@esenin_sahttps://teletype.in/atom/esenin_sa2026-04-30T17:44:24.164Zesenin_sa:t38Spm5oK2020-08-16T06:00:08.258Z2020-08-16T06:00:08.258Z

12 ноября 1922 г. Нью-Йорк.

<p>12 ноября 1922 г. Нью-Йорк.</p> <p>Милый мой Толя! Как рад я, что ты не со мной здесь в Америке, не в этом отвратительнейшем Нью-Йорке. Было бы так плохо, что хоть повеситься.</p> <p>Изадора прекраснейшая женщина, но врет не хуже Ваньки. Все ее ба́нки и за́мки, о которых она пела нам в России, — вздор. Сидим без копеечки, ждем, когда соберем на дорогу, и обратно в Москву.</p> <p>Лучше всего, что я видел в этом мире, это все-таки Москва. В чикагские «сто тысяч улиц» можно загонять только свиней. На то там, вероятно, и лучшая бойня в мире.</p> <p>О себе скажу (хотя ты все думаешь, что я говорю для потомства), что я впрямь не знаю, как быть и чем жить теперь.</p> <p>Раньше подогревало то при всех российских лишениях, что вот, мол, «заграница», а теперь, как увидел, молю Бога не умереть душой и любовью к моему искусству. Никому оно не нужно́, значение его для всех, как значение Изы Кремер, только с тою разницей, что Иза Кремер жить может на свое пение, а тут хоть помирай с голоду.</p> <p>Я понимаю теперь, очень понимаю кричащих о производственном искусстве.</p> <p>В этом есть отход от ненужного. И правда, на кой черт людям нужна эта душа, которую у нас в России на пуды меряют. Совершенно лишняя штука эта душа, всегда в валенках, с грязными волосами и бородой Аксенова. С грустью, с испугом, но я уже начинаю учиться говорить себе: застегни, Есенин, свою душу, это так же неприятно, как расстегнутые брюки.</p> <p>Милый Толя. Если б ты знал, как вообще грустно, то не думал бы, что я забыл тебя, и не сомневался, как в письме к Ветлугину, в моей любви к тебе. Каждый день, каждый час, и ложась спать, и вставая, я говорю: сейчас Мариенгоф в магазине, сейчас пришел домой, вот приехал Гришка, вот Кроткие, вот Сашка, и т. д. и т. д. В голове у меня одна Москва и Москва.</p> <p>Даже стыдно, что так по-чеховски.</p> <p>Сегодня в американской газете видел очень большую статью с фотографией о Камерном театре, но что там написано, не знаю, зане никак не желаю говорить на этом проклятом аглицком языке. Кроме русского, никакого другого не признаю и держу себя так, что ежели кому-нибудь любопытно со мной говорить, то пусть учится по-русски.</p> <p>Конечно, во всех своих движениях столь же смешон для многих, как француз или голландец на нашей территории.</p> <p>Ты сейчас, вероятно, спишь, когда я пишу это письмо тебе. Потому в России сейчас ночь, а здесь день.</p> <p>Вижу милую, остывшую твою железную печку, тебя, покрытого шубой, и Мартышан.</p> <p>Боже мой, лучше было есть глазами дым, плакать от него, но только бы не здесь, не здесь. Все равно при этой культуре «железа и электричества» здесь у каждого полтора фунта грязи в носу.</p> <p>Поклонись всем, кто был мне дорог и кто хоть немного любил меня. В первую голову Гришке, Сашке, Гале и Яне, Жене и Фриде; во вторую всем, кого знаешь.</p> <p>Если сестре моей худо живется, то помоги как-нибудь ей. В апреле я обязательно буду на своей земле, тогда сочтемся.</p> <p>Если нет своих денег, то сходи (обязательно даже), сходи к представителю Гржебина, узнай, по скольку продают в Германии мой том, и с общей цены на 5000 экз. получи немецкими марками. Потому рыночная цена марок дороже государственной. Государство не дало ведь мне ни гроша, поэтому мне выгодней и не обидней. Если ты продашь их спекулянтам, поделишь между Зинаидой и ею.</p> <p>Недели 2—3 назад послал тебе телеграфом 5 пайков «Ара». Получил ли ты? Если нет, то справься. Ту же цифру послал Екатерине и Зинаиде. Зинаиде послал на Орел, Кромская, 57, Н. Райх. Другого адреса я не знал.</p> <p>Здесь имеются переводы тебя и меня в издании «Modern Russian Poetry», но все это убого очень. Знают больше по имени, и то не американцы, а приехавшие в Америку евреи. По-видимому, евреи самые лучшие ценители искусства, потому ведь и в России, кроме еврейских дев, никто нас не читал.</p> <p>Ну, прощай пока. Целую тебя и твою Мартышку. Изадора кланяется.</p> <p>Твой Сергей.</p> <p>Жоржу, Клычкову, Устинову, Орешину поклонись тоже в первую голову.</p> esenin_sa:N3rL6wuf22020-06-30T21:41:56.289Z2020-06-30T21:41:56.289Z

<img src="https://teletype.in/files/c0/29/c02994f3-ec1c-4964-9b28-5ca5621aa001.jpeg">Жизнь входит в берега. Села давнишний житель, Я вспоминаю то, Что видел я в краю. Стихи мои, Спокойно расскажите Про жизнь мою.

