Скрывая, что сумасшедший принц – омега. Глава 105-106.

Этьен ничего не мог сказать. Все, что он мог сделать, это встретиться взглядом с этими лазурными глазами, в которых клубилась голубая буря.
Печаль, гнев, тревога... В глазах Ричарда смешались самые разные эмоции. Все, что он сейчас чувствовал, было из-за него. Поэтому он не мог отвести взгляд.
Этьен не мог пошевелиться, словно попал в ловушку. Его сердце дрогнуло от слов о том, что он важнее всего на свете. В груди разлилось чувство вины перед Ричардом и какое-то необъяснимое удовлетворение. Это было очень странное ощущение.
Едва приоткрывшиеся губы снова сомкнулись под натиском его смятенных чувств. Ему казалось, что он должен что-то сказать Ричарду, но он не знал, что именно.
«Должен ли я извиниться или...»
Этьен продолжал шевелить губами, не находя нужных слов. Ричард впервые проявил такие негативные эмоции. И по отношению к кому!
– Эм...
Этьен, набравшись смелости, сглотнул.
Ричард посмотрел на его губы, которые с трудом складывались в слова, а затем прижался лбом ко лбу Этьена. С тихим «уф» его теплое дыхание коснулось носа и губ Этьена, а затем рассеялось.
Переведя дыхание и совладав с бушующими эмоциями, Ричард медленно отстранился.
Его темно-синие глаза, встретившиеся с Этьеном, были спокойны. Увидев, что эти глаза, в которых бушевали эмоции, направленные на него, теперь безмятежны, Этьен почувствовал одновременно разочарование и тревогу. Его сердце, казалось, замерло.
– ...Отдохни немного. Я позову сэра Селодина.
– Ax.
Чувствуя, что тепло покидает его, Этьен запоздало протянул руку. Однако его рука не могла дотянуться до Ричарда.
Ричард встал со своего места, прежде чем Этьен успел схватить его, и вышел. Хотя он, должно быть, чувствовал взгляд Этьена, он ни разу не оглянулся.
Дверь с глухим стуком закрылась, и Ричард исчез из виду. Оставшись один, Этьен тупо уставился на плотно закрытую дверь. Затем он опустил руку, которая шарила в пустом воздухе.
«Я совершил ошибку».
Это была его первая мысль. Лицо Этьена исказилось. Он не мог забыть последнее выражение лица Ричарда. Он крепко вцепился в одеяло, словно подавляя необъяснимую тревогу.
* * *
Воздух был тяжелым. Не в силах вынести эту неловкую атмосферу, Этьен принялся теребить свой воротник. Он чувствовал себя дурно, даже когда сидел неподвижно.
Этьен покосился на Ричарда, который сидел напротив и смотрел в окно. Именно Ричард создал эту напряженную атмосферу.
«Он очень зол?»
Этьен вздохнул, глядя на Ричарда, который продолжал молчать. Ричард пребывал в таком состоянии все это время пока Селодин осматривал Этьена, пока они ездили к великому герцогу Бисмарку, чтобы извиниться, и пока готовились вернуться в императорский дворец.
– Я провожу вас.
Ричард заговорил только тогда, когда сказал, что отвезет Этьена обратно. Этьен отказался, сказав, что все в порядке, но Ричард был непреклонен.
– Ты сейчас даже нормально ходить не можешь.
С этими словами Ричард подхватил Этьена на руки. Затем он быстро спустился по лестнице, прежде чем Этьен успел что-то сказать. В конце концов Ричард донёс Этьена до кареты на руках.
– Пожалуйста, скажи, если тебе неудобно.
Аккуратно опустив Этьена на сиденье, Ричард сам устроился рядом. Он собрал все подушки в карете, чтобы сиденье Этьена было мягким и удобным.
Все еще не успокоившись, он укрыл колени Этьена пледом и сел напротив.
После этого он снова замолчал, как будто ничего не произошло. Этьен тоже не мог заставить себя заговорить. Когда оба молчали, в карете повисла тишина.
