@internet20

Наверное, с каждым бывало такое

2020-04-26T12:02:33.566Z

Наверное, с каждым бывало такое, за что и вправду стыдно спустя долгое время. И сейчас я расскажу про один такой пиздец. Мне тогда было 14 лет, самый разгар и расцвет сил, половое созревание, вообщем веселуха. Понятное дело, из за возраста, у меня стали проявляться проблемы с психикой, ибо таким же темпом появлялись прыщи по всему телу, а лицо и вовсе превратилось в одну забугорену.

Но, я не унывал, ухаживал за собой, занимался спортом, даже правильно питался... Но, бесполезно. Прыщи росли даже на жопе, и я не знал что делать. И, о как неожиданно, у меня были проблемы с самооценкой, да причем такие, что я резал себе вены раз 5. И в итоге представляется такая картина, прыщавый, низкий урод с тонким голоском и в это же время анимешник. Да, от нехуй делать я смотрел аниме без остановки. Просто такие лютые марафоны были, я ночами не спал, и сейчас вспоминаю, это был пиздец. В итоге весь год я проебал на аниме, потому что даже телки не хотели со мной говорит. Но мое 15ти летие началось наверное с самого важного события, как я считал, в моей жизни. Собственно, я сидел, залипал на дваче, и мне пишет какая то Алина, я сразу подумал что бот или рофлит, но ней. Как оказалось, у нее были похожие интересы со мной, ну, аниме, и она искала парня. Мы сильно с ней разговорились, даже не помню, когда я так много разговаривал и писал букв, кроме того случая как я засирал хача в комментах. И вот, она предложила сходить погулять, и для меня было большим шоком что она живёт в моем городе, правда, на противоположной окраине. Я даже не знаю как она выглядит, она просто написала цвет куртки. И блядь, когда я ее увидел, мой хуй затвердел, так, что мне пришлось взять рюкзак и держат в области хуя, дабы никто не видел выпирающий пиздец. Мы пошли с ней в парк, погуляли, поели мороженное, покормили уток, вообщем отлично провели время, попутно разговаривая о жизни и аниме. Ах, да, я забыл сказать что это было лето в Питере, которое бывает довольно редко. Мы гуляли где то с утра и только вечером уже хотели разойтись по домам, как вдруг она схватила меня за талию и крепко обняла. Я не знаю, как она не почувствовала мой твердый хуй, который ещё с утра стоял, потому что я все время смотрел на ее жопу. Я пошел домой, и понял, какой же отличный день был, я нашел себе тянку которая отлично мне подходит, и она нашла во мне хорошего друга, и я даже в первый раз в жизни обнялся. Лег я спать, наверное в первый раз без суицидальных мыслей, от чего я понял, что моя жизнь налаживается. Но, к сожалению, на следующий день произошел наихудший кошмар подростка - я проснулся, все трусы и простыня подо мной были в сперме, а хуй стоял так, как ещё никогда. И я очень хотел дрочить и дрочить без остановки, и понял что это наш любимый спермотоксикоз, который на зло пришел ко мне в день нашего второго свидания в уже другом парке, днём. У меня было 3 часа чтобы обдумать все и понять как поступать с этим, потому что идти на свидание с огромным хуем торчащем из моих дешёвых джинс из АлиЭкспресс, было плохой идеей. Но, учитывая все так же низкую самооценку, я понимал что это единственный мой шанс наконец завести отношения в этой жизни. Поэтому, я ничего не придумал лучше, как оставшиеся полтора часа дрочить до полусмерти, а оставшиеся ещё полтора часа на то, чтобы помыться, причесать свою уебищную челку из 90х и привести себя вообще в порядок. И вот, настал момент, я уже выхожу из метро и вижу ее... Стройная девочка с карэ и в темной юбке, блядь, я даже не знал как на это реагировать и просто сказал ей какая она сегодня красивая. Прошел час, мы купили мороженное, купили булочек, колу, и гуляя по парку, присели на скамеечку возле небольшого загрязнённого мусором озера в центре парка, где сидели одни бабки и солевые долбаёбы, которые любят подышать свежим воздухом, а не только запахом немытых членов. Сидели мы с ней около 5ти часов, и тут у меня начались позывы в хуе в виде огромного как рука стояка и поллюций. Я очень боялся что она это увидет, но уже было достаточно темно, и я взял себя в руки, взял ее за руку, а она ее переложила на свое колено. Я уже понимал, что все, я щас так блядь кончу, что мне на пожизненно пиздец, и я молил всех 9ти богов Даэдра дабы этого не произошло, и, ахуеть но помогло, или просто так повезло, мм, похуй. После, она положила свою руку тоже мне на колено. Я немного ахуел, потому что в аниме и порно такого не было. Кстати, насчёт порно, забыл добавить что я каким то хуем увлекся копро, но не так чтобы хотел сожрать говно, я это могу сделать посмотрев Евангелион, а просто нравилось как кто то срет. И сейчас, ты, мой дорогой читатель уже хочешь закрыть эту дерьмовую пасту, потому что здесь уже есть намек на концовку с говном, и да, так оно и есть, но дочитай до конца, пожалуйста. После того, как она положила мне руку на колено, она поцеловала меня, мы сосались с ней минуты две, так страстно, что мой язык отсох к хуям. Мы, к слову, могли бы и дальше продолжить, если бы не ее туалетные позывы. Я не понял, что она именно хочет, срать или ссать, но тот факт что она это будет сейчас делать, а мой хуй затвердел как лёд, после чего она меня попросила подождать на скамейке, приглядеть за ее рюкзаком, пока она идёт в ближайший лесок. Собственно, было уже 22:00, и очень очень темно. Так как мои родители знают, что я гуляю с девочкой, они вполне спокойно отнеслись к тому, что уже ночь а я с ней досих пор гуляю. Так вот, я, конечно же подождал минуту и пошел за ней в лес, но из за темноты я не особо понял куда она пошла. Пройдясь быстренько по лесу, я ее увидел. Она сидела за кустом и срала, да наложила такие кучи, которые я в жизни не видел. Я, стоя за деревом как настоящий анимешник, достал свой хуй и начал так агрессивно наяривать, парраленьно смотря на то как она срет. Учитывая мое плохое зрение, я решил подойти ближе и рассмотреть, но она встала, а я не успел даже кончить, а хуй был все так же твердым. Я спрятался за ближайший куст и ждал пока она уйдет, хотя, учитывая мое зрение и темноту я даже не видел как она уходит, после чего побежал на ту же скамейку. И слава богу я успел. Да, я бежал с торчащей весюлькой из джинс, попутно застегивая штаны, но я успел. Так как меня пиздец как тянуло к ее говну, а дрочить пиздец хотелось, ибо я знал что что то больше чем поцелуи от нее не получу, я сказал ей, что мне надо отлить, и пошел быстро в тот же лесок к ее какашке. Там была навалена огромная куча говна, и включив фонарик и рассмотрев его, оно ещё и было с орехами, от чего у меня потекли слюни, и я достал свой хуй и начал максимально быстро наяривать, но, смотря в говно и наяривая на него, я подумал, а почему бы не кончить в него?Что я собственно и сделал

Когда я уже хотел кончать, я засунул хуй в говно и начал его ебать. Со стороны это выглядело будто я отжимаюсь, так что меня не беспокоили другие люди. Настал, момент, я кончаю такой струей в дырку от члена в говне, после чего я попросту упал и понял что это был лучший дроч в моей жизни, и лучше уже не будет. Я вытер свой хуй об ближайший куст, но опять же из за темноты и того факта, что я ссу уже 4 минуты, я даже не стал смотреть на то как его вытер и пошел с хуем в говне в трусах к ней. Говном от меня не воняло, ибо я попшикался дезиком на бегу. Она, не задавая вопросов почему я так долго, собралась и я пошел ее провожать до метро, как вдруг, она мне предложила остаться у нее на ночь, попить чая и посмотреть сериальчики, и тут я честно говоря ахуел от такого предложения, ибо понимал что все это перейдет в первый секс в моей жизни. И меня душила жаба, потому что я выебал говно своей будущей девушки и сейчас буду ее ебать хуем в говне с орехами. Придя к ней домой, мы попили чай, поели печенек, посмотрели акиру, и когда она уже засыпала, я понимал что если она заснёт, секса не видать, и снова использовал ту самую тактику, но немного иначе, положив руку на ее, и обнял, посмехаясь будто мы играем. Она тоже посмеялась, взяла мой хуй за джинсами и сказала что сейчас у нас будет самый ярый секс на этой планете. Я, собственно, сказал ей что мне надо помыться, так как на улице было темно и я вспотел, хотя это не так. Она меня стала ждать, щёлкая каналы по телеку, а я наконец отмыл свой хуй, там даже в уретре орешки остались, пришлось ссать раза три чтобы все до конца выстрельнуло. Она зашла ко мне в душ, пока я вытираюсь, и сказала что у нее есть смазка и это будет самый жёсткий анал, так как она не хочет терять девственность. И тут я ожидал что она пойдет в душ, но нет, после чего я спросил, пойдет ли она, ибо, сами понимаете, у нее вся жопа в говне а она даже в душ не идёт. Она ответила, что утром мылась и сейчас ей лень, и я не особо понял всю соль, но да ладно. Когда я уже хотел сувать своего Джонни, я взглянул на ее жопу - чистая как у младенца, и я спросил "чисто из любопытства", что она делала в парке тогда, когда пошла по своим делам. Она, кхм, сказала что ходила пописать и немного смутилась, и я тоже, потому что перед походом в душ, я почувствовал как пахнет мой хуй, и он пах как говно собаки. Да, у меня есть собака, и она не один раз срала в коридоре и на кухне, и запах был сильно похожий. И тут я понял, что выебал говно собаки, но меня это уже не интересовало, потому что мой дружок уже был в ней, а она стонала как сука во время родов. Вообщем, мда.

Мы с Алисой как звери трахались в её мансарде

2020-04-26T12:01:01.450Z

Мы с Алисой как звери трахались в её мансарде в то утро, когда на город упал метеорит. Она стояла на коленях и яростно дрочила мне, глядя через прорези заячьей маски, а я готовился кончить на её большую пирсингованную грудь, когда вдруг к ебеням вылетели все стёкла, в комнату упал мёртвый голубь, взревели сигнализации, заорали люди.

Алиса вздрогнула, но продолжила. Я кончил, она тщательно облизала мой член, я помог ей подняться, мы бросили одеяло на усеянный битым стеклом пол и подошли к окну. Улица вдоль до перекрестка была вспахана дымящимся астероидом размером со взрослый «БелАз».

— Что за говно? — сказала Алиса, сняв маску.