<p>Жизнь входит в берега.<br />Села давнишний житель,<br />Я вспоминаю то,<br />Что видел я в краю.<br />Стихи мои,<br />Спокойно расскажите<br />Про жизнь мою.</p> <p>Изба крестьянская.<br />Хомутный запах дегтя,<br />Божница старая,<br />Лампады кроткий свет.<br />Как хорошо,<br />Что я сберег те<br />Все ощущенья детских лет.</p> <p>Под окнами<br />Костер метели белой.<br />Мне девять лет.<br />Лежанка, бабка, кот…<br />И бабка что-то грустное,<br />Степное пела,<br />Порой зевая<br />И крестя свой рот.</p> <p>Метель ревела.<br />Под оконцем<br />Как будто бы плясали мертвецы.<br />Тогда империя<br />Вела войну с японцем,<br />И всем далекие<br />Мерещились кресты.</p> <p>Тогда не знал я<br />Черных дел России.<br />Не знал, зачем<br />И почему война.<br />Рязанские поля,<br />Где мужики косили,<br />Где сеяли свой хлеб,<br />Была моя страна.</p> <p>Я помню только то,<br />Что мужики роптали,<br />Бранились в черта,<br />В Бога и в царя.<br />Но им в ответ<br />Лишь улыбались дали<br />Да наша жидкая<br />Лимонная заря.</p> <p>Тогда впервые<br />С рифмой я схлестнулся.<br />От сонма чувств<br />Вскружилась голова.<br />И я сказал:<br />Коль этот зуд проснулся,<br />Всю душу выплещу в слова.</p> <p>Года далекие,<br />Теперь вы как в тумане.<br />И помню, дед мне<br />С грустью говорил:<br />“Пустое дело…<br />Ну, а если тянет —<br />Пиши про рожь,<br />Но больше про кобыл”.</p> <p>Тогда в мозгу,<br />Влеченьем к музе сжатом,<br />Текли мечтанья<br />В тайной тишине,<br />Что буду я<br />Известным и богатым<br />И будет памятник<br />Стоять в Рязани мне.</p> <p>В пятнадцать лет<br />Взлюбил я до печенок<br />И сладко думал,<br />Лишь уединюсь,<br />Что я на этой<br />Лучшей из девчонок,<br />Достигнув возраста, женюсь.<br />. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .</p> <p>Года текли.<br />Года меняют лица —<br />Другой на них<br />Ложится свет.<br />Мечтатель сельский —<br />Я в столице<br />Стал первокласснейший поэт.</p> <p>И, заболев<br />Писательскою скукой,<br />Пошел скитаться я<br />Средь разных стран,<br />Не веря встречам,<br />Не томясь разлукой,<br />Считая мир весь за обман.</p> <p>Тогда я понял,<br />Что такое Русь.<br />Я понял, что такое слава.<br />И потому мне<br />В душу грусть<br />Вошла, как горькая отрава.</p> <p>На кой мне черт,<br />Что я поэт!..<br />И без меня в достатке дряни.<br />Пускай я сдохну,<br />Только……<br />Нет,<br />Не ставьте памятник в Рязани!</p> <p>Россия… Царщина…<br />Тоска…<br />И снисходительность дворянства.<br />Ну что ж!<br />Так принимай, Москва,<br />Отчаянное хулиганство.</p> <p>Посмотрим —<br />Кто кого возьмет!<br />И вот в стихах моих<br />Забила<br />В салонный вылощенный<br />Сброд<br />Мочой рязанская кобыла.</p> <p>Не нравится?<br />Да, вы правы —<br />Привычка к Лориган<br />И к розам…<br />Но этот хлеб,<br />Что жрете вы,—<br />Ведь мы его того-с…<br />Навозом…</p> <p>Еще прошли года.<br />В годах такое было,<br />О чем в словах<br />Всего не рассказать:<br />На смену царщине<br />С величественной силой<br />Рабочая предстала рать.</p> <p>Устав таскаться<br />По чужим пределам,<br />Вернулся я<br />В родимый дом.<br />Зеленокосая,<br />В юбчонке белой<br />Стоит береза над прудом.</p> <p>Уж и береза!<br />Чудная… А груди…<br />Таких грудей<br />У женщин не найдешь.<br />С полей обрызганные солнцем<br />Люди<br />Везут навстречу мне<br />В телегах рожь.</p> <p>Им не узнать меня,<br />Я им прохожий.<br />Но вот проходит<br />Баба, не взглянув.<br />Какой-то ток<br />Невыразимой дрожи<br />Я чувствую во всю спину.</p> <p>Ужель она?<br />Ужели не узнала?<br />Ну и пускай,<br />Пускай себе пройдет…<br />И без меня ей<br />Горечи немало —<br />Недаром лег<br />Страдальчески так рот.</p> <p>По вечерам,<br />Надвинув ниже кепи,<br />Чтобы не выдать<br />Холода очей,—<br />Хожу смотреть я<br />Скошенные степи<br />И слушать,<br />Как звенит ручей.</p> <p>Ну что же?<br />Молодость прошла!<br />Пора приняться мне<br />За дело,<br />Чтоб озорливая душа<br />Уже по-зрелому запела.</p> <p>И пусть иная жизнь села<br />Меня наполнит<br />Новой силой,<br />Как раньше<br />К славе привела<br />Родная русская кобыла.</p> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/c0/29/c02994f3-ec1c-4964-9b28-5ca5621aa001.jpeg" width="960" /> </figure> esenin_sa:AukeXerHH2020-06-30T21:26:40.899Z2020-06-30T21:26:40.899Z

