@beerot

По образу и подобию

2026-06-16T07:49:35.926Z

Рав Хаим из Воложина

Представляем Вашему вниманию отрывок из книги «Нефеш а-Хаим» рава Хаима из Воложина, в котором рассказывается, что человек создан по образу и подобию Всевышнего. Это означает, что ему дана возможность уподобиться Творцу своими действиями – но отнюдь не сущностью. Имя Всевышнего Элоким означает, что Он – властелин всех сил, которые действуют в мире. Мир существует только благодаря тому, что Всевышний постоянно поддерживает его. Каждое действие, совершаемое человеком, влияет не только на этот мир, но и на высшие духовные миры. Именно этим человек подобен Творцу – ему тоже дана сила создавать и оживлять духовные миры.

Глава 1

Человек создан по образу и подобию Всевышнего. Это означает, что ему дана возможность своими действиями уподобиться Творцу.

Написано: «И создал Б-г (Элоким) человека по образу Своему, по образу Б-га (Элоким) создал его» (Берейшит, 1:27). И также написано: «Ибо по образу Б-га (Элоким) сделал он человека» (Берейшит, 9:6). Истинное значение понятия «целем» (в этом месте) во всей его глубине – это великая тайна, и для того, чтобы узнать ее, нужно понять большую часть секретов, скрытых в книге Зоар. Мы же объясним слово целем, следуя ранним комментаторам, в соответствии с простым смыслом стиха «Сделаем человека по образу и подобию своему» (Берейшит, 1:26).

Очевидно, что в этом случае слова целем (образ) и дмут (подобие) нельзя понимать буквально. Ведь написано ясно «Кому же уподобите вы Б-га?» (Йешаяу, 40:18).

И, конечно же, было бы огромной ошибкой сказать, что образ человека, живущего в физическом мире, чем-то напоминает образ Всевышнего, который превыше всего, не дай Б-г. Ибо у Творца нет тела, и ничего похожего на тело. Единственное сходство между человеком и Творцом заключается в том, что человеку дана возможность действовать подобно Творцу, в каком-то смысле. – Прим. р. А. Д. Гольдберга.

На самом же деле, имеется в виду лишь сходство в каком-то аспекте или свойстве. Как, например, то, что написано в стихе «Стал я подобен филину пустынному» (Теилим, 102:7). Здесь автор [царь Давид], конечно же, не имел в виду, что у него появились крылья или клюв, как у филина. Он также не хотел сказать, что стал напоминать филина по внешнему виду. Истинный смысл этого стиха заключается в том, что автор по своим поступкам стал похож на филина. Он вынужден был кочевать и скитаться с одного места на другое, как филин – житель пустынных просторов, одинокая птица, которая постоянно перелетает с места на место. Так объяснили ранние комментаторы [Рамбам, Путеводитель потерянных, гл. 1; Рамбан, комментарий на Тору, Берейшит, 1:27] простое понимание этого. И то же самое относится к слову целем – «образ». Имеется в виду, что человек чем-то напоминает Элоким своими действиями.

Одна из заповедей Торы – это «следовать путям Всевышнего», т.е. вести себя подобно тому, как ведет себя Всевышний. На первый взгляд, обязанность уподобиться Всевышнему относится к проявлению положительных душевных качеств, как сказано «как он милостив, так и ты будь милостив».

Но написано в Иерусалимском Талмуде (Рош а-Шана гл. 1, закон 3): «В мире принято, что царь, если издаст какой-нибудь закон, то сам он может выполнять его, а может и не выполнять. А Всевышний не таков, Он не издаст закона, пока сам не начнет исполнять его». Получается, что все 613 заповедей Торы в первую очередь отражают действия, которые совершает Всевышний. И этому может уподобиться человек.

Мудрецы объясняют (в конце трактата Макот), что 613 заповедей в точности соответствуют строению человеческого тела. А выполняя 613 заповедей, человек действует подобно Творцу. Получается, что подобие человека Творцу заключается не в том, что у Него есть части тела как у человека, не дай Б-г, а в том, что человек может своими действиями эмулировать действия Творца.

Например, известно, что Творец совершает добро. Когда человек делает добро в этом мире, он в этом уподобляется Творцу. И то же самое относится ко всем 613 заповедям. Существует соответствие между действиями Творца, которые он совершает при управлении миром, и выполнением заповедей в этом мире. – По прим. р. И. Э. Вайнтруба.

Глава 2

Имя Всевышнего Элоким означает, что Он – источник всех сил, которые действуют в мире. Мир существует только благодаря тому, что Всевышний постоянно поддерживает его.

Теперь нам необходимо рассмотреть высказывание «по образу Элоким». Почему используется именно имя Всевышнего «Элоким», а не одно из Его других имен. Имя «Элоким» означает, что Он, да будет благословенно имя Его, властелин всех сил, как объясняется в книге «Арбаа Турим» (часть Орах Хаим, гл. 5). [И вот слова книги «Арбаа Турим»: И в благословлениях, когда произносит одно из Имен Всевышнего, должен иметь в виду следующие значения… имя Элоким – что Он силен и властен, и у него есть способность контролировать высшие и низшие миры, ибо слово «Э-ль» означает силу и мощь…]

И смысл того, что Он называется «властелин всех сил», заключается в следующем: не похожи деяния плоти и крови на деяния Всевышнего. Когда человек строит дом, скажем, из дерева, он не создает и не производит дерево сам. Он пользуется материалом, который уже существует на момент строительства. Строитель всего лишь размещает и устанавливает материал таким образом, чтобы получился дом. А после того, как он закончил работу, и закрепил каждую часть на нужном месте, строитель перестает действовать и удаляется, а дом стоит самостоятельно.

А Он, да будет благословенно имя Его, в момент создания миров сотворил их все из ничего, и неограниченной силой Своей произвел эти миры из полного небытия. И с тех пор Он продолжает творить все каждый день и каждое мгновение. И весь их порядок и существование находятся в полной зависимости от потока жизненной силы и нового света, которые ежесекундно и постоянно обновляются и нисходят на творение от Творца, да будет благословенно имя Его, в соответствии с Его желанием. И если бы Он, благословен Он, хотя бы на одно мгновение прекратил изливать на творение живительную силу, то все, что существует, тут же исчезло бы и вернулось в состояние полного небытия. И так установили члены Великого Собрания в словах молитвы (Утренняя молитва, в первом благословении, предшествующем Шма): «возобновляет творение в милости Своей, каждый день, постоянно». «Постоянно» – в буквальном смысле этого слова, каждый момент и каждое мгновение. И доказательство тому – то, что написано: «Делающий светила великие» (Теилим, 136:7). Не написано «сделавший», а именно «делающий» [постоянно].

Простое понимание этого стиха заключается в том, что солнце светит всегда. Даже если сейчас его не видно, известно, что оно светит в другом месте.

Более глубокое понимание – это то, что свет, как мы его воспринимаем, больше всего напоминает нам то, как устроен мир. Как только пропадает источник света, пропадает и сам свет. То же самое относится к миру – если бы пропало желание Творца, которое постоянно обновляет этот мир, то исчез бы и сам мир. – Прим. р. И. Э. Вайнтруба

Постоянное возобновление мира нам незаметно. Источник его в четырех буквах сокровенного имени Творца в их высочайшем духовном прообразе, и в четырех высших духовных основах, которые являются духовными корнями и прародителями творения, как говорится в книге Зоар (Ваэра, 23б), что они корни всего мироздания, и внутренняя сущность всего творения. Их соединения и сочетания каждое мгновение и каждый миг становятся источником возобновления творения. И эти изменения непостижимы, а Он, да будет благословенно имя Его, возобновляет их каждое мгновение по Своей воле.

И сущность их соединения каждое мгновение – это 1080 сочетаний букв Имени Творца, благословен Он, с изменениями всех диакритических знаков (которые соответствуют гласным буквам в других языках), и это соответствует разделению часа на 1080 моментов. Их сочетания изменяются также из часа в час, и сочетания дня не похожи на сочетания ночи. И нет двух одинаковых дней, каждый день отличается от своего предшественника и от своего последователя. И это то, что имели в виду, когда сказали «возобновляет», и когда сказали «Маасе Берейшит» – «творение мироздания». – Прим. автора

И поэтому Он, да будет благословенно имя Его, называется Элоким, властелин всех сил. Ибо Он, да будет благословенно имя Его, оделяет силой и могуществом все силы, которые действуют во всех мирах. Существование этих сил и миров полностью зависит от Него, и Он каждое мгновение возобновляет, распределяет и передает им поток силы и могущества. В Его воле постоянно изменять и перестраивать их, в соответствии со Своим желанием.

[В святом языке слово «Элоким» используется в двух смыслах. Первый – это одно из имен Всевышнего. Второй – это какая-то сила или обладатель власти, которые действуют в мире. Используя это слово в первом значении, мы будем писать «Элоким» (это слегка измененное произношение Святого Имени Всевышнего, которое традиционно используется для того, чтобы случайно не произнести Его Имя в неподходящем месте). А во втором значении будем использовать слово «Элоhим».] «Элоhим» – это собирательное понятие, которое объединяет всех обладателей силы, которые существуют в мире. И все правители высших и низших миров называются Элоhим, как написано: «Элоhим народов» (Теилим, 96:5), или «Ибо все народы пойдут – каждый во имя Элоhим своего» (Миха, 4:5). И смотри Зоар (Ваикра, 8а, и Балак, 208а), который говорит, что там, где написано «и пришел Элоhим», когда речь идет об Авимелехе, Лаване и Биламе, имеется в виду духовная сила, которая ими управляет. И даже обыкновенные судьи называются «Элоhим». И смотри Зоар (Мишпатим, 96б) [где объясняется, что поток сил, которые оживляют всевозможные части творения, называется Элоhим].

Однако все эти силы не существуют независимо. Они способны властвовать только постольку, поскольку Он, да будет благословенно имя Его, дал им силу и наделил возможностью править. И поэтому называют Его, да будет благословенно имя Его, (Теилим, 136:2) «Элокей Элоhим» [буквально, «Б-г сил»]. И написано: «Господь превыше всех Элоhим» (Шмот, 18:11), «Поклонятся Ему все Элоhим» (Теилим, 97:7). И даже идолопоклонники называют Его, да будет благословлено имя Его, «Элока д-Элоhим» (Даниель, 2:47). Вот почему называются «Элоhим других» – ибо сила их исходит не от них самих. Они черпают могущество из источника, находящегося выше них, а этот источник, в свою очередь, черпает из источника еще более высокого, и так далее. В результате, все они питаются из одного Истинного Источника всех сил, да будет благословенно имя Его. И поэтому написано: «А Господь Элоким есть истина» (Йирмияу, 10:10), так как Он – это истинный первоисточник всех сил, а все остальные источники черпают свои силы только от него. И так говорится в Писании: «И увидел весь народ, и пал на лицо свое; и сказали: Господь – Он Элоким» (Цари I, 18:39). – Прим. автора

Ниже, в третьей части, автор объясняет, что первые идолопоклонники не считали, что звезды или истуканы, которым они поклонялись, создали мир. Они верили, что Всевышний сотворил все, включая предмет их поклонения. Поэтому они называли Всевышнего Элокей Элоhим. Ошибка первых идолопоклонников заключалась в том, что они считали, что Всевышний передал этим звездам и истуканам могущество и возможность повелевать, а сам отошел от управления миром. И теперь они властвуют независимо от Его воли, по прихоти своей. И это неправильно, ибо, хоть Всевышний и передал им определенные возможности и полномочия, но Сам Он продолжает беспрерывно править миром, и не оставил управление даже на миг. И так как сила, которой обладают звезды и прочие силы, не является независимой, а исходит от Творца, то нельзя служить никаким силам, кроме Него, да будет благословенно Имя Его. – Прим. р. А. Д. Гольдберга.

Глава 3

Каждое действие, совершаемое человеком, влияет не только на этот мир, но и на высшие духовные миры.

И вот чем человек в каком-то смысле уподобляется [проявлению Всевышнего, которое соответствует имени] Элоким: Творец создал человека таким образом, чтобы он властвовал над великим множеством сил и несметным числом миров. Человеку дана сила управлять мирами; каждая даже, казалось бы, самая незначительная деталь его действий, слов и мыслей, и каждое его движение влияют на высшие духовные миры, положительно, или, не дай Б-г, наоборот.

То есть, человеку дана власть управлять миром на уровне духовных корней, из которых мир происходит. А все, что совершается в мире, зависит от того, как человек повлияет на его духовные корни. Получается, что человек управляет всем, что происходит в мире. – Прим. р. А. Д. Гольдберга

Каждым положительным действием, словом и мыслью он поддерживает и усиливает многие высшие и святые миры и силы, и приумножает в них святость и свет, как написано (Йешаягу, 51:16): «И Я вложил слова Мои в уста твои, и в тени руки Своей укрыл тебя, чтобы устроить небеса, и основать землю». И как сказали мудрецы (Брахот, 64а на стих Йешаяу 54:13 «И все сыновья твои будут учениками Г-спода, и велико (будет) благополучие сынов твоих»): «не читай банаих (сыновья твои), читай бонаих (строители твои)» – ибо они [люди, занимающиеся Торой] воздвигают высшие миры и укрепляют их мощью великой, как строитель, который воздвигает здание. И наоборот, не дай Б-г, грешными действиями, словами или мыслями, человек разрушает бесчисленные великие и святые высшие миры и силы. Как сказано (Йешаяу, 49:17): «…разрушители твои и опустошители твои из твоей среды выйдут». Или, по крайней мере, уменьшает и затмевает сияние их святости, не дай Б-г, и передает власть нечистым силам тьмы.

