ХронЭкс Бесплатные экскурсии

Пещеры Соканлинны

2019-12-10T17:20:07.078Z

В своей книге "Подземелья северо-запада России", вышедшей в печать в 2015 году, мы написали о двух небольших полостях в гранитной скале недалеко от Каменногорска. Мы упомянули, что про эти дырки еще в 1845 году писал Захариус Топелиус, где указал их вполне точные размеры, а также привёл местные легенды, связанные с этой местностью. Далее мы кратко рассказали об этих полостях и предположили, что они появились благодаря антропогенному воздействию. Одним из доводов для этой точки зрения послужили увиденные нами следы термического воздействия. Поскольку последнее время мы уделяли пристальное внимание изучению средневековых каменных крестов, то не отслеживали все новости спелестологии, в связи с чем эта статья для нашего сайта оказывается несколько запоздалой реакцией на события недавнего прошлого.

Итак, в начале 2016 года наши оппоненты, Агапов, Хлебалин и Ляхницкий, не согласившись с представленной нами версией, выдвинули своё предположение (оформленное в виде утверждения), что эти объекты естественного происхождения и, возможно, образовались напорными ледниковыми водами при эворзионных, эрозионных и кавитационных процессах. Статья эта была опубликована в Кракове на английском языке. При этом никаких обоснований своего предположения авторы статьи не приводят, более того, они отмечают, что узкий вход и наклонный ход этих полостей не имеет аналогов ни в России, ни в Финляндии. Так что же послужило поводом отнести эти полости к объектам природного происхождения? Увы, из текста статьи это абсолютно непонятно. В следующей статье, посвящённой этой же теме и вышедшей в конце 2016 года, также никаких дополнительных объяснений не появилось. Такой подход у нас вызвал чувство недоумения.

Во-первых, странно, что в XXI веке вновь вспоминают старую версию образования "ледниковых котлов" благодаря движению воды по трещинам в леднике ("moulin potholes") (в англоязычной научной литературе для таких объектов используется термин "pothole"), от которой начали отказываться уже с 1932 года.

Во-вторых, при рассмотрении редких, не имеющих аналогов объектов, исследователи обычно предоставляют понятные и достаточные для обсуждения прорисовки и предлагают в качестве обоснования своей версии модель формирования рассматриваемого объекта, наглядно демонстрирующую, как могли бы проходить те или иные процессы образования данных полостей, учитывая все известные факторы. Если есть альтернативные мнения, то рассматриваются слабые стороны одной версии и аргументы в пользу другой. В указанных двух статьях ничего подобного нет - никаких аргументов, никаких сомнений, нет даже подробного описания объектов, а только голословное утверждение.

В-третьих, нас удивляет отсутствие сравнения форм и поверхностей других аналогичных объектов, которые чаще всего называются "исполинскими котлами" или "potholes", с рассматриваемыми "овоидными" полостями Соканлинны. Если главные отличия, как уверяют авторы, заключаются только в узком входе и наклонном ходе, то, получается, что другие критерии данных "исполинских котлов" (potholes) схожие, так почему бы не провести сравнительный анализ? Но нет, такого сравнения нет.

Итак, получается, что высказаны две точки зрения и, казалось бы, авторы ни в одном случае не представили аргументов в пользу своей версии.

Поэтому мы предлагаем внимательно учесть все известные факты, а неверующие могут съездить и ещё раз проверить их лично. На ощупь.

Итак, обе полости (для удобства назовем их "южная" и "северная") расположены на восточном склоне небольшой гранитной возвышенности, вполне характерной для этой местности. Никаких каньонов, горных речек с большими перепадами высот, которые могли бы формировать мощные водные потоки, здесь нет. В ближайших окрестностях (несколько десятков километров) никаких объектов, напоминающих "исполинские котлы" (potholes), ранее отмечено не было. К примеру, в массиве Askola (Финляндия), находящемся в 200 км от Соканлинны, на небольшой площади зафиксировано сразу 20 "исполинских котлов".

Входы в рассматриваемые полости находятся в вертикальной гранитной стене на расстоянии пяти метров друг от друга и устроены по линии вертикальных трещин, идущих до самого верха скалы (рис.1).

Рис.1. Общий вид на входы в полости Соканлинны: 1- вход в "южную" полость; 2 - вход в "северную" полость

В обоих случаях наружный вход имеет сложную геометрическую форму (высота около 130 см, ширина от 50 до 70 см), с резкими угловатыми сколами в верхней части и с расширением с плавными и округлыми краями в нижней. Ранее вертикальная стена в месте, где расположены входы, была прикрыта двумя слоями гранитной скалы суммарной толщиной около 150 см (рис. 2).

Рис.2. Наружные слои гранитной стены около входов со следами обработки: а)около "южной" полости; б) около "северной" полости

Сколы этих слоёв острые, без следов длительной абразивной обработки воды с песком. На сторонах, обращённых к входам в полости, наблюдаются следы внешних воздействий, которые произведены в основном с внутренней, а не с наружной стороны этих слоёв. Около входа в "южную" полость стенка со стороны скалы имеет скруглённую кромку, а у "северной" видны достаточно острые сколы. То есть это явно не следы воздействия талых ледниковых вод.

Кроме того, около "южного" входа на самом толстом (около 1 метра) слое, отошедшем от монолитной скалы, так же, как и на его упавшем фрагменте, наблюдаются сколы и повреждения, произведённые с наружной стороны на глубину не более 10 см.

