Металлолом и Переходящее Красное Знамя.

В 1987 году случился со мной вот такой случай.

Севастопольский Рыбокомбинат, директором которого я тогда имел честь быть, катастрофически проваливал годовой план по сдаче лома цветных металлов.

Тогда отходы жести от производства консервных банок относились к лому цветных металлов, поскольку жесть была покрыта оловом.

В том году Карагандинский меткомбинат - наш поставщик жести переоборудовали на выпуск тонких жестей и наладка этого оборудования шла крайне медленно и трудно.

Кроме того, что Меткомбинат срывал объёмы поставки, его жесть была ужасной: разнотолщинной, пропеллерной, с микродырами, с потёками олова и неполным покрытием листов.

Наша Литография и ЖБЦ (жестяно-баночный цех) мучились, а кроме того, из-за плохого качества банок было много брака готовой консервной продукции, мы перерасходовали сырьё.

Беда была...

И в том году Севастополь по всем показателям уверенно шёл к Переходящему Красному Знамени ЦК КПСС.

По всем, кроме одного:

Город проваливал план по сдаче лома цветных металлов. Приличный объём - 36 тонн. И все 36 были моим несчастьем!

Меня вызвали в Комитет Партийного Контроля, Председатель взял у меня партбилет, положил на свой стол и сказал: "Получишь обратно, если выполнишь план по лому. Срок - неделя!".

Вы не знаете, что тогда значило быть исключённым из Компартии!... Все перспективы в жизни на этом заканчивались.

А план по лому тогда верстался Госпланом по двум учётам - по отраслевому и по региональному, как деньги в бухучёте. В итоге дебет с кредитом должны сойтись.

Я кинулся к начальнику Чермета Севастополя, мол, выручай. А он ухмыляется. Есть такие редкостные люди, которым весело, когда другим плохо. Короче, не помог. Да и не мог, наверное, ведь мой отраслевой план был его региональным. Однако, он явно злорадствовал. А как же? Он - отставной полковник с опытом, а тут какой-то молодой из ранних...

И поскольку мне план устанавливало отраслевое министерство, поехал я в Москву в родное Министерство рыбного хозяйства, в Производственное Управление.

Начальник Управления меня, молодого директора выслушал, прищурился и говорит:

"Как можно оставить Севастополь без Красного Знамени ЦК КПСС?! Конечно, помогу."

А оказалось, что Дальневосточные рыбокомбинаты, работавшие на жести других (не Карагандинского) меткомбинатов, перевыполнили план по сдаче лома цветмета.

И выдали мне в Министерстве гербовую бумагу о снижении моего годового плана по лому на 36 тонн!!! Это означало, что я свой план уже выполнил.

Курил я в тамбуре вагона "Москва - Севастополь", смотрел на заснеженные подмосковные леса и думал о неожиданных жизненных поворотах...

Севастополь переходящее Знамя получил.

Мне вернули партбилет и дали грамоту Горкома партии "За высокие производственные показатели".

Вот такой был случай.