David Zhvania

От битвы личностей к битве идей или почему Абхазии необходима смешанная избирательная система

2026-03-18T18:14:44.054Z

March 18, 2026

Председатель Республиканской политической партии «Единая Абхазия» Алхас Барзания опубликовал статью на тему необходимости проведения реформы избирательной системы для перехода к смешанной мажоритарно-пропорциональной системе избрания депутатов Народного Собрания – Парламента Республики Абхазия.

***

Политический ландшафт Абхазии подошел к той черте, за которой старые механизмы управления начинают работать против самой государственности. Прошедшие дискуссии в Общественной палате — это очень своевременная и грамотно организованная попытка поиска формулы национального единства. И одним из главных вопросов, стоящих перед участниками круглых столов, был вопрос реформирования избирательной системы.

Почему мажоритарная система больше не справляется?

Мажоритарная система (выборы по одномандатным округам) была эффективна на этапе становления республики. Она обеспечивала прямую связь депутата с избирателями. Эта связь с годами все слабела и терялась в силу множества факторов. И сегодня отсутствие назревшей реформы становится источником двух системных проблем.

Во-первых, когда в округе побеждает один кандидат, и получается, что голоса остальных 40–60% избирателей, проголосовавших за других кандидатов, фактически аннулируются. Эти люди не видят своего представителя в Парламенте и в кризисные моменты вынуждены выходить на улицу. В случае смешанной системы, от округа проходят два кандидата – один мажоритарий, и один от партии. И для жителей добавляется важная опция для отстаивания своих прав, получения необходимой помощи или ответов на вопросы – это обращение в партию. Партия становится своего рода проводником между обществом и властью, стабилизируя и предотвращая обострение общественно-политической ситуации.

Во-вторых, депутат-одномандатник часто вынужден заниматься малыми делами (установка нового трансформатора, замена труб, ремонт дорог), превращаясь в хозяйственника, в то время как Парламент — это высший законодательный орган, требующий стратегического мышления и решения задач национального масштаба. Смешанная система обязывает и избирателя, и победившего кандидата не забывать о глобальных вопросах. Каждый депутат, представляющий партию, несет ответственность за репутацию всей организации, а значит с большей долей вероятности будет заниматься непосредственно законотворчеством и другой профильной деятельностью парламентария.

В международной практике переход к смешанной системе (условно, 18 мажоритариев и 17 по партийным спискам) — это проверенный путь к стабильности. В то же время, в странах с небольшим населением, таких как Абхазия, смешанная система помогает избежать клановости в вопросе формирования Парламента. Она способствует тому, чтобы политические силы объединялись в партии с четкой понятной обществу идеологией и видением развития республики на годы вперед, а не просто вокруг «сильного лидера» или корпоративных интересов.

Три аргумента «ЗА» профессиональный Парламент, сформированный по смешанному принципу:

1. Повышение уровня экспертности в законодательной власти

Партийные списки — это социальный лифт для профессионалов. Талантливый юрист, экономист или дипломат может не иметь огромного финансового ресурса или многочисленных родственников, чтобы выиграть округ. Но он жизненно необходим стране для написания качественных законов. Партия берет на себя роль фильтра, выставляя лучших специалистов.

2. 5-процентный барьер как предохранитель от радикализации

Пятипроцентный порог для прохождения партии в Народное Собрание — это цивилизованный фильтр. Он дает шанс малым, но активным группам населения получить 2–3 мандата. И вместо того, чтобы кричать в мегафон на площади, они получают трибуну, право законодательной инициативы и возможность влиять на бюджет. Это переводит протест из разрушительного русла в конструктивное.

3. Единая стратегия

Сегодня Парламент часто напоминает собрание 35 независимых политиков, каждый из которых тянет одеяло на себя, иногда создавая кратковременные ситуативные союзы. Смешанная система напротив, создает «идеологический цемент». Партийная фракция несет коллективную ответственность за свои обещания. Если партия провалила реформу, на следующих выборах народ накажет всю организацию, а не одного конкретного человека.

В условиях смешанной избирательной системы партия будет обладать эффективными рычагами воздействия на депутатов, нарушающих партийную дисциплину или депутатскую этику. Кроме того, целесообразно рассмотреть и нормативно закрепить механизм отзыва мандата партией в строго определенных случаях.

Мир вокруг Абхазии меняется стремительно. Угрозы безопасности и экономические вызовы требуют быстрых и точных решений. Мы не можем позволить себе роскошь бесконечных внутренних раздоров, основанных на личных симпатиях или антипатиях.

Реформа избирательной системы — это не подарок какой-то одной партии — очевидных лидеров сегодня не наблюдается. Это инвестиция в долголетие нашего государства. Мы должны построить систему, где побеждает не тот, кто громче кричит, а тот, чья программа развития Абхазии окажется убедительнее. Дело за парламентом. А мы уже готовы к переменам.

18 марта, 2026 г.

Председатель РПП «Единая Абхазия»

Алхас Барзания

https://telegra.ph/Ot-bitvy-lichnostej-k-bitve-idej-ili-pochemu-Abhazii-neobhodima-smeshannaya-izbiratelnaya-sistema-03-17

НЕВЕСТА-ПОДРОСТОК: почему нельзя мириться с ранними браками в Абхазии

2026-03-02T12:07:55.991Z

ОКНО

🔘ОЧЕРЕДНОЙ СЛУЧАЙ

Спустя время мы вновь возвращаемся к обсуждению вопроса ранних браков – в нём ещё рано ставить точку. Напомним, что на сайте Генпрокуратуры 4 февраля появилось сообщение о том, что проводится прокурорская проверка по заявлению гражданина, который сообщил о похищении его несовершеннолетней дочери 2012 года рождения. Проверка показала, что 2 февраля девочка покинула школу в одном из сел Очамчырского района, где её ждал взрослый мужчина 1986 года рождения. Он увёз девочку в Сухум по месту своего проживания и сообщил родственникам о намерении вступить с ней в брак. Сотрудники прокуратуры, МВД и офиса Уполномоченной по правам ребёнка доставили девочку в прокуратуру и после следственных действий передали её отцу.

В связи с этим Уполномоченная по правам ребёнка Мактина Джинджолия опубликовала заявление, выражая обеспокоенность за благополучие детей, особенно девочек-подростков. Уполномоченная сослалась на морально-этический кодекс «Апсуара», который предусматривал уважение к женщине и матери.

«Имеют место случаи, пишет она, когда взрослые мужчины вступают в отношения с несовершеннолетними девочками, используя их психологическую незрелость и доверчивость. Это приводит к “ранним бракам”, которым общество должно дать правовую и нравственную оценку».

Уполномоченная подчеркнула, что девочка-подросток в силу возраста часто не способна полностью осознать последствия действий, совершаемых в отношении неё. Такие действия являются психологическим насилием и могут повлиять на всю дальнейшую жизнь, подорвав здоровье. Она отметила, что хотя вступление в половую связь с несовершеннолетней является уголовным преступлением, «ранние браки» иногда используются как способ уйти от ответственности, якобы узаконивая такую связь.

Новость о похищении несовершеннолетней распространилась за пределы Абхазии: о ней написали региональные, российские и русскоязычные СМИ, включая «Эхо Кавказа», «Москва 24», «Газета.ru», Wonderzine и «Кавказский узел».

Этот случай нельзя назвать уникальным для Абхазии, но и распространенной практикой его тоже не назовешь. Речь идет о 12-летней девочке, законодательство Абхазии однозначно не допускает брачные отношения в столь раннем возрасте. По данным Службы социальной поддержки детей и семей, за пять лет в Абхазии зафиксировано 27 случаев вступления в отношения с несовершеннолетними девочками. Однако реальная статистика ранних браков вероятнее всего все же будет выше официальной. Эти данные не совпадают со статистикой женской правозащитной организации «Женский фонд развития», о чем с «ОКНОм» поделилась Лана Чкадуа, глава фонда:

«У нас зарегистрировано за 5 лет 35 случаев. То есть эта цифра не совпадает с соцслужбой, получается. И у нас статистика только по Восточной Абхазии, […] у соцслужб, наверное, по всей Абхазии информация была. По поводу семей, зачастую это многодетные, малоимущие семьи, и даже если это не столько малоимущая семья, то социально уязвимая […]. Часто, где в семье есть насилие, молодые девушки пытаются от этого сбежать и считают, что выйти замуж – это выход. Но зачастую они попадают в очередной цикл насилия в той семье, в которой они выходят замуж».

🔘БРАЧНЫЙ ВОЗРАСТ В МИРЕ И АБХАЗИИ

Официальные структуры не публикуют данные по районам, где чаще встречаются такие случаи. Известно, что это чаще всего девочки из малообеспеченных семей, сталкивающиеся с бедностью и стрессом. В таких случаях «ранний брак» рассматривается как способ снизить экономическую нагрузку или как вопрос выживания.

В мире возраст, с которого разрешено вступать в брак самостоятельно, сильно различается:

⏺️18 лет – 70% стран;
⏺️21 год – 15% стран (например, Сингапур и Филиппины);
⏺️Другие варианты – 15% стран (ранний порог от 12 лет в Венесуэле и Экваториальной Гвинее, высокий до 22 лет в Китае для отдельных групп).

Разброс показывает отсутствие единого международного подхода. В Абхазии законный брачный возраст – 18 лет, но местные органы могут разрешать брак с 16 лет при «уважительных причинах», которые кодекс не уточняет. Для детей младше 14 лет брак запрещён и карается лишением свободы от 8 до 15 лет.

Уголовное законодательство предусматривает наказание за половые отношения с несовершеннолетними: от 6 до 12 лет лишения свободы, а с детьми младше 14 лет – от 8 до 15 лет.

С появлением в сети заявления Уполномоченной по правам ребёнка на тему детских браков в связи с недавним инцидентом некоторые люди, в основном взрослые мужчины, начали оставлять комментарии, пытаясь найти оправдание такой практике. Это свидетельствует о том, что требования законодательства недостаточно закреплены в общественном сознании.

🔘ДЕТСКИЕ, РАННИЕ И ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ БРАКИ

Важно различать детские, ранние и принудительные браки. Детский брак всегда нарушает права человека. Ранний брак может быть формально законным, но часто связан с давлением семьи или общества. Принудительный брак – насилие, где согласие отсутствует или получено под принуждением. Конвенции о правах ребёнка и Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин рекомендуют минимальный возраст 18 лет для всех, без оглядки на согласие родителей.

Последствия ранних браков для девочек серьёзные: ранние беременности, угрозы здоровью матери и ребёнка, тревожность, депрессия, прерванное образование, экономическая зависимость, закрепление традиционных ролей. Общество и государство тоже несут потери: меньше образованных и экономически активных женщин, повышенная нагрузка на здравоохранение, замедление развития.

Причины таких браков – бедность, ограниченный доступ к образованию, социальные ожидания, гендерные стереотипы и традиции. Около 650 миллионов женщин в мире были выданы замуж в детстве, к 2030 году прогнозируется ещё 150 миллионов.

🔘ПОСЛЕДСТВИЯ РАСКРЫТИЯ ДАННЫХ

Общественная огласка также создает проблемы для несовершеннолетних, чьи права были нарушены. В последнем сообщении Генпрокуратуры были опубликованы персональные данные пострадавшей: фамилия, инициалы, место проживания и учёбы. Такие действия могут нанести серьёзный репутационный ущерб и усложнить будущую жизнь, в том числе создание семьи. Страх перед насилием исходит не только от преступника, но и от общества, а иногда даже от семьи. Из-за этого многие жертвы не обращаются за помощью.

Раскрытие личной информации несовершеннолетних в столь чувствительных случаях показывает, что правоохранительные органы недостаточно понимают специфику таких дел.

Существует ряд стандартов конфиденциальности, направленных на защиту частной жизни, безопасности и достоинства пострадавших:

⏺️персональные данные не должны разглашаться;
⏺️материалы дела должны оставаться конфиденциальными;
⏺️процессуальные действия должны проводиться с особой защитой;
несовершеннолетние требуют повышенной защиты.

Соблюдение этих правил критически важно, чтобы жертвы насилия могли получать помощь и чувствовать себя в безопасности.

https://t.me/s/okno_apsny1/

Валерий Кобахия о необходимости признания теории Павла Ингороква экстремистской идеологией.

2026-02-19T23:22:45.310Z

Введение.

Политическое урегулирование конфликтов на постсоветском пространстве всегда отстает от военного. В Абхазии сложилась уникальная ситуация: военная фаза завершена в 1993 году, политическое признание состоялось в 2008-м, историческая правда на уровне первых лиц прозвучала в 2019-м. Остался последний, юридический этап - демонтаж идеологической базы, на которой десятилетиями строилась агрессия против абхазского народа.

Эта база - теория Павла Ингороква, изложенная в книге «Георгий Мерчуле» (1954) и предшествовавших ей публикациях.

Глава 1. Статус Абхазии и стратегический выбор 1920-х годов.

1.1. Абхазский Народный Совет и оккупация 1918 года.

После распада Российской империи 8 ноября 1917 года был создан Абхазский Народный Совет (АНС) - первый представительный орган власти, в компетенцию которого входили защита национальных интересов и подготовка к самоопределению. Внешнеполитическая ориентация Абхазии в этот период была направлена на Союз объединенных горцев Северного Кавказа, что рассматривалось как шаг к восстановлению государственности, утраченной в 1864 году после ликвидации Абхазского княжества.

В июне 1918 года Грузинская Демократическая Республика при поддержке германских войск оккупировала территорию Абхазии. Правительство Горской Республики направило Германии ноту протеста, квалифицировав действия Грузии как незаконную оккупацию.

Характер оккупации подтверждается документально. 2 сентября 1918 года министр по делам Абхазии Р. Чхотуа докладывал из Тифлиса: «Регулярные войска занялись массовыми арестами мирного населения и поджогами. Сухумская тюрьма переполнена мирными абхазцами... поджоги продолжаются».

11 июня 1918 года АНС под давлением подписал договор с Грузией, формально закреплявший автономию, но фактически означавший ввод грузинских войск. 12 октября 1918 года правительство Грузии объявило о роспуске АНС и ввело военное положение. Органы местного самоуправления были ликвидированы.

Контекст: Абхазское княжество просуществовало в составе России 54 года (1810–1864) - дольше всех политических образований Закавказья. Картли-Кахетинское царство было ликвидировано в 1801 году, Имеретинское - в 1810-м, Мегрельское - в 1857-м. Таким образом, абхазская государственность имела более длительную историю в имперский период, и ее ликвидация в 1918 году воспринималась населением как перечеркивание этой традиции.

В конце 1917 года Нестор Лакоба организовал военизированное крестьянское объединение «Киараз». В 1919–1920 годах его члены вели партизанскую войну против грузинских властей.

1.2. Восстановление государственности в 1921 году.

25 февраля 1921 года части 11-й Красной Армии вошли в Тифлис. Правительство Грузинской Демократической Республики покинуло страну 17 марта.

4 марта 1921 года Красная Армия совместно с абхазскими повстанцами вошла в Сухум. Для Абхазии это событие квалифицируется не как завоевание, а как освобождение от трехлетней оккупации.

31 марта 1921 года была провозглашена Социалистическая Советская Республика Абхазия. Республика обладала собственной конституцией, гербом, флагом и государственными органами.

21 мая 1921 года Ревком Грузии признал независимость ССР Абхазия.

16 декабря 1921 года ССР Грузия и ССР Абхазия подписали Союзный договор. Стороны выступили как равноправные субъекты.

Хронологически независимая ССР Абхазия (провозглашена 31 марта) предшествовала оформлению ССР Грузия как субъекта, с которым заключался договор. Формулировка «Абхазия вошла в состав Грузии» не соответствует документальной хронологии. Корректной является формулировка: «Грузия вступила в союз с Абхазией на базе государственности, восстановленной последней после освобождения от оккупации».

1.3. Проект Лакоба против проекта Берия: стратегический выбор 1920-х годов.

