Buka Bukovich

Протокол судебного заседания нужен сторонам до прений

2019-05-07T20:53:49.419Z

Право знакомиться с протоколом судебного заседания — одно из неоспоримых прав любого участника уголовного процесса. Именно протокол судебного заседания является главным синтетическим доказательством по уголовному делу. Именно протокол окончательно фиксирует доказательства сторон, как цемент кирпичи, образуя тот фундамент, на котором позже уже исключительно суд возведет здание приговора.

Не случайно сам протокол не только назван процессуальным законом одним из доказательств по уголовному делу (ст. 83 УПК), но может быть даже признан недопустимым. Вместе с тем, поскольку суд не участвует в сборе доказательств, правовая природа протокола состоит в том, что, будучи синтетическим доказательством, он по своей сути создается именно сторонами и лишь технически является плодом работы секретаря судебного заседания (не судьи!). При этом личное участие стороны в устном судебном процессе не исключает необходимости уяснения ею же протокола. Личное участие не идентично ознакомлению с доказательством-протоколом в силу наличия посредника — секретаря, который не несет ответственности за заведомо ложную запись.

Одним из принципиальных прав сторон, нарушение которых признается фундаментальным нарушением, является принцип ознакомления сторон со всеми доказательствами по уголовному делу в период судебного следствия.

Однако протокол судебного заседания по традиции не входит в этот перечень, поскольку якобы возникает неразрешимая коллизия. С одной стороны протокол — это рядовое доказательство, с которым должны знакомиться стороны в период судебного следствия. С другой — в протокол должны записываться прения сторон и последнее слово подсудимого. Эта коллизия действительно актуальна для процессов, которые происходят в один день. Но нет никаких оснований распространять повсеместную практику последующего изготовления протокола (после провозглашения приговора) на многодневные, многомесячные, многолетние процессы, которых становится все больше.

Статья 259 УПК дает суду право изготавливать протоколы по частям. Для обеспечения фундаментального права сторон на своевременное ознакомление со всеми доказательствами совершенно необходимо законодательно обязать суды изготавливать протоколы до начала подготовки сторон к судебным прениям, кроме дел, рассматриваемых в особом порядке.

Процесс формирования кассационных судов близится к завершению

2019-05-07T17:38:47.667Z

Владимир Александрович Давыдов,

д. ю. н., заместитель Председателя Верховного Суда РФ, председатель Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ, заслуженный юрист РФ

Краткое содержание интервью:

- Какие особенности реализации права на кассационное обжалование нужно учесть после начала работы кассационных судов общей юрисдикции

- На какие составы преступлений, по мнению Верховного Суда РФ, распространяется институт освобождения от уголовной ответственности с применением судебного штрафа

- Какие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ появятся в 2019 году

СОКРАЩЕНИЕ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ

— Владимир Александрович, как бы вы могли охарактеризовать состояние правосудия по уголовным делам по итогам работы за 2018 год?

— В прошлом году судебная система в целом успешно решала задачи, которые стоят перед правосудием по уголовным делам. Несмотря на некоторое уменьшение числа дел, поступивших в суды для рассмотрения, судьи работали достаточно напряженно и эффективно. В 2018 году в суды для рассмотрения по существу в первой инстанции поступило 883 946 уголовных дел на 956 383 лиц, что на 3,6% меньше, чем в 2017 году. Количество уголовных дел, которые поступают в суды, сокращается вслед за снижением числа регистрируемых преступлений в стране: в 2018 году было зарегистрировано на 3,3% преступлений меньше, чем в 2017 году.

Всего суды рассмотрели более 820 тыс. уголовных дел и свыше 2,5 млн судебных материалов по различным ходатайствам, жалобам и обращениям участников процесса и иных лиц. Количество последних увеличилось по сравнению с 2017 годом более чем на 50 тыс.

Чуть более половины (50,2%) уголовных дел рассмотрели районные суды, 48,9% — мировые судьи, 0,2% дел — областные и равные им суды. Данные стабильности судебных решений при их пересмотре в апелляционном порядке говорят о том, что подавляющее большинство уголовных дел нашли свое правильное разрешение уже в суде первой инстанции, и это очень хороший показатель качества правосудия. Достаточно сказать, что в апелляционном порядке было обжаловано сторонами только 6% приговоров мировых судей, 19% приговоров районных судов и 65% приговоров верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов.

В апелляционном порядке были отменены или изменены приговоры мировых судей только в отношении 2,3% лиц, районных судов — в отношении 4,4% лиц, областных судов — 10,1%. Соответственно стабильность судебных решений составила 97,3%, 95,6% и 89,9%.

Всего за 2018 год осуждено 682 тыс. лиц, в отношении 191 тыс. уголовные дела прекращены по нереабилитирующим основаниям. Таким образом, в суды продолжает поступать значительное количество уголовных дел, которые могли и должны были быть прекращены на предварительном следствии.

Оправдано 2087 лиц, в отношении 1722 лиц дела прекращены по реабилитирующим основаниям. Таким образом, право на полную реабилитацию обрели 3809 лиц, или примерно 0,5% от числа всех лиц, в отношении которых судами рассмотрены дела, или 1,4% от числа лиц, уголовные дела в отношении которых были рассмотрены в общем порядке с исследованием доказательств (250 тыс. дел в отношении 280 тыс. лиц). Эти цифры сопоставимы с аналогичными показателями в зарубежных странах со смешанным типом уголовного процесса, например в Германии.

При этом следует иметь в виду, что 68% от всех дел, поступивших на рассмотрение в суды, были рассмотрены в порядке, предусмотренном гл. 40 УПК, при согласии подсудимого с предъявленным обвинением. По таким делам в силу закона суд не может вынести оправдательный приговор, если отсутствуют основания для перехода в общий порядок.

— Одна из главных новелл уголовного процесса в 2019 году — новая, так называемая сплошная кассация, без предварительного фильтра в виде судьи. Как обстоит дело с формированием кассационных судов? Пленум Верховного Суда РФ планирует дать разъяснения по вопросам новой кассации. Какие вопросы там могут быть затронуты?

— Процесс формирования кассационных судов близится к завершению, и в установленные законом сроки суды приступят к работе. Хотелось бы уточнить, что судейский фильтр в деятельности судов кассационной инстанции не отменяется полностью. Он остается применительно к обжалованию и пересмотру промежуточных судебных решений и судебных решений, обжалуемых в Верховный Суд РФ, после обращения в кассационный суд общей юрисдикции, за исключением итоговых решений верховных, краевых, областных и равных им судов, вынесенных по первой инстанции, они обжалуются непосредственно в Верховный Суд РФ по правилам так называемой сплошной кассации.

В настоящее время мы работаем над проектом постановления Пленума, посвященного вопросам применения судами норм УПК, регулирующих кассационное производство. Постановление планируется принять уже в июне текущего года, с тем чтобы до начала деятельности кассационных судов общей юрисдикции судьи этих судов имели возможность изучить данное постановление. Принимая во внимание, что новое постановление заменит действующее постановление Пленума по вопросам кассации, в нем, по нашему мнению, необходимо сохранить все то ценное, что остается актуальным для нового кассационного производства. Вместе с тем предполагается скорректировать некоторые прежние подходы с учетом наработанного опыта. В частности, рекомендовать судьям не проявлять излишнего формализма, ориентировать их на исправление более широкого круга ошибок нижестоящих судов, поскольку неправильное применение уголовного закона и существенные нарушения УПК, как правило, оказывают влияние на исход дела. Ведь именно для этого и вводятся новые процедуры так называемой сплошной кассации.

— Как вы прокомментируете возможные риски злоупотреблений стороной правом обжаловать по нескольку раз одно и то же решение, например меняя представителей или адвокатов?

— Такие риски мы прогнозируем и постараемся в пределах своей компетенции минимизировать возможность различного рода злоупотреблений сторонами своими процессуальными правами в кассационном производстве. Но конечно, более правильным было бы предусмотреть сроки кассационного обжалования в законе, что в перспективе, видимо, и будет сделано. Кассационное производство фактически обретает практически все признаки ординарной судебно-проверочной стадии процесса, где срок обжалования — совершенно необходимое условие, призванное упорядочить процедуру пересмотра судебных решений.

РАСШИРЕНИЕ ВОЗМОЖНОСТЕЙ КАССАЦИИ

— Вы сказали о том, что в готовящихся изменениях в постановление Пленума о кассации планируется ориентировать кассационные суды не проявлять излишнего формализма. Видимо, речь будет идти о том, чтобы кассационные суды не рассматривали дела, слепо следуя ограничению, что они могут оценивать толь��о вопросы права?

— Уголовно-процессуальный закон говорит о том, что приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым и таковым он признается, если постановлен в соответствии с требованиями УПК, то есть является законным и обоснованным и основан на правильном применении уголовного закона (ст. 297 УПК). Традиционно в советском и постсоветском уголовном процессе вступивший в законную силу приговор пересматривался по тем же основаниям, что и приговор, не вступивший в законную силу, то есть судебный акт проверялся под углом зрения одних и тех же оснований. Такой подход был вполне логичным, и подтверждение тому — многолетняя судебная практика, поскольку предмет производства был един: проверка законности и обоснованности пригово��а, так как необоснованный приговор не мог признаваться законным, а незаконный — обоснованным.

К сожалению, с таким подходом не согласился Конституционный Суд РФ. Проверяя на соответствие Конституции РФ отдельные нормы УПК РСФСР, он пришел к выводу, что «Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, как это вытекает из его статьи 379 во взаимосвязи со статьями 342–345, предусматривает одни и те же основания к отмене или изменению приговора и в надзорной и в кассационной инстанциях, не учитывая, таким образом, принципиальное отличие пересмотра судебного решения, вступившего в законную силу, т. е. окончательного, исполняемого или исполненного (такой пересмотр осуществляется в исключительных случаях, тем более в отношении оправдательного приговора), от кассационной проверки судебного решения, которое законную силу еще не приобрело». КС РФ резюмировал, что «в основе такого вывода — исключительность стадии пересмотра вступившего в законную силу судебного решения и подходы ЕСПЧ относительно критериев пересмотра „окончательного судебного акта“».

