ff person

Интервью про этику

2020-09-24T06:44:42.360Z

События начала августа в фб-сообществе психологов и психотерапевтов дали понять, что это интервью точно важно. Если кратко: не все профессионалы (даже увешенные регалиями, статусами и должностями) в 2020 году понимают, что такое этика и как не стоит вести себя в социальных сетях.

Задать вопросы об этике Наталье Кисельниковой я хотел давно, а теперь все как раз удачно совпало.

Наталья — кандидат психологических наук, заместитель директора и заведущая лаборатории консультативной психологии и психотерапии Психологического института РАО. Там же с декабря я прохожу стажировку, помимо основной работы. Начнём.

— В соцсетях периодически появляются посты о непрофессионализме психологов. Почему именно соцсети? Это черта стран, где нет лицензирования или обычная мировая практика?

— Про непрофессионализм психологов в других странах не могу ничего сказать, потому что не слежу за англоязычными соцсетями, тем более в профессиональном ключе. Но слышала от коллег, что такие случаи бывают.

Нельзя сказать, что это особенность нашей страны. Но ситуация у нас усугубляется тем, что далеко не все психологи состоят в профессиональных сообществах, а значит, они не обязаны соблюдать их требования.

Консультированием занимаются люди, которые прошли лишь какие-нибудь курсы повышения квалификации. В целом это влияет на качество услуг и безопасность того, что происходит в кабинете психолога. То есть ситуация не уникальна, когда отсутствует понятная система регулирования.

— Есть ли маркеры «плохого психолога»? В каких случаях лучше сразу закрыть страницу психолога?

— Есть профессиональная подготовка, профессиональное поведение, а есть профессиональная этика. Это не до конца пересекающиеся множества, вопрос этики более узкий. Существуют представления о том, кто может называться психологом согласно [государственному] профессиональному стандарту, — человек с высшим психологическим образованием. Если мы говорим о практической работе (консультирование и психотерапия), то существуют конвенции внутри профессиональных сообществ, которые никак и ничем не закреплены. Но есть представления, что академическое образование не даёт нужной подготовки в консультировании, нужна длительная подготовка в рамках какой-то психотерапевтической школы.

Если мы не видим внятные сведения о том, где учился психолог, или видим только краткосрочное образование (несколько семинаров, двухмесячные курсы, даже годичные курсы), — это должно насторожить.

Красные флажки на странице психолога в социальных сетях: открытое описание клиентских случаев, детали которого могут идентифицировать клиента, дискриминирующие и оскорбляющие высказывания. Увидев эротические фотографии психолога, помните, что у психологов существуют некоторые требования по самопрезентации в интернете.

— Какие общие правила взаимодействия клиента и психолога существуют в интернете и жизни? Например, клиент и психолог встретились на конференции, кто-то увидел профиль в Tinder или хочет добавить в друзья в Facebook.

— Наверное, надо сказать отдельно про т.н. «жизнь». Этический принцип об этом появился раньше и попадает под множественные отношения клиента и психолога. Нужно понимать, что этот принцип рекомендательный. Существует жесткий запрет на интимные отношения, но есть разные стандарты о возможных будущих взаимоотношениях спустя время после терапии. Некоторые направления считают это недопустимым, а другие считают, что это возможно спустя 2-5 лет.

Всех остальных множественных отношений (пересечения в общих пространствах, сообществах, дети психолога и клиента ходят в одну школу и т.п.) по возможности рекомендуется избегать. Но в некоторых ситуациях или в маленьких городах это довольно проблематично. В таком случае есть алгоритмы принятия решений в ситуациях этических дилемм. Каждый раз оценивается риск для клиента и принимается решение, как его минимизировать.

Что касается интернета, то только сейчас в отдельных этических кодексах появляется информация на этот счёт. Американский кодекс рекомендует разграничивать профессиональное и личное психотерапевта и иметь два аккаунта. Можно скрывать посты личного характера, но в целом не рекомендуется добавлять клиентов в соцсетях и, конечно, не инициировать подобное.