Здесь автор перечислил три вида отрицательных влияний на высшие миры: разрушение, уменьшение и затмение сияния. Эти три вида соответствуют разным уровням миров. Чем выше мир, тем меньше он подвержен влиянию человека. Поэтому, в более низких мирах грех производит разрушение, в более высоких уменьшение, а в еще более высоких он способен лишь частично затмить сияние. – Прим. р. И. Э. Вайнтруба

В 12-ой главе автор объясняет, что само существование и жизнь сил зла – это результат разрушения, которое совершает грех в святых мирах. – Прим. р. А. Д. Гольдберга

И в этом заключается смысл того, что написано (Берешит, 1:27): «И создал Элоким человека по образу Своему», и (Берешит, 9:6): «…ибо в образе Элоким создал Он человека». Ибо, так же как Он, да будет благословенно Имя Его, является Элоким, то есть, властелином всех сил, которые существуют во всех мирах, их единовластным управляющим и правителем, так же человеку Он, по воле Своей, передал власть над великим множеством духовных миров и сил. И теперь в руках у человека находятся ключи к тому, что бы оживлять эти силы и миры, направив в них поток витальной силы, или, наоборот, умерщвлять их. И этот процесс происходит постоянно, и нет ни одного мгновения в жизни человека, когда его поведение, и каждая деталь его действий не влияли бы на жизненность высших миров и сил. Каждое действие, каждое слово и каждая мысль оказывают влияние на высшие миры, в соответствии с уровнем своего духовного источника, как будто он властвует над мирами, и в этом он уподобляется Элоким.

Действия человека влияют на высшие миры не только тогда, когда он занимается изучением Торы или выполнением заповедей. Каждое действие и каждое движение, и каждая их деталь, даже самая ничтожная, оказывают созидательное или разрушительное влияние на высшие миры. Причина этого заключается в том, что ни одно действие, которое человек совершает, не является нейтральным. Каждый поступок, совершаемый человеком, носит или характер заповеди, или характер греха. – Прим. р. А. Д. Гольдберга

Здесь и далее, из слов автора становится понятно, что у человека нет возможности оживлять миры и влиять на них своими собственными силами. Всевышний Сам постоянно оживляет и возобновляет Свое творение. Человек подобен Властелину миров в силу того, что Творец поставил жизненность и порядок, которые Он постоянно изливает на миры, в зависимость от действий человека. Получается, что человек управляет мирами, хотя сила воздействия на них исходит не от самого человека. – Прим. р. А. Д. Гольдберга

Так как цель создания человека – это служение Творцу, и в этом заключается вся его суть, то нельзя сказать, что человек существует, и, кроме того, должен служить Творцу. Вся суть и весь смысл его жизни – это только служение Творцу. Поэтому каждый поступок и каждое движение человека могут быть либо направлены на служение Творцу, либо противоречить служению. А среднего не дано. Поэтому любое действие является или заповедью или нарушением. И не существует ничего, что бы не было предназначено для служения Всевышнему, и при этом не являлось бы грехом. А то, что некоторые вещи называются «разрешенными», означает, что их категория определяется намерением, с которым их делают. Если их делают для того, чтобы лучше служить Творцу, то они превращаются в заповедь, а если для чего-либо другого – то в грех. А те вещи, которые мы называем «заповедями», как например накладывание тфиллин, – это действия, которые всегда совершаются только с целью служения Творцу. А «запретом» называются те вещи, которые всегда противоречат воле Творца.

И в этом заключается смысл заповеди «во всех делах своих знай Его» – человек должен использовать все, что ему разрешается, для служения Творцу. – Прим. р. Й. Э. Вайнтруба

Сказали мудрецы (Мидраш Эйха Рабати, на стих 1:6): «Рабби Азарья от имени Рабби Йегуды бар Симона сказал: когда Исроэль выполняют волю Вездесущего, они умножают силу и власть того влияния, которое Всевышний изливает на мир, как сказано (Теилим, 60:14): “С Элоким усилим мы”. А когда Исроэль не выполняют волю Вездесущего, то они как бы ослабляют Его великое влияние, как написано (Дварим, 32:18): “Твердыню (источник), породившую тебя, ослабил”».

И еще приводится в нескольких местах в книге Зоар: «грехи, которые совершает человек, создают изъян в высших духовных мирах, и наоборот». И это то, что имеется в виду в стихе (Теилим, 68:35) «Дайте силу Элоким». И в Зоаре (на начало главы Бо, основываясь на стихе Ийов 1:6): «”И был день, когда пришли сыны Б-жьи предстать пред Господом (другой вариант прочтения «восстали против Господа»)” – когда силы зла хотят обвинить еврея в неподобающем поведении, то, конечно, они противостоят Всевышнему, чтобы высказать обвинение. Ведь когда еврей совершает неподобающее действие, это как бы ослабляет поток жизненной силы, с помощью которой Всевышний поддерживает творение. А когда еврей ведет себя хорошо, то, наоборот, как бы усиливает поток, который снисходит от Всевышнего в творение. И про это написано “Дайте силу Элокиму”. Каким образом [можно дать силу Элокиму]? Посредством богоугодного поведения».

И поэтому написано «Элокиму», и также написано (Теилим, 60:14): «Элокима усилим мы» – и объяснили, что слово «Элоким» означает властелин всех сил, [силу влияния которых Всевышний поставил в зависимость от действий человека].

И, как уже было сказано выше, грех наносит ущерб всем мирам. Но не во всех мирах повреждение получается одного и того же масштаба. В нашем мире грех может повлечь за собой полное разрушение. Пример тому – разрушение храма и изгнание еврейского народа. В более высоких мирах, повреждение носит характер «затемнения» сияния, которое достигает их. В еще более высоких мирах, повреждение приводит к тому, что мир становится не совсем идеальным.

С другой стороны, грех приводит к возникновению и усилению миров тьмы, в которых властвуют силы зла. И чем больший ущерб наносится святым мирам, тем больше вырастают миры зла. – По прим. р. Й. Э. Вайнтруба

Сказано, что человеку дана власть над мирами. Нужно отметить, что не всем дан один и тот же уровень власти. Виды влияния, а также его количество и качество, разные у разных людей. И все зависит от той роли, которая предназначена для человека в жизни. Также как в земном царстве, если солдат не явился на пост, то это немного уменьшает честь царя. Если же главнокомандующий не придет на свое место, то это будет страшным оскорблением царской короне. Точно также, есть разница между людьми. У каждого есть возможность умножить или уменьшить славу Всевышнего, но люди не равны по своим возможностям. И только в день Великого Суда человек узнает, какую роль он должен был сыграть в жизни. – Прим. р. Й. Э. Вайнтруба

Перевод – рав Б. Набутовский

http://www.beerot.ru/?p=93858

Знатный род

2026-06-15T07:54:07.164Z

Рав Шломо Левинштейн

Сын Ицhара, сына Кеата, сына Леви (16:1)

Корах происходил из замечательного и знатного рода, и все равно поступил так, как поступил. Это учит нас, что неважно, каково происхождение человека, самое главное – что он сам собой представляет.

У одного барина был пес, который много лет служил ему верой и правдой, пока не состарился. Барин решил отпустить его и отправить в лес. Но, поскольку он любил преданного пса, и боялся, что хищники могу навредить ему, и поэтому велел надеть на него шкуру медведя, чтобы все его боялись. Барин увидел, что пес выглядит страшным медведем, но все еще был недоволен: «Надену-ка я на него шкуру льва, тогда его точно все будут бояться!»

Когда собака была как следует одета, он отправил ее в лес.

Как раз в тот вечер лев устраивал праздник в лесу, все животные принимали в ней участие, радовались и плясали. Неожиданно, посреди песен и плясок, они начали по одному тихо уходить, пока зал почти не опустел. Лев позвал лиса и велел срочно выяснить, что случилось. Через несколько минут лис вернулся: «Знайте, ваше величество, — хмуро сказал он, — что ваш трон под угрозой!» – «Что случилось?» – испугался лев. «Видите ли, — смущенно ответил лис, — тут в лес пришел еще один лев, необыкновенный, из знатной семьи». – «Ну-как иди проверь, что он собой представляет!» – велел лев. Лис подошел к новоявленному льву и спросил: «Вы кто, уважаемый?» – «Мой дед был львом!» – громко ответил пес. «А вы сами кто?» – переспросил лис. – «Мой отец был медведем!» – гордо ответил пес. «Ну а вы-то кто?» – не унимался лис. «Я… я – собака…» – вынужден был признаться пес.

В «Пасхальной Агаде Хафец Хаима» приводится история, как однажды к Хафец Хаиму пришел один человек знатного происхождения и представился, мол, он – внук такого-то праведника. Хафец Хаим был уже пожилым и плохо слышал. Он спросил: «Вы кто, уважаемый?» Тот человек понял, что Хафец Хаим не расслышал его, и снова повторил, уже громче: «Я – внук такого-то праведника!» Тогда Хафец Хаим повысил голос: «А Вы сами кто?» Тот смущенно замолчал, а Хафец Хаим объяснил: «Я спрашиваю, идете ли Вы по пути ваших отцов, достойный ли Вы потомок Вашему деду?»

Когда говорится о происхождении Кораха, там не упоминается о праотце Яакове, в соответствии с его просьбой: » Да не присоединится к их сообществу, моя честь» (Берешит, 49:6). Смысл этой просьбы объясняет святой «Ор а-Хаим» следующей притчей: однажды полиция задержала человека, который находился посреди ночи около сейфов центрального банка с инструментами для взлома в руках. Его спросили, что он там делает, но, поскольку он не нашел убедительной причины, его арестовали. Арестованный вызвал самого лучшего адвоката. «Послушай, — обратился к нему адвокат, — ты находишься в тяжелом положении. Как ты можешь объяснить, что ты там делал посреди ночи?» – «, Честно говоря, — положил арестант руку на сердце, — я уверен, что полиции не понравятся мои объяснения. Как ты думаешь – может, вместо того, чтобы давать объяснения, я попрошу снисхождения, поскольку мой отец – главный раввин города?» – «Даже и не думай! – содрогнулся адвокат, — Никому об этом ни слова! Если узнают, что твой отец – главный раввин, тебе дадут гораздо более тяжкое наказание!»

Это и просит наш праотец Яаков: «Владыка мира, пожалуйста, не упоминай мое имя по поводу семьи Кораха, они и так в тяжелом положении, не нужно, чтобы все знали, что они – мои потомки, и усилили им наказание!»

Перевод: г-жа Л. Шухман

http://www.beerot.ru/?p=93836

Корах — Даже самый мелкий спор приводит к тяжким последствиям

2026-06-10T14:20:48.467Z

Рав Шимшон Давид Пинкус

«(Все) отошли от жилищ Кораха, Датана и Авирама… (они погибли) вместе с их женами, детьми и младенцами» (16:27)

«С женами, детьми и младенцами» – смотри, насколько тяжек (грех) раздора! Ведь в земном суде не наказывают ребенка, у которого еще нет признаков взросления, а в Небесном суде не наказывают раньше 20 лет, а здесь погибли даже грудные младенцы» (Раши)

Во всем мире, и в особенности в народе Израиля, широко известно, насколько опасны раздоры, которые в состоянии разрушать целые города, общины и семьи, да упасет нас Б-г.

Тора рассказывает нам, что пламя раздоров сжигает и уничтожает как больших, так и малых, как злодеев, так и праведников. Горе общине, синагоге или семье, в которой разразилась ссора. Ведь если она зажглась – ее не остановить, это подобно страшному и ненасытному огню, который поглощает все большую и большую территорию, оставляя за собой горе, разруху и выжженную землю.

«Поэтому мудрый в такой момент промолчит» (Амос, 5:13). Когда есть раздор, в таком случае самое важное – это уметь промолчать. Порой человеку очевидна его правота, его страшно раздражает несправедливость другого и желание дать ему сдачи сильно, «словно огонь, полыхающий в сердце моем, горящем в костях моих, отчаялся я в себе удержать (его) и (более) не смогу» (Ирмияу, 20:9). Однако, если ему удастся преодолеть себя и промолчать, об этом сказано: «Каждое мгновение, что человек закрывает свой рот, он удостаивается скрытого света, который не могут ощутить ни один ангел и ни одно творение». И более того – весь мир существует в его заслугу, как сказано в трактате «Хулин» (89а): «Мир существует лишь только для того, кто останавливает себя в момент ссоры».

Тем не менее, хотя отрицательные стороны и великие опасности больших раздоров широко известны, мелкие ссоры (например, дома) не кажутся такими уж страшными, нам кажется, что это мелочи и они не так важны.

Но на самом деле любая ссора и раздор, даже самые крошечные, несут в себе разрушение и катастрофу. Мы видим, что Всевышний велит даже стереть Его Имя, написанное в святости, чтобы восстановить мир между мужем и женой. Получается, что этот мир важнее, чем стирание Имени Творца!

Правило здесь таково: «царство земное подобно царству Небесному» (Брахот, 58а). Всевышний ведет Себя со Своими творениями так же, как ведут себя люди. Представим себе человека, который гостит в доме, полном мелких ссор, раздражения и придирок. Как тяжело это выносить! Он наверняка подумает: «жаль, что я приехал сюда», и его главным желанием будет как можно быстро покинуть этот дом. Так и Всевышний не желает находиться в доме, где есть ссоры, и сразу же убирает оттуда Свою Шхину.

С другой стороны, если человеку сказали дома какое-то резкое слово, и он молчит, не защищая свою честь, и более того – не думает о грехе, который совершили по отношению к нему, а сразу же стирает это из памяти, он приводит Шхину в мир и в свой дом.