Мы познакомились минувшей ночью на какой-то вампирской тусе. Там все были в плащах, с пластиковыми клыками, скипетрами и прочей хернёй. Я пришел в своей обычной одежде, Алиса — в красном латексном платье и заячьей маске.

— Ты не выглядишь как вампир, — сказала она.

— Тем и жив, — ответил я. — Когда выглядишь как вампир, хуй ты попьешь чьей-то крови. Поэтому ни один нормальный вампир не выглядит как вампир. Что насчёт тебя?

— Что насчёт меня?

— Ты выглядишь, будто шла на звериный БДСМ и ошиблась дверью.

— Я не ошиблась. Я в костюме жертвы.

— Как тебя зовут?

— Алиса.

Я протянул ей руку.

— Венедикт.

Когда мы увидели метеорит, в дверь позвонили. Алиса натянула длинный тёмно-синий свитер и пошла открывать.

— Кто там? — раздался её голос из прихожей.

— Это я, Булат, — ответил серьезный бас.

— Вы ошиблись!

Алиса вернулась в спальню.

— Кто приходил?

— Булат.

— Ты его знаешь?

— Нет.

— Лгунья. Почему не открыла?

— Он убьет тебя, если увидит здесь.

— На каком основании?

— Я его бывшая.

— Если бы все убивали тех, кто спит с их бывшими, на Земле остались бы одни импотенты.

— Объяснишь это ему?

Снова звонок. Алиса пошла и открыла дверь, я посмотрел в окно. Глубокую дымящуюся воронку окружили люди. Из прихожей раздалось:

— Ты знаешь меня! Я твой бывший!

— Черт возьми, да, конечно, знаю! Чего тебе надо?

— Я пришел к тебе.

— Это я поняла. Зачем?

— Потому что люблю тебя!

— Ладно. Дальше что?

— Позволь мне войти.

— Дудки!

Алиса захлопнула дверь и вернулась.

— Что происходит? — спросил я.

— Не спрашивай. Как там метеор?

— Он тут всего пару минут, а уже популярнее, чем средний поэт.

Пожарные, скорая, полиция. В толпе выделялась оранжевая группа экзальтированных кришнаитов. В арке бездомные чокалась пластиковыми стаканчиками. Снова звонок в дверь. Алиса сделала шаг к прихожей, но я остановил её.

— Я сам открою.

— Он повесит тебя на твоем собственном кишечнике!

— Почему ты так сказала? Он это уже делал?

— Не думаю.

— Он говорил, что способен на это?

— Да. Он жестокий и ревнивый.

— Ты его женщина?

— Бывшая.

— Тогда волноваться не о чем.

Опять звонок. Я натянул штаны, открыл дверь и увидел крупного мужчину, начисто лишённого бороды. Из-под кусочков пластыря на его бритом черепе виднелись порезы. Он недобро смотрел на меня, сжав в руках снятую куртку.

— Ты еще кто, на хуй, такой? — сказал он.

— Венедикт. А ты?

— Я Булат. Пришел к Алисе.

— Послушай, Булат. Если женщина отказывает единожды, это, конечно, не значит ничего. Но если дважды, то стоит задуматься. Она тебе не рада.

— Ты спал с ней? — спросил Булат.

— Считаешь этот вопрос уместным?

— Уместным! Честно отвечай! Обманешь — пеняй на себя!

— Что значит «пенять»?

— Что?

— Объясни значение слова «пенять».

— Отвечай!

— Ты не знаешь, о чем говоришь.

Я закрыл дверь и вернулся в спальню.

— Что там, Алиса?

— Телевизионщики приехали.

— Еще бы. Не каждый день астероиды сыплются в центр города. Это метеорит-сноб. Твой бывший на нём прилетел?

— Не знаю, на чём он прилетел, но я о нём слышать больше не хочу.

Снова звонок.

— Мне надоело, — сказала Алиса, натягивая юбку. — Идём трогать метеор!

Мы оделись. Алиса открыла дверь, проскочила мимо Булата и крикнула, летя вниз по ступеням:

— Идём трогать метеоррр!

Булат выразительно посмотрел на меня и пошел вниз. Я за ним. Алиса выбежала на улицу и устремилась к воронке. Булат топал следом, распихивая всех на своем пути. Я использовал его как людокол, следуя по образовавшейся бреши. Вскоре мы втроём упёрлись в полицейский кордон, охранявший столб дыма.

— Поразительно, — сказала Алиса. — Миллионы лет он вращался с тысячами себе подобных между орбит Юпитера и Марса. Потом сменил траекторию, преодолел более 360 000 000 километров и упал именно сюда, именно в то утро, когда мой бывший явился сказать, что любит меня.

— Вот именно! — отозвался Булат. — Я подскочил в 7 утра, хотя вчера бухал до 4-х, и понял, что должен увидеть тебя немедленно! Этот метеорит — знак!

— Круто будет, если на нём ваши имена написаны. — сказал я.

— Эй, бес! — рыкнул Булат. — Я не к тебе обращаюсь!

— Не говори так с Веней, — сказала Алиса. — Ворвался в наше утро как эта глыба в Землю, а еще хамишь.

— Значит, ты с ней спал? — посуровел Булат.

— Проклятье, — сказал я. — Неужели ты считаешь, что нам сейчас больше нечего обсудить?

Алиса обратилась к полицейскому:

— Мы хотим трогать метеор! Пропустите!

— Если б я мог вас пропустить, меня б сюда не поставили.

— Почему нет? Он упал на нашу улицу!

— Ну это… может быть опасно. Вдруг там зомби-вирус.

— Сам ты зомби-вирус! Пусти!

Алиса хотела проскользнуть между полицейскими, но те не позволили.

— Эй! — крикнул Булат. — Не трогайте её!

— Так уводи её! Не на что смотреть!

— Вот именно! — закивал Булат. — Милая, давай лучше поговорим!

— Да не хочу я говорить! Хочу метеор!

— Послушайте, дамочка, — вмешался коп постарше. — Я бы вас такую видную пропустил, но не прощу себе, что вы изжаритесь. Метеорит раскалён.

— А когда остынет?

— Не знаю. Скоро ученые приедут и рассчитают.

— Идём в «Лавразию», — сказала нам Алиса. — Оттуда будет видно, когда ученые приедут.

— Идём! — оживился Булат. — Там и поговорим.

Мы шли в суши-бар «Лавразия». Я заметил, что виноград в фруктовой палатке был каким-то излишне зелёным, и груши имели необычайно яркий окрас. Невдалеке распевались кришнаиты. К нам подошел бездомный.

— Добрые люди! Поспособствуйте материально выпить за упокой нации, коль скоро конец света!

Я думал было выделить мелочи на этот проект, но Булат среагировал быстрее:

— Ну-ка иди на хуй отсюда! Пшёл, кому говорю!..

— Булат их не любит, — шепнула Алиса. — А я их зову «Уважаемые».

— Так кто ты такой, уважаемый? — спросил меня Булат, когда мы сели в «Лавразии».

— Я же сказал. Венедикт.

— Ты с ней спал?

Снова здорово. Официантка принесла меню.

— Здравствуйте, меня зовут Талия. Как будете готовы, вызывайте, — она кивнула на кнопку на столе.

Мы изучали меню. Булат сказал:

— Ты с ней спал?

Алиса цокнула языком и бросила меню на стол. И у метеоритов бывает чувство такта, но некоторые его напрочь лишены. Скрывать нам с Алисой было нечего, и ни в чём мы ни перед кем не были виноваты. Если человек так яро настаивает, не унижаться же до лжи.

— Булат, — сказал я. — Мы познакомились вчера на вампирской тусе. Поговорили, выпили и решили трахаться как звери, пока на город не рухнет астероид. Так и поступили.

— И ты вот так мне об этом говоришь?!

— Я знал, что тебе будет неприятно, поэтому трижды давал возможность отказаться от этого вопроса. Ты ей не воспользовался.

— Я хочу убить тебя.

— Хм. Допустим, ты отправишь меня на новый круг Сансары, избавив от дальнейших страданий в этой инкарнации. Но самому тебе от этого легче не станет. Резонное чувство вины, тяжкое раскаяние, уголовная ответственность — врагу не пожелаю. А ты мне даже не враг.

— К тому же, — сказала Алиса. — Если убьешь Веню, то и без того мизерный шанс, что мы с тобой будем вместе, нивелируется. Подумай.

И нажала на кнопку. С кухни послышался звук электрического разряда и вскрик.

— Ебать мой хуй! — возопил Булат. — Ну и речи у вас! Псевдоумные!

С нервной улыбкой возникла Талия.

— Салат из чукки, — сказала Алиса.

— Роллы с огурцом, — сказал я.

— Стакан водки, — сказал Булат, — и большой нож.

— Насколько большой? — уточнила официантка.

— Он шутит, — сказала Алиса. — Это всё, спасибо.

За бронированным окном бара крепла суета. Вокруг ямы строили заграждение из рифленых жестяных листов. Алиса сказала:

— В поясе астероидов их свыше 300 000. Они уже 4,5 миллиарда лет делят орбиту, почти не мешая друг другу. Раз собратья его вытеснили, и он прилетел сюда, тому должна быть экстраординарная причина. Как с метеоритом, уничтожившим динозавров.

— Думаешь, он их неслучайно уничтожил?

Алиса посмотрела на меня, как на дитя, и сказала:

— Динозавры были формой жизни, которая возобладала над прочими грубой физической силой. Они не позволили бы другим видам развиваться, если бы не астероид — кнопка перезагрузки. Вселенная не даст грубой силе довлеть, так она устроена.

— А человечество не грубая сила? Мы тоже не оставляем другим видам шанса на развитие.

— Динозавры жили лишь инстинктами, у человека иной уровень сознания. Достаточно ли он высок — время покажет. Грохнись сюда Церера, в живых никого бы не осталось. Так что кто знает, может, этот камешек — лишь предупреждение.

— Чьё предупреждение?

— Сам знаешь.

— Ах. Ты. Дрянь.

— Я уверена, у человечества есть шанс.

— Откуда уверенность? Мы насилуем экологию, истребляем зверей и выращиваем их, чтобы убивать. Плодимся как кролики, получая деньги за деторождение. Убиваем друг друга, когда большие дяди борются за территорию своих так называемых государств. Ненавидим ближнего своего, поддавшись уловкам пропаганды. Заслуживаем ли мы шанса?

— Учись замечать хорошее. Культура Мира зреет — медленно, но верно. Богачи жертвуют свои миллионы, чтобы спасти жизни африканских детей. Формируются общества защиты природы. Растет число вегетарианцев. Люди хранят память об ужасах войн, чтобы не допустить новой. Люди танцуют, поют, рассказывают истории, любят друг друга. Учатся любить по-настоящему. Учения Христа и Будды живут, хотя и в несколько… измененном виде. И даже если мы не победим, будет новый шанс.