Если на мероприятии или в Tinder клиент видит психотерапевта, то нужно понимать, какие из этого могут вытекать действия. В случае, когда психотерапевт видит клиента первым, он не должен давать понять, что они как-то знакомы. Такие вещи обычно обговариваются заранее. Если же клиент сам проявляет инициативу, то он имеет на это право.

Если терапевт видит в этом романтический интерес, то протокол действий понятный. Это должно стать предметом обсуждения с клиентом. А если терапевт чувствует, что теряет нейтральность, он должен обсудить ситуацию со своим супервизором.

— Обсуждают ли психологи клиентов со своими друзьями? Что говорит этика об этом?

— Здесь тоже ориентируемся на принцип конфиденциальности. В идеале психологи не должны обсуждать своих клиентов не только с друзьями, но и с кем бы то ни было. Если это не супервизия/интервизия, на которую клиент дал согласие. Но даже в этих случаях психолог должен приложить усилия, чтобы клиент не был идентифицирован.

При этом мы понимаем, что психолог может в неформальном общении сказать о клиентском случае. Такое происходит, будем честны, но главным требованием остается соблюдение конфиденциальности (как в книгах — собирательный образ проблемы или клиента). Ни в коем случае психолог не может описывать клиентский случай в неизменном виде со всеми деталями.

— Психолог предлагает консультацию в парке, дома или по FaceTime в метро. Это норм?

— Это все ситуации потенциального нарушения конфиденциальности, терапевтического сеттинга и ощущения клиентом безопасности. Но есть исключения. В некоторых случаях, например, при проведении поведенческих упражнений за пределами кабинета, чтобы справляться с какими-то страхами, такое возможно.

Есть проект для молодых мам, которые не могут оставить ребёнка и приехать в кабинет. Тогда психологи консультируют их во время прогулок. К этому можно относиться по-разному. В идеальных условиях консультация проходит на нейтральной территории, не на улице, в кафе или другом общественном месте.

— Психолог во время сессии грубо оскорбляет клиента, при этом не состоит в ассоциациях, работает только по Скайпу и не дает чеки об оплате. Как привлечь его к отвественности?

— Если эта ситуация между клиентом и психологом, нет каких-то доказательств и ее не разрешить в судебном порядке, то, к сожалению, ничего сделать нельзя. Он не состоит в профессиональной ассоциации, не следует ее принципам, и никто не может ему ничего сделать.

— Что можно сказать о специалисте, если, к примеру, он закончил бакалавриат, магистратуру и проходит краткосрочные курсы, но длительно не обучался в каком-либо подходе?

— Нужно уточнять что за бакалавриат, магистратура и что за курсы. В ряде мест на уровне бакалавриата и магистратуры дают консультативную подготовку. Есть магистратуры практической направленности, которые включают в себя обучение психотерапевтическому подходу и работу под супервизией. Также есть программы бакалавриата с консультативной направленностью и базовой консультативной подготовкой.

В каждом случае нужно смотреть, что это за образование. Нет официальных единых требований, существует неформальная конвенция в сообществе: больше доверия вызывают специалисты, которые выучились в рамках какого-то направления.

— За последние пару лет появились десятки сервисов по подбору психологов. Как в них ориентироваться?

— Не все сервисы построены или готовы следовать принципам доказательной психотерапии и данным научных исследований. В идеале я бы рекомендовала ориентироваться на то, по каким принципам отбираются психологи. Но потенциальному клиенту сложно отличить сервис, который рандомно подбирает психолога или ориентируется на данные исследований. Смотрите на образование психологов, интересуйтесь ими, где и как долго они учились психотерапии.

Есть разница между сервисами, которые просто подбирают психотерапевта и теми, кто представляет площадку для онлайн консультирования. Я бы пристально интересовалась вопросом конфиденциальности у онлайн-площадок, они должны обеспечивать высокую степень защиты информации (хранятся ли записи консультаций, где, как и кому доступны).

— Какую роль профессиональные ассоциации играют в жизни клиента и психолога?

