Alia

Змови на північний лад та зламані мізки

2022-08-07T14:20:55.628Z

Нещодавно засіла я перечитувати Едди, всі надцять з гаком пісень. І натрапила на дещо цікаве, що нахабно вкрала у свою практику. Але це треба й людові розповісти.

Так ось, читала я "Поїздку Скірніра", де слуга Фрейра поїхав свататися до дівчини і довго вмовляв її дати згоду на шлюб. Там він і яблука, і обручку Драупнір пропонував, і смертю погрожував. В кінці, як безвідмовний варіант, він вирішив її проклясти. І це найцікавіше. Ми отримуємо прокляття із майже готовим руноскриптом.

- Ти маєш ключ?

- Краще, я маю малюнок ключа!

Погляньмо на текст і розберемося що там і куди.

26 Жезлом приборкання

вдарю тебе,

скоришся мені, діво;

туди ти підеш,

де люди тебе

повік не побачать.

27 На орлиній скелі

ти сидітимеш,

не дивлячись на світ,

Гель озираючи;

їжа тобі буде

гидкіша, ніж змії

для людського погляду!

28 Чудовиськом станеш

для всіх, хто побачить!

Нехай Гримнір витріщиться,

кожен нехай витріщиться!

Прославишся більше,

ніж сторож богів,

що крізь ґрати дивиться!

* Гримнір - велетень

* Сторож богів - Геймдалль

29 Безумство і муки,

марення і тривога,

розпач, біль

нехай зростають!

Сядь переді мною -

нашлю на тебе

чорну хіть

і горе сугубе!

30 Тролі щодня

тебе мучитимуть

у житлі велетнів;

у будинок турсів інея

завжди будеш

безвільно плестись,

неминуче плестись;

не радість пізнаєш,

але тяжке горе

та скорботні сльози.

31 Триголового станеш

турса дружиною

або заміж не вийдеш!

Від хтивості сохни,

зачахни від хвороби!

Будь як вовчець,

що під камінь кладуть,

жнива закінчивши!

*Вовчець — будяк.

32 Я в гай пішов,

у сиру діброву

за прутом чарівним;

взяв чарівний прут.

33 Ти розгнівала Одіна,

асів голову,

Фрейр тобі ворог:

злочинна діво,

накликала ти богів

шалений гнів.

34 Слухайте, йотуни,

слухайте, турси,

насіння Ґуттунґа,

і самі аси!

Заборону накладаю,

закляття кладу

на діви втіхи,

на дівочі насолоди!

*Ґуттунґа насіння — велетні. Ґуттунґ – один велетень.

35 Грімґримнір турс

за ґрати смерті

посадить тебе;

тролі напоять

тебе під землею

козячою сечею;

смачнішого пиття

ти не отримаєш,

не з волі твоєї,

але з волі моєї!

36 Руни я ріжу —

турс і ще три:

хіть, божевілля

і неспокій;

але винищу їх,

як різав,

коли захочу».

* Турс — руна турісаз. У деяких джерелах вважається, що мають на увазі "Руни магії" *але винищу їх — зупиню магічний вплив

Собсно, якщо повідкушувати по шматках, склеїти ізострічкою та капнути трохи пива, то вийде цілком пристойне пороблення з рунами. Ліпити я його вам, звичайно ж, не буду, і руни наприкінці не скажу. Самі зрозумієте.

Як будується пісня Старшої Едди

Едичні пісні складені алітераційним віршем, заснованим на співзвучності початкових кореневих морфем та рахунок ударних складів (у кожному рядку щонайменше два слова повинні починатися з одного й того самого звуку).

І що ще головне у нас в Едичній поезії і чим це замовляння непогано так прикрашене? Правильно, кеннінгами* ("Суттунга насіння", "в житло велетнів"), плюс Скірнір не використовує ім'я дівчини (Ґерд), а замінює це Гейті* — Діва.

Якщо ж ви, містере "Я сам себе доведу до нервового тіку", хочете почати писати змови на манір Старшої Едди, у мене для вас є пару порад:

1) Дуже раджу починати з "Молодшої Едди", а саме з "Мова поезії", тому що без знання базових кеннінгів ("ясен битви" — воїн, "північний олень Свейді" — корабель, "полум'я сонця кораблів" — меч ("сонце кораблів" — щит, "полум'я щита" — меч)), буде мало що зрозуміло. Плюс будете знати, що Ясень/дуб – чоловік, а Іва/осина – жінка. Було заведено називати людей за назвами дерев.

2) Прочитати кілька пісень Старшої Едди, щоб подивитися, як саме будуються ці алітераційні вірші.

3) Намагайтеся. Переписуйте. Крайте шматки з Едди та додавайте більше кеннінгів!

Успіхів вам.

*Кеннінги — описові вирази (перифрази), якими замінювалися якісь іменники.

*Гейті — синонім, який використовується для позначення імені або предмета замість поширеного слова; заміна імен, перейменування

(Автор сайту norroen.info Тимофій Єрмолаєв живе в Україні)

Мова поезії — http://norroen.info/src/snorra/3ru.html

Старша Едда — http://norroen.info/src/edda/

Северная магия.

2022-07-06T17:29:20.984Z

Сегодня, пока у меня есть время и желание, хочется поговорить о сейде, спа, вёльвах и тулах. Что это такое, с чем едят и как оно вообще.

Для начала, определения страшных слов:

Сейд - это техника, которая включает в себя экстатический транс, позволяющий освободить душу или ворд. Сейд можно сравнить с «маленькой смертью», во время которой практикующий обретает возможность видеть будущее и неведомое.

Искусство spa – это умение видеть невидимое для других, а также предсказание того, что должно произойти.

Вёльва - провидица. Владели искусствами сейда и спа.

Тула - предсказатель. Использовалось по отношению к мужчинам.

Начнём, пожалуй)

Искусство Spa. Многие богини обладают этим умением. В Перебранке Локи Один говорит, что Гевьон открыто видение судеб (orlogs) настолько же, насколько и ему самому, Фрейя говорит там же, что видением orlogs владеет и Фригг, хотя и не говорит об этом. Снорри Стурлуссон говорит в прологе к Младшей Эдде, что Тор нашел предсказательницу (spakona) в северной части света, «и звали ее Сивилла, а мы зовём ее Сив». Среди асов мы так же находим самого Одина, зависящего от искусства предсказаний, которым владеют женщины.

Люди же, наделённые даром предвидения, как мужчины, так и женщины, часто появляются в сагах. Мы можем тут заметить первое чёткое отличие между искусством предсказания и практикой сейда. Предвидящие часто высоко уважаемы и ценимы сообществом, даже христианами - составителями саг спустя долгое время после конца язычества. Люди же, практикующие сейд, всегда маргинальны. Если первое почиталось предками как благое деяние пророчества, то второе ассоциировалось скорее с магией и с причинением зла.

Техники предсказаний сильно варьировались. Иногда предсказание требовало специальных трансовых техник, как в случае законоговорителя Торгейна, который «завернулся в плащ» на промежуток времени в двое суток для предсказания религиозного будущего Исландии. И принял решение, позволившее сохранить религиозное наследие Севера до той поры, пока оно было записано.

Тула

У тула, как и у предсказательницы и у сейдконы, было специальное сидение, на котором он сидел и с которого вещал свои посланные вдохновением слова, исходящие из источника Урд. Когда он сидит на возвышении, он находится в месте, откуда видны все судьбы (orlogs) мира. Заметим, что в случае, когда к Одину применяется титул Fimbul-thulr, используется фраза заклинательного типа, сообщающая о магическом использовании рун.…

Могучие знаки

Всесильный их сделал

И Фимбултур окрасил…

Особая черта сидения для тула, общая с тронами священных королей наших древнейших традиций, это то, что оно часто устанавливается на вершине могильного холма. В своих комментариях по поводу камня Шёлделева Молтке пишет, что «холм тула» - весьма обычное название какой-нибудь местности. Олрик сравнивает королевский обычай сидения на могильных холмах с сидением на платформе или высоком сидении, и связывает это с сакральным характером королевской власти на Древнем Севере.

Сейд

Одним из главных вопросов необходимо определить, что из себя, собственно, представляет сейд. Этим словом часто без разбору называют всё что угодно: предвидение, колдовство, отделение от тела в животной форме, магическое лечение посредством исцеления души или её части, финно-угорский или сибирский шаманизм, или даже непосредственное общение с богами и богинями.

В старых источниках использование сейда практически всегда связано с чем-то зловещим; несколько исключений имеют место, когда сейд связан только с предсказаниями.

Классическое описание сейда приводится в рассказе об Эрике Реде. Мудрая ясновидящая Торбьерг, чьи девять сестер тоже были ясновидящими, ходила из дома в дом. Люди хотели знать о будущем и об урожае. Она приходила, одетая в синий плащ, украшенный камнями. Плащ был подшит кожей, а на шее ее висело ожерелье из стеклянных бусин. Торбьерг носила капюшон из кожи ягненка и перчатки из меха кошки. Кошка — животное Фрейи и связано с сеидом. Обувь Торбьерг была сделана из телячьей кожи, с длинными язычками, на которых висели латунные колокольчики. На поясе висела кожаная сумочка с магическими принадлежностями, в руке был посох, украшенный латунью и жемчугом. Все ее вежливо приветствовали и угощали «кашей из козьего молока», которая в действительности готовилась из сердец определенных животных. Для сейда устанавливалось высокое сиденье, а вокруг усаживались женщины. Одна из женщин пела магическую песню, «vardlokkur», обязательную при сейде. Песня была столь прекрасной, что, по словам мудрой женщины, прилетало множество духов. Большинство из ее предсказаний также оказывались верными.

«Vardlokkur» — это вид гальдра или магической песни, которая вводит практикующего сейд в транс и направляет душу. Однако ее можно также использовать для вызывания духов и поиска потерянных душ. Пение играет важную роль в сейде. Норвежская история рассказывает о том, что однажды в сейде использовался хор из пятнадцати молодых мужчин и пятнадцати девушек. В другом рассказе упоминается мужчина, практикующий сейд, который сидит на сиденье и исполняет гальдр с такой силой, что шторм повергает его врага. В «Саге об Инглингах» описан сейд в применении к Одину:

«Один владел и тем искусством, которое всего могущественнее. Оно называется колдовство.С его помощью он мог узнавать судьбы людей и еще не случившееся, а также причинять людям болезнь, несчастье или смерть, а также отнимать у людей ум или силу и передавать их другим. Мужам считалось зазорным заниматься этим колдовством, так что ему обучались жрицы».

Искусство сейда связано с сексуальной магией. Вызвав сильное сексуальное возбуждение и вместо оргазма направив энергию в сознание, можно освободить душу. Та же самая техника пользуется индийскими тантристами для пробуждения кундалини, освобождения астрального тела и открытия третьего глаза. Слово «сейд» означает «внутренний жар» или «кипение» и является способом активации внутреннего огня. Для достижения экстаза в сейде используются песни, барабанный ритм и жезл.

Адміністрація WITCH CHANNEL та росіянці.

2022-06-07T17:50:58.585Z

Час іде, а у жителів вЯлікой все ще є питання на тему чому канал українською, та чому адміни такі агресивні. Зараз розповім, але принципово буду говорити українською, перекладачі вам на допомогу.

Почнемо з початку:
1) Пачиму канал перешел на украинский и чем это поддержка Украины?

Ну тут все дуже просто. У нашій країні війна, не "спєцапирация", а війна та геноцид. Кожен із нас любить свою країну та свій народ, любить свою історію та традиції та готов кричати про те, що він Українець навіть якщо за це йому пустять кулю у лоб. Для вас, расейцьі, патріотизм це кричати "Можем повторить" та "Своих не бросаем"(спойлер - полишаєте). Для нас патріотизм це співати пісні рідною мовою, котру у нас відбирали. Це носити вишиванки, котрі десятиріччями спаплюжували. Це допомагати армії грошима\волонтерством\інформацією. Ми занадто довго заплющували на все очі, але ваш хворий дід сказав одну річ "Россия заканчивается там, где заканчивается русский язык". Саме тому ми переходимо на рідну, що б ні одна собака більш не вважала нас браттями чи однією країною. Україна та Білорусь вам ніхто. Українець та Білорус вам не брат\сват\друг, запам'ятайте це. Я знаю, що на дерусофцкацію потрібно багато часу, та ми готові чекати. Адміністрация WITCH CHANNEL відхрещується від расєє та підтримує свою країну.

2) Мы просто народ, мы ни в чем не виноваты!! Это всё Путин, Лавров и тд!