Этьен теребил плед, чувствуя, как сдавливает грудь. Снаружи было шумно, пока они ехали к императорскому дворцу, но в карете стояла такая тишина, что они слышали дыхание друг друга.
Взгляд Этьена переместился на губы Ричарда, сжатые в тонкую линию. Было досадно, что ему приходится ждать, пока эти губы разомкнутся, вместо того чтобы заговорить первым.
Если подумать, то именно Ричард всегда заговаривал первым и начинал разговор. Когда они были вместе, они никогда не замолкали.
Даже когда Ричард холодно рисовал линии и не отвечал на вопросы, он всегда разговаривал с ним.
Этьен был немного шокирован этим открытием. Незнакомый пейзаж, разворачивающийся сейчас, странная тишина, с трудом произносимая хотя бы слово Ричарду – все это было потому, что он привык к тому, что Ричард приближался первым.
«Глупый болван».
Этьен сильно прикусил нижнюю губу. Он не мог вынести того, каким жалким себя чувствовал.
Прежде всего, сегодняшний инцидент был явно его виной по любым стандартам. Упасть в обморок после перенапряжения, игнорируя свое физическое состояние, было ошибкой, не имеющей оправдания. Своим бессмысленным упрямством он доставил неудобства нескольким людям.
И, как будто этого было недостаточно, он сказал какую-то глупость о том, что даже сейчас не собирается менять свой распорядок дня, человеку, который о нем беспокоился.
Не в силах справиться с нарастающим отвращением к себе, Этьен закрыл глаза руками. Во рту у него был горький привкус от смешанных чувств.
– Тебе где-то неудобно?
Неприятную тишину нарушил Ричард. Он не мог не обратить внимания на Этьена, который со вздохом потирал лицо. До этого момента он смотрел в окно, но теперь все его внимание было приковано к Этьену.
– A?
Этьен, который растирал лицо руками, вздрогнул от тихого голоса, прозвучавшего у него над ухом. Руки, закрывавшие лицо, медленно опустились. Когда он пришел в себя, то увидел, что Ричард с беспокойством смотрит на него.
– Может, это из-за укачивания...
Ричард нахмурился, не закончив фразу. Его сердце снова сжалось при виде бледного лица, похожего на увядший цветок. Несмотря на то, что он приказал ехать как можно медленнее, потому что Этьену было плохо, его все равно могло укачивать.
Ричард, сузив глаза, повернул голову в сторону и позвал Селодина. Казалось, он готов немедленно остановить карету.
– Я вызову врача.
– Нет, нет.
Этьен поспешно остановил Ричарда. Тот замер, не успев открыть окно. Он снова посмотрел на Этьена.
– Я в порядке, так что не нужно никого звать.
Услышав слова Этьена, Ричард недоверчиво посмотрел на него. Этьен горько усмехнулся, заметив недоверие в его глазах. Но почему-то он почувствовал облегчение.
– Пожалуйста, сразу же скажи мне, если тебе будет хоть немного некомфортно.
Ричард слегка смягчился, глядя на Этьена. Похоже, он решил поверить его словам.
– Ты понимаешь?
– Да.
Этьен ответил на настойчивый вопрос Ричарда бодрым голосом. Еще несколько минут назад он был в отчаянии, переживая из-за того, что расстается с Ричардом на неловкой ноте, но теперь, зная, что Ричард заботится о нем, он воспрял духом.
«Так не пойдет».
Этьен посмотрел прямо на Ричарда, собираясь с духом. Он не хотел вот так неловко прощаться, не зная, когда они увидятся снова. Приняв решение, Этьен открыл рот.
– Ричард.
– Да, хённим.
– ...Ты на меня злишься?
Ричард тихо вздохнул, увидев, что Этьен с напряженным лицом ждет его ответа.
– Нет, не злюсь.
– Врешь.
– Серьезно, я не злюсь на тебя... просто...