Так же, как раздоры приводят проклятия, так отдаление от раздоров приводит благословение, жизнь и здоровье самому человеку и его домочадцам, ему открываются все врата благословения и счастья, как сказали наши мудрецы: «Не нашел Всевышний лучшего сосуда для благословения Израиля, чем мир» (Дварим раба, гл.5, 15)

Перевод: г-жа Л. Шухман

http://www.beerot.ru/?p=93832

Возвышенный город — Мальчик возвращается к приемным родителям

2026-06-03T09:54:06.180Z

Менахем Герлиц

На этот раз рабби Хаим не молился на рассвете, как обычно. Он вошёл в синагогу «Хурва» и присоединился к одному из молитве ремесленников. После молитвы он возблагодарил и восхвалил Всевышнего за то, что ему удалось спасти еврейскую душу, и за то, что Он вложил в сердце чужеземного посла готовность принять его слова и исполнить его просьбу. Теперь он возвращается домой, и никто в Иерусалиме не знает о том, что произошло. Он не проронил ни слова о том, что пришлось ему пережить тем утром у строгого и грозного посла Австрии, поэтому не видел в своем поступке никакой особой важности или величия. В своем великом смирении он видел в этом всего лишь выполнение той обязанности, которую возложили на него трое мудрецов Торы из Иерусалима — спасти еврейского ребенка от духовной смерти. Разве есть какое-то самопожертвование в том, чтобы посвятить время спасению души из народа Израиля?!

Но уже в тот же день об этом событии стало известно, и это превратилось в бурю и главную тему дня в Еврейском квартале. Один из еврейских чиновников посла услышал, как тот рассказывает об этом своим друзьям, и так весть разнеслась по всему городу.

Около полудня рабби Хаим вернулся домой — и вот его ждёт один из телохранителей австрийского посла. За руку он держит Израэлика, сына Ице-водоноса. Гость вежливо поклонился рабби Хаиму и представился, сказав, что посол просил привести мальчика сюда. Тем временем собрались соседи и стали выспрашивать у посланца подробности о пропавшем мальчике. Посланец, для которого большой честью было то, что ему удалось собрать вокруг себя такую большую толпу, охотно откликнулся на их просьбу и начал торжественно рассказывать:

«Рано утром посол позвал меня и передал записку со словами: немедленно ступай к доктору Герцбергу и вручи ему эту записку, а также добавь от моего имени устно, чтобы он не медлил с выполнением написанного в ней, иначе горек будет его конец».

«Тотчас я поспешил к дому доктора и передал ему записку. Герцберг пришёл в ярость. Он вошел в соседний дом и вывел передо мной этого мальчика, который только что встал с постели и передал его мне, бормоча при этом по-немецки какие-то презрительные слова, смысл которых я не понял».

«Сначала», — продолжает посланник свой рассказ, — «мальчик отказался идти со мной, пока на мне была цветная одежда и красная феска, которые полагаются страже посла. Но доктор Герцберг сам подтолкнул мальчика пойти с “дядей”».

Излишне говорить, что мальчик теперь вернулся в дом своего приемного отца, рабби Тувии, и счастье вновь воцарилось в его доме.

«Партнерство» рабби Тувия и Йона Табака сохранилось на всю их земную жизнь, и оно также перешло к их сыновьям, которые продолжили путь своих отцов. Оно существует и до сих пор между потомками рабби Тувии и потомками Йоны.

Старцы Иерусалима добавляют к этому: те две недели, которые провел Израэлик в доме-школе доктора Герцберга, дурно на него повлияли, и его стремление к изучению Торы словно испарилось. Рабби Тувия снова посоветовался с рабби Хаимом Зонненфельдом, который начал благое дело и довел его до конца. По его предложению мальчик был передан под опеку того сапожника и праведника, рабби Нисана Шустера, которого рабби Тувия знал еще с первых дней своего пребывания на Святой земле. Каким-то образом рабби Нисану удалось воспитать Израэлика, научив его Торе и глубокой б-гобоязненности. Он также обучил его сапожному ремеслу, которым тот зарабатывал на жизнь долгие годы. Когда Израэлик вырос, рабби Нисан нашел ему жену, которой рабби Тувия дал достойное приданое. С этой женщиной Израэлик, сын Ице-водовоза, основал славный дом — его сыновья и зятья посвятили себя изучению Торы.

Жители Старого города до сих пор помнят лавку Израэлика, сапожника с улицы Мейдн. Они также помнят, как каждый четверг Израэлик закрывал свою лавку, взваливал на плечи большой мешок и обходил дома евреев Иерусалима, собирая халы и еду к святому Шаббату для городских бедняков.

Таковы были чистота воспитания сапожника рабби Нисана, сила святости рабби Шмуэль Саланта, главного раввина Иерусалима и величие мудрости рабби Йосефа Хаима Зонненфельда, который впоследствии занял место рабби Шмуэля в иерусалимском раввинате.

Они все предвидели заранее.

Даже малейшую ниточку

Кто же был рабби Нисан-сапожник, тот самый, на чье воспитание и способность искоренить влияние светского образования возложили надежды светила Иерусалима?

Фейге, булочница, которая уже несколько лет как овдовела, однажды является к гаону из Бриска, рабби Йеошуа Лейбу Дискину, чтобы напомнить о своем замечательном сыне Михаэле, который уже несколько недель прикован к постели болезнью. Гаон из Бриска обеспокоен известием, ибо, по-видимому, Михель болен. Его отец, который был среди его самых избранных учеников, скончался в расцвете сил и оставил после себя молодую вдову и единственного сына, живших в бедности. Он также прекрасно знает прекрасного мальчика, который снискал себе славу в тогдашнем Иерусалиме. И сам великий мудрец из Бриска уже не раз занимался Торой с этим отроком, задавая ему каверзные вопросы. Теперь он взволнованно ходит по комнате и шепчет молитву: «Владыка мира! Не посылай двух бед сразу! — бедность и болезнь в один разрушенный дом не помещай! Владыка мира — не посылай двух бед сразу!»

Фейге стоит в ожидании ответа, глаза ее полны слез. Прошло несколько мгновений, и рав из Бриска повелевает: «Ступай и напомни о своем ребенке рабби Нисану-сапожнику!»

— «Неужели раввин думает, что мой ребенок действительно настолько болен, что его уже нужно упоминать перед рабби Нисаном?» —. тревожно спрашивает Фейге.

Таково было настроение в Иерусалиме в те дни. Правда, немногие евреи Иерусалима знали о праведности рабби Нисана, на лавке которого висела небольшая табличка, написанная квадратным шрифтом: «Чиню только мужскую обувь». Но рав из Бриска часто к нему обращался.

Не имея выбора, Фейге тотчас же направляется в лавку рабби Нисана, входит в сводчатый двор, закоулок за закоулком, но вскоре обнаруживает, что лавка заперта. Она спрашивает соседних торговцев — однако они не могут ничего сказать, кроме того, что уже два дня лавка сапожника наглухо заперта. Клиенты рабби Нисана этому нисколько не удивились. Не раз рабби Нисан — вся сущность и поведение которого были окутаны тайной и загадкой — исчезал из виду. Но на этот раз чаша переполнилась. Уже неделю с лишним рабби Нисана нет.

В Иерусалиме тогда свирепствовала страшная эпидемия. Раввинские суды призвали к молитве и покаянию. Весь город нуждался в молитвах рабби Нисана — а он словно вознесся на небеса.

Даже самый близкий друг и соученик рабби Нисана по ешиве каббалистов «Бейт-Эль», рабби Шломо Векслер, на этот раз начал беспокоиться о судьбе своего товарища. Он решил послать свою жену Цвию к жене рабби Нисана, чтобы выяснить, в чем дело. Но и она вернулась без ясного ответа: «Жена рабби Нисана говорит, что её муж сейчас нет в городе и что он вернётся только через несколько дней».

— «Рабби Нисан не в Иерусалиме?» — удивляется рабби Шломо. — «Ведь с того дня, как он поднялся на Святую землю, он ещё ни разу не покидал Иерусалим даже на короткое время!»

— «Конечно, он поехал по важному поручению от рава из Бриска», — пытается Цвия успокоить мужа. — «Ведь ты сам всегда рассказываешь, как рав из Бриска, зная его истинное величие, больше всех ценит его и привлекает ко всем делам на благо общины».

Куда же на самом деле пропал на этот раз рабби Нисан на неделю, а то и больше? И почему же на этот раз он нарушил свое правило, которое соблюдал, несмотря на испытания, на протяжении сорока лет, и покинул Иерусалим?

Квартира рабби Нисана находилась рядом с квартирой мудреца и праведника, хасидского реббе, рабби Довидла Бидермана. Лишь тонкая кирпичная стена разделяла их. В течение многих лет рабби Довидл имел обыкновение изучать углубленный урок Талмуда и комментариев со своим товарищем рабби Манишем Шейнбергером после полуночи, в то самое время, когда рабби Нисан всегда вставал для совершения «Тикун Хацот». Он долго оплакивал разрушение Храма и изгнание Шхины, а затем прочитывал всю книгу Псалмов с особыми молитвами. Всё это до молитвы на рассвете.

В тишине ночи в Святом городе рабби Довидл и рабби Маниш отчетливо слышали полный тоски голос рабби Нисана, обращенный к Б-жественному Присутствию, и нередко их глаза наполнялись слезами от волнения. Рабби Нисан, с другой стороны, ясно слышал их талмудические рассуждения, а иногда и сам брал том Талмуда и участвовал в уроках. Об этом они никому не рассказывали.

Однажды ночью рабби Нисан сидит на земле с пеплом на голове, занятый молитвой — и вдруг он слышит, как друзья за стеной спорят громче обычного. Они сейчас изучают трактат Бейца, разбирая сложный вопрос о запрещенном смешении нитей — шаатнез. Рабби Нисан, жаждущий узнать, о чем идет речь, встает со своего места, берет томик Талмуда и слышит их дискуссию слово в слово:

«Сказал Рабби от имени святой общины в Иерусалиме: даже десять перин одна на другой, а под ними смешанная ткань — запрещено спать на них».

Теперь он слышит и слова Рамбама, связанные с законом запрещенных тканей, которые рабби Довидл читает из его кодекса:

«Смешанные ткани запрещены в любом количестве, даже малейшая нить… Тот, кто видит смесь, запрещенную по закону Торы на товарище, даже если тот идет по рынку — подходит к нему и немедленно срывает с него, даже если это был его раввин…» (гл. 10, закон 29).

Это было время конца месяца Тамуз. Иерусалимская летняя ночь пролетела быстро. Взошла заря, и друзья — рабби Довидл со своим хасидом рабби Маниш направляются к микве, чтобы подготовиться в ритуальной чистоте к утренней молитве. Рабби Нисан был расторопен, и пока те шли в микву, он торопливо вышел и поспешил на молитву на рассвете в дом учения каббалистов «Бейт-Эль». Соседи встречаются. Рабби Довидла приветствует рабби Нисана словами «доброе утро», и не по своему обыкновению останавливается и с волнением рассказывает рабби Нисану о том, что изучал ночью касательно строгости запрета на смешанные ткани. Он повторяет перед ним слова Рамбама: даже если увидишь своего учителя на рынке одетым в шаатнез, надо сорвать с него эту одежду.

Соседи расходятся каждый своей дорогой, но рабби Йона Корнблит, который был среди учеников рабби Довидла и видел их разговор, удивляется: впервые он видит, что его учитель разговаривает перед утренней молитвой!

Время близится к полудню. Рабби Нисан только что закончил молитву и занятия Торой и теперь может открыть свою лавку. Он просматривает список своих клиентов и предпочитает сначала починить обувь одного из мудрецов Торы в Иерусалиме — честь Торы превыше всего. И действительно он занимается ремонтом этой обуви с трепетом и любовью.

И тут появляется арабский торговец из знакомых рабби Нисана и предлагает ему мешок выгодных товаров за бесценок: пятнадцать пар кожаных сапог, подбитых изнутри белой шерстью — товар, купленный на дамасском базаре. Рабби Нисан увидел эту выгодную сделку и тут же ухватился за неё — эти сапоги можно будет продать даже с небольшой прибылью, они хорошо согреют ноги евреев Иерусалима в предстоящую зиму! Арабский торговец получил свои деньги и удалился.

Прошел немного времени, и возле лавки случайно оказался еврей-кожевник с бородой до пояса. Взгляд его упал на сапоги, выставленные на продажу у входа в лавку. Он спрашивает рабби Нисана о цене и тут же начинает с ним торговаться. Рабби Нисан подбирает ему пару по размеру, передает их завернутыми и благодарит за то, что тот соизволил помочь ему заработать сегодня практически сразу после открытия лавки. Благородство этого человека пробудило у рабби Нисана любопытство; «Откуда вы, рабби?» — спрашивает его рабби Нисан.

«Из Яффо», — ответил незнакомец.

Покупатель ушел, рабби Нисан подсчитал и понял, что от продажи сапог он уже заработал достаточно на пропитание и содержание семьи на этот день. Он встал с места, закрыл лавку и поспешил обратно в дом учения. Он снова слышит звуки голосов адмора рабби Довидла и рабби Маниша: «Даже десять подстилок одна поверх другой, а килаим под ними — запрещено…» «Килаим не имеют меры…» «Даже любая нить…»

«Что со мной происходит?» — удивляется сам себе рабби Нисан — «Ведь уже годы слушаю я ночные уроки рабби Довидла, и почему-то именно сейчас эти слова так глубоко западают мне в душу?» Он пытается сосредоточиться на книге, но мысли его вновь блуждают, и перед глазами встает рабби Довидл. Он выходит из миквы на рассвете и взволнованно рассказывает ему о запрете смешанных тканей, которым он занимался всю ночь. Уже много лет он, рабби Нисан, живет с ним по соседству, и ни разу до этого рабби Довидл не поделился с ним ничем из своих талмудических изысканий!