— Какой же?

— Церера всё перезагрузит.

Принесли еду и водку. Выпив последнюю, Булат изрёк:

— Вы двое ещё хуже Пруста.

— Я бы не сравнивал, — сказал я. — Но чем тебе Пруст не угодил?

— Да хуета! Десять страниц осилил и бросил на хуй.

— А какой писатель тебе нравится?

Булат подумал секунд пять и сказал:

— Толстой, — и добавил. — Ладно. Пора разобраться с этой ситуёвинкой.

— Нет никакой ситуёвинки, — сказала Алиса. — Я свободная женщина, сплю с кем хочу.

— Я ненавижу, — сказал Булат.

— Кого? Меня? Веню? Пруста?

— Человечество. Надо поссать. А потом разберёмся с ситуёвинкой.

Булат удалился.

— Не сердись, — сказала Алиса. — Он просто ребенок.

— Все мы дети. Только кто-то себя воспитывает, а кто-то до конца дней мухам крылья отрывает. Не увлекайся его оправданием. Лучше обсудим название этого суши-бара. Знаешь, что такое Лавразия?

— Гондвана и Лавразия — две части сверхконтинента Пангеи.

— А знаешь, что было до Пангеи?

— Что?

— Есть теория, что изначально на Земле был единственный континент Родиния, омываемый океаном Мировия. Затем он распался на два, а после на шесть континентов.

— Это же Вавилонская башня!

— Разделившая человечество ещё до его появления.

— Кажется, ученые. — Алиса кивнула за окно. — Идём!

Из автобусов выходили бородачи с рюкзаками. Я спросил:

— А Булат?

— Можешь подождать его, а я пошла.

— Нет уж, я с тобой.

Мы вышли на улицу. Заграждение уже достроили и покрыли колючей проволокой.

— Похоже, метеор уже не потрогать, — расстроилась Алиса. — Это несправедливо! Я имею на это не меньше прав, чем ученые мужи!

В одном из мужей я узнал своего однокашника с факультета геофизики.

— Равиль!

Мы обнялись, я расспросил его о годах, что мы не виделись, и поинтересовался:

— Что тут происходит?

— Нечто важное. Может, обнаружим новые формы жизни или хотя бы элементы неземной химии.

— Да ну заливать!

— Всякое бывает. Однажды внутри маленького астероида, упавшего в Подмосковье, мы нашли вещество, по химсоставу почти идентичное грибному крем-супу. А коллега писал, что они в Амуре выловили тело русалки…

— Можно нам потрогать метеор? — перебила Алиса.

— Конечно, нет!

— Ну пожааалуйста!..

Поскольку я не сплю с женщинами, которым ученый может отказать дважды, через пять минут мы уже спускались в воронку. Мы с Равилем брели за оголтелой нашей в густом белом дыму, надев респираторы.

— Ты где её такую взял? — спросил Рав.

— На вампирской тусе.

— Это антинаучно!

— Это ты у нас ученый. А я могу стерпеть антинаучность шикарной женщины. И вампир тут я. Алиса — жертва.

— Ты вампир? Давно ли?

— С тех пор, как из института вышибли. Приходится как-то выживать без высшего образования.

Мы с Равилем смеялись, ученые наверху готовили аппаратуру, Алиса спускалась всё глубже. Стало жарко.

— Рав, ты уверен, что он уже достаточно остыл, чтобы его трогать?

— Он будет стыть еще минимум сутки! Она сама вот-вот поймет.

Но Алиса не понимала.

— Алиса! — крикнул я. — Уже не смешно! Идём назад! Ты и сырая вполне аппетитна!

Будто не слыша меня, она шла дальше. Я догнал её. Воздух тёк в легкие расплавленным оловом. Я схватил Алису за руку, но она выскользнула и метнулась вперед. Совершив нечеловеческий прыжок, она двумя руками вцепилась в раскаленную породу. На секунду её тело засветилось таким ярким желто-зелёным светом, что все его изгибы стали видны сквозь одежду. Нейлоновый свитер прогорел, сплавился в липкую черную массу и стал стекать по её пробитым раскаленными добела украшениями грудям и атлетичным мышцам пресса. Синтетическая юбка полыхнула и обнажила термоядерный изгиб предельно напряжённых ног. Алиса посмотрела на нас. Наэлектризованные волосы парили вокруг зашедшегося эйфорическим безумием лица. Глазные яблоки затянула пелена мелких черных гексагонов. Она сорвала тлеющие остатки респиратора языком, ставшим заметно длиннее, чем ночью.

— Какой долгий был сон… — простонала она и засмеялась. — Я в сознании!

Алиса зверем кинулась на Равиля, повалила его на спину и скользнула языком ему в глотку. Она жадно и с наслаждением осушила его за каких-то пять секунд, вытащила пульсирующий язык из его обескровленных губ и миленько посмотрела на меня. Она достигла меня одним прыжком, обхватила каменными мускулами ног и заломала мне руки за спину с такой легкостью, будто они у меня пластилиновые.

— Ни хуя себе, — только и сказал я, упав на землю.

Можете порицать меня за мат, но я бы, блять, послушал, что бы вы сказали на моем месте.

— Не бойся, я теперь сыта. — улыбнулась Алиса. — Мы займемся любовью. Каждый раз, когда я буду кончать, а с тобой я кончу далеко не единожды, наружу будут вырываться 4096 яйцеклеток. Когда ты кончишь, они расхватают все твои сперматозоиды и заставят оплодотворить себя. Питаясь энергией метеорита, они вызреют и обретут сознание вне моего чрева всего за 6 земных часов. Через неделю падёт бывшая Лавразия, а через 10 дней — весь Мир! И всё благодаря тебе, красавчик.

Это был второй раз в моей жизни, когда я возненавидел себя за то, что у меня встал.

— Знаешь, Алиса…

— Зови меня Церера!

— Знаешь, Церера, я тут подумал, что у нас с тобой нет будущего. И твой бывший, похоже, любит тебя. Может, вернёшься к нему? Вы так похожи.

— Ну уж нет, — Церера провела языком по моей шее. — Он пропитан злобой. Во мне же её нет ни капли. Злоба лишает сил.

— Ни капли злобы? Да ты выпила моего однокашника, словно ёбаный молочный коктейль!

— Я лишь следовала моей природе. И мои детишки беззлобно уничтожат человечество.

Церера чуть ослабила хватку и расстегнула мне ширинку.

— Значит не вернёшься к нему? — сказал я.

— Он мне неинтересен.

— Я ещё раз настоятельно рекомендую тебе это сделать.

— Заткнись и трахни меня!

— Мне жаль. Сделал всё, что мог, — сказал я Булату, стоящему за спиной Цереры с огромным ножом для суши.

— Сдохни, ебливая космическая мразь! — заорал он, пронзая её горло. — Всю жизнь мне сломала! А я тебя любил!..

Церера скатилась с меня. Гексагоны в её глазах перебивались белым шумом. Булат отпрянул и закрыл лицо руками. К нам бежали учёные и полиция. Слышалось пение кришнаитов. Я застегнул ширинку и склонился над Церерой.

— А мне так нравилось на Земле, — выдавила она.

— Быть может, там куда ты отправляешься, не хуже.

— Может. Но тело земной женщины — это нечто.

— Не спорю.

Церера провела руками по окровавленной груди и низу живота. Она попыталась было ласкать себя, но уже не смогла и сказала:

— А я что-то знаю про тебя.

— Что же?

— Никакой ты, на хуй, не Венедикт.

Я улыбнулся.

— Спасибо за эту историю.

— Напишешь очередной похабный рассказец, да?

— Безусловно.

— Как назовешь? — на последнем издыхании спросила Церера.

А я ответил:

— «Звёздная грязь».

— Нихуя себе ! – удивленно сказал Ванек

2020-04-26T11:59:19.115Z

— Нихуя себе ! – удивленно сказал Ванек, сидя на унитазе. Он смотрел на обосанный им тест на беременность. Две полоски. Тест он упер у сестры, чтобы поржать с Саньком, его лучшим другом, но сейчас ему было вовсе не до смеха. Ванек не собирался сегодня идти в шарагу, но теперь у него была веская причина. Он бросился из сортира к телефону, и трясущимися руками набрал Санька.

— Санек, епта, приезжай, беда!

— Че за нах?

— Да пиздец!

— Бля.

Закончив беседу, Ваня сел за свой допотопный комп и забил запрос: «Беременность. Признаки.» Перед прыщавым Ваньком запестрели картинки огромных животов, вывороченные пупки, мамки, кормящие грудью младенцев. Ванек даже по привычке подумал подрочить, но было не до этого. Вдруг это помешает беременности, подумал он.

Санек, его верный друг с вечной соплей под правой ноздрей, примчался быстро.

— Саня, я беременный ! – сразу шокировал друга Ванек и протянул ему тест.

Санек шмыгнул носом и нечленноразделительно выразил свое удивление.

— Че делать, Санек? – спросил испуганно Ваня.

— А с кем ты трахался?! – почему то сердито спросил Санек.

— Да вообще ни с кем!

— А Катька?

Ванек покраснел. Конечно, он с ней даже не пососался толком. Тем более она была бухая, в своей блевотине и с Коляном.

— Да это… Давно ведь было!

— А с мужиками?

— Ты че, Санек, я тебе че, пидрила что ле?!

Санек недоверчиво посмотрел на беременного друга. Они прошли к компу и стали читать.

— Так, первый признак – живот.

Ванек задернул футболку. Несмотря на то, что он был хилый, живот у него был выпуклый, как у рахиточного. И как ему показалось, живот стал больше.

— Беременных тошнит. Ты блевать хочешь?

Ваня затошнило. То ли от вискаса, который он отнимал у кота, то ли от беременности. Ваня побледнел. В животе заурчало.

— Саня, там походу какая-то хуйня шевелится!

— Бля, - с чувством ответил Санек.

Они вбили новый запрос «Беременный мужик».

— Смотри, Ванек! Мужики умеют рожать!

Под картинкой страшного мужика с пузом был заголовок: "Гермафродит из Индии стал отцом двойняшек!"

— Ванек, пиздец, ты хуже пидора оказывается. Ты гермафродит.

Ваньку стало плохо. Он подумал о батиных пиздюлях.

— Санек, что же делааать, - заныл беременный и даже всплакнул.

— Аборт..

Аборт! Точняк, подумал Ванек и просветлел лицом. Как же он раньше не догадался!

— Санек, ты гений, епта!

