🌏 Новости

Шейцария: гомофобия - мнение или преступление? Решение будет принято на референдуме 9 февраля 2020

2020-02-07T13:31:36.392Z

На референдуме 9 февраля 2020 года народ решит, является ли гомофобия в Швейцарии мнением или же за неё стоит наказывать как за преступление. Поскольку любая тема, связанная с сексуальной ориентацией, вызывает острые дискуссии, крайне важно придерживаться рациональных аргументов. Данный материал собрал в одном месте информацию о сути предстоящего голосования, а также аргументы как противников, так и сторонников защиты геев, лесбиянок и бисексуалов. (Портал «Швейцария Деловая»)

О чём именно пройдёт голосование?

В Конфедерации подавляющее большинство её жителей положительно относятся к лицам гомосексуальной ориентации. 72 процентов населения выступают за введение «брака для всех». Представители ЛГБТ уже давно перестали быть некой «диковинкой». Широкое признание позволяет сексуальным меньшинствам жить открытой жизнь и трудиться на благо всего общества. Многие имеют в своём окружении – семье, среди друзей и знакомых – хотя бы одного представителя ЛГБТ. Данное обстоятельство позволяет всем и каждому удостовериться, что при любой сексуальной ориентации каждый остаётся полноценным человеком и членом общества.

Гомофобия в Швейцарии, тем не менее, по-прежнему остаётся безнаказанной. Согласно статье 261bis УК Швейцарии, под защитой находятся лишь раса, этнос и религия. Данная защита означает запрет как ненавистнических публичных высказываний в отношении указанных групп, так и отказ в предоставлении им услуг. Например, арендодателям запрещено отказывать жильцам по мотивам того, что последние исповедуют православие. В качестве наказания предусмотрен штраф или лишение свободы до 3 лет.

Напротив, гей, лесбиянки и бисексуалы всё ещё остаются без защиты со стороны уголовного законодательства. В частности, религиозные фанатики по-прежнему могут унижать данную категорию граждан, как группу. Одним из примеров, который потряс всю Швейцарию, является заявление церковного деятеля Витуса Хуандера, который в 2018 году призвал ввести смертную казнь для геев. Уголовного наказания для радикала так и не последовало; за недопустимое высказывание тогда его осудило лишь общество.

Чтобы закрыть данный пробел, парламент Конфедерации принял поправку к статье 261bis УК Швейцарии, расширив сферу её применения также на критерий сексуальной ориентации. Данный шаг был обоснован тем, что исторически в разных обществах и государствах представители сексуальных меньшинств становились объектом для нападений. Учитывая это, Конфедерация намерена положить данной человеконенавистнической практике конец. Гомофобия в Швейцарии должна стать уголовным правонарушением.

Почему был созван референдум?

Любой законопроект в Швейцарии, принятый парламентом, может быть вынесен на референдум. Для этого соответствующему организационному комитету нужно собрать 50 тысяч подписей. Так и поступили Федеральный демократический союз и молодое подразделение Швейцарской народной партии.

Аргументы сторон

С какими же аргументами стороны отстаивают свои позиции?

Гомофобия: мнение или преступление?

Для противников защиты геев, лесбиянок и бисексуалов со стороны уголовного законодательства законопроект представляет собой угрозу свободе слова. Представители Федерального демократического союза и молодого подразделения Швейцарской народной партии опасаются, что в будущем невозможно будет критически отзываться в отношении сексуальных меньшинств.

Данное представление, прежде всего, разбивается об имеющуюся судебную практику. Последняя крайне рестриктивно применяет статью 261bis УК Швейцарии. Наиболее ярким доказательством, что свободе слова в Конфедерации и при принятии законопроекта ничего не угрожает, является факт, что любой и по сей день может критиковать нелегальных мигрантов.

Здесь важно понимать следующее: если политик негативно высказывается о нелегале из-за его расы, этноса или религии, то первый подлежит наказанию за расизм. Если тот же политик, ссылаясь на данные статистики, указывает, что нелегалы совершают преступления и сидят на «социалке», то первому ничего не угрожает. Поэтому и в будущем критические, но обоснованные позиции – например, касательно «брака для всех» – будут дозволены.

Далее, поправка к статье 261bis УК Швейцарии наказывает лишь за публичный призыв к ненависти в отношении геев, лесбиянок и бисексуалов. Приватные гомофобные разговоры в кругу семьи и друзей остаются вне государственного наказания. Здесь автору высказывания судьёй является лишь его совесть.

Противники поправки к статье 261bis УК Швейцарии также забывают, что гомофобия никогда не является легитимным мнением. Ни у кого нет ни морального, ни юридического права оскорблять других людей! Поэтому ссылка на якобы угрозу свободе слова – это лишь алиби для всех тех, кто из-за собственного невежества и низких моральных качеств пытается оправдать свою гомофобную позицию. Последняя особенно распространена в отсталых обществах, где правительство и церковь, преследуя собственные интересы, постоянно находятся в поиске внешних и внутренних врагов. На роль последних – как это сложилось исторически – идеально подходят имеющиеся в обществе меньшинства (в т.ч. сексуальные).

Угроза свободе совести?

Не только свобода слова, как указывают противники законопроекта, находится под угрозой. Федеральный демократический союз и молодое подразделение Швейцарской народной партии опасаются также за возможность свободно выражать свои религиозные убеждения.

Как верно отмечают сторонники законопроекта, Конфедерация является светским государством. Соответственно, не религиозные догмы, а право стоит во главе угла. В противном случае, со ссылкой на религиозные источники можно было бы, к примеру, ввести в Швейцарии рабство. Будут ли представители Федерального демократического союза и молодого подразделения Швейцарской народной партии так ратовать за свои религиозные убеждения, если из-за них они вполне официально станут рабами?

С юридической точки зрения, свобода совести в Швейцарии – это лишь одно из многих основных прав человека. Другим является достоинство личности. В данной связи, запрещено со ссылкой на своё основное право – свободу совести – нарушать основное право геев, лесбиянок и бисексуалов – на защиту их достоинства.

«Особые привилегии» для меньшинства?

Противники законопроекта указывают на то, что, по их мнению, расширение состава преступления на категорию сексуальной ориентации создаёт «особые привилегии» для геев, лесбиянок и бисексуалов.

Данная позиция находится в прямом противоречии с текстом предлагаемого изменения статьи 261bis УК Швейцарии. Последнее предусматривает защиту не гомосексуальной или бисексуальной ориентации, а сексуальной ориентации в общем. Иными словами, в будущем под защитой будут находиться также и гетеросексуалы, если, например, им в каком-либо гей-баре откажут в обслуживании.

Кроме того, неверна сама постановка вопроса об «особых привилегиях». Законопроект лишь намерен распространить уже имеющуюся общую защиту на группы лиц, объединённых по признаку сексуальной ориентации. Каких-то «новых привилегий» создано не будет.

В уголовно-правовой защите нет никакой нужны?

Противники изменения статьи 261bis УК Швейцарии ссылаются на то, что никакой нужды в ревизии уголовного законодательства нет. По их мнению, и сейчас геи, лесбиянки и бисексуалы имеют достаточную защиту и могут, например, заявить на обидчиков за оскорбление или телесные повреждения.

Действительно, геи, лесбиянки и бисексуалы имеют защиту со стороны уголовного права. Однако лишь как индивидуумы, а не группа! Если гомофоб или гомофобка оскорбляют конкретного человека, правоохранительные органы при наличии заявления могут возбудить уголовное дела. Однако, если оскорбление касается геев, лесбиянок и бисексуалов – лишь как группы – то государство с этим сегодня ничего поделать не может. Это лазейка в законе, благодаря которой публичная гомофобия в Швейцарии по-прежнему легальна.

Первоочередная задача уголовного права состоит не в наказании за уже совершенные преступления, а в предотвращении возможных. Оставаясь легальной, гомофобия в Швейцарии создаёт плодотворную почву для насильственных преступлений против граждан. В криминологии известно, что слова очень быстро переходят в конкретные действий. Поэтому наказывать, лишь когда оскорбление или нанесение телесных повреждений уже произошло, поздно.

Важно понимать, что гомофобные высказывания угрожают Швейцарии как государству. Вся Конфедерация в той или иной степени состоит из (религиозных, языковых и т.п.) меньшинств. Поэтому любая попытка разобщить общество наносит вред целостности страны. С точки зрения государства, геи, лесбиянки и бисексуалы – полезные члены общества. Они также платят налоги, проходят службу в армии, выполняют пересадку сердца, разрабатывают инновации и т.п. Гомофобы, пытающиеся расколоть и – тем самым – навредить швейцарскому обществу, заслуживают наказания.

Позиция парламента и правительства

Как правительство, так и парламент Швейцарии призывают всех голосовать в поддержку изменения статьи 261bis УК Швейцарии.

За Против Воздержались

Национальный совет 121 67 8

Совет кантонов 30 12 1

Источник

"Лучше умру, чем вернусь": гея из Узбекистана хотят депортировать на родину

2020-01-31T21:56:00.706Z

23-летнего Рустама, уроженца Узбекистана, высылают из России по решению Зюзинского районного суда якобы за нарушение миграционного законодательства. На родине ему грозят тюремное заключение и пытки из-за сексуальной ориентации. По словам экспертов, в январе 2020 года у сотрудников миграционной службы появилось негласное указание: выдворять всех мигрантов после того, как они получают отказ в предоставлении статуса беженца.

"Полицейские пришли ко мне домой, сказали, что мое присутствие в России делает жизнь граждан небезопасной, и отвезли в отделение. За два дня до этого я получил отказ в предоставлении статуса беженца. Думаю, это была спланированная акция”, – рассказал Рустам Радио Свобода.

В России я впервые перестал бояться

Рустам приехал вместе с родителями в Россию шесть лет назад. Родители вернулись в Узбекистан, а он решил остаться. "На родине я постоянно чувствовал себя небезопасно. В 13 лет я узнал, что мне нравятся мальчики, но не мог открыто никому рассказать о том, что я гей. В Узбекистане даже произносить это слово страшно", – говорит молодой человек.

По его словам, в школе над ним часто подшучивали одноклассники, называя его "слишком женственным". Потом о его принадлежности к ЛГБТ-сообществу начали догадываться родственники. "В России я впервые перестал бояться и прятаться", – утверждает Рустам.

Чтобы не возвращаться на родину, он решил поступить в университет (название учебного заведения он просил не указывать. – РС). Одновременно работал официантом в гостинице. "Я окончил два курса, а потом бросил – понял, что все равно не смогу доучиться", – рассказывает Рустам.

В Узбекистане мне грозит до трех лет тюрьмы

Во время учебы он начал встречаться с парнями, набил татуировки и стал носить серьги. "Я наконец-то почувствовал себя свободно. У меня заканчивался патент на работу, и я пошел его продлевать. Меня отправили на медосмотр, и там я узнал о своем положительном ВИЧ-статусе", – вспоминает уроженец Узбекистана.

Патент ему в итоге не продлили, так как, согласно российскому законодательству, иностранные граждане с положительным ВИЧ-статусом подлежат депортации. "Я понимал, что в Узбекистан вернуться я не могу, потому что тогда мне придется всем рассказать о своей сексуальной ориентации. За это мне грозит до трех лет тюрьмы, пытки и преследование до конца жизни", – говорит Рустам.

В 2019 году он обратился в российскую миграционную службу с ходатайством о предоставлении убежища. Аргументировал свое желание тем, что в Узбекистане для него существует риск преследований, в том числе связанных с сексуальной ориентацией или гендерной идентичностью. В конце января Рустам получил отказ.

Тогда же, в 2019 году, он обратился в Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев (УВКБ) с просьбой помочь ему остаться в России или эмигрировать в Европу. В ООН уже несколько лет действует программа, по которой мигрантам, которым грозит опасность при возвращении на родину, помогают организовать переселение в другие страны.