Внутренние объёмы полостей имеют сложные формы, с различными неровностями и сколами, но при этом обе полости имеют явное сходство, при небольших различиях. (Схемы обеих полостей у нас намечены к изданию в другой статье, поэтому здесь мы их не будем публиковать.) Важно отметить, что обе полости имеют наклон пола при полном отсутствии какого-либо уступа в привходовой части, что позволяет просачивающейся через трещины влаге свободно изливаться наружу. Нижняя часть обеих полостей имеет следы воздействия абразивной смеси воды с различными примесями. Верхняя часть, включая потолок, в центральной и привходовой зонах обеих полостей имеет поверхность достаточно неровную, порой даже бугристую, местами со сколами. На рис. 3 представлены фотографии верхней зоны привходовой части обеих полостей. В нижней части кадров видны отверстия входов в "овоиды".

Рис.3. Фрагменты потолка в привходовой зоне: а) "Южная" полость; б) "Северная" полость

Практически все стены обеих полостей покрыты густой сетью трещин разных размеров. Хорошо просматривается трещиноватость, образованная естественной слоистостью местного гранита. Любопытна и цветовая гамма гранитной поверхности внутри полостей - от тёмно-терракотового цвета до почти чёрного. Гранит на потолках легко крошится. На стенах у некоторых трещин видны натёки белого цвета. При рассматривании образцов гранита, изъятого из полостей, при увеличении 1:20 видны явные следы изменения кристаллов плагиоклаза, по сравнению с образцами, взятыми для осмотра вне этих полостей.

Но, прежде чем мы приступим к анализу представленных особенностей, считаем необходимым обратить особое внимание на один методологический аспект, о котором многие постоянно забывают. При обсуждении различных гипотез важно, чтобы защищаемая версия, во-первых, согласовывалась со всеми известными фактами по рассматриваемому вопросу и не вступала бы в противоречия с ними и, во-вторых, логически и без введения многочисленных дополнительных условий ("бритва Оккама") объясняла бы их взаимосвязь.

Таким образом, при анализе описания объекта важно учитывать и слоистую структуру гранитного массива, изобилующего трещинами. Следовательно при рассмотрении вопроса о генезисе объектов важно разобраться - когда появились эти трещины и отслоение пластов, до воздействия талых ледниковых вод или после. Если это произошло до, то должны остаться явные следы воздействия воды с абразивными примесями. Около полостей этого нет. Зато, по мнению оппонентов, они встретили следы слабых ледниковых потоков в трещинах того же скального массива в 30 метрах к югу. То есть, получается, что те трещины и отслоения образовались до таянья ледника, а эти трещины и отслоения - позже. Странная картина, учитывая такие расстояния. Этот вопрос важен для выяснения модели образования полостей "естественным путем". Либо воде надо было пробуравить в вертикальном направлении почти 2 метра гранита, либо только один пласт в 40 сантиметров. А когда появились вертикальные, перпендикулярные отслоению другие трещины? Ведь оба входа в полости расположены по линии этих вертикальных трещин. Если эти трещины образовались до таянья ледника, то почему тогда вода с абразивом грызла твердый массив гранита и не расширяла более доступные трещины?

Ладно, допустим, трещины образовались позже, а значит, воде надо было грызть два метра. Но в таком случае на наружных плитах должны остаться следы этих входных участков со следами длительного абразивного воздействия воды с песком. При внимательном рассмотрении наружных слоев этих следов нам увидеть не удалось. При этом надо учесть ещё одну особенность: в обоих случаях границы скола устоявших пластов частично перекрывают вход, то есть, на этих местах следы отверстия должны быть видны!

Рис.4. Вход в "южную" полость: а) сделано по оси входа; б) фото под углом к оси входа

Идём дальше. В одной из статей оппоненты предположили, что полости образовались в замкнутых гидрологических условиях (под давлением воды). Но, в таком случае, вода, попавшая под давлением в замкнутое пространство однородной среды (гранит), будет равномерно давить на все стенки этого объёма. В результате, эрозионный процесс должен равномерно распространяться во все стороны, в том числе разрушая перемычку между наружным водным потоком и остальной частью полости.

Ещё один важный нюанс - если бы полости были образованы под воздействием абразивной смеси воды с песком, то все стены полостей должны были иметь вид, аналогичный "исполинским котлам" или трещин со следами ледниковых потоков в соседней Финляндии (рис. 5), т.е. ровные полированные гранитные поверхности с плавными изгибами.

Рис.5. Объекты со следами длительного абразивного воздействия ледниковых вод в Gunnarsby

Однако следы легкого абразивного воздействия воды в обеих полостях имеются только в нижних частях, в то время как верхние части полостей имеют явные неровности и сколы. Да и сами формы этих полостей вызывают сомнения в их естественном происхождении.

Далее наши оппоненты утверждают об отсутствии следов термического воздействия. Наверное, тем, кто не был в этих полостях и кто не представляет себе, как должны выглядеть эти следы, действительно трудно определиться, был огонь здесь или нет. Поэтому поясним подробнее. Дело в том, что в процессе термического воздействия на гранит происходит дегидратация плакиоглаза и биотита, последствия этого заключаются в снижении прочности и повышенной трещиноватости камня. То есть гранит покрывается сетью трещин разного размера и глубины, он легко крошится (иногда даже руками), отслаивается и местами у него меняется цвет. Все эти последствия нагрева хорошо видны как при изучении плагиоклаза при увеличении (мы использовали 1:20), так и при осмотре поверхности полостей невооружённым глазом.

В результате, с учётом всего вышесказанного, анализ проведенного нами обследования полостей Соканлинны, при отсутствии известных аналогов, не позволяют сделать вывод об образовании этих полостей напорными ледниковыми водами при эворзионных, эрозионных и кавитационных процессах.