Ричард замолчал, не договорив. Он не мог честно сказать, что не злится. У него до сих пор мурашки по коже, когда он вспоминает, как Этьен рухнул в его объятия, кашляя кровью. Пока Этьен был без сознания, Ричард тоже не находил себе места.
Даже когда доктор из дома Бисмарка сказал, что это был просто обморок, и даже когда прибежал Селодин и заверил, что с Этьеном все будет в порядке, Ричард не мог успокоиться. Он пытался взять себя в руки, но не мог.
Когда он узнал от Бена, что Этьен с утра плохо себя чувствует, а от Эрис что он упрямо настоял на том, чтобы приехать сюда, не отдохнув, он почувствовал себя опустошенным. Ему хотелось спросить, почему Этьен не заботится о себе, почему он так себя изматывает.
Когда Этьен пришел в себя и спросил, почему Ричард отменил все его встречи, его охватило невыносимое чувство обиды. Он был разочарован тем, что Этьен не понимал, как он переживал, как ему было больно.
Да, он был зол. Но это была не столько злость на Этьена, сколько ярость по отношению к самому себе и к сложившейся ситуации. В частности, он злился на Леону, которая так изуродовала тело Этьена.
– Тогда почему ты ничего не говоришь?
– Просто... я сам себе противен.
Ричард тяжело вздохнул в ответ на настойчивый вопрос Этьена. Поколебавшись мгновение, он ответил честно.
– Я чувствую себя таким никчемным.
Ричард сжал кулак и едва слышно для Этьена выругался. Он никогда еще не ощущал себя таким беспомощным, как сегодня.
– Я тоже размышлял о том, как грубо обошелся с тобой раньше. – слабым голосом добавил Ричард. Его взгляд упал на темно-красные пятна на рубашке Этьена. От одного взгляда на эти пятна у него кровь застыла в жилах. Этьен переутомился и не позаботился о своем теле.
– Прости, хённим. Я не смог совладать с сиюминутными эмоциями и повел себя по-детски.
Ричард снова вздохнул, чувствуя, как сдавливает грудь. Он уже расстроился из-за того, что ему придется наблюдать за тем, как Этьен в будущем продолжает изнурять себя до предела.
– Я не должен был так с тобой поступать...
– Нет.
Этьен, который с удивлением слушал Ричарла, быстро замахал руками. Не дав Ричарду извиниться, он накрыл его руку своей, на которой проступали синие вены. Он почувствовал, как под его ладонью слегка дрожит крепкая тыльная сторона ладони Ричарда.
– Не извиняйся.
Этьен сжал руку Ричарда изо всех сил. Хотя его ладонь была не такой большой, как у Ричарда, он все равно мог передать ему свое тепло.
Встретившись взглядом с Ричардом, он наконец произнес слова, которые хотел сказать все это время.
– Ты не сделал ничего плохого, Ричард.
– Ты хочешь сказать, что я не сделал ничего плохого? – спросил Ричард с непроницаемым лицом. Казалось, он не мог поверить в слова Этьена.
– Да, это не твоя вина, что я упал в обморок. Вполне естественно, что ты злишься. Я бы на твоем месте поступил так же.
Спокойно ответил Этьен. Что бы он сделал, если бы Ричард упал перед ним, кашляя кровью? Если подумать, ответ очевиден.
Скорее всего, он отреагировал бы так же, как Ричард. Поэтому ему стало еще больше жаль Ричарда. Чем больше он об этом думал, тем сильнее ему было стыдно за свою неспособность правильно отреагировать на ситуацию.
– Прости. Тебе было очень страшно? – искренне извинился Этьен. Он осторожно встал со своего места и медленно подошел к Ричарду. Несмотря на то, что в движущейся карете было сложно сохранять равновесие, ему хотелось подойти еще ближе.
– Надо было извиниться раньше... Теперь уже слишком поздно. Прости меня.
Этьен опустился на одно колено перед Ричардом и похлопал его по тыльной стороне ладони. На лице Ричарда появилась легкая улыбка.