По словам адвоката московской ЛГБТ-инициативы “Стимул” Антона Рыжова, в рамках этой программы заявитель должен пройти интервью, рассказать свою историю и объяснить, почему он нуждается в международной защите. На основе этих данных и страноведческих знаний сотрудников организации принимается решение о том, будет ООН помогать заявителю или нет. По итогам собеседования Рустам вошел в категорию мигрантов, которым помогают переселиться в европейские страны. Как долго будут готовиться документы, не понятно.

У Рустама же осталось всего 10 дней. В конце января Зюзинский районный суд постановил, что он нарушил миграционное законодательство, так как не покинул страну сразу после того, как получил отказ в предоставлении убежища на территории России, и присудил ему штраф в пять тысяч рублей. В течение десяти дней он должен самостоятельно выехать из страны, иначе все закончится принудительной депортацией.

Я хочу открыто говорить о том, что я гей

Рыжов отмечает, что миграционное законодательство Рустам не нарушал. 21 января он получил отказ в предоставлении статуса беженца, а уже через три дня к нему домой пришли полицейские. По закону, у уроженца Узбекистана было три месяца на то, чтобы отказ обжаловать. В течение этого времени он мог легально находиться на территории России.

Уезжать в Узбекистан Рустам не планирует.

"Мне ехать некуда. Я лучше умру, чем вернусь на родину, – говорит он. – Родители меня, скорее всего, поддержат, но все равно заставят жениться, а потом всю жизнь прятаться. А я хочу жить свободно и не бояться честно говорить о том, что я гей".

Открытых данных о том, сколько мигрантов – представителей ЛГБТ-сообщества находятся сейчас в России и пытаются получить здесь статус беженца, нет. Миграционная служба ведет учет только тех, кто пересекли российскую границу. У ЛГБТ-инициативы “Стимул” сейчас около десятка таких дел. У комитета "Гражданское содействие" – еще 15.

Его попросили показать членскую карточку о принадлежности к ЛГБТ-сообществу

При этом за все время работы организаций не было зафиксировано ни одного случая, когда обратившийся мигрант получал в России убежище. "В российской миграционной службе не считают, что наличие репрессивного законодательства в отношении представителей ЛГБТ-сообщества в тех странах, откуда мигранты уезжают, является достаточным основанием для предоставления статуса беженца. В итоге иностранных граждан просят представить документ о том, что в отношении них на родине уже возбуждено уголовное дело или что они находятся в розыске. Таких бумаг у заявителей, конечно, нет. Если в отношении них завели дело, то они уже вряд ли доберутся до России", – говорит Рыжов.

С ним согласна консультант по миграционным вопросам "Гражданского содействия" Варвара Третяк. "Недавно заявителю из Нигерии отказали в предоставлении убежища, аргументируя это тем, что он не смог подтвердить свою нетрадиционную ориентацию. Его просили предоставить членскую карточку о принадлежности к ЛГБТ-сообществу", – рассказывает Третяк.

Иногда вместо того, чтобы изучить положение дел в стране, сотрудники миграционной службы просто открывают сайты туристических агентств. На судебных заседаниях потом звучат выдержки из этих текстов с указанием на то, как прекрасно та или иная страна подходит для “семейного отдыха”, добавляет консультант.

По ее словам, всех заявителей, которые обращаются за предоставлением убежища в России из-за преследований, связанных с сексуальной ориентацией, можно условно разделить на две группы. К ��ервой относятся те, кто изначально приехал в Россию, чтобы попытаться получить здесь статус беженца. Ко второй – те, кто бежал из родной страны, а в России решил остаться в качестве трудового мигранта или студента. "Это недолговечные истории, потому что патент когда-то заканчивается, учеба тоже. Тогда эти "невидимые беженцы" обращаются за предоставлением убежища", – говорит Третяк.

Рустам – типичный представитель второй группы заявителей. Отказ в предоставлении ему убежища никого не удивил. "Эта история может создать неприятный прецедент. Мы боимся, что депортировать тогда начнут всех, кто обращаются за предоставлением убежища. Есть ощущение, что в январе появилось негласное указание: выдворять всех мигрантов после того, как они получают отказ в предоставлении статуса беженца. Иначе объяснить визит полицейских, поспешное заседание и вынесение решения суда о депортации сложно, – говорит консультант "Гражданского содействия", – однако надеемся, что это всего лишь единичная акция, бессмысленная и беспощадная".

Источник

В Петербурге уже 10 лет проводят встречи для родителей ЛГБТ-людей. Как матери реагируют на каминг-ауты детей и почему не все готовы принять своего ребенка

2020-01-29T18:16:08.261Z

В офисе петербургской правозащитной группы «Выход» уже десять лет работает клуб для родителей ЛГБТ-людей. На встречах участники обсуждают свои переживания друг с другом и с психологом и пытаются принять ориентацию своего ребенка. В клуб приходят не только родители, но и сами дети. Встречи проходят каждую неделю, участие бесплатное.

«Бумага» поговорила с психологом клуба Наталией Савенко о том, как родители гомосексуалов реагируют на каминг-аут детей, в какие мифы об ЛГБТ они верят и как на принятие влияют религиозность и традиции.

Участницы родительского клуба на выезде. Фото: «Выход»

Как и зачем в Петербурге появился клуб для родителей ЛГБТ-людей

— Когда папы, мамы, братья, сестры, дальние родственники или друзья узнают, что их близкий относится к ЛГБТ, реакция может быть разной — как и в любых неизвестных ситуациях. Одни скажут: «Ой, как здорово, почему ты раньше мне не говорил?» Другие начнут заниматься самокопанием из-за того, что они якобы сделали что-то не так. В некоторых случаях люди могут испытать шок, в других — беспокойство, в третьих — страх. Иногда родители могут не принять своего ребенка, иногда — принять, но при этом с трудом это переживать.

Наш родительский клуб создан для помощи тем, у кого возникают сложности. Это встречи, на которых мамы и папы могут обсудить свое отношение к ЛГБТ-детям, задать интересующие вопросы другим родителям, получить психологическую помощь или просто помолчать и послушать чужие истории. На встречи могут приходить и сами ЛГБТ, у которых есть трудности с родителями, а также их сестры, братья, родственники и друзья. Но из-за российских законов у нас есть возрастной ценз — 18+.

Клуб создали еще в 2010 году, когда родители наших активистов [из ЛГБТ-группы «Выход»] познакомились друг с другом и стали больше общаться. Идея была в том, чтобы активнее поддерживать своих детей через поддержку других. Мамы уже тогда сами понимали, что жизнь ЛГБТ в России — это непросто, и важно это обсуждать.

Сразу после создания на встречи стали приходить другие родители, которые совсем недавно узнали об ориентации ребенка. Они задавались вопросами, как дальше жить, что сказать родственникам и коллегам на работе. Ведь в нашем обществе людей могут спросить: «Ну когда твой мальчик женится? Когда внуки?» Неподготовленные родители в такие моменты теряются. Им легче пообщаться с теми, кто прошел через подобное.

Мы не даем советов, а просто создаем обстановку принятия и снижения психологического давления: в том числе от внутренней гомофобии, которая присутствует почти у всех. Частая мотивация прийти — просто посмотреть, как живут другие люди, как они справляются с теми же проблемами.

Сейчас каждую встречу посещают примерно 10–20 человек. Со многими мы общаемся отдельно: наши психологи проводят до 140 консультаций в месяц. Раньше посетителей у нас было больше. Но активность ЛГБТ-сообщества в плане открытости за последние годы в целом снизилась — мы это связываем с законами и ограниченными правами: у людей появляется больше недоверия, страхов.

Родительский клуб на берегу Финского залива. Фото: «Выход»

Что обсуждают на собраниях родительского клуба и от чего зависит реакция на каминг-аут

— Многие воспринимают каминг-аут своих детей как историю экзистенциальной потери: было так, а теперь по-другому. У нас есть история трансгендера: мама всегда думала, что растит сына, а через какое-то время узнала, что он собирается сменить пол и вообще чувствует себя женщиной. Для мамы это — конец одной жизни и начало другой. Но с этим можно свыкнуться.

Реакция на каминг-аут зависит от того, насколько ребенок подготовил почву для разговора. Все-таки очень важно выбрать правильный момент и самому ребенку быть готовым ответить на многие вопросы. Если ребенок сам себя принимает, каминг-аут проходит более уверенно. Но вопросы родителей из разряда «За что мне это?» в самом начале могут возникать.

Стадии принятия ЛГБТ-детей во многом общие. Сначала родители всё отрицают («Этого не может быть, ты запутался», «Ты сам ошибаешься»). Потом наступает стадия торга («Давай сходим к врачу, мы тебя вылечим», «Может, если ты что-то сделаешь, это пройдет»). Именно в этот момент к нам зачастую и приходят.

Когда у родителей не получается ни отрицать, ни торговаться, они впадают в стадию горевания: плачут, злятся. Мы их поддерживаем, показываем, что это преодолимо. И лишь прожив всё это, через какое-то время человек может прийти к стадии принятия. И тогда он думает, как жить дальше.

У части родителей нет общей информированности об ЛГБТ. Нас даже спрашивали, не передается ли гомосексуальность по воздуху и нельзя ли заразиться от ребенка. Комментарии психолога и других родителей здесь не всегда помогут — мы отправляем их к специалистам не из сообщества: например, хороший ресурс для родителей ЛГБТ-детей — сайт Illuminator, где каждый раздел посвящен ответам на основные вопросы.

У некоторых родителей возникают проблемы из-за личных нереализуемых желаний: они переживают это как лишение большой мечты. Например, мама хотела для дочери пышной свадьбы, фотографий оттуда, радостных моментов, внуков. А ей говорят, что этого не будет.

Родители могут также испытывать и чувство вины («Что я сделала не так?»), и чувство стыда («Я какая-то не такая, что у меня родился такой ребенок»). Родители вообще часто переводят фокус на себя. Но любовь к ребенку может это пересилить.

https://vk.com/video-2352211_456239167

Не все родители достигают полной стадии принятия. Психологически им становится легче, но они не радуются, а, наоборот, сожалеют о том, как их ребенку будет тяжело. Они могут продолжить не разговаривать об этом с родственниками и на работе, часто беспокоясь о собственном комфорте.

Бывает, что у родителей происходят «откаты»: когда уже после принятия много всего навалилось, и им снова нужна поддержка.

Что об ЛГБТ говорят религиозные родители и как можно помочь гомофобным семьям

— Родители, которые приходят в клуб, в основном не проявляют негатив. Был только один случай, когда к нам пришла мама с церковным опытом — она говорила, что это всё большой грех. Мы отнеслись к ее словам с уважением и попытались поговорить с ней с позиции того, что важно для нее.

Эта мама спросила нас: «Как мне теперь относиться к ЛГБТ, если я воцерковленный человек?» В ответ мы провели тренинг «ЛГБТ и религия», на котором попытались ответить на подобные вопросы. В частности, рассказали, что в священных книгах говорится, что господь это и есть любовь, что есть много других заповедей, благодаря которым можно принять ребенка. Но женщина этого так и не захотела сделать.

В основном с негативными историями приходят дети, которых выгнали из дома, с которыми перестали разговаривать близкие или которых решили постоянно контролировать. Были люди из южных республик, где с принятием всё сложно: там часто распространены мифы о гомосексуальности и гендерной идентичности, и их не принимают. Мы рассказывали им о научной литературе, посвященной ЛГБТ.

Дети часто спрашивают, как быть дальше. Им важно, чтобы кто-то сказал, что есть люди, которые принимают своих детей. Но важный тезис нашего клуба в том, что только им решать, как поступать дальше.

Гомофобные родители в основном просто не хотят справляться со своими эмоциями. Когда же родитель, наоборот, пытается справиться со всем самостоятельно, это может привести к истощению нервной системы. Всегда важно вести диалог, обмениваться разными точками зрения, работать над своими чувствами, даже если это гнев и агрессия.