Сегодня, по прошествии почти 17 лет с момента принятия этого постановления, многое изменилось в законодательстве, в практике Конституционного Суда РФ относительно применения позиций ЕСПЧ. Более того, производство по пересмотру вступивших в законную силу итоговых судебных решений в форме сплошной кассации в ближайшей перспективе станет по воле законодателя вполне ординарной стадией уголовного процесса. Видимо, такое изменение предполагает и корректирование подходов к формулированию оснований проверочной деятельности в сторону их расширения. В пользу данного вывода также может свидетельствовать и тот факт, что постановленный при производстве в суде апелляционной инстанции апелляционный приговор вступает в силу после его провозглашения и может быть пересмотрен по весьма ограниченному кругу оснований в отличие приговора, постановленного судом первой инстанции.

Тем не менее сегодня предмет производства в кассации ограничен проверкой только одного свойства правосудного судебного акта — законности вступившего в законную силу приговора или иного итогового судебного решения, например постановления о прекращении уголовного дела. Получается, что формально суд кассационной инстанции не должны интересовать такие вопросы, как: основан ли приговор на доказательствах, исследованных в судебном заседании, является ли он справедливым и т. п. Но можно ли констатировать, что приговор является законным, если он вопреки требованиям УПК не обоснован либо виновному назначено явно несправедливое наказание? В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 28.01.2014 № 2 «О применении норм главы 47.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» дал разъяснения, смысл которых заключается в том, что предмет кассационного производства не следует толковать чрезмерно ограничительно, поскольку обоснованность и справедливость приговора неразрывно связаны с его законностью. Ограничительное истолкование предмета кассационного производства противоречило бы самой идее справедливого правосудия. По этой причине в п. 10 постановления Пленум обратил внимание судов на то, что если в кассационных жалобе, представлении содержится указание на допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона при исследовании или оценке доказательств (например, обоснование приговора недопустимыми доказательствами), повлиявшие на правильность установления судом фактических обстоятельств дела и приведшие к судебной ошибке, тогда такие доводы не должны быть оставлены без проверки.

В проекте нового постановления данный подход планируется не только сохранить, но и усилить, с тем чтобы кассационная инстанция могла иметь больше возможностей выявить и исправить более широкий круг существенных судебных ошибок, а нарушенные права восстановить.

— А как, на ваш взгляд, повлияет деятельность кассационных судов на единство кассационной практики?

— Спасибо за вопрос. Вы, наверное, имеете в виду, что в каждом из девяти кассационных судов пересматривать судебные решения будет достаточно большое количество судебных составов из трех судей, что может осложнить обеспечение единства судебной практики.

Отвечая на ваш вопрос, я хотел бы напомнить, что и сегодня у нас достаточно много судебных инстанций, в компетенцию которых входит пересмотр судебных решений в кассационном порядке. Это 85 президиумов верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов, а также 12 президиумов окружных (флотских военных судов), всего 97 судебных инстанций. Однако в целом по стране кассационная практика президиумов судов единообразная.

Вопрос обеспечения единства судебной практики в пределах компетенции одного кассационного суда общей юрисдикции должен решаться на уровне этого же суда. Основная задача председателя кассационного суда, его заместителя по уголовным делам и судей судебной коллегии по уголовным делам, собственно, и заключается в формировании единой судебной практики, согласующейся с практикой Верховного Суда РФ. Гарантия обеспечения единства судебной практики — неукоснительное следование в фарватере практики Верховного Суда РФ. Кроме того, решения, которые принимают кассационные суды общей юрисдикции, не являются окончательными и могут быть пересмотрены в Верховном Суде РФ, и, соответственно, могут быть скорректированы любые отклонения от правильной практики.

ОСОБЕННОСТИ НОВОЙ КАССАЦИИ

— Вопрос обжалования и пересмотра судебных решений, вступивших в законную силу до начала деятельности кассационных судов, тоже один из тех, которые волнуют стороны процесса. Не могли бы вы дать свои комментарии по этой проблеме?

— В Федеральном конституционном законе от 29.07.2018 № 1-ФКЗ (далее — Закон № 1-ФКЗ) и Федеральном законе от 11.10.2018 № 361-ФЗ (далее — Закон № 361-ФЗ) предусмотрены переходные положения. В них сделана попытка урегулировать все возможные ситуации, которые могут возникнуть в связи с обжалованием судебных решений, вступивших в законную силу до начала деятельности кассационных судов общей юрисдикции.

Первое, о чем хотелось бы сказать, — это то, что после начала работы кассационных судов общей юрисдикции президиумы верховных судов республик, краевых, областных и равных им судов не утрачивают свои процессуальные полномочия применительно к рассмотрению кассационных жалоб и представлений, поступивших в президиумы судов до начала работы кассационных судов, но не позднее 01.10.2019. Это следует из п. 7 ст. 7 Закона № 1-ФКЗ. Президиумы названных судов в силу п. 5 ст. 2 Закона № 361-ФЗ при рассмотрении таких жалоб и представлений должны руководствоваться правилами, предусмотренными гл. 47.1 УПК, действовавшими до начала работы кассационных суд��в. Иными словами, президиумы судов после начала деятельности кассационных судов не передают все нерассмотренные жалобы и представления в эти суды, а продолжают их рассмотрение по правилам, которые применяются в настоящее время. При этом, после того как дело будет пересмотрено в президиуме (или будет получен отказ в пересмотре), следующей надлежащей кассационной инстанцией для рассмотрения жалоб и представлений станет не кассационный суд общей юрисдикции, а Судебная коллегия по уголовным делам или Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ. Если по результатам рассмотрения жалоб и представлений, поданных до начала деятельности кассационного суда, они передаются на рассмотрение соответствующего президиума суда, то и постановление президиума, принятое по результатам рассмотрения этих жалоб и представлений, обжалуется в Верховный Суд РФ, а не в кассационный суд общей юрисдикции.

— Как быть, если до начала работы кассационных судов субъекты кассационного обжалования не обжаловали судебные решения либо обжаловали, но не исчерпали все возможности (инстанции) для кассационного обжалования?

— За лицами, которые не воспользовались правом на обжалование в кассационном порядке судебных решений, вступивших в законную силу до дня начала работы кассационных судов, или осуществили это право не в полном объеме, закон (п. 6 ст. 2 Закона № 361-ФЗ) сохраняет право обжаловать такие решения по правилам ч. 3 ст. 401.3 УПК, то есть по правилам выборочной кассации. Например, судебное решение вступило в законную силу до 01.10.2019, но стороны по каким-то причинам не подавали жалобу или представление до указанного срока. Не торопились, зная о своем праве на три инстанции: судья верховного, краевого, областного и равного им суда, судья Верховного Суда РФ и заместитель Председателя Верховного Суда РФ. Либо хотели, но не успели воспользоваться своим правом. Такие субъекты могут обжаловать судебные решения в кассационный суд общей юрисдикции путем выборочной кассации, о чем прямо говорится в п. 6 ст. 2 Закона № 361-ФЗ. В таком же порядке вправе обжаловать судебные решения и лица, которые обжаловали судебное решение по старым правилам в президиум соответствующего суда, но получили отказ судьи, который не обжаловали, то есть осуществили свое право обжалования не в полном объеме — не прошли все судебно-кассационные инстанции. Начиная с 01.10.2019 — с начала деятельности кассационных судов — стороны имеют право обжаловать как итоговые, так и промежуточные судебные решения, вступившие в законную силу до указанной даты, по правилам выборочной кассации. Иными словами, точно так же, как и лица, которые не обжаловали судебные решения в кассационном порядке до 01.10.2019. Аналогичный порядок рассмотрения кассационных жалоб и представлений должен иметь место и в случае, если судебное решение вступило в законную силу до 01.10.2019, стороны обжаловали судебное решение по старым правилам и состоялось постановление президиума соответствующего суда, которое стороны не обжаловали в Верховный Суд РФ до 01.10.2019. В данной ситуации постановление президиума соответствующего суда не может быть обжаловано в кассационный суд — инстанцию, которая фактически заменяет собой президиумы судов, поскольку дело в этом случае могло бы пройти три кассационные инстанции: президиум областного суда, кассационный суд и Судебную коллегию ВС РФ. Но как и до реформы было только две кассационные инстанции (Президиум и Судебная коллегия Верховного Суда РФ), их останется только две (кассационный суд и Судебная коллегия Верховного Суда РФ). В связи с этим в отношении постановления президиума суда, вынесенного до 01.10.2019 и ранее не обжалованного, после начала деятельности кассационных судов надлежащая кассационная инстанция — Судебная коллегия по уголовным делам или Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ.

АУДИОПРОТОКОЛ СУДЕБНОГО ЗАСЕДАНИЯ

— Еще одна из важных грядущих новелл в уголовном процессе 2019 года — введение аудиопротоколирования всех судебных заседаний. Хотелось бы услышать ваше мнение относительно возможного статуса аудиозаписи и риска игнорирования данной нормы. В практике уже есть случаи, когда аудиозапись не делают по техническим причинам, о чем составляется акт. Поскольку аудиозапись не получила того же статуса обязательного материала, как протокол судебного заседания, то неполнота записи в итоге не ведет к отмене судебного решения. В связи с этим стороны выражают опасение, что можно будет обходить требование об обязательной записи хода судебного заседания.

— По смыслу нового закона основным средством фиксации в уголовном судопроизводстве останется протокол судебного заседания. Предназначение аудиозаписи, которую должен осуществлять суд, — объективно, полно и только с помощью технических средств фиксировать ход судебного заседания. Наличие аудиозаписи даст возможность убедиться в правильности содержания письменного протокола либо, выявив несоответствие протокола содержанию аудиозаписи, позволит судье удостоверить правильность замечаний на протокол судебного заседания.

Нельзя исключить случаи, когда по техническим причинам ведение аудиозаписи будет невозможно либо пострадает непрерывность ее ведения. Однако требование о ведении судом аудиозаписи в установленных законом случаях относится к общим условиям судебного разбирательства, и его нельзя игнорировать. Верховный Суд будет осуществлять мониторинг применения судами данных норм на практике и при необходимости разрешать проблемные вопросы путем толкования закона.

ПРАКТИКА МЕР ПРЕСЕЧЕНИЯ

— В своем докладе на ежегодном семинаре-совещании руководителей судов субъектов РФ по итогам 2018 года вы коснулись темы меры пресечения в виде заключения под стражу, а также особого порядка рассмотрения дел. Вы сказали, что по некоторым категориям дел особый порядок применяется практически в 95% случаев. Какие это дела? От каких ошибок вы хотели бы предостеречь судей при рассмотрении дел в особом порядке?