Наиболее логичной версией образования этих полостей, которая учитывает и объясняет все известные нам факты, остаётся версия искусственного образования, о которой мы писали ранее в нашей книге "Подземелья северо-запада России". У нас нет прямых доказательств (документов, свидетельских показаний) того, кто и как это сделал, однако выявленные нами признаки и особенности рассматриваемых полостей позволяют предположить, что они были созданы человеком с использованием металлических орудий, огня и воды не ранее первой половины XVI века, как это описывал ещё Георгий Агрикола в своей книге "О горном деле и металлургии" 1556 года. Почему мы сомневаемся в более ранней датировке - дело в том, что первые железоделательные и медные заводы с подземными рудниками на территории шведской Финляндии, к которой в то время относились и Sokkala (Красный Сокол), и Antrea (Каменногорск), как раз появились во второй половине XVI века. А раз появились объекты, то появились и соответствующие технологии.

Но для чего это было сделано? На этот вопрос мы также не можем дать точный и однозначный ответ. Версий может быть несколько, из которых мы предпочитаем ту, в которой наиболее полно учитываются все известные нам особенности этих полостей - следы термической обработки, уклон пола, отличия в обработке поверхностей пола и стен, узкие входы и т.д.

На наш взгляд, вполне возможно, что они использовались как своеобразные "бани-сауны". Т.е. в них разводился огонь, после длительного нагрева уголь и гранитная крошка вымывались водой (уровень пола под наклоном, никаких преград для выливания воды из полостей нет). Затем вход занавешивался, на пол клали специально подготовленные доски, на которых и размещался человек в центре равномерно нагретой "овоидной" полости, прогреваясь мощным тепловым излучением со всех сторон. Такой вариант очень напоминает то, как раньше в деревнях крестьяне мылись в русских печах.

Отмеченные ранее отличия "северной" и "южной" полостей позволяют предположить, что, возможно, "северная" полость большую часть времени могла использоваться и по иному назначению, например, как некое хранилище.

Александр Потравнов, Татьяна Хмельник

Один из авторов этой статьи - Александр Потравнов, 15 декабря проведёт автобусную экскурсию «От загадочных пещер Соканлинны до крепости Тронгзунд».

Запись на экскурсию по телефону +79531730943 (Михаил)

С 10 октября в «Павловском дворце» откроется выставка «Античные коллекции императрицы Марии Федоровны. К 260-летию со дня рождения».

2019-10-06T17:24:03.964Z

Выставка впервые почти в полном объеме представляет античное собрание императрицы Марии Федоровны. Ее коллекция стала первой в России, в которой наряду с мраморными статуями и бюстами появились предметы античного быта и расписные вазы различного назначения. Среди экспонатов – бронзовые и терракотовые обрядовые статуэтки, амфорные ручки с клеймами, печатки с надписями, наконечники копий и стрел, игральные кости, фибулы и т.д.

Начало коллекции положили древности, привезенные Павлом Петровичем и Марией Федоровной из Гран Тура по Европе в 1781-1782 годах, совершенного под именем графов Северных. По легенде, эти антики великокняжеской чете подарил неаполитанский король Фердинанд IV. Позднее коллекция уже вдовствующей императрицы Марии Федоровны пополнилась находками из археологических раскопок на юге России в Крыму, полученными в подарок от Поля Дюбрюкса, отца и пионера Боспорской археологии. Древности, найденные в Керчи, настолько поразили знатоков античного искусства, что эти места стали называть «русскими Помпеями или Геркуланумом». В 1818 и 1822 годах в собрание Павловска поступили предметы, найденные на территории древней Ольвии. В дар императрице-матери их передал Иван Павлович Бларамберг, знаток древностей Новороссийского края. Среди находок – обломки ручек от тарных амфор с клеймами, благодаря которым исследователи получили уникальную информацию о производстве амфор и перевозимых в них грузах.

Коллекция подтверждает, что императрица Мария Федоровна не только обладала прекрасным художественным вкусом – одной из первых в России она признала ценность самых простых бытовых предметов и обломков антиков, которые послужили источником сведений о древней Элладе.

Кроме предметов из собрания «Павловска» на выставке представлены керамические вазы из Эрмитажа и две картины из Русского музея.

Экспозиция, размещенная в Итальянском зале, Парадной библиотеке императора Павла I, Кавалерском зале, Кавалергардской и Передней Павловского дворца, будет открыта для посетителей до 1 апреля 2020 года.

Усадьба Орловых-Денисовых в Коломягах

2019-10-01T21:15:23.506Z

Для генерала А. Н. Никитина в 40-х годах XIX столетия по проекту архитектора А. М. Горностаева, знаменитого своей работой над дачей Громова в Лопухинском саду и библиотечным корпусом Александро-Невской лавры, был построен дом в духе позднего классицизма. Вокруг него был устроен парк с тремя прудами и водопадом «Плакун». Но военный не так уж и долго был владельцем усадьбы — позднее она перешла к его дочери, вышедшей замуж за Алексея Орлова-Денисова. Графскую семью устройство «Дома в Коломягах» вполне устраивало, так что явных модернизаций здания не проводилось, разве что усадебный фронтон увенчал герб Орловых-Денисовых, а постройку с трёх сторон окружили садом. Была здесь высажена и «Аллея любви» из саженцев райской яблони.

Революция сказалась на устройстве графского особняка весьма плачевно — с течением времени почти полностью лишилось исторического внутреннего убранства. Ведь сперва усадьбу Орловых-Денисовых приспособили под клуб и кинотеатр, а чуть позднее переоборудовали под детский дом для детей-инвалидов. До 60-х годов XX столетия «Дом в Коломягах» пустовал, а потом стал приютом для стариков — тут разместился дом престарелых. В конце 80-х его расселили. На протяжении всего XX века в здании активно велись работы по реконструкции, которые привели к тому, что усадьба лишилась исторических интерьеров. Однако в начале 90-х в усадьбе Орловых-Денисовых началась реcтаврация, главным результатом которой можно назвать музеефицирование живописи и восстановление парадного зала.