<img src="https://teletype.in/files/55/25/5525b247-c780-4e35-add3-739b1539cf9c.jpeg">Письмо к матери.

<p>Письмо к матери.</p> <p>Мардакяны-Баку , 13 августа 1925 года.</p> <p>Мама моя , дорогая , милая...Ты скажешь, что я влюбленная дура, но я говорю положа руку на сердце , что не встречала в жизни такой мягкости , кротости и доброты. Мне иногда плакать хочется , когда я смотрю на него . Ведь он совсем ребенок наивный и трогательный. И поэтому , когда он после грехопаденья- пьянства кладет голову мне на руки и говорит , что он без меня погибнет , то я даже сердиться не могу , а глажу его больную головку и плачу , плачу. Ну вот я и в сентименты пустилась. Так уж к слову пришлось...У моего Сергея две прекрасных черты- любовь к детям и животным.</p> <p>________</p> <p>СОФЬЯ АНДРЕЕВНА ТОЛСТАЯ-ЕСЕНИНА (12 (25) апреля 1900, Ясная Поляна, Крапивенский уезд, Тульская губерния — 29 июня 1957, Малаховка, Московская область) — советский музейный деятель, внучка Льва Толстого, последняя жена и вдова Сергея Есенина, директор Государственного музея Л. Н. Толстого в Москве. Похоронена на Кочаковском кладбище, близ Ясной Поляны.</p> <p>Познакомилась с Есениным в марте 1925 года. С исключительной бережностью относилась ко всему , связанному с жизнью и творчеством Сергея Есенина , сохранила много документов последнего периода его жизни. По существу она явилась организатором музея Есенина , существовавшего в 1926-1929 гг. Собранные в этом музее рукописи и документы были переданы в государственные хранилища. Софья Андреевна сохранила мемуарные свидетельства, подчас являющиеся единственным источником сведений об обстоятельствах созданий некоторых произведений Есенина .В 1940 г. она готовила (с участием Е.Н. Чеботаревской) к изданию сборник стихотворений и поэм Есенина, к которому написала обширный комментарий.</p> <p>ФАКТ</p> <p>В первые месяцы Великой Отечественной войны, когда над Ясной Поляной нависла угроза оккупации, Софья Андреевна организовала эвакуацию экспонатов дома Толстого, завершившуюся за две недели до вторжения немецких войск в толстовский музей. Через три с половиной года экспонаты вернулись на прежнее место, и 24 мая 1945 года Софья Толстая-Есенина вместе со своим будущим мужем литературоведом А. Д. Тимротом официально в торжественной обстановке снова открыла музей.</p> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/55/25/5525b247-c780-4e35-add3-739b1539cf9c.jpeg" width="1049" /> </figure> esenin_sa:SJbDmABfI2020-02-03T17:07:36.968Z2020-02-03T17:07:36.968Z

<img src="https://teletype.in/files/59/f8/59f8396b-e146-40aa-9cdc-8a07aa31b783.jpeg">3 февраля 1920 года родился сын С.А.Есенина и З.Н. Райх - Константин. Мальчик появился на свет в Доме матери и ребенка (Остроженка, 36), который считался убежищем для матерей-одиночек. Сегодня исполнилось 100 лет со дня его рождения. 