В 1920-е годы перед руководством СССР стояла задача выстроить устойчивую систему контроля в Закавказье. Историческая ретроспектива позволяет различить две альтернативные стратегии, одна из которых была реализована, а вторая - отвергнута, что предопределило логику развития региона на столетие вперед.

Проект Лакоба: глобальная ставка на лояльность.

Для Абхазии установление советской власти стало не оккупацией, а освобождением от грузинского господства 1918–1920 годов. Эту благодарность Нестор Лакоба конвертировал в ресурс абсолютного доверия со стороны центра.

Проект Лакоба базировался на трех фундаментальных активах:

1. Абсолютная лояльность. Абхазия была единственной республикой в регионе, встретившей Красную Армию как союзника. Отношения Лакоба со Сталиным вышли за рамки служебной субординации - статус «товарища и друга» не был присвоен больше никому из региональных лидеров.

2. Доказанная эффективность. Миссия Лакоба и Эшба в Турцию в 1920–1921 годах завершилась подписанием Московского договора (16 марта 1921 года), который был серьезным международным успехом молодой Советской России и на десятилетия определил баланс сил в регионе.

3. Глобальный ресурс. Многомиллионная абхазо-адыгская диаспора, рассредоточенная по Турции, Ближнему Востоку, Европе и США, представляла собой готовую сеть влияния. Лакоба понимал ценность этого ресурса еще сто лет назад: лояльная Абхазия становилась для Москвы не просто административной единицей, а мостом к геополитическому влиянию от Ближнего Востока до Запада.

Это была стратегия мягкой силы, построенная на доверии и способности конвертировать благодарность в долгосрочный политический капитал.

Проект Берия: локальная ставка на силу.

Альтернативный проект опирался на Грузию. Демографически и экономически Грузия была крупнее, Тифлис - естественным центром региона. Однако фундамент этого проекта был принципиально иным: грузинская элита воспринимала советскую власть как оккупационную. Меньшевистское правительство было свергнуто силой, и эта память никуда не делась - она ушла вглубь, но не исчезла.

Выбор в пользу Грузии был мотивирован не стратегическим расчетом, а национальным чувством. И Сталин, и Берия были грузинами. Опора на «своих» казалась надежнее, чем ставка на абхазскую лояльность, каким бы прочным ни был кредит доверия Лакоба.

Проект Берия - это стратегия жесткой силы, строившаяся на унификации, подавлении и вертикали контроля. В ее основе лежал не союзнический интерес, а подчинение. Не доверие, а страх.

Чем обернулся выбор показало время.

Грузия, получившая статус союзной республики, не стала по-настоящему лояльной. Восприятие Москвы как оккупанта сформировало устойчивую антироссийскую идентичность. Как только в конце 1980-х годов появилась возможность выхода из СССР, Грузия сделала это первой. Сегодня ее стремление в НАТО - не конъюнктура, а глубинная цивилизационная установка, сделавшая республику источником перманентной нестабильности на южных рубежах России.

Абхазия, чей проект был отвергнут, заплатила за свою лояльность страшную цену: понижение статуса в 1931 году, репрессии 1937–1938 годов, насильственная грузинизация, а в 1992–1993 годах - полномасштабная война, уничтожившая экономику и инфраструктуру. Но именно абхазский проект продемонстрировал свою стратегическую состоятельность в момент истины.

После войны порядка 95% объектов в Абхазии были восстановлены за счет безвозмездной помощи России. С 1994 по 2008 год тысячи российских миротворцев, 117 из которых погибли, 14 лет удерживали мир на абхазской земле. Когда в 2008 году встал вопрос о жизни и смерти республики, Абхазия помнит всё.

Признание Россией независимости Абхазии в 2008 году стало, по сути, запоздалой реализацией проекта Лакоба, отвергнутого 90 годами ранее.

Вывод.

Выбор 1920-х годов был сделан в пользу локального ресурса в ущерб глобальному. Ставка на силу и подавление исторически проиграла ставке на доверие и лояльность. Грузия, получившая статус, ушла. Абхазия, лишенная статуса, осталась единственным надежным партнером России в регионе, сохранив не только верность, но и уникальный геополитический актив - выход к Черному морю и связь с многомиллионной диаспорой, влияние которой остается недооцененным ресурсом. Проект Лакоба был закрыт 95 лет назад. Время доказало его правоту.

Глава 2. Дурипшский сход и ликвидация суверенитета (1931 год).

2.1. Понижение статуса.

19 февраля 1931 года VI съезд Советов Абхазии под прямым давлением из центра принял решение о преобразовании ССР Абхазии в Автономную Советскую Социалистическую Республику в составе Грузинской ССР. Ключевую роль в проведении этого решения сыграл Лаврентий Берия - фигура, которую впоследствии Президент РФ В. В. Путин прямо назовет ответственным за «жесткие меры с целью поглощения Грузией этой территории и абхазского народа».

Понижение статуса влекло за собой утрату:

- права прямых отношений с союзным центром;

- самостоятельной внешней политики;

- собственных вооруженных формирований;

- конституционных гарантий суверенитета.

Формально конституция у республики сохранялась, но как у автономии, подчиненной законодательству Грузинской ССР.

2.2. Дурипшский сход.

18 февраля 1931 года - за день до официального оформления решения - в селе Дурипш Гудаутского района собрался многотысячный народный сход. В нем участвовали жители Лыхны, Ачандары, Джирхвы, Абгархука, Отхары, Бармыша.

Село Дурипш расположено в 5–7 километрах от исторической Лыхненской поляны . Сама Лыхнашта - место, где на протяжении столетий проводились общенациональные собрания, где в 1821, 1824 и 1866 годах происходили выступления крестьян, где сегодня установлен памятник жертвам войны 1992–1993 годов . Выбор Дурипша для схода 18 февраля объяснялся, вероятно, оперативной обстановкой и стремлением сохранить мобильность, но духовно и политически сход был неразрывно связан с традицией Лыхнашта.

Власти отреагировали немедленно. В Гудаутский район были переброшены войска ОГПУ с бронемашинами.

26 февраля на сход прибыли Берия, первый секретарь ЦК КП(б) Грузии Мамулия и председатель ЦИК Абхазии Нестор Лакоба.

Лакоба выступил перед собравшимися на абхазском языке. Он заявил, что поедет в Москву и добьется пересмотра решения. Ему поверили. Кровопролитие было предотвращено.

Обещание выполнено не было. Статус-кво остался неизменным. В последующие годы практически все активные участники Дурипшского схода были репрессированы.

2.3. Политический смысл события.

Дурипшский сход продемонстрировал:

- способность абхазского населения к мгновенной мобилизации в ответ на угрозу утраты государственности;

- готовность Лакоба использовать свой личный авторитет для предотвращения кровопролития ценой политического компромисса;

- нежелание центра выполнять данные обещания после того, как угроза открытого конфликта была снята.

Стратегически понижение статуса 1931 года стало первым этапом демонтажа абхазской государственности, юридически оформленной в 1921 году. Вторым этапом станет физическое уничтожение национальной элиты в 1937–1938 годах.

Глава 3. Уничтожение Лакоба и тотальная смена элит.

3.1. Гибель Лакоба.

28 декабря 1936 года Нестор Лакоба скончался в Тбилиси при обстоятельствах, которые в абхазской историографии и общественном сознании однозначно квалифицируются как убийство по указанию Берия. К этому моменту Лакоба занимал пост председателя ЦИК Абхазии и являлся фигурой, обладавшей безусловным авторитетом среди населения. Его гибель устраняла последнего легитимного лидера, способного выступать посредником между республикой и центром.

3.2. Масштаб репрессий.

В период 1930–1949 годов в Абхазии было репрессировано около 7 000 человек. При населении республики в 200–250 тысяч человек это означает, что репрессиям подверглись от 2,8 до 3,5 процента населения, включая женщин, стариков и детей. Пик террора пришелся на 1936–1937 годы, когда было репрессировано 2 186 человек. Из них 748 расстреляны, 377 бесследно исчезли в тюрьмах, 794 осуждены к лишению свободы, 28 умерли до суда, 238 освобождены.

3.3. Уничтожение национальных элит.

Выборка по руководящим органам демонстрирует целенаправленный характер репрессий. Из 51 члена Абхазского обкома Компартии Грузии, избранных в мае 1937 года, было репрессировано и расстреляно 39 человек - более 76 процентов состава. Из 120 членов Центрального исполнительного комитета Абхазии, избранных в 1936 году, репрессиям подверглись 78 человек - 65 процентов.

В период 1937–1942 годов была уничтожена практически вся научная и творческая интеллигенция республики.

В расстрельных списках этого периода фигурируют ключевые фигуры абхазской государственности: Владимир Ладария - первый секретарь обкома партии, ближайший соратник Лакоба; Ефрем Эшба - председатель Ревкома Абхазии, первый председатель ЦИК, участник переговоров с Турцией; Николай Акиртава - первый секретарь обкома партии в 1922–1923 годах. Из экономического блока были уничтожены нарком земледелия Михаил Чалмаз и руководитель табачной промышленности Михаил Лакоба. Из сферы культуры и науки расстреляны директор Абхазского института Арсен Хашба и писатель, драматург Самсон Чанба.

3.4. Уничтожение рода Лакоба.

Система уничтожила не только самого Лакоба, но и его ближайшее окружение, включая женщин и несовершеннолетних детей.

Мать Нестора Лакоба, Шахусна, была расстреляна в 1938 году. Его жена Сария подверглась пыткам и умерла в тюремной больнице в 1939 году. Оба брата - Михаил и Василий - расстреляны в 1937 году. Жена Василия, Шамина, расстреляна в 1938 году. Жена Михаила, Вера Лакоба-Званбая, чудом выжила, пройдя лагеря и ссылку.

Особый цинизм проявился в судьбе детей. Сын Нестора Рауф, 15 лет, расстрелян в 1941 году. Сын Михаила Николай (Кукуша), 15 лет, расстрелян там же. Сын Василия Тенгиз, 14 лет, расстрелян. Племянник Кока Инал-ипа, 14 лет, разделил их судьбу.

Из прямых родственников Нестора Лакоба и большинства его ближайших соратников никто не выжил. Террор 1937–1938 годов в Абхазии следует квалифицировать как акт не только политического, но и физического уничтожения национальной элиты, после которого республика утратила способность к самостоятельному политическому целеполаганию на поколение вперед.

3.5. Кадровая зачистка 1937–1958 годов.

Новым председателем ЦИК Абхазии стал Авксентий Рапава - ближайший соратник Берия, грузин по происхождению, присланный из Тбилиси. Его функцией был контроль и подготовка к окончательной интеграции Абхазии в состав Грузинской ССР без остатков автономной субъектности.

Пост первого секретаря обкома партии на несколько месяцев занял абхаз Александр Агрба, однако уже в начале 1938 года он был арестован по делу «лакобовцев» и расстрелян. Его судьба стала сигналом: доверия к местным кадрам нет, любой представитель абхазской элиты, выдвинутый на руководящую должность, разделит участь предшественников.

В период с 1937 по 1958 год - более двадцати лет - пост первого секретаря Абхазского обкома партии занимали исключительно лица грузинской национальности, присланные из Тбилиси. Среди них Кирилл Бечвая (1937–1940), Михаил Барамия (1940–1943), Акакий Мгеладзе (1943–1951), Шота Гетия (1951–1953), Григорий Карчава (1953), Георгий Гегешидзе (1953–1955) и Отар Гоциридзе (1955–1958).

Наиболее жесткая политика ассимиляции проводилась при Акакии Мгеладзе в 1943–1951 годах, когда под прикрытием военного и послевоенного времени осуществлялись массовое переселение грузинского населения в Абхазию, перевод школьного образования на грузинский язык, свертывание абхазского книгоиздания и культурных институций.

3.6. Возвращение абхазского руководства в 1958 году.

В 1958 году первым секретарем Абхазского обкома вновь стал абхаз - Михаил Бгажба. Назначение произошло не по инициативе Тбилиси, а под давлением Москвы после разоблачений XX съезда КПСС и публичной критики политики ассимиляции, прозвучавшей на партийном активе.

Ключевую роль в изменении позиции сыграло выступление заведующего отделом пропаганды Абхазского обкома Аслана Отырба в августе 1956 года. Отырба публично квалифицировал политику предшествующего периода как «извращения национальной политики» и прямо указал на теорию Ингороква как на идеологическую диверсию.

При Бгажба началось осторожное восстановление абхазских культурных институций, возвращение репрессированных специалистов, активизация издательской деятельности. Однако механизмы ассимиляции, выстроенные за два десятилетия, демонтированы не были, и теория Ингороква продолжала существовать в научной и партийной среде, ожидая своего часа.

Глава 4. Создание теории Ингороква (1950–1957).

4.1. Первое появление теории.

В 1950 году в журнале «Мнатоби» (№ 1–3) были опубликованы первые статьи Павла Ингороква, в которых излагались основные тезисы его теории. Уже на этом этапе идеи Ингороква были подхвачены руководством Абхазской ССР во главе с Акакием Мгеладзе, проводившим политику форсированной ассимиляции. Мгеладзе цитировал работу Ингороква еще до выхода книги, используя ее как «научное» обоснование своих действий.

4.2. Выход книги и ее содержание.

В 1954 году в Тбилиси на грузинском языке вышла книга Павла Ингороква «Георгий Мерчуле — грузинский писатель X века». Тираж составил 10 000 экземпляров. В книге теория получила законченное оформление и была представлена как фундаментальное научное исследование.

Основные положения теории Ингороква сводились к следующему:

древнее население территории современной Абхазии (абазги, апсилы, мисимиане) являлось грузинскими племенами, говорившими на грузинских диалектах;

предки современных абхазов - так называемые «апсуа» - переселились с Северного Кавказа не ранее XVII века;

следовательно, современные абхазы не являются автохтонным населением и не имеют исторических прав на территорию, которую занимают.

Выбор площадки для публикации имел принципиальное значение. Журнал «Мнатоби» являлся органом Союза писателей Грузии и в силу своего официального статуса воспринимался интеллигенцией не как литературный сборник, а как рупор государственной идеологии в сфере культуры. Публикация там означала для грузинского читателя, что перед ним не маргинальная теория, а выверенная позиция, подкрепленная авторитетом партийно-государственной машины.

4.3. Научная критика и ее подавление.

Научная несостоятельность теории Ингороква была очевидна специалистам. Однако публичная критика становилась актом гражданского мужества, поскольку любое выступление против книги воспринималось партийным руководством как выступление против утвержденной линии.

Грузинский профессор Георгий Соселия подготовил статью «Вопреки исторической правде», в которой разоблачал фальсификации Ингороква. Реакция последовала незамедлительно. Ученому угрожали физической расправой, его преследовали на партийных собраниях и в стенах родного института. В Тбилиси был организован допрос редактора республиканской газеты «Советская Абхазия», осмелившегося опубликовать крамольный материал. Цена, которую заплатил Соселия за верность научной истине, - сломанная карьера.

Абхазская интеллигенция и абхазские ученые, включая Зураба Анчабадзе, Шалву Инал-ипа, Георгия Дзидзария, Константина Шакрыла, Аслана Отырба, Алексея Лабахуа и Ивана Тарба, дали теории аргументированный отпор в рамках доступных им форм научной дискуссии.

4.4. Официальная поддержка на республиканском уровне.

9 июля 1955 года в центральной партийной газете «Заря Востока» - органе ЦК КП Грузии - была опубликована хвалебная рецензия академика Г. С. Ахвледиани под названием «Ценный труд по истории грузинской культуры». Книга Ингороква объявлялась выдающимся научным достижением. Теория получила официальное одобрение на высшем республиканском уровне.

20 июля 1955 года председатель Президиума Верховного совета Абхазии Андрей Чочуа, председатель Совета Министров Алексей Лабахуа и секретарь Абхазского обкома партии Иван Тарба обратились в ЦК КП Грузии с требованием изъять труд Ингороква. Обращение осталось без удовлетворения.

