Нетипичная история.

by @zagorskaya_truba
Нетипичная история.

Интервью Д. Сафина журналу "Газпром"

 Денис Галялхакович, Загорский трубный завод вышел на отечественный рынок труб большого диаметра (ТБД) совсем недавно. Когда было создано ваше предприятие? Какова история его развития?


Наша история отличается от истории других трубных заводов России. Не могу сказать, что она уникальна, но совершенно точно нетипична. Сейчас мы – самый молодой участник российского рынка ТБД. Наш ключевой актив – завод под Сергиевым Посадом. Кто-то скажет, что мы пришли на рынок труб большого диаметра только в 2015 году, с запуском этого предприятия. Но это не совсем так. Мы давно среди производителей труб и рынок этот знали еще до строительства завода.

Наверное, многие помнят период становления в России бизнеса по изоляции труб. Это конец нулевых годов. У нас на тот момент был актив – Изоляционный трубный завод, в тех же краях. Работали и с нефтяниками, и с энергетиками. Тогда профиль компании был – исключительно изоляция труб. Когда в бизнесе появилась определенная зрелость, возник вопрос: почему бы трубы, которые мы изолируем, покупая у традиционных участников рынка, не производить самим?

Такие мысли приходили в 2008–2009 годах, когда конъюнктура была несколько иной. Но это не главное. Мы сконцентрированы исключительно на премиальных трубах большого диаметра и не занимаемся производством соединительных деталей И Важнее то, что мы на это решились.

Проект по строительству завода в Пересвете, в 70 км севернее российской столицы, был запущен в 2014 году. Этому предшествовала работа по изучению рынка оборудования, переговоры с поставщиками. Ездили туда, куда только можно купить билет на самолет. Я не считал, но, думаю, что за три года мы посетили не менее полутора десятка предприятий по всему миру, на которых делают ТБД. И везде смотрели на организацию процесса, на особенности работы той или иной линии, оборудования. Разумеется, формировали и инвестиционный портфель, который у нас состоял на треть из собственных средств.

Работали по формированию штата. Подмосковье, в особенности наш регион, север, – совершенно не металлургический регион, как вы понимаете. Найти там толковые кадры было непросто. Нет ни образовательной базы, не было на тот момент и договоренностей с вузами. Словом, с 2013 по 2015 год, помимо строительства объекта, шло сразу несколько параллельных проектов, без которых запуск бы не состоялся. Но всё сложилось.

И в декабре 2015-го мы выпустили первую загорскую трубу.

Что сегодня представляет собой ваше предприятие?


Сегодня мы стабильно производим одношовные электросварные трубы диаметром от 530 мм до 1420 мм с толщиной стенки до 35 мм. Класс прочности стали до Х100. Сейчас занимаемся расширением сортамента в части освоения более толстых стенок. Этот рынок невелик, но он есть.

Сейчас мы – самый современный завод России по выпуску ТБД. Компания, которая готова закрыть потребность рынка в 500 тыс. т трубной продукции ежегодно.

При этом у нас есть отличие от других участников этого рынка. Мы сконцентрированы исключительно на премиальных трубах большого диаметра и не занимаемся производством соединительных деталей, например, магистрального оборудования или НКТ (насосно-компрессорные трубы).

Но именно за счет узкой специализации мы можем добиться более высоких показателей эффективности по нашему продукту и предложить клиенту, в частности «Газпрому», качественный продукт по объективной стоимости.

На предприятии работает более 1,5 тыс. сотрудников. К такой численности мы шли постепенно. Например, последние три сотни сотрудников мы набрали только в 2018 году. Это было вызвано именно раскруткой предприятия под газпромовские объемы и выходом на проектные мощности.


Кто выступает поставщиками штрипса для Загорского трубного завода?


Сегодня мы закупаем стальной лист как у отечественных, так и у иностранных производителей. На долю российских «Северстали» и Магнитогорского металлургического комбината приходится порядка 80% всех поставок штрипса для нашего предприятия. Среди иностранных поставщиков можно отметить южнокорейский комбинат POSCO и немецкий Salzgitter. Смотрим в сторону японских поставщиков. Но там своя специфика: перед тем как договариваться о поставках, надо провести очень большую подготовительную работу.

Наша цель в обеспечении прокатом – довести долю российских производителей до 90%. Разумеется, при условии достижения компромисса в ценах.

В логистической цепочке мы пошли немного дальше, уйдя от зависимости в транспортировке штрипса. В 2018 году была заключена сделка на 2 млрд рублей

по приобретению более чем 400 штрипсовозов. Это позволило нам обезопасить себя от рыночных факторов при транспортировке листа к заводу.

Какие новые технологии и оборудование используются на вашей производственной площадке?


Внедряя на заводе технические решения, мы провели своего рода работу над ошибками по тем болезненным точкам, которые наблюдались у других производителей ТБД в России.

