Еще одни выходные с ребенком (суббота и воскресенье)

22-23 февраля, 2020 года. Главным вопросом этих выходных стало «ехать в музей или нет». Так, на неделе Алена замолвилась о том, что было бы чудно съездить в какой-нибудь музей. Например, музей медицины. «Но в этот раз уже без ребенка», добавила она. Да, музей медицины – это тот самый музей, в который я предложил всем вместе съездить, когда летом проявил инициативу знакомства с ее сыном. Я, правда, немного не рассчитал тогда, что пятилетнему ребенку там, скорее всего, будет не особо интересно.

Так оно и вышло: он обежал все четыре этажа музея за каких-то двадцать минут, особо не задерживаясь возле ни одного из экспонатов, в итоге осев… в детской комнате с карандашами и разукрасками. И я, и Алена были немного разочарованы, так как хотели более тщательно ознакомиться с культурным изобилием музея. И вот, спустя полгода, она мне говорит: «Ген, давай съездим в музей медицины – я там тогда ничего не успела толком посмотреть». Я был не против.

Условно договорились на субботу. Я также предложил Юре, своему старому приятелю с танцев, захватить свою девушку и составить нам компанию, но тот отказался. Настала суббота. Как я узнал, Алена оставила ребенка у своей мамы: «вечером его заберу», сказала она. Я ей рассказал, что мой приятель отказался от предложения сходить с нами в музей. На улице тем временем начался дождь. Я все равно был не против съездить в музей, но в какой-то момент поймал себя на мысли: Алена вечером

собиралась притащить ребенка домой – это будет сразу после того, как мы съездим в музей, или чуть позже? Дело в том, что я очень хотел посмотреть с ней вместе какой-нибудь фильм. С ребенком, бегающим туда-сюда и каждые пять минут кричащим «мам, поиграй со мной!», и устраивающим истерику в случае отказа, мне это представлялось слабо вероятным. Поэтому я решил уточнить у Алены: «ты хочешь в музей?». «Мне все равно, - ответила Алена. – Как хочешь ты…».

«Ну, я не против съездить, но я еще хочу посмотреть кино, так как в прошлый раз мы с тобой так ничего и не посмотрели…». Молчание. «Поэтому если выбирать что-то одно, то я бы выбрал кино», - продолжил я. В итоге мы с ней встретились около четырех часов дня. Перед этим Алена позвонила мне и изъявила претензию, что я не съел ее суп, который она мне давала на работу: «зачем я его тогда вообще варю?». Кто-то спросит зачем я посвящаю в такие мелочи. Действительно, в другой ситуации я

бы даже не подумал о том, чтобы писать про такую ерунду, однако я решил упомянуть этот маленький эпизод в связи с тем, что в последнее время стал замечать неприятную тенденцию: Алена стала часто обижаться и предъявлять мне какие-то упреки. К тому времени, как я поел, на часах было полпятого. Понимая, что у нас с ней не так много времени, чтобы посмотреть фильм, я отвел Алену в спальню, кое-как стянул с нее штаны и быстренько засадил сзади, чтобы во время просмотра кино

меня не отвлекали мысли о сексе. Алена обиделась, сказав, что ей «не нравится когда так по-быстрому, без прелюдий». А что я могу поделать, если она через два часа притащит сюда ребенка, а нам еще фильм смотреть? Посмотрев кино – мы смотрели «Трамвай желания», очень классный фильм, кстати – Алена быстро оделась и отправилась в соседний подъезд за ребенком. Уже через пять минут она вернулась… одна. И порядком недовольная. «Что случилось, - спросил я. – Где Максим?».

«Он мультик смотрит, придет попозже… - сказала Алена и уже более раздраженно добавила: - Я уже устала, Гена! Понимаешь?». «В смысле?», спросил я. «Устала ходить туда-сюда, туда-сюда, сколько уже можно, в конце-то концов?! Он мог и тут прекрасно побыть, посмотрели бы фильм, он никому не мешал бы». Я не стал пререкаться с Аленой, так как она была не на шутку разозлена – лишь удивился: вот она говорит «я устала ходить туда-сюда», а чем, извините, ее так измотало сходить в соседний подъезд?

Это дело нескольких минут: оставить ребенка у бабушки и потом забрать его. На часах было около восьми. Пока Алена раздевалась, я произнес:

- Так через сколько ты за ним пойдешь?

- Думаю, где-то через минут сорок – ему там мультик надо досмотреть.

- Хорошо, я потом тогда к себе домой съезжу.

- ?

- Не волнуйся, я еще приеду назад. Я где-то на часик.

- Зачем? – удивилась Алена.

- Я хочу зарядить ноутбук.

- Ну, так возьми зарядку – здесь зарядишь.

- Да неее, чё я буду жрать твой ток.

- Да ты там много не наешь.

- Дааа, нооо… Я хотел бы еще брату привет передать.

- … Ты сейчас поедешь к нему?

- Нет, попозже немного, ребенка приведешь и съезжу.

- Ну и едь куда хочешь… - раздраженно бросила мне Алена.

Я налил себе сок, пригубил и через минуту, улыбнувшись, произнес:

- Я знаю какую игру ты ведешь, Алена.

сцена из к/ф «Трамвай желания»

Алена нахмурила брови:

- В смысле?

- Я всё знаю – ты так просто не получишь мою свободу: я буду за нее бороться.

- Твою свободу? – рассмеялась Алена.

- Да, и, будучи истинным джентльменом, я тебе, конечно, в чем-то уступлю, где-то даже немного подыграю, но победить себя не дам.