– Я сам виноват в том, что не следил за своим состоянием. Поэтому я не хочу, чтобы ты винил себя.
По мере того как Этьен говорил, лицо Ричарда постепенно искажалось. Он зашевелил губами, словно охваченный эмоциями, а затем закрыл глаза рукой.
– ...Ты не представляешь, хённим. В каком отчаянии я был раньше.
Из его приоткрытых губ, не прикрытых ладонью, вырвался тихий, сдавленный звук. Ричард стиснул зубы, чтобы подавить нахлынувшие эмоции.
Он думал, что стал сильнее. Он был уверен, что теперь сможет защитить Этьена. Но все это было лишь проявлением его собственного высокомерия.
Ричард ничего не мог сделать, глядя на лежащего без сознания Этьена. Все, что он мог, это перенести Этьена в гостевую комнату и остаться рядом с ним.
– Может, мне просто убить их всех? – пробормотал Ричард, словно насмехаясь над собой. Пока Этьен приходил в себя, Ричарду приходилось собирать все свое терпение, чтобы не пойти искать Леону и не свернуть ей шею.
Ричард решил вступить в политическую борьбу с Леоной исключительно из-за Этьена.
Какими бы злодеями ни были его родители, предательство родной матери граничило с сыновним непочтением. Независимо от того, взойдет Этьен на престол или нет, если Леона падет, его неизбежно заклеймят как неблагодарного сына.
Поэтому для его будущего было лучше стать признанным всеми императором, пройдя через законные процедуры. Вот почему он выбрал более долгий путь, пусть и более медленный.
Но, увидев, как Этьен падает без сил, он задумался, в чем вообще был смысл. Этьен все еще был во власти Леоны и страдал от ее рук. В этой ситуации он перенапрягся, пытаясь изменить будущее, что еще больше подорвало его и без того слабое здоровье.
«Вместо этого, – подумал он, – лучше просто поднять восстание и убить Леону».
Он выбрал правильный путь, потому что не хотел отдавать Этьену трон, запятнанный кровью, но теперь понял, что это был его собственный эгоизм.
– Я должен был сделать лучше... – мрачно бормотал Ричард, ругая себя. Поднявшаяся в нем печаль, казалось, вот-вот вырвется наружу. Он все время думал о том, что, если бы он сделал лучше, если бы действовал активнее, Этьен не упал бы. Ему казалось, что во всем виноват он.
– Что ты такое говоришь? Ты делаешь более чем достаточно.
Этьен тут же возразил Ричарду. У него сжалось сердце, когда он увидел, что обычно улыбающееся лицо Ричарда осунулось, а плечи поникли.
– Ты так мне помог... Без тебя я бы не справился.
Без Ричарда он бы давно сдался. Этьен искренне верил в это. В их общее детство, в то время, когда они были порознь, и даже сейчас Ричард был той силой и надеждой, которые помогали Этьену справляться с его адской жизнью.
– У нас с тобой все хорошо, так что не говори таких вещей. Вот почему мы сейчас так усердно работаем.
На самом деле дела шли неплохо. Ричард продолжал оказывать давление на Райана, опираясь на информацию, предоставленную Этьеном. Этьен тоже укреплял свое влияние в обществе, сотрудничая с Антуаном.
Оставалось только собрать неопровержимые доказательства.
– Ричард.
Этьен встал и обхватил Ричарда обеими руками за щеки. Ричард напрягся, когда мягкие руки коснулись его лица.
– Покажи мне свое лицо.
– ...Не сейчас.
– Почему?
– Потому что сейчас я не достоин показать тебе свое лицо.
Ричард ответил неуверенно, совсем не так, как обычно.
– Должно быть, у меня сейчас ужасный вид.
Он сделал короткий глубокий вдох, словно пытаясь совладать с эмоциями. Он не хотел показываться Этьену в еще более плачевном состоянии.
– Я все еще хочу это увидеть.
Этьен прошептал, крепко прижав большой палец к губам Ричарда, которые были видны под его руками. Несмотря на то, что все остальное в нем было твердым, губы оказались на удивление мягкими.