Сегодня, несмотря на то что снаружи постройка смотрится заброшенной, она функционирует, отапливается и охраняется. Дело в том, что в 2011 году Смольный продал сооружение на торгах. А летом 2015 года новые хозяева решили перепродать особняк XIX века. Его выставили на сайте «Авито» за каких-то 80 миллионов рублей.

Источник: https://www.fiesta.city

Вистингаузен в России. Из истории промышленного шпионажа

2019-09-25T15:16:36.810Z

Июль 1813 года. Силезия. Замок Петерсвальдау. Император Александр I рассматривает только что доставленное ему из Англии личное донесение его секретного посланника. Сейчас можно передохнуть - заключено очень нужное, после неудачных сражений под Лютценом и Бауценом, перемирие с Наполеоном. Подписана конвенция с Англией и Австрией - теперь у России, кроме Пруссии, появились дополнительные союзники. Можно подумать о будущем. Об успешном европейском будущем. Глядя на зелень Совьих гор, император обратил внимание на непривычно тонкую и прочную бумагу донесения, с убористым текстом на французском языке. "Ну что же. Если это действительно так, как написано, то, пожалуй, стоит это дело поручить Осипу Петровичу. Пусть организует задуманное."

Наверное, так мог подумать российский император, прежде чем отдал соответствующее указание графу Нессельроде. Вскоре курьер, отягощённый специальной сумкой, выехал из силезского замка и поспешил в Санкт-Петербург, увозя адресованное министру внутренних дел Российской империи секретное повеление императора.

Император Александр I

Такое начало, пожалуй, хорошо для какого-нибудь авантюрного или шпионского романа. Но мы не пишем детективов и не занимаемся беллетристикой. Тем не менее, сюжет, который мы привели чуть выше, практически полностью достоверен, включая характеристику бумаги секретного донесения, - всё это основано на архивных документах, которые мы держали в своих руках. Кстати, и сама история, которая стала развиваться после этого летнего решения императора в Петерсвальдау, действительно напоминает по своей сути самый настоящий авантюрный роман. Но вот связан он, как ни странно, с устроением и работой императорской бумажной фабрики в Петергофе. Удивительно? Тайные агенты, секретные послания, авантюры - и какая-то бумажная фабрика? Не спешите делать выводы, господа. Порой настоящие истории оказываются гораздо интереснее выдуманных.

Мы не стали писать толстый роман, а решили коротко и, порой даже скупо, рассказать эту историю, основываясь исключительно на изученных нами документах. Без фантазий.

Англия, 1813 год. На бумажную фабрику Генри Фурдринье в Гертвордшире при Туватерсе обращает внимание находящейся в Англии российский дипломат Дмитрий Павлович Татищев. В этой поездке у него нет никакого официального статуса, но при этом он находится в прямой переписке с императором Александром I, который в это время совершает с армией поход против Наполеона. В донесении императору от 6 мая 1813 года Татищев пишет:

"Поелику нынешнее моё пребывание в Англии может быть продолжительным, то для избежания праздности займусь я собиранием сведений о мануфактурах достигших в сем Государстве до отменного совершенства"

Ранее Татищев в интересах к заводам и фабрикам уличён не был, по крайне мере, именно так писал министр внутренних дел О.П. Козодавлев в письме к Татищеву:

"Хоть издавна привык я вас любить и почитать от всего сердца, но признаюсь, что я не думал, чтобы часть мануфактурная когда либо обратила на себя Ваше внимание"

Итак, Татищев в мае 1813 года знакомится с Фурдринье, собирает сведения о фабрике и новой технологии, берёт образцы бумаги и переправляет их в Россию с описанием всех выгод машинного производства. Особое внимание он уделяет тому, что бумагу можно производить из старых канатов и ненужных верёвок. Но, кроме сбора, информации Татищев проводит с Фурдринье переговоры о построении в России аналогичной фабрики. При этом с самого начала Татищев предупреждает:

"Я постарался быть в знакомстве с сим человеком и он согласится нам сообщить свое открытие, лишь бы не сведало о том Правительство..."

.Это же самый настоящий промышленный шпионаж! В своём очередном личном донесении императору от 20 июня 1813 года Татищев пишет:

"Изобретатель согласен обязаться в доставлении машин, потребных мастеровых для заведения в Санкт-Петербурге бумажной фабрики на основаниях собственной своей фабрики и одного сотоварища для производства дела на оной. В вознаграждение желает он получить в продолжении 10 лет с чистого прибытка по 25 процентов. ... Дело по сему должно производиться секретно, ибо за вывоз мастеровых по здешним законам подвергнутся можно взысканию..."

При этом в пятый пункт контракта на заведение бумажной фабрики в России предлагалось прямо вписать следующее условие: "Поелику Англинскими законами запрещается вывоз машин и мастеровых, а всякие купеческое судно подвержено таможенному досмотру, то по необходимости следует определить для выезда его российское военное судно..." Любопытно, но этот пункт на обсуждении условий контракта на комитете Министров вызвал резкое неприятие, "... ибо неприлично бы было нашему Правительству употреблять такой способ" .

Понять министров можно: как же так, прямо в контракте прописывать процедуру нарушения законных правил другого государства! Однако Татищев путём личной переписки с императором сохранил этот пункт в Контракте. Но задействовать военных не пришлось: российские военные корабли летом 1814 года ушли из Англии во Францию, поэтому в перевозке мастеровых они не участвовали.