— Этот вопрос действительно актуал��н на сегодня, поскольку особый порядок постепенно все больше и больше замещает общий порядок судебного разбирательства. Ежегодно доля таких уголовных дел возрастает: в 2014 году она составляла 64,4%, в 2015-м — 65,1%, в 2017-м — 69,6%, и только в 2018 году их число немного сократилось и составило около 68%. Однако по отдельным категориям уголовных дел эти показатели выше. В частности, по делам о преступлениях против семьи и несовершеннолетних, предусмотренных гл. 20 УК, в особом порядке был рассмотрен 81% уголовных дел, а по ч. 1 ст. 157 УК (неуплата средств на содержание детей или нетрудоспособных родителей) — 84%. По делам о преступлениях против безопасности движения и эксплуатации транспорта, предусмотренных гл. 27 УК, в особом порядке было рассмотрено 74,5% уголовных дел, по ст. 264.1 УК о повторном вождении с состоянии опьянения — 79,8%. Это что касается статистики по стране.

В некоторых регионах по отдельным составам эти цифры превышают 90%, и такая тенденция нас беспокоит. Проблема ведь не в цифрах, а в том, что есть опасность превращения этого института в формальность и высоки риски различного рода ошибок.

Не случайно Президент РФ В. В. Путин, выступая на расширенной коллегии Генеральной прокуратуры 19.03.2019, просил присутствующих «ответственно относиться к согласию на рассмотрение в судах уголовных дел в особом порядке. Если есть сомнения в доказанности обвинения, добровольности и осознанности заявления обвиняемым такого ходатайства, нужно требовать рассмотрения дела в общем порядке».

В связи с этим хотелось бы вно��ь обратить внимание судей на разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума от 05.12.2006 № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» и от 29.11.2016 № 55 «О судебном приговоре». В каждом случае, прежде чем принять решение о вынесении обвинительного приговора, судья должен убедиться, что перед ним лицо, виновное в совершении преступления, и его виновность, помимо личных показаний, подтверждена совокупностью других доказательств, имеющихся в материалах уголовного дела. При наличии сомнений суд назначает судебное разбирательство в обычном порядке.

Следует отметить, что в последнее время суды апелляционной и кассационной инстанций стали больше внимания уделять проверке соблюдения требований ч. 7 ст. 316 УПК. Это означает обязанность судьи тщательно изучить материалы поступившего дела и проверить обоснованность обвинения до решения указанных выше вопросов.

— А что касается заключения под стражу, то меняется ли, по вашему мнению, практика его применения, в частности продления?

— Вопросы избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу находятся на постоянном контроле в Верховном Суде РФ. Разъяснения, которые дал Пленум по данному вопросу, мы постоянно актуализируем, как в связи с законодательными изменениями, так и по результатам выявления новых вопросов, которые возникают у судей в ходе правоприменения. В целом практика применения в качестве меры пресечения заключения под стражу меняется. Если до введения в действие УПК мера пресечения в виде заключения под стражу избиралась в отношении порядка 400 тыс. лиц в год, то в 2018 году такие ходатайства были удовлетворены в отношении 102 168 обвиняемых и подозреваемых — на 11 101 меньше, чем в 2017 году. Важно отметить, что ежегодно с учетом практики судов сокращается и количество ходатайств органов расследования об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Таким образом, меньше людей направляется в следственные изоляторы и сокращается общая численность тюремного населения в стране: с 1999 года она сократилась с 1 млн 060 тыс. до 560 тыс. на 01.03.2018.

Что касается продления сроков содержания под стражей, то таких ходатайств в суды поступает все больше. В 2018 году в судах рассмотрено 216 717 ходатайств о продлении срока содержания под стражей, 98% из которых было удовлетворено.

Основная причина роста числа продлений — чрезмерная длительность предварительного расследования, особенно по делам, не представляющим сложности. Это и влечет неоднократное продление сроков содержания под стражей обвиняемых и нахождение их в местах предварительного заключения необоснованно длительное время, когда следственные действия с ними не проводятся. Поэтому принятые изменения в ст. 109 УПК об обязанности следователя или дознавателя указывать конкретные, фактические обстоятельства, подтверждающие необходимость дальнейшего применения меры пресечения в виде заключения под стражу, и предметное рассмотрение их в судебном заседании должны будут в определенной степени способствовать сокращению числа необоснованных решений о продлении срока содержания под стражей.

Однако свои надежды мы связываем с законопроектом о поправках в ст. 108и 109 УПК в части уточнения сроков содержания под стражей и порядка их продления, подготовленным Верховным Судом РФ. Государственная Дума ФС РФ уже приняла его в первом чтении5. В нем предложены более существенные меры, направленные на исключение фактов продления срока содержания под стражей, в случае если по уголовному делу имеет место неэффективная организация расследования, ходатайства мотивируются следователями необходимостью производства тех же следственных действий, для производства которых срок содержания под стражей продлевался ранее. В частности, если в качестве одного из мотивов в ходатайстве следователь указывает на необходимость производства следственных и иных действий, то в нем он должен будет указать перечень этих действий и причины, по которым они не были произведены в установленные ранее сроки содержания обвиняемого под стражей, а также сведения о произведенных следственных и иных действиях в период после избрания меры пресечения или последнего ее продления. Наряду с этим в законопроекте предлагается закрепить, что судья по поступившему ходатайству должен принять решение на основании оценки приведенных в нем мотивов, а также с учетом правовой и фактической сложности материалов уголовного дела, общей продолжительности досудебного производства по уголовному делу, эффективности действий должностных лиц органов предварительного расследования и своевременности проведения следственных и иных действий. Видимо, не случайно Президент РФ поручил Верховному Суду РФ совместно с Генеральной прокуратурой РФ подготовить поправки к данному законопроекту.

РАБОТА СУДА ПРИСЯЖНЫХ

— Еще одно важное новшество в уголовном процессе за последний год — введение суда присяжных в районных судах. По-видимому, опасения, связанные с трудностями работы этого суда, оказались во многом необоснованными? Есть ли уже точные данные по стране, сколько процессов с участием присяжных прошли в 2018 году и какие результаты получены: доля оправдательных и обвинительных вердиктов и их стабильность?

— По нашим данным, работа в районных судах с присяжными заседателями, вопреки всем опасениям, действительно идет своим чередом. За период с 01.06.2018 и до конца года в районные суды поступило 151 уголовное дело с ходатайствами о рассмотрении с участием присяжных в отношении 206 лиц, из них 85 дел рассмотрено по существу, 75 лиц осуждено, 29 — оправдано. В настоящее время Верховный Суд РФ в соответствии с планом работы проводит мониторинг практики рассмотрения судами уголовных дел с участием присяжных заседателей. По результатам мониторинга будет решаться вопрос о даче дополнительных разъяснений в постановлении Пленума либо, в случае необходимости, о выступлении с законодательной инициативой с целью совершенствования законодательства.

ПРИМЕНЕНИЕ СУДЕБНОГО ШТРАФА

— Как вы оцениваете применение меры уголовного правового характера в виде судебного штрафа? Вопрос возник в связи с тем, что в практике он уже стал применяться по формальным и неоконченным деяниям: есть примеры прекращения дел по ч. 1 ст. 238 и ст. 309 УК с применением судебного штрафа. Возможно, практику следовало бы скорректировать? Ведь если прекращение дела по ч. 1 ст. 238 УК еще как-то можно понять ввиду небольшой тяжести преступления, то прекращение дел о преступлениях против правосудия или службы в госорганах, как представляется, противоречит целям института судебного штрафа.

— Институт освобождения от уголовной ответственности в связи с назначением судебного штрафа играет важную роль в действующем уголовном законодательстве, являясь одним из тех правовых механизмов, которые позволяют лицам, впервые совершившим преступления небольшой или средней тяжести, избежать наличия судимости. Судебная практика доказала, что востребованность института и количество таких судебных решений постоянно растут. Вместе с тем остались вопросы, которые продолжают возникать у судов и которые не нашли своего отражения в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 (далее — постановление № 19)6, где судам даны основные ориентиры по применению данного института.

Поэтому Верховный Суд РФ дополнительно проанализировал практику применения судебного штрафа и подготовил Обзор судебной практики освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа (ст. 76.2 УК). В данном обзоре предполагается раз��ешить в том числе поставленный вами вопрос о возможности назначения судебного штрафа по формальным и неоконченным составам. По нашему мнению, закон не исключает возможности освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа при соблюдении установленных ст. 76.2 УК условий и в тех случаях, когда диспозиция соответствующей статьи Уголовного кодекса не предусматривает причинения ущерба или иного вреда в качестве обязательного признака, а также когда в результате совершения преступления материальный ущерб фактически не причинен ввиду того, что преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Исходя из системного толкования положений ст. 76.2 УК в их взаимосвязи с другими нормами уголовного закона и нормами уголовно-процессуального закона, основания освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа распространяются на все виды преступлений небольшой и средней тяжести независимо от объекта преступления и предмета преступного посягательства, а также от того, чьим правам и интересам причинен ущерб уголовно наказуемым деянием. Важно, как это и отразил Пленум в действующем постановлении № 19, чтобы способы возмещения ущерба и заглаживания вреда носили законный характер и не ущемляли права третьих лиц.

РАБОТА ПЛЕНУМА ВС РФ

— Кроме тех разъяснений, о которых вы рассказали, какие еще разъяснения готовит Пленум ВС РФ в текущем году? В частности, не планируется ли дать разъяснения по вопросам, возникающим в связи с зачетом срока содержания под стражей в срок лишения свободы в различных ситуациях?

— Идет работа над несколькими проектами постановлений Пленума. В готовящемся постановлении Пленума о судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 238 УК, предполагается дать разъяснения по ряду сложных вопросов. О том, как разграничить преступные действия и административные правонарушения, предусматривающие ответственность за нарушение технических требований к качеству товаров, выполнению работ, услуг; о субъекте данного преступления, предмете, особенно когда это касается дел, связанных с продажей спиртосодержащей продукции. Также необходимо разграничить оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья, и проступки, связанные с иным ненадлежащим исполнением профессиональных обязанностей, повлекшим тяжкие последствия.

Кроме того, идет подготовка изменений в постановление Пленума ВС РФ от 12.03.2002 № 5 «О судебной практике по делам о хищении, вымогательстве и незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств». В судебной практике были выявлены различные правовые подходы при квалификации незаконных действий, совершенных со взрывчатыми веществами и взрывными устройствами, после того как в Уголовном кодексе ответственность за совершение указанных действий была выделена в отдельные составы преступлений — ст. 222.1 и 223.1 УК, а ответственность за незаконный оборот боеприпасов сохранилась в ст. 222 УК. В целях формирования единообразной судебной практики планируется уточнить понятия и признаки боеприпасов и взрывных устройств и выработать более четкие критерии их разграничения.