<p>3 февраля 1920 года родился сын С.А.Есенина и З.Н. Райх - Константин. Мальчик появился на свет в Доме матери и ребенка (Остроженка, 36), который считался убежищем для матерей-одиночек. Сегодня исполнилось 100 лет со дня его рождения. </p> <p><br /></p> <p>Константин Сергеевич Есенин был известным спортивным журналистом, специалистом по футболу. Стал вести статистические данные о командах, игроках, различных спортивных встречах. Статистика К.С. Есенина открыла много новых граней в футболе, стала ценным материалом для спортивных специалистов и многочисленных болельщиков. </p> <p><br /></p> <p>К.С. Есенин - фронтовик и кавалер трех орденов Красной Звезды. В 1942 году в составе 92-й Ленинградской стрелковой дивизии защищал блокадный Ленинград. На фронте был трижды ранен. </p> <p><br /></p> <p>Однажды в аэропорту его сестра, Татьяна Сергеевна Есенина с двумя тяжелыми чемоданами стояла в очереди за билетами. Переносить чемоданы ей помогал молодой офицер. Когда Татьяна Сергеевна достала паспорт для предъявления кассиру, офицер прочитал фамилию и удивленно спросил, волнуясь: «Вы Есенина? Скажите, а вы не родственница футбольного статиста Константина Есенина?». Когда Татьяна Сергеевна встретилась с братом, то рассказала ему об этом эпизоде, добавив: «Ты стал знаменитее отца». Вспоминает, что потом долго смеялись над этой историей. </p> <p><br /></p> <p>К.С. Есенин похоронен на Ваганьковском кладбище, рядом с З.Н.Райх.</p> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/59/f8/59f8396b-e146-40aa-9cdc-8a07aa31b783.jpeg" width="668" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/f3/ef/f3ef984b-5a7c-4b68-bd69-fcbac9c53ee3.jpeg" width="480" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/7f/f9/7ff9efdf-3bbe-4f22-ba8b-255450d6133b.jpeg" width="515" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/70/ac/70acf899-93b6-4af8-83a4-2c5fa6f94995.jpeg" width="716" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/c2/98/c298447e-f8f7-40bc-b3c8-2c696f8f9903.jpeg" width="697" /> </figure> esenin_sa:rylvENcFB2019-10-20T19:24:08.501Z2019-10-20T19:43:15.106Z

<img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157387/v880_1.jpg">«Мне ничего не надо, мне никого не жаль», — утверждал самый романтичный поэт Серебряного века Сергей Есенин и иллюстрировал это собственной жизнью. Скитаясь от квартиры к квартире, от кабака к кабаку, «хулиган и скандалист» Есенин остался в душах миллионов русских людей, прежде чем подойти к трагическому финалу в гостинице «Англетер».