Одна из первых бумагоделательных машин Фурдринье

Получив все согласования из России, Татищев в апреле 1814 года подписывает условия с Фридрихом Вильямом Вистингаузеном - который именуется уполномоченным соучастником Генри Фурдриниера (чаще именно так писали фамилию изобретателя в российских документах). Главная цель подписанных 20 апреля 1814 года между официальным представителем российского Правительства Дмитрием Татищевым и Фридрихом Вистингаузеном Условий была заключена в пункте № 1:

"...Ввести в России искуство выделывать бумагу по сей новой методе, которою заменяются все вообще ручные работы, а также производить выделку бумаги из старых канатов и веревок механическими средствами"

.В Условиях было определено, что все затраты на устройство фабрики, включая оплату переезда и содержания на период строительства всего персонала, ложатся на российское правительство. Пунктом 8 этих Условий предусматривалось, что "на его [Вистингаузена] попечении и ответственности лежать будут все распоряжения как по устройству, так вообще по управлению фабрикой" .Таким образом, Вистингаузену эти пунктом давался практически карт-бланш на управление предприятием. Более того, после начала работы фабрики Вистингаузену причиталось бы 25% от чистой прибыли фабрики (п. № 10).

Так в официальных документах впервые появляется имя Фридриха Вильяма Вистингаузена. Из-за отсутствия российского военного корабля Вистингаузен перевозит весь свой багаж на обычном торговом судне. По прибытии в Россию летом 1814 года ему, как и другим иностранным мастерам, было выдано Свидетельство со всеми необходимыми печатями и подписями о том, что он был вызван в Россию по казённым надобностям и теперь может проживать в Санкт-Петербурге свободно и беспрепятственно.

Кто такой Фридрих (или Фредерик) Вильям Вистинигаузен? По тем сведениям, что мы нашли, оказалось, что Фридрих Вистингаузен родился в Ревеле, в Российской империи, 14 октября 1777 года. Затем он выехал в Англию, где занимался неким бизнесом, но без особого успеха, - судя по объявлению в "London Gazette" в ноябре 1812 года, его кредиторы смогли взыскать с него по 6 шиллингов и 6 пенсов с каждого фунта стерлингов признанного долга, учтённого комиссией по банкротству.

Но уже в апреле 1814 года, перед подписанием условий с Татищевым, Генри Фурдринье, хозяин бумагоделательной фабрики в Гартфордшире и изобретатель бумажной машины, представляет Вистингаузена как своего уполномоченного представителя: "...That my friend Wistinghausen has my consent and approbation in the introducing to your Goverment the method of making paper by Machinery of my invention ... liberty to make any arrangements will your Exellency on that Subject". Переводим: автор письма сообщает, что его друг Вистингаузен имеет право от имени Фурдринье представлять чужому Правительству метод изготовления бумаги по его открытию. Более того, Фурдринье дает ему свободу предпринимать любые меры по данному предмету. Каким образом это ему удалось сделать - путь от банкрота к партнёру изобретателя и хозяина бумажной фабрики менее чем за 2 года?

Нам кажется, что в этом случае сыграла свою роль удачная женитьба Вистингаузена на Марии Аугусте Шнейдер (Shneider), которая произошла 24 мая 1800 года в Лондоне. Жена его оказалась не совсем простой девушкой - её мать (Anna Catharina Schneider, в девичестве Congreve) была сестрой сэра Уильяма Конгрива 1-го баронета (Sir William Congreve, 1st Baronet), генерал-лейтенанта, смотрителя Королевских лабораторий, Королевского Арсенала. Двоюродным братом Марии был сэр Уильям Конгрив 2-й баронет - изобретатель английского ракетного оружия. Кстати, ракетами Конгрива был сожжён Копенгаген в 1807 году, применялись они и сражениях против Наполеона, и, в частности, во время "битвы народов" под Лейпцигом в октябре 1813 года. Упоминание об этих ракетах есть даже в гимне США ("And the rockets`red glare, the bombs bursting in air").

Ракеты Конгрива в Англии

То есть родственники жены Вистингаузена имели прямое отношение к новейшим технологиям в артиллерийском вооружении Великобритании. Видимо, в связи с этой женитьбой, судя по данным английских законодательных актов, в том же 1800 году Фредерик Вильям Вистингаузен был натурализован, т.е он получил английское подданство.

Но что могло связывать новую родню Вистингаузена (военных из Королевского Арсенала) с бумагоделательным фабрикантом? Оказывается, связь была вполне прагматичной: Фурдринье, по данным Татищева, производил для английского правительства из своей прочной и "скоро загорающейся" бумаги патроны и заряды для ружей и пушек. Получить такой заказ без проведения соответствующих испытаний и положительных заключений специалистов Королевского Арсенала, а значит и согласования со смотрителем Королевской лаборатории Арсенала, Фурдринье просто не смог бы. Нам представляется, что именно в связи с этой работой на фабрике Фурдринье появился бывший банкрот Вистингаузен.

В английских публикациях история взаимоотношений Фурдринье с российским правительством по поводу устройства бумажной фабрики была освещена несколько иначе. Например в публикации "Gentelman`s Magazine" 1855 года было написано:

"In 1814, on the Emperor of Russia`s visit to England, he commissioned a person to purchase the right of using Mr. Fourdrinier;s machine at the Imperial paper works at Peterhoff. An agreement was consequently concluded for the use of two of his machines for ten years at 700 pounds a year; and Mr. Fourdrinier`s son went to Russia to superintend them. The workmen were paid by the Imperial Treasury, but Mr. Fourdrinier never received his stipulated reward"

В переводе это сообщение говорит о том, что в 1814 году, во время визита Императора России в Англию, он поручил приобрести право использовать машину г-на Фурдринье на императорской бумажной фабрике в Петергофе. Было заключено соглашение об использовании двух его машин в течение десяти лет с оплатой по 700 фунтов стерлингов в год; и сын г-на Фурдринье отправился в Россию, чтобы контролировать установку и запуск машин. Рабочие оплачивались Императорским Казначейством, но г-н Фурдринье никогда не получал оговоренного вознаграждения. То есть вот какой российский император врун и лжец - не заплатил обещанного!

