Выходные Wenu. Часть 1.

В общежитии все давно уже уснули, ни в одном окне не горит свет, и только два силуэта шепчутся на кухне, пытаясь остаться незамеченными. Дзеро держит кружку горячего чая, который Джой так старательно сделал для него. Сам Джой уже давно выпил свой, почему-то он не обжёгся и выглядел так, будто просто попил воды. Дзеро такого не понимает, как можно быть настолько терпимым к температуре, намного выше комнатной? Но он ничего не сказал, да и зачем? Кажется, в этот момент нельзя отвлекаться ни на минуту, прерывать это приятное ощущение тайны, когда парней следовало бы наказать за несоблюдение режима, но они ловко прячутся.
Джой поправляет выбившуюся прядь волос своего возлюбленного с тихим смешком. Тот отвечает улыбкой. Из света только маленький ночник, подарок Джоя, который Дзеро хранит, хотя по назначению не использует. Засыпает он лучше в темноте и тишине, когда кровать немного прохладная, а воздух в комнате свежий. Джой даже не подумал о том, что Дзеро будет использовать эту забавную вещицу в качестве освещения в такие вечера. Тёплая улыбка украшает его лицо, он наклоняется, чтобы поцеловать губы Дзеро, такие странно сладкие и любимые. Радость разливается в груди.
— Давай утром убежим в парк, купим кофе и будем встречать рассвет? — Предложил брюнет, на что Дзеро активно закивал.
— Только не покупай снова тройную порцию эспрессо. В прошлый раз у тебя подскочило давление.
— Куплю двойную.
Смешок снова вырвался из губ Джоя. В такие тихие минуты невозможно было сдержать радости.
Пальцы парней переплетаюся, их дыхание в унисон заполняет комнату теплом.
— Я могу снова заплести тебя? — Теперь неловко, словно подросток, спрашивает Джой.
— В прошлый раз мне пришлось распутывать твоё искусство около часа. Заплетешь на улице, иначе мы пропустив всё самое интересное. — Поддразнил
Двое парней сидят на кухне, снова шепчутся о чем-то, проходящий мимо Хисэ только вздыхает. Не может же он сказать им не шуметь, они и не шумят. Да и кому они мешают? Сидят себе тихо, Хисэ даже не услышал их, если бы не встал из-за нужды.
Пока влюблённые на кухне обсуждали предстоящий день, который они в итоге проспят после обеда, Хëн и Адамс, тоже шёпотом, спорили. Правда причина забылась примерно в начале разговора, да и не было так важно, из-за чего всё началось. Они просто выплескивали эмоции, накопившиеся за несколько дней.
Из всех них мирно спал только Нил, раскинувшись на своей кровати. Его храп и посапывание не мешало только Хисэ, поэтому спали они вместе, все остальные парни не пускали бедолагу. Освободившись, Хисэ вернулся в комнату, сонно потирая глаза. Он плюхнулся на Нила, игнорируя, что у него есть отдельная кровать. Взбираться на второй ярус было невыносимо. Нил от такого толчка проснулся, дёрнулся, хотя это всё было не впервые. Успокоенный весом и теплом своего любимого, он приобнял его, глаза сами закрылись, сон вернулся вместе с храпом.
Хëн и Аддамс к тому времени успели помириться, котёнок сидел в объятиях, на вид недовольный, но на деле счастливый снова почувствовать себя маленьким в сравнении с капитаном команды. Аддамс держал Хëна в своих руках, целовал его макушку и довольно улыбался.
— Я усмирил монстра внутри тебя? — Поинтересовался он.
— Надейся. — Усмехнулся Хëн.
Возвращаясь к Дзеро и Джою, можно сказать, что они в своём течении, спокойные и довольные. Сонливость уже пыталась завладеть парнями, но они отчаянно сопротивлялись друг ради друга. Ради этого они даже открыли форточку, но ненадолго — на улице было холодно. Дзеро положил голову на плечо своего парня, пару минут посидел спокойно, а потом уснул. Джой не стал его будить, рука легла на чужое плечо и притянула спящую красавицу ближе, чтобы он не упал. Чай так и остался невыпитым..
— Ну и чудо ты. — Прошептал Джой спящему. Тот в ответ ничего не сказал. — Спокойной ночи.
Эти выходные вся группа решила провести по-разному. Нил и Хисэ проспали до утра вместе, пока Хисэ не разбудил его, ворочаясь. Брюнет лёг раньше всех, но спал до сих пор. Растрепанный, Нил пожал плечами и встал с кровати, а спящего парня накрыл одеялом. Ванна, на удивление, была занята.
— Хëн. — сразу пронеслось в голове. — Встаёт раньше всех, чтобы занять ванную. Это надолго..