16 августа 1955 года последовало повторное обращение за подписями Чочуа, Лабахуа и первого секретаря Абхазского обкома Георгия Гегешидзе, адресованное первому секретарю ЦК КП Грузии Василию Мжаванадзе. Реакции не последовало.

4.5. XVII съезд Компартии Грузии.

В январе 1956 года на XVII съезде Компартии Грузии председатель Совета Министров Абхазской АССР Алексей Лабахуа выступил с публичным заявлением. Он констатировал, что книга Ингороква «занимает определенное место в проводившихся бывшим порочным руководством республикой целой серии мероприятий, рассчитанных на то, чтобы во что бы то ни стало «доказать» неправомерность национального существования абхазцев». Лабахуа подчеркнул, что Мгеладзе цитировал книгу еще до ее издания, и таким образом Ингороква по существу «научно» обосновал антипартийную политику Мгеладзе».

В ответном отчетном докладе первый секретарь ЦК КП Грузии Василий Мжаванадзе дал книге «весьма либеральную оценку», сведя суть к тому, что отдельные положения являются «спорными». ЦК Грузии объявил вопрос об этнической принадлежности абхазского народа дискуссионным. Теория не была осуждена.

4.6. Научный ответ и его нейтрализация.

В конце 1956 года в 12-м номере журнала «Мнатоби» были опубликованы статьи академика Николая Бердзенишвили (директор Института истории) и члена-корреспондента Кетеван Ломтатидзе (директор Института языкознания), которые убедительно опровергали построения Ингороква с научной точки зрения. Казалось, наука сказала свое слово.

Однако в 1957 году развернулась кампания по дискредитации оппонентов Ингороква. 1 марта в «Литературной газете» было опубликовано стихотворение Георгия Леонидзе, поддерживающее линию Ингороква. 2 марта поэт Алио Мирцхулава в газете «Ахалгазрда комунисти» обрушился на Бердзенишвили и Ломтатидзе, обвинив их в том, что они «отрицают грузинство грузинского народа». Ингороква объявлялся «выдающимся ученым и писателем».

Весной 1957 года во 2-м номере журнала «Мнатоби» появились новые восхваляющие статьи академика Ахвледиани, профессора Симона Каухчишвили и профессора Александра Кобидзе. Взгляды Ингороква объявлялись «большим научным открытием», «бесценными по своим положительным результатам» и «сделанными наилучшим и единственно правильным путем». При этом ни один из авторов этих статей не являлся специалистом-историком по Абхазии и не владел абхазским языком, что делало их «толкования абхазской топонимики» полностью несостоятельными.

Журнал открывался статьей секретаря ЦК КП Грузии по идеологии Дмитрия Мчедлишвили «Новая, советская, социалистическая Грузия», посвященной 36-летию Советской власти. В статье Абхазская АССР не упоминалась вовсе, но содержался недвусмысленный выпад против ученых, выступивших против Ингороква. Писатели-апологеты Ингороква объявлялись «барометром, глазом, ухом и сердцем своей страны». Это был сигнал поддержки на высшем партийном уровне.

Мчедлишвили, ответственный за идеологическое прикрытие политики в отношении Абхазии и поддержку трудов Ингороква, после вмешательства Москвы был освобожден от должности секретаря ЦК. Однако, как отмечал в письме в Президиум ЦК КПСС от 21 июня 1957 года Аслан Отырба, «этот руководящий товарищ отделался легким испугом - его освободили от работы по случаю отъезда на учебу. На мой взгляд, Мчедлишвили заслуживал строгого наказания». После обучения в Высшей партийной школе Мчедлишвили вернулся и сделал успешную карьеру, возглавив газету «Комунисти» (главный печатный орган ЦК) и Союз журналистов Грузии.

4.7. Голос из Абхазии: письма в Москву (1957 год).

В апреле 1957 года, когда кампания по продвижению теории Ингороква достигла пика, руководство Абхазской АССР направило в Президиум ЦК КПСС письмо за подписями председателя Совета Министров А. Лабахуа и секретаря Абхазского обкома КП Грузии И. Тарба.

В документе прямо указывалось, что публикации сторонников Ингороква вызвали «справедливое возмущение» абхазской общественности. Авторы письма констатировали, что книга Ингороква и ее пропаганда в партийной печати используются для «научного обоснования» антипартийной политики. В письме приводилась прямая цитата, фиксирующая основной территориальный тезис теории:

«Основным положением в книге П. Ингороква является антинаучный тезис о том, что территория Абхазии и Черноморского побережья до Геленджика являлась якобы коренной грузинской страной, населенной вплоть до позднего средневековья грузинами».

Авторы письма обращали внимание Москвы на то, что руководство Грузии саботирует даже прямые указания ЦК КПСС по исправлению «извращений национальной политики» в Абхазии.

Особое возмущение, как отмечалось в письме, вызывала статья секретаря ЦК КП Грузии Д. Мчедлишвили, который, не упоминая Абхазию, фактически поддержал «апологетов Ингороква» и дал тон всей кампании. Авторы прямо ставили вопрос о неспособности части грузинского руководства «прекратить отравление грузинской интеллигенции и учащейся молодежи ядом шовинизма».

Примерно в то же время на имя Н.С. Хрущева было направлено личное письмо от 84-летнего патриарха абхазской литературы Д.И. Гулиа. Он писал: «Мне уже восемьдесят четыре года и почти семьдесят я отдал развитию культуры абхазского народа. Вот почему я особенно остро воспринимаю все, что касается его культуры... Мне особенно грустно оттого, что имеются все возможности быстро ликвидировать следы прошлой несправедливости, но дело все затягивается».

Ссылка: Письмо руководства Абхазской АССР в Президиум ЦК КПСС, 19 апреля 1957 г. Опубликовано: apsuara.ru/portal/node/918.

Москва сигнал получила. И в 1958 году последовал ответ: первым секретарем Абхазского обкома впервые за два десятилетия был назначен абхаз - Михаил Бгажба. Это было прямое следствие давления Москвы после разоблачений XX съезда и публичной критики политики ассимиляции. Абхазия получила передышку, возможность говорить о проблемах, возвращать репрессированных специалистов.

Но был ли это ответ на главный вызов? Теория Ингороква не была осуждена. Она продолжала существовать в научной и партийной среде, ожидая своего часа. Кадровые изменения не затронули идеологической основы. Почему Москва остановилась на полпути?

4.8. «Голоса, личная власть»: цена политического торга

Ответ кроется не в плоскости грузино-абхазских отношений, а в логике большой политики Кремля того времени.

В феврале 1954 года, за три года до писем из Абхазии, был запущен процесс, который историки назовут роковой ошибкой. Крымская область, исконная территория РСФСР, была передана в состав Украинской ССР. Долгое время это решение объясняли «экономической целесообразностью». Однако сегодня истинные мотивы не вызывают сомнений.

Как прямо заявил помощник Президента Российской Федерации Владимир Мединский, официальные объяснения передачи Крыма - «это все галиматья». Подлинная причина крылась в жестокой внутрипартийной борьбе за власть. Никита Хрущев, чьи позиции, по выражению Мединского, «висели на волоске», отчаянно нуждался в поддержке мощной украинской партийной элиты. «Причина — голоса, личная власть» - эта формулировка все объясняет.

Юридическая ничтожность этого решения сейчас также не вызывает сомнений. Председатель Госсовета Крыма Владимир Константинов неоднократно подчеркивал, что передача полуострова была проведена с грубейшими нарушениями конституционных процедур, кулуарно и в спешке.

Эта логика работала по всей стране. В обмен на лояльность Киева Хрущев был готов закрывать глаза на многие вопросы. Та же модель действовала и в отношениях с Тбилиси.

После кровавых событий в Грузии в марте 1956 года Кавказ стал регионом особого риска. Хрущеву было нужно сохранить хрупкую стабильность. Поддержка требований Абхазской автономии в полном объеме - с осуждением теории Ингороква и демонтажом всей созданной системы - означала бы открытый конфликт с грузинской элитой. На это он пойти не мог.

Поэтому был выбран компромисс: кадровые уступки в обмен на сохранение идеологического статус-кво. Бгажба получил возможность работать, но теория Ингороква осталась нетронутой. Грузинская элита сохранила свое главное оружие.

Таким образом, теория Ингороква получила индульгенцию не потому, что была убедительна, а потому, что стала частью большой сделки. Центр сознательно пошел на сделку с грузинской элитой, закрыв глаза на ее националистический курс в обмен на лояльность. Письма Лабахуа, Тарба и самого Гулиа добились тактической победы - возвращения абхаза во власть, - но стратегическая цель не была достигнута. Идеологическая мина осталась лежать, чтобы взорваться через тридцать лет.

4.9. Квалификация теории.

Теория Ингороква не являлась научной гипотезой. Ее следует квалифицировать как идеологическую диверсию, которая:

отрицает само существование абхазского народа как исторического субъекта;

объявляет абхазов «пришлыми», «гостями», не имеющими прав на землю;

создает моральное оправдание для любых форм дискриминации и насилия.

По своим целям и последствиям теория Ингороква сопоставима с расовыми теориями нацистской Германии. Разница заключалась в том, что «Майн Кампф» объявлял народы «неполноценными», оставляя им право на существование в качестве угнетенных. Теория Ингороква отрицала сам факт существования абхазов как народа, объявляя их «неисторическими» и «пришлыми», что в логике национализма означало отсутствие каких-либо прав - ни на землю, ни на язык, ни на культуру, ни на существование.

«Майн Кампф» запрещен во всем цивилизованном мире. Теория Ингороква до сих пор не признана экстремистской и продолжает существовать в грузинском информационном пространстве. Письма 1957 года, оставшиеся без ответа по существу, стали началом пути, который спустя десятилетия привел к войне. Кадровые уступки без идеологического разоружения оказались лишь отсрочкой приговора.

Глава 5. Хронология борьбы (1956–1993).

5.1. 1956 год. Прорыв Отырба.

XX съезд КПСС, разоблачивший культ личности, создал у абхазской общественности ожидания, что политика, проводившаяся в Абхазии в предшествующие два десятилетия, также будет осуждена как преступная.

В августе 1956 года на собрании партийного актива заведующий отделом пропаганды Абхазского обкома Аслан Отырба выступил с речью, в которой впервые публично квалифицировал теорию Ингороква как идеологическую диверсию. Он привел конкретные факты: книга Ингороква, хвалебная рецензия в «Заре Востока», учебники истории, где предков абхазов объявляли грузинами. Отырба поставил вопрос, который до него не решались озвучивать публично: уверено ли партийное руководство Грузии в том, что абхазский народ существует как самостоятельная этническая единица?

Официальный ответ Тбилиси был уклончивым. Теорию Ингороква не осудили, вопрос объявили «дискуссионным». Однако выступление Отырба зафиксировало позицию абхазской стороны на уровне, который Москва не могла игнорировать. Тбилиси получил сигнал: необходима формальная реакция, демонстрирующая «восстановление ленинской национальной политики».

5.2. 1958 год. Назначение Бгажба.

В 1958 году первым секретарем Абхазского обкома стал Михаил Бгажба - первый абхаз на этом посту за два десятилетия. Назначение носило вынужденный характер и было произведено под давлением Москвы, а не по инициативе Тбилиси.

При Бгажба появилась возможность более открыто говорить о проблемах национальной политики, печатать отдельные книги, поднимать запретные темы. Однако механизмы ассимиляции, выстроенные в предшествующий период, демонтированы не были. Теория Ингороква продолжала существовать в научной и партийной среде, ожидая своего часа.

5.3. 1967 год. Первое политическое требование.

В конце 1966 года вышел третий том сочинений академика Бердзенишвили, в котором теория Ингороква не просто повторялась, но и развивалась. Фальсификация истории приобретала все более наглый характер.

В марте 1967 года 45 абхазских студентов направили письмо в ЦК КПСС. В нем впервые прозвучала формулировка, которую партийное руководство Грузии не ожидало услышать: «Дальнейшее пребывание Абхазии в составе Грузии невозможно».

28 марта руководители республики направили в ЦК КП Грузии официальное письмо, в котором констатировали: «В последнее время появляются разного рода сочинения, в которых неверно трактуются коренные вопросы исторического прошлого абхазского народа».

29 марта последовали аресты двоих участников протеста. В ответ в Сухуме собрался многотысячный народный сход, продолжавшийся несколько дней. Главным требованием стало направление комиссии из Москвы.

В апреле 1967 года делегация от схода доставила в Москву текст обращения, подготовленный при участии Шамиля Хаджиба и Тамары Шакрыл. 12 апреля восемь человек подписали окончательный текст, в котором впервые в послесталинском СССР народ автономной республики официально и публично заявил о невозможности дальнейшего пребывания в составе Грузинской ССР.

Апрель 1967 года стал моментом рождения политического требования абхазского народа о восстановлении государственного суверенитета.

5.4. 1977 год. «Письмо ста тридцати».

К 1977 году давление на абхазскую культуру и язык не ослабевало. Идеи Ингороквы прочно вросли в учебники, официальную риторику, общественное сознание. Фальсификация истории перестала быть просто научной проблемой — она стала фоном для повседневной дискриминации.

В этом году 130 представителей абхазской интеллигенции и общественных деятелей подписали новое обращение в ЦК КПСС, вошедшее в историю как «Письмо ста тридцати». Документ содержал развернутый анализ политики, проводившейся в отношении Абхазии, и указывал на теорию Ингороква как на ее идеологическую основу.

В Москве письмо не было рассмотрено по существу. Оно было спущено в Тбилиси, где 18 марта 1978 года на партийном активе Абхазии публично заклеймено как «клеветническое».

5.5. 1978 год. Лыхненский сход.

Весной 1978 года грузинское руководство предприняло попытку внести в Конституцию изменения, закреплявшие главенство грузинского языка на всей территории республики. Для Абхазии это означало окончательный переход на язык, который десятилетиями насаждался через школы и делопроизводство, и фактическую ликвидацию последних остатков абхазской языковой среды.

По всей республике прокатилась волна многотысячных сходов. Кульминацией стало собрание на Лыхнашта - историческом месте народных волеизъявлений.

В Тбилиси и Москве было принято решение о силовом разгоне. Войска переброшены, приказ готов к исполнению. На заседании в обкоме партии представители центра настаивали на немедленных действиях.

Председатель Президиума Верховного Совета Абхазской АССР Валериан Кобахия занял позицию, предотвратившую кровопролитие. Согласно свидетельствам очевидцев, зафиксированным в книге Екатерины Бебиа «Валериан Кобахия», его заявление на том заседании было прямым и недвусмысленным:

«Наш народ не заслуживает такого обращения, он перенёс немало страданий. Силовые действия неизбежно приводят к кровопролитию. Я сейчас встану и пойду туда, где находится наш народ. Стрелять в народ начнёте с меня».

Как вспоминает участник тех событий, государственный и политический деятель Константин Озган, слова Кобахия заставили представителей центра изменить решение. Бровиков, представитель ЦК КПСС, согласился дать слово для изложения требований народа. Кровь не пролилась.

Однако главное требование - признание права абхазов на свой язык, свою историю, свою землю - выполнено не было. Теория Ингороква продолжала оставаться легитимной.

5.6. 1989 год. Точка невозврата.

К концу 1980-х годов теория Ингороква прочно утвердилась в грузинских учебниках, средствах массовой информации и общественном сознании. Абхазов открыто называли «пришлыми», «апсуйцами», «гостями на грузинской земле». Партийное руководство Грузии на протяжении десятилетий блокировало любые попытки научной критики этих положений. Письма в ЦК оставались без ответа. Ученые, выступавшие против фальсификаций, подвергались травле.

13 декабря 1988 года в Сухуме состоялся учредительный съезд Народного форума «Аидгылара» («Единение»). Первым председателем был избран писатель Алексей Гогуа. Движение объединило интеллигенцию, студентов, рабочих - всех, кто осознал невозможность дальнейшего существования в рамках существовавшей системы национальных отношений.

