуации - парни состязались в том, кто засунет больше пальцев ему в рот, чьи лапы он будет облизывать через секунду после этого. От объёма "работы" у Романа быстро пересохло во рту, и предусмотрительные волейболисты не могли не поделиться с членом команды живительной влагой, прицельно посылая ему в рот смачные харчки.

Когда обсосанная до блеска ступня Алексея переместилась в пах мужчины, Адам не смог сдержать смех:

- Лех, у тебя большой палец больше его стручка.

- Да ладно, нормальный член, ему впору. К тому же, лучше синичка в ногах, чем журавль в небе, - схохмил Макс, обыграв в своей шутке фамилию массажиста.

Между тем пальцы Лехиной ноги легко заскользили по Ромкиному члену. Мужчина было дёрнулся, но прижатому к полу исполинскими стопами волейболистов, ему оставалось лишь, как выразился Лёшка, получать удовольствие. Парни снова стали переговариваться и шутить, как ни в чем не бывало, пока Рома кайфовал внизу, а Макс ещё и дополнительно спаивал и так хмельного малорослика, набирая в рот шампанское и сплёвывая тому в рот. У Алексея зазвонил мобильный и он, взяв смартфон со стола, оповестил:

- Парни, мамка звонит, фильтруем базар... Да, мам... Спасибо, откуда только ты узнала?.. Понятно... Нет, сидим с пацанами, празднуем... Ну ты что, мы по чуть-чуть...

Роман ожидал было, что спортсмены остановятся на время разговора, но длинные, слегка вспотевшие лапищи продолжали искать все новые эрогенные точки у него на теле. Лёшка поймал его топорщащийся хуек между первым и вторым пальцем своей громадной ступни и, уперевшись пяткой в живот, принялся быстро скользить вверх-вниз по всему стволу, то расслабляя, то сильно сжимая пальцы. Изо рта Ромки помимо его воли стали доноситься стоны и всхлипы наслаждения, о чем мгновенно позаботился черкес, воткнув большой палец ноги ему в рот, как соску, и заглушая любые звуки.

- Да, завтра уже выезжаем домой... Роман Тимофеевич? Прекрасно, вовсю вливается в коллектив. Мы и не подозревали в нем такой командный дух, - продолжал Лёшка, с ухмылкой глядя на распростёртого на полу мужчину и все быстрее терзая его готовый излиться член. - Ладно, пока, увидимся дома.

Леша сбросил звонок и в то же мгновение с приглушённым воплем Роман Тимофеевич стал кончать, выбрасывая себе на грудь и живот одну за другой порции спермы. Парни дали немного времени мужчине, чтобы оправиться от оргазма и, собрав всю сперму до последней капли ступнями, скормили её владельцу. Утомлённый многочисленными яркими событиями дня Рома, лежавший с закрытыми глазами, стремительно проваливался в сон, когда почувствовал, что стопа Алексея снова стала мять и елозить по его ещё чувствительному после оргазма члену. Распахнув в недоумении глаза, он увидел лукавое выражение на лице Лёшки и три уже вовсю отвердевших, нависающих над ним елдака. "Похоже, ночка будет дольше, чем ожидалось", - подумал Роман Тимофеевич Синичкин, прежде чем его вновь бросило в пучину наслаждения.

Автор:Garson .

С автором можно связаться по е-майл: coming-out@mail.ru

Ваши пожелания, свои личные истории, пожелания к работе канала, отзывы направляйте на почту администрации проекта: http://t.me/TiMcMailBot