— Да лан, че ты, - скромничал Санек. – Ну, хуль рот разинул, пошли в поликлинику. Быстро тебе все вырежут и домой.

Через полчаса они уже сидели на прием к терапевту Марье Степановне. Старая карга всегда им давала больничные за сто рублей.

— Марь Степанна, здрасте.

— Че, опять больничный? На тот неделе давала!

— Не, у меня другая проблема. Вот, - Ванек протянул врачихе тест на беременность.

— Че за херня? От тебя залетела дура какая-то?

— Нет. Я. Я сегодня поссал на тест, а он две полоски показал. Мне бы теперь аборт, иначе вы же знаете моего батю, он же меня за ребенка убьет.

Врачиха долго молчала. Она охуевше уставилась на Ванька и наконец, тихо промолвила:

— Ты ебанутый?

Марью Степановну прорвало. Она орала и орала, пока Ванек пулей не вылетел, схватив Санька.

— Че такое?

— Не будет она аборт делать.

— Пизда старая.

Дома Ваню ждал батя. Врачиха позвонила ему и рассказала ему о беременности сына. Санек, почувствовав как наэлектрилизован воздух, решил свалить.

— Иди сюда, сукин ты сын. – в руках бати был до боли знакомый ремень.

— Пап, не надо. У меня ребенок. – Ваня протянул тест на беременность и с надеждой в глазах посмотрел на батю.

Батя взревел как вепрь и набросился на сына-долбоеба. Он пиздил его так, что Ваня подумал, что от побоев у него случится выкидыш и обосрался. Только тогда батя остановился, и матерясь ушел на кухню.

В животе опять заурчало.

— Не бойся, малыш. Мы прорвемся.

Ну, вот я и сходил вчера к шлюхе.

2020-04-26T11:58:16.381Z

Ну, вот я и сходил вчера к шлюхе.

Долго решался, нажрался как свинья и таки поехал в этот ваш бордель.

Короче, это был пиздец. Опытная дырка сразу просекла, что я ХАГАКУРЭ. Так и спросила с этой ублюдской улыбочкой: впервые, да? Я, конечно, сказал, что нет - прост тип давно не было.

Ну, мы прошли в комнату и она как давай мной управлять - то положи сюда, одежду не мни, подвинься ближе, не бойся, портки снимай и хихикает, блядь, хихикает, сука. Потом сама уже раздеваться начала - стянула свою юбку и рубашку, пытаясь аппетитно вилять жопой. В общем разделись, а она такая: гляди, мол, сюда смотри и улыбается опять - взяла, значит, руку свою, провела по ней ногтём большого пальца, вонзила ноготь глубже и отвернула белую кожу по всей линии от внутренней стороны локтя до запястья. Далее она ласкала меня, гладила по груди, целовала шею, но никогда в губы - это типа зашквар, как я понял? Всё ниже, ниже, взяла мой опавший в член в рот и сосанула. При этом её щель была раскрытой и там капало.

Ну, хуй встал и я в атаку пошёл. Ей пришлось отпустить края щели, лол, чтобы направлять и сам знаешь какая плоть скользила под пальцами, что вообще никакого особенного удовольствия не приносило. Потом она взяла руку и засунул её под сухожилия, при этом я мог практически сжимать её руку, надавливая на мясо и эти жилы. Давай вроде щелчок какой-то был, словно я порвал что-то. Ну и вставил ей ебу, ебу и кончить не могу никак. В итоге додрочил и ушёл, т.к. начал уже себя хуевато чувствовать - пьяный, хули.

И вот на утро я проснулся и чувствую себя опустошённым. Просто пиздец. Я всё проебал. Я сидел с утра и рыдал, до того как написать этот пост - рыдал из-за того, что шлюха у меня украла. Я рыдал, потому что я теперь как все - такой же как и всё это ебущееся быдло. От этого не отмоешься. И от этого тошно, лучше бы я не ходил никуда.

Денег нет. Категорически. Фундаментально. Метафизически.

2020-04-26T11:56:57.073Z

Денег нет. Категорически. Фундаментально. Метафизически. Я бы мог написать поэму о том, насколько глубоко их нет, но мне не хватит даже на бумагу и ручку. Шесть тысяч рублей стипендии, из которых одна уходит на оплату общаги. Остается пять на месяц. Живу так всю осень.

Сто шестьдесят шесть рублей и шестьдесят шесть копеек каждый день. В октябре было хуже, 31й день отъел по кусочку от остальных и остался всего 161 рубль. На самом деле жить и не умереть на такие деньги вполне возможно, даже останется что-то. Килограмм картошки стоит 15 рублей, пачка риса по акции— 40 рублей. Курица полторы сотни, ее хватит на два дня. Упаковка из десяти сосисок по акции стоит те же полторы сотни и ее хватит на те же два дня. Хлеб, очищенные семечки, арахис, дешевая и калорийная еда. Можно укладываться и в три тысячи в месяц, но надо быть совсем аскетом. Я гуляю по-крупному и спускаю почти все деньги сегодняшнего бюджета на комплексный обед в шикарном ресторане. Теперь никакой еды до следующего восхода солнца. В холодильнике ждет суп из курицы и половина буханки нерезанного хлеба за двенадцать рублей.

Раз уж я решил предаться чувственным удовольствиям, то окунусь в них с головой. Беру в руки мокрый и горячий после мойки поднос. Ложка, вилка, нож. Передо мной очередь, я зажмуриваю глаза и вдыхаю нежный фимиам, устилающий воздух этого гедонистического храма. Первая скрипка грибного супа совсем рядом. На задних рядах вплетают свои аккорды в ароматтичкскую симфонию котлеты, курица, плов. Хлеб, хлеб, суп, свекольный салат, булочка, макароны по-флотски и компот. Я очень рад макаронам, они должны быть вкусными. Слух ласкает хруст, чавкание, болтовня и включенный на полную телевизор с муз-тв.

Места нет, придется сидеть с кем-либо. Вижу девочку, сидящую одну, мне нравится ее внешность, подхожу и спрашиваю, не занято ли.

Несколько раз бросаю на нее взгляд, чтобы разглядеть получше. У нее светлые волосы, очки в металлической оправе. Лицо не модельной внешности, но и не отталкивающее, мне это нравится. Салат из капусты, пюре с кусочками курицы, какой-то фрукт— очень похоже на профилаковский обед. Она поджимает губы, когда осторожно откусывает от булочки. Рукава желтой кофты с физтеховской подписью засучены до локтя, рука худая, даже изящная, кожа бледная и тонкая. Представляю, как такая кожа обтягивает все изгибы ее тела, без эротизации, мне хотелось бы насладиться эстетически видом туго обтянутых волн ее ребер. Тонкими ногами с невидимыми светлыми волосками. Ключицами и ямочками. Пупок, может быть как у нормальных людей, может быть уродливый, даже его уродливость была бы прекрасна. Когда спускаешь все деньги на ресторан, он становится самым шикарным, и девушка тоже. Кажется, я засмотрелся на нее, она почувствовала и наши взгляды встретились. Веки опускаются, а когда поднимаются, я уже сижу прямо перед ней, а не наискосок. Играет рояль, живая музыка. На мне идеально подогнанный вечерний костюм, который был сшит на заказ, лакированные туфли. В нагрудном кармане гвоздика, не знаю зачем, но кажется, это красиво. Я вкусно пахну, потому что использую парфюм. На ней желтое платье, воздушное, она действительно изящна. Полностью видны руки, плечи, ключицы. Волосы собраны на макушке во что-то большое, но аккуратное, тонкая прядь выбилась и свисает вдоль виска, завиваясь у кончика. Те же очки, ярко-красные губы выгибаются в легкую улыбку. Я что-то рассказываю и она начинает беззвучно смеяться. На столе устрицы, мидии, вино.

Чувствую, что все мои губы в жире. Прикладываю склфетку и на ней остается большое жирное пятно. Смоченная салфетка превращается в полупрозрачную. Я уже все доел, а Лиза, пусть она будет Лизой, ей бы подошло это имя, еще даже не притронулась ко второму. Встаю и ухожу не поднимая глаз. Было по-настоящему изысканно.

Наверное пришло то самое время

2020-04-26T11:55:26.003Z

Всё это время ты играл для меня своеобразную роль, но об этом ниже. Выслушай же историю, двачик, историю моей жизни.

Отголоски с детства, когда это всё лишь начиналось. Помнится школьное помещение, нас строят в ряд повторять какую-то песенку перед выступлением. Это жжение в горле, ненавистное произношение слов… И как сдавит голову… Голос издевательски твердит: «скажи что пёрднешь в рот, скажи что пёрднешь в рот!!» Я прокричал это в слух раз десять. После этого родителей в школу, первый поход к детскому психиатру, много слёз. Я пытался объяснить, что не по своей воле истерически орал этот бред, но мама не воспринимала меня. После этого я долгое время не общался с людьми. Очень долгое.

Переезд, гимназия, я стою у двери новой классной комнаты, за которой меня ждёт совершенно незнакомый коллектив. Захожу – ребята улыбаются, девченки хихикают и переговариваются. Я сажусь на свободное место к славной девчушке, которая улыбчиво произнесла «привет»… Этот день определил всё мое дальнейшее пребывание в этом месте: парни помогли освоиться, с удовольствием рассказывая как здесь учится, вместе с парочкой шутливых легенд про учителей. А с сопартницей мы быстро сдружились, как, в принципе, и со всеми.

6й класс, провожал домой со школы, встречал утром, первый поход на каток зимой того же года. И тот первый, незабываемый поцелуй, когда я сквозь свитер чувствовал, как бьется её сердечко, нежно обняв её.

