Evgeniya Misty

Сексуальная кривая

2020-09-02T09:47:19.521Z

Весь модный глянец живет абсурдной иллюзией, успешно скармливая своим доверчивым читательницам «формулу» красоты и молодости, ну и, разумеется, все сопутствующие к этому делу товары. Да, для большинства мужчин молодость сама по себе привлекательна — спору нет. Но внешняя привлекательность партнерши и впечатление, которое можно получить от секса с ней, — это совсем не одно и то же, и зависимость тут отнюдь не прямая. Юность и свежесть может привлечь, но если любви не возникнет, а секс будет холодным и сдержанным, то второй раз уже не захочется. При этом женщина, которая не отличается особенными физическими данными или отчаянной юностью, может так, выражаясь современным языком, «зажечь» в постели, что мужчину потом будет за уши не оттянуть.

Женская чувственность и способность к получению удовольствия от сексуальных отношений с возрастом растет, увеличивается, причем очень постепенно. А мужская сексуальная потребность, напротив, в молодые годы выходит на пик своей интенсивности, а затем плавно, но весьма заметно снижается. В результате получается, что, когда женщине, например, тридцать пять, а мужчине двадцать, они находятся в некой точке соответствия друг другу по этому параметру, одинаково нуждаются в сексе и одинаково его ценят.

Разумеется, это не означает, что мужчины, по преимуществу, будут стремиться к сексуальным отношениям с женщинами, которые старше их по возрасту, как раз наоборот. Но то, что гармония по параметру интенсивности сексуальной потребности в такой паре в среднем выше, чем у пары сверстников, — это факт бесспорный. Если же речь идет о мужчине, который старше женщины на двадцать лет, — это другое дело (по крайней мере, если рассматривать данный вопрос стратегически), но в случае, когда женщина старше, — тут все естественно и удивляться нечему. Грубо говоря, молодому мужчине легче в сексуальном плане с более зрелой женщиной, нежели со сверстницей, которая пока еще не способна к такому самораскрытию в сексе, как ему бы того хотелось.

Когда мы говорим об интенсивности половой жизни, речь идет не о банальном «количестве», а о физиологической потребности. И понятно, что если у мужчины пик этой физиологической потребности приходится на раннюю молодость, а у женщин — на четвертый десяток, то «сексуальных проблем» просто не избежать. Ведь что получается? Сначала мужчине «одного надо», и женщина в нем разочаровывается, а он, в свою очередь, не получает того, чего ждет, и тоже «затаивает». Проходят годы, и женщина переходит в разряд тех, кому «больше надо», а мужчина, с одной стороны, уже не так этого хочет, а потому раздражается, с другой стороны, у него теперь есть возможность отыграться за свою неудовлетворенную юность, поквитаться — мол, ты раньше, когда мне это было надо, не хотела, а теперь, когда тебе вдруг почему-то стало нужно, я должен стараться — нетушки.

Понятно, что далеко не во всех семьях супруги готовы и вообще способны обсуждать подобные проблемы, часто они даже не предъявляют друг другу никаких «претензий», а списывают возникающие проблемы на другие, сторонние факторы. Но ситуация эта — проговаривают ее или нет — до банальности стандартная. Не случайно, если мы посмотрим на социальное поведение мужчин и женщин в молодости и в зрелости, то увидим прямо противоположную картину. Молодость — это когда мужчины «бегают» за женщинами, а зрелость — когда женщины начинают «бегать» за мужчинами.

Итак, завершая разговор об интенсивности половой жизни у мужчин и женщин в зависимости от возраста, можно сказать следующее. Совокупный объем «секса», в который готовы вступить молодые женщины, меньше того, на который претендуют мужчины этой возрастной группы, а потому возникает дефицит «предложений» со стороны женщин, женщины оказываются более востребованы и их ценность возрастает. Но проходит каких-то пятнадцать-двадцать лет, и ситуация в корне меняется: теперь мужчины нуждаются в меньшем количестве секса, поскольку пик их «сексуальной кривой» пройден, а женщины, которые к этому моменту только на свой пик поднялись, напротив, рассчитывают на большее, то есть теперь возникает «мужской дефицит секса». Соответственно, в зрелые годы возрастает ценность мужчин на рынке межполовых отношений.

И все было бы ничего, если бы этот «конфликт интересов» был бы осознан и не превращался в инструмент для взаимного выяснения отношений. Но, к сожалению, именно так и происходит: молодые женщины обвиняют мужчин, зрелые мужчины изменяют своим «вторым половинам» с более молодыми представительницами прекрасного пола.