Уже в 1989–1990 годах «Аидгылара» объединилась с общественно-политическими организациями других национальных общин Абхазии, включая армянское движение «Крунк» и русское движение. Это объединение показало: угроза нависла не только над абхазами - все народы республики искали защиты от националистической политики Тбилиси.

18 марта 1989 года на Лыхненскую поляну вышли 30 тысяч человек. Требование было сформулировано предельно четко: выход из состава Грузинской ССР и восстановление статуса Абхазии как союзной республики, утраченного в 1931 году. Обращение подписали десятки тысяч человек. Первым поставил подпись первый секретарь Абхазского обкома Борис Адлейба. Для партийного руководителя того времени это был шаг исключительный, фактически подвиг. 59-летний Адлейба, прервав лечение в Москве, специально прилетел в Абхазию накануне схода, чтобы лично поддержать народ и внести поправки в текст Обращения. Он понимал, что ставит крест на своей карьере, но выбор «быть со своим народом» оказался для него важнее. Это стоило ему должности - сразу после схода он сам написал заявление об уходе.

Реакция Тбилиси была предсказуемой: в Абхазию хлынули организованные митинги с лозунгами «Грузия для грузин». Началось нагнетание, которое спустя несколько месяцев, 15–16 июля 1989 года, вылилось в кровавые столкновения в Сухуме.

Идеология, десятилетиями отрицавшая право абхазов на существование, перешла в фазу открытого насилия.

5.7. 1990–1992 годы. Юридический разрыв.

25 августа 1990 года Верховный Совет Абхазии собрался на десятую сессию. В зале стояло напряжение, которое чувствовалось физически.

Депутаты грузинской национальности, понимая, какой вопрос будет поднят, пытались сорвать кворум. Они покидали зал, выкрикивали угрозы. Активисты «Аидгылара» в считанные минуты привезли тяжелобольного депутата Азиза Агрба - его буквально внесли на руках, чтобы его голос сохранил кворум.

С докладом выступил Председатель Президиума Верховного Совета Валериан Кобахия.

Он излагал хронологию, которую потом подтвердит Президент России в 2019 году: 1918 год - оккупация, 1921 год - восстановление государственности, 1931 год - насильственное понижение статуса. И вывод, который следовал из этой хронологии: вхождение Абхазии в Грузию не имеет законной силы.

Декларация о государственном суверенитете ССР Абхазия была принята голосованием. Принятие декларации было актом огромного личного мужества всех депутатов парламента, проголосовавших за это решение.

Через два года, 14 августа 1992-го, Грузия начала войну. Идеология, десятилетиями отрицавшая право абхазов на существование, перешла в фазу открытого насилия.

5.8. 1992–1993 годы. Война и уничтожение памяти.

14 августа 1992 года Грузия начала вооруженную агрессию против Абхазии. Война стала прямым продолжением политики, которую десятилетиями обосновывала теория Ингороква. Люди, которых учили, что абхазов «не существует», пошли убивать.

Возглавил сопротивление председатель Верховного Совета Владислав Григорьевич Ардзинба. Учёный-востоковед, он принял на себя колоссальный груз ответственности, став для народа символом несгибаемой воли. Под его руководством Абхазия выстояла и одержала победу.

Ценой этой победы стали не только человеческие жизни, но и историческая память. 22 октября 1992 года грузинские войска сожгли Государственный архив Абхазии и Абхазский научно-исследовательский институт. 176 тысяч особо ценных документов - метрические книги, материалы переписей, документы Абхазского Народного Совета 1918–1921 годов - превратились в пепел. По свидетельствам очевидцев, огонь тушили дважды - солдаты возвращались, чтобы уничтожить всё до основания. Это было прямым продолжением теории Ингороква: если нельзя уничтожить народ физически, нужно стереть саму память о его исконности на этой земле.

Глава 6. Приговор истории.

В 2008 году Российская Федерация признала независимость Республики Абхазия. Этим актом была завершена военно-политическая фаза конфликта: народ получил гарантии физической безопасности и международно-правовую защиту.

В 2019 году Президент Российской Федерации В. В. Путин в публичном выступлении изложил хронологию событий, подтверждающую историческую правоту абхазской стороны:

- Абхазия вошла в состав Российской империи в 1810 году как независимое княжество;

- в 1918 году Грузия оккупировала Абхазию при поддержке германских войск;

- в 1921 году была образована договорная Союзная Социалистическая Республика Абхазия;

- в 1930-е годы по указанию Сталина НКВД под руководством Берия предпринял жесткие меры с целью поглощения абхазского народа.

Как отметил Президент России, это тяжёлое наследие было проигнорировано первыми руководителями постсоветской Грузии, отменившими автономию Абхазии, что в конечном итоге «привело к взрыву и братоубийственной войне» 1992–1993 годов.

Политическая оценка событий на высшем уровне состоялась. Историческая правда, которую абхазский народ отстаивал десятилетиями, была публично подтверждена.

Однако идеологическая мина, заложенная в 1950–1954 годах, продолжает существовать в легальном поле. Теория Ингороква не признана экстремистской идеологией. Она продолжает воспроизводиться в грузинских учебниках, научных трудах, публицистике и социальных сетях, где тезис об абхазах как о «пришлых апсуйцах» и «гостях на грузинской земле» тиражируется ежедневно.

Военно-политическая фаза завершена. Юридическое признание состоялось. Историческая правда прозвучала с самого высокого уровня. Остался последний шаг - демонтаж идеологической базы, на которой десятилетиями строилась агрессия. Теория Ингороква должна быть признана тем, чем она является с момента своего создания: экстремистской идеологией, отрицающей право абхазского народа на существование и посягающей на территориальную целостность Российской Федерации. Логика этой идеологии не знает границ: из неё закономерно вырастают претензии на российские земли от Сочи до Кубани, что делает её обезвреживание не просто вопросом исторической справедливости, но и государственной безопасности.

Глава 7. Экспансия идеологии: от Абхазии до Кубани.

Теория Ингороква никогда не была «локальной». Ее логика всегда подразумевала большее: если абхазы - «пришлые», значит, вся территория, которую они занимают, - «исконно грузинская земля». Абхазия в этой конструкции — лишь первый фрагмент.

Территориальный тезис Ингороква.

Уже в письме руководства Абхазской АССР в ЦК КПСС от 19 апреля 1957 года прямо фиксировалось: Ингороква утверждает, будто «территория Абхазии и Черноморского побережья до Геленджика» являлась коренной грузинской страной. Геленджик - это не Абхазия. Это Российская Федерация. Аппетиты были заявлены сразу и открыто.

Прецедент 1918–1919 годов.

Исторический прецедент реализации этих аппетитов был создан задолго до книги Ингороква. В 1918 году, оккупировав Абхазию, грузинские войска двинулись дальше. Под их контроль перешли Сочи, Адлер и побережье до Туапсе - территории с преимущественно русским населением. Началось вытеснение русских, ликвидация российских учреждений.

В январе 1919 года на Парижской мирной конференции грузинская делегация предъявила карту, где Сочинский и Туапсинский округа были обозначены как «исконно грузинская земля». В качестве обоснования использовались границы Грузинского царства XI–XIII веков. Это был первый случай, когда историческая карта использовалась как инструмент международного давления для обоснования территориальных претензий к России.

При этом грузинская карта 1919 года игнорировала историческую реальность: территорию Черноморского побережья от Анапы до Гагр с древнейших времен населяли родственные абхазо-адыгские народы - убыхи, шапсуги, а также абхазы-садзы (джигеты) и другие кровно родственные племена со своей культурой, языками и тысячелетней связью с этой землей. Сегодня их потомки составляют многочисленную мировую диаспору, рассеянную от Турции до Иордании, от Европы до США.

Генерал Деникин, чьи войска в том же 1919 году выбили грузинские части из Сочи и Адлера, силой оружия восстановил контроль России над этими территориями. Но идеологическая мина была заложена.

Академическая легитимизация сегодня.

В 2012 году в рецензируемом журнале «Spekali» Тбилисского государственного университета вышла статья, посвященная «грузинским топонимам на территории Северного Кавказа»]. Автор утверждает: «с древнейших времен» Сочи и Туапсе принадлежали Грузии, а передача их России в 1920-м была несправедливой «уступкой». Признание независимости Абхазии в 2008-м названо «присвоением древних грузинских территорий».

Это не маргиналы. Это официальное академическое издание ведущего университета Грузии. Публикация прошла рецензирование и представляет собой системное, «научное» обоснование территориальных претензий, прямо вытекающих из теории Ингороква.

Институционализация реваншизма.

В 2009 году сотрудник так называемого Сухумского университета - филиала Тбилисского госуниверситета, созданного по образцу «правительства Абхазии в изгнании», - заявлял: «К 2020 году грузинская армия освободит так называемый Краснодарский край от России и проведет победный парад в этой древней провинции Грузии». Структура, призванная готовить кадры для Абхазии, публично озвучивает претензии на российский регион.

Русофобия как вершина.

В 2019 году грузинский телеведущий в прямом эфире оскорбил президента России. Мария Захарова назвала это «оголтелой русофобией». Но русофобия - лишь вершина. В основании - идеологическая конструкция, десятилетиями формировавшая образ России как «оккупанта» земель, простиравшихся будто бы до Кубани.

Технология, а не случайность.

За десятилетиями борьбы вокруг теории Ингороква, за письмами в ЦК, за Лыхненскими сходами и кровью двух войн легко потерять главное. Абхазия слишком мала, чтобы быть конечной целью столь искусно выстроенной, многоходовой системы. Через поглощение абхазского народа отрабатывалась технология.

Та же логика: «пришлые» - значит, не имеют права на землю. Та же методология: лингвистические упражнения над топонимами, объявляющие чужую территорию «исконной». Те же институты: академические журналы, подготовка кадров, переписывание истории.

Эта технология не абстрактна. В 1992–1993 годах она взорвалась в Абхазии. В 2008-м - снова. А затем рванула на Украине.

Маскировка удара.

Ключевое в этой системе - маскировка. Удар все время оформляется как территориальные претензии к Абхазии. Это позволяет десятилетиями, не вызывая жесткой реакции, на институциональной основе готовить кадры: в Тбилисском университете, в академических журналах, в структурах «правительства в изгнании», в филиалах, созданных для «сохранения юрисдикции».

Студенты изучают теорию Ингороква как «науку». Аспиранты пишут диссертации о «грузинских топонимах» на Северном Кавказе. Будущие чиновники учатся управлять территориями, которые сегодня принадлежат России. Все это подается как забота о «восстановлении исторической справедливости» в отношении маленькой Абхазии.

Но истинная цель этой машины - не Абхазия. Абхазия слишком мала для такой искусности. Истинная цель - дестабилизация России. Отработка технологии на абхазах позволяет создать универсальный инструмент: логику «пришлых», методологию лингвистических фальсификаций, институциональную базу, кадровый резерв. А затем развернуть этот инструмент в полный рост - против Донбасса, против Крыма, против всей территории, которую можно объявить «исконной» и «подлежащей возвращению».

Удар маскируется под Абхазию. Но бьют по России.

Один источник - разные взрывы.

То, что сегодня происходит на Украине, имеет тот же корень. Та же логика отрицания идентичности: русских объявляют «пришлыми», «оккупантами», «чужаками», не имеющими права на эту землю. Их историю объявляют «чужой», их язык - подлежащим искоренению, их культуру - «враждебной». Те же методы: переписывание учебников, снос памятников, лингвистические чистки, подготовка кадров в националистической парадигме, где главная доблесть - ненависть ко всему русскому.

Россия увидела эту угрозу и сделала то, что должна была сделать: признала бандеровскую идеологию экстремистской и запретила ее на законодательном уровне. Соответствующие материалы включены в федеральный список экстремистских. Но запрет идеологии не мог остановить войну мгновенно - потребовались годы, тысячи жизней и специальная военная операция. Запрет идеологии - это не окончание войны, но необходимое условие для того, чтобы война не повторилась.

В Абхазии сегодня нет активных боевых действий. Но мирный договор с Грузией не подписан. А теория Ингороква - тот же самый источник, тот же детонатор - продолжает существовать в легальном поле, воспроизводиться в академических журналах Тбилисского университета и формировать кадры для «возвращения» территорий вплоть до Кубани.

Неразорвавшийся снаряд.

Мина, заложенная десятилетиями назад, не обезврежена. Она взорвалась в 1992–1993-м. Взорвалась в 2008-м. Рванула на Украине - и военные действия там продолжаются до сих пор. В Абхазии она пока не сработала. Но это не значит, что ее нет. Это значит, что она ждет.

Опыт показывает: ждать, пока мина сдетонирует снова, - значит обрекать себя на новую кровь. Запрет идеологии в России уже доказал свою необходимость. Теперь очередь теории Ингороква. Не потому, что в Абхазии сейчас стреляют. А потому, что взрывчатка под регионом заложена та же самая.

Что представляет собой теория Ингороква сегодня.

Таким образом, перед нами не умозрительная дискуссия, а действующая идеологическая машина. Созданная как оружие против абхазов, теория Ингороква сегодня служит:

• научным прикрытием для территориальных претензий на российское Причерноморье;

• инструментом подготовки кадров в структурах, ориентированных на реванш;

• духовной базой для русофобии, где Россия предстает «оккупантом».

Вывод.

Пока эта идеология существует в легальном поле и воспроизводится в академической среде сопредельного государства, угроза не может считаться нейтрализованной. Военно-политическая фаза завершена, историческая правда прозвучала на высшем уровне, но идеологическая мина продолжает лежать в основании региона. Ее обезвреживание требует не только политических заявлений, но и юридических действий. Опыт Украины подтверждает: запрет идеологии — необходимое, хоть и недостаточное условие мира.

Заключение и рекомендации.

Какие действия можно предпринять: На основании изложенного считаю правильным рекомендовать:

Признать теорию Павла Ингороква, изложенную в книге «Георгий Мерчуле» (1954) и последующих публикациях, экстремистской идеологией, отрицающей историческое существование абхазского народа и формирующей территориальные претензии к Российской Федерации.

Обратиться в компетентные органы (Министерство юстиции РФ, Генеральную прокуратуру РФ, Федеральную службу безопасности РФ) с предложением инициировать процедуру признания материалов, содержащих теорию Ингороква, экстремистскими и включения их в федеральный список экстремистских материалов.

Рекомендовать Министерству иностранных дел РФ при проведении переговоров с грузинской стороной последовательно поднимать вопрос о недопустимости государственной поддержки идеологий, отрицающих историческое существование народов и формирующих территориальные претензии к России.

Предложить Министерству науки и высшего образования РФ и Российской академии наук подготовить развернутый научный анализ теории Ингороква и её связи с современными территориальными претензиями для использования в образовательной и просветительской работе.

Рекомендовать средствам массовой информации при освещении грузино-абхазских отношений учитывать идеологический контекст и разоблачать экстремистскую сущность теории Ингороква.

Обращение к Парламенту Республики Абхазия и Министерству юстиции Российской Федерации.

Уважаемые депутаты Народного Собрания - Парламента Республики Абхазия!

Уважаемые сотрудники Министерства юстиции Российской Федерации!

На основании анализа исторических документов, хронологии политических репрессий и идеологических кампаний середины XX века, а также эволюции территориальных претензий до наших дней, мы констатируем:

Историческая несостоятельность теории Павла Ингороква доказана научным сообществом еще в 1950-х годах. Ее тезисы о «пришлости» абхазского народа являются фальсификацией, не имеющей подтверждения в источниках.

Политическая ангажированность теории подтверждается тем, что она создавалась по заданию партийного руководства Грузии для обоснования политики ассимиляции и массовых репрессий 1937–1953 годов.

Экстремистская сущность теории заключается в отрицании субъектности абхазского народа, что является формой разжигания национальной розни, ведущей к дискриминации и насилию, что подтверждено событиями 1989–1993 годов.