На наших встречах родители могут меняться. Их взгляды на сексуальное разнообразие расширяются, а уровень толерантности так или иначе повышается. Они начинают интересоваться и углубляться в темы ЛГБТ. Так они находят внутренние опоры, на которые можно положиться, когда появляются новые вопросы.

Источник

«Врачи сказали, что во всем виноват дух умершего попугая»

2020-01-14T16:58:36.869Z

Как в Китае пытаются «лечить» гомосексуальность

ЛГБТ-АКТИВИСТЫ В ШАНХАЕ. ФОТО С САЙТА TRAVELGAY.COM

В Китае актуализировался вопрос о правах ЛГБТ. В конце прошлого года представитель парламента КНР рассказал, что поступили предложения разрешить однополые браки – в рамках новой редакции Гражданского кодекса, который сейчас разрабатывается.

Пока неизвестно, попадут ли эти изменения (активисты воспользовались возможностью направить их в парламент, когда проходило общественное обсуждение нового кодекса) в текст закона. Правозащитники допускают, что, даже если власти согласятся, легализация однополых браков может затянуться на годы. При этом еще недавно спикер парламента заявлял, что официальная установка по поводу брака остается неизменной – это может быть только союз между мужчиной и женщиной «в соответствии с национальными, историческими и культурными традициями».

Тем не менее власть признала, что такие предложения поступают (новость была опубликована в официальной прессе), – и это защитники прав ЛГБТ уже считают достижением. «Пока это только обсуждается и, скорее всего, не будет принято в ближайшем будущем, – говорит Гао Цюаньхуэй, активистка из Шэньчженя. – Но, по крайней мере, это уже в официальной повестке».

Правительство КНР, считает Тимоти Хилдебрандт, доцент социологии из Лондонской школы экономики, может использовать эту тему для улучшения своей репутации в сфере прав человека – на фоне масштабной критики, связанной с репрессиями в Синцьзяне и подавлением протестов в Гонконге. Определенную роль, допускает Ху Синдоу, экономист из Пекина, могут играть и процессы глобализации, способствующие тому, чтобы Китай «учитывал изменения в правовых системах других стран и глобальной политике».

Однако сейчас в Китае, несмотря на то что официальный запрет на гомосексуальные отношения был отменен много лет назад, представители ЛГБТ нередко сталкиваются с дискриминацией и давлением. Многие – даже с тем, что их пытаются «лечить».

Современная наука не считает гомосексуальность болезнью, требующей медицинского вмешательства. Но во многих странах, включая Китай, практика «лечения» – сомнительная с научной точки зрения – существует. Согласно недавнему отчету, подготовленному организацией Public Interest Law Center on Equal Rights for LGBTI, в стране действуют около сотни клиник и медицинских центров, где пытаются «исправлять» геев.

Зачастую терапия является принудительной, а иногда и очевидно опасной (среди используемых методов – гипноз, электрошок и даже эзотерические практики). Но власти, по данным правозащитников, смотрят на это сквозь пальцы.

Ситуация

В истории Китая отношение к гомосексуальности было неоднозначным. Одно время однополые связи были распространены – в том числе среди аристократов и чиновников. Долгое время, как отмечали историки, общее отношение оставалось толерантным. В обязанность мужчины входило продолжение семейной линии, но, если они женились и заводили детей, сверх этого гомосексуальность допускалась.

В период династии Мин (в XVI веке) был принят закон, запрещающий связи между мужчинами, но кардинальных изменений это не принесло. Ситуация изменилась в коммунистическом Китае – в период «культурной революции» геи, как и другие группы, считавшиеся «неблагонадежными», подвергались преследованиям. Позднее – хотя в Уголовном кодексе отсутствовал запрет на гомосексуальность – Верховный суд КНР постановил, что она квалифицируется как «нарушение общественного порядка» (запрет действовал только для мужчин, женщин он не затрагивал). Эту трактовку отменили только в 1997 году.

Китайские ЛГБТ-активисты. Фото с сайта Supchina.com

Сейчас ЛГБТ-сообщество в Китае – по самым примерным оценкам – составляет десятки миллионов человек (сопоставимо с населением средней по размеру страны). Сектор экономики, в котором ЛГБТ — целевая аудитория, оценивается в $300 млрд в год (по этому показателю Китай на третьем месте в мире, после Европы и США). Компании признают его значимость – некоторые, в частности, поддержали «Шанхай прайд» (ежегодный гей-фестиваль), несколько лет назад был проведен конкурс (одним из организаторов выступила Alibaba, крупнейшая компания КНР), победители которого – несколько гей-пар – получили в подарок путешествия в США, где они могли сочетаться браком.

В то же время при опросе, проведенном ООН несколько лет назад среди представителей сообщества, больше половины пожаловались на дискриминацию (в том числе на рабочем месте) и несправедливое отношение. Почти все опрошенные – 95% – заявили, что скрывают свою ориентацию, большинство — в том числе и от своих родственников.

Статус

В прошлом гомосексуальность нередко рассматривалась в медицине как болезнь, которую можно вылечить («репаративная» или «конверсионная» терапия основывалась, в частности, на методах психоанализа). Однако позднее официальная наука отвергла такой подход. В 1970-е годы Американская ассоциация психиатров исключила гомосексуальность из списка душевных расстройств. В начале 1990-х ее убрали и из списка болезней Всемирной организации здравоохранения.

Но такое «лечение» запретили лишь несколько стран. Как следствие, практика – сомнительная с точки зрения науки и этики – продолжает существовать. Согласно прошлогоднему отчету правозащитной организации OutRight, она распространена по меньшей мере в 80 странах. Даже в США – стране, где активно отстаиваются права ЛГБТ, она существует до сих пор. По данным Калифорнийского университета, «лечением» занимаются как врачи, так и представители духовенства (лишь в некоторых штатах практика запрещена).

«Лечение» может сопровождаться физическим насилием, принудительной голодовкой и даже сеансами экзорцизма. Некоторые практики, отмечалось ранее в отчете ООН, сравнимы с пытками.

В Китае гомосексуальность удалили из официального списка душевных расстройств в 2001 году. Но отношение к ней как к болезни – как в медицинском, так и в академическом сообществе – во многом сохранилось. Среди прочего – в пособиях по психологии, которые, согласно исследованию одной из ЛГБТ-организаций, продолжают использовать китайские вузы (несколько лет назад студентка из Гуанчжоу судилась из-за этого с Министерством образования, но проиграла дело). Активистка пекинского центра защиты прав ЛГБТ рассказывала, что столкнулась с этим в институте, – в споре с профессором психологии она указала на руководство по психическим расстройствам, действующее в США (откуда гомосексуальность давно убрали), но его это не убедило. «Неважно, чему они там учат, за границей, – ответил он. – В Китае это считается болезнью».

«Лечение»

«Меня посадили перед экраном, на котором показывали гей-порно, и вкололи какую-то жидкость, – рассказывает молодой человек из Шэньчженя, которого отправили в больницу родители, узнавшие, что он гей. – Я почувствовал сильный жар, меня затошнило, у меня заболела голова. Но врачи заявили, что я должен смотреть на экран».

Это одна из историй, попавших в отчет Human Rights Watch. Описана «аверсивная терапия» – метод, при котором у человека пытаются выработать неприятные ощущения от того, что считается вредной привычкой. При этом используют медикаменты, вызывающие тошноту, или электрошок.

Как правило, на «лечении» настаивают родители, узнавшие об ориентации детей (некоторые отвозят их в больницу насильно). Это связано не только с неприятием гомосексуальности, но и со значением семьи в Китае – особенно среди старшего поколения. Традиционно считается, что продолжение рода – долг человека по отношению к семье (одна из пословиц гласит, что отказ от наследников – «неуважение к родителям и предкам»).

На ситуацию повлияла и политика «одна семья – один ребенок», которую в Китае отменили всего несколько лет назад. «Когда ребенок всего один, от него хотят, чтобы он был таким же “нормальным”, как и все», – отмечал Вэй Сяоган, исполнительный директор Пекинского института по вопросам гендерного здоровья. Все это обеспечило спрос на клиники, обещавшие «лечение».

Китайские ЛГБТ-активисты. Фото с сайта Scmp.com

По данным Human Rights Watch, его предлагают как государственные, так и частные клиники, в том числе практикующие традиционную китайскую медицину. Некоторые используют сомнительные медикаменты, некоторые – гипноз. Другие идут еще дальше. Сотрудник одной из клиник в Наньнине, на юге Китая, заявил, что гомосексуальность – «следствие чувства вины, оставшегося от прежних жизней» (за курс гипнотических сеансов, которые якобы должны это исправить, клиника берет около $200). Был случай, когда молодому человеку предложили инъекции коллагена, – ему пообещали, что это изменит его ориентацию всего за несколько дней (стоимость «лечения» оценили примерно в $1,5 тысячи). В другой клинике – в Пекине – ему заявили, что причина гомосексуальности – якобы дух его умершего попугая, который преследует его и заставляет испытывать влечение к мужчинам. Сотрудник клиники провел сеанс экзорцизма – прочитал заклинания, а затем вручил «пациенту» талисман, сказав, что его все время нужно носить с собой (на случай, если это не подействует, он прописал средства традиционной медицины).

Несколько лет назад ЛГБТ-активист, которого родители заставили обратиться в одну из клиник, подал на нее в суд – и выиграл дело (суд признал, что терапия, включавшая в себя электрошок, «неэффективна», а обещания «лечить» геев – недобросовестная реклама). Позднее суд в центральной провинции Хэнань вынес решение против другой клиники, где «лечение» было принудительным (ее обязали выплатить компенсацию). Однако медицинские центры продолжают рекламировать такую терапию. Журналистское расследование, опубликованное в начале прошлого года, подтвердило, что они действуют в ряде крупных городов – включая Чунцин (один из крупнейших мегаполисов страны) и Чжэнчжоу (центр провинции Хэнань).

Клиники уверяют, что их методы эффективны (хотя Всемирная ассоциация психиатров констатировала, что для «лечения» геев нет научной базы, оно может быть опасным и способствует предрассудкам в обществе). Но многие из тех, кто туда попадает, как отмечает Син Ин, глава пекинского центра защиты прав ЛГБТ, позднее просто лгут, что «излечились», чтобы их оставили в покое. «Они врут своим родителям и врачам, – говорит она, ссылаясь на рассказы сотен людей. – Они говорят, что терапия помогла, просто потому, что не хотят, чтобы их «лечили» снова».

Михаил Тищенко

Источник

Focus: Гитлер сам придумал миф о повальной гомосексуальности нацистов

2019-12-01T09:35:30.948Z

Немецкий диктатор использовал обвинения в неприемлемой на то время ориентации для преследования врагов внутри собственного режима.

Действительно ли среди нацистов было очень много гомосексуалов? На самом деле выдумку о полностью «отравленных» однополыми сношениями лидерах штурмовых подразделений СА создал один человек – Адольф Гитлер.

Штурмовые отряды (нем. Sturmabteilung), сокращенно СА, штурмовики; также известны как «коричневорубашечники» (по аналогии с итальянскими «чернорубашечниками») — военизированные формирования Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП).

Об этом пишет немецкое издание Focus со ссылкой на историка Даниэля Сименса, который исследовал историю СА. Утром 30 июня 1934 года разъяренный Адольф Гитлер лично спешил в Бад-Висзе в пансионат «Ханзельбауер», чтобы устроить скорую расправу над своим соперником – Эрнстом Ремом. Именно он возглавлял СА и длительное время был доверенным лицом лидера немецких нацистов.

Эрнст Юлиус Гюнтер Рем (нем. Ernst Julius Günther Röhm; 28 ноября 1887, Мюнхен, Бавария, Германская империя — 1 июля 1934, Мюнхен, Бавария, Третий рейх) — один из лидеров национал-социалистов и руководитель СА. Вместе с некоторыми другими руководителями СА был убит по приказу Гитлера в «ночь длинных ножей».