Перед каникулами организовали школьное празднование Нового Года. Пришли и родители: мои и одноклассников: кто-то из них даже переоделся дедом морозом, дабы соответствовать празднеству. Были конкурсы, всем было весело, в том числе и мне. Я наелся бананов, подзабыв, что у меня от них частенько случается расстройство желудка. Попучило и вроде обошлось. Но как только музыка сменилась на медленную, в преддверии второго в моей жизни танца с девушкой, я достаточно сильно разнервничался, что дало порыв к боли в животе, наряду с бананами. Я пошел в туалет, замкнул на выдвижной замок кабинку, снял штаны… И вечно знакомое, проклятое с того самого первого дня, чувство вновь настигла меня: голову сжимает, в правом виске пульсирует легкая боль, и этот голос: «Думаешь они не волнуются?? Думаешь они кем то себя возомнили?? Вроде нормальный человек не может обосраться??? Ну так докажи же им обратное!!! Ко-ко-ко-ко-ко!!!!!». С непрекращающимся кудахтаньем я сидел и выл в закрытой кабинке, штаны были вымазаны в жидкий понос, а боль ни на секунду не оставляла меня. Я не выдержал. Взвыв, я полез руками в очко, пытаясь зачерпнуть в ладошки как можно больше дерьма. Вымазал все голые участки кожи, в первую очередь лицо. Челюсть, ко всему этому, свело, и часть дерьма просто стекла в рот. Я забивал дерьмом уши, ноздри, карманы моего детского костюма. Я был безвозмездно покрыт жидкой подливой с ног до головы и орал. Кудахтанье лишь долбонуло еще громче. Я, набрав в руки еще больше говна, распахнул дверь и побежал в класс. Я всей своей невинной детсткой душой пытался остановиться, но сдержать этот порок было невозможно. Я вбежал в класс весь обмазанный дерьмом вскинул руки вверх и взвыл, орал, кукожился на месте, корчил гримасы. Содержимое моих рук метнул в деда мороза и маму. Сердце билось с такой силой, что каждый удар отдавался импульсом в голову. Я начал кудахтать и изображать курицу, родители разобрали своих детей и с ужасом и страхом наблюдали за ненормальным ребенком. Я жутко испугался внтури себя, когда начались зрительные образы катка, ее запаха, прогулок осенью. Я вылупился на неё, взвыл, и бросился. Схватил обоими руками её аккуратную голову начал лизать в глазницы выпучив свои глаза. Вся в жидком вонючем говне, она кричала и плакала, её отец вцепился в меня сзади, но было тщетно, я демонически пищал и вылизывал ей ноздри, наполняя их калом.

3 года Кащенко. Мать уволилась с работы, отец со мной не разговаривал. Я прочитал 700 книг за это время самых разных тематик. От Фрейда до ранних работ Декарта. От Лермонтова до Блока. И это в свои 15 тогдашних лет.

Снова новая школа. Никаких контактов, всё усилия в учёбу. Никто не пытался чмырить, так как школа рядом с домом, а в районе давно ходят служи о больном на голову психопате, который отлежал в Кащенко.

Поступил в университет. Пытался отчуждаться, но тщетно. Парниша, с которым сдружились, не знал меня до института. Через него еще пару знакомств, вместе делали курсовые. И так до четвертого курса. День рожденье кого-то там в общаге, мы знакомимся, обое красивы. Опять же, ничего обо мне не знает, все вопросы о моей жизни я сводил к тому, что не такая уж она у меня и интересная. Отмазывался так какое-то время. Заканчиваю учебу, К тому времени я помирился с отцом, и пришло время знакомиться с родителями будущей невесты. Вот так то. Пригласили на ужин. Я хорошо оделся, привел себя в порядок. Она живет одна с мамой. Заветный ужин, она с улыбкой расспрашивает молодого человека, о котором так лестно отзывается её дочь. На ужин были какие то блины с мясной начинкой. Отведав штук 5 я почувствовал урчание в животе. Сказал, что отойду в туалет, сделал вид что отпил воды со стакана, но задержал её во рту, так как намерился запить угольных в толчке. Пошел, выпил, припёрло срать. Так как параша находится за дверью кухни, то легко можно было определить срачку у посетителя туалета. Поняв, что по кишкам бороздит жидкая масса фекалий, я сильно покраснел и стужил жопу, в надежде что струя и звуковое сопровождение будут менее слышны сидящим в кухне. Но тут то я и прогадал. Сдавливать очко более 3 секунд не удалось, и из моего клапана выплеснулся мощный поток зеленой дрысни с децибелами мощнейшего пердежа. Так как я утром сытно поел позавчерашнего маминого борща, количество кала сложно было оценить. Я дрыстал безостановочно секунд 40. Весь толчок, все мои трусы, брюки, низ пиджака, майка были задрыстаны этим жутким поносом, а вонь была настолько сильная, что я взвыл от раздирающего нос смрада. И вот пошла вторая подача. Не выдержав, я сильно заорал и почувствовал, как яростно стучит пульс в моей голове, снова сжимает с боков. Я взвыл еще сильнее, и так и не одев превратившиеся в цедельце дерьма трусы, встал и начал биться об дверь . С кухни доносился взволнованный голос, я продолжал орать и высунул язык наружу, накидав кала себе за щеки. И тут все эти годы пронеслись перед мною: оно снова заговорило, моё проклятие: «пиздец! ПИЗДЕЦ!!! Ей наверное стыдно, что дочурка хочет выйти за обосранца?! Она наверное тоже хочет почувствовать любовь!! Ну так покажи ей, что даже обосранчики могут одарить старую шлюху лямуром!!!!!! Ко-ко-ко-ко-ко-ко!!!!!!!!!!!!!!!» Я протяжно взвыл и начал громко гавкать, выбил ногой дверь, наебнувшись на толчок. Завизжал, и побежал на кухню. В глазах моей девушки и её матери, я, сквозь неистовое безумие, разглядел животный страх. Они отскочили от одного взора на меня – молодой человек 5 минут назад в элегантном костюме превратился в засраное животное, дерьмо которого блестало в свете люстры. «Трахни её в жопу!!!!!!!!!!!!!!», приказал демон. Я набросился на пожилую женщину, отшвырнув девушку, которая уже никогда не станет моей невестой, и начал сквозь засраные брюки пытаться совокупиться.

Месяц в обезьяннике, затем привет, родные белые стены! Велено мне было там прибывать до конца дней, но так как вел я себя примерно, а многочисленные анализы подтверждали мое психическое здоровье, покинул я это заведение спустя 9 лет. Ты конечно же не поверишь всему этому, но я ни дня не помню, что там провёл. Лишь взглянув на солнечный свет, я расцвел вновь – как человек, который вышел на волю.

Закончил училище, устроился на работу. Жизнь свела с очень хорошей женой. Спустя три года родился сын. Мои родители были очень рады. Так как работа связана с тех. обслуживанием сети одной конторки, имел тесный контакт с интернетами. Так и вышел на тебя, двачик. Когда я на тебе, мне становится тепло и спокойно – порой просто почитать самое лучшее место в интернете! Но кое что вновь случилось со мной, двач. Позапрошлой ночью, когда я читал сынишке сказку, я вдруг почувствовал эту невыносимую боль в виске, давление со сторон. И само проклятие вновь подало свой голос: «Что, дружочек, скучал по мне родименький?? Ну вот уж я думал ты меня и вовсе покинул, разлюбил. А я вот всё еще тебя люблю!!! А почему бы тебе не показать нашу любовь своему сынишке. Почему бы тебе не трахнуть его?? Ко-ко-ко-ко-ко!!!!!!!» Я прикусил до губы до крови и побежал в толчок, хорошо высрался и подрочил. Двач, это проклятие не прошло, я все еще опасен для родных и близких. В псих больнице я провел больше трети своей жизни. Что со мной происходит, оно бывает приходит приступами, могу просто сказать где то на остановке СРАТЬ ГОВНО ПИЗДА. Всегда в таких случаях убегал, ибо боялся что в вновь придут санитары и будут ебать меня. Да, анон, я в больнице был жестоко выебан санитарами-пидорами. Они сказали если я пожалуюсь начальству, то найдут и выебут Наполеона. Ну вы блядь можете такое себе представить, патлатые уебки? Вчера ко мне пришла мама и спросила почему я плачу. Я повалил её и произошел акт соития. Ну так вот, какой прогой поднять рейтинг на торах?

Как же его звали?

2020-04-26T11:51:17.972Z

Как же его звали? Толик... Алик... Игорь... Владик? Не помню. Боря? Нет...

Не помню.

Было мне лет пятнадцать. Тяжело законченный 10-й класс. Очень не сжился с новыми одноклассниками. А все мама. Нет, она ни в чем особом не виновата. Просто хотела, чтоб сын учился в школе, соответствующей уровню интеллекта сына, с хорошими преподавателями.

Был это лицей, как тогда было модно, и учились там сыночки и дочки различных бизнесменов новой волны да ментов, судей и прочей швали, с которой порядочный человек вряд ли будет иметь что-то большее, чем вынужденные деловые контакты. В общем, лицей был элитный. Лучший по рейтингам в нашем районе. А общение с золотой молодежью у меня не сложилось. Был не их круга, о чем мне постоянно напоминали в разных формах. Дети. Что с них взять. Но история не про мою многострадальную учебу. Просто, как фон для духа времени. Так сложилось. После года в этом аду я немного замкнулся в себе и стал острее воспринимать мир. Именно в этот период я случайно познакомился с отрицающим. Даже не так. Меня вынудили обстоятельства к этой встрече. В общем, обо всем по-порядку. Мама моя от личной неустроенности, финансовых проблем и просто ударов судьбы подалась в религию. В то время дефолта и резкой инфляции нас кинул посредник по продаже дома, мама потеряла работу, стала страховым агентом и жили мы не ахти. Вот тогда-то мама и принялась искать духовного утешения. Стала ходить к баптистам, а я приобрел идиосинкразию на религиозную благость. Время от времени мать приводила в дом гостей, очередных братьев и сестер во Христе, а я возненавидел эти старательно добрые лица. Начал увлекаться магией и прочей эзотерикой, скорее в пику матери, чем из врожденной склонности. Твердо уверовал в иную картину вселенной и ушел в свой мир. Страстно полюбил животных за искренность и отсутствие лжи и мог часами сидеть в размышлениях и читать запоем.

Именно в то время я внезапно начал открывать новое в себе и мире. Мать таскала гостей домой и остатки драгоценностей в свою церковь Христа. Честно говоря, не все из гостей были плохими. Так я встретился с Аленой, которая была старше меня года на три и познакомила меня с творчеством Кобейна, чьей ярой фанаткой являлась и носила черные футболки, серьгу в носу и напульсники с шипами. Думаю сейчас, может, причиной этому также были религиозные предпочтения родителей? Не суть важно. В один из таких дней, помню, было лето, мать привела женщину к нам домой. Женщина была некрасивой, толстой, в очках и с беспомощным взглядом. Но не было в ней той тошнотворной благости и желания петь псалмы по любому поводу. Чем она мне уже понравилась. К их разговору с матерью я особо не прислушивался, но слышал, как она жаловалась на сына, на плохое отношение людей и что приехали они с севера. Вроде бы, из Ханты-Мансийска. Значения я ничему не придал и ушел читать в сад. Мать только к вечеру распрощалась с гостьей, позвав меня для этого ритуала. Я что-то буркнул и услышал, как мама говорит ей, чтоб приводила сына в следующий раз, и что Женя мальчик добрый и обижать его не будет. Вот не знаю, откуда у родителей вылезает это детское отношение? Надеюсь, я более адекватно буду относиться к моим детям. Хотя, кто знает... Может, это религиозное общение привело мать в состояние неадекватного понимания мира. Знала бы моя мама, кого она позвала...