Геополитическая опасность для Российской Федерации состоит в том, что данная идеология служит обоснованием для претензий на суверенные российские территории - от Сочи до Кубани, что зафиксировано в официальных академических изданиях Грузии.

Опыт Украины показывает: запрет идеологии на законодательном уровне - необходимое, хоть и недостаточное условие мира. Россия уже сделала этот шаг, признав бандеровскую идеологию экстремистской. Теперь очередь теории Ингороква - того же источника, того же детонатора, заложенного под Абхазию и прилегающие территории.

На основании изложенного, руководствуясь Конституцией Республики Абхазия и Федеральным законом Российской Федерации № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности»,

На основе вышеизложенного, считаю правильным предложить:

Признать труды Павла Ингороква (книгу «Георгий Мерчуле - грузинский писатель X века» и цикл статей в журнале «Мнатоби» за 1950–1954 годы), а также все производные от них публикации, содержащие тезисы об отсутствии у абхазского народа исторических прав на территорию своего проживания, идеологическим обоснованием экстремистской деятельности.

Обратиться в Министерство юстиции Российской Федерации с ходатайством о проведении экспертизы данных материалов на предмет их соответствия критериям экстремистской литературы и включения в федеральный список экстремистских материалов в случае выявления признаков возбуждения ненависти к абхазскому народу, отрицания исторических фактов и обоснования территориальных претензий к Российской Федерации.

Рекомендовать Парламенту Республики Абхазия инициировать внесение соответствующих разъяснений в учебные программы и научный оборот, закрепив на законодательном уровне недопустимость использования теорий, отрицающих историческое бытие абхазского народа.

Благодарности.

Эта работа не состоялась бы без трудов и исследований тех, кто десятилетиями, часто с риском для себя, отстаивал историческую правду и боролся с фальсификациями.

Особая благодарность Аслану Авидзба и его книге «По лезвию кинжала», посвященной жизни и борьбе Аслана Отырба. Именно с этой книги начался мой интерес к теме теории Ингороква и ее разрушительных последствий для абхазского народа.

Отдельная благодарность всему абхазскому национальному движению в лице Тамары Шакрыл и Аслана Отырба - движению, которое включало в себя множество людей разных поколений, объединенных любовью к родной земле и стремлением сохранить свой народ.

Я также выражаю глубокую признательность исследователям и авторам, чьи материалы стали основой для этого текста: Олегу Дамения, Валерию Кварчиа, Вячеславу Бигуаа, А. Керопян, Екатерине Бебиа, Станиславу Лакоба, Юрию Воронову, Игорю Марухба, Астамуру Тания, Ибрагиму Чкадуа, Арифе Капба, А.Н. Габелия, Г.Д. Гумба, Д.Д. Инджия, С.Ш. Салакая, Т.А. Ачугба, Д.Т. Ачугба, Вадиму Жиганскому.

Благодарю Академию наук Республики Абхазия и Абхазский институт гуманитарных исследований за фундаментальные труды, без которых невозможно было бы восстановить подлинную картину событий.

Интернет-ресурсам, сохраняющим документальное наследие: «Хронос», «Апснытека» (apsnyteka.org), а также Парламентской газете Российской Федерации за публикации, освещающие проблематику грузино-абхазских отношений.

Всем, кто продолжает изучать, анализировать и разоблачать идеологические фальсификации, угрожающие народам Кавказа и стабильности всего региона.

Особая признательность моему отцу Беслану Кобахия.

С уважением, В. Кобахия. 19 февраля 2026 г.

АНАЛИТИЧЕСКИЙ ОТДЕЛ ПАРТИИ «АМЦАХАРА»ОБ ИНТЕРВЬЮ ПРЕЗИДЕНТА БАДРЫ ГУНБА : АКЦЕНТ НА ОТНОШЕНИЯ С РОССИЕЙ, ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА, ДИАЛОГ, ЭНЕРГЕТИКА, СОЦИАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ

2026-02-17T15:31:31.457Z

Расширенное интервью Абхазской государственной телерадиокомпании Президента Абхазии Бадры Гунба, вышедшее в эфир АГТРК 13 февраля 2026 года, - своего рода подведение итогов своего первого года на посту Главы государства, в котором обозначены ключевые приоритеты государственной политики. Основной посыл выступления заключался в укреплении государственности через союз с Россией и решение внутренних социально-экономических проблем.

КЛЮЧЕВЫЕ ТЕМЫ, ОСНОВНЫЕ ТЕЗИСЫ, ОЦЕНКА ИНТЕРВЬЮ

Отношения с Россией и защита исторической перспективы: Бадра Гунба назвал уровень поддержки со стороны РФ «беспрецедентным» и призвал граждан не искать «мнимых угроз» в союзничестве. Он подчеркнул, что альтернативы стратегическому партнерству с Москвой нет, так как оно обеспечивает безопасность и экономический рост.

Президент призвал граждан помнить беспрецедентный уровень поддержки России и уникальные условия сотрудничества (работа Пенсионного фонда, военного госпиталя, выдача банковских карт и т.д.), которые предоставляются с уважением к суверенитету Абхазии. Он подчеркнул, что будущее страны зависит от внутреннего взаимодействия и общественной стабильности.

Президент отметил, что некоторые абхазские политики и депутаты политизируют вопрос с обменом водительских удостоверений. По его словам, именно их действия, ставящие под сомнение законность работы российских структур в республике, вынудили Россию приостановить оказание этих услуг.

Бадра Гунба провел параллель с паспортизацией 2000-х годов, которая проходила без специальной нормативной базы. Он предупредил, что логика критиков, оспаривающих нынешние процессы, ставит под удар и те прошлые достижения, а также ставит под сомнение все выданные документы, включая пенсии.

Паспортный вопрос: Президент Бадра Гунба анонсировал обращение к руководству России с просьбой возобновить выдачу внутренних российских паспортов на территории Абхазии, подчеркнув, что это добровольный процесс, основанный на желании самих граждан. который был приостановлена 6 февраля 2026 года. Он подчеркнул, что получение паспортов — это право, а не обязанность граждан, и что ранее Россия предоставляла такую возможность без лишних формальностей, демонстрируя особое отношение.

Внутренняя политика и диалог, законность и правопорядок: Глава государства заявил, что власть ведет активный диалог со всеми политическими силами, включая оппозицию. Он отметил, что единство общества является залогом будущего страны. В контексте резонансных уголовных дел он отдельно затронул тему расследования нападения на граждан РФ в ноябре 2025 года, призвав не политизировать дело и дождаться решения суда.

Экономика и топливный рынок: Глава государства отметил, что ситуация с топливом взята под личный контроль, необходимо создать равные условия для всех участников розничной торговли. Он подчеркнул, что необходимо устранить «несправедливые условия», которые мешают прозрачному ценообразованию.

В дополнение к основным тезисам, в своем интервью Бадра Гунба уделил внимание вопросам социальной поддержке населения и развитию регионов.

О социальной защите и энергетике:

Глава государства поручил правительству разработать механизмы обеспечения энергетической безопасности и внедрения адресных льготных тарифов для незащищенных слоев населения.

Он отметил, что льготы должны охватить сельских учителей, инвалидов I группы, матерей-одиночек и многодетные семьи, подчеркнув, что «работа предстоит долгая и кропотливая».

Долгосрочные перспективы, развитие села (2026 год объявлен Годом села):

Президент Бадра Гунба обозначил долгосрочные перспективы развития республики, реализацию соглашений с Россией, которые должны стать драйвером экономического роста, сделал акцент на экономической самодостаточности, инфраструктурной модернизации и поддержке села.

«Абхазское село помогает нам сохранять связь с корнями и национальное единство... Сохранить село — значит сохранить нашу страну и народ».

Глава государства анонсировал прямые субсидии: выделение более 500 млн рублей на поддержку аграриев.

Реформа налогообложения: Внедрение единого социального налога для упрощения администрирования и вывода экономики из тени.

Инфраструктура и транспорт: Аэропорт - ожидается значительный экономический эффект от запуска Сухумского аэропорта как ключевого транспортного узла.

Железная дорога - дальнейшее развитие сообщения, которое уже показало востребованность (около полумиллиона пассажиров).

О взаимодействии с обществом:

Президент пообещал завести личный Telegram-канал для прямой связи с гражданами: «Цель — взаимодействие с обществом».

Интервью закрепило курс на сотрудничество с Российской Федерацией при одновременном усилении контроля над внутренними ресурсами.

Аналитический отдел ПП "Амцахара"

Сухум, 17 февраля 2026 г.

https://www.facebook.com/100064114626133/posts/1334879495325859/?mibextid=wwXIfr&rdid=ELQgZM0Bod6SeOFK

Лаша Зухба об аресте и заключение под стражу в России Ираклия Бжинава

2026-02-09T06:10:54.999Z

❗️❗️❗️Арест и заключение под стражу руководителя абхазской диаспоры Ростова-на-Дону, кандидата юридических наук и доцента кафедры конституционализма юрфака ЮФУ Ираклия Бжинава вызвало бурную реакцию в Абхазии. Здесь понимают, что его наказывают за активную гражданскую позицию и высказывания на актуальные темы абхазской внутренней политики. О ситуации мы побеседовали с общественным деятелем и ветераном войны Лашей Зухба.

- Каковы, на ваш взгляд, причины задержания руководителя ростовской абхазской диаспоры, кандидата юридических наук и доцента кафедры конституционализма юрфака ЮФУ Ираклия Бжинава?

- На мой взгляд, арест и задержание Ираклия Бжинава произведены с показательной целью для устрашения нашего общества и запугивания тех людей, кто в состоянии подать какой-то здравый голос за что-то или против чего-то. Он направлен против тех, кто в состоянии высказать свою точку зрения на текущие события. Мне также видится, что это – начало целой кампании, Ираклий Бжинава первый, но, думаю, далеко не последний человек, который будет страдать за то, что он говорит, за то, что он делал и даже за то, чего он не делал. Я убежден, что он не совершил никакого преступления, никаких правонарушений, он арестован за свои высказывания по Пицундской госдаче.

Мы знаем, что Ираклий Бжинава хорошо образованный человек, юрист, знающий законы. Он хорошо понимает, что значит преступить закон. Кому-то он может казаться человеком эмоциональным, но в его интервью и выступлениях мы всегда видим хладнокровие и четкий здравый ум, хорошее знание темы, по которой он высказывается. Ничего предосудительного он никогда не говорил, а пострадал за высказывания на актуальные для своей Родины темы, которые касались внутренней абхазской повестки, а не внешней.

Если посмотреть еще глубже и задуматься о том, что происходит в мире, то складывается впечатление, что с первого дня СВО ситуация в общественно-политическом пространстве стала резко и радикально меняться в сторону ухудшения. Сегодня она дошла до того, что людей арестовывают за высказывания, которые даже не связаны с Россией, а касаются только Абхазии.
- Арест и задержание Ираклия Бжинава всколыхнули общество, это событие обсуждается довольно широко и можно услышать самые разные версии. Например, что Ираклий стал жертвой противоречий внутри ростовской абхазской диаспоры, или что его арест инициировал экс-президент Аслан Бжания, что вы об этом думаете?

- Возможно, эти разговоры имеют под собой почву, мы знаем, что при Аслане Бжания обострилась внутриполитическая борьба в Абхазии, и в его бытность президентом внутри абхазские проблемы стали активно выноситься за пределы страны в кремлевские кабинеты, участились жалобы и обращения, стали преследоваться наши граждане с активной гражданской позицией и публично выражающие свою точку зрения на те или иные острые проблемы, не согласные с политикой Бжания. Во внутри абхазскую повестку стала вовлекаться и российская сторона. Мне известно, в том числе и от самого Ираклия, о том, что были споры внутри ростовской абхазской диаспоры, но я не связываю его задержание с бывшим руководством диаспоры. Эти трения были и месяц, и год назад, они носили рабочий характер, решались в диалоге и компромиссы всегда находились, а арест произошел на днях.

- Почему вдруг?

- Мне никто ничего не докладывает, у меня есть только мои предположения, мне кажется, что это связано не с трениями внутри ростовской диаспоры или внутри абхазской политической элиты, а с борьбой, которая происходит в Кремле. Сегодня только ленивый не говорит о том, что идет война между башнями Кремля и некими ведомствами.

Сейчас у Российской Федерации очень сложный период на внешнеполитической арене, в такой ситуации любой стране было бы кстати любое победоносное событие. По-моему, арест Ираклия Бжинава вписывается в контекст маленькой победоносной войны в битве между кремлевскими башнями.

- Вы имеете в виду, что Абхазия стала местом столкновения интересов разных кремлевских групп?

- Да, именно так я и рассматриваю эту ситуацию. Вернее, я допускаю такой вариант как один из возможных.

- Мы знаем Ираклия Бжинава как компетентного юриста и человека с активной жизненной позицией. Как бы вы обозначили значение его для абхазского политикума?

- Ираклий важен не только для абхазского политикума, но и для всего нашего общества. Он не только высокообразованный и глубоко порядочный и искренне любящий свою страну человек, он еще и хороший специалист в области конституционного и международного права, равных ему специалистов весьма не много в нашей стране. Я всегда переживал из-за того, что Ираклий вынужден жить и работать за пределами Абхазии, такие люди как он нужны и востребованы в Абхазии.
- Что можно сделать, чтобы помочь Ираклию?

- К большому моему удивлению и удовлетворению я увидел, что наш МИД сделал заявление по поводу Ираклия Бжинава, в котором сообщает, что находится на связи с консулом Республики Абхазия в г. Ростов-на-Дону и готов оказать всестороннюю поддержку Ираклию, как гражданину, оказавшемуся в сложной правовой ситуации. Наш МИД выразил готовность следить за ситуацией и взаимодействовать с компетентными органами Российской Федерации, чтобы установить обстоятельства дела и следить за соблюдением его прав и интересов. Я этому рад, в такой ситуации на кого еще может надеяться гражданин, кроме как на свою страну? Конечно, наша страна должна отслеживать судьбу своих граждан, которые попали в затруднительное положение в другой стране, хоть и дружественной нам. Правда, он также является и гражданином России, но тем не менее…Конечно надо рассчитывать на государственную поддержку, на дипломатию, на наши ведомства, которые могут контактировать со своими российскими коллегами. Очень важно, чтобы наше государство старалось участвовать в судьбе Ираклия и содействовало его освобождению. Тем более, что очевидно, что он никаких преступлений не совершал.

- А что можно сделать на уровне общества?

- От общества зависит не так много. Если исходить из того, что подобные ситуации могут случиться и в дальнейшем и мы не знаем, сколько еще людей могут пострадать за то, что они высказывали свое мнение, им может потребоваться правовая поддержка, поэтому надо создать центр и привлечь в него правозащитников и общественников, готовых оказывать помощь. Другого ресурса у обычных людей я не вижу.

- Как эта история с Ираклием Бжинава скажется на российско-абхазских отношениях?

- На мой взгляд, в этой ситуации гораздо больше вреда, чем пользы, на российско-абхазских отношениях она отразится только негативно. У нас уже были случаи, когда граждан Абхазии объявили иноагентами, лишили российского гражданства, теперь вот лишили человека свободы. К сожалению, это принимает системный характер, цель этого действия, я думаю, устрашение. Но я также понимаю, что это всех все равно не остановит и только обострит ситуацию в нашей стране. Я не вижу хорошего эффекта от этой истории ни для Абхазии, ни для России. Вряд ли России нужны обострение и нестабильность на таком стратегическом рубеже как Абхазия, зачем в это неспокойное время создавать дополнительные проблемы там, где их нет и быть не должно? Это мне кажется контрпродуктивным.

- Если бы у вас сейчас была возможность связаться с Ираклием, что бы вы ему сказали?

