Кстати

Кстати, всех в 1 марта. На этот день в мире приходится чуть-ли не больше всего праздников. Начало весны, не хухры-мухры... :)
А у ФЭР закончился очередной тур "Сломанного веника", уже 48-й. Несколько туров пропустил, но вот опять поучаствовал. Сподобился. Из восьми рассказов два моих.
В зрительском голосовании оба попали на третье место... Вообще, третье место заняло сразу пять рассказов...
В авторском, один занял третье место. (По баллам набрал столько же, сколько и второе, просто по алфавиту стоит позже, так что надо называть рассказы на букву "А", по моему мнению - разделил второе место... :) )
Другой рассказ занял пятое место (четвертое)
Вот сами рассказики:

Дедушка

Несмотря на солнышко, холодно, продавец мерзнет, ежится, то прячет руки в карманы, то начинает тереть ладони. День не базарный, и клиентов почти нет.
- Эй! Дарагая! Не проходи мимо, посмотри какой красавчик. Стоит тебя поджидается, ты на возраст не смотри, мальчик совсем, сразу видно. Любить тебя будет. Совсем ничего делать не надо, сам все сделает. Хочешь, в магазин свозит, хочешь, подружкам покажешь… Сильный, крепкий, быстрый. Удовольствие получишь. Ну, подойди, присядь, не захочешь уходить. Эй, не проходи… Я же не просто так продаю, я же отвечаю, лучше не найдешь.
Эффектная женщина в беличьей шубке проходит мимо, даже не повернув головы. Набойки на сапогах позвякивают по замерзшему асфальту мостовой.
- Эй, не знаешь своего счастья, - расстроено машет рукой зазывала.
- Эй, девушка, посмотри, какой жених тебя дожидается. Как раз для тебя. Посмотри, кожа розовый, мягкий. Крепкий, совсем молодой. Не проходи, остановись, посмотри внимательно. И не дорого совсем. Для такого возраста совсем дешевый. Вот посмотри, новый почти. Добрый, заводится сразу, любить будешь, ухаживать будешь, он никогда не подведет. Присядь, не пожалеешь, денег нет, договоримся, опять придешь. Быстрый, надежный. Крепкий. Дорого? Поговорим, поторгуемся. Честно отдаю, в хорошие руки отдаю. Как для себя отдаю, для тебя, как для сестры скидку сделаю.
Девушка в куртке недовольно морщится и отходит, независимо сунув руки в карманы.
- Эй, девушка, жалеть будешь. Больше такого не встретишь! – продавец, похоже, уже и сам не верит в то, что сегодня удача ему улыбнется. С утра уже десятки покупателей прошли мимо, единицы удостаивали взглядом. Не остановился никто.
Мимо проходит совсем молоденькая девушка.
- Эй, посмотри. Какой мужчина, брюнет, точно для тебя. Ну, посмотри, не бойся, он не укусит. Кожа розовый, сверху черный. Глаза голубые. Куда хочешь, отвезет, заботиться не надо, лечить не надо. Большой, надежный, дешевый. Жалеть потом будешь…
Девушка, почти девочка тоже не задерживается. Потом останавливается, нерешительно возвращается.
- Ай, дорогой. Хорошо сделал, что вернулся. – грузин, от радости, похоже совсем забывает про русский язык.
- Посмотри, какой красавец. Хочешь, подарю, недорого совсем, в два раза дешевле отдам. Не нарадуешься потом. Вай, скоро же восьмое марта, купи себе подарок. Ест мало совсем, платить много не придется. Я тебе потом телефончик подскажу, там его хорошо знают, всегда скидку сделают.
Девушка обходит кругом, задерживается, внимательно оглядывает спереди, сбоку. Качает головой и так же молча уходит.
- Вай, дочка. Ты же хотел уже, почему не взял, – сокрушенно бормочет продавец.
* * *
Над рынком сгущаются сумерки… Солнце спряталось, погода портится, холодает.
Пожилой грузин смахивает насыпавшийся за день снежок с черного капота, протирает фары, наполненные голубым антифризом. Убирает из-под ветрового стекла табличку, садится за руль. Мальчик, он же юноша, он же мужчина, БМВ 83-го года заводится и правда с полуоборота, взрыкивает движком. Греются оба.
Наконец грузин похлопывает машину по розовой коже правого сиденья.
- Ну что, дедушка, поехали домой. Никому ты сегодня не приглянулся, завтра опять приедем. Завтра точно найду тебе девочку!
Машина плавно выворачивает к выезду с авторынка, взревывает двигателем. Фонари над воротами высвечивают название на пылящейся под задним стеклом брошюрке «Принципы позиционирования при работе с разными группами клиентов».