Например, в мире есть две технологии производства труб большого диаметра. Первая – методом валковой формовки, которая подразумевает постепенное прокатывание листа между тремя валками. Вторая – пошаговой формовки, при которой лист формуется не посредством валков, а методом постепенного продвижения между «мечом» и основанием.

Наше предприятие выбрало такую линию, при котором возможны оба метода формовки трубы. Конструкция валковой машины это позволяет. Преимущественно мы работаем именно на валковой формовке, поскольку в потоке именно она выдает максимальную скорость – около трех минут на одну трубную заготовку.

Однако отмечу, что «сложные» трубы, например те, которые мы поставляли на Ямал, с толщиной стенки 25 мм и диаметром 530 мм, а это сложное сочетание, были произведены именно методом пошаговой формовки. В этом плане наша линия уникальна и отличается от других трубных заводов.

Помимо этого, перед подачей на линию все листы проходят дробометную очистку, которая позволяет убрать с поверхности окалину, ржавчину. Это позволяет избежать перевода части труб в брак на более поздних стадиях контроля качества.

Пожалуй, одним из последних нововведений на линии стал запуск установки автоматического измерения параметров качества трубы. Она дублирует те замеры, которые делает отдел контроля качества, накапливая при этом статистику по трубам и создавая задел для дальнейшего внедрения Big Data сквозного характера, чтобы поставщики листа видели, как параметры той или иной плавки отражаются на характеристиках готового продукта.

Насколько ваше производство зависит от импортных материалов и комплектующих?


Линия по производству труб Hauesler – швейцарская, фрезерное оборудование Linsinger – австрийское, линия по нанесению изоляции Selmers – голландская.

Надо понимать, что речь идет именно о сборном продукте. Но мы не стоим на месте. Сегодня мы полностью систематизировали перечень ЗИП (запасных частей, инструментов и принадлежностей) на все линии и ищем российских производителей составных частей.

Конечно, пока не идет речи о полной замене оборудования или, например, «мозгов» для агрегатов, но какие-то детали мы уже нашли в России и даже в Московской области.

Однако отмечу, что в этой работе нельзя подменять одни понятия другими. Если мы по итогам эксплуатации российского агрегата понимаем, что работает он плохо и часто выходит из строя, мы лучше вернемся к закупке импортных деталей, но добьемся минимизации простоя линии. В конечном счете это и нам, и клиенту, обойдется дешевле.


Каковы результаты работы Загорского трубного завода в первом полугодии текущего года?


Компания нарастила объем производства продукции по сравнению с минувшим годом более чем в пять раз. С января по июль было отгружено почти 200 тыс. т трубной продукции. Показатель превышает аналогичный по прошлому году в 5,5 раза.

Основное место в поставках заняли отгрузки для нашего ключевого клиента – ПАО «Газпром». Также были осуществлены поставки для таких компаний, как «Роснефть», НОВАТЭК и ряда других клиентов.

Продолжилось освоение новых видов продукции. В их число вошли трубы с увеличенной толщиной стенки до 32 мм и трубы с категорией прочности Х65. В НАКС (Национальное агентство контроля сварки) аттестованы новые режимы сварки.

У нас сложились очень теплые отношения с компанией «Северсталь». Тут всё интересно, мы ведь конкурируем по трубам большого диаметра и наш прямой конкурент – Ижорский трубный завод. Но по поставкам листа в наш адрес – всё на уровне партнерства. Недавно провели с коллегами первый координационный совет, более чем плодотворно.

Каковы производственно-экономические планы на 2018-й и последующие годы?


В этом году мы планируем сделать 500 тыс. т труб, то есть столько, сколько по документам позволяет оборудование. А дальше – будем работать над перевыполнением этого показателя.

За этой целью стоит многое: расшивка узких мест, набор штата, способного произвести столько продукции, повышение эффективности планирования и еще масса мелких вопросов.

Разумеется, финансовые обязательства – их полное выполнение перед нашим ключевым финансовым партнером, Газпромбанком, и сведение долговой нагрузки в ближайшей перспективе на нулевой уровень.


Какова стратегия развития вашего предприятия?


Мы сформулировали ее для себя в понятии «Металлургия 2.0». Это повышение конкурентоспособности трубного рынка, его перезагрузка за счет нового игрока. Это внутреннее развитие компании за счет малых улучшений производства каждый день, в том числе при участии сотрудников.

Можно сказать, что это такая внутренняя конкуренция за эффективность. И понимание социальной ответственности, стоящей перед бизнесом в регионе присутствия.

Благотворительность и социальный блок. Сегодня мы достаточно окрепли, чтобы заниматься этим вплотную. У нас сегодня и несколько шире сфера интересов. В нее включился и международный рынок. Было бы очень громко говорить о некоей глобальной арене, но там, где поставка труб целесообразна с точки зрения прибыли, – нам это интересно. Например, это ближнее зарубежье, преимущественно в направлении Европы и СНГ.