– Хён, хённим?
Ричард взволнованно окликнул его, пока Этьен играл с его губами. От одного этого прикосновения температура мгновенно подскочила.
– Подожди, минутку...
Ричард, пытавшийся остановить Этьена, застыл от неожиданности, когда почувствовал прикосновение к своим губам. Этьен импульсивно поцеловал его, лаская его губы.
Тело Ричарда напряглось от неожиданного прикосновения. Этьен не остановился на этом и приоткрыл свои губы, чтобы нежно коснуться нижней губы Ричарда.
– П-подожди, хённим!
Испуганный Ричард поспешно схватил Этьена за руки. Он не мог понять, что с ним только что произошло.
– Наконец-то ты показал свое лицо.
Этьен широко улыбнулся Ричарду, который смотрел на него с изумлением. Это была немного озорная улыбка.
– Что ты только что...
– Ну, ты все время прятал лицо, так что... Ай!
Этьен, который до этого говорил с улыбкой, внезапно потерял равновесие и пошатнулся. Карета сильно тряхнулась, как будто колесо обо что-то ударилось.
– Это опасно!
Ричард быстро среагировал и подхватил Этьена на руки. Он крепко обнял его за талию.
– Ты в порядке?
– Да, все хорошо.
Ричард усадил Этьена к себе на колени и крепко прижал его к себе. Этьен, который пытался унять бешено колотящееся сердце, широко улыбнулся, словно говоря: «Не волнуйся».
– Спасибо. Ты снова мне помог.
– ...Будь осторожен.
Ричард с облегчением вздохнул, убедившись, что Этьен в безопасности. Затем, словно обессилев, он прижался лбом к груди Этьена.
– Не знаю, сколько раз за сегодняшний день у меня от страха замирало сердце из-за тебя, хённим. – проворчал Ричард, уткнувшись лицом в грудь Этьена. Он выглядел так, будто вот-вот закатит истерику.
– Прости.
Этьен нежно погладил Ричарда по волосам, в который раз извиняясь.
Ричард молча прижался к Этьену, пока тот перебирал его волосы. Звук сердцебиения эхом отдавался в их ушах.
– Ричард.
Этьен ласково позвал Ричарда по имени. На этот раз Ричард тоже не ответил. Вместо этого он нежно обнял Этьена за талию.
В груди вспыхнуло пламя, потому что голос Этьена, произносивший его имя с такой нежностью, был слишком сладок. Его нижняя губа, которую Этьен ранее обхватил губами, все еще горела.
– Хённим...
Ричард снова уткнулся в плечо Этьена, как ребенок, ищущий утешения. Этьен не стал его отталкивать. Напротив, он улыбнулся и с готовностью обнял его.
Когда Ричард, который обычно выглядел старше своих лет, начинал вести себя как избалованный ребенок, его охватывала неописуемая нежность.
Он не знал, откуда взялось это чувство. Чувство, которое зародилось в нем так давно, что он уже и не помнил когда, нельзя было описать одним словом. Но он точно знал, что Ричард ему дорог и что он ему нравится.
– Мы так давно не виделись, и я не хочу расставаться с этими неприятными чувствами. Так что давай веселиться, хорошо?
Этьен успокаивал Ричарда. Ричард бы разозлился, если бы узнал, но главная причина, по которой Этьен, несмотря на плохое самочувствие, заставил себя прийти сегодня в резиденцию великого герцога Бисмарка, заключалась в том, что он хотел его увидеть.
– ...Серьезно, я не справлюсь с этим. – со вздохом пробормотал Ричард. Так было всегда. Ричард ни разу не смог победить Этьена. Тот всегда с легкостью пробивал его оборону.
Как бы он ни крепился, одно слово Этьена заставляло его колебаться, как корабль в шторм, и даже когда он возводил вокруг себя стены, решив на этот раз не сдаваться, один жест Этьена мгновенно разрушал их, как песчаный замок, смываемый волнами. Так было и сейчас.