<p>«Мне ничего не надо, мне никого не жаль», — утверждал самый романтичный поэт Серебряного века Сергей Есенин и иллюстрировал это собственной жизнью. Скитаясь от квартиры к квартире, от кабака к кабаку, «хулиган и скандалист» Есенин остался в душах миллионов русских людей, прежде чем подойти к трагическому финалу в гостинице «Англетер».</p> <h2><strong>Квартира Александра Блока</strong></h2> <figure class="m_original"> <img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157387/v880_1.jpg" width="880" /> </figure> <p>Здесь состоялась знаменитая встреча поэта-интеллигента Блока и 19-летнего Есенина. Рязанский поэт прочёл перед строгим литератором несколько своих лучших стихов. Несмотря на огромное волнение, Сергею Есенину удалось донести смысл своих стихотворений до Александра Блока. Последний представил Сергея Александровича своим друзьям как «талантливого крестьянского поэта-самородка», что сыграло в жизни «последнего поэта деревни» немалую роль.</p> <ul> <li>АДРЕС: ул. Декабристов, 57</li> </ul> <p></p> <h5>Место собраний литературного общества «Страда»</h5> <figure class="m_original"> <img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157388/v880_2.jpeg" width="880" /> </figure> <p>В первые годы своего пребывания в Петербурге молодой Есенин принимал живое участие в создании литературно-художественного общества «Страда». В уставе «Страды» говорилось: «Общество имеет целью всестороннее содействие развитию и процветанию народной литературы и распространение её художественных образцов. Для достижения означенной цели общество имеет право издавать книги, журналы, газеты, народные картины, устраивать публичные собрания, лекции, концерты, спектакли».</p> <p>«Есенин развивал идею создания крестьянского журнала, хотел вести отдел «Деревня», чтобы познакомить читателя с тем, как она живёт, чем болеет», — вспоминал один из создателей общества М. П. Мурашев.</p> <p>«Я бы стал писать статьи, — говорил Есенин, — и такие статьи, что всем чертям было бы тошно!»</p> <p>Однако замыслы создателей общества не увенчались успехом. Из-за нехватки материального обеспечения общество прекратило своё существование, успев провести несколько литературных вечеров.</p> <ul> <li>АДРЕС: Театральная площадь, 2</li> </ul> <p></p> <h5>Издательство Аверьянова</h5> <figure class="m_original"> <img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157389/v880_3.jpg" width="880" /> </figure> <p>Именно этому издательству посчастливилось выпустить в свет первую книгу поэта «Радуница». Многие ценители творчества Есенина готовы выложить крупную сумму денег за этот сборник стихотворений 1916 года. </p> <ul> <li>АДРЕС: Набережная реки Фонтанки, 38</li> </ul> <h5></h5> <h2>Квартира на улице Пестеля и Литейном проспекте</h2> <figure class="m_original"> <img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157390/v880_4.jpg" width="880" /> </figure> <p>В этих квартирах Есенин жил в 1917 и 1918 годах. В этот период творчества поэт создаёт такие произведения, как «Преображение», «Инония», «Небесный барабанщик». Не исключено, что он писал их сидя в одной из комнат какой-то из этих квартир.</p> <p>Единственная семейная квартира Сергея Александровича находилась на Литейном проспекте. Здесь поэт поселился с супругой Зинаидой Райх осенью 1917 года. Пара занимала две комнаты.</p> <p>В настоящее время на доме висит мемориальная табличка. Ее установили в 1971 году.</p> <ul> <li>АДРЕС: Литейный проспект, 33</li> <li>АДРЕС: ул. Пестеля, 27</li> </ul> <p></p> <h5>Бывший экспериментальный театр</h5> <figure class="m_original"> <img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157391/v880_5.jpeg" width="880" /> </figure> <p>В то время в этом здании работали не только органы местного самоуправления, но и проходили концерты и литературные вечера, на которых выступал и Есенин. В наши дни возле этого места выступают уличные музыканты, словно чувствуя творческую энергетику своих знаменитых предшественников.</p> <ul> <li>АДРЕС: Невский проспект, 33</li> </ul> <h2></h2> <h2>Таврический сад</h2> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/bd/bd9f85ef-f32d-42c7-a092-5acf1b285db2.jpeg" width="920" /> </figure> <p>К 100-летию со дня рождения Есенина в Таврическом саду установили памятник поэту. Монумент открыли 3 декабря 1995 года.</p> <p>Автором трехметровой скульптуры из белого карельского мрамора стал Альберт Чаркин. Он также известен как создатель бюста Петра I на Московском вокзале и бюста Валерия Чкалова у павильона станции метро «Чкаловская».</p> <p>В 2013 году Чаркин также сделал памятник поэту на улице Есенина в Выборгском районе.</p> <ul> <li>АДРЕС: Кирочная, 50 лит. Б </li> </ul> <p></p> <h2>Редакция «Голоса жизни»</h2> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/90/900631e3-f895-46d9-8c9b-debe727f90af.jpeg" width="920" /> </figure> <p>Поэт нередко заходил в здание на Лиговском проспекте, где находилась редакция еженедельника «Голос жизни». В нем в 1915 году были опубликованы первые стихотворения Есенина.</p> <p>В частности, в еженедельнике напечатали «Темна ноченька, не спится...», «В хате» и «по дороге идут богомолки».</p> <p>Помимо Есенина, в «Голосе жизни» публиковались Александр Блок, Ольга Форш, Сергей Городецкий и другие авторы.</p> <ul> <li>АДРЕС: Лиговский проспект, 114</li> </ul> <p></p> <h2>Гостиница «Англетер»</h2> <figure class="m_original"> <img src="https://www.fiesta.city/uploads/slider_image/image/157392/v880_%D0%B0%D0%BD%D0%B3.jpg" width="880" /> </figure> <p>Любуясь Исаакиевской площадью, можно заметить здание со стенами красно-кирпичного цвета по левой её стороне. Именно здесь ушёл из жизни Сергей Александрович Есенин. «До свиданья, друг мой, до свиданья» — написал поэт перед своей загадочной смертью в пятом номере гостиницы «Англетер». Попасть в «ту самую» комнату не получится : здание было зачем-то снесено в 1987-м и восстановлено лишь в 1991-м</p> <ul> <li>АДРЕС: Малая Морская, 24</li> </ul> esenin_sa:ryBc69X_B2019-10-03T16:10:52.690Z2019-10-03T16:10:52.690Z

