@comtedebussy

Стокгольмские рассказы: метро

2023-05-12T21:49:33.924Z

В прошлой статье из серии Стокгольмских рассказов я восхищался централизованной системой сбора мусора. Теперь дошла очередь до системы общественного транспорта.

Знакомство с общественным транспортом Стокгольма для меня началось с трамвая. На острове Лидингё, где я остановился у ребят, ходит прекрасный трамвай, только ходит он по самому краешку острова. Напомню: Лидингё — это здоровая скала, торчащая из моря, там не очень приятные перепады высот. Поэтому трамвай ходит только вдоль побережья и недалеко. Чтобы сесть на трамвай, надо неплохо так спуститься от дома ребят, который расположен на самом верху этой горы. Обратный путь — от трамвайной остановки до дома — ещё мне аукнется после марафона. Но сейчас не об этом.

Трамвай на острове Лидингё — если не единственный, то точно самый удобный способ добраться до «большого транспорта» Стокгольма — до метро.

Если посмотреть на карту единственной трамвайной линии на острове, то видно, что она проходит по южной его части (самой заселённой), а на западе пересекает воду и упирается сразу в станцию метро. Слава богу, это одно и то же помещение, не надо ни переходить улицу, ни идти по подземным переходам. Единственное, что смущает, — это некоторая контринтуитивность: метро, вроде бы, под землёй. То есть, чтобы сесть на метро, надо спуститься под землю. А тут всё наоборот: конечная станция метро находится над землей, и при выходе из трамвая надо подняться на второй этаж, а не спуститься на минус первый.

Но о метро чуть позже, а пока о трамвае. Как только я увидел трамвай, сразу же обратил внимание на две вещи, которых у нас в стране нет в принципе. Первая — это настоящие шлагбаумы, как на настоящей железной дороге. При приближении трамвая они опускаются, перекрывая и проезд автомобилям, и проход пешеходам.

На фото, кстати, ещё и семафоры видно. Как мне объяснили ребята, это и есть железная дорога, просто «лёгкая», то есть рельсы поменьше, да шпалы пореже. Это для меня её перевели, как «трамвай», чтобы я понял. Впрочем, до наших электричек она тоже не дотягивает, тупо, по масштабам. Некая серединка получилась между электричками и трамваями.

Вторая вещь — эта псевдотрамвайная линия между остановками часто представляет собой только одну колею, которая раздваивается только перед остановками. И хотя места для второй колеи вполне себе хватает, по каким-то причинам было сделано именно так. Возможно, просто оптимизировали затраты на строительство, решив сфокусироваться на пунктуальности соблюдения графика движения. Учитывая, что трамвайная линия на острове выделенная и не идёт вместе с основной проезжей частью, да ещё и шлагбаумы везде понатыканы, полагаю, график движения удаётся соблюдать всегда.

Сам трамвай — многосекционный, вместительный со сквозным проходом. Ничего необычного, просто аккуратно и комфортно. И с кондукторами.

В общественном транспорте Стокгольма используется не совсем обычная система оплаты проезда. Там принимаются простые банковские карты, которые можно прикладывать к терминалам на входе. Но расчёт происходит не сразу. Сначала у тебя со счёта списывают какую-то мелочь, около одной шведской кроны (примерно 8 рублей), но затем отслеживают твои перемещения. Окончательные подсчёты производятся позднее, и завтра/послезавтра ты замечаешь, что у тебя со счёта внезапно списали больше тысячи рублей, и это только за день. Всё дело в странной системе оплаты, мы к такой не привыкли. Например, один билет ценой в 39 шведских крон действует 75 минут — за это время можешь ездить на чём угодно и с пересадками. Но любая поездка после этого лимита — это ещё раз 39 крон и новый счётчик. В свой первый день в Стокгольме я, судя по всему, умудрился поездить аж на три билета.

Конечно, если сильно заморочиться, то можно сильно скостить ценник на общественный транспорт: надо или получить карту ~~москвича~~ стокгольмца, или покупать проездные, или обзавестись специальной туристической картой — варианты есть. Но это только при достаточно длительном проживании в Стокгольме. Ради двух дней заморачиваться бессмысленно, дороже выйдет. Я и не заморачивался.

Про метро Стокгольма, уверен, многие наслышаны: и станции там красивые, и само метро очень качественное. Вот про качественное метро — это правда. Поезда очень комфортные, акустический шум и вибрации, в целом, ниже, чем даже в новых поездах метро Москвы. А вот насчёт самого красивого метро не соглашусь: в целом Москва одной только веткой (особенно Сокольнической или Кольцевой) уделывает всё метро Стокгольма, хотя тому тоже есть чем похвастаться, без базара. Просто мало чем.

Например, все вы, думаю, видели на фотографиях ту самую станцию метро:

Вот я там побывал. Это станция Центральная (так и называется, да). Интересное оформление из окрашенного набрызг-бетона придаёт особое очарование, но не более того. Куда больше впечатляет то, что эта станция, тупо, вырублена внутри скалы. Отсюда, кстати, и такая обделка — никто стены специально не выравнивал, просто забрызгали бетоном, покрасили и грамотно подсветили. Получилась конфетка. Но больше всего впечатляет то, что на на этой центральной станции пересекаются все три ветки метро Стокгольма и городская электричка, что, в целом, даёт вот такую схему пересадок:

Из-за этого объём работ по вырубке такого майнинг-шедевра в сплошной скале был поистине чудовищным. Это я смог оценить лично, пересаживаясь с одной ветки (верхней) на другую (самую нижнюю). С тех пор как вспомню, так сразу же в очередной раз начинаю уважать шведских метростроителей и готов даже ещё раз заплатить тысячу в день за проезд.

На стенах тоннелей можно увидеть вот такие рисунки:

Чувствую, что это всё неспроста, и в этом есть какой-то смысл. Но слабый культурный бэкграунд мешает мне распознать этот художественный приём или увидеть какую-то аллюзию. Я только вот таких вот птичек и зайчиков могу понять:

И грибочки ещё, да. Вот это мой уровень в искусстве, а не та псевдоисторическая мазня куском угля по скале.

Говорят, в Стокгольме есть ещё несколько станций с интересным оформлением, но мне не посчастливилось побывать на них. А пара других, где я был, не представляют ничего особенного в культурном плане — просто платформы для электропоездов.

В следующей части будет история про мой первый день в Стокгольме: Гомостан, двухметровый бородатый мужик, странная сувенирка, отличный алкомаркет, превосходный сигарошоп, узкие улицы, тихая кофейня, странные памятники.

Белое пятно цифровизации

2022-09-25T18:43:19.258Z

Фото сдёрнуто с интернетов

Я обожаю цифровизацию. Я в ней разбираюсь, я её делал, делаю и умею делать. Я прекрасно понимаю и как надо ей заниматься, и как заниматься не надо. Я искренне уверен, что цифровизация — это рельсы, по которым мы должны на всех парах вкатиться в новый лучший мир. Её одной мало, конечно же, но без неё можно даже не начинать.

Тем или иным образом, но цифровизация проникает не только в коммерческие сферы деятельности, но и в государственные структуры. Различные госучреждения давно в том или ином виде подсели на какие-то информационные системы, упрощающие их деятельность. Да, неравномерно, и работы там ещё поле непаханое. Но то ли их хорошо нагибают сверху, то ли им самим уже даже начало нравиться — запросы от госорганов на разработку чего-то нового не прекращаются, а общение с государственными сервисами всё больше становится лёгким и прозрачным.

Отдельный разговор про образование — это чёрная дыра нашей цифровизации. Там выхлоп — ноль. Зеро. Null, nil, nothing и NAN. Не знаю, как там в высших учебных заведениях, но я плотно сталкивался с тремя разными общеобразовательными государственными школами, и во всех случаях могу уверенно сказать: средства, выделяемые на их цифровизацию, спущены в унитаз. Сброшены в глубокий провал, и с желающих посмотреть на него можно снова брать деньги, по пять и десять копеек, а с не членов профсоюза — все тридцать.

Но даже образование смотрится в плюсе по сравнению с нашими военными комиссариатами. Военкоматы — это нетронутый заповедник реликтовых технологий: каталожные шкафы, учётные карточки с мелким текстом на плотных листах, ручка, карандаш и резинка. В их помещениях стойкий запах пыльной архивной бумаги, медленные и уставшие женщины, ободранные стены, мебель, которую в других местах сожгли двадцать лет назад, и стойкое ощущение нищеты и безнадёжности. Из цифрового там, максимум, калькулятор.

Фото сдёрнуто с интернетов

Пока цифровизация неотвратимо проникала в нашу жизнь изо всех щелей, в военкоматах от неё отгородились старыми кривыми столами, стульями с продавленными сиденьями и нестабильным графиком работы. Ведомство, заведующее государственным мобилизационным резервом, игнорировало критически необходимые современные тенденции, впав в дремучую спячку по принципу «а вдруг завтра война, а я уставший?» Ну, доброе утро: на дворе — война. И чё? Выспались?

Когда это оказалось реально нужно, то выяснилось, что военкоматы, вообще, мало что знают о своей пастве. Любая тля в курсе того, где и с кем я живу, что ем на завтрак, сколько зарабатываю, на чём и куда езжу, что покупаю. Меня каждый день по всем каналам находят все, кто хочет на мне заработать. А в военкоматах, о боже, оказывается, нет никакой CRM-системы, где можно было бы нажать на кнопку и по заранее сформированным фильтрам получить отчёт по гражданам, пребывающим в запасе и подходящим по заданным требованиям. Да чёрт с ней, с CRM-системой, они и слова-то такого там не слышали. Обычная база данных, в которую можно было бы каким-то образом сделать релевантный запрос, — даже это оказалось за пределами возможностей. Ну вот, в итоге повестки весь день руками выписывают, по очереди перебирая бумажную картотеку.