а) Винен кожен з вас. Знаєте що таке "колективна відповідальність"? Ні? ох, звернемося до улюбленої Вікіпедії:

Колективна відповідальність — форма відповідальності, коли за діяння, вчинені одним або кількома членами групи (сім'ї, роду, господарської організації, трудового колективу, військового підрозділу, класу або групи в навчальному закладі, жителів одного населеного пункту тощо) несе відповідальність вся група загалом.
Принцип колективної відповідальності застосовується зазвичай в тих випадках, коли більш-менш згуртована група виступає відносно суб'єкта в єдиній ролі і для суб'єкта не мають значення взаємовідносини всередині групи (феодал — село, командир — підрозділ, замовник — робоча бригада тощо).

Якщо ми ще подивимось на рос. Вікі, то там є приписка:

Коллективная ответственность выражается в возложении обязанностей, наказаний и поощрений на группу в целом, без учёта её структуры, роли отдельных членов в группе и их вклада в деятельность группы.

Пояснюю для нетямущих. Ось коли ви приписуєте собі перемогу СРСР у війні, ви ж усім народом кажете "Таааак, це ми, ми перемогли, можем повторить". Коли футболісти у вас виграють, ви ж такі "оооо, ми классні". Так і у випадку коли ваша держава пішла війною на іншу, тут тоже все ваше, сюрприииииз. Нажаль неможливо приписувати собі тільки перемоги держави, її пройоби теж доведеться прийняти та нести цей тяжкий хрест)))

б) Ой, а я і не знала, що на передовій проти нас лише дві людини і шо то Путін та Лавров особисто вбивають людей, гвалтують жінок та дітей та обстрілюють міста. Ви шо кончені? На нашу землю прийшли такі ж "звичайні" люди. Ваші чоловіки, батьки, кохані. Ваші жінки дзвонять їм та кажуть "насилуй хохлушек" та "я бы убила этих детей переселенцев". Ось вам декілька фоток з нашої крайні:

А ось тут ви можете побачити батьків, чия дитина 18 місяців вмерла від кулі окупанта:

А тут Андрій та Валерія, котрі були чоловіком та дружиною лише три дні, а потім Андрія вбили у підземеллях Азовсталі. Гарні вони, правда? Думаю вони б могли прожити дуже гарне життя, та він би купив дружині велику та гарну каблучку, а не робив її з фольги, але у них це все відібрали.

Подивимось трохи на дітей котрі постраждали від ваших співвітчизників?

А у Маріуполі у нас кладовища на дитячих майданчиках та біля під'їздів, бо там не можуть поховати своїх близьких нормально.

І хочете сказати це робить лише Путін? Нііі, крихітки, це все робить кожен з вас. І кожен винен у різному ступені.
Ви ниєте, що у вас немає маку та айфон багато коштує, а у нас ось, гарно дуже.

3) Давайте жить мирно, мы же братские народы!

З такою хуйнею ви дуже швидко їдете нахуй. Як то кажуть, Тамбовский волк вам брат. Ми вільні люди, зі своєю історією та силою. Ми ніколи не будемо родичами з сцикливими імперіалістами котрі у себе все до ладу привести не можуть, але увесь час розповідають усім як жити. Ви кажете, що не обирали владу? Так тепер ви збираєте плоди своєї байдужості та свого страху. Але якщо не обирали, чому ж так багато (не)людей підтримують хворого діда? М? Насолоджуйтесь, росіяни, це все причинно - наслідкові зв'язки та відповідати вси усі будете ще довго.

Підсумок: Степан Бандера зазначав про ставлення українських націоналістів до представників інших націй таке

«До тих неукраїнців, котрі розуміють прагнення українців вибороти свою національну державу, прихильно до цього ставляться і допомагають у боротьбі — прихильне; до тих, котрі займають нейтральну позицію, але не перешкоджають нашій боротьбі — нейтральне; лише до тих, хто заперечує право українців бути державною нацією і протидіє нам — вороже»

Це до того, що ми не ненавидимо усю русню до одного, є ще люди серед вас котрі можуть думати та приймають свою відповідальність, борються проти свого імператора не словом, а ділом та інше. Але ті тупі курви, що качають права, закликають вбивати наш народ, розповідають які ми нацисти та дітей наших треба катувати, кричать в інтернетику що усі до них погано ставляться та нічого при цьому не змінюють - ми вас будемо цькувати. Поки кров у наших венах тече, поки наше серце відбиває шалений ритм та поки ми дихаємо. Згодом на наше місце прийдуть наші діти, та вони будуть теж вас цькувати, а потім іх діти і так до бескінечності.

І ще раз: МИ НЕ БРАТИ, ВИ ВИННІ, БІЛЬШОСТІ З ВАС ТУТ НЕ РАДІ.

Перебранка Локи

2021-12-22T00:53:24.372Z

Об Эгире и богах

Эгир, который иначе назывался Гюмир, наварил асам пива, когда получил огромный котел, о чем только что было рассказано. На этот пир пришли Один и Фригг, его жена. Тор не пришел, потому что он был в то время на востоке. Сив была там, жена Тора, Браги и Идун, жена его. Тюр был там, он был однорукий, Волк Фенрир откусил ему руку, когда Волка связывали. Там был Ньёрд и жена его Скади, Фрейр и Фрейя, Видар, сын Одина. Локи был там и слуги Фрейра — Бюггвир и Бейла. Много там было асов и альвов. У Эгира было двое слуг — Фимафенг и Эльдир. Светящееся золото освещало палату. Пиво само лилось в кубки. Все должны были соблюдать там мир. Гости с большой похвалой говорили, какие у Эгира хорошие слуги. Локи не стерпел этого и убил Фимафенга. Тогда асы стали потрясать щитами и кричать на Локи. Они прогнали его в лес, а сами сели пировать.

Локи вернулся и встретил Эльдира. Локи обратился к нему:

1. «Эльдир, ответь,
прежде чем ты
с места сойдешь:
о чем на пиру
за пивом хмельным
беседуют боги?»

Эльдир сказал:

2. «Об оружье своем,
о смелости в битвах
беседуют боги;
но никто из них другом
тебя не зовет —
ни асы, ни альвы».

Локи сказал:

3. «К Эгиру в дом —
войти я решил
и на пир посмотреть;
раздор и вражду
я им принесу,
разбавлю мед злобой».

Эльдир сказал:

4. «Если в палаты
войти ты решил,
на пир посмотреть
и асов забрызгать
грязной бранью —
об тебя ж оботрут ее».

Локи сказал:

5. «Знаешь ли, Эльдир,
если начнем мы
обидно браниться,
я ответами буду
богаче тебя,
если ты не замолкнешь».

После этого Локи вошел в палату. Но когда сидевшие внутри увидели, кто вошел, они все замолкли. Локи сказал:

6. «Я, Лофт, издалека,
жаждой томимый,
в палату пришел,
асов прошу я,
чтоб кто-нибудь подал
мне доброго меда.

7. Что ж вы молчите,
могучие боги,
что слова не скажете?
Пустите меня
на пиршество ваше
иль прочь прогоните!»

Браги сказал:

8. «Не пустят тебя
на пиршество наше
боги могучие;
ибо ведомо им,
кого надлежит
на пир приглашать».

Локи сказал:

9. «Один, когда-то —
помнишь ли? — кровь
мы смешали с тобою, —
сказал ты, что пива
пить не начнешь,
если мне не нальют».

Один сказал:

10. «Видар, ты встань,
пусть Волка отец
сядет за стол наш,
чтоб Локи не начал
бранить нечестиво
гостей в доме Эгира».

Тогда Видар встал и налил кубок Локи, но тот, прежде чем выпить, обратился к асам:

11. «Славьтесь, асы,
и асиньи, славьтесь,
могучие боги!
Одного я не стану
приветствовать — Браги,
что сел в середине».

Браги сказал:

12. «Меч и коня
тебе я вручу,
и кольцом откуплюсь я;
не начал бы только
ты ссор затевать;
бойся гнева богов!»

Локи сказал:

13. «Не дашь ты коня
и кольца ты не дашь:
посул твой напрасен;
из асов и альвов,
что здесь собрались,
ты самый трусливый
и схваток страшишься».

Браги сказал:

14. «Когда бы не здесь,
не у Эгира в доме
с тобою сошлись мы,
своею рукой
твою голову снял бы
в отплату за ложь».

Локи сказал:

15. «Сидя ты храбр —
украшенье скамьи, —
но в битве беспомощен!
Смелость свою
покажи в сраженье!
Кто смел, тот не медлит».

Идун сказала:

16. «Браги, не надо
У Эгира в доме
ссориться с Локи;
уместны ли распри
среди сыновей
родных и приемных!»

Локи сказал:

17. «Ты, Идун, молчи!
До мужчин ты всех боле
из женщин жадна,
ведь руки твои
того обнимали,
кем брат твой убит».

Идун сказала:

18. «Локи я словом
не оскорбляла
у Эгира в доме:
я Браги смирить
хмельного старалась
и распрю пресечь».

Гевьон сказала:

19. «Зря вы, два аса,
друг друга язвите
речами бранчливыми:
ведает Лофт,
что слывет шутником
и любимцем богов».

Локи сказал:

20. «Ты, Гевьон, молчи!
О юнце я напомню,
тебя совратившем:
дарил он уборы
в обмен на твои
любовные ласки».

Один сказал:

21. «Безумен ты, Локи,
что дерзостно вздумал
Гевьон гневить:
ведь ей, как и мне,
открыты и ясны
судьбы всех сущих».

Локи сказал:

22. «Ты, Один, молчи!
Ты удачи в боях
не делил справедливо:
не воинам храбрым,
но трусам победу
нередко дарил ты».

Один сказал:

23. «Коль не воинам храбрым,
но трусам победу
нередко дарил я,
то ты под землей
сидел восемь зим,
доил там коров,
рожал там детей,
ты — муж женовидный».

Локи сказал:

24. «А ты, я слышал,
на острове Самсей
бил в барабан,
средь людей колдовал,
как делают ведьмы, —
ты — муж женовидный».

Фригг сказала:

25. «К чему говорить
о прежних делах,
о том, что свершали
вы, двое асов,
в давнее время;
что старое трогать!»

Локи сказал:

26. «Ты, Фригг, молчи!
Ты Фьёргюна дочь
и нравом распутна:
хоть муж тебе Видрир,
ты Вили и Ве
обнимала обоих».

Фригг сказала:

27. «Будь тут со мной
у Эгира в доме
Бальдру подобный,
ты б не покинул
пиршество асов
без схватки жестокой».

Локи сказал:

28. «Хочешь ты, Фригг,
дальше послушать
дерзкие речи:
из-за меня ведь
Бальдр не вернется
к тебе никогда».

Фрейя сказала:

29. «Безумен ты, Локи,
зачем о злодействах
рассказ ты завел:
все судьбы Фригг,
я думаю, знает,
хоть в тайне хранит их».

Локи сказал:

30. «Ты, Фрейя, молчи!
Тебя ль мне не знать;
ты тоже порочна:
всем ты любовь
свою отдавала —
всем асам и альвам».

Фрейя сказала:

31. «Лжив твой язык;
тебя он, я знаю,
к беде приведет:
разгневаны асы
и асиньи тоже,
понурым вернешься ты».

Локи сказал:

32. «Ты, Фрейя, молчи!
Ты, злобная ведьма,
погрязла в разврате:
не тебе ли пришлось —
пойманной с братом —
визжать с перепугу!»

Ньёрд сказал:

33. «Беды нет великой,
коль женщина делит
ложе с мужчиной,
хуже, что ас
женовидный, рожавший,
на пир наш пришел».

Локи сказал:

34. «Ты, Ньёрд, молчи!
Не ты ли богами
был послан заложником;
дочери Хюмира
в рот твой мочились,
как будто в корыто».

Ньёрд сказал:

35. «Пусть я далеко
заложником был,
но тем я утешен,
что сына родил я, —
дорог он всем,
он — первый из асов».

Локи сказал:

36. «Ньёрд, перестань!
Похваляться не смей!
Не стану скрывать я:
прижил ты сына
с сестрою родной, —
что может быть хуже!»

Тюр сказал:

37. «Фрейр самый лучший
в чертоге богов
воинственный всадник;
не обижал он
дев или жен,
отпускал полоненных».

Локи сказал:

38. «Ты, Тюр, молчи!
Мирить не умел ты
в распре врагов:
правую руку
твою помяну я,
что Фенрир отгрыз».

Тюр сказал:

39. «Я лишился руки,
а Хродрвитнир где твой!
Оба терпим потерю;
но тяжко и Волку
в цепях дожидаться
заката богов».

Локи сказал:

40. «Ты, Тюр, молчи!
От меня родила
жена твоя сына;
за бесчестье с тобой
я не расчелся —
стерпел ты, презренный!»