Эрнст Рем вначале делает стремительную карьеру в СА: в 1931 году Адольф Гитлер назначил Рема руководителем аппарата СА. Рем организовал собственный партийный штурмовой отряд для «революционного народного ополчения». В то время в СА насчитывалось около 3,5 миллионов членов - Рем стал чрезвычайно влиятельным человеком в руководстве НСДАП. Однако шаг за шагом Геббельс, Геринг и Гиммлер работали над тем, чтобы убрать Рема.

Но теперь Гитлер обвинял его в желании устроить путч. Когда он вместе с другими соратниками ворвался в гостиницу, где ночевал Рем, командир группы СА в Силезии Эдмунд Хайнес и другие руководители подразделений, фюрера охватила еще большая злость.

Ведь, как утверждали очевидцы, везде были признаки невероятного извращения. Все указывало на то, что ночью там произошла пьяная оргия. И подчеркивалось, что главари СА якобы принимали участие в однополых сексуальных отношениях. К примеру, в постели Хайнеса нашли молодого юношу. Это был эпизод расправы над лидерами СА, которую впоследствии назовут «ночью длинных ножей».

Сименс сомневается, что летом 1934 года Рем готовил путч против Гитлера. Вместе с тем, среди членов СА было распространено недовольство лидером нацистов. Ведь они требовали продолжения «национальной революции». Они хотели устранить «буржуев» из экономики, чтобы самим получить доходные должности и власть в Германии. Но Гитлер вместе с Германом Герингом и Генрихом Гиммлером не хотели ликвидации старых элит. Они стремились договориться и использовать их.

«Поэтому, чтобы обосновать удар по Рему и его окружению, нужны были аргументы. И Гитлер нашел их не только в легенде о якобы подготовке путча, но и в гомосексуальной ориентации руководителя СА», - говорится в статье.

То, что Рем действительно был гей, все хорошо знали и до того. И факт, что СА руководил кто-то с нетрадиционной ориентацией, вызывал возмущение и критику внутри нацистской партии. Но самому Гитлеру это совсем не мешало. Он отмечал, что партия – это «не интернат для благородных дам, а военная организация».

«Мобилизация долго была важнее, чем морализация», - пишет Сименс в своей книге о стратегии германского диктатора. Однако, все изменилось лишь тогда, когда Гитлеру было выгодно использовать факт о нетрадиционной сексуальной ориентации против лидера СА.

О предпочтениях Рема стало известно еще в 1931 году. Тогда о его «гомосексуальном поведении» писала социал-демократическая газета München Post. В марте 1932 года пресса опубликовала личные письма Рема, которые не оставляли сомнений, что он действительно гей. Публикация связывала нацизм с гомосексуальностью. Это произвело впечатление на немцев, которые критически относились к нацистам. Членов СА называли «мальчиками по вызову» или «175 гвардия». Последнее прозвище намекало на статью уголовного кодекса тогдашней Германии, которая предусматривала наказание за однополые отношения.

Утверждение о гомосексуальности нацистов не понравилось Адольфу Гитлеру. Но когда он захотел устранить Рема, который критиковал его политику, оно даже ему пригодилось. Поскольку так было легче объяснить соратникам и сторонникам расправу над оппонентом. Мол, это была «чистка» руководства СА от «извращенцев».

Позже нацисты бросили в концлагеря десятки тысяч людей с нетрадиционной ориентацией. После «ночи длинных ножей» не было больше необходимости вести себя сдержанно из уважения к высокопоставленным геям в собственных рядах.

«На самом деле мнение о том, что гомосексуальность была сильно распространена среди нацистов, встречается и до сих пор. Но вряд ли она соответствует действительности. Очевидно одно: своей стратегией, которая выставила «ночь длинных ножей» чисткой против гомосексуалов в руководстве СА, Гитлер сам стал автором мифа про нацистах-геях», - говорится в статье.

Источник

Как Лев Клейн прошел через войну, тюрьму и лишение ученой степени и основал Европейский университет

2019-11-09T13:13:14.240Z

7 ноября скончался Лев Клейн — советский и российский историк и филолог, один из основателей теоретической археологии и Европейского университета. Он прожил насыщенную, но сложную жизнь: из-за несоответствия его научных взглядов «линии партии» долгие годы он не мог работать в университетах, его лишили ученой степени и даже посадили в тюрьму. Вопреки этому, Клейн смог сделать блестящую карьеру и дожить до 92 лет. «Собака.ru» рассказывает историю ученого, оказавшего огромное влияние на Петербург и мировую науку.

Детство и студенчество

Лев Клейн родился в Витебске в 1927 году в семье медиков. Его родители – евреи, но сам он всегда называл себя «русским еврейского происхождения»: «За свою долгую жизнь я приобрел некоторую известность в мире, так вот, везде меня называют русским ученым, и это верно». В 16-летнем возрасте ушел на фронт вольнонаемным, прослужил полгода и вернулся с контузией глаз. Поступил в университет в Гродно на факультет языка и литературы, но через два года был вынужден покинуть его, так как выступил на конференции против первого секретаря горкома партии. Клейн перевелся в Ленинградский университет, где учился сразу на двух факультетах – филологическом и историческом, впрочем, окончил только последний.

Будучи студентом, он выступил в Академии наук с докладом-критикой учения о языке академика Марра, которое пользовалось господдержкой (сейчас признано псевдонаукой). Один из академиков прокомментировал работу так: «Этим докладом вы себе отрезали путь в аспирантуру». Клейна собирались исключить из комсомола, но примерно в это же время против идей Марра неожиданно высказался Сталин. После выпуска места на кафедрах университетов для него не нашлось, и он работал сначала в экспедиции, потом – школьным учителем в поселке Волосово Ленинградской области и Ленинграде. Поступил в аспирантуру на кафедру археологии ЛГУ, когда ему было 30 лет.

Студенческие фотографии Льва Клейна

Вклад

1960-е ученый сформулировал основные положения современной норманнской концепции, ставшей сегодня научным стандартом, хотя это прямо противоречило господствовавшей тогда патриотичной идеологической доктрине о славянском происхождении Рюрика и варягов. Он был уверен: «Огромная доля успехов русского народа, залог его роста и величия состояли всегда в его исключительной пластичности и терпимости. Это позволяло ему впитывать в себя, использовать и перерабатывать не только многие культурные вклады других народов, но и сами эти народы. Не подлежит никакому сомнению, что варяги, сыгравшие выдающуюся роль в сложении русской государствености и давшие русскому народу его имя (Русь), были норманнами, скандинавами. Все русские князья IX-X вв. были норманнами, носили шведские и датские имена, а уже через три поколения они ославянились».

Клейн стал одним из основателей теоретической археологии в России, также он занимался памятниками неолита и бронзового века, славяно-русской археологией, классической филологией и антропологией. Про широту своих интересов он говорил: «Это для внешнего наблюдателя мои интересы крайне разнообразны, а для меня самого между разными этими темами есть очень прочная внутренняя связь. Скажем, мои филологические занятия Гомером и Троей были тесно связаны с моей археологической заинтересованностью бронзовым веком и раскопками Трои».

Уголовное дело

В 1981 году Клейн, преподававший тогда в ЛГУ, был арестован по обвинению в мужеложстве. Его приговорили к трем годам тюрьмы, но после срок был уменьшен до полутора лет. Он был лишен ученой степени кандидата наук и звания доцента.

Клейн был уверен, что дело является политическим и связано с его научной деятельностью. Ранее большие опасения у его окружения вызывали частые публикации ученого за рубежом.

На вопросы об ориентации отвечал так: «Никакого «каминг-аута» не было. Я никогда и нигде не объявлял себя в печати гомосексуалом, как никогда (даже в суде) не отвергал этой возможности. Я отвергаю другое — право государства и общества вмешиваться в интимную жизнь гражданина, если он не нарушает закон».

Изучение гомосексуальности

Столкнувшись с обвинением в гомосексуальности, Клейн заинтересовался этим вопросом и начал его исследовать. Он рассматривал гомосексуальность с позиций антрополога как девиантное поведение, выступал за ее декриминализацию и демедикализацию, выпустил две книги об этом «Другая любовь» и «Другая сторона светила». Для «Собака.ru» в 2013 году он выделил и опроверг главных мифов о геях.

Возвращение в науку

После освобождения Клейн долгое время не мог найти работу, его редкие публикации начали выходить в годы перестройки. Повторно защитить диссертацию он смог только после развала СССР – Клейн получил докторскую степень без предварительной защиты кандидатской. Он преподавал не только в России, но и в США, Германии, Австрии, Великобритании, Дании, Словении.

Основание Европейского университета

Клейн был уверен, что стране нужен вуз нового типа и для потребностей нового времени. Об идее он говорил: «В конце 1980-х годов (помнится, это был 1987 год) я прочел в газетах сообщение о том, что в Москве создается Американский университет (он начал действовать позже, в 1990), и подумал, что идея интересная. Ведь она позволяет пресечь «отток мозгов» и привлечь иностранных инвесторов для того, чтобы поднять до мирового уровня отстающие отрасли науки и обучения. Особенно те отрасли, которые были запрещены в советское время (генетика, кибернетика, социология, сексология и др.) или сильно искажены советскими идеологическими догмами, изоляцией и политической фальсификацией (история, литературоведение, искусствоведение и проч.). Но коль скоро американские фонды уже использованы москвичами, остается опереться на европейскую помощь. <…> А Петербург ведь ― «окно в Европу». Вот я и решил попытаться организовать в нашем городе Европейский университет. В Москве ― Американский, у нас ― Европейский». ЕУ был основан в 1994 году при поддержке Анатолия Собчака, президента петербургского отделения РАН Бориса Фирсова и ученых города.

Клейн уже не работал в университете, когда его лишали лицензии, но внимательно следил за ситуацией. Он был уверен: «Ученые университета, особенно социологического факультета, принялись за научные проекты, совершенно неугодные кремлевским властям. За объективное изучение системы госуправления и действия нашей выборной системы, видимо, и решено было этот независимый университет под любым предлогом прикрыть. Что это говорит о состоянии российского общества, можете сформулировать сами».

Болезнь и мемуары

В 2005 году издатель и историк Сергей Эрлих уговорил Клейна написать мемуары. Ученый составил их из писем, диалогов, интервью и документов, которые педантично собирал всю жизнь – книгу назвал «Трудно быть Клейном».

Причина смерти Льва Клейна пока не известна, но еще в 2006 году он писал: «Мне около 80 лет, у меня рак с метастазами в позвоночник, и я хорошо понимаю, что жить мне осталось недолго. Я пока не чувствую сильных болей, сравнительно молодо выгляжу, быстро хожу, ясно мыслю, читаю лекции по своей профессии, но знаю, что это не может долго продолжаться. Врачи делают все возможное, чтобы замедлить процесс, но это все, что они могут сделать». Вопреки диагнозу, он дожил до 92 лет, успев написать 40 книг.

Александр Эткинд

Историк, литературовед

«Умер выдающийся ученый, Лев Самойлович Клейн – среди прочего, автор лучшего аналитического описания советского лагеря (книга «Перевернутый мир» – прим. ред.). Я хорошо знал его, он дружил с моим отчимом, М. С. Каганом и когда-то поддерживал мои первые научные увлечения. Его мемуары, «Трудно быть Клейном», восхитительны, как и плодовитость его поздних лет. Он был необычным человеком – смелым, резким, с пронзительным умом и голосом. Мы еще недавно переписывались... Может быть, самый несоветский человек из всех, кого я знал в моей советской юности».

Источник

О женщине на фронте, ЛГБТ-активизме и национализме — разговор с аэроразведчицей Настей Конфедерат

2019-10-26T13:00:40.443Z

Ветеран боевых действий на Донбассе, ЛГБТ-активистка Настя Конфедерат в кафе в Киеве, 18 октября 2019 года Фото: Анастасия Власова/hromadske

У Насти коротко подстриженные волосы, низкий голос и крепкое рукопожатие. Она — ветеран российско-украинской войны, военный картограф и аэроразведчица.