Фото сдёрнуто с интернетов

В итоге такое важное мероприятие, как грамотная мобилизация тех, кого надо, во многих случаях затронула всех, кого попало. И, разумеется, вызвала пипец какой негативный общественный резонанс. Как со стороны тех, кто с радостью срёт на нашу страну, так и со стороны тех, кто искренне «Zа», но офигел от происходящего. Исправлять последствия этого факапа приходится всем, кому не пофиг, но только не тем, кто облажался. А ведь не вчера всё началось. И в экономике, и в оборонной промышленности и даже в самом Министерстве обороны все всё давно понимали, знали и готовились. Но как-то умудрились просрать такой основополагающий момент, как учёт самых ценных ресурсов — человеческих. Интересно даже, насколько адекватное представление вообще имеют наши военные о мобилизационном потенциале?

Фото сдёрнуто с интернетов

Один сверхзвуковой «Кинжал» или межконтинентальный «Сармат» стоят овердохрена денег, я верю. Но я также верю, что за два-три таких «Сармата» или пучок «Калибров» можно сильно продвинуться в цифровизации не только воинского учёта, но и многих других необходимых процессов, касающихся обороноспособности моего государства. Выхлоп на все деньги будет заметен невооружённым глазом, да ещё и в довольно обозримом будущем, а не как в истории про осла и падишаха.

Уважаемое Министерство обороны, может, всё-таки, мобилизуете меня? Я вам устрою цифровой переход на новый уровень развития, я знаю как. Правда, вам категорически запретили с айтишниками связываться. Ну тогда хоть позвоните, есть темы для обсуждения, вообще-то. Вы ведь сможете мой телефон найти в своих каталогах?

Стокгольмские рассказы: мусор

2022-07-01T21:50:44.772Z

В прошлом Стокгольмском рассказе я описывал нашу с Сашкой утреннюю пробежку по острову Лидингё — территории озёр, парков, мест для отдыха, оригинальных спортивных площадок и наглых уток. В конце пробежки, показав мне много интересных и красивых мест, Сашка привёл меня туда, куда в здравом уме я бы вообще никогда не пошёл. Но от этого места я остался в диком восторге.

Это место на Гугл-картах называется «Центр по переработке отходов», и находится оно тут. Строго говоря, я до сих пор не понимаю, почему оно так называется, потому что это, по сути, просто огромная мусорка, там ничего не перерабатывают. А на шведском языке это просто Returpark, буквально, «парк возврата». Но обо всём по порядку.

Оказывается, всякое русское народное творчество в виде лебедей из старых автомобильных шин — оно не только русское, оно интернациональное. В Швеции, походу, из отходов тоже любят воздвигать монументы. Вот что встретилось на въезде в этот центр переработки:

Я так и не понял, из чего собран этот конь — вообще не опознаю эти подковообразные детали.

На ангаре, который стоит на территории мусорного центра, уже другая инсталляция:

А на заднем плане внутри ангара видны люстры, оформленные при помощи пластиковых бутылок. Вот они крупным планом:

В самом ангаре находится крытый сортировочный пункт. Внутри — огромное количество мусорных контейнеров, каждый из которых предназначается для своего вида мусора. Вот, например, контейнер для старых видеоносителей:

Рядом стоял потрясающий контейнер, в котором были массово свалены LCD-телевизоры всех размеров. Но вот его сфотографировать не удалось, потому что нас с Сашкой заметил сотрудник мусорки и попросил не делать фото.

Тут нас немного переклинило, потому что просьба не фотографировать мусор звучала очень, скажем так, странно. Несколько минут у нас с Сашкой ушли на переговоры с мусорщиком. Сашка использовал шведский и английский языки — мусорщик прекрасно говорил на обоих. Это вообще особенность шведов — там все прекрасно общаются на английском, даже мусорщики, как оказалось. Я же в разговор не лез, но иногда добавлял пару специальных слов на русском. Швед, слава богу, меня не понимал, и дипломатического скандала удалось избежать. И всё равно в нашем довольно тупом триалоге мы упорно не понимали друг друга. Мусорщик не хотел, чтобы мы фотографировали людей. Мы говорили, что люди нас не интересуют, а интересует лишь мусор. Но мусорщик говорил, что люди могут попасть в кадр, и вообще, он нас не знает, и что мы тут делаем на стратегическом объекте — в душе не имеет представления. Так что, лучше бы нам не крутить телефоном по сторонам, а выкинуть его во-о-он в тот контейнер для старых телефонов, ибо, раз уж мы сюда зашли, то должны оставить мусор после себя, а то как-то не по-шведски.

После недолгих переговоров стороны разошлись, не достигнув компромисса, но, боюсь, тут не справился бы даже и Сергей Лавров. Однако, телефон я убрал от греха подальше, поэтому дальше фоточки этого секретного мусорного центра будут с Гугл-карт. Гуглу, видать, разрешили снимать мусоросборник, или в тот день у нашего мусорщика был выходной. Хорошо, хоть не выгнали.

В этом крытом ангаре я внимательно порассматривал содержимое мусорных контейнеров в ангаре. Половину мусора сразу же захотелось забрать с собой и продать на Авито. Уверен, большая часть выброшенных LCD-телевизоров была если не в рабочем, то в ремонтопригодном состоянии.

Но большим ангаром Центр по переработке отходов не ограничился. Пройдя его насквозь я попал на удивительную площадку, где стояли с десяток огромных контейнеров, высотой с дом. Каждый из контейнеров был предназначен для своего вида отходов:

К этим здоровым контейнерам люди подъезжали на автомобилях и выкидывали в них свой специально привезённый мусор. Тут же и сортировали — стекло в один контейнер, пластик — в другой, картон и бумагу — в третий, металл — в четвёртый, органику — в пятый и так далее. Когда огромный контейнер заполнялся доверху, его оттаскивали специальным трактором, а на его место ставили пустой. В дальнейшем заполненные контейнеры, очевидно, просто увозят в то место, где мусор действительно перерабатывают, но здесь его только собирали и сортировали.

Ещё раз, ребята: люди сами приезжают сюда на своих автомобилях со своим мусором и выкидывают его в контейнеры, попутно сортируя. А количество мусора в машинах иногда было такое, что внутри складывали задние сидения. За те десять-пятнадцать минут, что я изучал процесс, со своим мусором приехало не менее двух десятков автомобилей. В них были обычные граждане, живущие на острове-коммуне Лидингё. Одеты они были совершенно обычно, как будто ехали по своим делам, а мусор на пол-машины просто захватили с собой по пути. Часто это были хрупкие женщины. Иногда даже женщины с маленькими детьми. Специально заехать куда-то, чтобы выбросить гору накопленного мусора — для шведов это совершенно нормально. Они специально копят подобный мусор где-то у себя в кладовках, а когда уже некуда его девать — привозят на этот пункт и выкидывают.

Этот центр по переработке (на самом деле — сбору и сортировке) мусора — всего лишь вершина всей пирамиды мусоросбора. И, конечно же, это не единственное место на острове, куда все обязаны свозить свой мусор. Впрочем, такая большая она одна, а мелкие пункты раздельной мусоросборки встречаются чаще.

Система сборки сортированного мусора выстроена хорошо и логично. Начинается всё в обычных домах, где жители сразу разделяют мусор по типам. В квартире у Сашки и Ольки, например, аж несколько вёдер для раздельного сбора мусора:

И ещё на двери отдельно висит пакет для ~~пакетов~~ бумаги (в кадр не попал). Весь этот мусор ребята так же раздельно относят в отдельное помещение, расположенное в пристройке одного из соседних домов — тот самый небольшой мусоросборник их ТСЖ. В нём уже стоят привычные нам мусорные контейнеры:

Каждый контейнер — для своего типа мусора, жители это правило обычно соблюдают и не выбрасывают, скажем, органику к бумаге, а стекло к батарейкам.

Помещение с контейнерами закрывается на ключ, попасть туда могут только жители тех домов, для мусора которых оно предназначено. Наверное, чтобы бездомные не рылись и чужие не сваливали свой мусор. Ну и просто спрятать мусорные баки куда-нибудь, чтобы они не портили вид. Разумеется, все контейнеры периодически опустошаются с соблюдением сортировки, но этот момент мне не попался на глаза.

Мусоросборник в доме Сашки и Ольки выглядит как сарай, но вот в новостройке подобное помещение оформили куда более современно:

Так сразу и не поймёшь, что это для мусора такой дворец отгрохали.

Крупный мусор или большое его количество шведы в подобные помещения не скидывают. Сюда несут только мелкий бытовой мусор. А всё, что покрупнее, бережно копят и периодически отвозят в тот самый Returpark. Для тех, у кого нет автомобиля, чтобы отвозить туда мусор самостоятельно, Returpark устраивает периодические акции: раз в полгода привозит в очередной район несколько больших контейнеров, ставит сотрудника и в течение нескольких дней принимают мусор, а затем увозят эти контейнеры.