Фрейр сказал:

41. «Волк должен лежать
в устье реки
до кончины богов;
если ты не замолкнешь —
тотчас же будешь
закован, злодей!»

Локи сказал:

42. «Ты золото отдал
за Гюмира дочь
и меч свой в придачу;
чем драться ты будешь,
коль Муспелля дети
сквозь Мюрквид поскачут?»

Бюггвир сказал:

43. «Был бы я равен
Ингунар-Фрейру
в чертоге счастливом,
я б растерзал,
разорвал бы я в клочья
ворону зловредную».

Локи сказал:

44. «Что там за мелочь
виляет хвостом,
пресмыкаясь пред сильными?
Вечно подачек
ты просишь у Фрейра,
за жерновом ноя».

Бюггвир сказал:

45. «Бюггвир зовусь,
меж людей и богов
быстрым прослыл я;
почетно сидеть мне
с сынами Хрофта
на пиршестве пышном».

Локи сказал:

46 .«Ты, Бюггвир, молчи!
Не умел никогда ты
пищу подать;
не ты ль под столами
в соломе скрывался
при каждом сраженье!»

Хеймдалль сказал:

47. «Ты, Локи, от пива
рассудка лишился;
замолкнешь ли, Локи?
Язык свой не в силах
тот обуздать,
кто не в меру напьется».

Локи сказал:

48. «Ты, Хеймдалль, молчи!
От начала времен
удел твой нелегок:
с мокрой спиной
на страже богов
неустанно стоишь ты».

Скади сказала:

49. «Локи, ты весел,
но будешь недолго
резвиться на воле,
ибо к скале тебя
сына кишками
боги привяжут».

Локи сказал:

50. «Если к скале меня
сына кишками
боги привяжут —
знай, что я первым
был и последним
в час гибели Тьяци».

Скади сказала:

51. «Если ты первым
был и последним
в час гибели Тьяци,
то в доме моем
всегда тебе будут
гибель готовить».

Локи сказал:

52. «Ласковей ты
призывала когда-то
Локи на ложе:
стоит то вспомнить,
коль начали счет мы
деяний недобрых».

Тогда вышла вперед Сив, налила Локи в хрустальный кубок меду и сказала:

53. «Привет тебе, Локи!
Кубок хрустальный
с медом прими
и меня на пиру
могучих богов
в речах не порочь!»

Он взял рог и выпил.

54. «Порочить не стал бы,
когда б ты и впрямь
была неприступной;
но знаю, с одним —
и мне ли не знать! —
изменила ты мужу, —
то был злобный Локи».

Бейла сказала:

55. «Горы дрожат,
то едет, я думаю,
Хлорриди грозный;
принудит молчать он
того, кто поносит
могучих богов».

Локи сказал:

56. «Ты, Бейла, молчи!
Ты, жена Бюггвира,
мрази вместилище;
выродок ты
меж богами великими,
скотница грязная!»

Тут вошел Тор и сказал:

57. «Мерзостный, смолкни!
Принудит к молчанью
тебя молот Мьёлльнир!
Скалу твоих плеч
с плеч я снесу, —
конец твой настанет».

Локи сказал:

58. «Вот и сын Ёрд
прибыл сюда:
что ж браниться ты начал?
Не будешь ты смелым,
с Волком сражаясь,
что Одина сгубит».

Тор сказал:

59. «Мерзостный, смолкни!
Принудит к молчанью
тебя молот Мьёлльнир!
Вверх я заброшу
тебя на восток, —
сгинешь совсем ты».

Локи сказал:

60. «Полно тебе
поминать о походах
твоих на восток, —
ты в рукавице
прятался там,
не опомнясь от страха».

Тор сказал:

61. «Мерзостный, смолкни!
Принудит к молчанью
тебя молот Мьёлльнир!
Правой рукой
на тебя я обрушу
Хрунгнира гибель».

Локи сказал:

62. «Еще доведется
долго мне жить,
угроз не страшусь я;
Скрюмира были
крепки ремни,
до еды не достать —
от голода гиб ты».

Тор сказал:

63. «Мерзостный, смолкни!
Принудит к молчанью
тебя молот Мьёлльнир!
Хрунгнира гибель
швырнет тебя в Хель
к воротам смерти».

Локи сказал:

64. «Я высказал асам,
я высказал асиньям
все, не таясь,
тебе ж уступлю
и отсюда уйду, —
ты станешь сражаться.

65. Пива ты, Эгир,
немало припас,
но напрасно старался:
пусть все, чем владеешь,
в пламени сгинет,
пусть опалит
огонь тебе спину!»

О Локи

После этого Локи, в образе лосося, спрятался в водопаде фьорда Франангр. Там асы поймали его. Он был связан кишками сына своего Нари, а сын его Нарви превратился в волка. Скади взяла ядовитую змею и повесила ее над лицом Локи. Из змеи капал яд. Сигюн, жена Локи, сидела там и подставляла чашу под капающий яд. А когда чаша наполнялась, она ее выносила, и в это время яд из змеи капал на Локи. Тогда он корчился так сильно, что вся земля дрожала. Теперь это называется землетрясением.

Вороны Ут-Рёста

2021-12-22T00:32:41.348Z

Нередко случается, что рыбаки северной Норвегии, вернувшись с промысла домой, находят то прилипшие к рулю хлебные колосья, то ячменные зерна в желудке у выловленной рыбы.

Тогда они знают, что их лодки проходили мимо чудесных островов, о которых поется в старых дедовских песнях. Солнце светит там ярче, чем всюду, луга там зеленее, поля плодороднее, а рыба в море никогда не переводится — сколько ни закидывай сеть, всегда полна.

Но не всем дано увидеть эти острова. Только чистому сердцу и смелому душой в недобрый час, когда яростные волны грозят гибелью, открываются эти таинственные земли. И счастлив тот, кто ступит на их приветливые, солнечные берега, — он спасен.

Предание рассказывает, что в море есть три таких острова. Один остров называется Сандфлес. Он поднимается из морской глубины недалеко от Гельголанда, и берега его изобилуют рыбой и дичью.

У другого острова нет названия. Словно нехотя показывается он в водах Вестфьёрда. Его ровная поверхность так и остается под водой, и только тяжёлые налитые колосья колышутся над свинцовыми волнами.

Третий остров — самый большой — появляется недалеко от Рёста, южнее Лофотенских островов, и называется он Ут-Рёст.

Жители этой благодатной земли не знают нужды.

По зелёным обширным пастбищам Ут-Рёста ходят тучные стада, поля золотятся ячменными колосьями, у причалов стоят суда с рыболовными снастями, всегда готовые выйти в плаванье.

Старые рыбаки рассказывают, что им случалось видеть в море неведомые корабли, которые неслись им навстречу под всеми парусами.

Кажется, вот-вот корабль врежется в рыбачий баркас… Но в самую последнюю минуту корабль вдруг исчезал, словно облако, развеянное ветром.

— Это Ут-Рёст вышел на лов, — говорили тогда рыбаки.

Много лет тому назад жил недалеко от Рёста бедный рыбак, по имени Маттиас.

Детей у него был полон дом, а добра всего-навсего — лодка и две козы. Лодка была старая, не раз чиненная, а козы тощие и облезлые, потому что кормились они рыбьими хвостами да жалкой травкой, которую им удавалось найти на прибрежных скалах.

Трудно жилось Маттиасу. Дети его частенько бегали голодные. Но он был не из тех, кто жалуется на судьбу и вешает голову, склоняясь перед неудачей.

— Ничего, нынче ветер встречный, завтра будет попутный, — любил приговаривать Маттиас, когда ему не везло. А не везло ему часто, — гораздо чаще, чем везло.

И вот однажды вышел Маттиас в море на рыбную ловлю. Давно уже не было у него такого хорошего улова, как в этот раз.

Одну за другой вытаскивал он тяжёлые сети.

Лодка его чуть ли не до половины была полна рыбой, и он уже радовался, подсчитывая, сколько муки и сала купит на деньги, вырученные от продажи рыбы.

Он был так занят своим делом, что не заметил, как чёрная туча затянула небо. Вдруг стемнело, налетел ураган и поднялась такая буря, какой Маттиас не видывал отроду.

Отяжелевшую от груза лодку так и бросало из стороны в сторону. В конце концов бедняге пришлось выбросить за борт весь улов, чтобы не пойти ко дну вместе со своим богатством… И всё-таки ему было нелегко удержаться на расходившейся волне.

Но недаром Маттиас прожил всю свою жизнь на море.

Много часов боролся он с бурей, ловко поворачивая лодку всякий раз, когда тяжёлые валы обрушивались на неё и морская пучина готова была её поглотить.

Время шло, а буря не утихала и туман сгущался всё больше и больше. В какую сторону ни всматривался Маттиас, земли нигде не было видно. То ли его закружила буря, то ли ветер переменился, только он понял, что его несёт в открытое море.

Он плыл и плыл, а куда — и сам не знал.

И вдруг среди грохота волн и воя ветра, где-то перед носом лодки, раздался хриплый крик ворона.

Сердце у Маттиаса сжалось.

«Это, верно, морской дух поёт мне погребальную песню, — подумал рыбак. — Видно, пришёл мой последний час…»

В мыслях своих он стал прощаться с женой и детьми и готовиться к смерти. А карканье послышалось уже совсем рядом.

Маттиас поднял голову. Перед самым бортом мелькнуло что-то чёрное, и он увидел на обломках мачты трёх огромных воронов.

Но в это время сильная волна подхватила его лодку и понесла дальше.

Скоро Маттиас уже не мог бороться с бурей. Ослабевшие руки не справлялись с рулем. От голода и жажды он совсем обессилел. И кончилось тем, что он закрыл глаза и заснул, опустив голову на руль…

Очнулся Маттиас оттого, что ему почудилось, будто лодка его коснулась берега и тихо покачивается на месте.

Он вздрогнул и поднял голову.

Тучи разошлись. Сквозь разрывы облаков проглядывало солнце и своими яркими лучами освещало прекрасную землю. Склоны холмов, покрытые бархатными лугами и золотыми нивами, спускались к самому берегу, а горы до самых вершин были одеты в зелёный лесной наряд.

Воздух был словно пропитан душистым запахом травы и цветов, и Маттиас вдыхал его всей грудью, точно это был сладкий живительный напиток.

«Теперь я спасен, — подумал Маттиас. — Это Ут-Рёст!»

Он вытащил лодку на песок и пошёл по тропинке, которая едва заметной ниточкой тянулась через ячменное поле. С удивлением смотрел Маттиас по сторонам — никогда в жизни не видел он таких тяжёлых, налитых колосьев.

Тропинка привела его к низенькой землянке, покрытой свежим дёрном. На её зеленой крыше паслась белая коза с золотыми рогами и шёлковой шерстью. А перед землянкой на почерневшей колоде сидел маленький старичок в голубом кафтане и курил трубку. Борода у него была такая большая, что свешивалась чуть не до самых колен.

— Добро пожаловать, Маттиас, к нам на Ут-Рёст, — сказал старичок.

— Пусть счастье никогда не покинет эту землю, отец, — сказал Маттиас. — Но разве ты меня знаешь?

— А как же мне тебя не знать? Конечно, знаю, — сказал старичок. — Может, погостишь у нас?

— С радостью, отец, — ответил Маттиас.

— И мы хорошему человеку всегда рады, — сказал старичок. — Скоро и сыновья мои вернутся. Да ты не видел ли их в море?

— Нет, отец, никого я в море не видел, кроме трех воронов.

— Да ведь это мои сыновья и были, — сказал, посмеиваясь, старик. Он выколотил свою трубочку и встал. — Ну, входи, входи, добрый человек. Небось проголодался, пить-есть хочешь. — И он открыл перед Маттиасом дверь своей землянки.

Маттиас переступил порог да так и застыл на месте от удивления. В жизни своей не видел он сразу столько всякой еды. Стол так и ломился под тяжестью мисок, плошек, горшков, кувшинов. И чего только в них не было! И жареное, и варёное, и солёное, и копчёное, и творог, и сметана, и сыр, и паштет, и целая гора бергенских баранок, и пиво, и мёд…

Маттиас ел-пил сколько вздумается, и все равно тарелка перед ним была будто нетронутая, а стакан — полным.

Сам старичок-хозяин ел немного, говорил и того меньше и всё на дверь поглядывал.

Вдруг снаружи зашумели, захлопали сильные крылья и послышалось хриплое карканье.

Дверь с шумом отворилась, и в горницу вошли три рослых плечистых парня — один выше другого.

— Вот они, мои сыновья, — сказал старичок с гордостью.