А еще она публично говорит о своей гомосексуальности и считает себя националисткой, несмотря на общеизвестное агрессивное отношение ультраправых к представителям ЛГБТ-сообщества.

С января по сентябрь 2015 года она была на фронте. А в июне 2019-го шла в колонне военных на Марше равенства в Киеве. Сейчас Настя тренирует ветеранов, играет в музыкальной группе и много путешествует.

Мы встретились с ней, чтобы выяснить, каково это — быть женщиной на войне, ветераном в гражданской жизни и отстаивать стигматизированную в украинском обществе гомосексуальную идентичность.

О том, существует ли дискриминация женщин на фронте, как относятся к военному прошлому ее партнерши и в какой поддержке нуждаются ветераны — читайте далее в разговоре.

Текст подготовлен в рамках проекта «Жизнь других» с Татьяной Огарковой, где мы рассказываем о людях с различными жизненными траекториями, выборами и ценностями.

***

По официальным данным, в Украине более 25 тыс. женщин служат в армии, это почти 23% от общего количества военнослужащих ВСУ (Вооруженные силы Украины). Настя в эту статистику не входит — ее военный опыт ограничен 2015 годом и связан с добровольческими батальонами.

Никто точно не знает, сколько в Украине гомосексуальных людей, но учитывая западные исследования, в любом обществе несколько процентов гомосексуальные. В случае Украины счет пойдет на сотни тысяч. Настя в эту статистику тоже не входит — в Украине ее просто нет.

В то же время, есть и другая цифра: Настя была одной из тех трех десятков ветеранов, которые осмелились выйти на Марш равенства в Киеве в июне 2019-го. Это случилось впервые за всю историю Прайда в Украине, который проходит в стране уже пятый год подряд. В этом году военные шли на Марш отдельной колонной, и большое количество телеканалов показали их лица и взяли комментарии.

Настя рассказывает, что это было ее первое знаковое событие как ЛГБТ-активистки. Она настаивала на том, чтобы идти на марш под черно-красным флагом. Среди друзей, которые шли рядом в составе отдельной колонны, есть и другие ЛГБТ-военные, которые исповедуют националистические идеи.

Когда мы встречаемся с Настей на террасе кафе в центре Киева, сразу становится понятно — эта женщина никому не даст себя в обиду. Резкая и энергичная, уверенная в себе и своих силах, она не чувствует себя дискриминированной. Она не боится, ведь она научилась останавливать негативные комментарии в свою сторону одним взглядом. В то же время, признает — есть много других людей, кому повезло меньше. Именно поэтому она занимается ЛГБТ-активизмом в ветеранской общине и помогает другим.

Настя, вы женщина, ветеран войны, и при этом открыто и публично говорите о своей принадлежности к ЛГБТ-сообществу. Кроме этого, вы называете себя националисткой. Как это все сочетается?

Как сочетается? Как сочетается в человеке карие глаза и нос — так и сочетается. Если человек воспринимает себя нормально, то ему легко жить. Если же не воспринимает или боится чего-то, тогда все не просто.

Именно на это и направлена моя деятельность. Знакомиться с большим количеством ветеранов, принадлежащих к ЛГБТ-сообществу. Я адаптировалась к гражданской жизни довольно быстро, но так было не у всех.

Мое восприятие моей ориентации с детства не было проблемой. Я пробовала разное, а в шестнадцать лет я окончательно все осознала.

Здесь нет драмы. Я абсолютно счастливый человек, у меня первые отношения были счастливые, взаимные. И поэтому я почувствовала, кто я. Конечно, тогда не было информации, что это нормально, и мы были еще детьми. Конечно, были и вопросы, но в то же время было большое доверие. У других людей этого нет. Поэтому я сейчас уже год занимаюсь активизмом.

А в школе не было вопросов?

В школе были постоянные драки! У меня были короткие волосы, я ходила с ребятами играть в футбол... На протяжении всех школьных лет был буллинг, пока в десятом классе я не поставила друга на место: он тогда два этажа кровью залил. Тогда это и закончилось.

Если ты как-то отличаешься от большинства, тебя будут буллить. Но если у тебя есть сила, то ты защищаешься. У меня была сила. У других не было.

Как родители воспринимали ситуацию?

Мама не знает. Точнее, у нас такая политика — don’t ask don’t tell («не спрашивают — не рассказывай» — ред.). Она знает прекрасно, она следит за моими новостями, я уже тысячу раз сделала неофициальный каминаут. То есть я заявляю о себе открыто. Мама видит все, но мы об этом не говорим.

Папы у меня нет. Папа у меня ликвидатор ЧАЭС, они с мамой разошлись. Его дальнейшая судьба мне неизвестна.

***

Об аэроразведке, дискриминации в армии и ПТСР

Как началась история с армией и почему? Я знаю, что вы учились на туристическом факультете...

Я училась на туриста! Это шутка, но мой стиль жизни — это путешествия.

Что меня привело в армию? Осенью 2014-го я решила идти в армию. Но куда идти и как? Солдатом? Ну, разве я солдат? Я не служила никогда.

Я не видела себя солдатом. Поэтому я решила применить то, что умею. У меня были фундаментальные знания в фотографии. В мобилизационных центрах я себя рекомендовала так: «Возьмите меня полевым картографом, инструктором».

А в мобилизационных центрах мне говорили прямо: «Девочка на фронт нам не нужна».

Когда я пришла в военкомат, там уже шла вторая волна мобилизации. Мне сказали, что мобилизованных достаточно. А картографический центр у нас один, и в него так просто не попасть.

Поэтому я пошла в мобилизационные центры добробатов и, в конце концов, нашла волонтерскую организацию — «Картографическую сотню». Затем из нее возникла организация «Карт 100», я пошла в «Карт 100». Там мы печатали, оцифровывали, вели инструктажи, добывали линейки, компасы...

Мы сотрудничали с государственными учреждениями. А государственные учреждения в то время были очень бедно оснащены и все держалось на волонтерских пожертвованиях, в которых участвовали мои друзья. Они покупали оборудование. Так все и началось.

Пот��м я позвонила Маше Берлинской, которая тогда училась летать на дроне. Говорю: я тоже хочу пилотировать дроны, я занималась картографией, хочу на фронт, а меня не берут. Маша дала мне телефон инструктора, а потом я еще пошла в центр, выучилась на оператора БПЛА (беспилотный пилотируемый летательный аппарат — ред.). Потом еще работала полевым картографом, уже непосредственно в боевых частях.

Настя на репетиции со своей музыкальной группой, Киев, 22 октября 2019 года Фото: Анастасия Власова/hromadske

Фото: Анастасия Власова/hromadske

С какими частями сотрудничали?

Это «Карпатская сечь», 93-я бригада, 128-я горно-штурмовая бригада, 28-я ОМБР (отдельная гвардейская механизированная бригада), «Донбасс». Это и ДУК (Добровольческий украинский корпус), это и «Днепр», это и К1, это 75-Николаевская — много!

По времени — семь месяцев с января 2015 года по август-сентябрь 2015 года. Время от времени возвращалась в тыл, в Киев. Поехали — полетали — сбили или поломались... Здесь, под Киевом, можно было все исправить, здесь и испытания проводили. Далее — снова можем ехать. Едем, летаем, делаем разведку по линии. Сделали, оцифровали, передали частям, снова поехали назад доукомплектовываться.

Какой была жизнь на фронте? Где вы жили, где приходилось ночевать?

Когда я приезжала в части, сначала это было так: «О, девочка приехала!». Чего приехала? Говорю — я такая-то. «Ну хорошо, вот там будешь спать...»

Из жесткого, где ночевать приходилось — это блиндажи в Песках недалеко от окопов. Там окопы и блиндажи. Блиндажи из дерева были.

Но в целом специфика моей работы такова, что оператору надо отдыхать, потому что глаза, потому что внимание, потому что управление. И мы ездили немного вглубь, от одного до пяти километров от линии фронта. Это еще не тыл, туда обстрелы долетали, но там можно было спать в тишине. И чтобы не влажно было. Ведь это была зима.

Однажды в гостинице ночевали в подвале. Ночью, когда начался обстрел, я как раз сидела расшифровывала. Ребята где-то гуляли, а я сама сидела в подвале: наушники воткнула и сижу, работаю. Слышу — гуц-гуц-гуц... Я наушники вынимаю, а там обстрел. И вдруг все забегают в тот подвал — единственное место, где можно было спрятаться. Забегают и говорят: «У нас здесь боекомплект стоит на улице. Если будут попадания, мы здесь сгорим». Пришлось бежать и носить те ящики с боеприпасами...

Настя на репетиции со своей музыкальной группой, Киев, 22 октября 2019 года Фото: Анастасия Власова/hromadske

Всегда было такое восприятие — «девочка приехала»? Приходилось сталкиваться с дискриминацией на фронте?

Обычно «девочка приехала» заканчивалось через пять минут, когда я получала карту. Поэтому в принципе, дискриминацию я не испытывала.

Но девушки, я же общаюсь с другими, могли мне жаловаться, что их по карьере задерживают, иногда сильно задерживают. Ограничивают. Я видела один случай в добробате — девушка, которая сейчас уже известный фотограф, а тогда она мне рассказывала, что она фотографирует, но никто ее не берет. Там очень жесткий был командир.

И я ей говорю: «Слушай... Меня он взял, потому что я специалист по картографической разведке. Так и ты скажи — вот я фотограф»... За 2-3 дня она так сказала, и ее взяли. Вывезли в Пески, надели на нее броник. Она поснимала, все были в шоке, замечательные кадры просто. И все, сейчас у нее официальный контракт.

Но такое отношение к женщинам, оно есть. Поэтому многое зависит от личного контакта.

Почему история с работой на войне закончилась?

Почему закончилась? Потому что война — это вообще не для людей. И у любого человека, который будет на фронте воевать долго, будет ПТСР (посттравматическое стрессовое расстройство — ред.), его будет тянуть на войну. И меня тянуло на войну.

Поэтому я просто решила пожить гражданской жизнью. Плюс немного поутихли боевые действия. Где-то в августе 2015-го развели тяжелую технику, растянули «грады»... Я поняла, что мне надо валить.

То есть это было ваше решение — все, я ухожу?

Да, мое решение! Я ухожу, я хочу жить по-другому. Я приехала в Киев, позвонила подружке, заехала к ней в общежитие. Мы взяли вино, посидели, и решили ехать по Европе автостопом. Мы доехали до Гибралтара, я ехала в своих военных берцах, и там их постирала от военной пыли. Все.

УБД (удостоверение участника боевых действий — ред.) я не делала. Хотя предлагали, и сейчас предлагают. Не делаю, не переживаю, не знаю, не за тем шла... Уже 5 лет прошло, зачем? Мне и контракт предлагали в 93-й бригаде... Контракт всем предлагали...

ПТСР — как он проявляется?

Когда ты в стрессе, ты просто слышишь выстрелы в голове. В День Защитника кто-то петарду хлопнул на Крещатике — ребята, по 16 лет, малолетки. Им по 11 лет было, когда война началась. Что они знают о той войне? Они петарды взрывают, а меня трясет...

Был такой период, когда я просто на диване лежала пластом. Недолго, но было такое бессилие, истощение. Война — это стресс для человека. Для любого человека, даже для самого сильного.

Настя на репетиции со своей музыкальной группой, Киев, 22 октября 2019 года Фото: Анастасия Власова/hromadske

***

О Марше равенства, национализме и однополых отношениях

Как отреагировали бывшие собратья, когда увидели фото с Марша равенства?

Когда мы засветились на Киев Прайде, отвернулись, по-моему, двое. Один там что-то психанул, что-то даже написал. А второй просто молча удалился (из друзей в интернете — ред.).

А как девушки, ваши партнерши, принимают военные истории? Может ли это вообще быть предметом обсуждения?