– Ты правда сводишь меня с ума, хённим.
– Что я сделал не так? – спросил Этьен, делая вид, что не понимает. Его рука, игравшая с волосами Ричарда, постепенно опустилась ниже.
Ричард вздрогнул, когда тонкие пальцы коснулись его затылка. Это было проблематично во многих отношениях.
– Пожалуйста, прекрати.
– Тебе не нравится?
– Дело не в том, что мне это не нравится, проблема в том, что мне это слишком нравится.
Ричард поднял голову и хрипло ответил. Он посмотрел на Этьена с упреком и тоской. В его глубоких голубых глазах читалось явное желание.
– Когда ты прикасаешься ко мне, хённим, я не могу себя контролировать.
– Хм.
В ответ на слова Ричарда рука, игравшая с его затылком, скользнула вдоль подбородка.
Веки Ричарда слегка дрогнули от прикосновения, щекочущего кожу. Этьен наблюдал за трепетом длинных черных ресниц, а затем нежно коснулся губ Ричарда, которые были краснее обычного.
– Тебе не обязательно контролировать себя.
– Что?
Спросил Ричард ошеломленным голосом от неожиданных слов. Он не мог поверить в то, что услышал.
– Тебе не нужно сдерживаться.
Этьен снова тихо прошептал Ричарду, который был ошарашен.
Адамово яблоко Ричарда заметно дернулось от голоса, наполненного явным обольщением. Его рука, обнимавшая Этьена за спину, тоже дернулась. Однако он не мог действовать поспешно.
– Мы не можем.
Ричард стиснул зубы, чувствуя напряжение в бедрах. Он с трудом сдерживал нарастающее желание. Сквозь плотно стиснутые зубы вырвался сдавленный голос.
– Почему? Ты не хочешь?
– ...Я хочу.
Что за чушь – спрашивать, хочет ли он этого. Ричард глухо рассмеялся и с тревогой посмотрел на Этьена. Он не мог понять, спрашивает ли Этьен, потому что действительно не знает, или намеренно дразнит его.
– Но сейчас ты пациент, хённим.
Как он мог не возбудиться, когда они были так близко друг к другу, что их дыхание смешивалось?
Ричард крепко сжал кулак, словно удерживая поводья, чтобы подавить желание, бушующее внутри. Рубашка Этьена в его руке безжалостно смялась.
– Хоть я и без ума от тебя, хённим, я не настолько бесстыден, чтобы набрасываться на больного. – грубовато сказал Ричард. Даже когда Этьен был в относительно хорошем состоянии, он тяжело переносил тесный физический контакт.
Из-за того, что он быстро уставал, когда поцелуи становились более страстными, а прикосновения – более интенсивными, Ричард никогда не удовлетворял свои желания полностью, за исключением периодов течки Этьена.
Кроме того, он до сих пор не мог забыть момент, когда Этьен потерял сознание. Хотя врач сказал, что с ним все в порядке, он пришел в себя совсем недавно. К тому же, он все еще плохо выглядел.
Он не мог просить кого-то в таком состоянии потакать его желаниям. Даже если бы Этьен разрешил это, он не хотел набрасываться, как зверь во время течки.
– Даже если я говорю, что со мной все в порядке?
– Меня это не устраивает.
Твердо ответил Ричард. Он цеплялся за свой колеблющийся разум, глядя на пятна крови на рубашке Этьена. Его глаза напряглись, между бровями появились морщинки.
Увидев глубокую морщинку между аккуратными бровями, Этьен убрал руку, которой теребил губы. Его круглый палец мягко коснулся нахмуренного лба.
– А что, если я захочу?
– А?
На мгновение Ричард растерялся. Он не мог понять, почему Этьен сегодня такой агрессивный.
– Я хочу тебя поцеловать.