Утренний душ пришлось отложить. Нил прошёл на кухню, где на столе спали Дзеро и Джой, а перед ними две кружки — пустая и с непонятной тёмной жидкостью, невыпитым чаем. Нил неодобрительно помотал головой, хотя про себя скорее забавлялся этой картиной. Из бесчисленных попыток встать на рассвете только одна увенчалась успехом, и в тот день парни пришли к обеду. На голове Дзеро было будто гнездо, сам он выглядел уставшим, пока Джой пытался изображать на своём лице бодрость, но проще было заговорить на латинском, которого он не знает, чем заставить ребят поверить. К тому же сразу после этого они плюхнулись на кровать и проспали до вечера.
Нил улыбнулся от забавного воспоминания и поставил чайник кипятиться. Аддамс тоже не спал, но сидел в спальне, всё его лицо было покрыто следами от поцелуев, невидимыми, но ощутимыми. Из всех самым бодрым был Хëн, который в это время прихорашивался у зеркала. То так уложит волосы, то эдак, и всегда красивый, как ни крути! И насмотреться на такую красоту сложно.
Котёнок ещё несколько минут вертится у зеркала, пока Нил не стучится в дверь. Сохëн вздыхает, сразу же открывает и освобождает комнату, Нил сразу же её занимает. У Юнь-Юня зазвонил телефон, отчего он проснулся, но сразу же сбросил. Высвечивающееся "мама" на этот раз не покоробило его, он совершенно спокойно положил голову на стол. Осознание ситуации пришло даже раньше второго звонка — парни снова уснули ночью! Тут же начался рингтон — спокойная мелодия, которая стоит только чтобы не бесить от постоянных звонков. Дзеро нехотя отвечает хриплым голосом. Диалог обычный: " Как дела? Ты поел? Как твоё здоровье? ", " Хорошо, да, хорошо ". В ответ сын спрашивает то же самое и быстро кладёт трубку, хотя после прощания мама хотела сказать что-то ещё. "Ну, в следующий раз" пронеслось у блондина в голове, и он медленно поднялся из-за стола. Всё тело ломило от неудобной позы, хотелось пить... Ах, тот чай от Джоя! Он всё ещё стоял на столе, холодный, но теперь он точно не будет жечь язык. Юнь-Юню приходится вылить его. Как раз в это время закипает чайник, и Дзеро готовит новый напиток для себя и Джоя, который, видимо, не проснулся от звонка. Улыбка снова озаряет лицо блондина, он с любовью делает обычный чай для них двоих: себе ложку сахара, а ему без него.
Слышится скрип открывающейся двери, Нил заходит на кухню и видит уже не спящего Юнь Шеня, взгляд падает на чайник и две кружки. Брови поднимаются в удивлении.
— Я воду себе ставил.. — Разочарованно и даже немного обиженно говорит Нил, и Дзеро теперь испытывает большую вину.
— Ах, прости! Тут никого не было, я подумал, что про неё кто-то забыл, а чего добру пропадать? — Затараторил Юнь Шень, параллельно набирая новую воду. Чайник теперь снова стоял на своём место, грел воду, пока Дзеро всё ещё пытался извиниться перед Нилом и обещал ему всё, что только в голову придёт. До чего молочный человек.. Нил же этой ситуации смысла не придавал и в ответ пытался сказать, что всë нормально. От этого шума наконец поднял голову Джой. Сонный, недовольный, не понимающий, что происходит. Парни на него внимания не обратили, даже не заметили.
— Который час?.. — Послышался тихий сдавленный голос, блондины наконец повернулись к сонному парню лицом.
— Мы снова проспали! — Обеспокоенно объявил Дзеро. — Около десяти или, может, уже больше.
— Ага, ты вчера уснул и не дождался даже своего холодного чая. Хотя я не сомневаюсь, что утром он был холодным, но такой ты пить точно не станешь! — Поддразнивал он свою блондинку.
— Я вылил его. — Снова со стыдом признался Дзеро и вздохнул. К тому времени чайник успел вскипеть, Нил, не отвлекаясь больше на эту сладкую парочку, взял свою кружку, насыпал две ложки кофе и залил кипятком. Он не сомневался, что в его кровати мирно спит Хисэ, поэтому вернуться к нему не торопился, к тому же он любил обжигающий крепкий кофе.. Никто в группе не понимал его, но на банку растворимого не претендовали даже те, кто её покупал, ибо этот высокий сильный парень всякое сделать может! Конечно, на самом деле все просто подыгрывали друг другу, все это понимали, но от этого было только интереснее изображать ужас, когда кто-то делал себе кофе. В терпимости к кипятку и горечи с ним мог сравниться разве что Джой, но тот пил такое нечасто, да и не таких больших количествах.