В молодой возрастной группе ценность женщин выше, а женщины потому становятся претенциозны и конфликтны, когда же с годами возрастает ценность мужчин — последние имеют дополнительные внутренние основания для того, чтобы изменять своим «вторым половинам», объясняя это тем, что их — мужчин — прежде не ценили и недолюбили.

А.Курпатов - Наука о сексе.

Эксперимент Дернера

2020-08-05T19:33:58.205Z

«Сексуальность крысы»

Опыты на людях, как известно, запрещены законом. И это, конечно, очень хорошо. Но вот ученые оказываются не в самом удобном положении: чтобы объяснить природу наших с вами — человеческих — реакций, им приходится изучать животных, а уж затем проводить какие-то аналогии. Данные исследования, проведенного немецким эндокринологом Дернером, о котором сейчас пойдет речь, конечно, нельзя напрямую переносить на человека, но показанный им в этих опытах на крысах принцип, безусловно, хоть и с определенными оговорками, работает и в процессе формирования сексуальности человека.

Итак, что же это за исследование? Доктор Дернер взял целую группу новорожденных крысят мужеского пола и кастрировал их прямо в день рождения. В результате, по понятным причинам, количество мужских половых гормонов в их организмах предельно снизилось и оставалось таковым в течение всего их последующего взросления и развития. Однако, когда эти покалеченные исследователем крысы выросли, он предпринял попытку исправить эту «ошибку природы». Кастрированным самцам был введен тестостерон (мужской половой гормон). И как, вы думаете, они стали себя вести?.. До этого кастрированные самцы, по причине отсутствия у них мужского полового гормона, не проявляли никакого интереса к сексуальной активности. Однако, когда им начали вводить мужской половой гормон, ситуация изменилась — интерес появился, но… кастрированные самцы с искусственно введенным им мужским половым гормоном в сексуальном смысле вели себя как самки — то есть принимали перед самцами «женоподобную», рецептивную позу для сношения.

Впрочем, на этом фокусы доктора Дернера не закончились. С другими крысятами он провел аналогичный эксперимент с одним, казалось бы, незначительным отличием. Когда этим, уже кастрированным, крысятам исполнилось три дня, доктор Дернер ввел им небольшую дозу тестостерона, причем однократно. Дальше они продолжали расти в тех же условиях, что и кастрированные самцы из первой группы. Когда же они выросли, им, как и самцам первой группы, был введен тестостерон, теперь уже в нормальных дозах. Как, вы думаете, повели себя эти кастрированные в младенчестве, но привитые тестостероном на третий день от рождения крысы? Фантастика, но они вели себя как нормальные самцы и пытались «покрывать» самок обычным «мужским» способом!

Итак, все отличие: на третий день одна группа кастрированных крысят получила каплю тестостерона, а другая — нет. А через год одни, будучи под воздействием инъекций мужских половых гормонов, ведут себя как самки, другие — как самцы. Чем это объяснить? Ответ один: видимо, у крыс на третий день жизни происходит какой-то этап специализации головного мозга, и если в этот момент мозг испытывает воздействие мужских половых гормонов, то в нем программируется мужское половое поведение, а если не испытывает — то женское. Ученые считают, что это связано со специфической сенсибилизацией гипоталамуса, но это уже детали, главное — сам принцип. Понятно, что человеческий мозг устроен «чуть» сложнее, чем у крысы, понятно, что у него другой график развития и специализации его отделов (того же гипоталамуса, например), но принцип, выявленный доктором Дернером, очевидно, работает и у нас с вами.

Такова биология: существует, видимо, целый набор разного рода факторов, которые, сами по себе, не представляют какой-либо серьезной угрозы для формирования сексуальности человека, однако, если они оказывают свое влияние в определенные — критические — периоды развития организма, то их эффект может оказаться весьма значительным. Гуляя по лесу, мы вряд ли найдем в нем большое количество идеально ровных деревьев — все они чуть искривлены, наклонены, подчас раздвоены и так далее. Огромная ли сила заставила их искривиться, наклониться, раздвоиться? Нет, конечно. Просто это случилось «вовремя», точнее — в тот момент, когда сила этого слабого воздействия оказалась потенциально огромной. Так и с формированием нашей сексуальности: критические периоды пережил каждый из нас — то ли в утробе матери, то ли на первом году жизни. У кого-то, надо думать, все прошло идеально, но у большинства были отклонения. Пусть и небольшие, но достаточные для того, чтобы все дальнейшее развитие сексуальности уже было чуть-чуть не таким, как нам бы того хотелось, и с последствиями.

"Наука о сексе". А. Курпатов