В общем, спустя дня три, мама обратилась ко мне и сообщила, что к нам в гости придет тетя Люба и с ней будет ее сын. Сказала, чтоб не удивлялся и вел себя добрее. Дескать, он мальчик с "особенностями". Не такой как все. И чтоб я был более внимателен... Лицо мамы было уже привычно одухотворенным. Она не принимала гостей. Она Сестру во Христе принимала. Творила богоугодное. Сеяла Доброе. Формальным поводом стала баня. Ушел топить печь, и за этим занятием меня и застали гости. Как же его звали... Сын тети Любы был среднего роста, очень худ, перекошен в плечах, с отвисающей нижней губой, скуластый, черноволосый и с дефектом речи. Когда он говорил, казалось во рту его - каша. Движения были странно дерганными, как у насекомого, ходил, сильно подволакивая правую ногу. Тогда я не знал особо про ДЦП, но непременно бы подумал о нем, если б знал. Тетя Люба сквозь очки смотрела за сыном с горячей смесью жалости, испуга и тревоги. Как же его звали? Олег? Он подошел ко мне, по-птичьи протянул руку, потряс, прошел к печи и уставился в огонь. На лице его было наслаждение от зрелища пламени. Именно этот парнишка научил меня правильно топить баню. Я клал небольшую кучку дров, как мама, а он немедленно забил всю топку поленьями, открыл поддувало, и через двадцать минут камни на печи раскалились, и температура стала просто адской. Даже без пара в бане было невозможно находиться. Я топил малыми порциями и за час с чем-то (!) не смог добиться такой температуры, как он за несколько минут.

Так как в бане было очень жарко, мы присели на пороге, и я немедленно спросил о его возрасте. Оказалось, ему уже девятнадцать. У него были редкие черные усики. Помню, пытался найти тему для разговора, говорил о книгах, музыке и походах. Читал он, однако, плохо. У меня даже возникло подозрение, что он не умел читать, когда парень нарисовал букву А и с гордостью показал ее мне. Но, несмотря на это, никакого снисходительного отношения к нему у меня не было. Даже потом, когда я узнал, что он умственно-отсталый. Наоборот. Я завороженно слушал его рассказы о трактористах. С его точки зрения, это были могучие люди, что-то среднее между богатырями и ниндзя. Они устраивали поединки на ночных полянах и сражались разнообразным оружием. Никто не погиб. Под конец, он выдал захватывающую историю о том, как его самого приняли в трактористы. Ему пришлось выдержать бой с одним из главных бойцов этих могучих воинов. Он дрался, насколько я помню, боевым цепом, но не сумел вспомнить его правильное название. Пока мы мылись, он показывал на различные шрамы и ямы на своем теле и рассказывал историю их получения. Глаза у меня были по пять копеек. Потом мы пили чай на кухне и ждали пока домоются наши матери. Он гладил мою собаку. Кошку Мурыську и недавно рожденных ею котят. Мурыся дико волновалась и мяукала. Потом явились мама и тетя Люба. Попили чаю. Мы с мамой проводили гостей. Я пересказал ей истории из жизни трактористов. Лицо у нее было озадаченным. На утро котята сдохли. Через день кошка. На третий день собака...

Мать тогда посчитала, что собаку кто-то отравил, и кошка что-то съела. Я переживал сильнее. Но даже предположить не мог, что эти смерти связаны с визитом гостей. Правда, в голове стояла четкая картинка: Мурыська сжимается под рукой паренька и жалобно мяукает. Такое ощущение было, что она хочет убежать, а ее кто-то держит...

Наутро Мурыська сидела над трупами котят в полнейшей, каменной неподвижности. Мать унесла серого и полосатого под вишню. Я гладил кошку, на глаза наворачивались слезы. Мне казалось с абсолютной ясностью, что ее неподвижная поза означает горе. Покормил, даже заставил поесть. Она вернулась в свой угол и оставалась там весь вечер. В понедельник мать ушла на работу. Кошку нашел и хоронил уже я. Какое-то странное ощущение не давало мне покоя...

Мухтар вечером отказался от еды. Утром я закопал еще один труп. Эмоции были словно заморожены. Мама кричала на меня. У нее было плохое настроение. Всю неделю читала библию. Пыталась заставить меня. В воскресенье, после баптистского собрания, тетя Люба с сыном пришли вновь. Опять в баню. Мама меня не предупредила, и баня была холодной. Но (Коля?) сразу побежал её топить, вид у него был весьма радостный. Почему-то говорить с ним ни о чем не хотелось. И я двинул на кухню, пока он возился с растопкой. Гостья с матерью беседовали о болезни ее сына и молитвах. Опять о боге. Посидев минут пять, вежливо слушая, к каким докторам возила она сына и сколько свечей ставила, как внезапно проявилась болезнь, я улучил момент и спросил про трактористов-ниндзя. Тетя Люба горько рассмеялась: - Жень... Ты не верь всему, что (Вадик?) рассказывает. Он просто сказки придумывает. Не знаю, почему про трактористов... И... он... ну, немножко отстает. А вообще спасибо тебе за то, что так с ним... Общаешься. У нас ведь и друзей нет. Вот ты хороший мальчик. Он о тебе хорошо рассказывал...

Смутила меня тетя Люба. Помявшись у порога кухни, я пошел обратно.

Над дверями парилки висело облако черного вонючего дыма. Дым валил из щели под притолокой и стелился по потолку. Я рывком открыл дверь. Парень находился в состоянии чрезвычайного возбуждения, весь в копоти он стоял у двери и глядел на меня испуганно и свирепо. Меня поразила странная вещь. Вот теперь, на фоне черного вонючего дыма, с языками пламени, бьющими из топки и лижущими бока железной печи, он выглядел как никогда естественно. Вот что меня в его облике удивляло, цепляло с первого взгляда. Парень всегда выглядел так, будто только что вышел из пожара. Его лицо всегда было освещено бликами пламени. На нем всегда была копоть. Просто сейчас она стала видимой. Кашляя, я открыл топку.

— Что ты туда кинул?!

— Я? Да это... Угля добавил... Чтоб жарче было!

— Это уголь так воняет?

— Да это... Щас проветрим. И... Это. Хорошо будет! Ну не трогай!

Не обращая внимания, я взял кочергу и вытащил коптящее черным дымом и пузырящееся что-то. Не сразу, но я понял, что это была моя куртка. В ней я ходил в школу. Я тупо смотрел на нее. Пытаясь понять, каким образом она оказалась в бане и на хрена нужно было ее сжигать. (Андрей?) схватил её руками и запихнул обратно. Челюсть у меня просто отпала от такой наглости, а парень, чуть не плача, принялся скороговоркой шептать, срываясь в слезы:

— Ты маме только не говори, только маме не говори, скажем, что украл кто-то, да? Собака стащила! Да? Мы сидели и видели! А дверь откроем, и дым уйдет! Сейчас-сейчас!

Не знаю, какой у меня был вид. Скорей всего, озадаченный. Он прыгал вокруг меня, улыбался и плакал. Не знаю, что бы я предпринял, но на дорожке появились тетя Люба с матерью. (Коля?) взвизгнул и бросился бежать, а я лишь ошалело посмотрел вслед. Внезапно он остановился и вернулся. Женщины выпучив глаза наблюдали за нами. Лицо тети Любы вдруг стало понимающим, она закричала:

- Зараза ты такая, опять что-то сжег?!

В ответ (Коля? Андрей?) начал лепетать про то, что все само, он ни при чем, это собака... Мама моя тут же вставила, что собака умерла недавно. Тетя Люба вздрогнула. Я видел это довольно отчетливо. Затем извинилась перед нами за сына, и они ушли. Баню я проветрил и вымылся сам. Немного воняло жженой резиной. На следующий день мама обнаружила пропажу нескольких мелких вещей. В том числе и своего кольца. Через некоторое время тетя Люба нашла и отдала их матери... Коля, к тому же, оказался клептоманом. У нас сдохли все куры. Причем, я не помнил, чтоб парень к ним прикасался. В то время мне пришла идея, что он сыпал какую-то отраву, и животные умирали. Мне показалось это логичным и я поделился догадкой с матерью, и после обсуждения мы сошлись во мнении, что так всё и было. Ни одному из нас в голову не пришел другой вариант. Никто не подумал, насколько сложно достать такую отраву. И никто не вспомнил, что животные умирали тихо, без мучений. Просто застывали в неподвижной позе на несколько часов и все. В общем, ни Колю, ни Тетю Любу мы больше в гости не приглашали. Но это не слишком помогло. Сначала в доме разбуянилась нечисть. Тут надо упомянуть, что в момент нашего переезда в дом жилось в нем неспокойно. Во-первых, в доме было жутко холодно даже летом. Во-вторых, на чердаке дома постоянно слышались шаги. В-третьих, присутствие чего-то рядом. Я понимаю, что это звучит обычными штампами из большинства ужастиков, но это так. Дом мы купили очень дешево. За 35.000, те, что наскребли мама с бабушкой. А ужастиков американских, с историями про дешевый дом, тогда и в помине не было.

В общем, о том, что в доме неспокойно, узнали мы почти сразу. Но внимания не обратили. Нам некуда было деваться. Пока делался ремонт, сами там не жили. Потом, так получилось, первыми перевезли туда двух прабабушек. Привозили еду по очереди. То я, то бабушка, то мама. В доме ночевать было негде. Две кровати стояли в отремонтированных комнатах, и на них спали прабабушки. Мать моей бабки и ее сестра. Но ощущение холода охватывало с первого шага за порог. Бабушки жаловались на холод постоянно. Приходилось зажигать котел даже летом. После смерти бабушек мы переехали в дом... В первую же ночь начался топот по потолку, скрип дверей и весь набор домовой мистики. После я договорился с домовым по старому дедовскому методу. Брал блюдце молока, кусок хлеба с медом и ставил под тумбочку в темный угол, разговаривая с хозяином и прося успокоиться. Все было нормально. Даже холод ушел. До событий с Володей. Точно. Его звали Володя. Сначала возобновились топот и скрипы на чердаке, потом уже в доме начало шуметь. Кто-то бормотал в углу. А в полнолуние я проснулся от неясной тревоги. Выйдя в зал, обмер. Показалось сначала, увидел привидение, но это была мама в ночной рубашке. Она стояла у окна и смотрела на улицу. Я перевел дух и подошел. Спросил, - Мам, почему не спишь? Мама ответила - Папа звал. Я обмер вторично. Мать с отцом развелись еще пять лет тому назад. И жил он на Урале, в двух тысячах километров. Потом мне пришло в голову, что мать, видимо, спит, просто ходит во сне. Мягко взял за руку и отвел в постель. За следующие несколько дней история повторялась каждую ночь, бабушке я ничего не сообщал, думал, пройдет, как прошёл лунатизм у брата.