— Для психолога ассоциации предоставляют профессиональную среду, в которой можно развиваться и которая обеспечивает в какой-то степени обратную связь по поводу того, как он работает. Активно работающие профессиональные ассоциации обеспечивают условия профессионального роста, например, проводят внутренние мероприятия, которые позволяют обсуждать разные практические аспекты работы.

Для клиента принадлежность психолога к ассоциации обеспечивает дополнительную степень защиты в сложных случаях. Когда клиент подразумевает нарушение или непрофессиональное поведение специалиста, он может обратиться в ассоциацию, то есть ассоциация — это дополнительная защита от рисков.

— На какие российские и англоязычные психологические медиа обратить внимание?

— 3ERNO, Crash Course Psychology, Verywell Mind и гид «Альтера».

Найти Наталью можно в Facebook и Instagram.

7 стадий изменений личности в терапии

2020-09-24T06:41:50.369Z

В книге «О становлении личностью» Карл Роджерс предлагает семь стадий процесса, с помощью которых клиент переходит от статичности к «движению». Рекомендую обратить внимание тем, кто проходит терапию, проходил или собирается ее начать. Далее будет краткое описание стадии и несколько характеристик.

I. Обычно люди, которых можно отнести к этой стадии, редко сами приходят к психологу. К особенностям стадии можно отнести следующее:

• нет желания сообщать что-либо о себе

• близкие отношения кажутся опасными

• не воспринимаются и не признаются проблемы

• нет желания изменяться

• общение с самим собой «блокируется»

II. Когда клиент чувствует, что его принимают, возможен переход на эту стадию.

• проблемы воспринимаются как внешние по отношению к себе

• нет чувства личной ответственности за проблемы

• чувства описываются так, будто они не принадлежат человеку

• чувства могут быть озвучены, но не осознаны

• чувствование ограничено прошлым

III. Если небольшое раскрепощение и движение на предыдущей стадии не заблокированы и клиент чувствует, что он полностью принимается таким, каков он есть, происходит дальнейшее раскрепощение.

• наблюдаются более свободный поток слов о себе, высказывания о своих переживаниях и о себе как об объекте, отраженном прежде всего в других

• часто выражаются или описываются чувства или личностные смыслы, отсутствующие в настоящий момент

• чувства почти не принимаются и раскрываются как что-то постыдное, плохое, ненормальное или неприемлемое

• возможно признание противоречий в опыте

! По мнению Роджерса, многие люди в поисках психологической помощи находятся где-то на этой стадии.

IV. Когда человек чувствует, что к нему хорошо относятся, его понимают и принимают различные аспекты его переживаний, относящиеся к третьей стадии, тогда происходит постепенное ослабление действия личностных конструктов. Чувства начинают течь более свободно, для них характерно движение.

• человек описывает более сильные чувства, не относящиеся к настоящему

• наблюдается тенденция ощущать чувства в ближайшем настоящем и вместе с тем недоверие и страх перед этой возможностью

• чувства принимаются открыто, но в очень малой степени

• опыт истолковывается клиентом более свободно

• наблюдается увеличивающаяся дифференциация чувств, конструктов, личностных смыслов

• наблюдается тенденция к поиску слов для точного выражения чувств.

• человек с беспокойством осознает противоречия и несоответствия между собой и своим опытом.

• имеется чувство личной ответственности за проблемы, хотя в этом чувстве проявляются и колебания.

• несмотря на то что близкие отношения еще кажутся опасными, клиент идет на риск выражения, хотя и в малой степени, своих действительных чувств.

! Человек никогда не находится полностью на той или иной стадии процесса психотерапии. Это гибкий процесс.

V. Если клиент на предыдущей стадии чувствует, что выражения его чувств, поведение и переживания принимаются, происходит дальнейшее уменьшение статичности.

• чувства выражаются свободно, относятся к настоящему моменту и переживаются почти что полностью

• начинает приходить осознание того, что при переживании чувства необходимо точно его назвать

• чувства все более принадлежат клиенту, и у него растет желание слиться с этими чувствами, быть действительно самим собой

• между организмическим событием и полным субъективным его переживанием протекает очень мало времени

• способы истолкования опыта становятся намного свободнее

• происходит все более ясное осознание противоречий и несоответствий в опыте

• наблюдается все возрастающая личная ответственность за встающие проблемы

Эта стадия находится на расстоянии нескольких сотен психологических миль от первой стадии. Здесь многие качества клиента приобретают текучесть по сравнению со статичностью.