Тяжеловато. Несколько девушек не то, что не воспринимали, у них были другие взгляды. Не противоположные, конечно, но другие. Им приходилось объяснять. Последняя моя девушка нормально воспринимала, но, мне кажется, что все же для гражданских людей это тяжеловато.

У меня проскакивают и шутки, и какие-то реакции агрессивные на определенное событие... Ну, потому что кровь пролилась... Конечно, у мирных людей не всегда получается понять. Поэтому мы сейчас с психологом над этим работаем. Трудно найти партнершу, которая бы полностью понимала до конца, что у меня в голове происходит.

Ветеран боевых действий на Донбассе, ЛГБТ-активистка Настя Конфедерат (в центре) на Марше равенства в колонне военных, Киев, 23 июня 2019 года Фото: Анастасия Власова/hromadske

Вы себя называете националисткой. Каково ваше определение национализма?

Да, я националистка. Национализм — это признание себя частью этой культуры, истории, это заинтересованность в изучении истории. Это поддержка украинской культуры, поддержка украинской молодежи.

Но национализм основывается на этнической принадлежности...

Представители других этнических групп могут быть нашими идейными союзниками. То есть, национализм — это объединение людей по этническому признаку, но это не враждебное отношение к другим. Если почитать «Кодекс националиста» времен ОУН, то там даже есть информация о том, что если ты наполовину еврей, но и наполовину украинец, а считаешь себя украинцем — ты украинец. Поэтому национализм не является шовинистической идеологией. Это идеология всеобщего объединения, развития, общего культурного вектора.

Для меня украинец — это не просто человек, у которого есть украинский паспорт. Для меня украинец — это человек, который уважает свой дом и что-то делает для этого. Например, является волонтером. А если человек по-тихому с кем-то разговаривает, что под Россией было бы лучше... Даже если у него при этом украинский паспорт, то для меня этот человек, как украинец, умер. Это мое отношение.

Я не говорю, что у нас есть только один внешний враг — только Россия. Посмотрите, в Черновцах сколько людей к румынам хочет.

У нас еще и есть враг внутри нас: глупость, необразованность, робость... Это внутренние враги, которые нас сдерживают в развитии нашей нации.

Вы называете себя националисткой, тогда как нередко можно увидеть довольно агрессивные выпады националистов против ЛГБТ...

Так кто же финансирует! Это же Мордор финансирует... Это делается для того, чтобы опорочить украинскую национальную идею, идею освобождения, идею идентичности Украины. Показать ее агрессивной, нацистской, опорочить ее. И кому это будет выгодно? Это будет выгодно нашему главному геополитическому врагу. Все.

Сейчас вы занимаетесь активизмом, связанным с поддержкой ЛГБТ среди военных. Почему это важно?

У человека, который является представителем ЛГБТ и военным, — двойной стресс. Сейчас мы делаем акцент на участниках боевых действий, а планируем работать и с ВСУ, и с Нацгвардией, и с полицией. Даже с железной дорогой! То есть в нашем фокусе — все, что касается стигмы человека в форме.

Я не могу назвать точную цифру, но нас объединилось около 50 человек, ЛГБТ военных. У нас есть в Фейсбуке группа, которая называется «Военные ЛГБТ и наши союзники». Это закрытая группа, но кто хочет, может смело присоединиться.

Кроме того, у нас есть наши союзники, которые могут быть и не быть ЛГБТ, но нас поддерживать — наши друзья-волонтеры, журналисты, психологи.

Сейчас у нас идет проект, в котором я веду группу «Равный — равному», его финансирует посольство Канады в Украине. Проект касается психологической реабилитации ЛГБТ-военных, военных-трансгендеров...

А еще я тренер. Я тренирую в зале, а это тоже важный момент реабилитации, который очень хорошо поправляет голову и помогает чувствовать, что ты не один.

Колонна ЛГБТ-военных на Марше равенства в Киеве, 23 июня 2019 года Фото: Анастасия Власова/hromadske

Источник

Гей из Туркменистана: "От тюрьмы меня спасло то, что дядя работает в охране президента"

2019-10-22T18:25:18.010Z

Здравствуйте, меня зовут Камиль. Я гей. Я с детства знал, что я гей.

Так началось наше знакомство с 24-летним Камилем (имя изменено). По профессии он врач-кардиолог. Учился в медицинском университете в Минске. Летом 2018 года вернулся на родину, в город Ашхабад. Сейчас работает в одной из Ашхабадских клиник.

Камиль первый представитель сексуальных меньшинств в Туркменистане, который сам, напрямую обратился в Азатлык, чтобы рассказать свою историю. В редакцию Радио Азатлык за последний год несколько раз поступала информация о дискриминации и насилии в отношении представителей ЛГБТ, но мы не могли ни подтвердить, ни опровергнуть эти сообщения, тем более связаться с самими предполагаемыми жертвами.

«С ДЕТСТВА ЗНАЛ, ЧТО Я ГЕЙ»

Камиль обратился в Радио Азатлык с целью сделать «каминг-аут», то есть открыто заявить о том, что представитель сексуальных меньшинств и он стал первым туркменским геем, сделавшим этот шаг. А сделать этот шаг его заставила ситуация с нетерпимым отношением к ЛГБТ сообществу в Туркменистане, где до сих пор гомосексуальность уголовно наказуема, непонимание со стороны его родных. Отметим, что с Камилем мы общаемся уже три недели и в течение всего этого времени в разговорах он много раз сомневался о том, правильно ли он поступают открыто рассказывая о себе, так как в реалиях Туркменистана это может быть очень опасно для него. Он постоянно рассказывал о том, что в данный момент с ним происходит и мы несколько раз меняли наше решение о том раскрывать его личность или нет. Но то, что с ним произошло за последние несколько дней подтолкнуло его принять окончательное решение.

С Камилем мы общались по одному из безопасных каналов связи, так как он всё время опасался, что его близкие могут узнать о том, что он обратился к нам. По этому мессенджеру он прислал нам видео, в котором рассказывает, насколько сложившаяся ситуация для него стала невыносимой.

«С детства я знал, что я гей и для меня это было тяжело принять. Я рос в очень религиозной семье. После школы я уехал учиться в Минск, поступил в медицинский университет. В Минске я почувствовал свободу и начал принимать себя таким какой я есть. 2018 году летом я закончил учебу и приехал обратно в Туркменистан. Но я всё время думал уехать, ведь для таких как я в Туркменистане нет жизни. После приезда мне было одиноко, и однажды по Интернету я познакомился с парнем. Мы начали общаться, в наших онлайн переписках он был очень приятным. Мы решили встретиться. Но я не мог представить, как всё обернётся», рассказывает Камиль.

Для него встреча закончилась плохо. Человек, общавшийся с ним по Интернету, оказался сотрудником полиции, который таким образом заманивал геев. Ведь в Туркменистане гомосексуализм до сих пор карается законом.

«Мы назначали встречу в 7 часов вечера, а когда я пришел его на месте не оказалось. Я позвонил ему, он сказал, что скоро придёт. Пока ждал я решил зайти в аптеку купить лекарство для сестры. За мной зашли двое людей в гражданской одежде, надели наручники и увезли в полицейское отделение в районе Хитровки», вспоминает Камиль.

«ДЯДЯ МЕНЯ ВЫЗВОЛИЛ, А КАК С ОСТАЛЬНЫМИ»

Его от уголовного наказания спасло то, что его дядя работает в службе охраны президента Туркменистана. Но до того, как его вызволили, в полицейском отделении его били и оскорбляли.

«По дороге в отделение полиции в машине меня избивали и материли всю дорогу. Когда приехали избивания продолжились. Использовали электрошокер, требовали, чтобы я признался на камеру, что я гей. Они забрали у меня телефон, начали просматривать контакты, требовали, чтобы я сдал других, обещали отпустить. Уже поздно вечером после 11 часов, на мой телефон начали звонить мои родные. Один из полицейских ответил, на другом конце был мой отец. У него брат работает в службе охраны президента, они приехали вместе, чтобы забрать меня. От тюрьмы меня спасло то, что дядя работает в президентской охране, а ведь сколько таких, как я, которые попадают за решётку.»

Когда отец и дядя Камиль забрали его, у него болело всё тело, особенно в области рёбер, от ударов электрошокера. Но вызволение его родными, к сожалению, не означало, что его унижения закончились. «Всё время по дороге домой меня оскорбляли, теперь уже родные», вспоминает он.

«Дома началась травля по новой. Отец начал кричать: «ты ублюдок, лучше бы я тебя отвёз куда-нибудь и зарезал». Дядя и братья тоже кричали на меня, мол я их позорю. В следующие недели меня возили к мулла, чтобы он заклинаниями меня вылечил, водили к психологу. В конце концов меня решили женить. Это меня совсем убило», рассказывает Камиль.

По его словам, о его сексуальной ориентации в данный момент знают его отец, братья и дядя. Но Камиль хотел бы сделать «каминг-аут», то есть открыто заявить о том, что он гей, чтобы своим примером начать дискуссию в туркменском обществе о необходимости пересмотра отношения к представителям сексуальных меньшинств.

«Да, я гей. Я всегда знал, что я гей и раньше это меня мучило. Но потом я научился воспринимать себя таким, какой я есть. Я ничем не отличаюсь от остальных людей. Но теперь меня мучает отношение окружающих ко мне. Особенно, непонимание со стороны близких меня убивает. Поэтому я хочу, чтобы все знали, что я тоже человек, пусть моя семья узнает обо мне. Может тогда они откажутся от придуманных традиций, гордости, которые причиняют боль мне и таким как я», говорит Камиль.

ПОПЫТКА БЕЖАТЬ

Здесь мы хотели бы отметить, что хотя мы познакомились с Камиль пару недель назад, в первый раз мы узнали о его ситуации в феврале этого года, но тогда не смогли с ним связаться. Тогда, по его словам, не найдя понимания со стороны своих близких и не сумев получить помощи в представительстве ОБСЕ в Ашхабаде, он уехал в Стамбул. Но его тогда нашли люди, которых наняли его отец и дядя.

«Когда они нашли девушку, на которой меня хотели женить, поначалу я думал привыкну. Всё шло, как хотели мои родители. Но когда уже начали готовиться к свадьбе, я понял, что не смогу так жить и обманывать эту девушку. Я же испорчу её жизнь, сделаю её несчастной. Тогда я решил, что нужно что-то делать», вспоминает Камиль.

Он решил обратиться в международные организации. Единственное место, где, по его мнению, могли как-то помочь, было представительство Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

«Где-то в январе я пришёл к офису ОБСЕ. Попросил, чтобы меня принял кто-нибудь. Ко мне вышел один из местных работников. Он был туркмен, и мы говорили по туркменски. Он не представился, спросил, что я хотел. Я сказал, что мне нужна помощь и рассказал о себе. Когда он узнал о том, что я гей, он изменился в лице, начал мне грубить. Сказал, что за это в Туркменистане есть уголовное наказание и должен быть рад, что не нахожусь в тюрьме», говорит Камиль.

Журналист Азатлыка пытался связаться с представительством ОБСЕ в Ашхабаде, чтобы получить разъяснения, но телефоны указанные на сайте представительства оказались нерабочими.

Отчаявшись Камиль решил уехать из страны, никому об этом не сказав.

«18 февраля я улетел в Турцию, чтобы там обратиться за помощью в представительство ООН по делам беженцев. На следующий день после моего отъезда моя семья наняла человек в Турции, который меня нашёл. Это был туркмен по имени Дурдымырат Аннаев. Я точно не знаю, где он работает, но у меня сложилось впечатление, что он связан с посольством Туркменистана. После того, как он меня нашёл, угрозами заставил поехать с ним в аэропорт Стамбула и сесть на самолёт. Я связался по телефону с родными, они пообещали мне, что всё будет в порядке, что хотят поговорить и что если я захочу, то уеду. 20 февраля я вернулся в Ашхабад», говорит Камиль.