Мать после этого ходила каждую ночь. Я заимел привычку закрывать двери вечером на ключ, а ключи класть в карман. Спал чутко. Вставал раза по три на ночь, укладывал маму, потом засыпал. На топот уже внимания не обращал. Но однажды меня кто-то сильно дернул в кровати. Я как будто выпрыгнул из дремы, сна не было ни в одном глазу. Услышал жалобное бормотание в коридоре и помчался туда, еще не зная, зачем. Помню, было четкое ощущение: "что-то не так". Окно было открыто, мамы в постели не было. Я громко ее позвал, отпер дверь и выскочил на улицу. Секунды не прошло, как понял, что нужно в огород. В конце огорода, на орехе, качалось светлое пятно. Я не помню что я делал, как бежал, но маму из петли вытащил вовремя. Вызвал скорую, маму отвезли в больницу. Из нее сразу в психушку... Поставили диагноз - шизофрения. В доме какое-то время жила бабушка, потом остался один. В первую же ночь попытался поговорить с домовым. Разговор не вышел, но перед глазами он появился. Потом несколько дней чистил дом всеми методами, какими знал. В доме стало уютней. Пропало чувство тяжести, подспудно давившее несколько последних недель. Впервые за эти дни я спокойно заснул. Маму держали целых два месяца. Потом выписали. Но душевное здоровье полностью не вернулось уже никогда. Не знаю, насколько виной этому был Володя, но свою роль он наверняка сыграл. С домовым мы с тех пор живем душа в душу, более особого буйства не видел. Пишу сейчас из этого же дома. Правда, мама с тех пор живет с бабушкой и лишь приезжает в гости. Я, в принципе, ее понимаю. Володя умер, когда ему был 21 год. После похорон мы с матерью зашли к ним домой проведать тетю Любу. В его дом мне входить не хотелось. Я остался во дворе дожидаться мать. Их частный домишко из самана поражал своей неухоженностью. Покосившийся забор, какие-то тряпки посреди двора и абсолютно никаких растений. Даже чертополоха не было. Просто утоптанный круглый пятак земли. Ни единой травинки. Ни собаки, ни кошки, ни кур... Такое ощущение - даже птицы не пролетали...

Ходил я летом с батей и его компанией на рыбалку

2020-04-26T11:47:45.069Z

Ходил я летом с батей и его компанией на рыбалку. Думал, старпёры будут в основном удить рыбу, выпивать и спорить как ебанутые. На деле старики оказались инфернальны и чрезвычайно буянисты. Трое из семи после рыбалки оказались в больнице с травмами разной степени идиотизма. Воздушка и старческий маразм прилагаются. Не буду рассказывать всякую нудятину о сборах и расстановке, а перейду сразу к моменту попойки.

У Оки берега обрывистые, даже очень. Метров на 5-8 уходят резко вниз. А там миленький такой песочек с виду, но то ебучая глина. Помнится, полез я как-то с обрыва воблер доставать. Всё-таки жалко рыбку за 450р. Кое-как спускаюсь и двумя лапами прыгаю прямо к воблеру. Смачный хлюп. Проваливаюсь по пояс. Сказать, что я охуел, не сказать ничего. И плотная такая жижа, выбраться самому можно, конечно, но смотря насколько запаникуешь. Товарищи помогли, вытащили, правда без сапогов. Видок тот еще. Как-будто в дристне искупался. Месяц обзывали Сраным.

— Здорова девчонки. Меня зовут Коля, это второй Коля. А это Сраный.

Расположились мы аккурат у такого обрыва. Вечер. Речной воздух и красивый закат. Забросили донки и ушли пить.

— Винтовки? Да шо ты в винтовках смыслишь, идиот! Я блять в свое время в армии стрылял белке нахуй в глаз и знаю, ты пездишь!

— Да это ты пездишь, цигарки ты стрылял в армии, балабол.

— Витёк, ты не прав. Видел я как Вовка стрелял!

Начали старики ругаться значит и крыть друг друга хуями. Тут дядя Вова, читай обвинённый в пиздеже, придумал гениальный мать его, ход и приплёл дядю Толю, которому вообще до пизды как правило на всё кроме бухла.

— Вот Толян мне верит, настоящий корень! Толь, давай покажем этому бесоёбу, чего мы стоим!

— А давай! Как?

— Короче наливай стопку и ставь на голову. А я за воздушкой.

— Да ты ябанулся чтоли? .

Дядя Вова уже несёт воздушку и слёзно умоляет Толяна поставить стакан на голову. Все уже синие и шумные. Дядя Вова таки уговорил Толяна подержать стакан хотя бы на вытянутой руке.

Зазвенели бубенцы на удочке. Мы бросаем все дела и бежим проверять. Батя под шум и сотню советов вытаскивает маленького налима.

— Эх, пездюк.

— С почином.

Вспоминают про стрельбу. Условие. С 6 метров "по студенчески", дядя Вова должен поразить стакан с синькой в руке дяди Толяна. Воздушка пренадлежит Сан-Санычу. Воздушка хорошая, пристрелянная. С усиленной пружиной и еще черт знает чем. Любил он биатлон в молодости страсть как. Постарел, на лыжах ходить стал редко, а стрелять часто. И дети его не забывают, подкидывают всяких ништяков для хобби.

Расходимся. Я цепляю ногой удочку у обрыва, меня матерят. Стрелок отходит на десять шагов и вскидывает винтовку. Толян обреченно держит стакан на вытянутой руке. Вова опускает винтовку обратно, требует фонарь. Подсвечиваем его и Толяна. Теперь ему слепит глаза.

— Да ты заябал, у меня рука уже устала держать стакан.

— Не верещи, для тебя идиот стараюсь.

Светить стали со спины стрелка. Вова вскидывает винтовку, опускает и слюнит палец. Ветер проверяет. Поднимается недовольный гул, мол заебал резину тянуть. Тут нужна какая-нибудь классическая и медленная музыка. Вова вскидывает ружье и щурит и без того узкие глаза. Шатается. Толстый Толян часто дышит и держит стакан на вытянутой руке. Шатается. Наверное, в резонанс с Вовой войти пытается. Пауза. Выстрел.

— ЙЯИИИИИИИИИИИИИИИИИИ

Толян с воплями запрокидывает голову и отходит к обрыву, петляя. Цепляет одну удочку, вторую. Страшно верещит. И повтор:

— ЙЯИИиииииииии

Затухающе так. Тишина. Сверчок. В общем Толян пизданулся с обрыва, а мы пиздец обосрались.

— МЧС вызывайте! Быстрее нахуй вытаскивайте его!

— Толяяяяян!

Старый и пьяный Вова со слезами на глазах бежит к обрыву, пытается потихоньку спуститься и естесственно с воплями и матюками летит вниз. Я в ахуе, мужики давятся со смеху. Светим вниз. Видим внизу сидящего скраешку Вову. Курит. И орущего на него Толяна, застрявшего по пояс в грязи. Толя был очень злой, шепелявый и скорее всего, кинулся бы убивать деда Вову, если бы не застрял.

— Эй, голубчики, как вы?

— СЯСЯСЯПХШПП

— Кажись, ноги отбил. Как бы не сломал. Толе по зубам видать попал из вашей блядской винтовки! Непристрелянная она нихуя и ветер блять, чуть ли не ураган!

Дела видать у них не очень.

— Надо доставать их.

— Как? Да хуй его знает. Кто у нас самый мелкий? Давайте два троса свяжем и попробуем спустить одного. Мало ли, помощь какая потребуется.

Вызвался Дениска. Дениска-пиписка, вот как его зовут обычно. Миленький такой усатый старичек. Щёки яблоками, и стрижка как у Гарри, из "Тупой и еще тупее".

Батя вяжет узлы сначала меж тросами, потом на Дениске. Спусят время до меня дошла гениальная мысля, что не обязательбно Дениску-то было спускать к ним, а просто бросить трос.

— Ну, Дениска-пиписка, не подведи.

— Ты нормально хоть узлы завязал?

— Обижаешь, первый взрослый был по туризму.

Держим трос, потихоньку стравливаем. Секунд десять прошло. И легко-легко так стало Дениску держать. Матюки па всю реку, понимаем, что один из тросов отвязался и Дениска пизданулся.

— Кости все переломаал! Я ног не чую, ног не чую!

Пиздец дела. Делать больше нечего. Сансаныч среди ночи звонит знакомому из Рыбнадзора и изъсняет ситуацию. Буквально через десять минут приезжает катер. Потом второй. Забирают пострадавших и говорят, что повезут в больницу.

Ничего страшного не произошло и старики отделались ушибами. У Толяна откололись два передних зуба, но починили таки.

Если когда-нибудь батя тебя позовет с собой на охоту/рыбалку, то не упусти этот шанс. Как-то отец говорил, что хоть он и стареет, но ощущение будто вчера с армии вернулся. Это общестариковское, видимо. В общем скучно быть не должно. Смотрю, опять в этом году на рыбалку собираются. И как раз у Сансаныча появился арбалет. Теперь старики будут спорить, кто в Иерусалиме больше народу с него клал.

Мой друг Федя

2020-04-26T11:45:56.423Z

Мой друг Федя подрабатывал Дедом Морозом. Много лет. Феде было уже за сорок, и, честно говоря, это была единственная его стабильная работа. Весь год он занимался разным: то таксистом, то курьером, то в ремонтной бригаде. Но уже в конце ноября Федя начинал получать заказы на Деда Мороза. Федю ценили и передавали друг другу родители. Федя был замечательным Дедом Морозом.

Что странно: своих детей у него не было. Три развода было, а детей не было. Федя детей любил, он их сходу располагал, знал какие-то шифры и коды детских душ. Как-то пришел ко мне в гости, сын и дочь еще были маленькие. Федя улыбнулся им с порога: «Здорово, черти!». И они сразу его полюбили. В тот вечер мне не удалось с ним поговорить, его унесли черти. То есть мои дети. Он играл с ними в тигра, потом в колдуна, потом в динозавра, дальше не помню.

Думаю, Федя сам был ребенком. Большим ребенком. Да, он много умел, даже класть плитку, но оставался ребенком. Потому и семейная жизнь не сложилась.

Эта история случилась с Федей пять лет назад. Весь декабрь он мотался по городу на своей дряхлой «тойоте», потея под алой синтетической шубой, не успевая даже поесть.