Ещё оригинальнее обстоят дела со строительным мусором. Если ты, скажем, делаешь ремонт, и у тебя полно несортируемых строительных отходов, то ты сначала покупаешь в том самом центре сбора отходов специальный огромный мешок, а затем всё сваливаешь в него по мере накопления. Мешок в это время спокойно может стоять на улице рядом с домом:

Как только мешок заполняется до конца (ну или ты закончил ремонт), то нужно вызвать специальную мусорную службу, которая приедет и заберёт его. У мешка довольно прочные ручки, его просто поднимают краном-манипулятором, грузят на платформу и увозят куда-то. Разумеется, это тоже за деньги, но по-другому тут никак.

Собственно, за вывоз мусора платят все, в том числе, и ТСЖ, который строит красивые локальные мусоросборники. Но за вывоз отсортированного мусора все платят меньше, что, очевидно, тоже является неплохим экономическим стимулом для всей этой мусорной движухи.

Впрочем, для хронических лентяев и крайних случаев всё равно есть возможность ничего не сортировать и выкидывать всё в общий мусорный бак. Такие баки тоже встречаются на улицах и выглядят примерно вот так:

Тем, кто живёт в частном секторе, немного сложнее. У каждого дома есть пара-тройка контейнеров, куда сваливают раздельный мусор, но для самых частых видов мусора, а вот всё остальное — бутылки, пластик, металл и так далее — это приходится периодически вывозить самому.

Короче, когда я осознал масштаб мусорной инфраструктуры, разработанной шведами, глубокое уважение сформировалось где-то внутри меня и до сих пор не отпускает. Такое надо суметь не только придумать, но и сделать так, чтобы все этим пользовались добровольно-принудительно и ответственно. А ещё нужно следить за тем, чтобы система работала и не доставляла проблем. Например, я неоднократно обращал внимание на чистоту в местах сбора мусора: что в Центре по переработке отходов, что в пристройке с мусорными контейнерами — везде было чисто и не воняло. Сашка рассказал, что в локальных мусоросборниках в некоторых ТСЖ установлена система очистки воздуха в виде ультрафиолета и каких-то вентиляторов. Ухаживают, блин!

В общем, моё первое утро в пригороде Стокгольма получилось очень насыщенным и познавательным. Один вопрос только сильно интересует меня с тех пор: а как оценивается выхлоп от всей этой инфраструктуры? То, что жители Лидингё (и, полагаю, всей Швеции) сразу сортируют мусор на десять с лишним разновидностей, — это, безусловно, хорошая помощь и снижение затрат на сортировку. Но вот какой экономический эффект имеет последующая переработка отходов — это хотелось бы узнать. У меня есть подозрение, что в целом вся эта инфраструктура — убыточна, и экономия на переработке не покрывает всех затрат на поддержание порядка в грязном деле сборки и сортировки мусора. Скорее всего, цель тут больше социальная — сделать так, чтобы меньше было вонючих свалок.

Как бы там ни было, я бы хотел, чтобы у нас было как-то так же. Пока какие-то отдельные моменты у нас есть, но в целом до подобной инфраструктуры ещё очень далеко.

Дальше — про моё знакомство с транспортом Стокгольма и уже, наконец, самим Стокгольмом.

Стокгольмские рассказы: спорт

2022-06-19T17:12:08.722Z

Эта часть о том, как я позанимался спортом в Швеции, заодно внимательно посмотрев, как живут обычные шведы в пригороде Стокгольма.

Чтобы вы могли освежить в памяти всю историю с самого начала, вот вам ссылки на первую и вторую часть Стокгольмских рассказов.

Как вы думаете, чем будет заниматься человек, который за один день побывал в трёх странах и покатался на трёх видах транспорта? Если он бегун, то он выбежит на тренировку. Как только мы вместе с Сашкой и Олькой прибыли к ним на квартиру, разгрузились и немного перевели дух, так мы с Сашкой сразу засобирались на небольшую — километров 5-7 — вечернюю пробежку по окрестностям.

Сашка, избегавший свой остров вдоль и поперёк, сразу знал, куда мы побежим:

— Короче, тут через полчаса отправляется большой паром, это очень красиво выглядит! Сбегаем на набережную и посмотрим.

Так и решили. На первых же сотнях метров я почувствовал, каково это: жить на вершине скалы. Очень крутые подъёмы и спуски, несомненно, придавали особое очарование любым тренировкам. А аккуратные и ухоженные дорожки, проложенные вдоль берега, провоцировали бежать неторопливой трусцой. Всё напоминало мой лес, в котором я провожу подавляющее большинство своих тренировок, но с одной лишь разницей: в отличие от беговых маршрутов острова Лидингё, мой лес — дикий, и тропинки в нём протоптаны тысячами пешеходов. А на этом острове всё сознательно окультурено, уложено, подстрижено, местами освещено.

Вот такими дорожками-тропинками мы неспешно добежали до небольшой пристани и стали ждать паром. Паром и в самом деле плыл очень красиво и величественно. Вот только камера моего телефона не позволила сделать нормальный снимок, как я её ни крутил и ни настраивал.

Яркое белое пятно — это паром

На обратном пути я более внимательно разглядывал домики местных жителей, встречавшиеся по пути. Мне сразу бросились в глаза две особенности. Первая заключалась в том, что люди здесь умеют очень эффективно использовать довольно сложный рельеф местности. Дом с прилегающим участком может стоять на крутом куске скалы, но всё пространство будет использовано оптимальнейшим образом. Скала (явно немного подрезанная и выровненная) будет служить фундаментом. К крутой части скалы может быть аккуратно пристроен гараж для автомобиля, да пристроен так, как будто он тут был всегда. К дому с улицы будет вести аккуратная дорожка, лестница или целое лестничное сооружение с ответвлениями в разные части двора. Во дворе в подходящем месте будет зона для детских развлечений, семейного отдыха или просто сад-цветник, в котором куски скалы, торчащие из земли, будут использоваться как скамейки, стол или иной предмет интерьера. Короче, ландшафтный дизайн — это родная тема для шведов. По крайней мере, тех, кто живёт на острове в Лидингё.

Но если мастерство по обустройству личного участка ещё можно как-то объяснить вековыми традициями, то вторая особенность более замороченная. Шведы обожают ненавязчивую иллюминацию в окнах своих домов. По факту, они тратят огромное количество электроэнергии на то, чтобы по вечерам в их окнах горел свет, излучаемый самыми разными приборами. Чаще всего — приборами, специально изготовленными для того, чтобы поставить их на подоконник и включать по вечерам. Это выглядит примерно вот так (ещё раз прошу прощения за качество фотоснимков):

Это в равной степени относится как к частным, так и к многоквартирным жилым домам. И там, и тут в окнах очень часто выставлены какие-то специальные безделушки, чтобы днём радовать глаз, а вечером бить в этот глаз тёплым светом. Что интересно: шведы не закрывают шторами окна, всю квартиру можно рассмотреть с улицы при желании, но сами хозяева при этом прячутся где-то в глубине своих домов, и увидеть кого-то через окно с улицы сложно. Можно, но сложно. Но, как бы там ни было, эта иллюминация добавляет приятного очарования в вечерние улицы коммуны Лидингё.

Комментарий от Сашки

У Шведов зашторивать окна не особо принято, поэтому всё на виду. По занавешенности окон, так же как и по наличию спутниковых антенн можно идентифицировать районы с преобладанием приезжих.

Вечерняя пробежка была достаточно недолгой, а вот с утра следующего дня мы с Сашкой побегали по острову уже более основательно. Сашка устроил мне более полноценную экскурсию, и вот тут уже белая зависть проявилась по полной программе: природные ландшафты на острове оказались просто великолепны. В наличии всё, что надо: озёра, леса, поляны, подъёмы разной степени крутизны, аккуратные дорожки. Всё это поддерживалось в порядке сотрудниками местных коммунальных служб, что пару раз проезжали мимо нас на своих специальных электромобильчиках.

У первого же встретившегося озера, как у себя дома, бегали беспечные утки:

Утки вели себя достаточно нагло и не боялись ни нас, ни детей, организовано игравших рядом. Тут недалеко как раз был какой-то детский сад, и с десяток совсем мелких ребятишек под присмотром пары взрослых девушек бесились на детской площадке, расположенной на берегу озера. На всех детях для чего-то были надеты специальные яркие жилеты, как и на воспитателях. Наверное, чтобы их всех лучше было видно, а в тёмное время суток эти жилеты, скорее всего хорошо отражают свет. Чужих детей я снимать не рискнул — по опыту знаю, что на это косо смотрят в любой стране мира. Так что, вместо детей в жилетках вот вам фото самой наглой утки, которая дерзко интересовалась, с какого это я района взялся тут такой умный и тыкаю во всех фотокамерой?

Пешеходная дорожка привела нас с Сашкой вот к этому аккуратному мосту через ручей:

А затем Сашка показал мне типичное место отдыха шведов — поляну, предназначенную для пикников. Поляна была прекрасно обустроена: на ней находились несколько специально изготовленных грилей, столы и скамейки для посиделок, а также в отдельном сухом месте приготовлены дрова.

Всё — бесплатно. За пополнением дров следят местные коммунальные службы, чистота и порядок поддерживаются ими же, ну и, разумеется, самими шведами, которые убирают за собой весь мусор после посиделок.

Как мне объяснил Сашка, подобных полян для пикников вокруг довольно много, и они весьма востребованы местными жителями. Именно эта поляна находилась на берегу небольшого озера, и, будь моя воля, я бы жарил там мясо каждые выходные. Кстати, на этой поляне уже сидела одна большая семейная компания, на столе раскладывалась еда, а в гриле уже горел огонь. Ещё немного — и я бы напросился к ним за стол.

Но мы с Сашкой пересилили пробуждающийся аппетит и побежали дальше по местному лесу.