Также в текущем году планируется подготовить новое постановление Пленума ВС РФ, посвященное практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления. Это постановление заменит действующее в настоящее время постановление от 28.12.2006 № 64. За период действия этого постановления в него не вносились какие-либо изменения, однако за истекшие с момента его принятия 12 лет многое поменялось в уголовном, налоговом и ином законодательстве, а также в практике его применения. Об актуальности разработки проекта данного постановления Пленума говорит и проводимая в настоящее время политика нашего государства. В частности, в Стратегии экономического развития Российской Федерации на период до 2030 года (утверждена Указом Президента РФ от 13.05.2017 № 08) подчеркивается необходимость оптимизации регулятивной и налоговой нагрузки на хозяйствующие субъекты с учетом курса на обеспечение устойчивого развития экономики страны и модернизации ее производственно-технологической базы. В послании Федеральному Собранию 01.03.2018 В. В. Путин, в частности, отметил, что наряду с созданием благоприятных условий для бизнеса следует учитывать, что нормы уголовного права должны жестко действовать в отношении преступлений против интересов граждан, общества, экономических свобод, в том числе в отношении уклонения от уплаты налогов.

Применительно к вопросу о подготовке разъяснений по практике применения судами положений ст. 72 УК об исчислении сроков наказаний и зачете наказания отмечу, что уже в текущем полугодии мы планируем еще раз обстоятельно изучить имеющуюся практику и, вероятнее всего, попробуем сформулировать ответы на наиболее часто задаваемые вопросы по этой проблематике с утверждением их на заседании Президиума ВС РФ.

Рассмотрение ходатайств осужденных об освобождении от наказания в связи с болезнью

2019-05-07T17:14:27.769Z

Вячеслав Николаевич Курченко,

заслуженный юрист РФ, д. ю. н., профессор кафедры судебной деятельности УрГЮА

В ЭТОЙ СТАТЬЕ:

- Вправе ли суд отказать в принятии ходатайства осужденного об освобождении от наказания в связи с болезнью, которое направлено непосредственно в суд

- Какие обстоятельства учитывают суды при удовлетворении ходатайств об освобождении от наказания по части 2 статьи 81 УК РФ

Согласно ч. 2 ст. 81 УК РФ лицо, заболевшее после совершения преступления не психической, а иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, может быть освобождено судом от отбывания наказания. Такое освобождение связано с невозможностью продолжать дальнейшее исполнение наказания ввиду болезни осужденного.

Невозможность отбывания наказания определяется характером болезни. Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, утвержден постановлением Правительства РФ от 06.02.2004 № 541. Он включает более 40 наименований заболеваний, в том числе различные виды туберкулеза, злокачественные новообразования, все формы острого лейкоза, сахарный диабет, ряд заболеваний нервной системы и органов чувств, некоторые болезни органов кровообращения, дыхания, органов пищеварения и др. УК РФ при этом не указывает, какие критерии, кроме заболевания, являются основанием освобождения от наказания в связи с тяжелой болезнью.

Как показало выборочное изучение практики рассмотрения ходатайств по ч. 2 ст. 81 УК РФ за 2014–2015 годы, в реализации этих положений есть проблемы. Стоит также упомянуть, что суды в два раза чаще отказывают в удовлетворении таких ходатайств, чем принимают положительные решения. В 2014–2015 годах суды удовлетворили чуть более 1400 ходатайств в порядке п. 6 ст. 397 УПК РФ и отказали в удовлетворении в 2500 случаев2.

По смыслу ч. 2 ст. 81 УК РФ ходатайство осужденного об освобождении от наказания суд рассматривает лишь после вступления в силу обвинительного приговора и обращения его к исполнению.

При решении вопроса об освобождении лица от наказания определяющее значение имеет установление судом наличия у осужденного тяжелой болезни, препятствующей отбыванию им назначенного наказания. Это следует из п. 24постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.04.2009 № 83. Рассматривая ходатайство осужденного, суд оценивает заключение специальной медкомиссии или учреждения медико-социальной экспертизы с учетом Перечня заболеваний, препятствующих отбыванию наказания. Суд также принимает во внимание иные обстоятельства, имеющие значение для разрешения ходатайства по существу.

Суд не вправе отказать в принятии ходатайства осужденного об освобождении от наказания в связи с болезнью, направленного им непосредственно в суд, из-за отсутствия документов (заключения медкомиссии или учреждения медико-социальной экспертизы, личного дела осужденного), которые в соответствии с ч. 6 ст. 175 УИК РФ обязана представить администрация учреждения или органа, исполняющего наказание. В таких случаях суду следует направить копию ходатайства в учреждение или орган, исполняющий наказание для незамедлительного представления администрацией (должностным лицом) в суд соответствующих материалов.

КТО МОЖЕТ ОБРАТИТЬСЯ С ХОДАТАЙСТВОМ

Поскольку осужденный вправе осуществлять свои права с помощью адвоката, вопрос об освобождении его от отбывания наказания в связи с тяжелой болезнью суд может рассмотреть и по ходатайству адвоката.

Закон прямо не предусматривает возможность обращения в суд начальника исправительного учреждения либо иного органа, исполняющего наказание, с представлением об освобождении осужденного от отбывания наказания. В то же время принятие к производству суда такого представления и рассмотрение его по существу следует признать обоснованными с учетом сос��ояния здоровья осужденного, поскольку это не противоречит уголовно-процессуальному закону4. В подобных случаях суд должен учесть волеизъявление самого осужденного. Если тот отозвал такое представление, производство по нему подлежит прекращению.

По ряду дел администрация исправительных учреждений направляла в суды такие представления как самостоятельно, так и с ходатайствами осужденных. В дальнейшем суд истребовал заявление осужденного. Как представляется, администрация ИУ должна знакомить осужденного не только с заключением медкомиссии (или с отказом в проведении медосвидетельствования), но и со всеми документами, направляемыми в суд с ходатайством. К материалам ходатайства администрация ИУ должна приложить расписку осужденного об ознакомлении.

Судам не следует самостоятельно принимать решения о направлении осужденных на освидетельствование с определением лечебного учреждения ГУФСИН. Такие решения не только не основаны на законе, но и препятствуют администрации колонии принять должные меры для освидетельствования осужденных.

Если осужденный обращается с ходатайством о направлении на освидетельствование, но не формулирует просьбу об освобождении от наказания с приложением справок о наличии болезни, у суда нет повода принимать такое ходатайство к производству.

УЧАСТИЕ ПРОКУРОРА

Участие прокурора по делам данной категории — не просто формальность. В уголовном процессе он — центральная фигура, поскольку обеспечивает права осужденного. На стадии подготовки судебного разбирательства судья должен вынести постановление о назначении судебного заседания. В нем нужно отразить информацию о дате, времени и месте заседания, об обязательном участии прокурора, представителя ИУ, врача (при необходимости), а также иных участников процесса. Если осужденный заявил ходатайство об участии в судебном заседании (вместе с ходатайством об освобождении либо в течение 3 суток со дня получения извещения о дате, времени и месте судебного заседания), суд должен определить форму такого участия. Например, посредством видеоконференц-связи.

Обязательное участие прокурора объясняется тем, что он должен осуществлять надзор по материалам подобной категории с учетом состояния здоровья осужденных.

УЧАСТИЕ АДВОКАТА

Закон не требует назначать адвоката при рассмотрении ходатайства осужденного об освобождении от отбывания наказания по причине тяжелой болезни. Однако согласно п. 3ч. 1 ст. 51 УПК РФ его участие обязательно, если осужденный в силу своих психических или физических недостатков не может самостоятельно осуществлять право на защиту. Поэтому если есть заключение медкомиссии об имеющихся у осужденного тяжелых заболеваниях, препятствующих отбыванию наказания (особенно если осужденный по состоянию здоровья не может принять участие в судебном заседании), защитник должен присутствовать при рассмотрении ходатайства (представления) об освобождении от наказания по болезни.

Рассмотрим другую ситуацию. В суд поступило ходатайство осужденного, у которого не установлено наличие тяжелого заболевания, являющегося основанием для освобождения от наказания. Здесь стоит придерживаться правила, что рассматривать такие материалы без участия защитника можно, только если осужденный добровольно и в письменной форме отказался от услуг защитника, но по медицинским документам состояние здоровья позволяет ему участвовать в заседании. Однако такой отказ от защитника возможен только в случае, если его фактически предоставили (он лично присутствовал в судебном заседании) для реального обеспечения права на защиту.

Если осужденный имеет реальную возможность участвовать в судебном заседании (в том числе посредством видеоконференц-связи), которое проводится с обязательным участием прокурора, но отказывается от этой возможности, то для обеспечения принципа состязательности сторон участие защитника тоже обязательно. Что касается представителя ИУ, то для его участия требуется доверенность от начальника учреждения.

ЧТО ДОЛЖЕН ПРОВЕРИТЬ СУД ПРИ РАССМОТРЕНИИ ХОДАТАЙСТВА

Основания для отказа. При рассмотрении ходатайства осужденного об освобождении от отбывания наказания в связи с тяжелой болезнью определяющее значение имеет наличие у лица заболевания, препятствующего отбыванию им назначенного наказания. Это заболевание должно быть подтверждено результатами медицинского освидетельствования, проведенного в установленном порядке. Поэтому к числу оснований для отказа в удовлетворении ходатайства суды относят следующие:

— установленное медицинским заключением отсутствие у осужденного заболевания, препятствующего отбыванию наказания;

— обоснованный отказ в проведении медицинского освидетельствования при отсутствии к тому медицинских показаний либо при наличии к тому неустранимых препятствий, что подтверждается различными по форме медицинскими документами.

Осужденный может обжаловать отказ в проведении медосвидетельствования в порядке гражданского судопроизводства. Но даже если он этого не сделал, у него все равно есть право обратиться в суд с ходатайством об освобождении от отбывания наказания и при наличии отказа в освидетельствовании. Если у суда возникнут сомнения в достоверности вывода об отказе в освидетельствовании, он может обязать начальника исправительного учреждения направить осужденного на медицинское освидетельствование, в том числе повторное (в случае неясности или противоречивости медицинского заключения). При этом суд отложит судебное заседание на время, необходимое для получения заключения.