«Ага, ага!» — Рабби Нисан вспомнил о «сделке с сапогами» на шерстяной подкладке — «кто знает, а вдруг шерстяная набивка была прошита льняными нитками?!»

«Ой!» «Ой!» — стонет рабби Нисан — «Конечно же, это и имел в виду рабби Довидл, он все предвидел своим святым духом…»

Снова закрывает он книгу, торопливо произносит молитву в одной из комнат синагоги Хурба, и поспешно бежит к лавке, взваливает мешок сапог на плечо и поднимается к рабби Хаим Зингеру — эксперту по шаатнез, который живет во дворе ешивы «Торат-Хаим», возле Дамасских ворот. Рабби Хаим торопится и достает свой узелок с иглами и большую лупу. Он очень ценит своего гостя и старается оказать ему почтение. Но проверка не оставляет сомнения: «Это всё шаатнез!»

Рабби Нисан был потрясен. Он хватает мешок с сапогами и, не говоря ни слова, выбегает из дома, направляясь к дому мудреца из Бриска. С мешком на плечах он входит в дом рабби Йеошуа Лейба и, сломленный и раздавленный, рассказывает ему, как нечаянно оступился и продал еврею из Яффо сапоги, подбитые шаатнезом, нарушив заповедь «не ставь препятствия перед слепым». Рабби Нисан также рассказывает раввину, что решил отправиться завтра утром на рассвете в Яффо, чтобы разыскать того еврея.

Мудрец из Бриска не сказал, обязан ли он так делать по закону. Вместо этого, пожелал ему кратко: «С помощью Небес!»

День близился к полудню, когда рабби Нисан сидел в быстрой повозке, направлявшейся в Яффо. Он торопил возницу, и к вечеру они уже стояли у городских ворот. Теперь Рабби Нисан тяжело ступает ноющими ногами по раскаленным пескам Яффо — города, незнакомого ему — и разыскивает еврея, который открыл бы ему хотя бы крошечную лазейку в поисках владельца сапог. Прошло немало времени. Рабби Нисан увидел местного еврея, протянул ему руку для приветствия и спросил о том, где находится синагога. Еврей провел его на параллельную улицу, где находилась центральная синагога города. Он еще успел помолиться с людьми, которые собрался во дворе. После молитвы они вошли в синагогу, где в это время между дневной и вечерней молитвой сидели несколько десятков торговцев и ремесленников и слушали урок по Мишне от городского раввина, рабби Нафтали Гирца а-Леви.

Рабби Нафтали был одним из величайших учеников мудреца из Бриска, и стоило только рабби Нисану войти в синагогу — тот сразу узнал его и поднялся перед ним во весь рост. Кто, увидев, что главный раввин города встал со своего места, не встал бы тоже? Но ученики удивлялись: что же увидел раввин в этом бедном госте, который не обладал ни красотой, ни величием, а одежда у него была как у простого ремесленника? Рабби Нисан сам смутился от этой чести, которую оказал ему раввин, и спрятался за печью, словно раввин перепутал его с кем-то другим. Его ученики действительно так подумали, но вскоре убедились, что здесь не было никакой ошибки. После вечерней молитвы раввин быстро подошел к гостю, протянул ему руку для приветствия, обнял и поцеловал.

Староста синагоги рабби Эзра Шперштейн, который тем временем уже успел услышать, что тот всего лишь сапожник из Старого Города Иерусалима, больше не мог сдерживаться. Впервые он видел раввина столь воодушевленным при встрече с гостем. Стоило раввину повернуться к нему, как он тот тут же спросил, в чем дело.

«Многого я не могу тебе рассказать», — ответил рабби Нафтали, — «но только это одно открою тебе: я сам слышал из уст моего учителя и наставника, великого мудреца из Бриска: “рабби Нисан-сапожник — скрытый праведник”».

Теперь раввин снова подошёл к рабби Нисану и пригласил его на ужин и ночлег у себя в доме. Он хотел услышать, что привело его в Яффо. Рабби Нисан не противоречит уважаемому человеку и следует за раввином. В доме раввина тем временем был накрыт праздничный стол в честь гостя. Но едва они уселись за стол, как рабби Нисан разражается горьким плачем. Он подробно пересказывает ему историю сделки с сапогами и рассказывает, как по ошибке привел еврея из Яффо к нарушению строгого запрета шаатнез. Теперь он просит своего друга раввина оказать ему милость и помочь как можно скорее разыскать того еврея, чтобы спасти его от беды.

«А нашему раву из Бриска вы рассказали об этом деле?» — перебивает рабби Нафтали его рассказ посередине.

— «Конечно, он благословил меня: с помощью Небес».

«В таком случае, — успокаивает его рабби Нафтали, — вам совершенно не о чем беспокоиться. Я уверен, что Всевышний благословит наш путь успехом».

Зять рабби Нафтали, который в будущем займет его должность, раввин Йосеф Цви а-Леви, слышит разговор, и в волнении шепчет себе: «Ой, ой, какая б-гобоязненность! Какая цельность! Как достигают этого?»

В понедельник к вечеру рабби Нисан прибыл в Яффо. Уже прошло три дня, и до сих пор не обнаружилось никаких следов покупателя сапог. Скорбь рабби Нисана растет день ото дня, тогда как рабби Нафтали успокаивает его благословением рава из Бриска.

В четверг после молитвы Шахарит появляется служащий из суда раввина и говорит: «Сегодня назначено провести халицу для еврея, приехавшего из-за границы. Но в зале суда ведутся различные ремонтные работы. Поэтому прошу раввина разрешить провести халицу у него дома». Рабби Нафтали согласился.

Примерно через два часа в доме раввина состоялась церемония халицы, и рабби Нисан тоже был среди присутствующих. Когда толпа начала расходиться, рабби Нисан заметил знакомое лицо. Мгновенно подойдя к нему, он спросил: «Не были ли вы на этой неделе в Иерусалиме?»

«Да!» — подтверждает тот. «Вы, случайно, не сапожник из Старого города?» — настойчиво спрашивает он.

Рабби Нисан снова разрыдался, но на этот раз от радости.

Рабби Нафтали, услышавший короткий разговор, тоже заплакал — благословение их учителя, гаона из Бриска, исполнилось полностью.

На следующий день к вечеру рабби Нисан прибыл в Иерусалим. Он вернулся к изучению Торы, к своему ремеслу и молитвам.

Не зря великие мудрецы Иерусалима доверили ему воспитание того похищенного ребенка.

Продолжение следует. Перевод: р. Б.Набутовский

http://www.beerot.ru/?p=93477

Путь духовного роста — Памяти рава Йеуды Мендельсона

2026-06-02T06:50:28.119Z

Путь духовного роста

Прошло два года с момента ухода из жизни рава Йеуды Мендельсона – известного врача и гипнотерапевта, поэта и писателя, автора нескольких книг и сайтов, а главное – Б-гобоязненного человека, всю жизнь стремившегося покорить все новые высоты в познании Торы, духовной работе и помощи множеству людей.

Постараемся вкратце осветить его жизненный путь.

Он и его семья стремились покинуть СССР в те времена, когда железный занавес еще стоял во всей силе. Были одними из знаменитых «отказников». В какой-то мере участвовали в «самолетном деле» – попытке ленинградских евреев угнать самолет с целью выезда из Союза. Власти, активно боровшиеся со всеми, кто хоть как-то выражал свои собственные мысли и цели, посадили р. Йеуду в психбольницу, из которой ему удалось вырваться через полтора месяца, поскольку ему невероятно повезло: из всех уколов лекарства, которое должно было превратить его в настоящего психбольного, он получил только один. Остальные его знакомая врач, подвергаясь сама большой опасности, заменила дистиллированной водой.

После того, как закончился первый ленинградский процесс, на пороге второго, семья Мендельсон неожиданно получила разрешение на выезд, причем на сборы им были дано ровно пять дней. На тот момент их было трое: супруги и маленький ребенок. Чтобы выехать, нужно было заплатить огромную пошлину, а денег у них не было – отказникам было запрещено работать. Но Всевышний не оставляет Своих детей: совершенно чудесным образом рав Йеуда попал в голландское посольство, где им выдали невероятную сумму: тысячу рублей! Его предупредили, что эту сумму придется отрабатывать в Израиле в течение 12 лет в пустыне Негев, но Мендельсоны были готовы на все, чтобы покинуть советский «рай». Приехав в Израиль, они все ждали, когда же их вызовут, чтобы отправить в пустыню, но вызов так и не пришел… Вместо этого их отправили в Тверию, в комфортабельную гостиницу. Далее они переселились в киббуц Ашдот-Яаков, который годами находился под обстрелом Иордании. Как и многим другим врачам, д-ру Мендельсону пришлось немало потрудиться, чтобы получить лицензию на врачебную деятельность. Однако через полтора года после приезда р. Йеуда добился не только этого, но и вдобавок к своей профессии терапевта закончил курс лечебного гипноза в Хайфском университете, и смог помочь тысячам людей, благодаря разработанному им уникальному методу лечения. Во время войны Йом-Кипура р. Мендельсон добровольцем участвовал в вывозе тел с Голанских высот. После этого их попросили переехать на север страны, где была страшная нехватка врачей: после войны Галилея просто опустела. Семья попала в антирелигиозный киббуц Амир неподалеку от Кирьят-Шмона. Они прожили там три года, и там родилось еще двое детей, пока Всевышний не послал им знак: соседские дети заставляли сына р. Йеуды говорить плохие слова против Небес, а тот наотрез отказался это сделать. Поступок сына так потряс отца, что и в его сердце что-то сдвинулось. Семья начала отмечать Шаббат. Позднее они переехали в Кирьят-Шмона. Семнадцать лет р. Мендельсон был полковым врачом на Севере, участвовал в войнах и бывал в Ливане. В Кирьят-Шмона семья Мендельсон познакомилась с необыкновенной парой – равом Эфраимом-Йоной Шахором и его женой раббанит Эстер. Благодаря им семья стала приближаться к Б-гу. Однако, однажды ракета упала прямо рядом с их домом, где «спали мы все – пятеро наших детей и племянник, — вспоминал р. Йеуда, — и я думал, что все погибли, такого страха я в жизни не испытывал! Мы просто сбежали в Хайфу».

Нужно сказать, что, оказавшись в Израиле, семья Мендельсон не забывала своих собратьев, оставшихся в огромной тюрьме – Советском Союзе. В течение многих лет они писали письма поддержки отказникам, узникам Сиона и просто советским евреям – по 200-300 писем в месяц!

В Хайфе р. Йеуда встретился с великим праведником равом Ицхаком Зильбером, чьим близким и преданным учеником р. Йеуда оставался всю жизнь. Он был тем, кто записывал на видео уроки рава, и в итоге у него скопилось большое сокровище – более 300 уроков, которые впоследствии были размещены на различных сайтах приближения евреев к Торе. Кроме того, р. Йеуда написал замечательную книгу «В тени праведника», содержащую уникальные истории из жизни рава Зильбера, рассказанные сами автором и другими учениками рава. «Рав был для меня всем», — признавался р. Йеуда. Рав Зильбер же поставил супружеской паре хупу, на которой все, кто там был, ощущали присутствие Шхины. Сами «молодожены» плакали, да и глаза рава не остались сухими. В Хайфе же р. Йеуда познакомился с равом Нисимом Ягеном, у которого тоже успел многому научиться, и даже, будучи врачом, сопровождал рава в последние месяцы его жизни.

Семья Мендельсон провела в Хайфе одиннадцать лет, там же жила и мать р. Йеуды. Когда она трагически погибла (попала под поезд), р. Йеуда почувствовал, что больше не может оставаться в этом городе, и семья переехала в Иерусалим.

«Мной всегда двигало желание помочь как можно большему количеству людей», — рассказывал р. Йеуда в интервью одному из русскоязычных журналов. И он активно реализовывал это желание: организовывал лечебные группы, уроки Торы, собирая аудитории в 500-600, а то и более человек, выступал на радио и телевидении. Когда появились религиозные радиостанции, количество слушателей уже измерялось многими тысячами.

Попав в Иерусалим, р. Йеуда оказался в ешиве «Двар Йерушалаим». «Там я встретился с тремя великими людьми, которые сыграли огромную роль в моей жизни, — вспоминал р. Йеуда. – Первым из них был рав Аарон Немировский. Он был как будто бы простой маляр, но 52 года он учился у самого рава Эльяшива, который и послал его обучать ешиботников алахе. Так, как он обучал, не обучал никто! Это был большой человек. Потом был, конечно же, рав Ицхак Зильбер (которого р. Йеуда знал еще по Хайфе), который был для меня всем. К концу жизни я научился понимать: если рав говорит «сделай так», а ты начинаешь сомневаться – совершаешь ошибку! Надо делать точно, как он говорил.

Он и послал меня учиться на иврите к раву Йоэлю Шварцу». Рав Шварц был еще одним замечательным учителем р. Мендельсона, у которого тот учился долгие годы.

Поселившись в Иерусалиме, в районе Рамот, семья Мендельсон стала открывать уроки Торы, один из которых, проводившийся у них на дому, продержался долгие-долгие годы, практически до конца жизни р. Йеуды. Этот урок состоял из трех частей. Вначале полчаса — Алаха, в основном законы Субботы и очередных праздников. Затем недельная глава Торы. После этого собирались женщины и дети и читали Теилим. Много незамужних и неженатых создали семьи, благодаря этим чтениям; многие тяжело больные выздоровели… Уроки вели выдающиеся евреи района Рамот, где жили Мендельсоны: рав Ицхак Гольденберг, рав Александр Кац, рав Авраам Шильман, рав Александр Нюрнберг и многие другие. Преподаватели менялись, но урок оставался неизменным, вплоть до эпидемии короновируса.