Тут невольно напросилось сравнение с моим лесом. В нём тоже есть вода, но всего лишь в виде небольшого и неаккуратного ручья. В нём тоже есть мост через ручей, но только более кустарный. В нём тоже есть куча мест для жарки мяса, но они представляют собой обычные необустроенные кострища, в лучшем случае с поваленными деревьями вместо скамеек. Одно только совпадает: в нашем лесу тоже постоянно жарят мясо. Правда, дрова приносят с собой, никто у нас их бесплатно не раздаёт. Ладно, хоть убирают за собой мусор.

Следующим пунктом утренней пробежки была интересная спортивная эко-площадка: все тренажёры на ней были сплошь из дерева.

Для не очень сообразительных были развешаны инструкции по поводу того, как правильно делать упражнения.

Но Сашка тут же на собственном примере продемонстрировал мне принцип действия каждого тренажёра.

Тут я окончательно приуныл от того, что у нас в лесу такого нет. Необязательно, чтобы из дерева — оставим эко-заморочки на совести шведов. Пусть бы установили что-то подобное из металла, как это делается на школьных стадионах. Но в нашем лесу это было бы довольно в тему, так как людей, занимающихся в нём спортом, довольно много — я точно это знаю. В общем, позавидовав местным спортсменам-любителям, мы побежали дальше.

В какой-то момент я обратил внимание на деревянные столбы, стоящие вдоль дорог:

Моё внимание привлекли две вещи: во-первых, сам столб и две его подпорки соединяются между собой особым крепежом, разработанным, судя по всему, специально для таких случаев. А во-вторых, деревянный столб просто врыт в землю. У нас так не делают: подпорки к столбу крепятся более простым способом или уродливыми скобами. А чтоб в России деревянные столбы ЛЭП забивали в землю — этого я вообще никогда не видел. Их крепят проволокой к забитым в землю бетонным сваям, иначе дерево в земле быстро сгниёт. Но в Швеции всё не как у людей: или там дерево не гниёт в земле, или его как-то хитро обрабатывают против гниения, или… оно всё-таки гниёт, и все деревянные столбы там меняют раз в несколько лет.

Ещё одна особенность местных планировок: чередование ландшафтов. Шведы мастерски разбили природное пространство острова на постоянно чередующиеся части: то ты идёшь среди домов, то в лесу, то вдруг появляется вот такая поляна, разделяющая одну зону от другой:

Причём, на подобных полянах обязательно скошена трава и поддерживается чистота. А где-нибудь рядом обязательно будет обустроенная зона для жарки мяса. Ну, а если пройти чуть подальше — то снова наткнешься на воду:

Сплошной застройки тут нет, одна зона сменяет другую. Около воды, где ландшафт покруче, можно встретить вот такой тип застройки:

Но такие дома не выходят прямо к воде, это в Швеции не комильфо. Берег вдоль водоёмов принадлежит всем, поэтому если строишь дом у озера, то от него до воды должен быть зазор метров в 50-100. Правда это не всегда соблюдается, я видел дома, стоящие прямо у воды. Сашка объяснил, что в таком случае хозяева не должны ругаться, если кто-то пройдёт по их территории вдоль берега.

Зоны низкоэтажной жилой застройки могут выглядеть, например, вот так:

Заборов практически нигде нет, вместо них живая изгородь. Поверхность либо заасфальтирована, либо обложена тротуарной плиткой, либо засажена плотной газонной травой. Никакого вытоптанного до грязи грунта.

Дома очень часто отделывают сайдингом, от чего они выглядят уродливо, но это пытаются обильно прикрыть зелёными насаждениями или вот такими арт-объектами, как в этом дворе:

Впрочем, это более-менее окультуренный район, но где-то совсем в глубине острова асфальтовая дорога превращается в плотно утрамбованную грунтовую, а дома становятся более деревенскими по виду. Однако, всё равно всё выглядит аккуратно.

Пробегая мимо очередного фонарного столба, обратил внимание и на него тоже:

Тут меня привлекло то, что инвентарный номер столба выбит на специальной металлической табличке и намертво прикручен к нему. А смысла других табличек, прикрученных к столбу хомутами, я так и не понял. Очевидно, это какие-то указатели на какие-то инженерно-коммунальные коммуникации. Такие есть и у нас в стране, но у нас их просто рисуют краской от руки, а в Швеции выдумали особый способ крепления.

Но хватит о столбах и прочих мелочах. Самый вкусный пункт на беговом маршруте Сашка оставил напоследок. Я бы никогда в жизни не подумал, что он впечатлит меня больше, чем всё, что я описал до этого.

Об этом — в следующей части.

Петербургский рассказ

2022-06-18T23:24:14.961Z

Пролог

Жизнь в самом центре Санкт-Петербурга — на Невском проспекте — это особый интересный опыт. Высокие потолки, неповторимый запах и аура питерских парадных, вид из окон на памятники архитектуры… Ко всему этому прилагается нескончаемый шум Невского, который слегка пробивается даже сквозь закрытые пластиковые стеклопакеты, белые внутри квартиры и покрашенные под дерево снаружи. Но с закрытыми окнами жить сложно: вентиляция в квартире явно не справляется со своей задачей. Впрочем, я к шуму привык и даже спокойно спал с открытыми окнами без каких-то проблем.

Да, с одной стороны — шаговая доступность всех ключевых мест Петербурга, Казанский собор за углом, разнообразная питерская архитектура, метро через дорогу. С другой — центр города наполнен людьми, с которыми я никогда ранее не сталкивался, останавливаясь в Петербурге (а уж поверьте, я останавливался в нём часто и подолгу). Центр не просто манит таких людей, они — его хозяева, выгнавшие куда-то на периферию коренных петербуржцев, что теперь сдают свои просторные апартаменты таким понаехавшим, как я. За неделю проживания на Невском я поделил этих хозяев питерского центра на несколько ярко выделяющихся групп.

Твари Петербурга и места их обитания

Первая группа — это фотобляди. Обычно они появляются ближе к вечеру, когда с улиц пропадает резкий солнечный свет, тени становятся мягче, а закат отражается радугой в каналах — в общем, неплохое время для инстаграм-фотосессии, это я как фотограф-любитель говорю. Фотобляди обычно вымазаны косметикой до состояния пластиковых кукол, у них обязательно чётко подведены глаза и ярко накрашены искусственно увеличенные губы. Волосы обязательно уложены с непременным эффектом объёма. На фотоблядях надеты парадные платья, в которых просто так не выйдешь на улицу. На ногах — туфли на очень высоком каблуке. Обязательно присутствует золотая бижутерия и до отвращения безвкусно оформленные ногти. Фотобляди во всём этом параде позируют перед специально нанятым фотографом: меняют позы, строят глупые рожи, оголяют ноги, закидывают руки за голову, а голову наклоняют в разные стороны. Короче, составляют себе портфолио, чтобы продать себя подороже. Всё это — на фоне Петербурга, аристократически утончённого и эстетически безупречного, в отличие от фотоблядей.

Вторая группа — это клоуны. Это те, кто слово «свобода» понимает только как принципиальную необходимость выглядеть настолько уродливо, насколько им может позволить отсутствие вкуса. Клоуны обычно похожи на дерьмо попугая: ярко окрашенные волосы, татуировки по всему телу и даже на лице, отвратительно уродливая и неподходящая одежда, пирсинг в самых неожиданных местах. Многие на ходу курят что попало, оставляя за собой долгий шлейф химически-сладких противных ароматов, как от дешёвых ароматизаторов воздуха в автомобилях у таксистов. Многие и сами по себе так пахнут, а то и хуже. Клоуны всегда заметно выделяются из любой толпы и резко контрастируют с любым стилем исторического центра. Барокко, ампир, русский классицизм, советский конструктивизм — клоун на любом питерском фоне будет являться прыщом, который хочется если уж не выдавить, то замазать. Минус клоунов в том, что их можно встретить на улицах Петербурга в любое время суток. Но зато их вообще нет в музеях, парках, храмах.

Третья группа — это ушлёпки. Ушлёпки видят смысл своего существования только в получении наслаждения, но язык не поворачивается называть их гедонистами. Гедонисты — это люди, как правило, интересные в общении и в привычках, и толк в хороших извращениях знают. А ушлёпкам доступен только один вид наслаждения, самый низкий и примитивный — накачать себя дешёвыми веществами до невменяемого состояния, можно под такую же примитивную музыку. Ниже по социально ушлёпочной лестнице — только курильщики опиума. Даже питерские бомжи выглядят интеллигентами на фоне ушлёпков.

Для ушлёпков есть свой маленький ушлёпочный говнорай в центре Петербурга — улица, на которой велико скопление заведений для ушлёпков. Оттуда обязательно доносится ушлёпочная музыка, если можно так назвать часами ритмично громыхающую в 4/4 бас-бочку. Ушлёпки толпятся именно там, все уже в разной степени обдолбанности, что-то кричат, из-за чего-то веселятся, в одной руке бутылка с алгоколем, в другой — прибор для обкуривания. Орут (не разговаривают — именно орут) только матом, могут делать довольно непристойные вещи по отношению к женщинам, даже посторонним. Могут агрессивно выяснять отношения друг с другом. Дальше ста метров от этих заведений ушлёпки редко отходят, слава богу. Но ушлёпочную улицу лучше обходить стороной. И не столько из соображений безопасности, сколько из-за брезгливости.

Всякий раз, когда я видел на улицах Петербурга ушлёпка, мне хотелось раздавить его, как таракана.