Увы, но эта версия во многом противоречит сохранившимся архивным документам. Так, в подписанных документах нигде не шло речи о 700 фунтах годового дохода (по сути, эта сумма равна размеру годового оклада двух английских мастеров), а речь шла о 25% от доходов всей фабрики. Также неверно связывать приезд императора в Англию летом 1814 года с идеей о запуске фабрики, которое было принято в 1813 году. Вопрос том, кто именно приезжал в Россию из семьи Фурдринье - брат или сын, мы точно сказать не можем. По российским документам, в Россию, среди прочих английских специалистов приезжал Карл Фурдринье (Charles Fourdrinier), которому за его работу платили 450 фунтов стерлингов в год. По некоторым сведениям, это был брат изобретателя, а не его сын.

Здание фабрики в Ропше

Изначально Вистингаузен планировал устроить новое предприятие на базе существовавшей фабрики в Ропше, но затем выбор остановили на гранильной фабрике в Петергофе. Для устройства бумажной фабрики был расторгнут контракт на аренду первого этажа существовавшего здания с англичанином Брауном (контракт был заключен на 10 лет с 1 июня 1812 года) - он получил отступные за закрытие цеха по производству металлических хирургических и прочих инструментов в размере 100 000 рублей. В результате все здания и сооружения гранильной фабрики вместе с оборудованием (включая оборудование цеха Брауна) были приняты Вистингаузеном по описи 10 декабря 1814 года. Тогда же и началось строительство бумажной фабрики, которое затянулось почти на 4 года - официально фабрика заработала только с 1 сентября 1818 года.

Вместе с Вистингаузеном в Петергоф приехали и несколько английских специалистов, среди которых были Карл Фурдринье (мастер бумажной машины), Ричард Шнейдер (химик), Джон Сно (механик) и Ричард Пим. Им были положены оклады от 300 до 350 фунтов стерлингов в год. Для справки, приблизительный курс того времени 1 фунт стерлингов = 21,5 рублям в ассигнациях. То есть оклады англичан составляли порядок 6500 рублей в год. У Вистингаузена оклад был 10 000 рублей в год, а рядовой матрос на шлюзе получал оклад 170 рублей в год. Судя по всему, по нашему мнению, именно эти англичане и проектировали бумажную фабрику со всеми её сложными механизмами. Как мы уже отмечали выше, цель, которую преследовало российское правительство, организуя эту фабрику, заключалась в импорте передовой технологии - машинного, а не ручного производства бумаги. В соответствии с приложенной к контракту пояснительно запиской Вистингаузен обещал российским чиновникам, что одна машина заменяет 80 человек и 12 чанов обычной бумажной фабрики. Более того, "посредством сего изобретения никакой ручной работы не нужно: машина сама производит всю выделку бумаги начиная с бумажного раствора, до самой довершительной выделки и делает оную в плотности и крепости величин и в доброте превосходнейшую пред всякими бумагами человеческими руками сделанными. Подобной широты бумаги до сих пор никто не видывал, длина же не измерима, а толщина выделывается начиная от ассигнационной до картонной". К пояснительной записке был приложен перечень из 31 сорта бумаги, которая может выделываться этими машинами. Некоторые из сортов предусматривалось изготавливать из старых канатов и веревок (что, кстати, Вистингаузеном сделано не было и ему впоследствии это предъявлялось как один из пунктов нарушения контракта).

Машины пришлось создавать в России, ибо вывоз такого оборудования из Англии был запрещен. Все металлические части новых машин изготавливались на Санкт-Петербургском литейном (Александровском) заводе. Но сразу же выяснилось, что на такой на крупный заказ на заводе не хватало ни чугуна, ни меди (для бумажных машин необходимо было изготовить 10 медных валков весом по 65 пудов каждый (1040 кг)). Управляющий этим заводом Александр Фуллон в декабре 1814 года просил разрешить отпустить на изготовление этого оборудования старые пушки и снаряды. 26 января 1815 года министр морских дел маркиз де Траверсе писал:

"Есть возможность по Морской Артиллерии отпустить из Кронштадта в негодных орудиях и снарядах чугуна около 1200 пудов и меди до 2000 пудов"

.И если меди от старых пушек хватило на нужды бумажной фабрики, то вот чугуна надо было, как минимум, в 10 раз больше.

Но не хватало не только чугуна и меди. Первоначальный проект перестройки гранильной фабрики, разработанный Луиджи Руска, решили изменить - Вистингаузену требовалось больше площадей. В качестве нового архитектора к строительству бумажной фабрики был назначен Егор Соколов. По его расчётам, для новых построек потребовалось почти 3 миллиона кирпичей. Однако, местные казенные заводы были заняты изготовлением кирпича по другим заказам - например, для строительства комплекса лейб-гвардии Егерских казарм нужно было около 4 миллионов кирпичей. Вдобавок, лето 1815 года было дождливым, поэтому строительство новой фабрики продвигалось весьма медленно. Кстати, упоминания о том, что сохранившиеся в Петергофе корпуса фабрики это по сути проект архитектора Егора Соколова, в литературе тоже как то не упоминается.