Маттиасу стало не по себе, когда он увидел этих здоровенных молодцов. Он поспешил встать из-за стола. Но братья снова усадили его вместе с собой.

Каждый из трёх братьев ел и пил за троих, а на столе ничего не убывало, словно никто не прикасался к еде-питью.

К концу ужина братья совсем подружились с Маттиасом. И когда они встали наконец из-за стола, старший сказал Маттиасу:

— Ну, приятель, ложись-ка спать. Завтра на рассвете мы выйдем на лов и тебя возьмём с собой. Не возвращаться же тебе домой с пустыми руками.

На другое утро, чуть свет, они вышли в море.

Едва лодка отчалила от берега, как поднялась страшная буря.

Старший брат держал руль, средний держал парус, а младший сидел на носу.

Маттиасу дали большой черпак, чтобы он вычерпывал воду. Ну и пришлось же ему поработать! Черпак так и мелькал у него в руках. И если бы Маттиас не был весь мокрый от воды, он давно бы промок от пота.

Лодка неслась под всеми парусами, и братья даже не приспустили их. А когда воды в лодке набиралось очень уж много, братья ставили её так, чтобы она накренилась набок, и вода водопадом стекала с кормы.

Наконец буря утихла — так же внезапно, как началась.

Братья достали свои рыболовные снасти и закинули в море. И Маттиас закинул свою сеть.

Рыбы в этих местах водилось столько, что братья то и дело вытягивали полные сети, и только сеть Маттиаса как была, так и оставалась пустой.

— Что же это у тебя, приятель, дело не ладится? — сказал старший брат и переглянулся с младшим. — Ведь рыбы кругом довольно.

— Рыбы-то много, да удачи мало, — ответил Маттиас.

— Может, у тебя сеть негодная, — сказал средний брат.

А младший прибавил:

— Возьми-ка вот эту! Она у нас запасная.

Маттиас закинул новую сеть, и не успела она погрузиться в море, как её уже надо было вытаскивать. За всю свою жизнь Маттиас не видел столько рыбы, сколько выловил теперь за один раз.

Когда лодка была полна рыбой до краёв, братья опять поставили парус и повернули лодку к берегам своего чудесного острова.

Подул попутный ветер, и лодка скользила по волнам так же легко и быстро, как и тогда, когда она шла порожняком.

Вернувшись на берег, братья вместе с Маттиасом вычистили рыбу и развесили на вешала — сушиться и вялиться.

А на другой день снова вышли в море… И в какую бы сторону они ни плыли, ветер всегда был для них попутным, а рыба словно поджидала, когда они забросят свои сети.

Целую неделю прожил Маттиас на Ут-Рёсте и наконец стал собираться домой.

Хозяева не удерживали его.

Они отдали ему всю рыбу, которую наловили в тот день, да сверх того подарили ему на прощанье новый восьмивёсельный бот и, в придачу к нему, целый мешок муки, целую штуку тонкой парусины, бочонок сала и ещё много всякого добра.

Маттиас не знал, как и благодарить старика и его сыновей.

— Век не забуду вас и вашу счастливую землю, — говорил он, кланяясь.

— А не забудешь, так милости просим к нам опять на ту весну, — сказал старичок. — Поедешь с нами рыбу продавать. К твоему приезду она как раз высушится.

— Да как же мне вас в другой раз найти? Нынче-то меня буря к вам забросила.

— А ты следуй за вороном, когда он прямо в открытое море летит, — вот и найдёшь нас, — сказал старичок. — Ну, попутного тебе ветра! Прощай!

И не успел Маттиас отчалить, как Ут-Рёст скрылся в тумане. Кругом, куда ни посмотришь, без конца и без края простиралось море.

Попутный ветер подхватил лодку Маттиаса и понёс к родным берегам.

Весь год прожил Маттиас дома без горя и забот.

А весною, чуть только миновали зимние бури, он снова снарядил свою лодку и вышел в море.

Сразу же над его парусом закружился ворон.

Ворон хрипло каркнул три раза и полетел, показывая Маттиасу путь к берегам Ут-Рёста… У причалов чудесного острова уже стоял наготове корабль.

Маттиас никогда не видел такого большого, богатого корабля.

Он был так велик, что от носа до кормы не долетал человеческий голос, и поэтому посередине корабля стоял матрос, который, услышав команду штурмана, передавал её рулевому. Да и то обоим приходилось кричать во всё горло.

Хозяева Ут-Рёста уже погрузили на корабль рыбу своего улова, и теперь оставалось только снести в трюм долю Маттиаса.

Но сколько ни снимали рыбу с вешал, на которых она сушилась, рыбы на вешалах не становилось меньше. На Ут-Рёсте ни в чём не бывает убыли.

Наконец трюм был набит доверху, и корабль отчалил.

В Бергене Маттиас удачно продал свою рыбу и на вырученные деньги по совету старика купил двухмачтовое судно со всем рыболовным снаряжением.

— Ну, Маттиас, — сказал хозяин Ут-Рёста, прощаясь с ним, — пришло время нам расставаться. Ты нас больше не увидишь. Но пока сердце твоё бесстрашно, пока не знает оно жадности, мы будем стоять подле тебя у руля, своими плечами будем подпирать мачту во время бури, вместе с тобой будем закидывать сети. И счастье не покинет тебя!

Так оно с тех пор и пошло.

Какое бы дело ни начал Маттиас, удача ни разу не изменяла ему, а беда далеко обходила его дом на суше и корабль на море.

И всегда, когда он вёл свой парусник по неспокойным морским волнам, когда он закидывал свои сети и вытаскивал их, чьи-то невидимые руки помогали ему держать руль, ставить паруса и тянуть сеть.

Правда, никогда больше не довелось ему увидеть волшебный остров и его щедрых хозяев, но каждый год, в тот самый день, когда буря принесла его к чудесным берегам Ут-Рёста, он убирал парусник разноцветными флагами и зажигал огни в честь невидимых друзей.

На восток от Солнца, на запад от Луны

2021-12-22T00:30:43.440Z

У одного бедного крестьянина было много детей, а кормить и одевать их было не на что. Дети крестьянина отличались красотой, но краше всех была младшая дочь, равной ей по красоте не сыскать на целом свете. Однажды поздней осенью, в четверг вечером, когда стемнело, дул ветер и дождь барабанил в стены дома, семья сидела вокруг печки и каждый занимался своим делом. Вдруг кто-то три раза постучал в окно. Хозяин вышел посмотреть, кто это: перед ним стоял огромный белый Медведь.

— Добрый вечер! — сказал Медведь.

— Добрый вечер! — ответил хозяин.

— Если ты отдашь мне свою младшую дочь, ты будешь так же богат, как сейчас беден, — сказал Медведь. Крестьянину очень хотелось стать богатым, но он решил сначала поговорить с дочерью. Он вошел в дом и сказал, что Медведь обещает сделать всех богатыми, если только он получит младшую дочь.

— Нет, — сказала она, и крестьянин вышел к Медведю и просил его прийти за ответом в следующий четверг. А между тем девушку не оставляли в покое. Родные твердили ей о тех богатствах, которые они получат, и о том, как ей самой будет хороню. В конце концов она согласилась. Она постирала и починила свои платья, нарядилась как можно лучше и приготовилась к отъезду. Вещей у нее было немного.

В следующий четверг пришел Медведь. Она села к нему на спину со своим узелком, и они отправились в путь. Когда они отошли далеко от дома, Медведь спросил:

— Тебе не страшно?

— Нет, не страшно.

— Держись крепко за мой загривок и ничего не бойся, — сказал Медведь.

Они шли долго, пока не остановились перед высокой горой. Медведь постучал, в горе растворились ворота, и они вошли в замок. Все комнаты были освещены, повсюду сверкало золото и серебро. В просторном зале стоял накрытый стол. Такое богатство, что ты мне не поверишь! Медведь дал девушке серебряный колокольчик. Пусть позвонит, когда ей что-нибудь понадобится. Вечерело. Утомленная дорогой, она поужинала и захотела спать. Она позвонила в колокольчик и незаметно очутилась в спальне, где стояла приготовленная постель, такая великолепная, что каждому захотелось бы в нее лечь: белье было шелковым, а балдахин — с золотой бахромой. Все вещи в спальне были сделаны из золота или серебра. Когда она легла и потушила свет, в комнату вошел человек и лег рядом с ней. Это был Медведь, сбросивший с себя на ночь шкуру. Но ей никогда не удавалось его разглядеть. Он приходил после того, как она тушила свет, и уходил до зари.

Первое время все шло хорошо. Но потом она загрустила. Целыми днями она оставалась одна, и ей захотелось домой к родителям, братьям и сестрам. Медведь спросил, чего ей недостает. Она ответила, что скучает в одиночестве, ей хочется повидать родителей, братьев и сестер; разлука с родными ее сильно огорчает.

— Ну что ж, ты можешь с ними увидеться, — сказал Медведь, — но обещай мне не говорить со своей матерью наедине. Она возьмет тебя за руку и поведет в другую комнату, чтобы поговорить с глазу на глаз. Не делай этого, или мы оба будем несчастливы.

Однажды в воскресенье пришел Медведь и сказал, что можно отправиться к ее родным. Она села к нему на спину, и после долгого пути они подошли к большой светлой усадьбе. Братья и сестры резвились перед домом так, что любо было смотреть на них.

— Здесь живут твои родители, — сказал Медведь, — но не забудь того, о чем я тебе говорил, иначе и ты, и я будем несчастливы.

— Нет, нет, не забуду! — И девушка вошла в усадьбу, а Медведь скрылся.

Родные были вне себя от радости, когда ее увидели. Они не знали, как отблагодарить ее за то, что она для них сделала. Они жили очень хорошо и все спрашивали ее, как ей живется у Медведя. Она сказала, что у нее есть все, что только можно пожелать. Не знаю, что она еще им рассказывала, но думаю, они толком не разобрались, как обстоит дело.

Вечером, после обеда, случилось все так, как предсказывал Медведь: мать захотела поговорить с ней с глазу на глаз. Девушка помнила слова Медведя и пыталась всячески избежать этого разговора.

— Мы всегда найдем время поговорить, — сказала она.

Но под конец мать уговорила дочь, и девушке пришлось рассказать все.

Она рассказала, что каждую ночь, когда погасят свет, к ней приходит человек и ложится рядом. Она никогда его не видела, потому что он уходит до рассвета. Ей тяжело, хотелось бы увидеть его. А днем ей скучно оттого, что она совершенно одна.

— Наверное, он тролль, — сказала мать, — но я научу тебя, как его увидеть. Я дам тебе огарок свечи, спрячь его у себя на груди, а когда тролль уснет, зажги свечу, но смотри, чтобы сало на него не капнуло.

Дочь взяла огарок и спрятала на груди. Вечером за ней пришел Медведь.

По дороге Медведь спросил, не случилось ли того, что он предсказывал.

Она не стала его обманывать.

— Если ты послушаешься свою мать, мы оба будем несчастливы и нам придется расстаться, — сказал он.

— Нет, — обещала девушка.

Когда они пришли домой и она легла спать, все шло, как обычно: пришел человек и лег с ней рядом.

Но среди ночи, когда он заснул, она встала, высекла огонь, зажгла свечу и осветила его. Перед ней лежал самый прекрасный на свете принц. Она была так счастлива, и ей показалось, что она умрет, если тут же не поцелует его. И она поцеловала его, но в тот же миг три горячие капли сала упали на его рубашку и он проснулся.

— Что ты наделала?! — сказал принц. — Теперь мы оба будем несчастливы. Если б ты потерпела только один год, я был бы спасен. Моя мачеха заколдовала меня: днем я медведь, а ночью — человек. Но теперь мы должны расстаться, я должен ехать к ней. А она живет в замке, на восток от солнца и на запад от луны. В том же замке живет принцесса, ее дочь, у которой нос в три аршина длиной. Вот на ней-то мне и придется жениться.

Девушка заплакала, но ничего нельзя было поделать — он должен был ее покинуть. Она спросила, не может ли он взять ее с собой.

— Нет, это невозможно.

— Покажи мне дорогу, и я буду тебя искать. Позволь мне это! — просила она.

Что же, пусть ищет, но туда ведет лишь одна дорога: на восток от солнца и на запад от луны. Эту дорогу ей никогда не найти.

Когда девушка проснулась, не было больше ни принца, ни замка. Она лежала на траве посреди дремучего леса. Рядом с ней лежал тот самый узелок, который она взяла из дому. Стряхнув с себя сон и проплакав до изнеможения, она отправилась в путь и шла много-много дней, пока не пришла к высокой горе. У подножья сидела старуха и играла золотым яблоком. Девушка спросила старуху, не покажет ли она ей дорогу к принцу, который живет в замке своей мачехи, на восток от солнца и на запад от луны. Этот принц должен жениться на принцессе с трехаршинным носом.