Последние годы жизни р. Йеуды были посвящены главному делу еврея – учебе Торы. Вся жизнь крутилась вокруг коллеля: «Мне нужно успеть в коллель», «скоро начинается коллель, нельзя опаздывать». Его жизнь была ярким примером того, как человек, не взирая на возраст, может стать “рабом” Всевышнего и не сходить с этого пути до конца… Да будет благословенна память о праведнике!

Составила: г-жа Л.Шухман

http://www.beerot.ru/?p=93863

Рабби Хаим бар Ицхак из Воложина

2026-05-31T15:16:31.711Z

Рабби Хаим бар Ицхак из Воложина (р. Хаим Воложинер; 5509 – 5581 /1749 – 1821/ гг.) – ближайший ученик Виленского Гаона , основатель Воложинской ешивы, «матери всех литовских ешив».

Родился в белорусском городке Воложине седьмого сивана 5509 /1749/ года, на второй день праздника Шавуот.

В тот же день в Вильно принял мученическую смерть на костре праведный гер р. Авраам бен Авраам – граф Потоцкий (Гдолей адорот).

Рассказывают, что в тот час, когда р. Хаиму предстояло появиться на свет, в их доме, богатом книгами, занимался великий законоучитель р. Арье-Лейб Гинзбург. И хотя роженица Ривка испытывала нестерпимую боль, из ее уст не вырвалось ни одного стона – она сдерживалась, чтобы не отвлекать мудреца от его учебы. Узнав о такой самоотверженности , проявленной ради Торы, р. Арье-Лейб благословил роженицу, пожелав, чтобы родившийся сын стал великим знатоком Торы (там же).

В детстве и юности Хаим учился у р. Арье-Лейб Гинзбурга, ставшего главным раввином Воложина и открывшего там ешиву.

В 5528 /1768/ году девятнадцатилетний р. Хаим познакомился с Виленским Гаоном и стал одним из его первых учеников.

Он перенял от Гаона умение упорно трудиться на пути познания Торы. Однажды он пожаловался Гаону на то, что, углубленно изучив раздел Талмуда Моэд (Праздники) уже двадцать раз, он все-таки не чувствует себя знатоком в этом разделе. «За двадцать повторений ты бы хотел стать знатоком?!» – изумился Гаон. «Сколько же раз нужно повторить?» – спросил р. Хаим. «Человек обязан повторить изученное сто один раз, – ответил Гаон, – а затем повторять бесчисленное количество раз, все дни своей жизни».

В возрасте двадцати пяти лет р. Хаим стал раввином г. Воложина, однако три-четыре раза в году по-прежнему навещал Гаона и каждый раз оставался у него в течение месяца.

Как правило, р. Хаим привозил с собой длинный перечень вопросов, с которыми он сталкивался при самостоятельном изучении Торы, – и Гаон помогал ему находить их верное решение.

После смерти Виленского Гаона, последовавшей в 5558 /1797/ году, р. Хаим стал общепризнанным духовным лидером литовского еврейства.

Седьмого тишрея 5563 /1802/ года р. Хаим объявил о создании ешивы в Воложине. В этой ешиве он стремился воплотить методы преподавания и изучения Торы, воспринятые им от Гаона.

Первоначально в его ешиве занималось около десятка юношей из самого Воложина, но постепенно число учеников возросло до двухсот – они прибывали со всех концов Белоруссии и Литвы.

Р. Хаим принял на себя все заботы об учениках, предоставив им возможность целиком сосредоточиться на занятиях. На собранные пожертвования было построено особое здание, где учащиеся оставались и на ночь. Р. Хаим отменил обычный порядок, при котором ешиботники столовались у жителей города, и устроил в ешиве специальную столовую.

Р. Хаим построил расписание занятий в ешиве так, что они не прерывались ни на минуту в течение суток.

Ночь он разделил на несколько смен, и когда одна из смен уходила спать, другая приступала к занятиям. Так происходило даже в ночи праздников и Суббот, и только на исходе Йом Кипура р. Хаим предоставлял возможность всем ученикам отдохнуть – и тогда он оставался в учебном зале один и занимался до глубокой ночи, пока кто-нибудь не сменял его. Объясняя свой подход к режиму занятий, р. Хаим писал: «Если бы, не дай Б-г, случилось так, что весь избранный народ прервал занятия святой Торой хотя бы на одно мгновение, то в тот же миг Вселенная перестала бы существовать и все миры постигла конечная катастрофа. И даже один человек из народа Израиля, бескорыстно занимающийся нашей святой Торой, обладает силой, позволяющей поддерживать существование всех миров и всего Творения» (Нефеш ахаим 4:25).

В 5568 /1808/ году по инициативе р. Хаима в Землю Израиля переселилась группа последователей Виленского Гаона, возглавляемая р. Менахемом-Менделем из Шклова, а спустя год – вторая группа, руководимая р. Сеадьей из Вильно и р. Исраэлем из Шклова.

Именно р. Хаим, организовавший материальную поддержку этих переселенцев, побудил их приобрести участки пахотной земли и виноградники, чтобы выполнять заповеди, связанные с сельскохозяйственным трудом на Земле Израиля.

Р. Хаим попросил их придерживаться порядка молитв, принятого сефардами и хасидами, чтобы не вносить раскола в еврейскую общину Святой Земли.

В отличие от Виленского Гаона, р. Хаим Воложинер избегал прямой конфронтации с хасидами, стремясь к достижению взаимопонимания.

И если Гаон наотрез отказывался от встреч с хасидскими лидерами, то р. Хаим сам посетил выдающегося хасидского наставника р. Исраэля Офштейна (Магида из Кожниц) и беседовал с ним в течение целого дня. В воложинской ешиве учились дети из хасидских семей, и р. Хаим не требовал от них, чтобы они изменяли своим обычаям и традициям.

В то же время, р. Хаим остро полемизировал с ошибочными, с его точки зрения, установками некоторых течений хасидизма. «Самая дурная из болезней, – писал он, – полагать, что занятия Торой, не сопровождаемые достижением состояния близости к Б-гу, не приносят никакой пользы и вообще ничего не стоят. Оказавшись в плену подобных воззрений, люди видят, что они еще не достигли такого высочайшего уровня и не могут изучать Тору в постоянной близости к Б-гу, – и поэтому вообще бросают занятия» (Нефеш ахаим 4:1). Р. Хаим образно пояснял: «Невозможно подняться по лестнице, ведущей к вершине, не поставив ног на ее первые ступени. Об этом в Талмуде сказано (Песахим 50б): «Человеку следует заниматься Торой и заповедями даже в том случае, если он делает это не бескорыстно (т.е ради достижения славы, почестей или по другим сторонним мотивам)». На первых порах от человека требуется только, чтобы он учился постоянно и непрерывно, днями и ночами, …– и тогда он получит возможность подняться с первых ступеней лестницы на высокую ступень бескорыстного изучения Торы» (Нефеш ахаим).

Р. Хаим Воложинер был одним из самых авторитетных законоучителей поколения – к нему обращались со спорными вопросами из многих общин всего еврейского мира.

Однако большинство его респонсов погибло в большом пожаре, охватившем Воложин в 5575 /1815/ году. Сохранившиеся респонсы и алахические решения собраны в книгу Хут амешулаш (Тройная нить).

Р. Хаим постоянно поддерживал связь с Советом еврейских представителей, созданным в Санкт-Петербурге по «высочайшему повелению» императора Александра I.

Без совета и благословения, полученного от р. Хаима, руководитель этой депутации Зундель Зонненберг не предпринимал никаких серьезных шагов. В 5578 /1818/ году р. Хаим сам приехал в Санкт-Петербург, чтобы через еврейских представителей воспрепятствовать планам правительства по русификации и «христианизации» еврейского населения. Благодаря его энергии и настойчивости, осуществление проекта, связанного с «просвещением» евреев, было отложено на неопределенное время.

Уже став общепризнанным главой поколения, р. Хаим никогда не указывал в своих письмах и респонсах, что он главный раввин и руководитель знаменитой ешивы, – до последних лет жизни он подписывался просто: «Хаим, уроженец Воложина» или «Хаим, меламед из Воложина».

В годы старости р. Хаим передал преподавание в ешиве своему сыну и ближайшему ученику р. Ицхаку (р. Ицеле из Воложина;см.).

Однако порой он тайком приходил в дом учения и, укрывшись за печкой, со сладостным отцовским волнением слушал увлекательные уроки сына.

Р. Хаим умер в Воложине четырнадцатого сивана 5581 /1821/ года, в возрасте семидесяти двух лет.

Перед смертью он завещал сыну продолжить два главных дела своей жизни: сохранить воложинскую ешиву и опубликовать книгу Нефеш а-хаим (Душа жизни), над которой он работал в течение многих лет.

Книга вышла в свет через три года после смерти автора, в 5584 /1824/ году. В этой книге нашла отражение кабалистическая традиция, воспринятая р. Хаимом от Виленского Гаона. Р. Хаим формулирует фундаментальные законы, определяющие взаимозависимость «макромира» и «микромира» – Вселенной и человека. Выполняя волю Всевышнего, отраженную в Его Торе, человек «добавляет Небесам силы» и способствует воплощению Б-жественного плана Творения. Вместе с тем, совершая преступления, человек «ослабляет силу Небес» и провоцирует катастрофические процессы, разрушающие Вселенную. По мысли р. Хаима, «Иерусалимский Храм разрушили, в сущности, не Невухаднецар и Тит», но сами евреи: своими грехами они «осквернили Высший Храм» в духовных мирах – и лишь поэтому чужеземцы получили возможность разрушить «нижний Храм», сложенный из каменных глыб и бревен. «Человек является движущей силой и живой душой и высших, и нижних миров, – утверждал р. Хаим, – ибо все они управляются в соответствии с его поступками, как объяснено выше» (Нефеш а-хаим 1:4).

По словам р. Хаима, именно «человек служит основной обителью Шхины на Земле: ведь, если человек освящает себя выполнением всех заповедей, …он сам становится Храмом в буквальном смысле этого слова, и в нем пребывает Б-г» (там же).

Сходный круг идей был отражен и в книге Руах хаим (Дыхание жизни), составленной на основе уроков, данных р. Хаимом в ешиве по поводу этического трактата Пиркей авот (Наставления отцов). Открывая своим слушателям глубочайшие тайны кабалы, р. Хаим в то же время подчеркивал, что между сокровенной и общедоступной частями Торы не существует жесткой границы: «Все секреты и тайны Торы, на самом деле, совершенно открыты и подробно разъяснены в ней, но только наши глаза застланы непроницаемой пеленой – и если человек бескорыстно изучает Тору, Всевышний открывает его глаза и срывает с них слепящую пелену» (Руах хаим 6:1).

Его комментарии, относящиеся к Танаху и сказаниям Талмуда, были собраны в книгу Биурей рабейну Хаим ми-Воложин (Разъяснения нашего наставника Хаима из Воложина).

Воложинская ешива – любимое детище р. Хаима – просуществовала до Первой Мировой войны. Она стала прообразом для десятков и сотен других ешив, основанных ее выпускниками по всей Белоруссии и Литве, а затем – в далекой Америке и на Земле Израиля.

Сохранилось ошеломляющее предсказание, сообщенное р. Хаимом одному из его ближайших учеников. «Ты должен знать, сынок, что наступит время, когда духовные центры европейского еврейства будут разрушены, а ешивы искоренены. Но затем они будут восстановлены в далекой Америке, которая станет последней остановкой еврейского народа на пути к Геуле (конечному избавлению)». «На пути к конечному избавлению, – разъяснял он, – Тора сменит вне Земли Израиля десять центров: Вавилон, Северная Африка, Египет, Италия, Испания, Франция, Германия, Польша, Литва и последний центр – в Америке». В течение полутора веков, из поколения в поколение, это предсказание передавалось лишь как теоретическая возможность – до тех пор, пока не разразилась Вторая Мировая война (Толдот бейт Воложин).

Воложенская ешива во все периоды ее существования была местом, где учились и росли в Торе сотни и тысячи учеников, ставших великими раввинами и законоучителями последующих поколений. Через них Всевышний исполнил свое обещание, что не забудется Тора в народе Израиля. Однако не менее важно, что Воложенская ешива была местом, где изучали и росли в Торе без всяких примесей других занятий. Это стало прототипом ешив, которые продолжили замысел нашего учителя. И даже в Америке, рав Аарон Котляр совершил совершенно невероятное – основал ешиву в Лейквуде по прототипу Воложенской ешивы, без всяких “необходимых” компромисов, которая стала величайшим местом Торы в мире и превратила еврейскую общину Америки в общину Торы.

Составил: р. Александр Кац с дополнением рава Полищука

http://www.beerot.ru/?p=93846

Раби Моше-Хаим бар Яаков-Хай Луцато — Рамхаль

2026-05-27T15:41:28.052Z

Раби Моше-Хаим бар Яаков-Хай Луцато (Рамхаль; 5467 – 5507 /1707 – 1747/ гг.) – один из величайших знатоков сокровенного учения, автор книги Месилат ешарим (Путь праведных), Даат Твунот и многих других.

Родился в итальянском городе Падуе в семье преуспевающего торговца шелком. Получил широкое образование – наряду со святым языком Торы и арамейским языком, на котором написаны Талмуд и Зоар, владел древнегреческим и латынью, а также разговорными языками: французским и итальянским.

Изучал Тору в Падуе, в ешиве, возглавляемой р. Йешаей Басаном (см.). В ранней юности начал изучать кабалу и уже к четырнадцати годам понимал и помнил наизусть многие книги р. Хаима Виталя, передавшие следующим поколениям учение р. Ицхака Лурии (Аризаля).