Тринадцатая

- Мальчик, передай на проезд!
Поворачиваюсь, женщина ахает:
- Ой, мужчина, извините.
- Ничего, ничего.
Передаю вперед деньги, автобус плавно покачивается на наших колдобинах, есть свои плюсы в битком забитом салоне: тряска почти не чувствуется. Меня, вообще, часто путают. То ли волосы такие, то ли осанка пацанячья, но со спины почти всегда принимают за мальчишку. Поворачиваешься, пугаются, как будто мальчик прямо на глазах добавил добрых двадцать лет.
- Мужчина, передайте ведро, вон там под сиденье поставить можно.
До огородов ехать еще далеко, и сейчас начинается усушка и утряска. Честное слово, на месте автопроизводителей сделал бы раздвижной автобус. На остановке раздвинулся, после остановки – сжался, пассажиров – брикетами в багажное отделение, а тележки брюхатые – на прицеп. Красота, ЛиАЗ-677С, С – значит садовый. Ладно, смех смехом, а вот эта активная пассажирка с тележкой мне сейчас сломает ребра.
- Бабушка, проходите, не толпитесь на площадке.
- Да как же я пройду, все занято, милай.
Я знаю, что занято, но разве это мои проблемы. Мои проблемы, чтобы руки не оторвались, стоять уже почти не приходится, пол занят ведрами, сумками, все теми же тележками. Не знаю как, но между ногами еще умудряется крутиться рыжая дворняга. Видать, тоже огородница.
- Мальчик, мальчик.
Поворачиваюсь, а это, оказывается, не меня зовут. Это хозяйка дворнягу кличет. Вот не хватает еще ей на лапу наступить, цапнет ведь, как пить дать.
- Юноша, можете не вертеться. – голос солидный, явно мужчина соответствующий.
Так и есть, солидный и раздраженный. Еще и в костюме едет. Под сорок в тени, ни ветерка, а он в пиджаке. Явно что-то скрывает, и даже не надо долго думать, чтобы понять, что именно. Хорошее брюшко, килограмм на сорок, не меньше. Он думает, что под пиджаком оно не так заметно. Наивный.
- Пузо убери, не буду вертеться.
- Молодой человек, не хамите!
Это он еще не слышал, как хамят. Но связываться неохота, поэтому просто наваливаюсь на пузо локтем, тем более, что стоять ровно уже сил нету. Да и мужиков таких не люблю.
- Кто деньги передавал?
Передаю женщине ее талончик.
- Спасибо, парень.
Вот так за пять минут успел состариться и снова помолодеть.
- Эй, отец, с ноги сойди, - шипит из-под руки молодой парнишка.
- Извини, не заметил.
Пусть теперь мается, чего именно я не заметил, его ноги или его самого. Кстати, забавно, кто-то называет мальчиком, кто-то парнем, а кто-то считает, что я в отцы гожусь. Толпа успокаивается и я обвожу взглядом салон автобуса, пытаясь угадать, кто именно как мог бы ко мне обратиться. Ну, с бабками понятно, для них я совсем юнец. Для них тридцать лет – это далекая молодость, почти детство. Дедушки – в тот же угол. Правда, от них еще и завистью попахивает, как же, как же, знаем, «где мои тридцать лет». Простите, пенсионеры, но в огородном автобусе у меня к вам теплых чувств не остается минут через пять.
Вот для народа помоложе, для сорока-пятидесятилетних я «молодой человек», «юноша». Многие относятся как к ровеснику, эти сами молодятся, считая и себя молодыми, поэтому – «парень». С ровесниками все понятно, мы мужики, когда пьем, ребята, когда идем играть в волейбол, на работе – «мальчики, мы вас ждем с подарками».
Детям мы уже почти старики, иногда старше их родителей. Пятнадцати-двадцатилетние еще бескомпромисснее, они считают, что после тридцати жизни уже нет. Для них, как ни странно, мы уже динозавры, хотя самим осталось до динозаврьего возраста, каких-то десять лет.
Вот, наверняка, вон та девочка, если с ней познакомиться, будет называть меня папиком. Кстати, девочка очень даже ничего. Роскошные волосы, сарафанчик легкий. Посмотри-ка на меня. Ого, она уже не девочка, в смысле по возрасту. Очень даже взрослая девушка. С меня возрастом. Да пропади он пропадом, этот огород, в конце концов, не только на огород ведь я сюда езжу. Ей же явно тяжело будет свой огород пропалывать, надо девушку избавить от таких хлопот.
Не дай бог, с мужем едет. Отпустить такую красавицу на огород одну, да никогда. Явно, где-то муж стоять должен. Вон тот длинный – слишком далеко, толстый – даже не смотрит на нее, да и старый. В кепке – молодой. В очках – вряд ли.
Кстати, она уже готовится выходить. В руках только сумка. Проталкиваюсь поближе к выходу.
- Девушка, вам помочь?
Не слышит, надо протолкнуться поближе.
- Девушка! - она даже не обращает внимания. Еще ближе, я убеждаюсь, что она еще старше, видимо, девушкой ее называли последний раз достаточно давно. Но женщиной я ее называть не буду никогда. Просто не успею.
- Девушка, - набираюсь наглости и касаюсь ее руки, - вам явно нужна помощь!
- Вы так считаете, мужчина?
Из автобуса мы выходим вместе.
* * *
- А как ты любишь, чтобы тебя называли? Девочка? Девушка? Дама?
- Я тебе потом отвечу. На днях.
Наивная, она еще думает, что впереди у нас будут эти дни.
* * *
- Честно говоря, я давно уже привыкла, что ко мне обращаются «товарищ майор», это тебе в ответ на твой позавчерашний вопрос. А теперь о деле. Протокола я прочитала, есть вопросы к тебе. Ты говоришь, что я тринадцатая, значит двенадцать уже было? А у нас только девять трупов найдено. Значит есть еще три? Кто, когда и где?

А, кстати, опять же, простите меня... :)