— Откуда ты его знаешь? — спросила старуха. — Уж не ты ли его невеста?

Девушка ответила утвердительно.

— Так это ты, — сказала старуха. — Я знаю о нем немного, только то, что он живет в замке, на восток от солнца и на запад от лупы. А туда ты придешь или поздно, или никогда. Возьми мою лошадь и скачи к моей соседке. Может быть, она знает больше. Когда приедешь к ней, похлопай лошадь под левым ухом и вели идти домой. Возьми еще с собой вот это золотое яблоко.

Девушка села на лошадь и долго скакала, пока наконец не доехала до горы, где сидела другая старуха, и в руках она держала золотое мотовило. Девушка спросила, не знает ли она дорогу в замок, который находится на восток от солнца и на запад от луны. Но эта, как и первая, только и знала, что замок стоит на восток от солнца и на запад от луны.

— Ты доберешься туда поздно или никогда. Но возьми мою лошадь и поезжай к моей соседке. Может быть, она что-нибудь знает. Когда приедешь, похлопай лошадь под левым ухом и пошли ее домой.

Старуха дала девушке золотое мотовило — оно может ей пригодиться.

Девушка села на лошадь и долго ехала, пока не увидела высокую гору. Возле горы сидела старуха и пряла на золотой прялке. Девушка спросила старуху, не знает ли она дороги к принцу и где тот замок, который стоит на восток от солнца и на запад от луны. Разговор повторился.

— Уж не ты ли невеста принца? — спросила старуха.

Девушка ответила утвердительно.

Но третья старуха знала дорогу не лучше двух первых. На восток от солнца и на запад от лупы — вот и все, что она знала.

— Ты приедешь туда поздно или никогда, — сказывала старуха. — Но возьми мою лошадь и поезжай к Восточному ветру. Может быть, он знает дорогу и сумеет отнести тебя туда. Когда приедешь к Восточному ветру, хлопни лошадь под ухом, и она пойдет домой.

Старуха дала девушке золотую прялку — может, пригодится.

Долго ехала девушка к Восточному ветру. Когда же она приехала, то спросила, не знает ли он дороги к принцу, который живет в замке, на восток от солнца и на запад от лупы.

Восточный ветер слышал молву о принце и замке, но дорогу туда он не знал, потому что никогда не залетал так далеко.

— Если хочешь, я могу проводить тебя к моему брату, Западному ветру. Может быть, он знает, он посильней меня. Садись мне на спину, и я понесу тебя к нему.

Девушка села на спину Ветру, и ее обдало свежестью. Прилетели они к Западному ветру и вошли в его дом. Восточный ветер сказал брату, что с ним невеста принца, который живет в замке, на восток от солнца и на запад от луны, она его разыскивает. Восточный ветер принес ее сюда, чтобы узнать у Западного ветра дорогу в этот замок.

— Нет, так далеко я никогда не залетал, — ответил Западный ветер, — но, если хочешь, я провожу тебя к Южному ветру. Он сильнее нас обоих и бродит повсюду. Может быть, он укажет тебе дорогу. Садись мне на спину, я понесу тебя к нему.

Она так и сделала, и Западный ветер понес ее к Южному. Думаю, что в дороге они не задержались. Когда они прибыли к Южному ветру, Западный ветер попросил брата показать девушке дорогу к замку, который стоит на восток от солнца и на запад от луны. Это она невеста принца, что живет в этом замке.

— Так это ты? — спросил Южный ветер. — Я побывал везде в свое время, но так далеко я никогда не залетал. Если хочешь, я провожу тебя к моему брату, Северному ветру. Он самый старший и самый сильный из всех нас. Если уж он не знает дороги к замку, то ты никогда не найдешь туда пути. Садись мне на спину, я понесу тебя к Северному ветру.

Девушка села на спину Южному ветру. Они понеслись со двора и не задержались в пути.

Наконец они добрались до жилища Северного ветра, который был таким буйным и диким, что далеко вокруг царила стужа.

— Что вам здесь надо? — закричал Северный ветер издалека, и кровь стыла в жилах от его голоса.

— Зачем ты сердишься? — закричал Южный ветер. — Ведь это я и невеста принца, который живет в замке, на восток от солнца и на запад от луны. Она хочет спросить тебя, не бывал ли ты в тех краях и не покажешь ли ей дорогу, ей нужно найти принца.

— Да, я знаю, где этот замок, — сказал Северный ветер. — Как-то раз я занес туда листик осины. Но после этого я так устал, что не мог дуть несколько дней подряд. Если уж тебе так хочется и ты не боишься, я понесу тебя на спине и постараюсь донести до места.

— Мне необходимо туда добраться, если только это возможно, я не испугаюсь.

— Ну хорошо, — сказал Северный ветер, — оставайся здесь ночевать. Если у нас будет день в запасе, мы успеем.

На следующее утро Северный ветер разбудил девушку. Он весь раздулся и стал такой большой и сильный, что странно было смотреть. С девушкой на спине взвился он вверх, рассекая воздух, словно хотел добраться до края света. По земле пронеслась буря, сносившая дома и вырывавшая деревья с корнями. Когда же он пролетел над морем, сотни кораблей погибли в волнах. А девушка и ветер летели дальше и дальше, так далеко, что никто не поверит, и дорога их лежала над морем. Северный ветер уставал все больше и больше и наконец так выдохся, что почти совсем не мог лететь. Он спускался все ниже и ниже, и вот уже ноги девушки ударялись о гребни волн.

— Тебе не страшно? — спросил Северный ветер.

Нет, ей не было страшно.

Они приближались к земле, и Северный ветер, надувшись из последних сил, бросил ее на берег под окна замка, стоящего на восток от солнца и на запад от луны. Северный ветер так устал, что ему пришлось отдыхать много дней, прежде чем он смог вернуться домой. На следующее утро девушка села под окна замка, играя золотым яблоком. Первой, кого она увидела, была носатая принцесса, невеста принца.

— Сколько ты хочешь за это яблоко? — спросила принцесса, приоткрыв окно.

— Не нужно мне ни золота, ни денег, — ответила девушка.

— Если тебе не нужно ни золота, ни денег, скажи, чего тебе надо? Ты получишь все, что захочешь, — сказала принцесса.

— Я отдам тебе яблоко, если ты разрешишь мне подняться к принцу и провести с ним ночь, — ответила девушка, прилетевшая на Северном ветре.

Принцесса согласилась.

Она получила золотое яблоко, а девушка поднялась вечером в комнату принца, но он спал. Она звала его, тормошила и плакала, но принц не просыпался, потому что ему дали сонный напиток. Поутру пришла носатая принцесса и прогнала девушку.

Днем девушка снова села под окна замка и стала мотать пряжу на золотое мотовило. Все повторилось, как накануне. Принцесса спросила, сколько стоит мотовило. Девушка ответила, что не отдаст его ни за золото, ни за деньги. Она отдаст мотовило, если ей разрешат подняться к принцу и провести с ним ночь. Но когда она пришла к нему, он снова спал. Она звала и кричала, тормошила его и плакала, но принц не просыпался. Девушка не знала, как разбудить его. И лишь только рассвело, пришла носатая принцесса и выгнала ее за дверь.

Когда настал день, девушка снова села под окнами замка и стала прясть на золотой прялке. Длинноносая принцесса захотела получить и прялку. Она выглянула из окна и спросила, сколько стоит прялка. Девушка, как и прежде, отвечала, что не отдаст прялку ни за золото, ни за деньги. Принцесса получит золотую прялку, если разрешит ей подняться в комнату принца и провести с ним ночь. Принцесса охотно согласилась. В замке в то время находились пленники принцессы. Они жили в комнате по соседству с принцем и слышали через стенку, как две ночи подряд к нему приходила женщина, которая звала его и плакала, и рассказали об этом принцу. Когда вечером принцесса принесла ему вино, он сделал вид, что выпил, а сам выплеснул его через плечо. Принц понял, что ему давали сонный напиток.

Когда девушка пришла в третий раз, принц, не спал, и она рассказала ему, как добралась до замка.

— Ты пришла вовремя, — сказал принц, — на завтра назначена свадьба. Но я не хочу жениться на носатой принцессе. Ты одна можешь спасти меня. Я скажу, что хочу посмотреть, на что годится моя невеста, и попрошу ее постирать рубашку, на которой остались три сальных пятна. Она начнет стирать, потому что ей невдомек, чьих рук это дело. Но то, что сделано людскими руками, не смыть руками троллей. Тут я скажу, что женюсь лишь на той, которая отстирает эти пятна. А ты отстираешь, я знаю.

В эту ночь они были счастливы. На следующий день, перед свадьбой, принц сказал:

— Прежде всего я хочу посмотреть, что умеет делать моя невеста.

— Это нетрудно сделать, — сказала мачеха.

— У меня есть красивая рубашка. Я хотел бы в ней венчаться, но на ней три сальных пятна. Я обещаю жениться лишь на той, которая сможет их отстирать. Та, что не сумеет это сделать, не годится мне в жены.

Какая чепуха, подумали мачеха с дочкой и начали стирать. Носатая принцесса старалась изо всех сил, но чем больше она старалась, тем шире расползались пятна.

— Ты не умеешь стирать, — сказала старая троллиха, ее мать. — Дай-ка я попробую!

Но только она дотронулась до рубашки, как та стала еще грязнее, и чем сильнее старуха терла, тем больше и темнее становились пятна.

Другие тролли тоже захотели постирать. Но чем дольше все это тянулось, тем грязнее становилась рубашка, и, наконец, можно было подумать, что ее пропустили через дымоход.

— Ни ты, ни твое семейство никуда не годитесь, — сказал принц, — вот сидит под окном нищая девушка. Я уверен, что она стирает лучше, чем ты сама и все твои родственники. Поди сюда, девушка! — позвал принц.

Она подошла.

— Сможешь ли ты отстирать эту рубашку? — спросил он.

— Не знаю, я попробую, — ответила девушка.

Как только она взяла рубашку и погрузила ее в воду, рубашка стала ослепительно белой, словно новая, и даже еще белее.

— Я женюсь на тебе, — сказал принц.

Старуха троллиха так рассердилась, что лопнула от злости. Длинноносая принцесса и маленькие тролли, должно быть, тоже полопались, потому что с тех пор я о них ничего больше не слышал. А принц со своей невестой освободили пленников, потом взяли столько золота и серебра, сколько смогли унести, и оставили далеко за собой замок, который стоит на восток от солнца и на запад от луны.

Королевские зайцы

2021-12-22T00:23:01.308Z

У одного старика было три сына. Старшего звали Пер, среднего — Поль, а младшего Эспен, по прозванью Лежебока. Хотя, если правду говорить, все трое были порядочные лентяи. Делать они ничего не хотели потому, что для всякой работы они, видите ли, были слишком хороши, а для них всякая работа была слишком плоха.

Как-то раз услышал старший брат Пер, что король ищет пастуха для своих зайцев, и говорит:

— Вот эта работа по мне! Ни забот, ни хлопот. Зайцы ведь не коровы, не лошади: их ни купать, ни поить, корму им не задавать… А честь не малая — как-никак самому королю служишь!

Отец стал его отговаривать.

— Да куда тебе, сынок, в пастухи наниматься! Зайцев пасти — не то что галок в небе считать. Ты вот с утра до вечера на лежанке валяешься, так тебе с боку на бок повернуться и то лень, а пойдёшь в заячьи пастухи — только успевай во все стороны вертеться.

Но сколько ни говорил отец, лишь напрасно слова тратил.

Уж если Пер что-нибудь вбил себе в голову — значит, так тому и быть. Вскинул он дорожный мешок за плечи и пошёл заниматься к королю.

Шёл он, шёл и зашёл так далеко, что дальше, кажется, уж некуда. Вдруг видит: у самой дороги стоит пень, а возле пня — старуха. Топчется старуха на одном месте, а отойти не может, будто кто её привязал. Только на самом деле никто её не привязывал, а просто это нос у неё в расщелину попал, вот ей и не отойти от пня.

Как увидел это Пер — давай хохотать!

Рассердилась старуха.

— Ну чего зубы скалишь? — говорит. — Ты бы лучше помог мне. Вот уже сто лет прошло, а я дальше своего носа ничего не вижу. Крошки во рту не держала, маковой росинки не отведала.

Пер захохотал пуще прежнего.

— Вот это потеха так потеха!.. Ну, коли ты сто лет терпела, так можешь ещё сто потерпеть! — сказал Пер. И пошёл дальше.