В ТУРКМЕНИСТАНЕ, КАК В ТЮРЬМЕ

После возвращения родители и имеющий влияние во властных структурах дядя Камиля сделали так, что он стал невыездным из страны. Сейчас он не может уехать, но оставаться в Туркменистане и оставаться таким какой он есть для Камиля являются несовместимыми друг с другом обстоятельствами. Он отдаёт себе отчёт в том, что заявить о себе в Туркменистане может быть очень опасным для него, несмотря на это, он принял это решение в надежде начать обсуждение этой проблемы.

В последние несколько дней нашего общения давление на него со стороны родных, особенно отца и его брата, увеличилось. Его дядя, работающий в службе охраны президента Туркменистана за время нашего общения по крайней мере два раза забирал Камиля и проводил беседы чтобы, как он выразился «вразумить его». А 17 октября дядя увёз его, допрашивал и избил. Причиной этому стало то, что Камиль сообщил девушке, которую ему засватали, о своей ориентации и, что ей лучше не соглашаться выходить за него замуж.

«После приезда из Турции родные опять начали говорить о женитьбе. Сосватали уже вторую невесту. Именно после этого я решил обратиться к вам. Я пытался объяснить родным, что не хочу жениться. Это будет, во-первых, нечестно по отношению к этой девушке, я не хочу разрушать чью-то жизнь. Женитьба для меня всё равно, что конец всему в моей жизни. Поэтому я, через анонимный аккаунт в Имо, сообщил ей правду о себе и посоветовал ей не соглашаться выходить за меня за муж», говорит Камиль.

После того, как девушка сообщила об этом родителям, а те родителям Камиля, 17 октября его дядя забрал его, стал допрашивать о том, кто это сделал и сильно избил.

Одним из его последних сообщений было: «Надеюсь, у меня будет свобода, а если нет, то пусть моя история станет первым шагом для обретения свободы таких, как я. И пожалуйста, не переставайте говорить об этой проблеме, и если я исчезну, то расскажите о том что случилось со мной . Дядя сможет меня заставить сказать, что я этого не делал, что не писал вам ничего. Как вчера заставил, сказать, что это не я сообщил девушке. Не верьте, всему, что я могу сказать под давлением. Сохраните наши переписки. Это семья меня уничтожает, пусть лучше весь мир знает какие они. Сделайте пожалуйста то, о чём я вас прошу. Расскажите обо мне».

Радио Азатлык за этот год получал несколько сообщений о насилии и нечеловеческом обращении с представителями ЛГБТ сообщества. Но из-за того, что мы не могли получить дополнительных подтверждающих эти случаи сведений, мы не публиковали эти сообщения.

Туркменистан остаётся в числе стран, где гомосексуализм преследуется уголовно. Таких стран в мире насчитывается около 60 и их становится всё меньше. Из стран бывшего союза кроме Туркменистана, геев уголовно преследуют только в соседнем Узбекистане, а остальные республики уже давно отказались от соответствующих статей в уголовном кодексе.

Источник

Протесты мусульман в отношении ЛГБТ-программ в школах Бирмингема

2019-10-20T19:22:39.511Z

Высокий суд Бирмингема в Англии заслушал доводы сторон по делу о запрете исламским активистам выступать с протестами против ЛГБТ-тематики в школьной программе.

Джонатан Мэннинг, представитель городского совета Бирмингема, заявил суду, что речь идёт «не о запрете законных акций и нарушении свободы слова, а о неприемлемом поведении» протестующих. Совет выступает за постоянный запрет выступлений, направленных против просветительских ЛГБТ-программ в начальной школе Андертон Парк.

В настоящее время действует судебное решение о временной «зоне отчуждения», которое запрещает демонстрантам протестовать у стен учебных заведений, принятое после того, как около 300 человек собрались у ворот в мае.

Протесты были вызваны главным образом родителями-мусульманами из Пакистана, полагавшими, что уроки противоречат их «религиозным убеждениям и семейным ценностям». К школе они выходили с плакатами: «Пусть дети будут детьми» и «Адам и Ева, а не Адам и Стив».

Ранее другая бирмингемская школа, которая приостановила уроки ЛГБТ-равенства под давлением протестующих, позже возобновила модифицированную версию программы. Родители учеников устраивали еженедельные акции против продвижения (как они считали) образа жизни геев и транссексуалов. В марте сотни детей-мусульман, в возрасте от четырех до 11 лет, были забраны из школы на весь день.

Шакил Афсар (фото)

Одна из участниц пикетов, Розина Афсар, чей сын ходит в школу Андертон Парк, обвинила руководство в дискриминации по отношению к людям мусульманской веры. «Сказать, что мы не интегрируемся, самая абсурдная вещь, которую я когда-либо слышала, — сказала она. — А кроме того, часть британских ценностей состоит как раз в том, чтобы позволить людям жить согласно их вере».

На последнем заседании суда представитель городского совета Мэннинг сообщил, что протестующими распространялись лживые слухи о том, что «осужденный педофил» приглашался на занятия для «обучения анальному сексу». Распространялись утверждения, что школа «заставляет мальчиков одеваться как девочки, и наоборот», а также «показывает фильмы о сексе и порнографии».

Мэннинг подчеркнул, что упорные «попытки нарушить школьную жизнь за пределами зоны отчуждения» доказывают необходимость нового судебного решения. «Такое поведение делает необходимым введение полного запрета».

Директор Сара Хьюитт-Кларксон пояснила в суде: «наша школа просто учит, что существуют разные сексуальные ориентации, которые должны быть приняты в обществе. Мы говорим, что у некоторых детей есть две мамы, — но это не является пропагандой гомосексуальности».

Шакил Афсар (фото)

Директор согласилась, что у небольшой части мусульманского сообщества возникла «напряженность» по поводу школьной программы, включающей ЛГБТ-просвещение. «Конечно, существует напряжение, когда кто-то называет гомосексуальность греховной. Но понятия греховности нет в британском законодательстве», — сказала она. «Тем не менее, школа осведомлена о культурных особенностях семей и не внесла некоторые события — вроде городского гей-прайда — в школьный календарь».

Рэмби Де Мелло, представляющая группу протеста, обвинила Хьюитт-Кларксон в желании «подорвать гетеронормативность». Одновременно проходят акции пикетчиков, в которых принимают участие мулла, родители и активисты исламской общины.

«Мы призываем школу к диалогу», — заявил лидер протестующих Шакил Афсар (фото). Но именно он пригласил радикального имама, известного под именем «Мулла Бахм», выступить на митинге, в котором приняли участие около 300 человек, включая детей-мусульман. Мулла назвал директора школы «шайтаном» и публично призвал «сломить» «эту женщину».

«Там есть педофилы! Они продвигают интересы педофилов!» — кричал он, указывая на школу. Геи «хотят забрать наших детей», — заявил мулла, призывая к акциям протеста, говоря, что «мусульмане не спят» и готовы бороться.

Во время перекрестного допроса в суде Афсар отрицал, что приглашал муллу для выступления и никогда не видел его раньше. Более того, не знал о его планах произнести «спорную речь». «Я не поддерживаю то, что он сказал и делал все возможное, чтобы отнять у него микрофон,» — утверждал активист.

Впрочем, на кадрах видно, как он держит микрофон во время выступления имама. В какой-то момент Афсар показал собравшимся фото «пряничного человечка с гениталиями», иллюстрируя тезис о педофилах. Суду он заявил, что «не понял», что было на снимке.

Из сообщений Whats App, отправленных с личных аккаунтов Афсара, было представлено фото с детьми и мужчинами, одетыми в провокационную женскую одежду, которые выдавались за часть школьной программы. Член городского совета Джонатан Мэннинг обратился к Афсару: «Вы представитель группы родителей, многие из которых, как вы утверждаете, не говорят по-английски, но почему-то уверены, что знаете, чему учат в классах. Это совершенно безответственно и делается только для того, чтобы разжечь страхи родителей».

Ранее Афсар появлялся на телеканале «Russia Today» с рассказом о программе «All About Me», посвящённой здоровью, которая, якобы, «продвигала» среди школьников «прикосновения и мастурбацию».

Активист назвал это «чистой случайностью», но согласился с мнением общины, возмущённой темой «порнографии и мастурбации» в рамках школьной программы. Наши протесты были «криком о помощи» — сказал он в суде, заявив, что кампания имеет «примирительный характер» и рассчитана на поиск компромисса.

Впрочем, несмотря на «добрые намерения», официальное расследование Комиссии по противодействию экстремизму обнаружило факты того, что Хизб ут-Тахир и другие исламистские организации поддержали протесты «общественности», провоцируя раскол и напряжённость в связи с ЛГБТ-просвещением в программах британских школ.

Заседания суда продолжаются.

Источник

Вуайеризм, гомосексуальность и венерофобия: сексологи — о том, что волнует мужчин

2019-10-20T10:21:43.366Z

«У меня порнозависимость, что делать?», «Считается ли изменой эротический массаж?», «Мой член какой-то не такой» и другие популярные мужские вопросы — и ответы сексологов.

Мужская сексуальность в современном обществе рассматривается преимущественно с медицинской точки зрения и сосредоточена на физиологии эрекции — таковы результаты исследования гендерных различий в сексологии, которое провела бразильский антрополог Фабиола Ронден. Самые частые вопросы, с которыми мужчины идут ко врачу: «Почему у меня не стоит так, как раньше?», «Что делать, если во время секса у меня упал?» и тому подобные.

Но не всех тревожит исключительно потенция. О мужских проблемах и о том, как с ними справиться, рассказывают сексолог, президент «Профессионального объединения врачей-сексологов» Евгений Кульгавчук, уролог и автор книги «Bravo, penis! Об интимной жизни глазами врача» Екатерина Макарова и врач-психотерапевт и клинический сексолог Василий Шевляков.

«При мастурбации всё хорошо, а как дело доходит до секса — осечка за осечкой…»

Евгений Кульгавчук

Мужчины часто обращаются ко мне с жалобами на снижение или потерю эрекции. В таких случаях сначала исключаются различные физиологические и психические заболевания. Если обнаруживаются проблемы, назначается лечение: кому-то — гормонозаместительная терапия, кому-то — антидепрессанты, кому-то — ингибиторы фосфодиэстеразы (самый известный препарат этой группы — «Виагра»), кому-то нужна физиотерапия, а кому-то нужно пересмотреть лечение, назначенное предыдущим врачом.

После этого рассматривается образ жизни пациента. Например, он может банально не высыпаться, и из-за этого у него снижается потенция. У другого — сильный стресс на работе, у третьего — лишний вес, у четвертого — семейные проблемы. Мы подробно разбираем все сферы жизни. По мере нашего общения могут вскрываться старые психотравмы, которые мешают качественной половой жизни. Всё это можно решить, но не всегда получается сделать это за один сеанс.

Екатерина Макарова

У мужчин старше 45 лет на первый план выступают соматические проблемы.

У мужчин младше тридцати в основном актуальны психологические причины: неуверенность перед первым половым актом, сомнения в своей сексуальной ценности в начале отношений.

Эта проблема также может быть связана с синдромом тревожного ожидания сексуальной неудачи. После исключения соматической патологии мы разбираем сексуальный цикл мужчины: выясняем, где он делает ошибки и какие, на каком этапе близости срывается процесс. Если какая-то из фаз проскакивает или не выполняется, то может возникать дисгармония. В случаях, когда ее можно преодолеть, изменив поведение, я рекомендую конкретные способы и техники.

«Доктор, нормально ли это?»

Екатерина Макарова

Ко мне часто обращаются с вопросом верификации нормы. Мужчины спрашивают: «У меня вот такие особенности. Нормален ли я? Что мне с этим делать? Как адаптироваться к этому? Как искать партнершу?» В основном это жалобы на мнимые дефекты, отклонения — то есть неправильное восприятие нормы.