Медицинское заключение. В своих решениях суды ссылаются на заключения медкомиссии о медицинском освидетельствовании и дают им мотивированную оценку с учетом мнения осужденного и врачей-специалистов. Судам следует обращать внимание на соответствие этого заключения форме, утвержденной приказом Минздрава России и Минюста России от 09.08.2001 № 311/2425.

В отношении лиц, имеющих медицинские заключения о наличии тяжелой болезни, помимо ходатайства осужденного, медицинского заключения и копий приговоров, администрация ИУ представляет различные справки, выписки из протоколов решений врачебных комиссий, медицинских документов, содержащие данные о личности осужденного и составе его семьи, о наличии или об отсутствии согласия родственников принять его и осуществлять уход за ним. Наличие таких сведений в материалах является необходимым.

Характер заболевания и период его появления. Суды должны устанавливать наличие заболеваний, включенных в Перечень заболеваний, препятствующих отбыванию наказания, оценивать результаты стационарного лечения, проверять, препятствует ли отбыванию наказания имеющееся у осужденного заболевание, обращать внимание на стабильность состояния его здоровья, возможность самостоятельно принимать пищу, передвигаться, ухаживать за собой, на оказание надлежащего лечения, которое осужденные проходят согласно предписаниям врача.

Если выяснится, что заболевание у осужденного возникло до совершения преступления, от отбывания наказания его освободить нельзя. Такое правило предусмотрено ч. 2 ст. 81 УК РФ. Однако факт наличия у осужденного заболевания до совершения преступления сам по себе не может служить безусловным основанием для отказа в удовлетворении ходатайства. Освобождение в связи с тяжелой болезнью возможно и при существенном обострении имевшегося до совершения преступления заболевания, повлекшем в период исполнения приговора такое ухудшение состояния здоровья лица, когда его болезнь становится препятствием для отбывания наказания. Поэтому суд, установив период возникновения заболевания, должен оценить и иные обстоятельства:

— каким заболеванием осужденный страдал до совершения преступления и каким страдает в настоящее время;

— имело ли место излечение от имевшегося заболевания или состояние ремиссии;

— изменилось ли и как состояние здоровья в период отбывания наказания;

— возникло ли заболевание, диагностированное после совершения преступления, впервые либо является ухудшением состояния или осложнением прежней болезни, каковы его причины.

Позиция прокурора. Прокуроры, которые участвуют в судебных заседаниях, должны излагать мотивированные суждения с подробным анализом обстоятельств. Им необходимо выражать свое мнение не кратко, по существу заявленного осужденным ходатайства, а основывать его на исследованных материалах и требованиях закона. Ведь по своей сути освобождение от отбывания наказания по болезни связано не с досрочным достижением целей наказания, а с оценкой возможности или невозможности продолжать дальнейшее исполнение наказания.

Мнение врача. Исходя из специфики вопросов, подлежащих проверке, суды правильно по этим делам привлекали к участию в судебном заседании врача (специалиста) того учреждения, в котором отбывает наказание осужденный. Вместе с тем, судя по протоколам судебных заседаний, врачи зачастую опрашиваются кратко, даже поверхностно, без выяснения полной картины заболевания и состояния осужденного, прогноза заболевания и иных значимых обстоятельств.

Иные обстоятельства. Поведение осужденного в период отбывания наказания как обстоятельство, предопределяющее решение о применении УДО, может не иметь решающего значения при рассмотрении иных вопросов, связанных с освобождением от наказания, в том числе по ч. 2 ст. 81 УК РФ. Это следует из позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 3.1.12 Обзора судебной практики условно- досрочного освобождения от отбывания наказания, утвержденного Президиумом ВС РФ 29.04.20146. Суд должен принимать во внимание правовую природу освобождения от отбывания наказания по болезни. В связи с этим необходимо исследовать такие обстоятельства, как объективность поставленного диагноза, возможность излечения имеющегося заболевания в условиях исправительного учреждения, наличие и готовность близких родственников оказывать осужденному необходимую помощь в случае освобождения, а в случае их отсутствия — наличие иных лиц, готовых принять на себя заботу об освобождаемом лице.

При рассмотрении ходатайств суд, помимо медицинских диагноза и прогноза, должен учесть следующие обстоятельства:

— изменение состояния здоровья осужденного в результате лечения, проводимого в условиях отбывания наказания (наличие или отсутствие его положительных результатов); процесс течения болезни, является ли она неизлечимой либо требует лечения с возможностью достижения положительного результата (стойкой ремиссии, улучшения состояния и т. п.), длительность предыдущего и предстоящего лечения, в котором нуждается осужденный, возможность осуществления его в условиях отбывания наказания, а также то, в какой мере имеющаяся у осужденного болезнь препятствует отбыванию им наказания;

— адекватность оказываемой осужденному медицинской помощи, то есть быстрота и точность диагноза и правильность проводимого лечения;

— отношение осужденного к лечению и достижению цели улучшения состояния; его отношение к предписанным медицинским рекомендациям ИУ — их соблюдение или уклонение от их исполнения, причины несоблюдения;

— степень воздействия лечения в исправительном учреждении в сравнении с условиями после освобождения; наличие у осужденного постоянного места жительства, родственников или близких лиц, которые могут и согласны осуществлять уход за ним, возможности продолжать лечение или поддерживающую терапию после освобождения;

— возможность совершения осужденным, с учетом его физического состояния, иных преступлений в случае освобождения; нейтрализует ли болезнь преступную активность данного осужденного.

Помимо этих обстоятельств, судам следует учитывать данные о личности осужденного, его поведение в период отбывания наказания и отношение к лечению. На вывод суда может повлиять злостное нарушение режима отбывания наказания, лечебного режима.

Суд должен изложить в решении фактические обстоятельства дела для установления и оценки тех критериев, которые он проверил и которые подтверждены конкретными данными, в том числе из медицинских и иных документов, пояснений допрошенных лиц.

Суд должен в течение нескольких часов передать в колонию решение об освобождении лица от наказания

На практике на исполнение судебного решения часто уходит от 10 до 30 дней. Между тем судам следует принимать меры, чтобы их постановления, которые вступили в силу, в кратчайшие сроки поступали в исправительные учреждения. Европейский Суд по правам человека в постановлении от 12.01.2016 по делу «Карпова против России» (жалоба № 35413/07) признал нарушением тот факт, что заявительница продолжала отбывать наказание еще 26 дней, прежде чем была освобождена из колонии. В этом решении ЕСПЧ указал, что государство должно принять необходимые нормативные правовые акты и использовать все современные средства передачи информации для максимально быстрого решения об освобождении лица от отбывания наказания. ЕСПЧ признал, что соблюдение административных процедур при освобождении не может служить основанием для задержки более чем на несколько часов.

ОТКАЗ В ОСВОБОЖДЕНИИ ОТ НАКАЗАНИЯ И ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯ

Суд может отказать осужденному в освобождении от наказания в следующих ситуациях:

— осужденный отказался лечиться, проходить медосвидетельствование, нерегулярно принимает назначенные лекарства;

— в ИУ осужденному оказали необходимую медицинскую помощь, есть положительная динамика лечения;

— у осужденного стабильное состояние здоровья, характеризуемое врачами как состояние средней тяжести, подтвержденное медицинским заключением, при котором тяжелая болезнь не прогрессирует;

— нет необходимости в постороннем уходе, осужденный может самостоятельно передвигаться и обслуживать себя;

— осужденный не может получать надлежащее лечение вне ИУ в силу объективных причин. Например, в месте его жительства нет требуемого медучреждения или специалистов, у него нет финансовых возможностей для лечения, нет места жительства, либо нет лица, которое могло бы осуществлять уход за ним.

Если суд отказал в освобождении от отбывания наказания в связи с тяжелой болезнью, осужденный может обратиться в суд с аналогичным ходатайством повторно. Временных ограничений для этого закон не устанавливает. Повторное медицинское освидетельствование таких осужденных проводится, только если состояние их здоровья ухудшилось. При этом не важно, сколько времени прошло со дня предыдущего освидетельствования.

СУДЕБНОЕ РЕШЕНИЕ И ЕГО ОБЖАЛОВАНИЕ

Освобождать осужденных в связи с болезнью от таких видов наказания, как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, лишение специальных воинских либо почетных званий, классного чина и государственных наград, недопустимо.

Когда суд принимает решение освободить от наказания в связи с тяжелой болезнью осужденного, который находится в местах лишения свободы, тот подлежит немедленному освобождению по вступлении в силу судебного решения.

Если прокурор внес представление на такое постановление, суд в соответствии с ч. 2 ст. 401 УПК РФ должен проверить, что прокурор уведомил об этом администрацию ИУ до истечения срока обжалования постановления суда в апелляционном порядке. В судебном материале должно быть письменное уведомление прокурора об этом.

Если суд апелляционной инстанции принимает решение освободить осужденного от дальнейшего отбывания наказания по болезни, в решении он должен указать на немедленное освобождение осужденного из-под стражи, поскольку решение суда апелляционной инстанции вступает в силу с момента провозглашения.

Запомним

Суд не вправе отказать в принятии ходатайства осужденного об освобождении от отбывания наказания в связи с болезнью из-за отсутствия документов

Освобождение от отбывания наказания в связи с тяжелой болезнью возможно и при существенном обострении заболевания, имевшегося до совершения преступления

Верховный Суд РФ разъяснил судам, как правильно применять норму УК РФ об изменении категории преступления на менее тяжкую

2019-04-20T21:37:59.197Z

Суд первой инстанции по идее самостоятельно должен (может) рассмотреть вопрос можно ли применить статью 15 УК РФ или нет. Но мой совет - обратитесь с ходатайством, чтобы судья не забыл этот момент.😆 Особо это касается рассмотрение дел в апелляционных и кассационных судах. Там точно просите применить к вам эту статью. Внимательно почитайте сами эту статью, там есть предельные сроки по которым Вам могут изменить категорию.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.05.2018 N 10 "О практике применения судами положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации"

Обращается внимание судов на то, что изменение категории преступления на менее тяжкую (ч. 6 ст. 15 УК РФ) позволяет обеспечить индивидуализацию ответственности осужденного за содеянное и является реализацией принципов справедливости и гуманизма.