Когда р. Йешая Басан покинул Падую, став раввином города Реджо, руководство ешивой легло на плечи юного р. Моше-Хаима Луцато. Объединив вокруг себя около десятка наиболее способных знатоков Торы, многие из которых были гораздо старше, чем он, р. Моше-Хаим создал Хеврат мевакшей Ашем (Общество стремящихся к Б-гу) – здесь под его руководством изучали святую книгу Зоар и другие источники сокровенных знаний.

В месяце сиван 5487 /1727/ года, когда Рамхалю (аббревиатура имени р. Моше-Хаим Луцато) было всего двадцать лет, ему впервые открылся малах амагид (ангел-вестник), который обучал его тайнам Торы. Причем небесный посланник приходил к нему и тогда, когда он был в кругу учеников. В таких случаях Рамхаль падал ниц и внимал, а затем записывал услышанное, стремительно заполняя многочисленные листы бумаги – без пауз и размышлений, как будто кто-то невидимый водил его рукой.

Вместе с восторженными письмами учеников, слава о выдающемся кабалисте быстро распространилась по общинам Европы. Одно из таких писем попало к знаменитому иерусалимскому раввину р. Моше Хагизу, живущему в тот период на севере Европы, в г. Альтоне (пригороде Гамбурга). Р. Моше Хагиз заподозрил, что юный кабалист из Италии относится к тайным адептам какой-либо мессианской секты, – ведь после событий, связанных с лже-машиахом Шабатаем Цви и его юным «пророком» Натаном из Газы, раннее увлечение кабалой воспринималось особенно настороженно. Р. Моше Хагиз обратился с посланием к руководителям венецианской общины, призывая их «вырвать этот корень, пока не разразилась беда». В письме к р. Моше Хагизу Рамхаль сам ответил на его обвинения: «Перед лицом всего народа я заявляю, что не грешу тайно и не придерживаюсь нечестивого учения… Я не пророк и не сын пророка». Отметая упреки в том, что нельзя изучать кабалу в столь юном возрасте и, тем более, вне Святой Земли, Рамхаль указывал, что юному Аризалю малах амагид открылся в Египте, а юному р. Йосефу Каро – в Турции.

На защиту Рамхаля решительно встали его наставник р. Йешая Басан и выдающийся законовед р. Ицхак Ламфаронти. И тем не менее, несмотря на все возражения и доказательства, Рамхалю было запрещено публиковать свои сочинения и в дальнейшем писать что-либо, связанное с изучением кабалы.

Но Рамхаль не смог оторваться от источника высшей мудрости: в период с 5490 /1730/ по 5495 /1735/ года он написал более сорока новых книг. Когда об этом стало известно, раввинский суд Венеции наложил на него херем (отлучение от общины).

В 5495 /1735/ году ему пришлось оставить Италию: некоторое время он провел во Франкфурте на Майне, а затем поселился в Амстердаме. Здесь Рамхаль зарабатывал на хлеб шлифованием оптических линз, а все свободное от ремесла время посвящал занятиям Торой.

В 5500 /1740/ году в Амстердаме вышла в свет его книга Месилат ешарим (Путь праведных), посвященная вопросам еврейской этики.

В своей книге Рамхаль высвечивает то экзистенциальное противоречие, в котором пребывает каждый человек в этом мире. С одной стороны, «истинного совершенства человек может достичь только прилепившись к Всевышнему» – достигнув состояния двейкут, подлинной близости к Творцу мира. С другой стороны, сам Творец «поместил человека в такой мир, где многое отделяет человека от Б-га» – и это, в первую очередь, «материальные вожделения, обладающие свойством отделять тянущегося за ними от истинного блага». Поэтому «человек постоянно пребывает посреди битвы, поскольку все обстоятельства его жизни …ставят его перед испытаниями… Человек окружен со всех сторон! Но если он сумеет стать настоящим бойцом, выстоит и победит в этой битве – он достигнет совершенства и близости к своему Творцу» (Месилат ешарим гл. 1).

Подобная ситуация обязывает человека к ответственности за свою судьбу и к серьезной внутренней дисциплине. «Необходимо осознавать, – пишет Рамхаль, – что человек помещен в этот мир не для отдыха, но для тяжкого труда, и поэтому ему следует вести себя, как поденщику, работающему на Хозяина… Ему следует вести себя, как солдату во время войны: они едят в спешке, сон их краток и они всегда готовы к бою» (там же гл. 9).

Более того, от духовного состояния каждого человека зависит и судьба всей Вселенной. Рамхаль говорит: «Этот мир пребывает в неустойчивом равновесии. И если человек тянется за материальной стороной мира и удаляется от Творца, он тем самым разрушает себя и разрушает весь мир. Но если человек владеет собой и стремится прилепиться к Творцу, используя материальные блага мира лишь как инструменты в своем служении, – он возносит себя и все миры возносятся вместе с ним» (там же гл. 1).

И на этом полном испытаний пути особенную роль приобретает духовное руководство праведников, которые уже совершили восхождение по лестнице, ведущей к святости и пророчеству.

«С чем это можно сравнить? – спрашивает Рамхаль и находит яркий и емкий образ: – С лабиринтом, парком для развлечений, который устраивают вельможи. В нем деревья высажены плотными рядами, а вдоль них проложены тропинки, переплетенные между собой и специально запутанные, – и все они похожи одна на другую. Попавшие в лабиринт должны добраться до ротонды, стоящей посередине. Есть верные тропинки, приводящие к ротонде, а есть и обманные, уводящие от нее. Идущий по лабиринту не знает, по какой тропе он идет, – по верной или по обманной, потому что они все схожи… Но человек, который уже побывал здесь, знает дорогу по приметам… Он может предостеречь тех, кто пробирается по тропинкам, сказав: «Вот он, верный путь! Идите по этой тропе!». Кто поверит ему – дойдет до намеченного места. Но кто не поверит и пойдет туда, куда влекут его глаза, – заблудится и никогда не доберется до цели» (там же гл. 3).

А основным ориентиром в извилистом лабиринте жизни должен стать, по мнению Рамхаля, ключевой принцип еврейской этики. «В Торе есть всеобъемлющий закон – говорит он. – Люби ближнего своего, как самого себя (Ваикра 19:18). Как самого себя – без всякого отличия. Как самого себя – без уверток и хитростей. Как самого себя – в точности» (Месилат ешарим гл. 11).

В последующих поколениях эта книга Рамхаля стала самым изучаемым произведением мусара (еврейской этики) – она выдержала сотни изданий и была переведена на многие языки, в том числе, и на русский (см. Р. М.-Х. Луцато, Путь праведных. Йерушалаим 1994 г.).

Когда книга Месилат ешарим вышла в свет Рамхалю было тридцать три года. Два года спустя, в 5502 /1742/ году, в амстердамской типографии был издан и его алахический трактат Дерех твунот (Путем разума), в котором исследуются основные принципы и законы построения талмудической дискуссии.

А еще через год тридцатишестилетний Рамхаль покинул Европу – в 5503 /1743/ году он, вместе с женой и сыном, поднялся в Землю Израиля. Он побывал в Йерушалаиме, но для жительства избрал портовый город Акко, где несколькими веками ранее располагались знаменитые ешивы французских тосафистов и Рамбана.

Рамхаль и его семья погибли во время эпидемии чумы, разразившейся в 5507 /1747/ году – он умер в Акко двадцать шестого ияра 5507 /1747/ года в возрасте сорока лет. Похоронен в г. Тверии, рядом с могилой р. Акивы.

В последующих поколениях имя Рамхаля стало духовным знаменем целого ряда направлений еврейской традиции – в том числе, и таких, которые решительно противостояли друг другу.

Лидеры хасидизма увидели в Рамхале одного из своих величайших предтеч. Знаменитый Магид из Межерича, ближайший ученик Бааль-Шем-Това и его духовный наследник, утверждал, что «поколение Рамхаля не способно было оценить его великую праведность – но если бы Рамхаль родился в следующем поколении (т.е. в поколении родоначальников хасидизма), он бы стал главою народа».

В то же время в Рамхале видели своего духовного вождя и миснагдим (противники хасидизма). Существуют свидетельства, что когда Виленский Гаон прочитал книгу Месилат ешарим, он принялся разыскивать ее автора, чтобы стать его учеником, – однако, к его великому разочарованию, выяснилось, что автор книги уже ушел из этого мира. Виленский Гаон говорил, что, «если бы Рамхаль был жив, он бы пешком пошел к нему даже на край земли, чтобы изучать у него мусар».

Основоположник этического движения мусар р. Исраэль Салантер, тоже видел в Рамхале своего величайшего предшественника и считал его книгу Месилат ешарим непревзойденным раскрытием мудрости мусара Торы.

На волне посмертной славы Рамхаля стали издаваться и его кабалистические труды – в основном, в типографиях Восточной Европе. Через четыре десятилетия после его смерти, в 5545 /1785/ году, в типографии украинского городка Кореца (одной из столиц хасидизма) был напечатан трактат Клах питхей хахма (Сто тридцать восемь врат мудрости), в котором разъяснены основы учения Аризаля. Предисловие к этой книге, названное Дерех эц хаим (Путь к дереву жизни), прозвучало призывом к углубленному изучению сокровенных разделов Торы (в современных изданиях это предисловие часто печатается в виде приложения к книге Месилат ешарим).

В том же, 5545 /1785/, году в белорусском городе Шклове (одном из центров литовского еврейства) вышла в свет книга Хокер вемекубаль (Исследователь и кабалист) – в форме диалога в ней сопоставляются два подхода к познанию мудрости Торы: путь интеллектуального исследования и путь прямого духовного постижения, свойственный кабале.

Спустя еще век в Варшаве были изданы три фундаментальных трактата, которые в наибольшей степени отражают уникальность вклада Рамхаля в развитие кабалы: Адир бемаром (Могуч в вышине; издание 5640 /1880/ года), Питхей хахма и ведаат (Врата мудрости и познания; издание 5644 /1884/ года) и Даат твунот (Познание мудрости; издание 5649 /1889/ года).

В трактатах Адир бемаром и Питхей хахма ведаат изложены основные принципы кабалы. В книге Даат твунот, построенной в форме диалога между душой и разумом, Рамхаль раскрывает основы еврейской веры. По совету нашего учителя рава Моше Шапиро книга была переведена на русский язык.

В 5656 /1896/ году в амстердамской типографии была издана книга Дерех Ашем (Путь Всевышнего), содержащая систематическое изложение еврейского мировоззрения (в издательстве Швут ами вышел русский перевод этой книги).

Целый ряд кабалистичесих произведений Рамхаля был опубликован только в самое последнее время; и хотя уже издано около тридцати его книг – несколько десятков его важнейших сочинений все еще находятся в рукописях. И по сей день Рамхаль продолжает оказывать активное и во многом определяющее влияние на раскрытие и распространение истинного знания Торы..

Как известно, Виленский Гаон считал Рамхаля не только величайшим праведником, но и величайшим знатоком сокровенного учения, одним из немногих, кто по — настоящему понял учение Аризаля. Принято от наших учителей, что его великие книги Месилат ешарим, Даат твунот и Дрех Ашем основаны на сокровенной мудрости Кабалы.

Составил : Александр Кац

http://www.beerot.ru/?p=93806

Царский стол

2026-05-26T21:29:40.048Z

По материалам уроков рава Игаля Полищука

Мишна в трактате Авот говорит о трех коронах, которых удостоился наш народ. Раши говорит, что в Мишкане было также 3 короны. Ковчег Завета был увенчан рамкой, похожей на венец по всему периметру, – и Раши приводит, что это намек на кетер Тора, венец Торы. Содержимое Ковчега было само Торой: там находились осколки первых скрижалей, которые разбил Моше, вторые скрижали и свиток Торы, написанный Моше. На жертвеннике воскурений тоже присутствовал венец, который соответствовал кетер кеуна – короне службы в Храме. На шульхане – особом сооружении, на котором раскладывали лехем паним, хлебные подношения, тоже был особый венец. Это намек на кетер малхут, венец Царства.

Мы не до конца понимаем, что такое жертвоприношение, и не можем сейчас постичь его суть. Наиболее близко мы можем понять это, если примем тот факт, что настоящее, истинное жертвоприношение – это когда человек приносит в жертву самого себя (так пишут «Сефер а-Хинух», Рамбан и другие). Не имеется в виду что-то похожее на жертвоприношение Ицхака – имеется в виду, что человек как бы приносит в жертву собственное «я», максимально подчиняет себя воле Творца. Суть идеи жертвоприношения – «есть только воля Творца, и даже моя жизнь перед этим (все, что представляет для меня ценность) – ничто». Принося в жертву животное, человек имеет в виду, что и он сам, и вся его жизнь должны быть подчинены воле Творца.

Довольно большая часть Торы говорит о жертвоприношениях. Виленский Гаон говорил, что он понимает, что такое амораим и танаим, но он не понимает, что такое еврей, приносящий жертву в Храме. Наше с вами понимание, конечно, даже не приближается к пониманию Виленского Гаона, но все же мы можем попытаться себе это представить – не по ощущениям, а в теории. Человек собирает все лучшее, что у него есть: живую природу – животных и птиц; продукты, выращенные из земли – хлеб, масло, вино; неживую природу – соль, воду, — и приносит все это Всевышнему. Этим действием как бы подчеркивается то, что все живое и неживое в мире полностью подчинено воле Творца. Когда все творения подчинены Его воле (важнейшая функция человека – использовать все творения для исполнения воли Творца), то Его воля – Его благословение распространяется по всему миру – то, что называется «хаим бе-рацоно». Тогда в мире распространяется благо, изобилие и все, что нужно в достатке каждому из творений.