Например, пациент говорит: «Доктор, я чувствую себя сексуально некомпетентным, потому что я не могу совершить второй половой акт за один раз. Я читал, что у кого-то бывает по два, у кого-то — три, у кого-то — десять, а у меня всего один». Это мнимый больной. В норме мужчина должен совершить один половой акт. Даже в возрасте сексуальной гиперактивности (18–22 года) большее количество возможно не у всех.

Или: «Доктор, у меня слишком короткий половой акт — всего три минуты. А хотелось бы десять».

Согласно Европейской ассоциации урологов, нормальным считается половой акт, который длится дольше одной минуты. Поэтому я задаю вопрос: «А чего бы вы хотели достичь за эти десять минут?»

Получаю ответ: «Чтобы партнерша была удовлетворена». И тогда мы начинаем разбирать персональные особенности его половой жизни, и думаем, как можно утолить сексуальное желание партнерши не за счет длительности периода фрикций, а другими способами. То есть моя работа заключается в нормализации восприятия пациентом себя и своих физиологических возможностей.

Василий Шевляков

За последние десять лет сексуальная грамотность повысилась, но всё равно существует слишком много мифов и стереотипов в различных источниках, в том числе и в порнографии.

Часто мужчинам не на что опереться в понимании того, что с ними происходит: это норма или серьезное отклонение, с которым нужно что-то делать. Когда такие мужчины обращаются за консультацией, прием у специалиста превращается в лекцию по общей сексологии.

Я рассказываю, как устроена физиология мужской сексуальности, какие есть нормы и отклонения. Мы вместе находим точку опоры, чтобы в дальнейшем мужчина не проваливался в сложные переживания и понимал, что всё хорошо.

Например, человек обращается по поводу преждевременного семяизвержения, но проблема оказывается мнимой. Просто у мужчины было представление, что удовлетворять женщину нужно долго, поэтому 5–15 минут, которые он может выдавать, его не устраивали.

Был мужчина, который не позволял себе начинать сексуальные отношения с девушкой, с которой у него завязался роман, потому что он думал, что у него очень большой член, который будет доставлять дискомфорт партнерше. Его девушка оказалась неопытной, поэтому не могла подтвердить, соответствуют ли его размеры норме или нет.

Еще был мужчина, которого ко мне отправили врачи-урологи. Он жил с уверенностью, что его мошонка мешает заниматься сексом и не нравится женщинам, потому что она «гигантская».

Пришлось приводить доводы чуть ли не в граммах, сколько должна весить мошонка, и что, вообще-то, в процессе полового акта она значительно уменьшается в размерах и меняет форму.

«Меня зовут Володя, и я порнозависимый»

Евгений Кульгавчук

С зависимостью от порно мы работаем как с любой аддикцией. Сначала формируется осознание, к чему приводят действия человека. Далее выясняем, что стоит за зависимостью.

У кого-то частая мастурбация на порно — это «собственноручная» психотерапия для снятия стресса. У кого-то — это симптом невротизма, тогда рекомендуется не только психотерапия, но и препараты для снижения тревожности.

Когда у человека формируется готовность отказаться от привычного поведения, мы переключаем его — убираем плюсы и добавляем минусы, то есть делаем так, чтобы реализация стала сложной.

Для этого некоторым пациентам приходится менять смартфон на кнопочный телефон на три месяца. Кому-то рекомендую установить программы, которые блокируют сайты и отслеживают трафик. Параллельно с этим апгрейдим имеющиеся отношения или начинаем поиск новых, подтягиваем навыки знакомств и самооценку. Последний шаг — закрепление нового поведения, чтобы дальше не было срывов.

«Не могу перестать подглядывать за девушками в туалете»

Василий Шевляков

Ко мне приходят с различными формами нарушений и проблем сексуального влечения. Чаще всего это вопросы, связанные с вуайеризмом, желание сексуальных экспериментов с БДСМ, ролевыми играми, свингерством, фиксацией и т. д. Обычно такие мужчины говорят: «Я хочу вот так, а моей партнерше не нравится, но для меня это очень важно».

Или приходит пара. Она говорит, что ей хочется, чтобы он связал ее и ласкал два часа, а он вообще не понимает, что в этом сексуального и называет извращением. В большинстве случаев это означает, что в отношениях есть недопонимание и что-то идет не так.

Дополнительная стимуляция возбуждения и страсти часто связана с нехваткой простых радостей отношений, например, душевной близости или телесного контакта.

Я веду и сложные формы перверсий, такие как эксгибиционизм, латентная педофилия, то есть формы тяжелых сексуальных отклонений, которые рано или поздно полностью замещают естественное сексуальное поведение и сексуальные отношения человека, меняют его систему ценностей.

Евгений Кульгавчук

Если это не ярко выраженный фетиш, то мы просто адаптируем человека, например, работаем с парой для того, чтобы партнерше тоже начало нравится такое поведение. Но бывает, что адаптация затруднена: например, мужчине не нужен секс как таковой, главное — помассировать ступни. В таких случаях мы работаем как с аддикциями.

Раньше ко мне приходили фроттеристы, которые переживали, что они не могут перестать тискать женщин в метро, и говорили об этом, сильно смущаясь. Сейчас они создают в соцсетях сообщества и не стыдятся своих пристрастий, а даже гордятся ими. А патологические, по сути дела, модели садо-мазохистического поведения воспеваются в массовой культуре.

Происходит депатологизация, и такие модели поведения становятся одним из способов разнообразия сексуальной жизни. И из-за этого люди могут даже не замечать, что им мешает это поведение.

А чем больше они его закрепляют, тем больше проблем будет в будущем. Например, в какой-то момент им становится мало ощущений и они усилят их до опасных граней, что может привести к негативным последствиям. Как пример, случаи удушения до смерти во время секса.

«Как-то не очень хочется…»

Василий Шевляков

Ко мне обращается всё больше мужчин по поводу отсутствия влечения к своим партнершам. Похоже, мужчины стали более внимательны к своему сексуальному здоровью и взаимоотношениям. Лет десять назад в основном их интересовала физическая часть, то есть насколько они вообще в состоянии заниматься сексом.

Я могу выделить две самые частые причины снижения влечения. Первая — семейная дисгармония, когда в отношениях появляется много непроговоренных переживаний, отсюда — тревога и страхи, которые истощают нервную систему. Естественно, от этого страдает сексуальная жизнь.

Мужчина не понимает, что происходит. В его представлении у него есть идея, что нормальный мужчина должен хотеть 24 часа в сутки. Конечно, он сильно пугается и приходит ко мне — не потому что есть напряжение в отношениях, а потому что сексуальное влечение уменьшилось.

Второй частый момент — взаимоотношения доходят до критического состояния, когда возникает неприятие и отвращение к человеку как сексуальному партнеру. Мужчина приходит и говорит, что ему в принципе психологически и социально хорошо с партнершей, но нет сексуального возбуждения.

Отвращение — универсальный механизм разрыва контакта с чем угодно: людьми, едой, работой. Знак того, что наша невозможность принимать что-то физически или психологически достигла апогея.

Если возникает психологическое чувство отвращения, то есть не хочется, чтобы партнер прикасался, не хочется близости с ним, нет желания проводить вместе время и делиться важной информацией, то это вопрос о нарушении безопасности в отношениях. И это больше вопросы семейной психологии.

К сексологу чаще обращаются, если есть отвращение на уровне телесного контакта: противны запахи, прикосновения, поцелуи. В таких случаях я провожу диагностику, чтобы лучше понять истоки проблемы. Далее назначается индивидуальная или семейная психотерапия. Это позволяет разрешить проблемы с накопившимися негативными переживаниями и развернуть партнеров друг к другу, снизить отчуждение и помочь им двигаться к решению сексуальных вопросов.

«Кажется, я изменил…»

Екатерина Макарова

Вопросы измен актуальны как никогда. Чаще всего пациента волнует, не подхватил ли он какую-нибудь инфекцию. Бывают вопросы по поводу сексуальных техник, когда с женой в привычном сценарии не используется то, что мужчина попробовал где-то еще.

Сейчас очень популярны салоны эротического массажа, где женщина делает релаксирующие процедуры, заканчивающиеся мастурбацией мужчины. Многие не воспринимают это как измену, ведь формально не учитывается личность массажистки.

Но половое влечение вскоре дезориентируется, и мужчина привыкает к такому «ленивому» способу решения своих проблем, в результате чего влечение к партнерше снижается.

Бывают обращения с моральными муками. Жена «довела» до измены своим поведением. Это либо редкий секс, либо скудость сексуальных реакций женщины. Как правило, измены случаются по другим причинам, но находятся такие мужчины, которые обвиняют жен в том, что им пришлось искать счастье на стороне.

Встречаются и такие случаи, когда мужчина бодро заявляет, что у них с женой свободные отношения, никто никого ни в чем не ограничивает. Поэтому он свободно ищет себе партнерш в соцсетях, встречается с кем хочет. А жена, наверное, тоже с кем-то переписывается.

Но часто бывает так: как только дело доходит до реальных подозрений в адрес жены, вся свободная любовь на этом заканчивается и начинается вполне ощутимое выяснение отношений.

По моим наблюдениям, около 30% супружеских пар живут без измен. Причины могут быть разные, от сильной любви до страха чем-то заразиться. Но результат радует своей гармонией.

Евгений Кульгавчук

Если мужчина обращается ко мне по поводу измены либо с его стороны, либо со стороны партнерши, мы разбираемся, что предшествовало измене. Выясняем, как была устроена его семья, как выстраивались отношения с партнершей. Но изначально нужно понять, сожалеет ли человек о случившимся и хочет ли это исправить. Если да, то им рекомендуется партнерская реабилитация с возможностью пересмотреть сложившуюся ситуацию, рассматривать ее как стимул для обновления.

Моя задача — донести людям, что часто счастье приходит в упаковке проблемы, и помочь распознать его.

Далее пары проходят в курсе семейной психотерапии этап принятия и прощения, делают выводы, разделяют ответственность, потом следует построение новых отношений.

«Может, я гей?»

Василий Шевляков

В большинстве случаев с таким вопросом обращаются мужчины от 17 до 30 лет, у которых есть новый опыт взаимоотношений либо психологические проблемы, связанные с сексуальной идентичностью.

Они приходят и говорят: «Я не понимаю, что со мной происходит. Вроде я всегда много внимания уделял женщинам, а тут перестал на них смотреть, избегаю контакта, особенно после болезненного расставания. Я понимаю, что к женщинам идти сейчас не могу, но при этом у меня много возбуждения. И я начинаю засматриваться на мужчин, больше сравниваю себя с ними. Не является ли это проявлением гомосексуальности? Не будет ли у меня потом проблем?»

Они боятся, что гомосексуальность обернется для них стигмой, что они потом будут иметь сложности, например, с каминг-аутом. Они приходят за ответом на вопрос о своей ориентации, а в ходе беседы мы находим, как правило, психологические травмы, связанные с развитием сексуальности, и тогда проводим психотерапию.

«Знаете, я панически боюсь…»

Екатерина Макарова

Основные страхи мужчин — это заболеть ЗППП, страх негативных последствий половой жизни вплоть до рака и импотенции, страх, что женщина забеременеет не от него, а ему придется на ней жениться. Иногда страхи приобретают характер фобий, например, венерофобия — страх заболеть венерическими заболеваниями.

За всеми этими страхами, как правило, стоит общая тревожность личности. Здесь поможет психотерапия, а не сексология, поэтому с такими вопросами я отправляю к коллегам.

«Вообще у меня всё хорошо, но хотелось бы, чтобы и дальше было так же»

Евгений Кульгавчук

Ко мне стало приходить больше мужчин не за лечением, а за профилактикой. Как правило, такие пациенты приходят по рекомендациям своих приятелей, которые восторженно рассказывают про то, как было и как стало после посещения врача-сексолога.

Я всем рекомендую раз в три года проходить такое «техобслуживание» с анализом отношений и образа жизни, чтобы и дальше всё хорошо «работало».

Моя задача — это сделать из пациента со-терапевта. Если это получилось, то это успех, причем не временный, а на годы.

Источник