Интеллигентный питерский бомж

Четвёртая группа — это пердуны. Те, кто намеренно производят громкий противоестественный шум. Основные пердуны — мотоциклисты. Люди, которым во что бы то ни стало нужно промчатся по Невскому проспекту очень быстро и с грохотом. Практического смысла в таких поездках нет, они только для удовлетворения собственных желаний и с полным игнорированием чужих интересов. Днём по Невскому особенно не погоняешь, поэтому время пердунов-мотоциклистов приходит по ночам, когда у большинства несчастных, чьи окна выходят на Невский, глубокий здоровый сон. Случайно оказаться на тротуаре, когда такой пердун рвёт со светофора, балансируя на заднем колесе, — это трагедия для барабанных перепонок.

В отличие от пердунов-мотоциклистов, пердуны-автомобилисты по Невскому ездят всегда. Это обычно те, кто возомнил себя крутым автогонщиком и обзавёлся псевдоспортивный автомобилем. Непременная черта таких автомобилей — вырезанный глушитель, из-за чего они жутко пердят даже на холостых оборотах. А уж когда начинают разгоняться, так легко могут дать фору пердунам-мотоциклистам.

Никакие современные стеклопакеты не спасают от пердунов, их трещание пробивает даже бетонные стены. Хорошо, что пердуны обитают только на широких, прямых и свободных улицах. Стоит свернуть и отойти в сторону — там будет тихо и спокойно.

Стена питерского парадного

Эпилог

В свою последнюю ночную прогулку по историческому центру Санкт-Петербурга я спросил его: «Ответь мне, мой любимый город, на один вопрос. Ты был создан вопреки здравому смыслу, Ты был превращён в столицу вопреки общественному мнению, Ты вырос и стал таким, какой есть, вопреки всем традициям. За триста лет Ты пережил столько, сколько иные города не переживают и за тысячу. Ты справился с наводнениями, революциями и блокадой. Как Ты допустил, чтобы твои волшебные улицы заполнили те, кому на тебя наплевать? Как Ты терпишь тех, кто разрушает тебя и срёт на твою культуру? Как-то, что Ты пережил, привело вот к этому всему? Неужели в конечном счёте Ты живёшь только своим великим прошлым, но навсегда лишён будущего?»

Город грустно покачал пролётами разводных мостов, вздохнул свежим воздухом с Невы, сверкнул огнями белых ночей на шпилях и ответил: «Я — отражение вашей воли, люди. Меня создал сумрачный гений, который пожелал, чтобы я был именно здесь. Меня строили лучшие зодчие, которые хотели, чтобы я был гармоничным и прекрасным. Ко мне приезжали величайшие мыслители и творцы, которые вдохновлялись мной и переживали со мной лучшие годы своей жизни, делая живым и меня. Самые преданные мои жители в сложные периоды истории боролись за мою жизнь, отдавая за меня свои жизни. Это всё была не моя воля, а ваша, люди. Вы так хотели, и я всегда буду благодарен вам за это. Но сейчас вы хотите жить только для себя. Вы пользуетесь мною, как дешёвой одноразовой салфеткой, но не понимаете, что второго такого меня вы не сможете достать из пачки. Вы будете вынуждены вечно жить со мной в той грязи, что приносите в меня. Такова ваша воля сегодня. И если вы желаете, чтобы у меня не было более великого будущего, а моё великое прошлое замазывалось этой грязью, то мне остаётся только смириться с этим и после трёхсот лет яркого взлёта тысячи лет медленно угасать, растворяясь в праздности, смешиваясь с вульгарностью, забывая свою историю.»

На следующее утро я опять уехал из моего любимого города в мой родной.

Постскриптум

Подавляющее большинство фотографий, использованных в тексте, я содрал у замечательного питерского стрит-лайф-фотографа Александра Петросяна, который, кстати, ведёт свой Инстаграм и даже Телеграм-канал. Круче него Санкт-Петербург не фотографирует никто.

Стокгольмские рассказы: Сашка и Олька

2022-05-29T20:54:57.658Z

Это — вторая часть моих Стокгольмских рассказов (первая часть находится здесь). И эти рассказы будут ущербными, если я не упомяну о двух персонажах, которые оказали мне потрясающее гостеприимство в Стокгольме. Это Сашка и Олька, семейная пара из Ижевска. Сашка, кстати, когда-то работал в ЦВТ, где мы с ним и познакомились. У меня с ребятами было не одно путешествие по разным местам, и, надеюсь, ещё будет тоже не одно.

Так удачно получилось, что в один момент времени совпало много обстоятельств. А именно:

ребята живут в Стокгольме;
ребята как раз были в Ижевске осенью;
мы с ребятами вместе улетели в Стокгольм на одних и тех же рейсах;
Сашка тоже бежал этот же Стокгольмский марафон.

В общем, любезное предложение бросить кости у ребят дома было принято мною с признательностью и удовольствием. Минус головная боль, всё-таки, и приятная компания.

Ребята перебрались в Швецию уже довольно давно и довольно неплохо там устроились. Посмотреть, как живёт обычная шведская семья было крайне заманчиво. А рассказать — довольно интересно.

Начнём с того, что ребята живут не в самом Стокгольме, а в коммуне (населённом пункте) Лидингё, что расположена на здоровом острове на северо-востоке от Стокгольма. Но формально этот населённый пункт входит в состав Стокгольмской агломерации. Ну, это как Завьялово, Пирогово и Хохряки —фактически, часть Ижевска, а все города вокруг МКАДа — неотъемлемая часть Москвы.

Лидингё обведён красным. Как видите, не совсем Стокгольм.

Остров представляет собой здоровый кусок скалы, торчащей из моря, с довольно большой крутизной. И ребята живут как раз чуть ли не на самой вершине этой скалы вот на этой улице. У них своя квартира в местном кондоминиуме. Ну, то есть в местном аналоге нашего ТСЖ, только их ТСЖ является довольно крупным — в его жилом фонде довольно много домов. Форма собственности немного отличается от принятой в России, но эти детали я опущу как несущественные и не очень мне понятные.

С балкона квартиры ребят открывается очень неплохой вид в сторону Стокгольма:

Офигенный закат

Сам Стокгольм ни черта не видно — далековат. А дома на заднем плане — этот другой район того же самого острова.

С другой стороны квартиры окна выходят вот на такой милый дворик:

Вечерний дворик

Если бы я не сказал, что это Стокгольм, то, согласитесь, подобные ландшафты на первый взгляд уже даже могут напоминать некоторые российские города. Но Европу, конечно же, выдают детали. Например, в высотке напротив нет первого этажа, лоджии практически не застеклены. Стеклопакеты во всём доме одинаковые и не похожи на те, что повально встречаются в России. На доме не торчат внешние блоки кондиционеров и спутниковые тарелки. Трёхэтажное здание слева вообще нетипично для нашей страны, как и невысокие здания на заднем плане. Двор слишком тщательно обустроен, нестандартно зонирован и содержит элементы оформления, у нас не встречающиеся. Аккуратные радиусы дорожек — очень большая редкость для России, у нас их обычно делают только углами. Во дворе находится велопарковка, а автопарковка есть только за пределами двора, хотя нет никаких заборов и шлагбаумов. Ну и вообще, такое строительство переменной этажности у нас можно найти лишь в случае точечной застройки, когда среди старых пятиэтажек впихивают абсолютно выбивающуюся из окружения железобетонную хрень, но тут явно не тот случай: всё довольно органично и естественно.

Комментарий от Сашки

Про спутниковые антенны: это у нас район шведский. Шведам они не нужны, им хватает своего кабельного/интернет тв. А вот более интернациональные микрорайоны именно наличием тарелок и будут отличаться. Людям сложно отказаться от родноязычного зомбоящика.

Про парковки. Интересность про закон и порядок: вдоль дороги (на фото видно) авто можно ставить и вечером, но мест может уже и не быть. Однако в каждом райончике типа нашего есть просторные разворотные тупики-пятаки. И ведь хоть одна бы сволочь там запаковалась на ночь! Не-а! Коль места не хватило, будь добр, ищи в менее концентрированных кварталах подальше. И таки ищут! Послушные и понимают что штраф — это довольно вероятно и неприятно (крон 900 если в жилом квартале неправильно парканулся).

Вот как днём выглядит дом, в котором живут ребята:

В подъезд дома не попасть без ключа, а домофон на подъездной двери (которая, кстати, не глухая, а деревянная с остеклением) поумнее некоторых людей: на нём можно выбрать нужную фамилию, и он соединит тебя с этим человеком… позвонив ему на телефон. Ну, мало ли, на случай, если он сейчас не дома. А затем, поговорив через сложную маршрутизацию «мобилка-домофон» с гостем, хозяин может открыть дверь в подъезд удалённо, набрав в тоновом наборе нужную цифру. Я в жизни не мог представить даже, что кому-то понадобится так заморочиться, но в Швеции это, очевидно, стандартный бизнес-кейс.

Прямо в подъезде висит сенсорная панель, через которую можно получить разную информацию или воспользоваться всякими коммунальными услугами.

Весьма востребованная жильцами вещь, кстати.

Кочерга, лежащая сверху на сенсорной панели, — это ~~пульт управления панелью~~ ручка, механически открывающая пожарный вентиляционный люк, который находится на последнем этаже дома. Слева от панели видно люк с надписью Röklucka, в котором находится этот механизм. Самое интересное, что эти люки давно уже открываются не тросом, а электроприводом, и мы с ребятами до сих пор не в курсе, нужна ли реально эта кочерга кому-то или она уже просто элемент интерьера. Не дай бог, короче, попасть в ситуацию, когда придётся экстренно разбираться.