Этьен, прямо высказавший свое желание, слегка прищурился. Прежде чем Ричард успел ответить, он наклонился к нему. Их мягкие губы соприкоснулись так же нежно, как падающие лепестки цветов. Нежное прикосновение защекотало его губы, и вскоре в его рот проникло сладкое дыхание.
– Хён, ммм.
Ричард застыл, словно его ударило молнией, когда почувствовал, как пухлый язык неуклюже раздвигает его губы.
Этьен продолжал двигать языком. Когда мягкая и шершавая плоть коснулась ровных зубов и нежно задела нёбо, Ричард застонал.
Несмотря на то, что движения были слабыми и совершенно неуклюжими, для него это была самая сильная стимуляция в мире.
– Черт возьми.
Не в силах больше сдерживаться, Ричард выругался и набросился на Этьена.
– Ммм... а? М-м-м!
Этьен, сосредоточенный на поцелуе, широко раскрыл глаза от удивления, когда в его рот ворвалась горячая страсть. Доминирование сменилось на противоположное. Их дыхание смешалось, а слюна в плотно сжатых губах.
– Ричи... хаах.
Этьен обхватил руками крепкий затылок, чувствуя, как у него перехватывает дыхание. В ответ рука, обнимавшая его за талию, сжалась крепче.
Ричард вдыхал запах Этьена и его слюну, словно человек, нашедший оазис в пустыне. Но двигался он нежнее, чем обычно.
Он мягко поглаживал тонкую спину, словно лаская хрупкую работу мастера. Казалось, он осторожничал, боясь, что для Этьена это будет слишком.
«Ха, ну и ну».
Этьен, издав тихий стон, прижался к Ричарду еще теснее. Это было приятно, но в то же время странно возбуждало. Он хотел быть ближе к Ричарду, еще ближе.
Ричард вздрогнул, когда Этьен активно отреагировал. Теперь его рассудок действительно висел на волоске. Он раздвинул их губы, собрав остатки терпения. С влажным звуком появилась тонкая серебристая нить.
– Ты в порядке? – спросил Ричард, легонько целуя его. Вместо ответа Этьен вздрогнул и тяжело выдохнул. Этого было недостаточно.
– Хаа.
– Давай на сегодня остановимся...
– Еще чуть-чуть.
Этьен прервал Ричарда и впился в его губы, словно заявляя на них свои права. Этого было недостаточно, чтобы удовлетворить его. Когда Этьен укусил Ричарда за язык, тот вздрогнул. Тихо зарычав, он обхватил затылок Этьена и притянул его к себе. Их губы снова слились в поцелуе.
– Хаа... Серьезно, почему ты сегодня так себя ведешь? – спросил Ричард слегка охрипшим голосом, тяжело дыша. Из-за непривычной агрессивности Этьена он совсем растерялся.
– Не знаю.
Этьен ответил честно. Он и сам не понимал, почему так себя ведет. Дело было не в течке, но инстинкты заставляли его тянуться к Ричарду. Может, дело в том, что он болен. Возможно, из-за болезни ему хотелось вести себя как избалованный ребенок.
– Можешь отказаться, если тебе не нравится. – прошептал Этьен, прижимаясь к его губам. Темно-синие глаза Ричарда заблестели от этого многозначительного шепота.
Их губы, влажные от слюны, соприкоснулись с влажным чмоканьем. Ричард издал стон и притянул Этьена к себе еще ближе. В тот же миг их взгляды встретились.
– Ты делаешь это, зная, что я не могу тебе отказать, не так ли?
Ричард зарычал, садясь на Этьена, которого уложил на сиденье. Этьен посмотрел на океан желания, нахлынувший на него, и приподнял уголки губ.
– Кто знает...
Этьен замолчал, когда поднял руки к затылку Ричарда. Затем он притянул его ближе.
Естественно, Ричард не смог отказаться. Как он мог отказаться, когда Этьен так хотел его видеть?
Как и всегда, на этот раз победил Этьен. Тело Ричарда рухнуло на него, словно падающая скала. Этьен удовлетворенно закрыл глаза, чувствуя, как жар устремляется к его губам.