А. Сахарову

<p>А. Сахарову</p> <p></p> <p>Тот ураган прошел. Нас мало уцелело.</p> <p>На перекличке дружбы многих нет.</p> <p>Я вновь вернулся в край осиротелый,</p> <p>В котором не был восемь лет.</p> <p></p> <p>Кого позвать мне? С кем мне поделиться</p> <p>Той грустной радостью, что я остался жив?</p> <p>Здесь даже мельница — бревенчатая птица</p> <p>С крылом единственным — стоит, глаза смежив.</p> <p></p> <p>Я никому здесь не знаком.</p> <p>А те, что помнили, давно забыли.</p> <p>И там, где был когда-то отчий дом,</p> <p>Теперь лежит зола да слой дорожной пыли.</p> <p></p> <p>А жизнь кипит.</p> <p>Вокруг меня снуют</p> <p>И старые и молодые лица.</p> <p></p> <p>Но некому мне шляпой поклониться,</p> <p>Ни в чьих глазах не нахожу приют.</p> <p></p> <p>И в голове моей проходят роем думы:</p> <p>Что родина?</p> <p>Ужели это сны?</p> <p>Ведь я почти для всех здесь пилигрим угрюмый</p> <p>Бог весть с какой далекой стороны.</p> <p></p> <p>И это я!</p> <p>Я, гражданин села,</p> <p>Которое лишь тем и будет знаменито,</p> <p>Что здесь когда-то баба родила</p> <p>Российского скандального пиита.</p> <p></p> <p>Но голос мысли сердцу говорит:</p> <p>«Опомнись! Чем же ты обижен?</p> <p>Ведь это только новый свет горит</p> <p>Другого поколения у хижин.</p> <p></p> <p>Уже ты стал немного отцветать,</p> <p>Другие юноши поют другие песни.</p> <p>Они, пожалуй, будут интересней —</p> <p>Уж не село, а вся земля им мать».</p> <p></p> <p>Ах, родина! Какой я стал смешной.</p> <p>На щеки впалые летит сухой румянец.</p> <p>Язык сограждан стал мне как чужой,</p> <p>В своей стране я словно иностранец.</p> <p></p> <p>Вот вижу я:</p> <p>Воскресные сельчане</p> <p>У волости, как в церковь, собрались.</p> <p>Корявыми, немытыми речами</p> <p>Они свою обсуживают «жись».</p> <p></p> <p>Уж вечер. Жидкой позолотой</p> <p>Закат обрызгал серые поля.</p> <p>И ноги босые, как телки под ворота,</p> <p>Уткнули по канавам тополя.</p> <p></p> <p>Хромой красноармеец с ликом сонным,</p> <p>В воспоминаниях морщиня лоб,</p> <p>Рассказывает важно о Буденном,</p> <p>О том, как красные отбили Перекоп.</p> <p></p> <p>«Уж мы его — и этак и раз-этак, —</p> <p>Буржуя энтого... которого... в Крыму...»</p> <p>И клены морщатся ушами длинных веток,</p> <p>И бабы охают в немую полутьму.</p> <p></p> <p>С горы идет крестьянский комсомол,</p> <p>И под гармонику, наяривая рьяно,</p> <p>Поют агитки Бедного Демьяна,</p> <p>Веселым криком оглашая дол.</p> <p></p> <p>Вот так страна! Какого ж я рожна</p> <p>Орал в стихах, что я с народом дружен?</p> <p>Моя поэзия здесь больше не нужна,</p> <p>Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен.</p> <p></p> <p>Ну что ж!</p> <p>Прости, родной приют.</p> <p>Чем сослужил тебе, и тем уж я доволен,</p> <p>Пускай меня сегодня не поют —</p> <p>Я пел тогда, когда был край мой болен.</p> <p></p> <p>Приемлю все.</p> <p>Как есть все принимаю.</p> <p>Готов идти по выбитым следам.</p> <p>Отдам всю душу октябрю и маю,</p> <p>Но только лиры милой не отдам.</p> <p></p> <p>Я не отдам ее в чужие руки,</p> <p>Ни матери, ни другу, ни жене.</p> <p>Лишь только мне она свои вверяла звуки</p> <p>И песни нежные лишь только пела мне.</p> <p></p> <p>Цветите, юные! И здоровейте телом!</p> <p>У вас иная жизнь, у вас другой напев.</p> <p>А я пойду один к неведомым пределам,</p> <p>Душой бунтующей навеки присмирев.</p> <p></p> <p>Но и тогда,</p> <p>Когда во всей планете</p> <p>Пройдет вражда племен,</p> <p>Исчезнет ложь и грусть, —</p> <p>Я буду воспевать</p> <p>Всем существом в поэте</p> <p>Шестую часть земли</p> <p>С названьем кратким «Русь».</p> <p></p> <p>1924</p> esenin_sa:BkO4a7QuB2019-10-03T08:11:27.555Z2019-10-03T08:11:27.555Z

<img src="https://teletype.in/files/a0/a063a15c-7ec1-4916-a488-a8c7d09c2c34.jpeg">

<figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/a0/a063a15c-7ec1-4916-a488-a8c7d09c2c34.jpeg" width="350" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/57/57fb5036-3a74-4310-a706-e9f66c05e4af.jpeg" width="900" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/fa/fac30858-bb94-43c4-a4e7-c6720b3fe478.jpeg" width="936" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/09/09efd0a4-6a47-4324-ae0c-5dc21bceef5c.jpeg" width="610" /> </figure> <figure class="m_original"> <img src="https://teletype.in/files/b6/b6a4f648-d589-450e-8a41-e38098833b3c.jpeg" width="900" /> </figure> esenin_sa:rJc9DL0xB2019-07-06T17:17:05.973Z2019-07-06T17:17:05.973Z