Лестница в подъезде почему-то винтовая, как в башнях средневековых крепостей:

И закручивается так, как в этих башнях: по часовой стрелке. Напомню, что закрутка винтовой лестницы в башнях замков по часовой стрелке имеет вполне себе практический смысл: люди, как правило, правши, и при такой закрутке нападающим, поднимающимся вверх, трудно будет замахнуться для атаки правой рукой, держащей оружие. А вот обороняющимся — тоже обычно правшам — как раз наоборот, будет легче.

Но в данном случае я не понимаю, зачем необходимо было закручивать лестницу. Даже в исторически узких подъездах домов в Амстердаме лестницы не закручивают. Значит, не для экономии места. А зачем тогда? Загадка.

А вот такие вот металлические крышки на стенах вдоль лестницы — это уже не загадка:

Когда-то за ними прятался мусоропровод. Но с некоторых пор Швеция перешла на раздельный сбор мусора, и мусоропровод замуровали намертво. Сбор мусора — это настолько мощная тема в Швеции, что далее я посвящу ей отдельную главу.

В подвале дома находится много интересного. Во-первых, дополнительная велопарковка:

Во-вторых, персональные хранилища для всякого барахла:

Такие же хранилища я встречал в подвалах некоторых ижевских домов, это довольно удобно. Но, конечно же, по аккуратности обустройства никакие виденные мною ижевские подвалы не сравнятся с этим. Вот только вход в этот подвал показался мне чересчур параноидальным:

«Это явно не от воров. Не подвал, а бомбоубежище» — подумал я, и Сашка подтвердил моё предположение.

Комментарий от Сашки

Бомбоубежище не только дверью проявляется. В одной из каморок есть снедь для бомбоубежища. Возможно раскладушки. И генератор. Мы это знаем в теории, сами внутрь этой каморы не заглядывали. Но эта каморка есть и промаркирована. И на фоне недавних событий была волна проверок всех таких убежищ. И кстати, про гражданскую оборону: ещё с давних времён раз в квартал, в первый рабочий понедельник, происходит проверка уличных сирен. У этого воя даже есть имя — «Сиплый Фредрик».

Дверь в квартиру у ребят выглядит вот так:

Она, кстати, металлическая, просто оформлена под дерево.

Посмотрите на дверь внимательно: вы можете увидеть привычный нам глазок и два замка над дверной ручкой. Однако, на двери есть пара совершенно нестандартных и очень продуманных элементов. Первый находится прямо под дверной ручкой. Это — механический звонок. С наружной стороны находится небольшая кнопка-стержень. А вот с внутренней стороны двери этот стержень при нажатии провоцирует бешеный колокольный звон: там прикручен самый обычный механический велосипедный звонок, просто адаптированный для входной двери. Звон очень громкий и противный, можно разбудить кого угодно. Но в звонке предусмотрен механизм блокировки, с помощью которого его можно заглушить. Тогда звонок перестанет громыхать, хоть занажимайся, и придётся долбиться в дверь ногами.

Звонок мне очень понравился: это чрезвычайно простое и очень юзабельное устройство. Жаль, у нас нет таких же. В России, почему-то, предпочитают вешать какие-то электрические имитаторы звонков с отвратительными звуками. Поэтому у меня в квартире вообще нет никакого звонка.

Вторая особенность двери поразила меня не менее первой. Посмотрите в правый верхний угол: там тоже находится какой-то замок. Когда ребята объяснили его предназначение, я опять поразился продуманности и доверию шведов. Дело в том, что это не замок. Это — лючок. Ключ от этого лючка имеют специалисты всяких технических служб ТСЖ — сантехник, например. А с внутренней стороны двери этот лючок выглядит вот так:

Если во время планового визита сантехника ты вынужденно отсутствуешь дома, то ты просто подвешиваешь ключ от своей квартиры к цепочке. Сантехник открывает лючок своим ключом, затем вытягивает цепочку с ключом от квартиры и попадает в неё. Выходя из квартиры, он закрывает её родным ключом, подвешивает обратно на цепочку, опускает её в лючок, а лючок закрывает. Вуаля!

Когда я прислал фотографию этой двери своим знакомым вместе с объяснением предназначения лючка, из этой истории сразу же сделали вопрос, который был отправлен в «Что? Где? Когда?» Может, когда-нибудь сыграет.

Ещё один очень хороший продуманный момент ждал меня в ванной комнате. Посмотрите вот на этот смеситель:

С виду — ничего примечательного, обычный шаровый смеситель. Но на самом деле он таит в себе сюрприз: его невозможно открыть на полную мощность, не прикладывая дополнительно постоянного усилия. По умолчанию он открывается, максимум, на половину мощности, а вот дальше в него встроена какая-то пружина, и чтобы открыть его до конца и дать воде бить полноценной струёй, нужно постоянно одной рукой тянуть его за ручку вверх. Стоит отпустить ручку — и она опускается обратно, прикрывая поток до половинной мощности. Это очень сильно помогает экономить воду, и я бы очень хотел поставить себе такой же. Ну что ж, как только сломается мой нынешний смеситель — так сразу поеду в Швецию за новым.

Ещё один нестандартный бытовой момент: никакого пластика в водопроводе. Разводка делается медными хромированными (или никелированными?) трубами:

Две трубы, идущие вниз, — это для душа. А труба, идущая вправо, — это для подключения стиральной машины:

Точно такими же трубами подключается радиатор отопления:

Как видите, несмотря на открытую прокладку коммуникаций, всё довольно аккуратно, на специальных фитингах. Гнут трубы, полагаю, сразу при монтаже специальным трубогибом.

Сам водопроводный «стояк» тоже металлический, никакого пластика:

Когда у меня будет свой дом, там, пожалуй, тоже не будет никакого пластика в водопроводе и канализации.

Санузел в квартире у ребят довольно скромный по нашим меркам, но вполне себе уютный:

Квартира состоит из двух комнат, кухни и кладовки. Мне любезно выделили место вот на этом раскладывающемся диване в гостиной, оформленной в типичном минималистическом европейском стиле:

У ребят своя неплохая и комфортная спальня, в которой есть выход на небольшой уже упомянутый выше балкончик:

Обратите внимание на то, как балкончик украшен цветами и гирляндой. Вообще, это совершенно обычное явление для Швеции, я позже об этом расскажу отдельно.

Кладовка ребятами используется как… кладовка. Ничего интересного там нет. А вот для приёма пищи в квартире есть уютная и просторная кухня, окна которой выходят на ту же сторону, что и балкончик:

Олька — отличная хозяйка, и кухонные посиделки с разными вкусняшками — одно из самых приятных воспоминаний из поездки.

Вот как-то так, если вкратце, выглядит быт обычной шведской семьи (в хорошем смысле этого слова).

В следующей части расскажу про то, как живут на всём острове Лидингё. И до Стокгольма тоже доберусь, не волнуйтесь.

Стокгольмские рассказы: туда

2022-05-26T18:40:36.098Z

Предисловие

Этот пост — первая часть в серии Стокгольмских рассказов. Как вы можете догадаться, они будут про то, как я сгонял в Стокгольм.

Это произошло в октябре 2021 года. Сейчас, более чем через полгода после этой поездки, мир изменился настолько сильно, что описываемые здесь сложности и заморочки той поездки кажутся несущественными мелочами на фоне происходящих событий. Можно даже сказать, что в истории человечества появился новый раздел эпох, подобно тому, как когда-то рождение сына плотника разделило летоисчисление на две части: «до рождества Христова» и «от рождества Христова». Ну или «до нашей эры» и «нашей эры».

В общем, та поездка, хотя она и произошла относительно недавно, для меня теперь осталась в той, прошлой эпохе «до чего-то там». До чего именно — потом народ придумает. Но с течением времени она, как хороший виски, только ещё больше обогащается впечатлениями, деталями и красками. Пожалуй, я достаточно долго выдержал у себя в голове историю об этой поездке, а потому пора уже написать о ней.

Это была моя первая поездка в Швецию и Стокгольм, но, надеюсь, не последняя, что бы там ни происходило в мире. Столкновение с новой культурой, средой, правилами, бытом, людьми — оно всегда интересно, куда бы ты ни отправился. И в этом плане Швеция меня не разочаровала. Короче, начнём потихоньку.

Какого чёрта я там забыл?

Вообще, я должен был посетить Стокгольм ещё в мае 2020 года. У меня там был запланирован марафон. Узнав о моей затее, ко мне присоединилась семья — трехдневная поездка в столицу Швеции была всем интересна, а предварительные финансовые выкладки показали, что это не будет разорительно для бюджета. Открытая Шенгенская виза была у всех, и осталось лишь выполнить техническую рутинную работу: купить авиабилеты, забронировать жильё, согласовать отпуск. Времени до мая было ещё предостаточно, грамотно разнесённые по разным месяцам графики платежей позволили подготовиться к поездке не в авральном режиме, а методично и без затягивания поясов до следующей зарплаты.

Но нам всё испортил коронавирус. Сначала по всему миру начали закрывать границы и вводить карантины. Затем последовали предсказуемые отмены всех крупных мероприятий. Стокгольмский марафон перенесли на осень 2020 года, и мне пришлось срочно отменять все бронирования. Слава богу, постепенно удалось вернуть почти все вложенные в поездку средства — порядка 47 тысяч рублей. Но 3000 рублей комиссии, к сожалению, навсегда остались у различных посредников-агрегаторов.