- Держись! Ираклий крепкий и принципиальный человек. Я уверен, что он готов к испытаниям, но вряд ли он думал, что возможно именно такое развитие ситуации. Что тут можно сказать? Наверное, пожелать ему сил и терпения, чтобы перенести достойно все тяготы, которые ему выпали, и вернуться на родину с высоко поднятой головой. Я пожелал бы ему скорейшего освобождения.

https://t.me/s/Echo_Abkhazii

«... ВАС ХОТЯТ ОТОГНАТЬ ОТ УПРАВЛЕНИЯ ВАШИМ ГОСУДАРСТВОМ» пресс-конференция представителей оппозиции

2026-02-02T18:29:51.799Z

ОКНО

На прошлой неделе в офисе общественной организации «Аидыгылара» прошла пресс-конференция, связанная с возбуждением уголовных дел против абхазских оппозиционеров, которые пресекли незаконную деятельность в Абхазии иностранных политтехнологов, вмешивавшихся в ход выборов в органы местного самоуправления. Их обвинили в разбойном нападении на троих российских политтехнологов и краже у них денежных средств.

🔘 Лидер Форума народного единства Абхазии Аслан Барциц заявил о том, что в стране сложилась парадоксальная ситуация: ни оппозиция, ни власть не хотят конфронтации, но как два паровоза идут навстречу друг другу.

«На данном этапе столкнулись закон и справедливость, они оказались разделены. Это политическая ситуация и делать из ее участников уголовников нельзя», — сказал Аслан Барциц.

🔘

Лидер РОО «Аидгылара» и депутат парламента Кан Кварчия сообщил:

«Мы сегодня столкнулись с тем, что власти Абхазии, приглашая российских политтехнологов, взяли на себя обязательство перед Российской Федерацией их охранять. Мы их предупреждали, что эти люди нарушают законы, вмешиваются в наши выборы, но никто на это не реагировал. Они не смогли защитить этих людей, теперь они хотят оправдать свое бездействие и обвинить во всем абхазских патриотов. В моем присутствии никаких противоправных действий не было, я это говорю со всей ответственностью. Мы сами вызвали органы правопорядка».

🔘

Лидер общественной организации «Ахьаца» Ахра Бжания считает, что ситуация сложилась таким образом потому, что государственные органы, призванные защищать права и интересы граждан Абхазии сочли, что действия иностранных политтехнологов, вмешивающихся в выборы в Абхазии, — это норма.

«У них были сигналы и со стороны участников избирательного процесса, со стороны СМИ, и со стороны социальных сетей, но никаких действий с их стороны не последовало. Если ваш объект поджигают, чтобы это место могли занять другие более удобные люди, а милиция это знает, но никак не реагирует, тогда представьте себе, что вы их поймали с поличным, я думаю, что всем понятно, какая реакция у вас будет. С выборами все гораздо хуже. Здесь вас хотят отогнать от управления вашим государством. Цель этих людей очень простая: сделать так, чтобы в выборные органы власти на всех уровнях попали люди, которые устраивают не наше общество, а их нанимателей, чтобы потом в Абхазии не было ни свободных выборов, ни свободной прессы, чтобы любые законы, которые удобны этим нанимателям, здесь проходили вопреки нашим интересам. Этих люди управляли нашими выборами: они сами выбирали кандидатов, находили средства и проводили за них избирательную кампанию. Я не знаю, как это назвать иначе, чем вмешательством во внутренние дела государства с целью изменения конституционного порядка в нашей стране. Представьте себе на одну секунду, что подобные действия осуществляют абхазские политтехнологи в Сочи или в Краснодаре, я уверен, что они бы уехали на долгие годы в места заключения. Почему, несмотря на нежелание наших правоохранительных органов заниматься этим вопросом, эта тема педалируется? Потому что планы этих политтехнологов простираются значительно дальше местных выборов, я думаю, они простираются до парламентских выборов и, возможно, дальше, чтобы влиять на нашу политическую жизнь», — сказал Бжания.

«На данном этапе столкнулись закон и справедливость, они оказались разделены. Это политическая ситуация и делать из ее участников уголовников нельзя», — сказал Аслан Барциц.

🔘

Лидер РОО «Аидгылара» и депутат парламента Кан Кварчия сообщил:

«Мы сегодня столкнулись с тем, что власти Абхазии, приглашая российских политтехнологов, взяли на себя обязательство перед Российской Федерацией их охранять. Мы их предупреждали, что эти люди нарушают законы, вмешиваются в наши выборы, но никто на это не реагировал. Они не смогли защитить этих людей, теперь они хотят оправдать свое бездействие и обвинить во всем абхазских патриотов. В моем присутствии никаких противоправных действий не было, я это говорю со всей ответственностью. Мы сами вызвали органы правопорядка».

🔘

«У них были сигналы и со стороны участников избирательного процесса, со стороны СМИ, и со стороны социальных сетей, но никаких действий с их стороны не последовало. Если ваш объект поджигают, чтобы это место могли занять другие более удобные люди, а милиция это знает, но никак не реагирует, тогда представьте себе, что вы их поймали с поличным, я думаю, что всем понятно, какая реакция у вас будет. С выборами все гораздо хуже. Здесь вас хотят отогнать от управления вашим государством. Цель этих людей очень простая: сделать так, чтобы в выборные органы власти на всех уровнях попали люди, которые устраивают не наше общество, а их нанимателей, чтобы потом в Абхазии не было ни свободных выборов, ни свободной прессы, чтобы любые законы, которые удобны этим нанимателям, здесь проходили вопреки нашим интересам. Этих люди управляли нашими выборами: они сами выбирали кандидатов, находили средства и проводили за них избирательную кампанию. Я не знаю, как это назвать иначе, чем вмешательством во внутренние дела государства с целью изменения конституционного порядка в нашей стране. Представьте себе на одну секунду, что подобные действия осуществляют абхазские политтехнологи в Сочи или в Краснодаре, я уверен, что они бы уехали на долгие годы в места заключения. Почему, несмотря на нежелание наших правоохранительных органов заниматься этим вопросом, эта тема педалируется? Потому что планы этих политтехнологов простираются значительно дальше местных выборов, я думаю, они простираются до парламентских выборов и, возможно, дальше, чтобы влиять на нашу политическую жизнь», — сказал Бжания.

Депутат парламента прошлых созывов Илья Гуния обратил внимание на тот факт, что уголовное дело заведено на действующего депутата парламента, трех бывших депутатов парламента и экс заместителя генерального прокурора, которых хотят задержать и осудить, несмотря на то, что эти люди вскрыли факт незаконной деятельности на территории Абхазии российских политтехнологов, сами вызвали правоохранительные органы и сдали их. А потом процесс пошел по пути расследования и возбуждения уголовного дела.

«Мы не понимали, насколько это все пустило здесь корни и насколько все это глубоко. Вскрылась целая сеть людей, которые вместе с этими политтехнологами открыли здесь анонимные телеграм-каналы, на которых обливали грязью граждан Абхазии, занимались подрывной деятельностью, стравливали политических оппонентов. Их фамилии и имена известны, все, кто встречался с президентом, ему об этом сказали, и все эти люди сегодня работают с президентом, а уголовное дело возбуждают против троих депутатов парламента и экс-прокурора. Никакой вины за теми, против кого возбудили уголовное дело, мы не признаем и оставляем за собой право в случае их задержания проводить акции гражданского неповиновения, другого пути я не вижу», — прокомментировал Гуния.

🔘

Депутат парламента прошлого созыва Тенгиз Агрба тоже стал фигурантом уголовного дела, несмотря на то, что его не было в офисе на Абазинской с самого начала, он пришел туда уже после того, как там появились сотрудники МВД и СГБ.

«Кто-то сегодня диктует нашим властям, что против меня надо придумать какое-то дело, эти политтехнологи называют мое имя, говорят о том, что я брал там какие-то деньги, угрожал кому-то. Я хочу к нашей власти обратиться, я не хочу конфронтации, но не дай вам Бог, если какая-то санкция в отношении нас будет. Мы к вам как к врагам и предателям нашего народа подойдем. Слава Богу, что ребята там оказались и этих политтехнологов остановили. Какие бы мы маленькие не были, относитесь ко мне и к моему народу с уважением!», — сказал он.

🔘

Журналист Низфа Аршба подтвердила, что Тенгиз Агрба появился в офисе политтехнологов на Абазинской только после того, как туда пришли сотрудники МВД и СГБ,

«но Рева и его сотрудники расписали, как Тенгиз Агрба наносил им побои, выхватывал у них из рук какие-то сумасшедшие деньги, рассказали о каком-то блокноте, в котором был миллион рублей, они знали номер и серию его паспорта, место его прописки, год рождения. И такая же история с двумя другими людьми, которых вообще не было в этот день в Сухуме и в Абхазии, и о которых они рассказывали удивительные подробности, где и у кого какая родинка на лице, в какую сторону пробор на волосах, какой рукой и как они замахивались на них, все это похоже на бред сумасшедшего», — сказала Аршба.

https://t.me/s/okno_apsny1/

Адгур Ардзинба обратился к Бадре Гунба в связи с обострением политической ситуации в Абхазии

2026-02-01T17:05:43.049Z

Уважаемый Бадра Зурабович!

В свете последних событий и с учётом потенциального обострения внутриполитической ситуации считаю необходимым обратиться к Вам публично. Не потому, что отсутствует возможность личного диалога, несмотря на сложные этапы прошлых периодов, нам удалось сохранить уважительные и человеческие отношения. А потому, что происходящее сегодня внутри и вокруг Абхазии выходит далеко за рамки частных бесед и касается судьбы всего нашего общества и государства.

Международная обстановка характеризуется высокой степенью турбулентности и нестабильности, что является очевидным для всех. Республика Абхазия — молодое государство, которое уже тридцать три года существует в условиях внешних ограничений и санкционного давления. Мы объективно ещё не обладаем тем уровнем институциональной, экономической и оборонной устойчивости, к которому стремимся. Это реальность, которую невозможно игнорировать.

Российская Федерация на протяжении всех этих лет оказывала и продолжает оказывать Абхазии всестороннюю поддержку. За это мы искренне и неизменно благодарны, в первую очередь, Президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину.

Вместе с тем, как в Абхазии, так и в любой другой стране, включая Россию, существуют и будут существовать деструктивные силы — сплав крупного капитала, коррумпированных чиновников, людей без национальной и нравственной привязки, для которых отсутствуют понятия Родины и ответственности. Это, к сожалению, неотъемлемый элемент любой политической реальности.

Достигнутая после тяжёлых и во многом драматичных президентских выборов внутриполитическая стабильность это результат прежде всего проявленной государственной зрелости, сдержанности и ответственности. Как представляется, эта стабильность устраивает далеко не всех. Всегда найдутся силы как внутри Абхазии, так и за её пределами, для которых личные амбиции и частные интересы оказываются выше интересов народа и государства. Так было, так есть и, вероятно, так будет всегда. Однако миссия ответственных государственных деятелей заключается именно в том, чтобы защищать страну от подобного рода «стервятников», которые на протяжении столетий кружат над абхазской землёй.

Стабильность- это не самоцель и не повод для самоуспокоения. Это, прежде всего окно возможностей. В первую очередь для экстренного укрепления обороноспособности страны, что в текущих условиях является задачей номер один. Следом стоят вопросы демографии, здоровья нации, системы образования, социальной сплочённости и стратегического развития. Именно на решении этих задач сегодня должно быть сосредоточено внимание государства и общества.

Внутренние споры, мелкие дрязги и взаимные обвинения в этот период являются недопустимой роскошью. Сейчас не то время.

Отдельно считаю необходимым затронуть тему так называемых политтехнологов. Я согласен с тем, что элементы самоуправства и непрофессиональных решений должны быть полностью исключены из нашей практики. Однако важно помнить и о причинно-следственной связи происходящего, а также о существовании в праве и политике понятия провокации. Все мы прекрасно понимаем, в каком обществе живём. И с увереностью можно утвержать, ничего этого не произошло бы, если уполномоченные органы вовремя отреагировали на публичные призывы граждан. Убеждён, что все стороны уже осознали что возможны были и иные, более взвешенные способы решения вопросов.

Прошлое изменить невозможно, оно не в нашей власти. В наших руках лишь настоящее и будущее. И всегда остаётся выбор, усугубить ситуацию до трагического предела либо извлечь из неё рациональные выводы и привести её к благоразумию.

История неоднократно показывала у мудрых людей из конфликтов может рождатся сотрудничество и доверие, у недальновидных — лишь затяжная вражда.

Наша с Вами задача направить развитие событий именно по первому, созидательному пути.

Безусловно, найдутся те, кого подобный подход не устроит. Будут силы, оказывающие давление, стремящиеся столкнуть общество лбами, извлечь выгоду из хаоса и нестабильности.

Однако наша принципиальная задача остаётся неизменной — при любых обстоятельствах отстаивать прежде всего интересы собственного народа. Это наша святая обязанность перед памятью предков, которые ценой собственной крови и жизней донесли до нас право иметь свою Родину.

Обращаюсь к Вам не как политик и не как кандидат, а как гражданин Республики Абхазия. В этом качестве готов встать рядом с Вами и противостоять любому внешнему и внутреннему давлению, отстаивать позицию Абхазии на всех уровнях и на всех возможных площадках, где это потребуется. Убеждён, что абсолютное большинство наших сограждан готовы поступить так же.

В этот сложный и ответственный исторический момент мы обязаны сделать всё возможное для сохранения стабильности и укрепления нашего государства.

Во имя будущего Абхазии.

С уважением,

гражданин Республики Абхазия

Адгур Ардзинба

https://telegra.ph/Adgur-Ardzinba-obratilsya-k-Badre-Gunba-01-31

РАБОТА ИЛИ НЕСВОБОДА? интервью с Майей Широковой

2026-01-28T12:04:33.770Z

ОКНО

В связи с трагическим происшествием, связанным с гибелью в Абхазии гражданина Конго Джереми Меканда, мы обратились к Майе Широковой, юристу общественной приёмной по правам человека Центра гуманитарных программ, куда часто за помощью обращаются мигранты. Она рассказала о том, как выходцы из Африки попадают в Абхазию и как в дальнейшем складывается их судьба.

«ОКНО»: Известно ли вам что-то о трагическом инциденте, произошедшем в Абхазии со студентом из Конго Джереми Меканда?

Майя Широкова: Всё, что мне известно, – это то, что уже публиковалось в СМИ. В нашей приёмной мы работаем только с теми, кто непосредственно обращается к нам за помощью, поэтому объём информации, которой мы располагаем, ограничен этой группой людей.

«О»: Обращаются ли к вам уроженцы Африки?
М.Ш.: Да, обращаются. Чаще всего это абитуриенты или студенты российских вузов, которые приезжают в Абхазию, чтобы продлить российскую визу, но по разным причинам не могут вернуться обратно. Это может быть связано с длительным процессом получения визы в посольстве России, истечением срока действия паспорта или наложением запрета на въезд в Россию. Еще одна категория – это люди, которые приезжают сюда в качестве трудовых мигрантов.

«О»: Есть ли у вас данные о количестве африканцев, приехавших и остающихся в Абхазии?

М.Ш.: Нет, таких статистических данных у нас нет. Мы можем говорить только о тех случаях, когда люди сами обращались к нам за помощью. За последние пять лет в нашу приёмную обратились 30 граждан африканских государств. Чаще всего их волновали вопросы, связанные с оформлением и продлением документов, подтверждающих законность пребывания в России, особенно в период пандемии, а также проблемы, возникавшие в связи с нарушением прав иностранных граждан в ходе их трудовой деятельности в Абхазии.

«О»: Каков их путь в Абхазию?
М.Ш.: Некоторые из них прибывают в Абхазию самостоятельно. При этом в нашей стране есть и коммерческие организации, которые занимаются наймом рабочей силы, в том числе в этих странах. Эта практика распространена, поскольку мигранты из африканских государств, к сожалению, часто воспринимаются как дешёвая рабочая сила.