Фасад новой фабрики в Петергофе. Архитектор Е.Т.Соколов, 1816 год

Вскоре выявилась ещё одна проблема - оказалось, что в Петербурге нет качественного токарного станка, который позволил бы обточить медные цилиндры, необходимые для бумажных машин с нужным качеством покрытия. Сначала решили заказать такой станок в Англии, но вскоре пришёл ответ, что и токарный станок нельзя вывозить из страны. Пришлось заниматься усовершенствованием существующего оборудования в Санкт-Петербурге.

Тем временем, в 1815 году продолжали приезжать английские мастера по мельничному, машинному и бумажному делам: Джозеф Пим, Фредерик Тургут, Вильям Рид, Томас Клеворт, а также Вильям Дей и Томас Дей. Некоторые из них добирались в Петербург через Германию. К концу 1816 года Вистингаузен запускает в пробном режиме одну бумагоделательную машину, но официально фабрика начинает работать только с 1 сентября 1818 года.

К этому времени Вистингаузен был не только Директором бумажной и гранильной фабрик. Он ещё управлял всей Петергофской водоподводящей системой и петергофскими фонтанами!

О том, как Вистингаузен руководил деятельностью бумажной фабрики и какие результаты были достигнуты, лучше всего рассказывают документы, связанных с расследованием 1827—28 годов. Если быть точным, то было произведено два расследования. Одно осуществлялось силами Департамента Уделов Министерства императорского двора в 1827 году. Когда с результатами этого расследования были ознакомлены император и Вистингаузен, который написал свои объяснения и пояснения, по указанию Николая I был создан специальный Комитет:

"Желая положить конец сим безпорядкам Я приказал нужным, чтобы прежде всего в особом Комитете разсмотрены были с подробностью и безпристрастием все обстоятельства сего дела. ... Комитет определит в чем именно были нарушения, последствия сего нарушения, количество убытков и законные способы их вознаграждения и представить все на МОЕ усмотрение".

Во главе Комитета был поставлен М.М. Сперанский, а ревизором по данному делу был назначен бывший учитель математики, чиновник службы государственного контроля Иван Шамшин. В результате за 4 месяца 1828 года были проверены бухгалтерские и финансовые документы фабрики с 1818 по 1828 год.

Исходя из проверенных Шамшиным материалов, за все время непрерывной работы с 1 сентября 1818 года по 1 января 1828, на фабрике была произведена 244 881 стопа различной бумаги по продажной цене на 5 790 492 рубля. Из этого количества было продано бумаги на 3 418 906 рублей, а на складе по состоянию на 1 января 1828 года осталось готовой продукции на 2 371 586 рублей (т.е. было продано 59% от произведённого). Общая сумма убытков предъявленная Вистингаузену по результатам окончательного расследования и решения императора составила 3 868 676 рублей! Кроме убытков, Вистингаузенгу припомнили и обещание минимизации численности рабочих - вместо обещанных 60—70 человек на фабрике числилось 320! Комитет выявил массу других нарушений и недостатков, из которых плохо организованный учёт и отпуск материалов частным лицам и на личные нужды Директора фабрики считаются самыми скромными. Проанализировав финансовые документы, Комитет сделал главный вывод: "Не от того, что изделия не продавались последовали убытки, но от того они не продавались, что обходились слишком дорого. И следовательно убытки произошли от дороговизны изделия". Так, в частности, сырьём для производства бумаги служило собранное тряпьё. На других фабриках это тряпьё, в зависимости от качества, покупалось от 4 до 9 рублей за пуд. Петергофской фабрике тряпки обходились от 18 до 23 рублей за пуд. Кроме того, в 1820-х годах Вистингаузен начал строить под Ревелем собственную бумажную фабрику, куда из Петергофа отправлялись какие-то возы с грузом. Комитет в докладе Николаю I не обошел вниманием и попустительство чиновников, которые допустили такую странную ситуацию: "Таким образом убытки ежегодно возрастали, и если начало их надлежит без сомнения приписать одному фабриканту, то нельзя вместе с тем не признать, что снисхождениями и послаблениями бывшее тогда Начальство содействовало их продолжению и умножению. ... Но напротив при явных убытках спорили только о разделе прибылей, коих никогда не бывало, и в счет или взамен сих прибылей фабриканту зачтено до 248 тыс. рублей".

Одна из причин того, почему так долго продолжалось директорство Вистингаузена, было связана ещё с тем, что он довольно легко манипулировал людьми, искажая факты и цифры. Вот как об этом пишет Шамшин:

"Но гораздо разительные открываются извороты Вистингаузена при изъяснении им действий в 1826 и 1827 годах. Он показывает выделанной в 1826 году бумаги по ценам прейскуранта на 876 727 рублей. Тогда как из отчетов его, в Кабинет представленных видно, что в сем числе заключается бумага выделки прежних лет, до 1824 года, а также в 1824 и 1825 годах на 295 187 рублей. За тем, собственно выделка 1826 года на отпущенные ему 521 402 рубля составит только 581 540 рублей. Между тем как бумаги продано в 1826 году только на 468 701 рубль. В 1827 году он был уже осторожнее и приготовленную в сем году бумагу показал по представленному отчету вообще, не отделяя, которая отделана из неоконченной прежних лет"

Для погашения нанесённых казне убытков по всей России был объявлен розыск имущества, которое могло бы принадлежать Вистингаузену. Но в ходе этого розыска не нашлось никакого имущества за исключением небольшой и недостроенной бумажной фабрики в Ревеле и небольшого деревянного дома в Петергофе, который Вистингаузен в 1828 году переоформил на свою дочь Шарлотту. Однако эту сделку посчитали притворной, созданной с целью избежать ареста имущества и по этой причине дом впоследствии был продан с торгов за 700 рублей. Был ещё выявлен дом в Петербурге, но он с самого начал был оформлен сначала на его жену, а потом на дочь Шарлотту и поэтому взыскание на него оформлено не было. В декабре 1836 года фабрику в Ревеле продали - здание за 17 150 рублей, а оборудование оценили по цене лома в 4413 рублей. Покупателем стал купец Вильгельм Донат. Никаких других активов Вистингаузена в России не нашли.