Пришёл он в королевский замок и потребовал, чтобы его провели прямо к королю.

Король сидел на золотом троне в короне и мантии.

Он милостиво принял Пера, и они быстро обо всём сговорились. Работы от Пера не требовалось никакой, только пасти зайцев, а еду и жалованье король назначил ему прямо королевские. Правда, король сказал, что, если хоть один заяц из его королевского стада пропадёт, у Пера вырежут из спины три ремня, а самого его бросят живым в змеиный ров. Ну да Пера не так-то легко было запугать. Он и слушать про это не стал и сразу потребовал себе королевский ужин.

На другой день Пер отправился пасти зайцев.

Зайцы оказались послушными и смирными, как ягнята.

Они чинно шли по лугу, и ни один не отбился от стада даже на полшага. Но едва только Пер дошёл до леса, как зайцы, словно за ними неслась стая гончих, бросились врассыпную, кто куда. Пер с ног сбился, гоняясь за ними, да где там! Разве зайца догонишь!

Целый день бегал Пер по холмам, по горам, но не поймал даже самого маленького зайчонка.

Так и вернулся он в королевский замок один, без стада.

А в замке его уже поджидал палач с острым ножом в руках. Палач вырезал у Пера из спины три ремня и бросил его в змеиный ров.

Одним словом, что король пообещал, то Пер и получил.

Прошло немного времени, и стал средний брат Поль собираться в путь-дорогу. Тоже легкой работы захотел.

Уж как только отец его не отговаривал! Но Поль, так же как и Пер, и слушать его не стал. Вскинул Поль дорожный мешок за спину и пошел наниматься в королевские пастухи.

Ну, про это и рассказывать долго не стоит. Всё, что случилось с Пером, случилось и с Полем.

По дороге увидел он ту же самую старуху и пожелал ей, так же как и его старший братец, простоять, не сходя с места, ещё сто лет.

Потом он пришёл в королевский замок, нанялся в пастухи, утром вышел из ворот замка с целым стадом, а вечером вернулся в королевский замок без единого зайца.

Ну и дальше всё было точь-в-точь, как с его старшим братом: вырезали у Поля из спины три ремня, а самого его бросили в змеиный ров.

Пришло время Эспену собираться в путь.

— Чем я хуже братьев? — говорит Эспен. — Зайцев пасти — дело не трудное. Лежи себе, полеживай, грейся на солнышке да по сторонам поглядывай. От такой работы грех отказаться.

— Да что ты, сынок! — говорит ему отец. — Не берись не за свое дело, не по тебе эта работа. За таким зверем, как заяц, не то что бегать — птицей летать надо. А ты, как муха, прилипшая к смоле, ползаешь. К ногам у тебя словно гири стопудовые привязаны. Зайца поймать — не то что блоху рукавицей убить. Пропадёшь ты, как пропали твои старшие братья. Лучше бы ты дома сидел. А работа и здесь найдётся.

Но Эспен и слушать отца не стал. Не долго думая вскинул он дорожный мешок за плечи и отправился в путь.

Шёл он, шёл и порядком проголодался. Вдруг видит — у дороги стоит пень.

«Вот сяду я на этот пенёчек да и подкреплюсь немного», — думает Эспен.

Подходит — что за диво! — старуха носом в пень вросла.

— Добрый день, бабушка! — говорит Эспен. — Что это ты тут стоишь? Носик свой точишь?

— Какое там — нос точу! Хотела я себе щепок наколоть, обед сготовить, — говорит старуха, — да и попала невзначай носом в щель. Сто лет возле этого пня стою, сто лет не пила, не ела, и никто меня не пожалел, ты первый ласковое слово сказал. Сослужи мне, добрый человек, службу, помоги нос вытащить, а уж я тебя отблагодарю, в долгу не останусь.

Ну, Эспен живо скинул мешок, вогнал в расщелину пня толстый клин — старуха и вытащила нос из щели.

— А теперь, бабушка, — говорит Эспен, — давай закусим. Самое время сейчас завтракать.

Достал Эспен из мешка хлеб и сало и протянул старухе.

Сами понимаете, уговаривать её не пришлось — за сто лет порядком проголодалась!

Поела старуха как следует и говорит:

— Ну, парень, ты меня пожалел, от беды избавил, и я тебя пожалею, от беды спасу. На вот возьми эту дудочку. Эта дудочка не простая. Свистнешь в один конец — все от тебя мигом разбегутся, свистнешь в другой конец — все к тебе назад прибегут. Да к тому же эта дудочка никогда не потеряется: продашь ли ты её, или обронишь, или выманят её у тебя, — она всё равно к тебе вернётся.

— Вот это подарок! — говорит Эспен. — Спасибо тебе, бабушка!

Он засунул дудочку поглубже за пазуху, — потому что хоть и волшебная она, хоть и не мог никто её украсть, а всё-таки лучше её от чужих глаз подальше припрятать, — потом распрощался со старухой и пошёл своей дорогой.

Приходит он к королевскому замку, а там его как раз и ждали. Король сразу нанял его в пастухи, положил ему хорошее жалованье и даже пообещал отдать за него принцессу, если только он будет исправно пасти зайцев.

— Ну, а если не убережёшь стадо, — сказал король, — тогда пеняй на себя: вырежут у тебя из спины три ремня, а самого тебя бросят в змеиный ров.

— Что ж, согласен! — сказал Эспен. — А теперь давайте-ка мне скорее ужинать, а то с дороги я очень проголодался.

Поел Эспен, поспал, а утром, чуть свет, повёл зайцев на луг. Да прежде чем за ворота замка выйти, говорит королевским слугам:

— А ну-ка сосчитайте ваших зайцев, чтобы потом лишних споров-разговоров не было.

— Чего там считать, — говорят ему слуги, — они у нас давно пересчитаны. Ровным счетом девяносто девять зайцев.

— Ну, девяносто девять так девяносто девять.

Ушёл Эспен.

А король, чуть только закрылись за ним ворота, приказал сейчас же точить нож, да поострее! Король отлично знал, что никакому пастуху не уберечь зайцев, будь их девяносто девять, или сто, или десять — всё равно.

Тем временем Эспен преспокойно пас себе зайцев.

Зайцы шли по лугу так чинно и послушно, словно они были не зайцы, а смирные овечки. Ни один не отобьётся, не вырвется, все друг к другу жмутся, один другого держится.

Так потихонечку, полегонечку добрёл Эспен со своим стадом до опушки леса. И тут словно бес какой вселился в зайцев — все кинулись врассыпную.

Да только Эспен не стал особенно горевать.

— Скачите, — говорит, — себе на здоровье куда ваши косые глаза глядят.

Достал он свою дудочку да еще и посвистел зайцам вслед, чтобы они подальше убрались и не мелькали перед глазами.

А сам преспокойно улёгся на травке да так и проспал весь день.

Вечером, когда солнце спряталось за горами, Эспен снова достал свою дудочку и только свистнул разок, как все зайцы сбежались на лужайку.

Да мало того, что сбежались, а ещё выстроились рядами, точь-в-точь как солдаты на параде.

— Ну, теперь — шагом марш! — скомандовал Эспен и повёл зайцев в королевский замок.

В это самое время король, королева и принцесса вышли из своих покоев, чтобы поглядеть, как палач будет расправляться с Эспеном.

И вдруг видят: идёт себе по дороге Эспен, а за ним — в целости и сохранности — заячье стадо.

Все так удивились, что глазам своим не поверили. Да и было чему удивляться! Зайцы шли в ногу, точно солдаты, а впереди шагал Эспен и наигрывал на дудочке марш.

У ворот замка Эспен остановился и скомандовал:

— Раз! Два! Смирно!

И зайцы, притопнув лапками, остановились и замерли.

Тут уж король не выдержал и, забыв о своем королевском достоинстве, принялся сам считать зайцев.

Как только он ни старался! И справа налево считал, и слева направо пересчитывал, и с начала до конца, и с конца до начала, а всё-таки зайцев было ровно девяносто девять, откуда ни считай, и ни одним меньше.

Тогда королева и принцесса тоже стали пересчитывать зайцев. Но и это не помогло ни на волос — зайцев было ровно девяносто девять.

— Я вижу, ты неплохой пастух, — проворчал король и, не глядя на Эспена, пошел в замок. Король был очень недоволен.

А принцесса подумала:

«Вот это молодец так молодец!» — и ласково взглянула на Эспена.

На другой день Эспен снова пошёл в лес со своим стадом.

Зайцев он разогнал подальше, чтобы они не мелькали у него перед глазами, а сам опять улёгся на травке.

Солнышко ласково припекало, земляники кругом было столько, что Эспен, не сходя с места, собирал её целыми пригоршнями, под боком у него была сумка, доверху набитая и печёным, и солёным, и жареным, а в кармане лежала волшебная дудочка.

Кажется, чего уж лучше! И в самом деле, Эспен ничего лучшего и пожелать не мог!

А король тем временем не знал ни одной спокойной минуты. Он даже от завтрака отказался и всё думал да раздумывал, как это Эспен ухитрился собрать всех зайцев.

А так как додуматься он всё равно не мог, то он решил сделать вот что: подослать к Эспену фрейлину, чтобы она выведала у Эспена его секрет.

Фрейлина не очень-то обрадовалась такому поручению.

Слыханное ли дело, чтобы первая фрейлина королевского двора разговаривала с простым пастухом! Но король не любил, когда с ним спорили, и ей пришлось пойти.

С кочки на кочку, от цветочка к цветочку, точно стрекоза, запрыгала она по лужайке и наконец добралась до опушки леса.

Разговор она начала издалека.

— Добрый день, Эспен!

— Добрый день, фрейлина!

— Не правда ли, какая хорошая погода, Эспен!

— Ваша правда, отличная погода, фрейлина!

— И птички как хорошо поют!

— Прекрасно поют, фрейлина!

Фрейлина замолчала, не зная, что бы ещё сказать.

И Эспен молчал.

— Послушай, Эспен, а что ты тут делаешь? — спросила наконец фрейлина.

— Как видите, пасу зайцев.

— Да ведь они у тебя все разбежались, — засмеялась фрейлина. — Я ни одного не вижу.

— Что ж, что разбежались, — сказал Эспен. — Когда надо будет, я их позову, они все и сбегутся ко мне.

— Это удивительно! — воскликнула фрейлина. — И почему это зайцы тебя слушаются?

— Да они не меня слушаются, а мою дудочку, — сказал Эспен. — Вот, поглядите сами.

Эспен дунул в свою дудочку, и верно — все зайцы мигом сбежались на лужайку.

— А хотите, дуну ещё раз, и все зайцы снова разбегутся.

Эспен дунул ещё раз, и верно — все зайцы разбежались.

— Ах, Эспен, что за прелесть эта дудочка, — воскликнула фрейлина. — Не продашь ли ты её? Я охотно дам тебе за эту дудочку сто талеров.

— Сто талеров, пожалуй, маловато за такую дудочку, — сказал Эспен.

— Да что ты, Эспен! Надо всё-таки и совесть иметь! Ты только подумай — сто талеров! Тебе, верно, и не снились такие деньги!

— Что правда, то правда — больше одного талера я никогда ни во сне, ни наяву не видал. Ну ладно, давайте мне сто талеров, а в придачу снимите-ка с меня сапоги. Жара такая, что шевельнуться неохота.

Ух как рассердилась фрейлина!

— Невежа! Грубиян! Как ты смеешь!.. Чтобы я, первая фрейлина королевского двора, снимала сапоги с какого-то пастуха!..

— Да ведь я вас не заставляю, — сказал Эспен. — Не хотите, не надо. Только дудочку я иначе не отдам.

Фрейлина чуть не заплакала от досады.

Нет, она ни за что не станет снимать сапоги с этого невежи!

Во-первых, она знатная дама, первая фрейлина при дворе короля.

Во-вторых, кто-нибудь может увидеть это, и тогда все придворные поднимут её на смех…

Но что там ни говори, а ведь без дудочки нельзя в замок вернуться.

Она поглядела по сторонам. Нигде никого не было.

— Давай сюда ногу! — решительно сказала фрейлина.

Она зажмурила покрепче глаза, чтобы даже самой не видеть того, что делает, и стащила с Эспена сапоги — сперва левый, потом правый.

Наконец всё было кончено.

Фрейлина отсчитала сто талеров, получила взамен дудочку и, очень довольная тем, что всё так хорошо обошлось, побежала домой.

Но всё обошлось не так уж хорошо. Когда фрейлина пришла в замок, дудочки у неё не было.

Она готова была поклясться чем угодно, что не потеряла дудочку, а всё-таки дудочки у неё не было.