На святом языке, жертва называется лахмо шель мизбеах, как бы «хлебом Всевышнего». Это кажется совершенно бессмысленным с точки зрения наших представлений о Творце. «Ки лехем Элокеха у макрив» – «Он подносит хлеб Всевышнего». Что могут означать эти слова в Торе, ведь Всевышний, во-первых, не нуждается ни в каком хлебе, и во-вторых, что мы можем дать Ему, который питает все миры?

Наши души не зависят от еды. Даже если человек умирает от голода, не дай Б-г, его душа расстается с телом, но не умирает. В самом простом смысле, назначение еды – поддержать совместное существование души и тела. Всевышний называется оживляющим все живое. Также, как едой мы поддерживаем связь души с телом, также и нашими приношениями мы поддерживаем связь Всевышнего с нашим миром.

Служба в Храме, жертвоприношения – причина того, что Шхина, Б-жественное присутствие наполняет наш мир. Большое достоинство и важность работы священнослужителей – коэнов и левитов – быть посредниками между народом Израиля (и народами мира) и Всевышним в поддержании этой святой связи.

Мы писали выше, что подобие венца на шульхане, стоящем в Храме, Раши связывает с кетер а-малхут, короной Царства. В трактате Недарим есть интересное определение того, что такое царь: царь – это тот, кто дает другим, не прося ничего взамен. Точнее, в Гемаре идет обсуждение того, что любой человек, который дает, хочет получить что-то взамен, и приводится фраза «я же не царь, чтобы давать тебе и не получать ничего обратно». Таким образом, понятие малхут, царство, напрямую связывается с понятием мидат а-хэсед, благодеянием. Несмотря на то, что мы привыкли к другому понятию царя: властный тиран, который берет как можно больше для собственного блага, понятие, данное Торой, говорит нам об обратном. Царь, даже когда он берет, делает это исключительно для пользы и блага своего народа – но не для собственной выгоды.

В трактате Гитин сказано, что изучающие Тору называются млахим, цари, то есть дающие. Мы уже говорили о том, что сейчас, когда нет Храма, Тора у нас вместо жертвоприношений, и именно изучение Торы приводит Шехину в этот мир. «Талмидей хахамим марбим шалом бе-олам» — мудрецы Торы приводят (увеличивают) мир в этом мире. Само по себе понятие «шалом», переводимое на русский язык как «мир», является намного более широким. Корень слова шалом – такой же, как у слове «шлемут», цельность. Более того, говорится в Пиркей Авот (6): «таков путь Торы – хлеб с солью будешь есть, простую воду пить, спать на земле – если занимаешься Торой, замечателен твой удел и в этом мире, и в мире грядущем, и не завидуй столу царя (потому что твой стол – больше стола царя)». Почему в пример приводится именно стол царя, а не, например, министра или купца? Что может быть на столе царя такого особенного? Цари, насколько нам известно, не знамениты своим обжорством – так что же это?

В книге Царей у нас есть описание «шульхано шель Шломо», стола царя Шломо: за этим столом он кормил весь свой народ! Такой стол соответствует описанию царя и описанию шульхана в Храме, это – символ благосостояния народа. Шульхан а-мелех, царский стол – то место, не за которым кушает сам царь, но за которым он кормит народ. Говорит барайта так: настоящий бен Тора зачастую учит Тору в бедности, и средств, которые у него имеются, с трудом хватает на то, чтобы прокормить себя и семью. Истинный талмид хахам – это не книжный червь, который ничего не видит кроме Гемары. У него, как правило, доброе сердце и хороший глаз, и он всеми силами стремиться исполнить заповедь любви к ближнему – и, конечно, временами он страдает от того, что не может помочь нуждающемуся материально. В такие минуты он может сильно позавидовать «столу царя» – меценатам и спонсорам – царям благотворительности, которые тратят колоссальные средства на поддержку Торы и помощь нуждающимся (иногда намного больше десятой части своих доходов – ради поддержки Торы это разрешено). Именно про такие моменты говорится, что изучающему Тору ради нее самой (т.е. ради замысла Творца) не стоит завидовать столу царя: у каждого в мире свое предназначение, и, если какому-то человеку Всевышний дает богатство, чтобы он поддерживал учащих Тору, то и сам бен Тора удостаивается не меньшего, а большего благословения. Именно через людей, которые учат Тору в нужде, приходит в мир Шхина и благословение. Браха, которая происходит от самоотверженной учебы Торы, гораздо выше той брахи, которая происходит от царского стола!

Нам, каждому из нас, всем бней Тора важно приучить себя быть млахим, царями – следует воспитывать в себе качество «лев тов», желание сделать другому добро. Это то, что является необходимым составляющим понятия «мелех», царь – так, как это описано в Торе, как это должно быть на самом деле.

Подготовила А. Швальб.

http://www.beerot.ru/?p=93797

Центральные вопросы воспитания

2026-05-25T20:19:49.461Z

Рав Шломо Вольбе

Цель

«Вот, я взираю на небеса, сотворенные Твоими перстами, на созданные Тобой луну и звезды. Что есть человек, чтобы Ты помнил о нем, что сын человеческий, чтобы Ты о нем вспоминал?» (Теилим, 8:4-5).

Царь Давид, глядя на огромные светила, сотворенные Всевышним, удивлялся: что есть человек, что Всевышний помнит о нем, и дает каждому свое предназначение, и дает каждому что-то на хранение (в приведенном выше стихе используется слово תפקדנו, которое можно перевести и как «вспоминал о нем», и как «давал ему предназначение», и как «давал ему на хранение» – прим. пер.). Всевышний дает нам на хранение детей. Когда человек становится отцом, он чувствует, что Всевышний оказал ему доверие. Всевышний дал ему на хранение ребенка, за которым он должен следить и о котором он должен заботиться.

В выражении «у меня есть дети» имеется некоторый дефект. Дети тебе не принадлежат, они не являются твоим имуществом. Этих детей Всевышний доверил тебе, и ты должен бережно к ним относиться.

Если кто-то думает, что дети даны ему для того, чтобы было кому о нем позаботиться в старости, или чтобы ему было чем похвастаться – он ошибается. Не для этого Всевышний дал ему детей. Дети доверены ему, он должен обращаться с ними должным образом, со всей ответственностью, чтобы оправдать оказанное ему доверие.

Выше мы упоминали основы воспитания – рост и строительство. Под ростом понимается естественный рост ребенка. Моше Рабейну, мир ему, говорит: «Польется, как дождь, учение мое, будет струиться, как роса, речь моя, как мелкий дождь на зеленый покров и как капли на траву» (Дварим, 32:2). Тора сравнивается с дождем. Если Тора – дождь, питающий землю, значит, то, что должно вырасти, вырастет само. И ребенок должен вырасти сам. Я могу его посадить, могу сделать все необходимое, чтобы он рос хорошо, но при этом моя цель – чтобы ребенок проявлял инициативу в своей жизни, чтобы он сам хотел расти в Торе.

Рамбан выводит это из двух отрывков «Шма, Исраэль». В первом отрывке сказано: «И повторяй их сыновьям [ученикам] своим, и произноси их» (Дварим, 6:7). Повторять должен отец или рав. Он произносит слова Торы. А во втором отрывке сказано: «И учите им сыновей ваших, чтобы произносили их» (Дварим, 11:19). Ты научи сыновей, чтобы они произносили слова Торы. На первом этапе говорит отец. Но не это наша цель, это лишь промежуточное звено. Во втором отрывке «Шма» говорится: «И учите им сыновей ваших, чтобы произносили их». На втором этапе сыновья учатся произносить слова Торы самостоятельно. Это и есть наша цель.

Было бы очень печально, если бы в результате воспитания были задушены желание и инициатива самого ребенка.

Душа – растет. И ни в коем случае нельзя про это забывать. Мы должны считаться с душой в процессе воспитания.

Строительство человека – привитие ему норм поведения, приучение к заповедям, к еврейскому образу жизни.

И только они оба вместе – рост и строительство – являются воспитанием.

Далее мы рассмотрим центральные вопросы воспитания, часть которых являются общими, а часть касаются определенных этапов в росте ребенка.

Обязанность молиться

Первое и главное, что обязаны делать родители со дня появления ребенка на свет, и даже раньше – молиться за него.

Это можно выучить из закона, касающегося первосвященника. Совершивший непредумышленное убийство должен скрываться в городе-убежище до смерти первосвященника. Какая связь между жизнью первосвященника и законом о непредумышленном убийстве? Гемара учит нас, что это – наказание для первосвященника, ибо он должен был молиться за евреев своего поколения (чтобы не убили и не были убиты) [убийца и его семья, молясь о скорейшем выходе из города-убежища, могут привести к укорачиванию жизни первосвященника — прим. ред.]. Если кто-то был убит, пусть даже непредумышленно, это говорит о том, что первосвященник не молился, а значит, был виновен в убийстве. «И там он должен оставаться до смерти первосвященника».

В Торе нет такого закона, что первосвященник должен молиться, и нет специальной молитвы среди молитв первосвященника на Йом Кипур в Святая Святых или при выходе оттуда. Но ведь это само собой разумеется, это – очевидно. Ответственность первосвященника заключается в том, чтобы молиться за свое поколение. Почему? Потому что он – первосвященник, и все его поколение – на его попечении.

И отсюда можно понять основной закон – человек, на попечении которого находится кто-то другой, обязан за него молиться. Рав – за членов своей общины, преподаватель ешивы – за своих учеников, и, конечно, на родителях лежит обязанность молиться за своих детей.

Мне лично очевидно, что если я чего-то достиг в Торе, то это – в заслугу молитв моей матери. Я замечал, что она молилась за меня по десять раз на дню.

Мы никогда не можем утверждать, что уже достаточно молились за детей, невозможно определить границу этим молитвам. И нет специального канона молитвы, установленного мудрецами. Есть возможность молиться от всего сердца, и это – то, что каждый должен делать, по своему личному нусаху. Каждый родитель может составить молитву для себя, в соответствии с тем, что его детям необходимо сейчас. Есть общий канон, составленный Хазон Ишем, который можно произносить в «Шма колейну» в Амиде и при зажигании свечей:

יה»ר מלפניך ה’ אלוקי ואלוקי אבותי, שתרחם על בני (פלוני בן פלונית) ותהפוך את לבבו לאהבה וליראה את שמך לשקוד בתורתך הקדושה, ותסיר מלפניו כל הסיבות המונעות אותו משקידת תורתך הקדושה, ותכין את כל הסיבות המביאות לתורתך הקדושה, כי אתה שומע…

Да будет угодно Тебе, Г-сподь, Б-г мой и Б-г моих отцов, сжалиться над моим сыном (имя и имя матери) и обратить его сердце к любви и страху перед Твоим Именем, чтобы мог он прилежно изучать Твою святую Тору, и устрани перед ним все обстоятельства, препятствующие прилежному изучению Твоей святой Торы, и создай ему все обстоятельства, влекущие его к Твоей святой Торе, ведь Ты слышишь молитву… (Письма Хазон Иша, том I, 74)

Молитва о сыновьях и их воспитании так важна, что следует полагать, что она является основой всего процесса воспитания. Было бы иллюзией считать, что воспитание детей, их рост в Торе и совершенствование их качеств находятся в руках человека, в наших руках. Все это зависит от Всевышнего. Да, дети находятся на нашем попечении, и мы должны делать все, что на нас возложено. Но при этом необходимо много молиться за них Тому, Кто дал их нам на хранение.

Младенческий возраст

Мы должны знать, что со дня своего появления на свет ребенок чувствителен ко всему, что происходит вокруг него. С каждым днем он взрослеет, и все больше внимания обращает на происходящее, замечая мельчайшие детали. Особенно когда ребенок бодрствует, видит и слышит все, что делают его родители, они должны заботиться, чтобы быть ему достойным примером для подражания.

Написано в «Тана Девей Элияу», в 9-ой главе:

«Простирай к Нему руки свои [в мольбе] о жизни младенцев своих» (Эйха, 2:19). Отсюда учат, что должен человек просить милосердия для себя, для своей жены, для своих детей и домочадцев. Чтобы никто из них не согрешил, не совершил ничего недостойного. Чтобы не видел человек родителей, говорящих вздор, и не молчал, [увидев], а если смолчит – и он, и они не смогут восполнить свои дни, как сказано: «Только берегись и весьма береги душу свою…» (Дварим, 4:9).

Человек обязан молиться за своих домочадцев, это мы уже видели раньше. Но теперь мы можем выучить дополнительную вещь. Ребенок не должен видеть родителей, говорящих вздор, а если он это видит, он должен упрекнуть их: «…и не молчал». [Однако обратиться надо в очень уважительной форме. В Талмуде говорится, что сын или ученик должны как бы напомнить: «ты учил меня тому и тому», и те сами поймут, что нужно исправить. – прим. ред.]

И мы видим, насколько это серьезно: «…а если смолчит – и он, и они не смогут восполнить свои дни».

Родители должны проявлять осторожность в разговоре. Даже если ребенок один только раз услышит некрасивое или неприличное слово, это может оказать на него огромное влияние. Ребенок прекрасно чувствует, что происходит в отношениях между родителями. Он слышит крики, чувствует накаленную атмосферу в доме, и невозможно предугадать, насколько разрушительным может быть их влияние на душу ребенка.

Ребенок в доме служит постоянным напоминанием родителям о том, как они должны себя вести, о том, что Всевышний оказал им доверие, дав им на хранение ребенка, о том, что они должны бережно к нему относиться.