А почему не рассматриваются такие направления, как Азия или Ближний Восток?


В апреле этого года мы получили право поставлять продукцию для рынков, работающих по классификации API. Это позволяет нам предлагать свою продукцию, по сути, по всему миру.

Однако по факту экономически оправдать поставку трубы, например, в Саудовскую Аравию, сложно. Труба же – это воздух в плане доставки. Это больше имиджевые проекты. А вот, например, в Восточную Европу и СНГ – вполне можно. На чем мы и сконцентрированы сейчас.

 

Какие конкурентные преимущества Загорский трубный завод предполагает использовать при выходе на зарубежные рынки?


Среди преимуществ я бы отметил развитую логистику западной части России. Кроме того, это качество нашей продукции. За счет ряда технических решений, о которых я уже говорил, у нас получается делать трубу с минимальной отбраковкой – менее 0,5%. Соответственно, это заметно отражается на стоимости трубы.


Что представляет собой российский рынок ТБД?


Рынок труб большого диаметра зависит от стратегических факторов. Это и общий инвестиционный климат, и решение о строительстве новых трубопроводов.

Сегодня многие говорят о колоссальном перепроизводстве на этом рынке, но я не склонен оценивать его в подобных тонах.

Если мы говорим о ТБД, то надо сравнивать однотипные линии. Давайте говорить исключительно об одношовной трубе большого диаметра 1420 мм. Ведь в России есть еще действующие мощности по производству спиралешовной и двухшовной трубы. Их иногда тоже считают, когда говорят про чрезмерно избыточные мощности. Иначе непонятно откуда берется цифра по ТБД-мощностям в 4,5 млн т в год. В «Газпроме», например, эти виды труб официально уже запрещены, но де-факто такие производства в России еще есть. Если же считать линии, которые на сегодня соответствуют лучшим мировым практикам, я говорю про одношовную трубу, то их я оцениваю в районе 3 млн т в год. Спрос же сегодня, по нашим оценкам, находится на уровне 2,1–2,2 млн т. Таким образом, мы получаем избыток на уровне стандартных рыночных долей – 0,8 млн т в среднем, то есть линии загружены на 70%. Это нормальный показатель. Не может спрос и производство идти вровень. Иначе это будет сложно назвать рынком.

Как развивается взаимодействие вашего предприятия с Группой «Газпром»?

 

Весьма перспективно. Два года назад о нас в «Газпроме» только слышали. Не было ни поставок, ни планов, лишь процесс аккредитации, который тогда некоторым казался вечным. Но вот в мае 2017 года мы уже запускаем в производство первую трубу для РЭНов (ремонтно-эксплуатационные нужды), в конце декабря узнаем о том, что с 2018 года можем поставлять трубы и для инвестиционных проектов, а в мае, на Петербургском международном экономическом форуме, подписываем программу научно-технического развития. Сегодня «Газпром» – наш ключевой клиент, и это многое диктует в характере наших отношений. Разумеется, мы признательны компании за такое доверие и гарантируем полное выполнение всех взятых на себя обязательств.

В текущем году мы должны поставить для «Газпрома» свыше 450 тыс. т труб. И, безусловно, сделаем это.


Как ведется сотрудничество с другими компаниями – заказчиками нефтегазового комплекса России?


С расшивкой узких мест на производстве и выполнением обязательств перед «Газпромом» осуществлять заказы на поставку ТБД для других компаний нам становится проще.

Мы понимаем ценность каждого клиента, особенно в свете того, что, будучи почти два года без аккредитации в главной газовой компании страны, мы фактически выживали благодаря именно этим компаниям. Сегодня же мы участвуем во всех тендерах на поставку ТБД.


С какими трудностями вам приходилось и приходится сталкиваться в ходе развития бизнеса? И как, в частности, вы оцениваете российский инвестиционный климат?


Инвестиционный климат в нашей стране, на мой взгляд, можно охарактеризовать так: выживает тот, кто умеет быстро подстраиваться под момент. Этот принцип формирует новое поколение менеджеров, способных развиваться, смотреть не в одну точку, а по сторонам, мыслить стратегически, принимать решения моментально, на месте, и быть абсолютно в курсе всей ситуации в компании.

Если же говорить о трудностях – думаю, все понимают, что когда на рынке появляется новый игрок, не всем это нравится. Мы тоже столкнулись с определенным сопротивлением рынка, но смогли его преодолеть. Были и сложности с поставкой листа для изготовления трубы, было и создание отрицательного имиджа среди общественности о нашей работе, и сложности с транспортировкой уже законтрактованных объемов штрипса. Разное было. Мы с пониманием ко всему относимся. Ведь это крупный бизнес. Но время расставило всё по своим местам, и я не хочу возвращаться к прошлому. Что было – то было. Сегодня наша загруженность и законтрактованность – самая высокая по отрасли. И это главное.

October 31, 2018
by @zagorskaya_truba