Изменение категории преступления на менее тяжкую улучшает правовое положение осужденного, поскольку влияет, в частности, на назначение осужденному к лишению свободы вида исправительного учреждения, назначение наказания по совокупности преступлений, назначение условного осуждения, отмену или сохранение условного осуждения и др.

При наличии одного или нескольких смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств суд, назначив за совершение преступления средней тяжести, тяжкого или особо тяжкого преступления наказание, решает вопрос о возможности изменения категории преступления на менее тяжкую, но не более чем на одну категорию преступления с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности.

Разрешая данный вопрос, суд принимает во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль подсудимого в преступлении, совершенном в соучастии, вид умысла либо вид неосторожности, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. Вывод о наличии оснований для применения положений части 6 статьи 15 УК РФ может быть сделан судом, если фактические обстоятельства совершенного преступления свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.

Если подсудимый обвиняется в совершении нескольких преступлений, то суд при постановлении приговора разрешает вопрос о возможности применения положений части 6 статьи 15 УК РФ по каждому из входящих в совокупность преступлений в отдельности, а если в совершении преступления (преступлений) обвиняется несколько подсудимых, - в отношении каждого подсудимого в отдельности.

Применение положений части 6 статьи 15 УК РФ не влияет на юридическую оценку деяния, в том числе приготовления к совершению конкретного тяжкого или особо тяжкого преступления, а равно не влечет правовых последствий для лиц, в отношении которых решение об изменении категории преступления не принималось. В частности, изменение судом категории преступления с особо тяжкого на тяжкое преступление не исключает уголовную ответственность другого лица за заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления.

Адвокатам рассказали, как проверять и оспаривать экспертные заключения

2019-01-26T18:02:02.914Z

С лекцией выступил замдиректора по экспертной работе Российского федерального центра судебной экспертизы при Минюсте Геннадий Бочаров.

Он рассказал о требованиях, предъявляемых к экспертизе, об особенностях участия стороны при ее производстве, о порядке проверки экспертных заключений и их оспаривании.

Как сообщает пресс-служба ФПА, 5 декабря 2018 года в ходе очередного вебинара ФПА РФ по повышению квалификации адвокатов с лекцией на тему «Современные возможности проведения экспертиз» выступил заместитель директора по экспертной работе ФБУ «Российский федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации» Геннадий Бочаров.

В первой части выступления Геннадий Бочаров рассказал о требованиях, предъявляемых к экспертизе как к четко установленному законодательством процессуальному действию. Во-первых, решение только того круга вопросов, который отнесен к компетенции эксперта. Если выяснится, что они выходят за рамки его компетенции, то необходимо направить соответствующее уведомление в суд за подписью руководителя эксперта, отметил спикер.

Во-вторых, это компетентность эксперта. Согласно действующему законодательству ее проверка осуществляется только органом, который назначает экспертизу, или судом. Нередко негосударственные эксперты не проверяются судом или следователем на предмет компетентности в необходимом объеме. В таких случаях, подчеркнул Геннадий Бочаров, задача адвоката – не оспаривать кандидатуру эксперта, поскольку это является вмешательством в полномочия следователя и суда, а обратиться к ним за подтверждением компетенции эксперта: сертификатами, аккредитациями и иными документами, удостоверяющими квалификацию эксперта (диплом, должностная инструкция, характеристика, благодарности).

Во второй части выступления Геннадий Бочаров осветил особенности участия стороны при производстве экспертизы. Он напомнил, что согласно ст. 84 ГПК РФ лица, участвующие в деле, вправе присутствовать при проведении экспертизы, кроме случаев, когда их присутствие может помешать исследованию, совещанию экспертов и составлению заключения. Лектор пояснил, что закон предоставил сторонам такое право не для контроля за тем, как производится экспертиза, а для того чтобы при необходимости давать пояснения в целях проведения полноценного исследования.

Геннадий Бочаров также остановился на вопросе оплаты экспертиз. Он подчеркнул необходимость соблюдения установленного п. 1 ст. 96 ГПК РФ порядка, в соответствии с которым денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и специалистам, предварительно вносятся на банковский счет судебного департамента. Это необходимо для того, чтобы сторона имела право на возмещение судебных расходов.

Как пояснил лектор, соответствующее разъяснение содержится в Постановлении Пленума ВС РФ от 21 января 2016 г. № 1. В случае обращения к негосударственному эксперту Геннадий Бочаров рекомендовал вносить предварительную оплату на депозит суда – это будет доказательством выполнения требований закона и позволит избежать признания экспертизы недопустимым доказательством в связи с процессуальным нарушением.

В третьей части выступления спикер изложил порядок проверки экспертных заключений и их оспаривания. Он пояснил, что частные мнения сторонних экспертов могут составляться в виде рецензии или акта экспертного исследования. Геннадий Бочаров обратил внимание адвокатов, что в рецензии необходимо ставить замечания по существу проведенного исследования, но не оценивать его. В акте экспертного исследования решаются те же вопросы, которые были поставлены эксперту, но в конце делается вывод о том, совпадают ли результаты проведенного исследования с выводами эксперта в заключении. Лектор пояснил, что рецензия проводится в случаях, когда необходимо быстро проверить результаты экспертизы, а если есть достаточное количество времени, лучше использовать акт экспертного исследования.

📌 Геннадий Бочаров рекомендовал адвокатам в случае несогласия с результатами экспертизы или сомнениями в ее достоверности ходатайствовать о признании экспертизы недопустимым доказательством в связи с нарушением федерального закона и только в случае отказа суда ходатайствовать о проведении повторной экспертизы.

Как брать взятку

2019-01-25T18:33:43.564Z

Краткая инструкция по приему взяток (уж если не можете без этого, дебилы)

1. Оставьте понты для других случаев. В Lotte Plaza, Sixty и других козырных местах потом пообедаете с женой и детьми, если все пройдет хорошо. А сейчас - выберите место на первом этаже, с выходом через кухню во дворы, с большими панорамными окнами и отсутствием парковки (то есть днем два автобуса ФСБ не останутся незамеченными участниками дорожного трафика). Например - Кофе Бин на Сретенке, или Де Марко на Проспекте Мира.

2. Положите перед собой айфон, на котором в онлайн-кинотеатре будет идти сериал (через 3G, не через вай-фай). При начале операции обычно стандартно глушат сотовую связь на небольшом участке, так что, как только у вас будут помехи - срочно в туалет мыть руки, рвать документы и пр.

3. Пришедшие товарищи пусть положат свои телефоны в коробочку и сдадут вашему водителю. Ибо нефиг. Так, кстати, в мэрии Уфы делают, такая красивая шкатулка, обитая бархатом.

4. Старайтесь сесть так, чтобы попасть в зону камеры охраны ресторана или кассы. В случае чего - будете доказывать, что ничего не брали

5. Получая пакет, не берите его в руки, не открывайте и не пересчитывайте. Уходя, забудьте на столе блокнот, и пошлите охранника забрать его. Заодно он принесет пакет, а потом будет оправдываться, что "я подумал, что это ваш, Иван Иванович".

6. В разговоре с клиентом избегайте всяких обещаний и обязательств, упирайте на чисто дружескую помощь, и на то, что все действия исключительно в рамках закона ☝

7. На всякий случай - имейте с собой пару запросов благотворительных организаций о помощи в пересадке мозга несчастным домашним хомякам (в случае чего - будете говорить, что это была анонимная благотворительная помощь)

8. Имейте всегда адвоката на низком старте. Если началось - вызывайте скорую, если адвокат дорогой - он приедет еще раньше скорой😂🚑

А вообще, конечно, охреневать не надо. Живите на зарплату.

Следственные действия без адвоката при задержании с поличным – нарушение Конвенции

2019-01-24T18:32:09.241Z

Европейский Суд назначил более 16 тыс. евро компенсации осужденному за перевозку наркотиков гражданину, автомобиль которого был досмотрен при задержании без участия защитника.

Адвокат Максим Семёнов, представлявший интересы заявителя в ЕСПЧ назвал постановление Суда справедливым и выразил надежду, что оно будет способствовать дальнейшему совершенствованию российской правовой системы.

11 декабря ЕСПЧ вынес Постановление по делу «Родионов против России», заявитель по которому был осужден за участие в наркотрафике и жаловался на многочисленные нарушения Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, допущенных во время расследования уголовного дела и при содержании его под стражей.

В 2006 г. из-за подозрений в незаконном обороте наркотиков в составе преступной группы правоохранительные органы по санкции суда прослушивали телефонные переговоры Игоря Родионова. Утром 15 августа 2006 г. сотрудники ФСКН задержали его во время автомобильной поездки и немедленно надели на него наручники. При досмотре автомобиля на его заднем сиденье был найден пакет с упаковками таблеток, порошкообразным веществом и электронными весами, а на полу машины – красный пакет с порошком. Игорь Родионов утверждал, что ничего не знал о содержимом красного пакета, который он перевозил по просьбе другого лица.

По окончании следственного действия в протоколе, подписанном заявителем и понятыми, было указано, что все предметы и ценности в машине Игоря Родионова принадлежали ему, за исключением содержимого красного пакета. Вечером того же дня гражданина доставили в УФСКН по г. Санкт-Петербургу, где у него были взяты отпечатки пальцев и образцы почерка.

На следующий день Игоря Родионова допросили, и в его отношении было возбуждено уголовное дело в связи с незаконным приобретением и хранением наркотиков без цели сбыта (п. 2 ст. 228 УК РФ). Ему была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, которая затем неоднократно продлевалась. Через два года обвиняемый ходатайствовал об освобождении из-под стражи в связи с окончанием сбора следствием доказательств против него, однако суд отклонил ходатайство как необоснованное. Обжаловать отказ в вышестоящие инстанции не удалось.

Впоследствии уголовное преследование шести членов преступной группы было объединено в одно производство. По окончании предварительного следствия деяния Родионова были переквалифицированы – по версии следствия, остальные члены группы выполняли его указания в части организации сбыта наркотиков. Таким образом, ему было предъявлено обвинение по ч. 1 и 3 ст. 30 и ч. 3 ст. 228.1 УК РФ.

Уголовное дело рассматривалось в Кировском районном суде г. Санкт-Петербурга. В ходе судебного процесса Игорь Родионов свою вину не признал и утверждал, что пакеты с наркотиками, найденные в автомобиле во время задержания, ему не принадлежали. Со ссылкой на ряд международных и национальных актов обвиняемый безуспешно ходатайствовал об исключении части доказательств, на которых строилось обвинение: в частности, протоколов досмотра автомобиля и его допроса ФСКН, в связи с тем, что следственные действия проводились без его адвоката. Он также просил признать недействительными аудиозаписи телефонных переговоров, мотивируя это тем, что судебные санкции на них не были представлены защите.