VI. Если клиент, как и раньше, полностью принимается в отношениях с терапевтом, то за характеристиками пятой стадии следует очень отличающаяся от нее и часто драматичная шестая стадия.

• прежде застрявшее чувство, движение которого было заблокировано, на этой стадии переживается непосредственно

• чувство течет, раскрывая свое полное качество

• чувство в настоящем переживается сразу и непосредственно, во всем его богатстве

• «Я» как объект имеет тенденцию к исчезновению («Я» = чувств и бытие в моменте)

• переживание на этой стадии представляет собой реальный процесс

• другой характеристикой этой стадии служит сопровождающее ее физиологическое расслабление.

• внутренняя коммуникация относительно свободна и не заблокирована.

• момент полного чувствования становится ясным и определенным объектом для обозначения.

• дифференциация переживаний четкая и имеет под собой основу.

! Наблюдения Роджерса показывают, что эти моменты непосредственно принятого полнокровного переживания в некотором смысле почти необратимы.

VII. Эта стадия обычно необратима, часто кажется, что при переходе на последнюю стадию клиент не нуждается в помощи терапевта. Она наступает как во время психотерапевтических отношений, так и вне их. Клиенты скорее рассказывают о ней, чем переживают ее на сеансе.

• чувства переживаются во всем многообразии деталей немедленно, как в психотерапевтических отношениях, так и вне их

• наблюдается растущее и длительное ощущение принадлежности чувств, принятых клиентом, а также имеющее основу доверие к процессу, происходящему в нем

• переживание почти не связано структурой и стало процессом, то есть ситуация переживается и толкуется как новая, а не как бывшая в прошлом

• «Я» становится все более субъективным рефлексивным сознаванием внутреннего опыта

• «Я» гораздо реже выступает как воспринимаемый объект и гораздо чаще как что-то, чувствуемое как процесс

• внутренняя коммуникация становится недвусмысленной, чувства имеют соответствующее им обозначение, для новых чувств вводятся новые обозначения

• клиент чувствует, что может выбрать новые способы существования

К этой стадии сложно найти примеры, так как полностью достигают ее немногие клиенты.

Когда индивид в процессе изменения доходит до седьмой стадии, он находится в новом измерении. На этой стадии клиент включает качества движения, потока, изменчивости в каждый аспект своей психической жизни, и это становится ее примечательной характеристикой. Он живет в потоке своих чувств, сознавая и принимая их, а также веря в них. У него постоянно изменяются способы истолкования опыта, поскольку его личностные конструкты изменяются с каждым новым событием жизни. По своей природе его переживание – это процесс. В каждой новой ситуации испытываются новые чувства, которые истолковываются по-новому. Истолкование чувств на основе прошлого опыта происходит лишь тогда, когда новый опыт похож на прошлый. Клиент переживает чувства непосредственно, зная в то же время, чтó он переживает. Он ценит точность дифференциации чувств и личностных смыслов своего опыта. Внутренняя коммуникация между различными аспектами его "Я" не заблокирована. Он свободно раскрывает себя в общении с другими, и это не стереотипные, а личные отношения. Он сознает себя, но не как объект, это скорее сознавание, направленное на себя, субъективное проживание течения жизни. Он воспринимает себя как ответственного за свои проблемы. Он на самом деле чувствует, что полностью отвечает за свою жизнь во всех ее текущих аспектах. Он живет полной жизнью в своем "Я" как постоянно текущем и изменяющемся процессе.

Полный текст главы доступен тут.

Оцените ваши привилегии

2020-09-24T06:40:24.420Z

Вспомнил историю из детства, как подруга рассказала, что ее соседке на день рождения родители подарили простой карандаш. Я тогда сильно удивился и даже не понял, шутка это или нет. Наверное, это был маркер моих привилегий.