Нил ушёл из кухни к балкончику, чтобы никому не мешать заниматься своими делами, но никто по сути и не занимался ничем. Сохëн и Аддамс снова спорили, но по пустяку, Хисэ спал, Дзеро и Джой сидели на кухне и снова о чем-то болтали. Последняя парочка была самой слащавой и даже приторной из-за идеальности Дзеро и преданности Джоя. Вместе они могли облюбовать кухню и сидеть там до того, пока кто-то не проголодается и не прогонит их.
Хëн и Аддамс легко ругались и мирились, причём всё было эмоционально и ярко. Вот и в этот раз, когда Хëна схватили запястья и уложили на матрас, тот замолк. Большое и прекрасное тело Аддамса накрывало его с лёгкостью, он даже не пытался этому сопротивляться — вдруг получится, и весь сок этой игры уйдёт в никуда. Хëн лишь выгибается в спине, поджимает губы в притворном усилии, пока Аддамс показывает себя главным, целует шею, скулы и ключицы котёнка, пару раз даже оставляет красный след от засоса, чтобы пометить "свою собственность". Хëн чувствует себя совсем маленьким, когда его партнёр так легко может управлять им в своих целях.. Когда его руки становятся свободными, он обхватывает шею Аддамса, их тела прижимаются друг к другу, Аддамс довольно улыбается, но пока ничего не говорит. Лишь выдыхает тёплый воздух на влажную шею, заставляя меньшего издать стон. Живот резко приятно потянуло, Хëн хочет большего, тянется к футболке Аддамса, но тот берёт обе маленькие руки в свою ладонь и вытягивает над головой.
— Я не разрешал.. — Ругает он его шёпотом. — Или ты забыл уроки послушания? О, ну я напомню тебе, милый. — Протянул Аддамс и снова захватил губы любимого в свои.
Хëн лишь промычал что-то в поцелуй, от этой сцены он только больше возбуждался, смазка просачивалась через нижнее бельё и могла бы легко промочить его шорты, если бы его дразнили и дальше. Шуметь не хотелось, чтобы остальные ребята не лезли после с шутками и вопросами, поэтому Аддамс легко переворачивает меньшего на живот, чтобы все громкие звуки приглашались подушкой, в крайнем случае матрасом. В наказание за самовластие Аддамс опускает лёгкий шлепок на зад Хëна, он тихо мычит, однако такое вызывает не скрытое удовольствие. За пару секунд Хëн оказывается на коленях спиной к Аддамсу, рука большего ложится на хрупкую шею и легко сжимает её, вторая забирается под футболку, пальцы непреклонно сжимают соски, оттягивают их немного. Спина Сохëна дрожит, он дёргается, пытается выбраться, хотя на самом деле хочет только большего контроля.
— Что ты творишь со мной, mon amour.. — Шепчет Аддамс на ухо Хëну, прижимается к его спине, тёплая выпуклость выпирает из штанов старшего.
Котёнок снова выдыхает, трётся о бугорок, улыбка сама по себе образуется на его лице.
— То же, что и ты со мной, любовь моя. — Выдыхает Сохëн.
Аддамс не выдерживает напряжения, тут же сжимает шею котёнка, вторая рука опускается по животу, задевает член Хëна через шорты, оттягивает их и запускает руку под одежду. Сохëн дёргается навстречу рукам, готовый сдаться прямо сейчас и прямо здесь, но его продолжают держать в подвешенном состоянии. Стон вырывается из его губ, когда властная рука касается самых интимных мест, руки так и тянутся вниз схватить что-то, чтобы облегчить свои муки, однако Аддамс предупреждающе сжимает шею, и Хëн с хриплым вздохом подчиняется.
— Где всё твоё послушание, малыш? — Шепчет на ухо старший. Возбуждение котёнка подскакивает, парень почти скулит, он готов умолять просто прикоснуться к себе ещё раз, взять его грубо. Аддамс всё понимает, но так быстро дать ему освобождение не собирается. Да и торопиться им некуда.
Хëн снова дёргается, трётся о пах Аддамса, улыбается мягко. Подлизывается, проще говоря.
— Зря стараешься. — Обрывает старший, однако не останавливает юношу. Он не может отрицать, что такие манипуляции заставляют его гореть от желания. И всё же для начала он снимает с Хëна футболку, заводит руки за спину и перевязывает ей же. Котёнок стонет недовольно, но сопротивляться теперь не может. Он невольно выгибается в спине, чтобы удержать равновесие, а Аддамс снова обхватывает шею младшего и слабо давит.
— Может хоть так ты поймёшь, что значит быть послушным. —Проносится шёпот, Аддамс толкает Сохëна вперёд, и тот с лёгким стоном падает вперёд, лицо прячется в подушках, пока спина соблазнительно выгибается, чтобы сохранять равновесие между болью и удовольствием. Рука Аддамса лезет под подушку, достаёт флакон с пару квадратных упаковок. Для Сохëна это маленькая победа, ведь его наконец удовлетворят.