Сочувствую своим хорошим знакомым, которые в аналогичной ситуации согласились (или были вынуждены?) забрать ваучерами деньги, вложенные в разные поездки. Срок действия ваучеров истёк раньше, чем удалось их использовать.

Осенью 2020 года ничего принципиально не поменялось, коронавирусная шиза продолжала бродить по планете, и марафон в Стокгольме перенесли на май 2021 года. Но и к этому времени легче не стало, а в Евросоюзе только усложнилось ещё больше: появились списки красных и зелёных стран, каждой страной были выпущены свои правила по поводу въезда. Наличие разных взаимно не признаваемых вакцин также не добавило ясности, а только ещё больше запутало ситуацию. И, разумеется, постоянно публикуемые графики новых заражений говорили о том, что так быстро всё не закончится.

И не закончилось: марафон в Стокгольме был снова перенесён, но уже на осень 2021 года. Но этому третьему по счёту переносу я уже откровенно обрадовался: перспектив вылететь в ЕС в начале 2021 года практически не было, однако, я чувствовал, что к концу года ситуация уже должна была исправиться в лучшую сторону. Маховик запретов и бюрократического маразма постепенно раскрутился настолько, что начал разваливаться от собственных противоречий. А система ковидных карантинов, перегруженная правилами и исключениями из них, откровенно засбоила.

В жопу ваши правила!

Есть одна фундаментальная истина, лежащая в основе нашего мироздания: чем сложнее и непонятнее правила, тем больше способов их обойти. К осени 2021 года список ограничений и исключений для перемещения между различными государствами стал настолько большой и разнообразный, что его невозможно было изучить даже за пару часов. Я потратил несколько дней на то, чтобы разобраться в том, как и куда россияне продолжают выезжать за рубеж. И в итоге натолкнулся на ожидаемый результат: да как угодно и куда хотят! Сложно было только в середине 2020 года, когда из-за ковидной паники сошли с ума и закрылись почти все страны. Но уже к концу 2020 года занавес чуть-чуть приподнялся и зазиял дырами, а уж к лету 2021 года это были не просто дыры, а вполне себе легальные двери, открыть и пройти сквозь которые мог любой человек при достаточном количестве наглости и сообразительности.

Что касается конкретно Швеции, то интернеты вываливали на меня удивительные истории о том, как россияне прилетали туда прямыми рейсами и проходили паспортный контроль, вообще не имея никаких официальных причин для въезда. Просто в ряде случаев — только после отдельного разговора с каким-то начальником смены пограничников. Ещё раз: между нашими странами снова существовало регулярное прямое авиасообщение, и люди летали в Швецию по любым поводам и делам, невзирая на ограничения. При этом официально Швеция для россиян была закрыта, кроме… и там был список стандартных исключений, под которые я не попадал. Но даже с учётом запрета на прямой въезд существовала вполне легальная лазейка в виде въезда в Швецию через другую страну ЕС, где правила для россиян были не такие строгие. Или через более длинную цепочку стран-прокладок.

В общем, российские туристы продолжали ездить куда хотят. А поставив одобренную ВОЗ вакцину — даже в США. И вот в какой-то момент я понял, что и у меня это тоже получится. После этого я разработал три плана, каждый из которых приводил меня в Стокгольм на марафон, проведение которого в октябре 2021 года организаторы уже совершенно однозначно подтвердили.

План А, базовый

Я купил авиабилеты Москва-Стокгольм. Но не прямые, а с пересадкой в Хельсинки. В первую очередь, это было банально дешевле прямого рейса, а по времени — всего лишь 5 часов даже с учётом стыковки. Это было приемлемо.

Логистика оптимального плана

Но главным было другое. Нужно было пройти первый шаг квеста: зарегистрироваться на рейс и получить посадочный талон. Большинство авантюристов отваливались на этом шаге: нет причин для въезда — нет регистрации на рейс, сорри. Если бы у меня был прямой рейс в Стокгольм, и меня бы на него не посадили, то это стало бы проблемой. А ещё меня, в теории, могли бы завернуть на паспортном контроле в аэропорту Стокгольма.

Но я летел через Хельсинки, и формально въезд в Евросоюз у меня происходил бы там. Второй перелёт Хельсинки-Стокгольм уже считался бы внутренним рейсом ЕС, а внутри ЕС к этому времени вообще никто ничего ни у кого не проверял, все спокойно летали куда хотели.

Впрочем, на рейс в Хельсинки меня бы тоже могли не посадить: я же дальше лечу в Швецию, но у меня нет веских причин для её посещения, так что… сорри. И вот на этот случай у меня был план Б.

План Б, запасной

Если бы меня не посадили на рейс в Хельсинки из-за того, что мне нельзя в Стокгольм, то я бы сразу же купил билет Хельсинки-Таллин. Эстония как раз в это время начала свободно пускать туристов из России без каких-либо условий. Таким образом, не посадить на рейс меня уже не могли, и я бы спокойно влетел в ЕС, после чего билет в Таллин можно было бы сдать, пусть даже с небольшим штрафом, и лететь оттуда в Стокгольм, как и планировал.

План В, резервный

В самом худшем случае, мне пришлось бы до конца играть добропорядочного туриста и в самом деле улететь из Хельсинки в Таллин, чтобы… оттуда сразу же улететь в Стокгольм. Да, это был бы самый нежелательный сценарий, но тоже возможный.

Логистика самого разорительного плана

Как видите, вариантов не улететь я вообще не рассматривал. Поездка на марафон в Стокгольме была уже решённым делом. Только на этот раз — одному, без семьи.

Поехали!

Выскочив на Казанском вокзале Москвы из фирменного поезда «Италмас», я взял такси до Шереметьево. Тогда это показалось мне удачной идеей: я надеялся на такси доехать быстрее, чем на «Аэроэкспрессе», а учитывая возможные проблемы при регистрации на рейс, мне была дорога каждая минута. Я знал, что ездить на такси в Москве днём — это медленно и печально. Так и получилось: я выиграл у аэроэкспресса всего лишь 20 минут, но проиграл примерно 700 рублей. Но в тот момент всё было не важно, кроме того, чтобы решить как можно раньше все проблемы с регистрациями и цепочками пересадок.

У стойки регистрации на рейс компании Finn Air до Хельсинки никого не было. Молодой человек отсканировал мой паспорт и поинтересовался, есть ли у меня причина для въезда в Швецию, потому что без причины он не может меня зарегистрировать. Я достал распечатку официального подтверждения участия в стокгольмском марафоне и протянул ему со словами:

— Спортивное мероприятие!

Молодой человек взглянул на распечатку по диагонали, нашёл на ней моё имя и фамилию и успокоился.

— Спортивное мероприятие? Ну, тогда всё нормально. У вас есть сертификат о вакцинации одной из одобренных в Швеции вакцин? Нет? А ПЦР-тест? Он свежий? Есть распечатка на английском?

У меня было всё необходимое, и, получив посадочный талон, через несколько минут я уже проходил паспортный контроль в Шереметьево, где мне не задали ни одного вопроса. Первый этап квеста был пройден без проблем и по самому оптимальному плану. Но 700 рублей уже было жалко. Что ж, знал бы прикуп — поехал бы на Аэроэкспрессе.

А затем какой-то скромный узкофюзеляжный турбовинтовой самолёт с приятным низкочастотным гудением увёз меня из России.

В аэропорту Хельсинки Вантаа наш самолёт не подогнали к телетрапу, и от его стоянки на перроне до аэровокзала нас вёз аэродромный шаттл. Поездка была довольно долгой и запутанной, мы проехали несколько десятков стоящих на перроне самолётов, и мне начало казаться, что этот аэропорт является очень крупным хабом. Но на самом деле по пропускной способности и количеству обслуживаемых пассажиров в лучшие времена он уступал даже Домодедово, а уж Шереметьево по любым показателям превышает его в два и более раза.

Офицер на паспортном контроле при въезде в ЕС пробил по базам мою цепочку пересадок и поинтересовался, за каким чёртом я собираюсь ехать в Стокгольм.

— Марафон — ответил я.

— За какое время планируете пробежать? — живо поинтересовался офицер.

— Надеюсь выбежать из трёх часов.

— Пожалуйста! — сказал офицер, протягивая мне паспорт со штампом въезда в ЕС.

Последнее слово было сказано на русском языке и почти без акцента.

Пройдя через автоматически открывающиеся ворота, я оказался на территории ЕС в условиях действующих ковидных ограничений, уколотый не одобренной в ЕС вакциной и с ПЦР-тестом, который у меня никто так и не посмотрел.

Приехали

Внутри аэропорт Вантаа оказался такой же большой и запутанный. А к тому же — пустой. Всё-таки, пандемия довольно сильно подкосила авиасообщение.

Тут на днях промелькнула статистическая новость о том, что объёмы пассажирских авиаперевозок в аэропорту Вантаа добрались до уровня доковидного 2019 года, но в октябре 2021 это ещё не было заметно.

В туалете аэропорта я надолго затупил у примитивной вещи: автомата с полотенцами. Полотенце упорно не хотело доставаться из металлической коробки. Через некоторое время возни я, наконец, понял, в чём дело. В общем, финны настолько сильно заморачиваются по поводу переработки мусора и заботе о природе, что полотенце из этого ящика вытащить нельзя в принципе. Оно вытягивается с одного конца и само автоматически затягивается обратно в другой конец, примерно так же, как ремень безопасности в автомобиле, только по кругу. Вытащить его полностью невозможно, и даже оторвать от него кусок не получится — слишком прочная ткань. После того, как очередной рулон будет использован, его отправляют… не знаю куда. Возможно, в химчистку, как в старом советском анекдоте про туалетную бумагу.