Привилегия — преимущество, получаемое человеком или группой людей в силу принадлежности к той или иной доминирующей социальной группе и дающее непропорционально большой доступ к ресурсам и власти.

Если просто: мои родители могли позволить купить упаковку карандашей без ущерба бюджету, а родители той девочки — нет.

Привилегии оберегают нас от различных ограничений, с которыми могут столкнуться члены угнетённых групп. Жители центра Москвы навряд ли задумываются, хватит ли им денег, чтобы не голодать вечером. Конвенционально красивый человек не вспомнит, что по сравнению с коллегами быстрее продвинулся по карьерной лестнице. «Только славяне» быстро забудут, что при просмотре квартиры предыдущей семейной паре узбеков сказали «Перезвоним». Школьнику в одежде Gucci сложно понять ситуацию одноклассника в H&M.

У привилегий есть особенности (по Wiki):

• они невидимы для своих обладателей;

• их обладатели могут определять социальную норму;

• привилегированность становится мерой, относительно которой маргинализованные группы (не путать с бытовым значением понятия) определяют свое отклонение или исключение;

• привилегированные и маргинализированные группы натурализируются, то есть описываются как естественные/божественные/природные по своей сути;

• представители привилегированных групп ощущают, что вправе занимать более высокое положение.

Почему это важно? Привилегии создают пузырь/пелену вокруг нас, и это ограничивает диапазон собственных мнений и взглядов. Чтобы это ощутить, можно отъехать от Москвы (или любого другого города-миллионника) и пообщаться с людьми. Вы сразу поймёте, что ваши проблемы и истории кажутся людям инопланетными.

Осозанание собственных привилегий — интересный процесс самоисследования. Подумайте, в каких ситуациях вам помогают привилегии, а в каких мешают.

Само слово может наводить на мысль о какой-то элитарности, исключительности, главенстве. Но смысл в другом — осознавая свои и чужие привилегии, мы можем менять обстановку вокруг и стремиться к тому, чтобы дать такие же бонусы другим.

На BuzzFeed есть тест, результаты которого заставят подумать о своих привилегиях. Peace!

Безусловное родительство: можно ли любить детей просто так

2020-09-24T06:36:42.366Z

Если относиться к своим детям с безусловным позитивным принятием, то это покажет 100% принятие своих детей вне зависимости от того, как они себя ведут и что говорят.

Любить безусловно — означает любить детей такими, какие они есть, а не за то, что они что-то сделали или не сделали. Это называется безусловным родительством.

Безусловное родительство означает, что даже когда ребенок делает что-то «неправильно» или «капризничает», родитель не отказывается от позитивного принятия.

Почему безусловное позитивное принятие чрезвычайно полезно? Потому что мало что сравнится с чувством безусловной любви.

Когда мы считаем себя неправильными, плохими, злыми, грустными, расстроенными или несчастными, тогда нам нужно и хочется почувствовать любовь родителей. Чем хуже мы себя чувствуем, тем больше любви и внимания мы хотим.

Для многих родителей безусловное позитивное принятие провокационно, потому что оно противоречит не только традиционным способам воспитания, но и основным ценностям современного западного общества

Западное общество сегодня страдает болезнью «достижений», которая заставляет многих людей постоянно трудиться. Нам может казаться, что нужно следовать ценностям общества, чтобы нас ценили или сначала нужно добиться успеха, чтобы нас любили.

Это ведёт к тому, что мы много работаем, чтобы сделать «достойную» карьеру, тратим много денег на «правильную» одежду, покупаем вещи для нашего «красивого» дома, поддерживаем «счастливый» брак и заводим детей, чтобы соответствовать «нормам» общества.

По словам Карла Роджерса, потребность многих людей в постоянном одобрении и восхищении приходит к нам из детского опыта общения с родителями.

В детстве нам кажется, что родители будут любить нас тогда, когда мы будем «хорошими», то есть когда соответствуем требованиям родителей.

В результате, будучи взрослыми, мы продолжаем думать, что любовь и принятие нужно заслужить.