Лёгкими движениями Аддамс снимает с партнёра остальную одежду, раздевается сам. Хëн чувствует холодную жидкость на себе, когда любимый наливает немного смазки. Стон срывается с его губ, приглушённый подушкой. Юноша виляет бёдрами в немой просьбе продолжать. Два пальца старшего касаются влажного входа и лёгким движением входят внутрь, размазывая смазку по стенкам, пока сам Аддамс помечает поцелуями спину Хëна.
— Ещё.. — Хриплая просьба доносится до ушей Аддамса, он прижимает ещё один поцелуй, а пальцы легко раздвигаются, растягивая партнёра, чтобы подготовить к самому сладкому.
Хëн дёргается, ноги дрожат, желание сдаться дошло до самого пика, котёнок готов унижаться сколько угодно, лишь бы получить ту самую ласку. И вскоре он действительно получает её. Аддамс надевает на свою длину контрацептив, подтягивает бёдра младшего поближе и одним толчком вводит головку. Даёт время привыкнуть, но Сохëн настойчиво насаживается дальше, не в силах больше поддаваться этому ужасному желанию оттянуть удовольствие. Тогда толчки возобновляются. Аддамс проталкивает всю длину внутрь, раздвигая стенки, а Сохëн стискивает зубы, чтобы сдержать скулёж. Руки старшего сжимают талию партнёра, ритмичные движения бёдрами массируют Хëна, пока тот выдыхает тихие стоны и мольбы продолжать. Ощущение горячих ладоней на своём теле было столь же приятным, сколько сам секс.
Для дополнительного удовольствия Аддамс сжимает рукой член Сохëна, заставляет его промычать от этого подвешенного состояния, извиваться и всячески выгибаться, чтобы получить больше трения. Толчки становятся быстрее, Аддамс прикусывает нижнюю губу, чтобы самому не шуметь, лишь резкие выдохи слышатся от доминантного мужчины. Сохëн не выдерживает такого натиска, его тело содрогается, когда горячее белое семя в один миг оказывается на простыни. Аддамс кончает спустя пару секунд, напоследок протолкнувшись глубже. Одним движением он развязывает руки Хëна, вынимает член и завязывает презерватив. Котёнок, уставший и довольный, падает на кровать, пока Аддамс нависает над ним, дорожка из поцелуев снова проходит по спине младшего, на что в ответ слышится довольное урчание.
— Я люблю тебя. — Бормочет Хëн.
— Если бы в нашем мире существовали слова, которые могли выразить мою к тебе любовь, я бы говорил их тебе при любой возможности. — Отвечает Аддамс, прижимая поцелуй к затылку партнёра.
Эта сладкая парочка устраивает подобные примирения достаточно часто, ибо думает, что никто не слышит, но на самом деле все просто не хотят об этом говорить. Нил, стоящий на балконе с кофе, слышал всё достаточно хорошо, чтобы даже пересказать это Хисэ. А Хисэ только сейчас соизволил подняться с постели и почти на ощупь пройти в ванную, чтобы смыть с себя дремоту. На кухне он опять находит Дзеро и Джоя. Вместо доброго утра они слышал "Я обязательно накоплю вам на раскладушки, чтобы вы спали тут и не делали лишних телодвижений, возвращаясь в спальню". Удивительно, как долго могут люди находиться в таком месте, как кухня.. Хотя это с одной стороны удобно, в твоём расположении еда и вода, а спать можно и на полу! Хисэ спешно берёт пару злаковых батончиков, идёт на балкон — знает, что там Нил каждое утро пьёт свою горькую отраву, встаёт рядом с ним и неприятно шуршит упаковкой в попытках открыть свой завтрак.
— Будешь? — Нил протягивает кофе, но Хисэ морщится и мотает головой.
— Трави кого-нибудь другого. — Отвечает он.
Батончик, кажется, делает этот день намного лучше, ведь удовольствие на лице Хисэ не даёт других наводок. Юноша доедает всё быстро, особо не жуёт, а потом всё же отбирает кружку кофе и запивает свой приторный ад ещё более противным горьким. Похоже на пытку, но Хисэ часто так делает. Просто не хочет признавать, что ему нравится.
— Пойдём на улицу?
В ответ кивок. Нил быстро допивает кофе и вместе с Хисэ относит его на кухню. Парни не переодеваются, идут прямо так на свежий воздух, да и выглядят они не так, будто спали в этой одежде. Пока Хëн и Аддамс продолжают ласкать друг друга в своей спальне, Дзеро и Джой на кухне, планы погулять исполнили те, кто планировал сидеть дома.
На улице стоит приятная погода, солнышко светит и греет всех проходящих, все суетятся, хотя сегодня выходной.. Этот выходной они точно проведут интереснее остальных.