паста

2021-05-25T12:46:19.133Z

— С двадцать пятого февраля текущего года постановлением Министерства Информации все проявления медиавирусного юмора, так называемые «мемы», объявляются вне закона. Всех, кто будет уличен в хранении и использовании соответствующего контента, ожидает пожизненное заключение с применением реабилитационных программ или смертная казнь.

1

2021-04-29T08:54:55.356Z

Сижу в машине, ожидая, когда во двор заедет серебристый «фольцваген» с тремя пассажирами. Что-то задерживаются они. Ну, ничего-ничего, я столько лет ждал, ещё пару часов не в тягость. Тушу в пепельнице одну сигарету и тут же закуриваю следующую. Замечаю, что в очередной раз лезу в карман, чтобы проверить, всё ли на месте. Нервничаю. Надо сохранять спокойствие, но воспоминания картинками лезут в голову… Жена в родовой палате. Я не гинеколог и не акушер, толку от меня никакого, поэтому я просто жду, бродя по коридору. Скоро медсестра сообщит мне две новости: как водится, хорошую и плохую. Хорошая – родилась девочка, плохая – выбрать имя для неё мне придётся одному. Оля стоит на сцене и готовится рассказать стишок про весну, который мы с ней целую неделю разучивали. Я вижу, что она нервничает и не решается начать. Кажется, Оля забыла слова, но мы договорились, что я не буду подсказывать, и поэтому я просто жду, когда она их вспомнит. Несколько часов назад Оле и её уже, пожалуй, бывшим одноклассникам выдали аттестаты, и они отправились в ресторан. Я дома, не вникая в сюжет особо, смотрю какой-то фильм по телевизору. Сейчас уже пятнадцать минут первого, а мы с Олей договорились до полуночи. Но я всё понимаю, выпускной не каждый день случается, поэтому я просто жду. Обычно она приезжала два раза в год, на зимние каникулы и летние, чаще не получалось. А, закончив четвёртый курс, Оля устроилась на работу по специальности, надо было готовиться к диплому. «Ничего страшного, - говорю. – Учёба на первом месте». Кладу трубку. И жду. Сказала, что с парнем познакомилась. Предупредила, что приедет с ним. Я жду – посмотрим, что там за Серёжа такой. Кто шампанское пьёт, кто вино, кто водку, кто виски, кто коньяк. Я за долгие годы про алкоголь и позабыл совсем, и потому обхожусь соками и минералкой. Тамада сообщила, что скоро мне тост говорить. Олей не налюбоваться. Какая она у меня всё-таки красивая. Со дня свадьбы она больше не приезжала. А я всё равно ждал. Плачет в трубку: «Я тебе перезвоню, пап. Он сейчас вернётся». Я быстро собираюсь и на вокзал еду. Лишь бы не пришибить эту тварь, думаю по дороге, я ему покажу дочь мою обижать, ну, Серёжа, держись. Доктор выходит из операционной, и время замедляется. По выражению его лица трудно предсказать, помог ли он моей дочери, спас ли её, поэтому я просто жду. Жду, когда он скажет что-то. Хоть что-то. Но обошлось без слов. Он просто медленно помотал головой. На суде его родители даже не посмотрели в мою сторону. Сам урод сидит, головой поникши. «Тебе стыдно, Сергей, или страшно?» - размышляю, глядя на зятя. Вот-вот огласят приговор. Я жду. … а вот и родственнички прибыли. Серёжа за рулём. Соскучился, видать, по авто. Осунулся парень, круги под глазами с сотни метров отсвечивают. Мама его плачет, радуется, что сын освободился, наконец. Скрываются в подъезде, я через некоторое время следую за ними. Ладонью прикрывая дверной глазок, нажимаю на кнопку звонка рукоятью пистолета. Слышу через дверь женский голос: «Это к тебе, наверное, сынок, друзья твои». Приближаются чьи-то шаги. - Сейчас открою! Подождите, – говорит Сергей. Жду.

Дверь открывается, я снимаю штаны, сажусь и жду. Просто жду, пока подлива от съеденного накануне 3кг шавермы начнет сочится из меня.

trollface

паста

1