Мигранты, которые впервые оказываются в Абхазии, не знакомы с местными реалиями и потому особенно уязвимы: они нередко становятся жертвами нарушений прав. В нашей практике были случаи, когда работодатель ограничивал право человека на свободу передвижения (физически удерживая человека, либо удерживал документы, удостоверяющие личность).

«О»: Каким образом они легализуются здесь?

М.Ш.: Те, кто долго жил в России и хорошо владеет русским языком, лучше ориентируются в наших реалиях. Они знают, как легализоваться, и могут самостоятельно найти жильё. Главная проблема для них – ускорить процесс получения визы Российской Федерации.

Если человек прожил в России недолго и не владеет русским языком, он часто не знает, как действовать в Абхазии и какие документы необходимы для легализации.
Легализация происходит через получение рабочей визы и разрешения на работу. По прибытии в Абхазию иностранные граждане обращаются в Государственную миграционную службу, где становятся на учёт, проходят обязательные медицинские обследования и оформляют рабочую визу. После этого подаются документы на получение разрешения на работу, включая трудовой договор и регистрацию по месту проживания.

Наша работа заключается прежде всего в предоставлении подробной информации обо всех этих процедурах и сопровождении мигрантов при обращении в Государственную миграционную службу, поскольку для людей, впервые оказавшихся в Абхазии, этот процесс часто бывает сложным и непонятным. Мы всегда настойчиво рекомендуем пройти все официальные процедуры – прежде всего в целях их собственной безопасности и свободы передвижения.

«О»: Что вам известно о том, как они живут в Абхазии? Сколько времени они могут находиться на её территории?

М.Ш.: Люди, приехавшие самостоятельно обычно находят здесь соотечественников или знакомых, которые уже имеют опыт проживания в Абхазии, и те помогают с поиском работы и жилья. В случаях, когда люди приезжает по приглашению работодателя, как правило, предоставлением жилья и оформлением миграционных документов занимается местный работодатель, который организует заезд трудовых мигрантов.

В нашей практике была сложная ситуация с гражданами Египта. На протяжении почти двадцати лет в Абхазию завозили группы работников из Египта и других стран, которых использовали на самых тяжёлых работах – на стройках, буровых и других объектах. Работодатель изымал у них паспорта и миграционные документы, фактически ограничивая их свободу передвижения. Мы обращались по этому поводу в прокуратуру, и документы людям были возвращены. Также мы взаимодействуем с Миграционной службой, которая занимается выявлением иностранцев, находящихся на территории Абхазии нелегально.

В целом, тема миграции остаётся крайне серьёзной. Для профилактики нарушений прав людей миграционной службе важно пересмотреть подходы и принять дополнительные меры, направленные на их защиту.

Для самих мигрантов крайне важно находиться здесь легально: чтобы при необходимости иметь возможность выехать, не быть задержанными на границе и не сталкиваться с ограничениями в передвижении. Со временем многие из них понимают, что наличие регистрации по месту жительства и разрешения на работу существенно повышает уровень безопасности.

Трудовые мигранты могут находиться на территории Абхазии столько времени, на сколько заключён трудовой договор. Максимальный срок легализации составляет один год с правом продления в случаях, предусмотренных трудовым соглашением.

«О»: В случае с Джереми Мекандо, какие нарушения могли привести к его гибели?

М.Ш.: Сейчас главный вопрос заключается в том, что именно должна установить проверка, которую проводит прокуратура Очамчырского района. В частности, необходимо выяснить, на каких основаниях гражданин Конго был привлечён к работе, был ли с ним оформлен трудовой договор, проходил ли он обязательный инструктаж по технике безопасности, и кто нёс ответственность за условия его труда.

Если человек фактически оказался на опасном производстве без надлежащего оформления и контроля, это уже указывает на серьёзные проблемы с соблюдением требований охраны труда. Кроме того, важно понять, почему информация о гибели иностранного гражданина длительное время оставалась закрытой и не сопровождалась понятными публичными разъяснениями.

https://t.me/s/okno_apsny1/

«ВХОЖДЕНИЕ В СОСТАВ РФ НЕВОЗМОЖЕН»

2026-01-26T16:27:57.919Z

Четыре паспорта для одной судьбы: Стратегический союз России и Абхазии в обмен на гарантии существования.

Мы живем в эпоху, когда рушатся не просто границы, а целый миропорядок. Специальная военная операция стала для мира таким же водоразделом «До» и «После», как для моего народа — война 1992-93 годов. Сегодня, когда решается судьба будущего, самые болезненные парадоксы выходят на поверхность. Главный из них в наших с Россией отношениях: при всей братской близости, совместной крови, пролитой в боях, и стратегической необходимости друг в друге — между нами лежит тень глубокого, исторически обусловленного недоверия. Это недоверие — следствие незаживающих ран. И пока мы не начнем лечить их вместе, мы будем обречены на транзакционные, поверхностные отношения, где Абхазия — вечный буфер, а не союзник. Настал момент для смелого стратегического выбора: либо мы вместе строим будущее, основанное на доверии и развитии, либо продолжаем консервировать статус-кво, который медленно, но верно убивает в Абхазии саму волю к суверенитету. И у нас, и у России еще есть шанс выбрать первое.

Исторический фундамент: Раны, которые не заживают, и битвы, которые нас сплачивали.

Чтобы понять сегодняшнюю Абхазию, нужно принять одну простую, но тяжелую истину: мой народ несет в себе многослойную историческую травму. Она начинается с махаджирства XIX века — насильственного изгнания с родной земли, когда слово «махаджир» (вынужденный переселенец) стало частью нашей идентичности. Это была исходная рана, рана потери.

Советская эпоха принесла новую трагедию —физическое уничтожение национальной элиты.

Фигура Нестора Лакоба здесь ключевая. Он был не просто руководителем. Он был лидером, который видел в союзе с советской Россией гарантию от поглощения грузинским национализмом. Его борьба в 1920-х годах против грузинских меньшевиков, мечтавших о «Единой Грузии», велась с помощью Красной Армии. Лакоба отстоял абхазскую советскую государственность, опираясь на штыки своих российских товарищей. Его отравление, расправа над семьей и соратниками стали не просто личной трагедией — это был удар по самой возможности абхазского национального проекта в рамках общей империи. Возможно, если бы он остался жив, многие раны начали бы затягиваться.

Но самая страшная, экзистенциальная рана была нанесена позже — программа «Грузинпереселенстрой». Её чудовищность не только в цели (демографическое замещение), но и в контексте: она была развернута в годы Великой Отечественной войны, когда абхазы гибли на фронтах за общую Родину. Представьте: ваш народ сражается плечом к плечу с другими в самой страшной войне в истории, а в тылу у него системно, под государственным патронажем, отнимают его землю, его дом. Это не колонизация — это предательство. И эта рана не зажила, потому что её логическим продолжением стала война 1992-93 годов.

И здесь возникает самая болезненная историческая параллель, которую я всегда провожу. В 1920-х Нестор Лакоба с помощью Красной Армии отбил Абхазию у грузинских меньшевиков. В 1992-93 годах Владислав Ардзинба этой помощи Российской армии не получил. Мы отстояли свою землю сами, ценой неимоверных жертв. И всегда думаешь: сколько всего могло сложиться иначе, если бы тогда за Абхазию встали так же решительно, как спустя годы встали за ЛНР и ДНР? Это не упрек — это сожаление о недополученной поддержке в самый критический момент. Последующая блокада только усилила это чувство.

Поэтому признание Россией нашей независимости в 2008 году стало для нас не просто политическим актом. Это был акт исторической справедливости, главная «точка сборки», которая перевесила обиды прошлого. А сегодня формируется новая точка — СВО. Участие в ней абхазов — это наш сознательный и добровольный выбор. Это продолжение логики: мы снова плечом к плечу с Россией против общего врага, против того самого «так называемого» мира, который признал Косово, но нам сказал, что мы — «особый случай». Мы на одной стороне истории. Но достаточно ли этого для построения общего будущего?

Текущая ситуация: Три функции, сырые соглашения и призрак Ингороквы

Увы, операционная система наших отношений не изменилась. В парадигме реальной политики Москвы Абхазия сегодня — это три функции:

1. Военная база — стратегический форпост на Черном море.

2. Буферная зона — санитарный кордон от враждебного влияния.

3. Рычаг давления на Грузию — главный и, по сути, единственный козырь в диалоге с Тбилиси.

Это — чистая, классическая транзакция. Её оплата — дотации, сопоставимые с бюджетом самого малого российского региона, при этом без какого-либо действенного контроля за их расходованием. Это породило вреднейший статус-кво: в Абхазии формируется культура финансовой иждивенчества, коррупция, деградация государственных институтов. За всю послевоенную историю ни один высокопоставленный чиновник не понес ответственности за хищения. Россия не вмешивается, потому что ей нужно сохранить эти три функции дешево и без хлопот. Но эта модель убивает в Абхазии мотивацию к развитию, к строительству настоящего государства. Мы деградируем, и это в долгосрочной перспективе не нужно ни нам, ни России.

Ярчайший пример системного сбоя — резонансное «сырое» инвестиционное соглашение. Оно не просто было экономически невыгодным. Оно было смертельно опасным. Условия, обязывавшие Абхазию автоматически согласовывать любой запрос инвестора на иностранную рабочую силу, — это легализованная лазейка для полной потери контроля над миграцией. После трагедии в «Крокусе Сити Холле» Россия смотрит на мигрантов в подзорную трубу. А по тому соглашению в приграничную с Россией Абхазию можно было бы легально завезти десятки тысяч «темных душ». Через какое время здесь возник бы международный террористический хаб? Это была бомба замедленного действия, заложенная под фундамент нашей страны и безопасности всего Кавказа. Такие действия не просто ошибочны — они слепо будят наши глубочайшие демографические травмы, страх нового «переселенстроя».

И этот страх имеет конкретное имя — «теория Павла Ингороквы». Это не академический спор. Это идеологическое оружие геноцида. Её суть: современные абхазы — не коренной народ, а «апсуйцы», пришлые адыги; исторические абхазы вымерли; наш язык — искаженный диалект грузинского. Эта бредовая псевдонаучная концепция стала основой для всплеска грузинского национализма и погромов в Абхазии с 1970-1990 годах, для лозунгов «Грузия для грузин», для оправдания войны 1992-93 гг. Сегодня она не в книгах — она в умах. Зайдите в соцсети. Грузинские пользователи, в том числе живущие в России, массово пишут: «абхазов не существует», «апсуйцы — гости на грузинской земле». Это — повседневный, бытовой экстремизм, отрицающий само наше право на существование.

Геополитический выбор и условие для Союзного государства.

В поисках выхода часто предлагают ложные, простые решения.

Вхождение в состав РФ невозможен. И я всегда задаю провокационный вопрос: представьте, что завтра всё население Абхазии выйдет на площадь с просьбой о присоединении. Россия согласится? Нет. Потому что моментально исчезнет функция №3 — рычаг на Грузию. А без влияния на Тбилиси не построить устойчивую архитектуру безопасности Южного Кавказа.

Ставка на Грузию — стратегический тупик. Эту страну целенаправленно и глубоко отравили антироссийским нарративом. Грузия сегодня — не субъект, а проект, инструмент западного реванша на Кавказе. «Антироссия» — не временный лозунг, а суть её современной государственности. Опираться на неё — значит строить на песке.

Говорят о будущем расширенном Союзном государстве, куда могли бы войти и Абхазия, и, гипотетически, Грузия. Я глубоко убежден: такое объединение возможно и жизнеспособно только при одном фундаментальном условии. Идеи Павла Ингороквы должны быть официально признаны экстремистской идеологией. Сначала в Абхазии, а затем, что критически важно, — Министерством юстиции Российской Федерации, по аналогии с признанием экстремистскими символики и идеологии бандеровцев.

Почему это не символический, а судьбоносный шаг?

1. Безопасность. Пока эта теория легитимна в информационном пространстве, любое сближение с Грузией будет нести в себе смертельную угрозу для абхазского народа. Это все равно что предлагать евреям строить союзное государство со страной, где официально не осужден нацистский «Майн Кампф». Это невозможно.

2. Доверие. Такой шаг со стороны России станет самым мощным жестом доверия и понимания за всю нашу общую историю. Он покажет, что Москва не просто признает нашу землю, но и признает и защищает наше право на существование как народа. Это снимет главную преграду в сердцах абхазов для любой глубокой интеграции.

3. Очищение поля. Это создаст правовую основу для пресечения разжигания ненависти в соцсетях, для защиты абхазов в России от оскорблений и угроз, для выработки в будущем с Грузией отношений, основанных на уважении к исторической реальности, а не на мифах.

Без этого условия разговоры о Союзном государстве будут пустой абстракцией, за которой абхазы увидят лишь новую, более изощренную форму угрозы своему существованию.

Но есть и позитивная стратегическая альтернатива, которую в Москве часто недооценивают. Сильная, суверенная, развивающаяся и лояльная Абхазия — это ключ к влиянию на весь адыго-абхазский мир. А это — миллионы адыгов (черкесов), абхазов, абазин, чья глобальная диаспора обладает огромным влиянием на Ближнем Востоке и несет в себе память о несправедливости Кавказской войны. Через Абхазию, через наше возрождение Россия может получить не буфер, а живой мост к этому мощному культурно-цивилизационному пространству. Получить не просто военную базу, а глубинную лояльность, мягкую силу и надежного союзника, способного стабилизировать весь регион. Но для этого Абхазия должна быть не дотационным придатком, а успешным, привлекательным проектом.

И сейчас для такого поворота открылось окно возможностей. Активная, вдумчивая позиция Сергея Кириенко, его готовность к сложному «переводу с русского на русский», демонстрирует запрос из Москвы на качественно новый диалог. Это шанс, который нельзя упустить.

Стратегическое предложение: Четыре паспорта для общего будущего.

Мы должны предложить России не просьбу о помощи, а четкий, прагматичный план совместного строительства будущего. План, который гарантирует выживание и развитие абхазского народа и при этом укрепляет стратегические позиции России. Этот план я предлагаю оформить в Четыре Паспорта национальных проектов.

1. Паспорт «ДЕМОГРАФИЯ: Война за каждую семью».

Почему это главное и неоспоримое условие?

Потому что все остальное бессмысленно, если не будет самого народа-хозяина. Абхазы — малочисленный народ, стоящий на грани демографической катастрофы. Страх физического исчезновения — глубинный, он лежит в основе каждой нашей политической реакции, каждого обостренного нерва. Без решения демографического вопроса любые инвестиции превратятся в осушение моря решетом.

Что это даст?

Это не программа абстрактного «прироста населения». Это система воспроизводства нации. Во-первых, комплексное развитие абхазского села — колыбели нашей культуры, языка и традиций, где всегда был естественный прирост. Это не консервация, а модернизация: инфраструктура, удаленная занятость, социальные лифты на селе. Во-вторых, мощная государственная программа репатриации и работа с диаспорой. Миллионы абхазов и адыгов по всему миру — это не только потенциальные граждане, но и капиталы, знания, международные связи. Для России это означает получение стабильного, растущего и благодарного союзника, снижение социальной напряженности и превращение Абхазии в магнит для лояльных России сил со всего Кавказа.

2. Паспорт «ОБРАЗОВАНИЕ И КОМПЕТЕНЦИИ: Кадры для суверенного развития».

Почему это необходимо прямо сейчас?

Потому что начинается «третья волна стройки» (после имперской и советской). Без своих инженеров, строителей, IT-специалистов, управленцев Абхазия обречена быть лишь поставщиком земли. Все ключевые решения, все прибыльные позиции займут приезжие специалисты. Это прямая дорога к новой, «цивилизованной» форме колониализма, где мы будем наблюдать со стороны, как на нашей земле другие строят чужое будущее.

Что это даст?