13 октября 2008 г. суд признал Игоря Родионова виновным в совершении большей части инкриминируемых ему преступлений и приговорил его к 12 годам лишения свободы. Заявитель безрезультатно обжаловал приговор суда.

Впоследствии Игорь Родионов подал жалобу в ЕСПЧ. В ней он, в частности, жаловался на плохие условия содержания в следственном изоляторе на протяжении двух лет; неудовлетворительные условия конвоирования; помещение его в металлическую клетку во время судебного разбирательства без скамьи и стола; незаконность прослушивания его телефонных переговоров; отсутствие средств эффективной правовой защиты; общую несправедливость уголовного преследования.

Также он сообщил об изъятии у него изоляторе радиоприемника, отказе в передачах бандеролей с газетами и журналами от родственников и безуспешном обжаловании в судах различных инстанций указанных запретов. Кроме того, он жаловался на факт вскрытия администрацией следственного изолятора адресованной ему письменной корреспонденции из Европейского Суда. Игорь Родионов просил присудить ему 100 тыс. евро в качестве компенсации морального вреда и 568 тыс. руб. в качестве компенсации судебных расходов. В ЕСПЧ его интересы представлял адвокат АП Санкт-Петербурга Максим Семёнов.

В возражениях на жалобу Правительство РФ, в частности, ссылалось на то, что содержание заявителя в СИЗО соответствовало принятым национальным стандартам, а соответствующие учетные данные были уничтожены согласно внутренним инструкциям пенитенциарного учреждения. Государство-ответчик также утверждало о приемлемых условиях конвоирования. Кроме того, российская сторона отметила, что во время судебного процесса обвиняемый сидел на скамье за защитной металлической решеткой.

Изучив обстоятельства дела, Европейский Суд выявил нарушения ст. 3, 13 Европейской конвенции при конвоировании заявителя и его содержания в следственном изоляторе, а также при помещении его в клетку на время судебных заседаний. Как указал Суд, заключение человека в клетку унижает его достоинство и несовместимо с принципами демократического общества.

Также Европейский Суд выявил нарушения п. 3 ст. 5 Конвенции в связи с длительным содержанием Игоря Родионова под стражей. Как следует из решения, российский суд рассмотрел соответствующее ходатайство гражданина об освобождении из-под стражи лишь спустя 42 дня с даты его подачи, а апелляция рассмотрела жалобу по истечении 48 дней, поэтому имело место нарушение п. 4 ст. 5 Конвенции.

📌 При этом Европейский Суд указал, что при задержании заявителя и составлении протокола досмотра его машины он не был должным образом проинформирован о своих правах на юридическую помощь и не свидетельствовать против самого себя.

Суд выяснил, что Игорь Родионов узнал о вышеуказанных процессуальных правах лишь спустя 18 часов с момента его задержания при оформлении протокола его задержания. В связи с этим ЕСПЧ отметил, что право заявителя на юридическую помощь было ограничено, а обвинение по уголовному делу базировалось преимущественно на протоколе досмотра транспортного средства, при составлении которого были нарушены права заявителя. Совокупность указанных фактов привела к нарушению ст. 6 и п «c» ст. 3 Конвенции.

Также Суд выявил нарушение ст. 8, 13 Конвенции в связи с прослушкой телефонных переговоров заявителя. Как указал Европейский Суд, запись телефонных переговоров заявителя проводилась только исходя из предположений сотрудников ФСКН о его причастности к преступлению.

Кроме того, ЕСПЧ поя��нил, что факты изъятия у заявителя радиоприемника, неполучения им газет и журналов от своих близких нарушили ст. 10 Конвенции, поскольку указанные меры не были необходимыми в демократическом обществе.

📌Кроме того, факт вскрытия администрацией следственного изолятора письма Секретариата ЕСПЧ, адресованного заявителю, нарушил ст. 34 Конвенции.

В этой связи Европейский Суд присудил Игорю Родионову 12,7 тыс. евро компенсации морального ущерба, а также 3,5 тыс. евро в качестве компенсации судебных расходов.

Решение по делу содержит особое мнение судьи ЕСПЧ Дмитрия Дедова, который отметил, что выявленные Судом нарушения ч. 1 ст. 6 и п. «с» ст. 3 Конвенции основаны на поверхностном анализе судебного разбирательства в отношении заявителя. Судья полагает, что Европейский Суд ограничился констатацией того факта, что Игорь Родионов не воспользовался помощью адвоката при обыске его автомобиля, в котором он перевозил наркотики. Однако глубокая вовлеченность заявителя в преступную деятельность и его ведущая роль в ней подтверждались другими доказательствами по делу, принятыми во внимание национальным судом (данные телефонных переговоров и обысков, показания других членов группы и свидетелей).

Адвокат Максим Семёнов назвал решение ЕСПЧ справедливым и обоснованным, отметив, что в нем нашли свое отражение доводы о нарушениях прав Игоря Родионова. «Что касается влияния этого решения на российскую правоприменительную практику, то хочу заметить, что моя задача как адвоката – добиваться справедливости и соблюдения прав доверителя. Надеюсь, что подобные решения будут способствовать дальнейшему развитию и совершенствованию нашей правовой системы», – добавил он.

ЕСПЧ обозначил средний размер компенсации за незаконное содержание под стражей свыше 18 месяцев

2019-01-23T18:58:36.048Z

Европейский Суд присудил по 9,75 тыс. евро каждому из четырех заявителей, срок нахождения которых в СИЗО составил от двух с половиной до пяти с половиной лет

Адвокаты, представлявшие в ЕСПЧ интересы двух заявителей, прокомментировали решение Суда. Евгений Ефимчук считает, что постановление показывает неверную ориентацию российских судей на чрезмерную и незаконную защиту интересов следствия вопреки гарантиям соблюдения законных прав и свобод человека. Олег Дымчиков назвал решение ЕСПЧ справедливым и выразил надежду, что в УПК РФ будут внесены изменения, устанавливающие предельные сроки применения такой меры пресечения.

30 октября Европейский Суд вынес Постановление по делу «Халаф и другие против России» по жалобам четырех заявителей на нарушение Конвенции о защите прав человека и основных свобод, выразившееся в необоснованном содержании их под стражей сверх максимального 18-месячного срока, установленного законом.

Отбывающий уголовное наказание Халед Халаф обратился в ЕСПЧ с жалобой на продление судом срока содержания его под стражей в нарушение ст. 109 УПК РФ. Ранее он безрезультатно оспаривал это нарушение в российских судах и даже обращался с жалобой в Конституционный Суд, в которой сообщал о неоднократном продлении срока его содержания в следственном изоляторе для ознакомления с материалами уголовного дела. Однако в принятии его жалобы к рассмотрению КС отказал.

По сообщению адвоката Евгения Ефимчука, представлявшего второго заявителя, Алексея Литвинова, в общей сложности срок его содержания в СИЗО на стадии предварительного следствия и на момент обращения в Европейский Суд был продлен до 33 месяцев 18 суток.

В похожей ситуации оказался Ильшат Иванов: 21 месяц и 7 дней заявитель находился в СИЗО до изменения ему меры пресечения и повторного взятия под стражу. Впоследствии указанный срок неоднократно продлевался. На момент подачи жалобы в ЕСПЧ уголовное дело по обвинению заявителя рассматривалось в суде первой инстанции, в связи с чем Ильшат Иванов еще содержался в следственном изоляторе.

Аналогичные уголовно-процессуальные нарушения были допущены правоохранительными органами и в отношении четвертого заявителя – Сергея Махина.

Заявители в своих жалобах ссылались на нарушения п. 1 и 3 ст. 5 Конвенции «Право на свободу и личную неприкосновенность». Халед Халаф просил назначить компенсацию морального вреда – 58,5 тыс. евро и судебных расходов – 6 тыс. евро. Ильшат Иванов просил выплатить ему компенсацию морального вреда в размере 50 тыс. евро. Алексей Литвинов заявил требования по выплате ему компенсации материального вреда в размере 19,4 тыс. евро, морального вреда – 100 тыс. евро и судебных расходов – 13,4 тыс. евро. Сергей Махин потребовал компенсировать моральный вред в размере 20 тыс. евро, материальный вред на сумму 35,8 тыс. евро, судебные расходы на сумму 3,1 тыс. евро.

📌 Изучив материалы дела, Европейский Суд пришел к выводу о нарушении п. 1 ст. 5 и ст. 5.3 Конвенции и присудил каждому из заявителей по 9,75 тыс. евро компенсации морального вреда. Кроме того, в качестве компенсации судебных расходов Суд присудил Сергею Махину 3,1 тыс. евро, а Алексею Литвинову – 151 евро.

Евгений Ефимчук полагает, что необоснованное продление сроков содержания под стражей стало порочной практикой отечественного уголовного процесса по принципу: «Если знаешь, что нельзя, но очень хочется, то можно».

✏ По словам адвоката, срок содержания в СИЗО свыше максимально допустимого обычно продлевается под предлогом необходимости ознакомления с материалами уголовного дела, но при этом суды выходят за рамки разумности, обоснованности, а следовательно, законности принятия таких решений.

«Решение ЕСПЧ показывает неверную ориентацию российских судей на чрезмерную и незаконную защиту интересов следственных органов вопреки гарантиям соблюдения законных прав и свобод человека, – пояснил Евгений Ефимчук. – Казалось бы, адвокаты и судьи читают одну и ту же Конвенцию, но последние видят в ней совсем иной смыл – направленный не на защиту прав личности, а вопреки».

Адвокат отметил, что с 2012 г. ситуация в уголовном судопроизводстве не улучшилась – напротив, даже усугубилась. «Поощряемые судами действия следствия по продлению сроков содержания обвиняемых под стражей сверх предельно допустимых ранее нарушали только право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение в ожидании судебного разбирательства», – пояснил Евгений Ефимчук.

В настоящее время, по словам адвоката, после окончания предварительного следствия следственные органы продолжают заявлять ходатайства о продлении сроков содержания под стражей обвиняемого под предлогом его ознакомления с материалами дела. «На самом же деле следователи фактически продолжают расследование по делу, проводя в рамках УПК РФ отдельные следственные действия, используя в качестве законного основания ходатайства потерпевших», – рассказал эксперт. Как отметил адвокат, во избежание таких злоупотреблений следствия обвиняемый жертвует своим правом на ознакомление с материалами дела, ограничивая себя в собственных правах.