Быть поэтом - это значит то же, 

<p>Быть поэтом - это значит то же, </p> <p>Если правды жизни не нарушить, </p> <p>Рубцевать себя по нежной коже, </p> <p>Кровью чувств ласкать чужие души. </p> <p> </p> <p>Быть поэтом - значит петь раздолье, </p> <p>Чтобы было для тебя известней. </p> <p>Соловей поет - ему не больно, </p> <p>У него одна и та же песня. </p> <p> </p> <p>Канарейка с голоса чужого - </p> <p>Жалкая, смешная побрякушка. </p> <p>Миру нужно песенное слово </p> <p>Петь по-свойски, даже как лягушка. </p> <p> </p> <p>Магомет перехитрил в коране, </p> <p>Запрещая крепкие напитки, </p> <p>Потому поэт не перестанет </p> <p>Пить вино, когда идет на пытки. </p> <p> </p> <p>И когда поэт идет к любимой, </p> <p>А любимая с другим лежит на ложе, </p> <p>Благою живительной хранимый, </p> <p>Он ей в сердце не запустит ножик. </p> <p> </p> <p>Но, горя ревнивою отвагой, </p> <p>Будет вслух насвистывать до дома: </p> <p>&quot;Ну и что ж, помру себе бродягой, </p> <p>На земле и это нам знакомо&quot;. </p> <p> </p> <p>Август 1925</p> esenin_sa:SkDOvcXyS2019-06-16T10:18:22.586Z2019-06-16T10:18:22.586Z

( 21 января 1915 г. Москва)

<p>( 21 января 1915 г. Москва)</p> <p></p> <p>Александр Васильевич!</p> <p></p> <p>Приветствую Вас за стихи Ширяевца. Я рад, что мое стихотворение помещено вместе с Вашим. Я давно знаю Вас из ежемесячника и по 2 номеру «Весь мир». Стихи Ваши стоят на одинаковом достоинстве стихов Сергея Клычкова, Алексея Липецкого и Рославлева. Хотя Ваша стадия от них далека. Есть у них красивые подделки под подобные тона, но это все не то. Извините за откровенность, но я Вас полюбил с первого же мной прочитанного стихотворения. Моих стихов в Чарджуе Вы не могли встречать, да потом я только вот в это время еще выступаю. Московские редакции обойдены мной успешно. В ежемесячнике я тоже скоро наверное появлюсь.<br /></p> <p>Есть здесь у нас еще кружок журнала «Млечный Путь». Я там много говорил о Вас, и меня просили пригласить Вас.</p> <p></p> <p>Подбор сотрудников хороший. Не обойден и Игорь Северянин. Присылайте, ежели не жаль, стихов, только без гонорара. Раскаиваться не будете. Журнал выходит один раз в месяц, но довольно изрядно.</p> <p></p> <p>Кстати, у меня есть еще Ваше стихотворение «Городское». Поправьте, пожалуйста, последнюю строчку.</p> <p></p> <p>«Не встречу ль я любезного на улице в саду» — переправьте как-нибудь на любовную беду. А то уж очень здесь шаблонно.</p> <p></p> <p>Строчки «что сделаю-поделаю я с девичьей тоской» — краса всего стихотв&lt;орения&gt;. Оно пойдет во 2 номере «Друг народа». Если можно, я попросил бы карточку Вашей с&lt;обственной&gt; персоны. Ведь книги стихов у Вас нет.</p> <p></p> <p>Очень рад за Вас, что Вашу душу девушка-царевна вывела из плена городского. Вы там вдалеке так сказочны и прекрасны.</p> <p></p> <p>Жму руку Вашу. Со стихами моими Вы еще познакомитесь. Они тоже близки Вашего духа и Клычкова.</p> <p></p> <p>Ответьте, пожалуйста.</p> <p>Уважающий Вас</p> <p>Сергей Александрович Есенин.</p> esenin_sa:rJNV0dA3N2019-05-19T06:56:43.869Z2019-05-19T06:56:43.869Z