В еврейском доме ребенок с молоком матери впитывает основы веры. Каким образом? Каждый, у кого есть ребенок в доме, имеет возможность в этом убедиться. Когда вы произносите благословение перед едой или после еды, если вы не бормочете его так, что ни слова нельзя разобрать, а, закрыв глаза, благословляете вслух, четко выговаривая каждое слово, можно заметить, что младенец в это время с интересом на вас смотрит, наблюдая за вашими действиями. Что привлекает его внимание? Обычно он видит, как взрослые люди беседуют друг с другом. Папа с мамой, мама со старшими детьми: один говорит, другой слушает. Люди разговаривают между собой. А тут он видит, что мы с кем-то говорим, а с кем – не видит. Он догадывается, что разговор – серьезный, мы прикрываем глаза, пытаясь сосредоточиться, ни на что постороннее не реагируем во время этого разговора. Он понимает, что мы говорим с кем-то очень важным, хотя Его и не видно. Так ребенок проникается верой. Он на уровне подсознания привыкает к мысли, что есть возможность разговаривать с тем, кого не видно. Это – основа веры, и ребенок впитывает ее, если только он видит родителей, произносящих благословения так, как надо.

Благословлять нужно в полный голос, неспешно и сосредоточенно. Это необходимо само по себе, и это важно в целях воспитания. Таким образом мы внедряем веру в ребенка. Даже если мы ничего ему не объясняем, поскольку речь идет о ребенке, который еще не умеет говорить.

Еще один момент, связанный с младенчеством. Известны слова Хазон Иша о том, что есть средства, помогающие привить ребенку святость и чистоту. Первое – это утреннее омовение рук младенцу, начиная с первых дней. Второе – покрытие головы и талит катан. Нельзя пренебрегать этим! Хотя в первые дни жизни ребенка создается впечатление, что он ничего не понимает в происходящем, нам известно, что это не так.

Когда ребенок начинает говорить

Когда ребенок начинает говорить, отец учит его словам «Тору заповедал нам Моше», а если не делает этого – как будто хоронит его. Начинать говорить ребенок должен на святом языке, на языке Торы. Мы уже говорили о том, как важно уловить момент, когда ребенок начинает говорить, и приучать его к словам Торы. Нужно, чтобы для ребенка было очевидно и привычно, что разговор на тему Торы – это основа любого разговора. Упустить момент, когда ребенок начинает говорить, – как будто похоронить его. Время посева семян святости Торы упущено. [Однако если вы, не зная этого, не делали – не отчаивайтесь. Милосердие Всевышнего бесконечно. Тем не менее, начинать наверстывать упущенное нужно немедленно! – прим. ред.]

Когда ребенок начинает говорить, его постепенно приучают произносить благословения. Обычно этим занимается мама. Не перестарайтесь. Начните с благословения, которое ребенку по силам. Когда он уже лучше говорит, добавьте еще благословения, «Моде ани», «Шма, Исраэль» и т. д. Учите с ребенком благословения постепенно.

Приучение к заповедям

Приучать к заповедям тоже надо с раннего возраста. Выполнение заповеди должно быть для ребенка радостным переживанием и соответствовать его возрасту. Шаббат должен сопровождаться песнями и всевозможными приятными мелочами.

Во время субботней трапезы не следует требовать от детей, чтобы они сидели за столом, пока трапеза не закончится. Для них это – пытка (особенно когда приходят гости, и трапеза затягивается, а родителям так хочется показать, какие у них воспитанные дети…). Но можно завлекать их интересными рассказами на тему недельной главы или историями про праведников, можно привлечь их внимание любым способом, так, чтобы им было интересно, чтобы трапеза была для них приятным переживанием, притягивала их, чтобы дети с нетерпением ожидали Шаббата.

Можно вовлечь детей в подготовку к Шаббату. Только чтобы это не становилось для них тяжким бременем и не делалось для облегчения жизни родителей. Пусть делают то, что им интересно, то, что даст им ощущение «я уже большой», ощущение причастности и ответственности. То же касается остальных заповедей (мы говорили об этом в разделе «Пути воспитания»).

Наши мудрецы, благословенной памяти, учат нас, что детям надо давать орешки в Песах, играть с ними в волчок в Хануку и так далее.

В книге «Рокеах» есть замечательное описание того, как ребенка приводят к Ребе в Шавуот перед тем, как он начнет учить Тору. Там описывается, как папа приводит ребенка в синагогу, Ребе сажает его к себе на колени. Вся церемония похожа на дарование Торы, где Ребе предстает в качестве горы Синай. И вот, Ребе начинает учить его буквам, на буквы намазывают мед, и ребенок слизывает его. В наше время тоже так делают.

Таким образом мы заботимся, чтобы ребенок на своем уровне получал удовольствие от выполнения заповедей.

Объяснение веры

Постепенно ребенку, который начинает что-то понимать, необходимо давать объяснения в соответствии с его уровнем. Ребенок должен слышать о Всевышнем. Нужно рассказывать и объяснять ему, что есть Тот, Кто создал его, нас, звезды, есть Тот, Кто сотворил мух, цветы, траву и так далее. Было бы большим упущением не говорить с ним на эту важную тему.

Может быть, ребенок сам будет спрашивать. Возможно, он будет задавать хорошие вопросы, например, откуда берутся окружающие его предметы, кто сделал звезды, кто сотворил цветы, почему на дереве растут фрукты, кто поднимает солнце по утрам. Если ребенок сам спрашивает, это замечательная возможность начать ему объяснять.

Если ребенок не задает вопросов, «ты открой ему»: нужно вызвать его любопытство и дать объяснение.

Когда ребенок спрашивает, где находится Всевышний, следует ответить, что Он находится везде. Не стоит объяснять ребенку, что Всевышний – на небе; каждый ребенок знает о существовании ракет и космонавтов, видит самолеты в небе, и если сказать ему, что Всевышний – на небе, это приведет к искажению и путанице в его сознании. Он может решить, что летчики и космонавты встречаются со Всевышним «там наверху, на небе». Это даст ему искаженное представление о происходящем. Гораздо лучше сказать ребенку, что Всевышний находится везде, ведь так и есть на самом деле.

Но следует проявить осторожность, и не говорить, что Всевышний находится в этой комнате, рядом с нами. Ребенок может быть не готов воспринять это. Тот факт, что рядом с ним находится кто-то невидимый, может вызвать ненужный страх. Позднее, когда он пойдет спать, оказавшись в темной комнате, он вспомнит, что тут есть кто-то, кого он не видит, и испугается. Поэтому предпочтительней ответить более мягко, что Всевышний находится везде.

Велики Твои деяния

Нужно демонстрировать ребенку красоту этого мира, возможно, мы не делаем этого в должной мере. Не нужно далеко ходить, чтобы увидеть красоту Творения. У всех нас под рукой есть фрукты, везде можно найти цветы, как полевые, так и выращенные заботливыми руками человека. Красота мира вокруг нас видна на каждом шагу, нужно только раскрыть детям глаза. Конечно, если родители сами не замечают ее, если их глаза не раскрыты, они не смогут передать это детям. Будет очень печально, если ребенок вырастет эмоционально неразвитым. Вглядываясь в чудеса Творения, человек, тем самым, ощущает веру во Всевышнего, и его вера обогащается.

Рав Йехезкель Левинштейн, благословенна память праведника, рассказывал мне, что, объясняя своим дочерям, как Всевышний управляет миром, он давал им призы или деньги на карманные расходы, если они указывали ему, где видно Провидение. Таким образом он поощрял их вглядываться в происходящее вокруг и замечать Всевышнего. Я понял с его слов, что он приучал к этому своих дочерей с самого раннего возраста.

Перевод – Х. Берман

http://www.beerot.ru/?p=93800

Нервный колдун

2026-05-25T20:02:05.604Z

раббанит Фрейди Розенблюм (дочь Адмора из Дворно)

Джек был владельцем небольшой компании по перевозкам – не мебели, а людей. Можно сказать, такси, но частное. И ездили они обычно на далекие расстояния. Кроме этого, Джек был счастливым (?) папой нескольких шаловливых детишек и мужем жены, которая, надо сказать, умела поддерживать в доме спокойные отношения, несмотря на нервную работу мужа. А еще Джек был евреем. Но этот факт не имел для него большего значения, чем, скажем, тот, что у него зеленые глаза. Он очень смутно помнил старого дедушку, который жил неподалеку от родителей – в основном, его длинную белую бороду, которая выглядела очень странно в типичном американском городке, и еще – слова: «Знаешь, Джеки, твое настоящее имя – Яаков. Яаков был большим праведником… Дай Б-г и тебе…» И тут дед горько вздыхал.

Однако эти воспоминания уютно устроились в самом дальнем уголке сознания (а то и спустились в подвал подсознания) и вовсе не мешали Джеку вести жизнь абсолютно ассимилированного еврея, ничем не отличающегося от его американских соседей.

Однажды сосед (нееврей) попросил отвезти его в одно место, на расстоянии шести часов езды. «Пожалуйста, — согласился Джек, — но тебе это будет стоить…» – «Сколько бы ни стоило! – ответил сосед, — Это мой последний шанс!» По дороге сосед рассказал, что он очень тяжело болен, врачи перепробовали все, что могли, и опустили руки. «Они сказали, что мне осталось несколько месяцев, и выписали мне горы болеутоляющих, чтобы прожить эти дни спокойно. Но тут мне рассказали об одном человеке со сверхъестественными способностями, он умеет исцелять людей в совершенно безнадежных ситуациях. Говорят, он как-то колдует, хотя вроде в наше время колдунов нет… В общем, неважно, что, я хочу попробовать. Живет он в лесу, и кто хочет его помощи – должен приехать к нему. Вот мы и едем».

Джек пожал плечами. Понятно, что утопающий хватается и за соломинку, но тут уж соломинка совсем хлипкая. Какой-то непонятный экстрасенс или кто уж он там… В любом случае, сосед его мнения не спрашивал, а спрашивал только, сколько еще осталось ехать. В Америке вообще не очень-то принято выражать свое мнение по поводу личных дел других. Так что Джек сосредоточился на своем деле – на руле.

Наконец, они приехали в нужное место. Это место оказалось, что было вовсе не удивительно, опушкой леса. «Здесь он живет, — пояснил сосед, — жди меня, пока я не вернусь». Джек кивнул и развернул газету. Похоже, ожидание будет долгим.

Однако уже через четверть часа сосед вернулся с непонятным выражением лица. «Отъезжай на десять километров, — велел он водителю, — а через час возвращайся забрать меня». Джек пожал плечами. Ну, как говорится, желание клиента – закон. Хотя это желание было уж очень странным. Он отъехал на десять километров, подождал час, а потом вернулся. Через пару минут сосед пришел и сел в машину. «Возвращаемся домой. Надеюсь, поможет. А тебе я хочу объяснить, что было. Я сам, честно говоря, ничего не понимаю. Я пришел к этому человеку – надо сказать, что выглядит он, как настоящий древний колдун: с гривой нечесаных волос, борода до пояса, и одежда с прошлого века… В общем, он посадил меня и начал что-то смешивать в своих склянках… Мешал, мешал, а потом вдруг начал кричать: «Что за черт! Ничего не получается! Не работает! Я уже десятки лет это делаю, что такое!» В ярости он бросил свои склянки на пол, они разбились… Потом он встал со стула так, что тот отлетел в другую сторону комнаты… Я уже стал думать, может стоит сбежать: мне и так жить осталось немного, но сегодня я умирать еще не собираюсь, да еще и от рук этого безумца. Но он неожиданно остановился, пронзил меня взглядом и спросил совершенно спокойным голосом: «Кто тебя привез?» – «В-водитель…» – с трудом ответил я. «Этот твой водитель, кто он? Что он?» – «Да не знаю… мой сосед, работает водителем… Еврей…» – «А-а-а! – закричал колдун не своим голосом, — еврей!!! Теперь я все понял! Немедленно иди к нему и скажи, чтобы отъехал на десять километров! Это из-за него у меня ничего не получается!» Ну, как ты помнишь, я пришел и сказал тебе, а потом вернулся к нему. На этот раз он спокойно занялся своей работой, потом дал мне выпить какое-то зелье, и сказал, что все будет хорошо. Надеюсь, что все это было не зря…» Потом сосед, измученный походами по лесу и всеми последними событиями, заснул, а Джек всю дорогу до дома думал, что это может значить? Какая разница колдуну, еврей он или эскимос? Он ведь даже не подходил к дому, почему нужно было отъезжать на десять километров? Чем уж он так мешал этому странному человеку? Джек с соседом благополучно вернулись домой, и он получил честно заработанные деньги. Но и в последующие дни этот вопрос не выходил у него из головы. В итоге, поняв, что пока он не выяснит, в чем дело, спокойствие к нему не вернется, Джек начал расспрашивать знакомых евреев. Но поскольку они, так же, как и он, были американцами намного больше, чем евреями, они не могли ему помочь. Многие говорили: «Да выброси ты это из головы, он наверняка сумасшедший, этот колдун!» Наконец, кто-то посоветовал ему: «Слушай, сходи к какому-нибудь еврейскому священнику. Может, они разбираются во всей этой мистике». Джек нашел адрес раввина (ему повезло, что попал он не к реформисту и не консерватору, а к настоящему ортодоксальному раву), и тот был первым человеком, который выслушал его вопрос, не открывая изумленно глаза и не крутя пальцем у виска. «Это же очень просто, — спокойно ответил он, — тот колдун наверняка пользовался силами тумы, духовной скверны. А твоя еврейская душа, полная духовного света Творца, мешала ему запустить эти силы. Поэтому он и потребовал, чтобы ты отъехал подальше». – «А… что такое еврейская душа? И свет Творца?» Ответ тянул за собой другие вопросы, еврейская душа Джека пробудилась от обморочного сна, и отсюда путь к Творцу был прямым и светлым.

Прошло немало времени, и Джеку, который уже давно ходил в черной кипе и цицит, приснился сон. Давно забытый дед улыбался ему ясной улыбкой и говорил: «Яаков… мой дорогой Яаков… Добро пожаловать домой!»

Перевод: г-жа Л. Шухман

http://www.beerot.ru/?p=93790