Осознав эту мысль, я про себя понадеялся, что та часть рулона, которой я вытирал лицо, была не из химчистки.

Выпив чашечку кофе с булочкой, я вылетел в Стокгольм. Как и было предусмотрено планом, в стокгольмском аэропорту Арланда всем на меня было плевать, никто ничего не проверял — ни ПЦР-тест, ни наличие прививки, ни цель прилёта, ни даже паспорт. Всё-таки, это уже был внутренний рейс ЕС, все свои, как бы.

Внутри аэропорта на полу неожиданно обнаружилась наклейка для той детской игры, что у нас называется «классики».

А снаружи аэропорта меня встретил хмурый шведский вечер и масса такси-электромобилей. Около такси тёрлись таксисты вида ну, прям, как у нас. И все так же бормотали «такси до города, недорого», только на шведском. Похоже, таксист — это какой-то особый этнос, присутствующий везде, как цыгане и евреи.

Глаз выцепил несколько «Тесл» и кучу всяких «Тойот» — все были чисто электрическими моделями. К слову: от аэропорта Арланда до самого Стокгольма — около 40 километров. Заряда электромобиля примерно такого уровня, как на фотографии, хватит не более, чем на 500 км, и это если ехать с постоянной скоростью по трассе. А с учётом плутания по населённым пунктам и того меньше. В общем, один такси-электромобиль может сделать, в лучшем случае, не более 6 трансферов аэропорт-город, после чего придётся вставать на долгий прикол. В принципе, на одну рабочую смену этого, наверное, достаточно. Осталось только добавить, что трансфер в одну сторону стоит порядка 500 шведских крон (около €48), после чего вы сами сможете посчитать период окупаемости электромобилей в такси.

По моим прикидкам, за год-полтора отобьётся даже Тесла. Ну может за два...

На одном из таких электромобилей в конечном итоге я и добрался до места временного проживания.

О том, куда я в итоге приехал, и что было дальше — читайте во второй части моих Стокгольмских рассказов.

Про беспилотные автомобили

2021-11-30T21:07:09.015Z

Я как-то настороженно отношусь ко всем нынешним попыткам создать беспилотный автотранспорт. И вот по какой причине.

Дело в том, что разработчики пытаются сделать искусственный интеллект, который будет свободно и на равных существовать в чужеродной для него среде. При этом выполняя очень сложные и опасные функции. В общем, разъезжать вместе с нами по нашим же дорогам, не создавая никому проблем. И вот тут-то закрадывается мысль о том, что конструкторы с такой идеей бегут впереди паровоза и не в ту сторону.

Картинка сдёрнута с интернетов

Наиболее эффективно беспилотный транспорт можно будет использовать только в приспособленной для этого и обособленной инфраструктуре. Не на выделенных полосах движения — это хорошо, но мало. Именно на выделенной инфраструктуре. То есть, это когда какой-то умный автомобиль изначально поставлен в такие условия, что ничто и никак не может помешать выполнению его прямых обязанностей — ездить. Более того: всё, что его окружает, ему всячески помогает в этом. Вы можете представить, что такое возможно на дорогах общего пользования? на крупных парковках? в тесных дворах и переулках?

Между тем, есть живые примеры того, когда беспилотный транспорт прекрасно выполняет свою функцию. В Шереметьево между отдалёнными терминалами прорыто целое метро, по которому туда-сюда ходит поезд без машиниста, обедов и выходных. В некоторых городах Европы есть обычное пассажирское беспилотное метро. Существуют и более крупные формы: автоматика современного пассажирского авиалайнера может самостоятельно совершать полёт по маршруту и посадку. Ну и если на то пошло, то космические аппараты довольно часто стыкуются к МКС тоже сами. Все перечисленные примеры работают без каких-либо вечно обучающихся нейросетей.

Тут можно ещё вспомнить советский многоразовый челнок «Буран», который аж в восьмидесятых слетал в космос и приземлился обратно тоже без подстраховки в виде человека в кабине. Сложно представить, какой массы был его компьютер, который всё это совершил, но предполагаю, что мой дешёвый фитнес-браслет на руке производительнее на порядки.

В общем, есть подозрение, что куда проще, быстрее и эффективнее будет не заниматься обучением алгоритмов, а вкладываться в инфраструктуру для беспилотного транспорта. Итогом должна стать ситуация, когда даже школьники в радиокружке были бы способны собрать примитивную тупую железку, способную автоматически проехать из точки А в точку Б рядом со своими огромными промышленными старшими братьями.

Эта инфраструктура должна быть настолько выделенной, насколько это возможно: минимум вмешательства инородных тел, тотальный контроль за точками пересечения с реальным миром, чтобы ни при каких условиях случайно или намеренно попавший на выделенную дорогу идиот ничего не испортил. Она должна постоянно сообщать беспилотной машине текущий контекст: разрешённую скорость, точные координаты, трафик на дороге, перекрытые участки, оптимальный маршрут, наличие точек сервиса, информацию о соседних беспилотниках и всё остальное, что будет необходимо. Инфраструктура при необходимости должна уметь вести транспорт по маршруту, помочь заправиться топливом, подсказывать оптимальные манёвры, регулировать транспортные потоки в местах их пересечения. Разумеется, погода не должна влиять на качество её работы, но она должна уметь в зависимости от погоды регулировать движение. Если вдруг на дорогу выскочит какой-нибудь лось, то инфраструктура должна сама распознать его и мгновенно принять меры, вплоть до принудительной остановки всех участников движения.

А самое главное — сбои в работе инфраструктуры не должны приводить к фатальным последствиям. Максимум — причинять серьёзные неудобства, но без жертв и травм.

Картинка сдёрнута с интернетов

Да, это будет дороже. Но это единственный способ эффективного использования беспилотного транспорта, когда действительно возможна реальная транспортная революция, которая приведёт к изменению нашей жизни в куда более лучшую сторону. Сейчас мы не представляем мир без автомобилей, а каких-то сто с небольшим лет назад весь мир на извозчиках ездил. Сколько автомобильной инфраструктуры было с тех пор создано — уму непостижимо. Но это было сделано, и мир стал совсем другим, в том числе, благодаря ей. Пришла пора её модернизировать.

Нью-Йорк, конец 19 века. Картинка сдёрнута с интернетов.

Я не самый умный и догадливый в мире. Движение в эту сторону идёт, просто медленно и, похоже, разрозненно: нет единых стандартов, каждый сам изобретает свой велосипед.

А пока направление развития беспилотников идёт по ложному пути. Весь беспилотный транспорт в реальной жизни не очень хочет обучаться и часто выглядит как компьютерные юниты в стратегической игре: бестолково мечется, попадает в идиотские ситуации, убивает людей, имеет легко просчитываемые косяки в поведении, ну и так далее. И это я ещё молчу об их сложности и стоимости.

Картинка сдёрнута с интернетов

Предпосылки для революции создайте уже, блин.

Про перепись населения

2021-10-19T08:53:21.540Z

Честно говоря, нынешняя перепись населения выглядит как констатация факта о том, что государство нихрена не умеет работать с информацией.

Я прошёл перепись на Госуслугах и не увидел ни одного вопроса, ответ на который нельзя было найти и без меня. Например, мой адрес, площадь квартиры, количество зарегистрированных человек, тип и возраст дома. Не было никакой нужды спрашивать про моё образование и образование моих детей, а также про место нашего рождения — это всё известно и лежит в соответствующих базах. Как и место моей работы, кстати. При большом желании можно также найти и реальное количество проживающих в квартире, точно установить родственные связи между ними, догадаться о домохозяйстве — совместное оно или раздельное. Также можно догадаться о том, какой язык я считаю своим основным. Даже вполне реально понять, какими ещё языками владею. И уж тем более не составит большого труда выяснить, как долго я проживаю в конкретном субъекте федерации.

По крупным территориальным единицам можно получить всю статистику в любом разрезе: пол, возраст, национальность, наличие семьи и детей, уровень доходов, место работы, маршруты перемещения, потребности. Хотя, есть подозрение, что насчёт потребностей государство и так всё прекрасно знает — очереди в школы, детские сады и больницы появились не сегодня с утра, как и дефицит кадров для них.

Короче, про любого человека можно выяснить всё. Или почти всё. Мне как-то плохо верится, что нельзя напрячься и скомпилировать необходимую информацию на основании массы источников, к которым у государства имеется доступ. И даже в самой глухой глуши у самых кочевых народов всё равно есть какие-то документы, выданные вполне себе официальными органами власти, эти люди получают какие-то пособия, участвуют в экономических отношениях. А если и нет, то процент таких блуждающих людей должен быть настолько мизерным, что он растворится в естественной статистической погрешности, которая неизбежно будет при переписи — живые люди всё равно не всех обойдут, не всё проверят, что-то не запишут.

Единственное, что мы, скорее всего, не сможем выявить цифровым образом, — это процент каких-нибудь джедаев, говорящих на редких диалектах клингонского языка. Но почему-то я уверен, что перепись проводится совсем не ради учёта подобных шизофреников.

Между тем, хорошо известно, что наш действующий премьер-министр Мишустин — человек, который хорошо дружит с цифровыми технологиями. Есть надежда на то, что нынешний ручной сбор данных является просто проверкой достоверности тех данных, что уже собрали воедино изо всех ведомственных и вневедомственных систем или вот-вот собираются это сделать. И когда выяснится, что государство умеет работать с БигДатой, то такая глобальная ручная перепись более не понадобится. В этом случае я спокоен.

Но если нет, то я озадачен.