- Ахах, ты уже, наверное, жалеешь, что ко мне тогда подошел на вокзале.

Я ничего не ответил. Алена тем временем продолжила:

- «Твою свободу»… Ой, забавный ты я не могу.

- Я иду к брату зарядить ноутбук и ты меня не остановишь.

- Хорошо.

- Я же имею право, в конце концов, на час сходить к брату?

- Ой, ну иди уже иди.

- Хорошо, через час буду.

В итоге я сходил домой к брату, а Алена тем временем привела к нам ребенка. Когда я пришел, она его уже уложила спать.

На следующее утро пришли счета за квартиру – вместе с газом и электричеством вышло 140 евро (390 вместе с арендой – нехилая цифра на фоне зарплат в 600-700 евро). Алена, увидев бумаги с квартплатой, удалилась в комнату. Несколько минут спустя она вышла и протянула мне в виде купюр 60 евро, произнеся: «я тебе вроде как обещала, что буду помогать с квартплатой – вот». И немного погодя добавила: «но так как я тут живу неполный месяц, то, сам понимаешь…». «Хорошо», - ответил я. Я не

стал строить из себя гусара и отказываться от денег. Вообще, не буду скрывать: то, что Алена дала мне денег на квартиру, для меня было самым приятным событием за весь февраль. В идеале, конечно, хотелось бы, чтобы она оплачивала и часть аренды, но я не знаю как этого достичь, поэтому, дабы перестраховаться, буду пока что

довольствоваться синицей в руке: пускай оплачивает хотя бы коммунальные. За завтраком я поинтересовался у Алены как она смотрит на то, чтобы сегодня съездить в тот самый музей медицины, куда она хотела поехать день тому назад. Та сразу же позвала на кухню ребенка и стала у него спрашивать:

- Максим, хочешь с нами в музей медицины?

- Тот самый, куда мы ездили летом, – добавил я.

- Нет, я не хочу – мне там неинтересно.

- Хорошо, - сказала Алена. – Тогда мы сейчас с Геной съездим туда одни, а потом я приеду и свожу тебя в детскую комнату, хорошо?

Однако ребенка такое положение дел не устроило и он тут же начал нам ставить палки в колеса.

- Нет, хочу сперва в детскую комнату!

- А в музей не хочешь?

- Нет, там неинтересно.

- Ну ладно, - сказала Алена и, уже обращаясь ко мне, произнесла: – Я тогда его сейчас свожу в детскую комнату, а потом вернусь и мы с тобой поедем в музей.

- Хорошо.

Я проводил Алену на остановку, а сам пошел к себе домой. Через сорок минут раздался звонок. Алена:

- Он передумал, Гена. Он хочет в музей!

- Да? Серьезно? Да ладно! Мне кажется, что он просто ревнует, что ты поедешь туда одна со мной, а его не возьмешь.

- Может, и ревнует…

- А не будет такого как в прошлый раз, что он за десять минут тупо пробежит весь музей? Мы же туда еще полгода назад ездили – ему там было неинтересно.

- (усталым голосом) Я не знаю, Гена…

- Ну ладно. Во сколько у вас там заканчивается мероприятие в детской комнате?

- Уже закончилось.

- Тогда мне можно уже идти на остановку?

- Да.

Через двадцать минут Алена уже сидела в маршрутке со своим сыном на пути в музей. Однако мальчик отказывался со мной разговаривать и выглядел крайне расстроенным. Всю дорогу он только смотрел в окно и периодически всхлипывал. Что случилось, - поинтересовался я у Алены. Та мне поведала, что, оказывается, в детской комнате по программе шла анимация, о которой Алена не знала, и которую Максим очень захотел посмотреть: «но я не позволила ему остаться, потому что ты в этот

момент уже ехал в маршрутке – вот он и обиделся». Всю дорогу до музея ребенок шел угрюмый и тихо плакал. Я же в этот момент шел рядом и думал: «ну зачем – ЗАЧЕМ его всюду пихать как какую-то затычку? было же ясно с самого начала, что он не хочет в этот музей – ну, сходите вы в эту детскую комнату, блин, а потом уже нормально вдвоем, без него съездили бы… ну и что, что он просился с нами? разве не ясно было, что это просто манипуляция? что он не

хочет в музей, что ему просто жалко, что мама поедет одна без него?». Как я и думал, в музее ребенку было скучно и с полной точностью повторилась та же ситуация, что и летом: он пробежал все этажи за двадцать минут, постоянно подгоняя за собой маму. Я решил, что в этот раз ни под кого не буду подстраиваться и стал в своем ритме размеренно прохаживаться вдоль залов и спокойно просматривать экспонаты, а те – хотят пусть бегают по этажам. Ребенок тем временем стал откровенно жаловаться

как ему «тут скучно» и как он хочет домой. В итоге Алена решила откреститься от него, дав ему телефон, и тот успокоился. Боже, благослови смартфоны. 😂 На обратном пути я хотел в автобусе сесть рядом с Аленой, но ребенок занял свободное сидение. Вскоре он заснул, а я вышел у себя на остановке и пошел домой смотреть фильм с братом, предупредив Алену, что это – долгое занятие.


По любому кто-нибудь из читающих эти строки сейчас наверняка подумает: зачем я все это описываю так детально – кто с кем сидел в автобусе, как долго я смотрю кино с братом и т.д. В следующих постах вы обязательно поймете почему я обращаю ваше внимание на эти вещи.