2 июня 1915 г. Константиново

<p>2 июня 1915 г. Константиново</p> <p>Дорогой Лазарь Васильевич!</p> <p>Посылал я вам письмо, а вы мне не ответили. За что вы на меня серчаете? Меня забрили в солдаты, но, думаю, воротят, я ведь поника. Далёко не вижу. На комиссию отправили. Пришлите журнал-то. Да пропишите про Димитрия Владимировича. Как он-то живет.</p> <p>Ваш Есенин.</p> <p>Кузьминское п. от., село Константиново. Рязан. г. и уез.</p> <p>На обороте:</p> <p>Петроград</p> <p>Лиговская, д. 114</p> <p>Редакция «Голос жизни».</p> <p>Секретарю Лазарю</p> <p>Васильевичу Берману</p> <p>_____________</p> <p>Посылал я вам письмо, а вы мне не ответили.</p> <p>— О знакомстве с Есениным весной 1915 г. Л. Берман вспоминал: «В маленькой секретарской комнатке нашей редакции &lt;...&gt; в тот день были обычные часы приема посетителей. Собралось примерно человек восемь-десять. Ждали Дмитрия Владимировича Философова. Среди пришедших был и совсем не похожий на других, очень скромного вида паренек в длинном демисезонном пальто. Он прошел и сел в уголок.</p> <p>Так как Философов в этот день так почему-то и не пришел, мне пришлось заменить его и самому беседовать с посетителями. Обратился наконец я и к терпеливо молчавшему в своем уголке пареньку:</p> <p>— А вы с чем пришли?</p> <p>Он ответил:</p> <p>— Я принес стишки.</p> <p>— Интересно их послушать, — сказал я, — редактора нет, прочтите их.</p> <p>Охотно, нимало не смущаясь, парень стал певуче читать стихи. Нараспев читали свои стихи и Блок, и Ахматова, и Гумилев. Он же читал совсем иначе, очень просто и очень-очень по-своему. Сразу поразила удивительная мелодичность стихов и их неподкупная искренность. &lt;...&gt;</p> <p>В этот раз мы хорошо поговорили с ним, и он оставил свои стихи в редакции. После этого Есенин стал частенько бывать у нас...» (журн. «Звезда», Л., 1975, № 4, апр., с. 187—188).</p> <p>«Летом я получил от него письмо из Константинова, — писал далее Л. Берман. — Конечно, ему ответил и журнал послал. Первого же его письма, о котором он пишет, я не получал, по-видимому, оно затерялось» (там же, с. 188). Ответ Бермана Есенину был написан только <a href="http://x-apple-data-detectors://embedded-result/1961" target="_blank">26 июля</a></p> <p>1915 г. в Абазовке Полтавской губернии: «Простите меня, голубчик, за то, что не отвечал: все было не до того, но всегда радовался, когда слышал что-нибудь о Вас» (Письма, 203).</p> <p>Меня забрили в солдаты... — Согласно п. 43 (см. с. 65 наст. тома), Есенин должен был явиться на призывной участок в Рязани 14 мая. По законам Российской Империи, «к исполнению воинской повинности» призывался «ежегодно один только возраст населения, именно молодые люди, которым исполнилось 20 лет от роду к первому января того года, когда производится призыв» (Свод законов Российской Империи. Т. IV. Устав о воинской повинности. Пг., 1915, с. 9). Согласно тому же уставу, Есенин, как единственный сын в семье, имел право на льготу первого разряда, по которой лица, ею пользующиеся, на службу не назначались, «хотя бы для выполнения общего годового призыва недоставало прочих людей, призванных к исполнению воинской повинности»(там же, с. 24—25). Они могли быть призваны только в местное ополчение и именовались ратниками государственного ополчения второго разряда. В условиях военного времени 1915 г. власти предполагали снять эту льготу с тем, чтобы ратники второго разряда могли быть призваны в действующую армию, и поэтому ускорили приписку всех двадцатилетних юношей к призывным участкам (см. коммент. к п. 43). См. также коммент. к п. 49.</p> <p>Пони́ка — в рязанских диалектах «подслеповатый, близорукий человек» («Словарь русских народных говоров», СПб., 1995, вып. 29, с. 260).</p> <p>На комиссию отправ&lt;или&gt;. — О решении комиссии см. коммент. к следующему письму.</p> <p>Пришлите журнал-то. — Речь идет об очередном (или очередных) номере (номерах) «Голоса жизни». Есенин получил их, поскольку в п. 49 (с. 72) сообщает, что читал стихи М. Струве, напечатанные в 24-м номере журнала от 10 июня 1915 г.</p> <p>Да пропишите про Димитрия Владимирови&lt;ча&gt;. Как он-то живет. — Не дождавшись ответа от адресата, Есенин написал Д. В. Философову сам — это явствует из письма Л. Бермана в Константиново от 26 июля 1915 г.: «Был как раз у Дмитрия Владимировича, когда (в июне) пришло от Вас письмо и стихи, которые читал, как всегда, с радостью и... немножко с завистью» (Письма, 203). Письмо, о котором здесь идет речь, неизвестно. По словам В. Чернявского, «к Философову он &lt;Есенин&gt; относился очень хорошо. Тот пленил его крайним вниманием к его поэзии, авторитетным, барственно мягким тоном джентльмена» (Восп., 1, 207). 12 апр. 1915 г. Д. Философов подарил юному поэту свои книги «Неугасимая лампада» и «Старое и новое» (обе — 1912) с теплыми дарственными надписями (тексты их см. наст. изд., т. 5, с. 519). Даже через десять лет Есенин писал: «Философов &lt;...&gt; и посейчас занимает мой кругозор» (наст. изд., т. 5, с. 229).</p>