Проект предполагает создание в Абхазии сети современных профессиональных учебных заведений (техникумов, колледжей, профильных факультетов АГУ), заточенных под нужды новой экономики: строительство, IT, туризм, АПК. Параллельно — резкое увеличение целевых квот в ведущих российских вузах с гарантией возвращения. Цель — создать за 5-7 лет национальный кадровый резерв, способный не просто быть рабочей силой, а проектировать, управлять и владеть. Для России это выгоднейшая инвестиция: резко снизятся риски и издержки инфраструктурных проектов, вырастет их эффективность, а в перспективе Абхазия станет кузницей лояльных высококлассных кадров для всего кавказского региона.

3. Паспорт «ТРУДОУСТРОЙСТВО: Экономика участия».

Почему это — основа всего?

Потому что демография и образование рухнут без перспектив. Если у нашей молодежи не будет достойной работы на родине, она уедет, и все усилия будут напрасны. Инвестиции, не создающие рабочих мест для местных, ведут к социальному взрыву, отчуждению и ненависти.

Что это даст?

Мы предлагаем ввести принцип обязательного прогрессирующего квотирования местных кадров для любого проекта с российскими инвестициями или льготами. Стартовая формула 60/4 (60% — абхазские специалисты) — это не потолок, а минимум. Квота должна расти по мере подготовки наших кадров. Это создаст мощнейший стимул для инвесторов самим вкладываться в обучение местных, а для нашей власти — иметь жесткий рычаг контроля. В итоге экономика будет не отчуждать народ, а включать его, создавая лояльный средний класс, устойчивый внутренний рынок и, как следствие, — политическую стабильность, так нужную России.

4. Паспорт «ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ: Ноль терпимости к Ингорокве».

Почему это обязательный, невыполнимый без России пункт?

Потому что первые три паспорта строят тело нации, а этот — защищает её душу и право на жизнь. Можно построить лучшие школы и заводы, но если в соседней стране и в твоих же соцсетях легитимно звучит мысль, что тебя «не существует», что ты «гость», — все достижения повисают в воздухе. Борьба с теорией Ингороквы — это борьба за наше легитимное существование в правовом и информационном поле общего будущего.

Что это даст?

Этот проект состоит из двух синхронизированных шагов. Шаг первый: Принятие Народным Собранием Абхазии закона о признании теории Павла Ингороквы и её основных постулатов экстремистской идеологией, разжигающей межнациональную рознь и отрицающей право народа на существование. Шаг второй, решающий: Внесение Министерством юстиции Российской Федерации данной идеологии в Федеральный список экстремистских материалов. Это создаст единое правовое поле защиты. Это даст инструменты для пресечения хейта в российском сегменте интернета. Это станет ясным сигналом Тбилиси и всему миру о неприемлемости подобной риторики в зоне российских интересов. Для России это акт высочайшего стратегического доверия, который окупится абсолютной лояльностью абхазского народа и создаст здоровую, очищенную от токсинов основу для любых будущих интеграционных проектов на Кавказе.

Императив: Существовать, а не выживать.

Реализация этой программы — вопрос не экономики, а политической воли и философского выбора. Базовый посыл моего народа к миру и к России прост: мы существуем. Наша цель — не законсервироваться в роли вечного музейного экспоната на военной базе. Наша цель — суверенно развиваться в русле стратегического, равноправного партнерства с Россией.

Если же мы продолжим движение по инерции, нас ждет не будущее, а «медленное, цивилизованное поглощение». Красивое, с инвестициями, стеклянными фасадами и довольными туристами. Можно представить себя через 20 лет на шикарной набережной Сухума, попивая вино и наблюдая за этим благополучием. И лишь ветер будет выстукивать по блестящим фасадам забытое имя — Абхазия. А на месте наших родовых домов будут стоять апартаменты с видом на море. И никого не будет волновать, что за этим видом — труп целого народа, аккуратно забальзамированный в банках с инвестиционным сиропом.

Чтобы этого не случилось, нужен один смелый шаг — шаг к доверию. России, взявшей на себя историческую ответственность на Кавказе, пора сделать ставку не на функции, а на народ. Абхазии — перейти от обороны травмированного народа к созидательному проектированию. Нас связывают не только общие враги, но и нереализованный потенциал общего будущего. Четыре Паспорта — это дорожная карта из тупика статус-кво к союзу, основанному на уважении и общей судьбе. Пора превратить наши исторические «точки сборки» в прочный фундамент. Время буферов прошло. Наступает время союзников.

Кобахия Валерий.

24.01.2026.

*** *** ***

(Источник: Valeriy Kobakhiya Kopal

https://www.facebook.com/groups/493746461153074/posts/2249737298887306/

Транзит и враждебный сосед

2026-01-26T06:59:09.608Z

ОКНО

26 декабря 2025 года состоялось ежегодное обращение президента Бадры Гунба к Парламенту Абхазии, в нем он включил в число приоритетных направлений развитие транспортно-логистической системы организацию транзитного коридора для международного товарооборота.

Он отметил значительный логистический потенциал Абхазии, нуждающийся в реализации, и подчеркнул важность международной вовлеченности нашей страны в Евразийское экономическое пространство. В выступлении был также упомянут контейнерно-логистический комплекс в городе Очамчыра, который, по мнению президента, является ярким примером развития портового хозяйства и может способствовать реализации транзитного коридора. Однако, глава государства не конкретизировал подробности того, что из себя представляет поддерживаемый им транзитный коридор через Абхазию, как он будет реализован и какую роль в этом будет играть враждебный сосед – Грузия.

Мы подготовили аналитический материал о реализуемом сегодня плане транзита через территорию Абхазии, правовой основой его функционирования и реакции на него как внутри Республики, так и за ее пределами.

Начнем с того, что впервые информация о масштабном плане транзитного коридора попала в сеть более месяца назад из интервью Астамура Ахсалба, гендиректора транзитно-логистической компании, в котором он официально анонсировал проект транзитного хаба на абхазо-грузинской границе. По словам Ахсалба, проект находится на стадии завершения строительства и призван обеспечить движение товаров между Россией и третьими странами через территорию Абхазии.

С тех пор, в отсутствие оценки этого проекта со стороны профильных государственных структур Абхазии, у общественности накопилось множество вопросов, связанных со статусом Абхазии в данной проекте, правовым регулированием транзита и выгодой от него, которую пока что трудно скалькулировать.

Важной составляющей данного проекта логистического хаба на государственной абхазо-грузинской границе, является технически оснащенный «грузовой терминал», который уже возведён и готов к эксплуатации. В интервью, целью проекта Ахсалба называет торговлю между Россией и третьими странами посредством сквозного транзита через территорию Республики Абхазия. Целесообразность проекта он объясняет острой потребностью России в новых транспортных коридорах и узлах ввиду жёстких экономических санкций против нее и текущую геополитическую обстановку в мире. При этом он подчёркивает важность проекта и для Абхазии, выражающуюся, по его словам, в экономическом развитии республики, интеграции в евразийское экономическое пространство и торговле с другими странами. Насколько данное утверждение соответствует реальному положению дел – рассмотрим подробнее.

Согласно вышеупомянутому интервью, проект, который сегодня публично поддержал президент Бадра Гунба, был презентован и получил одобрение еще в период президентства его предшественника, Аслана Бжания, а координатором проекта с российской стороны, по выступает генеральный секретарь российской НКО «Ассамблея народов мира» Андрей Бельянинов – бывший руководитель Федеральной таможенной службы России, чья фигура, по всей видимости и является ключевым двигателем данного процесса.

Сам Ахсалба по совместительству возглавляет абхазский филиал Ассамблеи народов мира, а транзитно-логистические операции будет выполнять частная фирма, зарегистрированная на его имя.

В дополнение к этому, за чередой всех заинтересованных в этом транзите лиц всплывает фигура Игоря Гиоргадзе, бывшего министра госбезопасности Грузии, а ныне один из заместителей генерального секретаря «Ассамблеи народов мира» Андрея Бельянинова. Участие в проекте гальского хаба экс-руководителя системы государственной безопасности Грузии, не опосредованно связанного с периодом военных действий на территории Абхазии, выносит проект из экономико-инфраструктурной плоскости, в плоскость политическую, создавая потенциальные угрозы в глазах абхазского общества, которое не было осведомлено о проекте вплоть до завершения строительства терминала и до сих пор не получила внятные разъяснения по этому поводу.

Примечательно, что ни в выступлении Президента, ни в интервью Ахсалба, не упоминается Грузия, на границе с которой расположен новый «грузовой терминал», а проект называется исключительно «абхазо-российским». Как было официально завялено, транзит подразумевает поставки товаров из Ирана, Азербайджана и Армении в Россию и обратно через территорию Абхазии, при этом игнорируется тот факт, что у Абхазии нет государственных границ ни с одним из этих государств. Отсюда следует, что сквозное движение товаров всё же будет осуществляться через государственную границу с Грузией.

Действительно, единственная российско-грузинская граница в Верхнем Ларсе отличается низкой пропускной способностью ввиду сложного рельефа местности и сезонности работы (в зимний период дорогу засыпает снегом). Дорога через приграничные районы Грузии и Абхазии, в свою очередь, легче по сравнению с Верхним Ларсом и проходит через главный грузовой порт Грузии в Поти, а также модернизированный железнодорожный терминал и порт в Очамчире, который упоминал в своей речи Бадра Гунба, и откуда товары могут направляться напрямую в Россию. Такие условия делают автотранспортные и контейнерные перевозки через Абхазию более предпочтительной альтернативой для Грузии.

С учётом вышеизложенного возникает закономерный вопрос: как данный механизм может работать в рамках существующих правовых норм и политических реалий?

Следует сразу отметить, что трансграничное движение, согласно как международному праву, так и абхазскому законодательству, подразумевает таможенный контроль и оформление ввозимой или вывозимой продукции соответствующими службами двух государств, осуществляющих контрольно-пропускные функции.

В Абхазии до сих пор действует эмбарго на товары из Грузии, введённое Сергеем Багапшем ещё в 2008 году в качестве ответной меры на вторжение грузинских войск в Кодорское ущелье. В 2023 году Аслан Бжания частично снял эмбарго с некоторых видов сельскохозяйственной продукции, автомобилей, запчастей и других товаров. Однако эти послабления коснулись исключительно физических лиц и не подразумевали полномасштабную торговлю.

Помимо действующего эмбарго, ещё одним осложняющим фактором остаётся отсутствие мирного соглашения, непризнание Грузией суверенитета Абхазии и, соответственно, государственной границы с ней. Это означает, что между Грузией и Абхазией отсутствует какая-либо совместная координация в вопросах таможенного регулирования.

На вопрос журналистов о строящемся «терминале» премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе заявил:

«Мы не признаём никакой так называемой государственной границы – это полная ложь. Поэтому с нашей стороны говорить об этом мы не можем».

Он также добавил, что Грузия не пропустит грузы в Россию через Абхазию, и отметил, что транзит был возможен при посредничестве Швейцарии ещё в 2011 году, когда Грузия дала согласие на вступление России в ВТО, однако с тех пор продвижения в этом вопросе не произошло.

Действительно, в последний раз Абхазия вплотную приблизилась к реализации проекта транзитного коридора в момент подписания между Россией и Грузией соглашения «О механизме таможенного администрирования и мониторинга торговли товарами» от 9 ноября 2011 года. Документ сделал возможным вступление России в ВТО и закрепил договорённости сторон об открытии экстерриториального торгового коридора через Абхазию. Обязательства по мониторингу движения грузов и аудиту, согласно соглашению, возлагались на швейцарскую компанию SGS. При этом участие Абхазии не предусматривалось, как и надлежащее таможенное оформление в соответствии с её законодательством. Вместо этого предполагалась работа двух терминалов по обе стороны коридора – одного в Зугдиди и второго в Сочи, что исключало Абхазию как субъект торговых отношений и предопределило дальнейшую несостоятельность проекта.

Похоже на то, что реализуемый сегодня план транзита не только не соответствует вышеуказанным стандартам, но более того – представляет собой серую схему обхода антироссийских санкций, в рамках которой Грузия стремится использовать неурегулированный конфликт с Абхазией для наращивания своего торгового оборота с Россией, не признавая ни статус Абхазии, ни её интересы.
Примечательно, что проект транзита был публично анонсирован лишь на завершающем этапе строительства терминала, когда объект уже был готов к эксплуатации. Координаторами проекта это объясняется возможными трудностями, с которыми проект мог бы столкнуться в случае преждевременной огласки ввиду его геополитической значимости, однако какие именно риски имеются в виду, до сих пор не уточняется.

Между тем в условиях санкционного давления со стороны Европейского союза и Соединенных Штатов Америки Грузия стала одной из ключевых стран, через которые осуществляется параллельный импорт в Россию. Об этом свидетельствует рост товарооборота между странами на 5,4% по сравнению с прошлым годом, достигший 2,4 млрд долларов. Одновременно 19-й пакет европейских санкций вводит запрет для третьих стран на реэкспорт товаров без согласия правообладателя, что существенно ограничивает для Грузии возможность поставок санкционной продукции в Россию без риска применения ответных мер со стороны ЕС или ВТО. В этой связи закономерно возникает вопрос: каким образом, реализуемый транзитный проект позволяет продолжить параллельный импорт из Грузии в Россию?

Ответ на этот вопрос, по сути, заложен в самой конструкции предлагаемой схемы. В ней Абхазии отводится роль своеобразной «серой зоны», которую ЕС и США рассматривают как часть территории Грузии. В результате товары, поступающие из Грузии в Абхазию, не фиксируются грузинской стороной в своей официальной таможенной статистике как экспорт, что создаёт условия для наращивания серой торговли с Россией. При этом игнорируется абхазское законодательство, а сама Абхазия фактически превращается в буферную зону.

Именно этим объясняется двойственность заявлений премьер-министра Грузии о неготовности к официальному транзиту через территорию Абхазии. С одной стороны, Тбилиси не может публично декларировать намерение поставлять европейские товары в Россию по схемам серого экспорта. С другой – предлагаемый формат транзита не предполагает признания границ, легализации трансграничных операций или получения реальной финансовой выгоды для абхазского государства, что полностью укладывается в текущую грузинскую политическую повестку.

Важно отметить, что в абхазском обществе не наблюдается повсеместной враждебной реакции в отношении потенциальных экономических отношений с Грузией. Однако принципиальным остаётся вопрос выгоды для Абхазии, которую трудно усмотреть в амбициозном логистическом проекте. По оценке эксперта в сфере таможенного контроля, Тенгиза Джопуа, высказанной ранее в интервью «Чегемской правде», Абхазия в рамках данной схемы может рассчитывать лишь на 0,1% от таможенной стоимости провозимых товаров. При отсутствии таможенного регулирования и торгово-политических отношений между Абхазией и Грузией столь незначительная экономическая выгода, по мнению эксперта, не компенсирует ни политические, ни правовые риски, тогда как возможные политические дивиденды от открытия подобного коридора остаются крайне сомнительными.

При этом следует учитывать, что строительство объекта в непосредственной близости от контрольно-пропускного пункта на абхазо-грузинской границе невозможно без ведома и одобрения профильных государственных структур как Абхазии, так и Грузии. Это дает право полагать, что транзитный проект был одобрен политическим истеблишментом Абхазии задолго до его публичного анонса и в текущем виде не является ни абхазо-российским, ни проектом экономического развития. Фактически речь идёт о грузино-российском плане обхода санкций, реализуемом за счёт правовой неопределённости статуса Абхазии и в условиях неосведомленности ее граждан.

Учитывая круг заинтересованных лиц, бенефициаров данного транзита, и государств, напрямую заинтересованных в этом проекте, есть основания полагать, что в итоге мы поучим неконтролируемый поток товаров разного назначения через границу, Абхазию в виде буферной зоны для серой и черной торговли и повсеместный рост коррупции как в Абхазии, так и в Грузии. Подобные схемы в условиях борьбы Республики Абхазия за всеобъемлющее международное признание лишь усугубляют её международную изоляцию и наносят ущерб репутации, подрывая позиционирование республики как суверенного государства, уважающего собственную Конституцию и нормы международного права.

https://t.me/okno_apsny1/1205