«В случаях, когда по делу проходит довольно много обвиняемых, ситуация становится неуправляемой. Обвиняемые безмерно долго содержатся под стражей сверх допустимых сроков, а следователь свободно продолжает расследовать уголовное дело», – заключил Евгений Ефимчук.

Адвокат Олег Дымчиков, представлявший интересы Ильшата Иванова, назвал решение ЕСПЧ справедливым, несмотря на то, что его пришлось ждать почти три года. «Надеюсь, подобные постановления Европейского Суда приведут к тому, что в УПК РФ будут внесены изменения относительно предельных сроков содержания под стражей», – отметил адвокат.

Судебным приставам запретят взыскивать долги с пенсионных и иных карт

2019-01-22T20:04:46.594Z

Госдума во втором чтении приняла законопроект, который запрещает судебным приставам списывать на погашение долгов пенсии, пособии, а также материнский капитал. Собственно, этого делать нельзя и сейчас.😂 Но такие случаи происходят регулярно, а потом людям годами и зачастую безуспешно приходится возвращать деньги через суд.

Теперь же все социальные выплаты будут находиться на специальных счетах, а нарушителям грозит штраф до миллиона рублей.

Закон правда вступит в силу с 01 июня 2020 года. Не спешат депутаты.

Новое в декабрьском пленуме Верховного Суда

2019-01-21T21:08:53.299Z

ВС принял поправки в два ранее принятых постановления об исполнении приговора и назначении уголовного наказания.

Эксперты отметили, что значительная часть дополнений коснулась регулирования вопросов, связанных с назначением наказания в виде принудительных работ, и их применения в качестве альтернативы лишению свободы.

18 декабря 2018 Пленум Верховного Суда РФ принял постановление о внесении изменений в постановления Пленума ВС РФ от 20 декабря 2011 г. № 21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора» и от 22 декабря 2015 г. № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания». Верховный Суд традиционно указал, что поправки обусловлены изменением законодательства, а также вопросами, возникающими в судебной практике.

Директор КА «Презумпция» Филипп Шишов отметил, что постановление затрагивает многие важные вопросы, в частности снятие судимости с осужденных, отбывающих наказание по другому приговору; регламентирует и упрощает порядок обращения с ходатайствами, в том числе о замене наказания на более мягкое. Вместе с тем партнер АБ «ФОРТиС» Дмитрий Фомин считает значимым только введение дополнительных пунктов о принудительных работах. «Тем самым Верховный Суд обратил внимание на важные моменты, которые судам необходимо учитывать при назначении данного вида наказания, применяемого с 1 января 2017 г.», – пояснил он.

Практика исполнения приговора

В Постановление № 21 внесено 14 поправок, однако в целом эксперты не посчитали эту часть важной, отметив лишь несколько моментов.

Так, в документе отмечается, что в случаях, когда лицо, подавшее апелляционную жалобу (представление), отзывает ее (его), то при отсутствии жалоб других лиц или представления прокурора решение суда первой инстанции считается вступившим в законную силу по истечении 10 суток – срока его обжалования в апелляционном порядке. «При этом не имеет значения, в какие сроки до начала судебного заседания суда апелляционной инстанции жалоба или представление отозваны (в пределах срока, установленного для обжалования, до или после направления уголовного дела в суд апелляционной инстанции)», – указано в документе.

Адвокат Самарской областной коллегии адвокатов Оксана Зубкова считает важными эти поправки. По ее мнению, предложенная редакция упорядочивает и делает единообразной практику исчисления сроков вступления судебного акта в законную силу, исключая неверное толкование норм УПК РФ правоприменительными органами – в частности, органами исполнения наказания. Также, отметила эксперт, однозначно определен срок вступления в законную силу решения суда при условии отзыва апелляционной жалобы либо представления прокурора.

Кроме того, постановлением п. 5 дополняется п. 5.11 о замене неотбытой части принудительных работ лишением свободы. В п. 11 внесены основания отмены условного осуждения – в частности, если осужденный, несмотря на предупреждение, продолжает уклоняться от исполнения обязанностей, возложенных на него судом, либо нарушает общественный порядок, за что привлекается к административной ответственности.

Существенно расширен п. 24: в него вносятся 4 подпункта, касающихся заключения осужденного под стражу. Дополнен и п. 27 о снятии судимости. В нем указано, что если иностранный гражданин или апатрид после отбытия наказания выехал за пределы России, в том числе по причине признания нежелательности пребывания на территории РФ, и обращается с ходатайством о снятии судимости, оно подлежит рассмотрению судом с учетом подсудности по последнему месту жительства или последнему месту пребывания осужденного на территории России.

Практика назначения наказания

В Постановление № 58 внесено 12 пунктов поправок. В частности, абз. 1 п. 3 о размере штрафа дополнен случаями подкупа работника контрактной службы, контрактного управляющего, члена комиссии по осуществлению закупок и иных уполномоченных лиц, представляющих интересы заказчика в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд.

Эти изменения показались Оксане Зубковой особенно интересными: «Размер штрафа, исчисляемый исходя из величины, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа, не может быть меньше 25 тыс. руб., даже если рассчитанная сумма оказалась меньше вышеуказанной», – отметила она.

Существенно расширен п. 22: в него включен раздел о принудительных работах.

В частности, они применяются как альтернатива лишению свободы лишь в случаях, когда совершено преступление небольшой или средней тяжести либо впервые – тяжкое преступление и только когда данный вид наказания наряду с лишением свободы прямо предусмотрен санкциями соответствующих статей Особенной части УК. При этом судам следует учитывать, что в случаях, когда в силу требований закона осужденному не может быть назначено наказание в виде лишения свободы, принудительные работы не назначаются.

ВС отметил, что, вынося обвинительный приговор, суды обязаны разрешить вопрос о наличии оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в случаях, установленных ст. 531 УК, и мотивировать их. Поясняется, что в резолютивной части приговора вначале следует указать на назначение наказания в виде лишения свободы на определенный срок, а затем − на его замену принудительными работами.

При замене лишения свободы принудительными работами дополнительное наказание, предусмотренное в том числе в качестве обязательного, не назначается. «Суд, заменив лишение свободы принудительными работами, должен решить вопрос о назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ к принудительным работам», – отмечается в документе.

Если он придет к выводу о возможности применения принудительных работ как альтернативы лишению свободы к лицу, совершившему два и более преступления, такое решение принимается за совершение каждого преступления, а не при определении окончательного наказания по совокупности преступлений. В случае назначения наказания по совокупности преступлений, по каждому из которых суд заменил лишение свободы принудительными работами, сложению подлежат только сроки таких работ, а проценты удержаний не суммируются.

ВС обратил внимание судов, что при исчислении сроков погашения судимости в таких случаях необходимо руководствоваться положениями ст. 86 УК о погашении судимости по истечении года после отбытия наказания.

Также Суд добавил, что при замене наказания в случае злостного уклонения от его отбывания штраф, обязательные и исправительные работы, ограничение свободы заменяются принудительными работами без предварительной замены лишением свободы. Кроме того, принудительные работы могут быть применены при замене неотбытой час�� наказания в виде лишения свободы. В таких случаях они применяются независимо от того, предусмотрено ли данное наказание санкцией статьи Особенной части УК, по которой было назначено заменяемое наказание. Данное правило не распространяется на замену штрафа в размере, исчисляемом исходя из величины, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа или взятки, назначенного в качестве основного наказания.

По мнению Дмитрия Фомина, внесение в постановление целого блока «Принудительные работы» свидетельствует о том, что суды стали гораздо чаще применять такое наказание, формируя судебную практику по данному вопросу. «Тем самым, у Пленума ВС появилась возможность “высказаться” и направить данную практику в нужное русло», – добавил он. С ним согласился адвокат МКА «Князев и партнеры» Евгений Розенблат: «Хотелось бы воспринять это не только как восполнение некоторых пробелов, но и как определенный “гуманизационный” вектор», – подчеркнул он.

В новой редакции изложен и п. 31 постановления. Отмечается, что само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, равно как и новых потенциально опасных психоактивных либо других одурманивающих веществ, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание. «В описательно-мотивировочной части приговора должны быть указаны мотивы, по которым суд пришел к выводу о необходимости признания указанного состояния лица в момент совершения преступления отягчающим обстоятельством», – указано в документе.

Филиппу Шишову показалась интересной новая редакция этого пункта. «ВС разъяснил судам, что само по себе нахождение обвиняемого в состоянии опьянения не является отягчающим обстоятельством, а в каждом конкретном случае его применение судом при назначении наказания должно обязательно мотивироваться при вынесении приговора с учетом фактических обстоятельств дела», – пояснил он. По мнению эксперта, такая формулировка позволит многим лицам, которые были осуждены с учетом данного отягчающего обстоятельства, обратиться с жалобой на пересмотр приговоров в сторону смягчения, в том числе попросить об этом при кассационном обжаловании ВС РФ.

Пункт 34 дополнен абз. 4, в котором указано, что верхний предел наказания, которое может быть назначено осужденному, является для него максимальным размером, с учетом которого необходимо применять и другие правила назначения наказания, установленные законом.

В п. 48 ВС уточнил, что при любом виде рецидива преступлений срок наказания за неоконченное преступление может быть ниже низшего предела санкции соответствующей статьи Особенной части УК. При этом ссылка на ст. 64 УК не требуется.

По мнению Евгения Розенблата, данное уточнение достаточно важно. «ВС прямо указывает, что в данном случае ссылка на ст. 64 УК не требуется. Тем самым можно прийти к выводу, что срок “ниже низшего” может быть назначен и при отсутствии исключительных обстоятельств, о которых упоминается в ст. 64 УК», – пояснил он.

Кроме того, в п. 62 внесено дополнение о том, что в случае назначения наказания в виде содержания в дисциплинарной воинской части условно испытательный срок устанавливается в пределах оставшегося срока военной службы на день провозглашения приговора и может быть меньше шести месяцев.

Евгений Розенблат выразил надежду, что разъяснения ВС будут не только проанализированы адвокатским сообществом, но и восприняты представителями судебной и правоохранительной систем. «К сожалению, все еще доводится слышать мнение, что разъяснения Пленума ВС РФ не имеют обязательной юридической силы, в связи с чем зачастую игнорируются», – резюмировал он.