И в этом нет ничего удивительного. Ведь фрейлина не знала, что дудочка эта — самая волшебная из всех волшебных дудочек на свете и что она всегда возвращается к своему хозяину, кто бы её ни взял, куда бы ни спрятал.

Так оно и случилось. Не прошло и пяти минут после того, как фрейлина ушла, а дудочка уже лежала в кармане у Эспена, и, когда наступил вечер, он опять собрал всех зайцев и привёл их в королевский замок — всех до одного!

На следующий день король и королева решили подослать к Эспену принцессу:

— Уж она-то выманит дудочку у Эспена, — сказала королева.

Принцесса сразу приступила к делу.

— Послушай, Эспен, — сказала она голосом нежным, как пенье жаворонка, — я знаю, ты такой добрый, что не откажешь мне в просьбе. Моя фрейлина говорила, что у тебя есть чудесная дудочка. Продай мне эту дудочку! Я дам тебе за неё двести талеров.

— Такую дудочку я бы никому и за тысячу талеров не уступил, — сказал Эспен. — Но вам, прекрасная принцесса, уж так и быть, отдам за двести, только вдобавок набейте-ка мне трубку да раскурите её хорошенько.

— Ты, кажется, с ума сошёл! — закричала принцесса и даже топнула ножкой. — Я скажу моему отцу, чтобы он сегодня же отрубил тебе голову. Ты забываешь, что я принцесса!

— Ну что ж, что принцесса, — преспокойно сказал Эспен. — А такой дудочки и у вас нет.

«Это верно», — подумала принцесса. Потом ещё немного подумала и сказала:

— Ну, ладно, давай сюда трубку.

Принцессе пришлось немало потрудиться, прежде чем она раскурила трубку. От горького дыма слёзы ручьем катились у неё из глаз, а в носу у неё так щекотало, что она чихнула по крайней мере двадцать семь раз. И это ещё не так много, — ведь она была самая настоящая принцесса, а принцессы трубок, как известно, не курят.

Наконец противная трубка раскурилась, принцесса отдала Эспену двести талеров, получила дудочку и бегом побежала домой.

Всю дорогу она так крепко сжимала кулак, в котором держала дудочку, что у неё даже рука онемела. И всё-таки, когда принцесса вернулась в замок, оказалось, что дудочки у неё нет, словно она сквозь пальцы выскользнула.

Тогда сама королева решила идти к пастуху.

Надо сказать, что королева была скуповата и никогда денег на ветер не бросала, но тут она сразу, не торгуясь, обещала Эспену триста талеров.

Но Эспену даже этого было мало. Он захотел, чтобы королева ещё почистила ему куртку.

Сначала королева отказалась наотрез и даже припугнула пастуха змеиным рвом.

Но дудочку надо было получить во что бы то ни стало. Что же королеве оставалось делать, как не согласиться? И она согласилась.

Правда, куртку королева вычистила из рук вон плохо, но много с неё и нельзя было спрашивать — ведь всё-таки она была королева.

Получив дудочку, она крепко-накрепко завязала её в свой шёлковый носовой платок, а платок спрятала в кружевной рукав.

Но это нисколько не помогло, и, когда королева вернулась в замок, платок был на месте, и завязан он был по-прежнему, а дудочки в нём не было.

Тут уж король совсем рассердился.

— Что за ерунда! Я вижу, что у меня в королевстве никто ничего не умеет делать. Придется идти мне самому. Иначе мы так и не получим эту дурацкую дудочку.

И вот на следующее утро король отправился в лес.

Он милостиво кивнул Эспену и запросто уселся рядом с ним на травку.

Король угостил Эспена своим королевским табаком и даже дал ему затянуться из своей королевской трубки. Они беседовали как самые добрые друзья, и никто бы не сказал, что один из них — король, а другой — пастух.

Когда все любезности были закончены, король наконец приступил к делу.

— Послушай, Эспен, — сказал он, пуская дым кольцами, — говорят, у тебя есть какая-то дудочка.

— Да, есть, — сказал Эспен. — Она, правда, не золотая, но ни один король не отказался бы от такой дудочки.

И он вытащил её из кармана.

Дудочка, и верно, на вид была неказистая.

Король долго рассматривал её и для верности даже испробовал её волшебную силу. Дунул в один конец — и все зайцы сбежались, дунул в другой — все зайцы разбежались.

— Да, отличная дудочка, — сказал король. — Я понимаю, что даром ты её не отдашь. Но я король и во всем поступаю по-королевски: я даю тебе за эту дудочку тысячу талеров.

— Тысяча талеров это, конечно, не мало, но для такой дудочки и тысяча талеров цена небольшая. Ну да вот что: видите, там на лугу пасётся белая лошадь?

— Конечно. Это моя королевская лошадь. Если ты хочешь, я дам тебе её в придачу.

— Нет уж, оставьте её себе. А я хочу вот что: дайте мне тысячу талеров и поцелуйте эту лошадь, тогда дудочка будет ваша.

Король был очень смущён.

— Послушай, Эспен, нельзя ли придумать какое-нибудь другое условие?

— Нет, ни на что другое я не согласен, — сказал Эспен и лениво зевнул.

— Ну, а можно мне поцеловать лошадь через шёлковый платок?

— Через платок? — Эспен задумался. — А он королевский?

— Ну, конечно, королевский. Он мой, а я — король, значит, платок королевский.

— Ладно, на это я согласен. Целуйте через платок.

И вот — вы только представьте себе! — король подошёл к лошади, накрыл ей морду своим королевским платком и звонко чмокнул лошадь три раза.

После этого он отсчитал Эспену тысячу талеров, взял дудочку, положил её в кошелёк, кошелёк положил в карман, а карман застегнул на пуговицу. И не на какую-нибудь, а на королевскую, потому что у короля даже пуговицы королевские.

Вернувшись в замок, король позвал королеву, принцессу и фрейлину, расстегнул карман, вынул оттуда кошелёк, раскрыл его — и что же вы думаете? — дудочки в нём как не бывало.

Это было уж слишком!

Король так рассердился, что решил немедленно казнить Эспена.

Королева была совершенно согласна с королём, а это случалось не так уж часто.

И вот, когда вечером Эспен привел стадо в замок, король сказал ему, что сегодня его казнят.

Эспен очень удивился.

— Это несправедливо, — сказал он. — Я исправно пас заячье стадо, и теперь вы должны не казнить меня, а отдать мне в жёны свою дочь.

— Пустяки, — ответил король, — сказал казню, значит, казню. Я король, и моё королевское слово неизменно. Разве вот что: если ты сумеешь наговорить целую бочку лжи, да так, чтобы ложь через край потекла, тогда я тебя, пожалуй, помилую.

— Ну, это проще простого! — сказал Эспен. — Прикажите только выкатить бочку.

И он стал рассказывать обо всём, что с ним было: как он пошёл наниматься в пастухи, как встретил на дороге старуху, которая прищемила себе нос, как он помог ей вытащить нос и в награду за это получил волшебную дудочку.

Все очень смеялись над небылицами, которые сочинял Эспен.

— И вот, — рассказывал Эспен, — пришла ко мне первая фрейлина королевского двора и стала просить эту дудочку. Ей так хотелось получить эту дудочку, что она даже согласилась прислуживать мне и сняла с меня сапоги — сперва левый, потом правый!

— Неправда! — закричала фрейлина. И все придворные закричали:

— Неправда!

— Ну, может быть, сперва правый, а потом левый! — сказал Эспен.

— Неправда! Неправда! Он всё лжёт! — кричала фрейлина чуть не плача.

— Да ведь мне и велено говорить неправду, — сказал Эспен. — Целую бочку надо наполнить ложью! Слушайте-ка лучше, что было дальше. На другой день явилась ко мне принцесса. Чтобы получить волшебную дудочку, ей пришлось набить и раскурить мне трубку…

— Это ложь! Как ты смеешь! — закричала принцесса.

— Ну конечно, ложь, — сказал Эспен. — Правдой бочку не наполнишь, вот я и плету невесть что… А потом пришла ко мне сама королева…

— Кажется, бочка уже совсем полна, — сказала королева, с беспокойством поглядывая на Эспена.

— Э, нет, еще далеко не с верхом, — сказал король.

— Ну, раз не с верхом, надо ещё врать, — сказал Эспен. — Так вот, пришла ко мне сама королева. Торговалась она и рядилась, словно на базаре, и всё-таки пришлось ей выложить триста талеров и вычистить мне куртку.

Все придворные так и замерли, а Эспен как ни в чём не бывало спросил:

— Ну, как там — полна уже бочка?

— Полна, совсем полна, — поспешно сказал король.

— Нет, нет, еще не с верхом, — решительно сказала королева.

Эспен почесал затылок.

— Что бы мне ещё придумать? А, знаю! После всех пришёл ко мне король. А как раз в это время на лугу паслась его белая лошадь…

— Стой! Стой! — закричал король. — Не видишь, что ли, ложь через край льёт!..

Так и пришлось королю отдать принцессу за простого пастуха, да в придачу ещё подарить половину королевства, чтобы жил там Эспен Лежебока как ему вздумается, а на его королевскую половину и не заглядывал.

Змови на північний лад та зламані мізки

2021-12-22T00:05:24.084Z

- Ти маєш ключ?

- Краще, я маю малюнок ключа!

Погляньмо на текст і розберемося що там і куди.

26 Жезлом приборкання

вдарю тебе,

скоришся мені, діво;

туди ти підеш,

де люди тебе

повік не побачать.

27 На орлиній скелі

ти сидітимеш,

не дивлячись на світ,

Гель озираючи;

їжа тобі буде

гидкіша, ніж змії

для людського погляду!

28 Чудовиськом станеш

для всіх, хто побачить!

Нехай Гримнір витріщиться,

кожен нехай витріщиться!

Прославишся більше,

ніж сторож богів,

що крізь ґрати дивиться!

* Гримнір - велетень

* Сторож богів - Геймдалль

29 Безумство і муки,

марення і тривога,

розпач, біль

нехай зростають!

Сядь переді мною -

нашлю на тебе

чорну хіть

і горе сугубе!

30 Тролі щодня

тебе мучитимуть

у житлі велетнів;

у будинок турсів інея

завжди будеш

безвільно плестись,

неминуче плестись;

не радість пізнаєш,

але тяжке горе

та скорботні сльози.

31 Триголового станеш

турса дружиною

або заміж не вийдеш!

Від хтивості сохни,

зачахни від хвороби!

Будь як вовчець,

що під камінь кладуть,

жнива закінчивши!

*Вовчець — будяк.

32 Я в гай пішов,

у сиру діброву

за прутом чарівним;

взяв чарівний прут.

33 Ти розгнівала Одіна,

асів голову,

Фрейр тобі ворог:

злочинна діво,

накликала ти богів

шалений гнів.

34 Слухайте, йотуни,

слухайте, турси,

насіння Ґуттунґа,

і самі аси!

Заборону накладаю,

закляття кладу

на діви втіхи,

на дівочі насолоди!

*Ґуттунґа насіння — велетні. Ґуттунґ – один велетень.

35 Грімґримнір турс

за ґрати смерті

посадить тебе;

тролі напоять

тебе під землею

козячою сечею;

смачнішого пиття

ти не отримаєш,

не з волі твоєї,

але з волі моєї!

36 Руни я ріжу —

турс і ще три:

хіть, божевілля

і неспокій;

але винищу їх,

як різав,

коли захочу».

Як будується пісня Старшої Едди

2) Прочитати кілька пісень Старшої Едди, щоб подивитися, як саме будуються ці алітераційні вірші.

3) Намагайтеся. Переписуйте. Крайте шматки з Едди та додавайте більше кеннінгів!

Успіхів вам.

*Кеннінги — описові вирази (перифрази), якими замінювалися якісь іменники.

(Автор сайту norroen.info Тимофій Єрмолаєв живе в Україні)

Мова поезії — http://norroen.info/src/snorra/3ru.html

Старша Едда — http://norroen.info/src/edda/

Руны Сигрдривы

2021-12-21T22:38:56.287Z

Все мы прекрасно знаем знаменитые "Руны Пива", но много ли из вас знает откуда они пошли и сколько таких "спасательных групп" существует?

Старший Футарк

Для начала озвучим общеизвестный факт: 24 руны разбиты на три группы - Атта. Первый - Атт Фреира, Второй - Атт Хеймдаля, Третий - Атт Тюра. В каждой группе по 8 рун.