У Феди был только один святой день – 31 декабря. На который он никогда не брал заказов, как его ни просили, какие ни сулили деньги. Это был день его второго рождения. Однажды, еще в юности, он напился, уехал на электричке невесть куда. Его вынесли на дальней станции, оставили на ночной платформе. Федя бы там околел, но по небесной случайности его заметил машинист товарного, затормозил, втащил в кабину. Машинист нарушал все инструкции, но он спас Феде жизнь. После этого Федя бросил пить, а детям машиниста отправлял подарки. Мелочь, конфеты, но регулярно.

С той поры 31 декабря Федя оставался дома. Пил чай, играл в компьютерные игры, заказывал на дом огромную пиццу.

Итак, вечером 30 декабря, пять лет назад Федя ехал на последний заказ. Детей звали Галя и Толя. Раньше Федя у них не бывал. По дороге он изучил «досье» в мобильном. Вере пять лет, Толе – семь. Толя в Деда Мороза не верит, играет в роботов и любит Илона Маска.

Как было условлено, Федя позвонил маме от подъезда. Та быстро спустилась, в большом мужском пальто на плечах:

– Добрый вечер! Меня зовут Вера, вот подарки. Толе, конечно, робот. А Гале – наряд принцессы, – Вера протянула коробки. – Только большая просьба. Толя будет грубить... не обращайте внимания. Они с папой оба упертые материалисты, понимаете? А Галечка – вот она совсем не такая. Вы больше с ней.

– Не волнуйтесь! – усмехнулся Федя. – Бегите, замерзнете.

Через пятнадцать минут Федя звонил в дверь. И услышал мерзкий голос мальчика:

– Явился! Актеришка с синтетической бородой! Галька, это к тебе!

Неприятный мальчик открыл дверь, оглядел Деда Мороза:

– Странно. Трезвый. В прошлом году был совсем...

К счастью, в прихожую выбежала сестричка, в нарядном розовом платье с мишками:

– Здгаствуй, догогой Дедушка Могоз! – девочка не выговаривала «Р».

– Здравствуй, Галя! – улыбнулся ей Федя. И незаметно дал легкого пинка мальчику. – И тебе привет от Илона Маска!

Мальчик быстро обернулся, недоуменно оглядел Деда: неужели он дал пинка? Но Федя подкрутил синтетические усы и важно прошагал внутрь.

Было поздно, Федя очень устал и надеялся провести этот сеанс за 15 минут. Он вручил девочке коробку с платьем, та запрыгала. Протянул гнусному мальчику коробку с роботом:

– Это тебе, нигилист!

– Как ты меня назвал? Глистом?

– Нигилистом, умник. Латинское слово. Когда-то я жил в Древнем Риме.

Мальчик подошел ближе:

– Хорош врать! А будешь выступать – мой папа тебя побьет.

Мама Вера тут же вмешалась:

– Так, хватит! Сейчас Галечка споет песенку и мы отпустим Дедушку.

Но Дед Мороз Федя вдруг раззадорился:

– Нет, а где ваш папа? Я бы с ним устроил бой на татами. Я жил в Древней Японии и занимался дзюдо триста лет.

– Папа на работе! – ответил мальчик. – Но он тебя точно побьет.

В это время у мамы Веры зазвонил телефон. Она взяла трубку и стала охать: «Прости, я забыла... Ну я дура! Сейчас забегу!». И схватила Деда Федю за алый рукав:

– Умоляю, дедушка! Ради всех древних японцев! Посидите с ними 15 минут. Мне надо к подруге в соседний подъезд, отдать деньги. Заняла и забыла... ну понимаете...

Феде совсем не хотелось потеть еще пятнадцать минут, но он же был очень добрый. Он согласился.

И остался с романтической Галей, и нигилистом Толей. Галя спела ему песенку. А Толя вдруг присмирел. Он подошел к Феде и сказал:

– Ладно, извини... Но было бы лучше, если бы ты починил на кухне кран. Капает, я спать не могу.

– Кран? – удивился Федя. – А папа на что?

– Он занят, он бизнесмен.

Когда мама Вера пришла, Федя, прямо в бороде и алой шубе, раскручивал кран. Мальчик Толя стоял рядом, подавал инструменты и говорил деду:

– Снял бы ты бороду...

– Не могу. Я же Дед Мороз, ты забыл?

– Ладно-ладно. Ты крутой Мороз.

Мама Вера умоляла Федю все бросить, завтра они вызовут слесаря, и вообще детям спать... Но Федя что-то мычал в бороду, а дети прыгали рядом и кричали: «Мы не хотим спать! К нам пришел крутой Мороз, вау!»

Наконец, Федя закончил с краном. Вытер пот алой шапкой. И тут девочка Галя сказала: «И еще моя кроватка вся расшаталась...» А брат добавил: «Всё у нас тут расшаталось».

Но Федя ответил:

– Дети, милые! Если бы я пришел к вам с утра...

– Что вы! – воскликнула Вера. – Они шутят.

До лифта Деда Мороза вызывалась провожать девочка Галя, в наряде романтической принцессы. Когда Федя уже стоял в лифте, она вдруг сказала:

– Нет у нас никакого папы. Мама повесила в шкаф мужские вещи. Мама врет, что папа бизнесмен, в долгой командировке, мама думает, что мы в это верим. Толик верит, как дурак. Но папы нет. Я никогда его не видела. До свиданья, Дедушка Мороз!

Следующим утром, 31 декабря в квартире Веры, Толи и Гали раздался звонок. На пороге стоял Федя, в обычной своей куртке.

– Вы курьер? – спросила Вера.

Но тут выбежал Толя:

– Мам, ты совсем? Это наш Дед Мороз, не узнала?

– Ага, – улыбнулся Федя. – Я сегодня так, без церемоний. И день свободный. Так что у вас там расшаталось?

...Федя, Вера, Галя и Толя живут вместе уже пять лет. Еще появилась сестричка Аня, ей уже три года. А Вера и Толя, когда в школе спрашивают, кто их папа, отвечают спокойно: «Дед Мороз. Не верите?»

В предыдущем треде

2020-04-26T11:44:27.476Z

В предыдущем треде один мудрый и наблюдательный человек верно подметил насчет хуесосов, у которых все разговоры только про еблю которая, к слову, была крайний раз лет 10 назад, пока Клавка еще была стройная и пять детей не нарожала, и которые не могут оторвать свой рабский, умоляюще-восхищенный взгляд от любой мимопроходящей шлюхи. Так вот, при предложении подойти и познакомиться к той гнилой дырке, которой они так восторгаются на расстоянии, они сразу осекаются и замолкают.

Вот вам кулстори на тему.

Дело было летом. Мы почти всем классом подрабатывали, косили в парке траву, кусты подрезали. У всех в школе такая хуйня была. Жара, время обеденное. Все сидят, потом обливаются. Тут мимо хуярит крейсерской скоростью охуенная тян в джинсовой юбочке почти до пупа и в топе с глубоким вырезом. Тян была где то года на два-три постарше нас. Все тут же стали восхищенно улюлюкать и пялиться на ее задницу, когда она прошла мимо, типа бля, смарите посоны, ууу какая чика, смари, ух бы я ее. Сидят и толкают друг друга локтями, подойди мол познакомься, да ну чет стремно, ты иди. А тян тем временем уже ушла далековато так. Один я сидел в стороне и не участвовал в этом. Какой то хуеплет это заметил, и они переключились на меня. "Антоша у нас еще маленький на такие вещи смотреть, да, антоша? А то мамка узнает, что у тебя пиструнчик встал - в угол поставит!" А я им говорю: а чо будете должны мне, если я вот счас прямо догоню ее и познакомлюсь? Все стали ржать с меня, данунах, вот это ты отмочил так отмочил, даром что девственник, а шутишь охуенно! Меня это заебало и как то припекло на самом деле, если честно. Хуй знает, что на меня нашло, но я вскочил и побежал за той тян. Даже не смотрел на лица своих быдлоклассников, они в этот момент наверняка были охуевшие. Но я этого не увидел.

Догоняю я такой эту тян, в голове каша, хуй знает что ей говорить. Захожу такой к ней сбоку осторожно и говорю: "Здравствуйте, девушка! А можно я с вами немного прогуляюсь? Пройдусь до конца аллеи вот и а потом поверну. А то я боюсь один гулять" Тян так глянула на меня, еще мило так улыбнулась, видно было, что попалась адекватная, нормальная такая тян без заебов, возможно даже "ламповая" как принято здесь говорить, хз, другая бы могла меня принять за какого нибудь маньяка и переебать каблуком в пах. А эта так посмотрела на меня поверх солнечных очков, мне аж тепло стало на душе от ее взгляда. Она спрашивает меня: "Кого ж ты боишься днем в таком людном месте?" А я взял и спизданул "эээм.. ну это, де-девушек красивых боюсь. Н-нападут" А тян как выпала с меня, потом и я стал с ней ржать тоже. И так охуенно было стоять с ней посреди аллеи и смеяться просто так, она была такая красивая и милая когда смеялась, было ощущение, что я давным-давно знаю эту тян, как будто это родной мне человек. Потом она меня еще тронула за локоть и смеясь сказала "ну пойдем". Пока мы с ней шли, это минут десять, я успел с ней познакомиться, узнал как ее зовут, рассказал что я нищий школьник и кошу траву в парке, чтобы заработать себе на обувь к школе и пару дисков с играми и музыкой. А потом, когда дошли до развилки, мне так не хотелось ее терять, прощаться с ней. Я спросил ее, ведь мы увидимся еще с вами? А тян улыбнулась мне и сказала, что все возможно. И сказала, что я прикольный и необычный. Тогда еще не было телефонов мобильных, только у самых крутых, поэтому ни она не дала мне номер, ни я у нее взял. Да это и к лучшему, все равно не позвонил бы, я себя знаю. Она еще пару раз оглядывалась когда шла и помахала мне рукой, а я все стоял и стоял возле дерева и смотрел ей вслед, пока она не растворилась далеко-далеко в толпе.

Потом оказалось, что меня на работах уже потеряли и учителя ищут. Одноклассники встретили меня ехидным смехом "антоша то у нас мачо, вот так охуеть! Не зассал и познакомился! Бля, а может это твоя сестра была? Да полюбас, он эту телку знает, родственница какая то" Они до упора не хотели мне верить, что я подошел абсолютно к рандомной тне на улице и познакомился с ней. Эти озабоченные спрашивали еще, предлагала ли она мне поебаться/показать/потрогать сиськи или пизду (!!!) Но главного альфу я все таки отправил в магазин, он на свои деньги накупил газводы и всяких ништяков, потому что проебал спор. Я потом всех угощал.

Это было в 2004 году. А я до сих пор девственник. Охуеть, как быстро пролетает время. Будто вчера это было.