Почему же Руны Сигрдривы? А дело в том, что информацию обо всём мы узнаём из уст Валькирии Сигрдривы в песне Старшей Эдды. Если кратко пересказывать сюжет: Сигурд (великий воин) поднимается на гору Хиндарфьялль и находит спящую Валькирию. Будит её и она рассказывает сначала что с ней произошло (ослушалась Одина, за что тот ввёл её в долгий сон). Далее Сигурд просит Валькирию поделится с ним мудростью, т.к. знает она что нового во всех мирах. Вот с этого момента мы получаем то, зачем пришли.

8 строф посвящённые 8и группам рун:

Руны Победы
Руны Пива
Руны Волшбы
Повивальные Руны
Руны Прибоя
Целебные Руны
Руны Речи
Руны Мысли

РУНЫ ПОБЕДЫ

Руны победы,
коль ты к ней стремишься, —
вырежи их
на меча рукояти
и дважды пометь
именем Тюра!

Первый столбец рун: Феху-Хагалаз-Тейваз

По сути руны защиты своего имущества, победы над противниками и защиты от непредвиденных обстоятельств. Применяется для одержания личной победы, как в физической схватке или соревновании, так и в словесном поединке. Традиционно наносится на оружие и магические инструменты.

РУНЫ ПИВА

Руны пива
познай, чтоб обман
тебе не был страшен!
Нанеси их на рог,
на руке начертай,
руну Науд — на ногте.

Второй столбец: Уруз-Наутиз-Беркана

Придание сил и защита на тонком и физическом планах. Уберегает от дурного глаза, защищает от порчи, способствует укреплению положения.

РУНЫ ВОЛШБЫ

В "Речи Сигрдривы" нет чётко привязанного фрагмента, но т.к. строф 8 и один из них никак не подписан, то считается, что он относится к "Рунам волшбы".

Рог освяти,
опасайся коварства,
лук брось во влагу;
тогда знаю твердо,
что зельем волшебным
тебя не напоят.

Третий столбец: Турисаз-Иса-Эваз

Связанные с магией, путешествием между мирами и предсказаниями. Руны Волшбы – инструмент управления силами хаоса (Хаос – некая среда, первоначальная энергия, из которой богами создавалось что-то упорядоченное). Это значит, что через них можно входить в пространства еще непроявленных («темных») ситуаций и действовать, исходя из своих интересов.

Так же Руны волшбы применяются для интеллектуальной магической работы. Например, что-то нужно узнать и понять.

ПОВИВАЛЬНЫЕ РУНЫ

Повивальные руны
познай, если хочешь
быть в помощь при родах!
На ладонь нанеси их,
запястья сжимай,
к дисам взывая.

*Дисы - в германо скандинавской мифологии женские существа, считавшиеся помощницами при родах; В «Старшей Эдде» служат обозначением Норн и Валькирий.

Четвертый столбец: Ансуз-Йера-Манназ

Используются в помощи при родах, благословлении новорождённого, а так же для поддержания новых начинаний.

РУНЫ ПРИБОЯ

Руны прибоя
познай, чтоб спасать
корабли плывущие!
Руны те начертай
на носу, на руле
и выжги на веслах, —
пусть грозен прибой
и черны валы, —
невредимым причалишь.

Пятый столбец: Райдо-Эйваз-Лагуз

Для безопасных изменений в жизни или путешествий. Обеспечивают интуитивное движение вперед.

ЦЕЛЕБНЫЕ РУНЫ

Целебные руны
для врачевания
ты должен познать;
на стволе, что ветви
клонит к востоку,
вырежи их.

Шестой столбец: Кано-Перт-Ингуз

По сути все три руны используются в лечении, но главной является Кано, т.к. огонь имеет большую силу в целительстве.

РУНЫ РЕЧИ

Познай руны речи,
если не хочешь,
чтоб мстили тебе!
Их слагают,
их составляют,
их сплетают
на тинге таком,
где люди должны
творить правосудье.

Седьмой столбец: Гебо-Альгиз-Одал

Помощь в общении с другими людьми, улучшение отношений в группе. Так же эффективны в тех отраслях, где важна "сила" слова. Эти руны являются хорошей магической поддержкой в конфликтных ситуациях, судебных тяжбах. Они помогают отвести от споров и примирить людей. Их вырезали в тех местах, где скандинавы собирались решать важные вопросы, и где споры были неизбежны. А главное, они призваны не позволять людям таить обиду и мстить.

РУНЫ МЫСЛИ

Познай руны мысли,
если мудрейшим
хочешь ты стать!
Хрофт разгадал их
и начертал их,
он их измыслил
из влаги такой,
что некогда вытекла
из мозга Хейддраупнира
и рога Ходдрофнира.

Последний столбец: Вуньо-Соуло-Дагаз

Чаще всего считается, что руны нацелены приносить ментальную силу и способствовать умственной концентрации. Эти руны связаны с мудростью, умением принимать правильные решения и видеть истинную суть. Так же данная группа Рун помогает сосредоточиться и «собрать силу в кулак».

Lokka táttur (Сказка о Локи)

2021-12-21T20:41:18.393Z

1.
Бонд с великаном держали заклад,
великан победил, крестьянин не рад.

2.
«Выполнил я свою часть уговора,
сына придётся отдать тебе скоро.

3.
Сына придётся отдать тебе,
коль скрыть не сможешь его нигде».

4.
Бонд двух парней подозвал тогда:
«Просите, чтоб Один пришёл сюда.

5.
Вы призовите конунга асов,
он умеет надолго спрятать».

6.
«Хочу, чтоб мой Один явился сюда,
узнать, как спрятаться без следа».

7.
Едва промолвили эти слова,
как Один в доме был у стола.

8.
«Выслушай, Один, мою ты речь:
мальчика спрячь, помоги сберечь!»

9.
Один с парнем вышли наружу,
бонд и жена его горько тужат.

10.
Один велел прорастать зерну,
поле встало за ночь одну.

11.
Один велел, чтоб паренёк
вырос в поле как колосок.

12.
Вырос в поле как колосок,
в колоске же — зёрнышком лёг.

13.
«Тут посиди безо всякой боли,
как позову я, выйди на волю!

14.
Тут посиди, без тоски, без бед,
Как позову я, выйди ко мне!»

15.
Великаново сердце твёрже, чем рог ―
полной горстью ячмень загрёб.

16.
Загрёб ячмень в руке рассмотреть,
другой рукой острый вытащил меч.

17.
Другой рукой острый вытащил меч,
хочет им паренька рассечь.

18.
Тут от тоски стало парню невмочь,
из лапы вырвалось зёрнышко прочь.

19.
Боль парнишку настигла едва,
Один к себе его подозвал.

20.
Один отправился с ним домой,
их радостно встретили муж с женой.

21.
«Дитя твоё здесь, рядом со мною,
вот и закончил прятать его я».

22.
Бонд двух парней подозвал тогда:
«Просите, чтоб Хёнир пришёл сюда!».

23.
«Хочу, чтоб мой Хёнир явился сюда,
узнать, как спрятаться без следа».

24.
Едва промолвили эти слова,
как Хёнир в доме был у стола.

25.
«Выслушай, Хёнир, мою ты речь:
мальчика спрячь, помоги сберечь!»

26.
Хёнир с парнем вышли наружу,
бонд и жена его горько тужат.

27.
Хёнир пошёл средь зелёных полей,
над морем летели семь лебедей.

28.
С востока два лебедя прилетели,
рядом с Хёниром они сели.

29.
Хёнир велел, чтоб теперь паренёк
пером на головке лебедя лёг.

30.
«Тут посиди безо всякой боли,
как позову я, выйди на волю!

31.
Тут посиди, без тоски, без бед,
Как позову я, выйди ко мне!»

32.
Верзила бежит средь зелёных полей,
над морем летели семь лебедей.

33.
Вот великан на колени встал,
первого лебедя он поймал.

34.
Первого лебедя он загрыз,
шею порвал ему сверху вниз.

35.
Тут от тоски стало парню невмочь,
из пасти скользнуло пёрышко прочь.

36.
Боль парнишку настигла едва,
Хёнир к себе его подозвал.

37.
Хёнир отправился с ним домой,
их радостно встретили муж с женой.

38.
«Дитя твоё здесь, рядом со мною,
вот и закончил прятать его я».

39.
Бонд двух парней подозвал тогда:
«Просите, чтоб Локи пришёл сюда!»

40.
«Хочу, чтоб мой Локи явился сюда,
узнать, как спрятаться без следа».

41.
Едва промолвили эти слова,
как Локи в доме был у стола.

42.
«Не ведаешь ты про мою кручину:
чудище хочет убить мне сына.

43.
Выслушай, Локи, мою ты речь:
мальчика спрячь, помоги сберечь!

44.
Спрячь понадёжней, как только в силах,
чудище чтоб его не схватило».

45.
«Сына тебе я надёжно спрячу,
ты же исполни мою задачу!

46.
Для лодок сарай построишь за ночь,
покуда уйду я отсюда прочь.

47.
Окно большое прорубишь в нём,
а рядом железный пристроишь лом.

48.
Локи с парнем вышли наружу,
бонд и жена его горько тужат.

49.
Локи к морю идёт по песку,
лодка его поджидает тут.

50.
Локи гребёт на рыбную мель,
об этом предания помнят досель.

51.
Слов не тратя, подальше отплыл он,
Грузило с крючком за борт закинул.

52.
У дна зависли грузило с крючком,
камбалу быстро вытянул он.

53.
Вытянул раз, вытянул два,
третья рыба чёрной была.

54.
Локи велел, чтоб теперь паренёк
икринкой в икре камбалы лёг.

55.
«Тут посиди безо всякой боли,
как позову я, выйди на волю!

56.
Тут посиди, без тоски, без бед,
Как позову я, выйди ко мне!»

57.
Локи погрёб обратно к земле,
стоит перед ним великан на песке.

58.
Верзила тут же его спросил:
«Локи, скажи, где ты ночью был?»

59.
«Нынче покоя мне было мало:
то тут, то там я по морю плавал».

60.
Спускает железный челнок великан,
Локи кричит: «Вот это волна!»

61.
Локи стал за себя просить:
«Позволь, великан, с тобою отплыть».

62.
Взялся за руль великан тогда,
Локи гребёт, не боится труда.

63.
Локи гребёт, от усердия взмок ―
не шелохнётся железный челнок.

64.
Локи клянётся верой своей:
«С рулём я управлюсь тебя поживей».

65.
Вот великан на вёсла садится ―
железный челнок полетел как птица.

66.
Веслом великан загребает усердно,
Локи спихнул почти до форштевня1.

67.
Гребёт великан на рыбную мель,
об этом предания помнят досель.

68.
Слов не тратя, подальше отплыл он,
Грузило с крючком за борт закинул.

69.
У дна зависли грузило с крючком,
камбалу быстро вытянул он.

70.
Вытянул раз, вытянул два,
третья рыба чёрной была.

71.
Стал Локи клясться, как он умел:
«Дай, великан, эту рыбу мне!»

72.
Великан отозвался и молвил так:
«Нет, мой Локи, не дам никак!»

73.
Рыбу он положил на колени,
икринки считает в икре без лени.

74.
Икринки без лени считает в икре,
хочет парнишку схватить скорей.

75.
Тут от тоски стало парню невмочь,
из хватки икринка вырвалась прочь.

76.
Боль паренька настигла едва,
Локи к себе его подозвал.

77.
«За мною тихонько пока присядь,
пусть великан не видит тебя.

78.
Ты должен с челна соскочить налегке,
чтоб не оставить следов на песке».

79.
Споро погрёб назад великан,
прямо к белой полоске песка.

80.
Вот выгребает он на песок,
Локи рулём развернул челнок.

81.
Кормою к земле великан пристал,
мальчик легко соскочил с челна.

82.
Ищет страшила вблизи, вдалеке:
стоит перед ним паренёк на песке.

83.
Парнишка с челна соскочил налегке
и не оставил следов на песке.

84.
Грузно страшила спрыгнул на берег,
тут же в песке увяз по колени.

85.
Парнишка помчался изо всех сил,
в отцовский сарай он заскочил.

86.
Через сарай он проскочил,
за ним великан вслед заспешил.

87.
Застрял великан, пролезая в окно,
сломался о череп железный лом.

88.
Локи думал не слишком много ―
Отрубил великану тотчас же ногу.

89.
Лишь посмеялся над ним великан:
нога приросла, будто не было ран.

90.
Локи думал не слишком много ―
отрубил великану другую ногу.

91.
Рубанул по ноге, её отрубил,
камень с палкой в рану вложил.

92.
Парень душою был очень счастлив,
когда великан развалился на части.

93.
Локи отправился с ним домой,
их радостно встретили муж с женой.

94.
«Дитя твоё здесь, рядом со мною,
вот и закончил прятать его я.

95.
В вере я даже не сомневался,
теперь великан с жизнью расстался».