Вистингаузен после снятия его с поста директора уехал в Англию, но вроде бы потом вернулся в Россию, где, судя по непроверенным данным и скончался в 1840 году. Новый директор Петергофской бумажной фабрики Д.Н. Казин за последующие 10 лет смог обеспечить казне вместо убытков около 2 миллионов рублей чистой прибыли!

Вот такая удивительная история, которая начиналась как самый настоящий шпионский детектив и закончилась весьма неожиданным образом с убытками для российской казны в размере около 4 миллионов рублей. В этой истории много странных событий. Почему Фурдринье, затративший на усовершенствование бумажной машины десятки тысяч фунтов стерлингов и несколько лет жизни, легко делегирует право получать 25% чистой прибыли от фабрики в России бывшему банкроту Вистингаузену? Почему в английском журнале уже в 1855 году напечатали выдумку про обман российского императора? Почему прекрасно оборудованная фабрика приносила убытки вместо прибыли, выпуская продукцию невостребованную на рынке? Почему Вистингаузен, выдавая себя за российского подданного и получив чин коллежского асессора, не оставил никакой собственности в России? Что всё это значило - природный авантюризм или злонамеренная позиция, изначально связанная с английской разведкой? Мы так и не пришли к однозначному мнению.

Александр Потравнов, Татьяна Хмельник

Один из авторов этой статьи - Александр Потравнов, 29 сентября в 12.00 проведёт бесплатную экскурсию «Пруды и каналы Английского, Лугового и Колонистского парков»

249 лет назад в России появилась первая научная статья на тему картофеля

2019-08-26T17:13:20.928Z

26 августа 1770 г. в «Трудах» Вольного экономического общества появилась первая научная статья на тему картофеля «Примечания о картофеле»

Первая картошка попала в Россию из Западной Европы еще в XVII веке по инициативе Петра I. Уже в 1736 году новый овощ выращивали на аптекарском огороде в Петербурге и подавали на придворных банкетах как экзотическое блюдо.

19 января 1765 года по инициативе Медицинской коллегии, для предотвращения голода вследствие недорода хлебов, был издан указ Сената сажать картофель на российских огородах. Указ был направлен всем губернаторам, предписывал закупать картофель у частных лиц и рассылать его по стране.

Однако крестьяне далеко не сразу приняли новый овощ, поскольку у них отбирали под картофель лучшую землю, подвергали наказаниям за неисполнение предписаний властей. В ответ на принудительное введение посевов картофеля по стране прокатились «картофельные бунты»

Тем не менее, благодаря вкусу, урожайности и сытности, картошка получила признание во многих губерниях Центральной России, на Украине, Белоруссии, в Прибалтике.

Не последнюю роль в этом сыграл русский ученый-агроном Андрей Болотов, опубликовавший 26 августа 1770 года первую научную статью «Примечания о картофеле», «о заведении, сажении и размножении картофеля», а также «о собирании и содержании оных». Производство картофеля из года в год росло, а назначение и использование становилось более широким и разнообразным. Не зря сегодня нередко картофель называют «вторым хлебом».

Андрей Болотов

Рассвет на баллюстраде Монплезира (из дневника сотрудника внутренней охраны Петергофа)

2019-08-22T20:32:33.831Z

Ночь была беспокойной. Из-за какой-то ночной птицы сработала сигнализация в банном корпусе. Пришлось сопровождать группу захвата и поддерживать связь.

Впрочем всё обошлось. Зато прекрасный восход солнца встретил на террасе баллюстрады Монплезира. Ни души…

Только по глади залива движется к Петербургу многоэтажная громада парома из Хельсинки.

Над столицей легкая дымка, а с другой стороны, под утренними лучами солнца сверкает купол Кронштадского собора св. Николая Чудотворца. Из созерцания всей этой красоты вышел бельчонок, что-то заверещавший с дерева. Прошелся по берегу, потом вернулся на баллюстраду. Бельчонок уже спустился вниз.

Зашел в сад Монплезира.

Какая элегантная красавица вальяжно устроилась между двумя вазами у фонтана «Вакх»!

Похоже ей даже нравится позировать. Но вот встала, потянулась, обнюхала клумбу и стремительно исчезла. Позже встретились с ней у банного корпуса. Попросил позволения с ней сфотографироваться.

Я отправился на террасу, а лиса побежала вдоль берега залива, очевидно чтобы пожелать доброго утра уткам и ныркам.

Музей-заповедник «Царское Село» приобрёл миниатюры с портретами близких императрицы Марии Федоровны.

2019-08-22T03:54:36.626Z

Музей-заповедник «Царское Село» приобрёл уникальную коллекцию из пяти живописных миниатюр, некогда украшавших броши и подвеску императрицы Марии Фёдоровны, супруги Александра III.

Мария Федоровна

Это стало возможным благодаря финансовой помощи благотворительного фонда «Транссоюз». Миниатюры хранились в частном лондонском собрании. Они были частью архива Романовых, большую часть которого (более 200 единиц) музей приобрел в 2017 году тоже с помощью меценатов.

Миниатюра. Портрет будущего императора Александра III

На портретах изображены ближайшие родственники императрицы Марии Фёдоровны – её супруг император Александр III; сын Николай II (в детстве, юности и зрелом возрасте) и императрица Александра Фёдоровна. В 1919 году Марии Фёдоровне удалось вывезти из страны часть своих украшений. Позже ее дочь, великая княгиня Ксения Александровна, унаследовала драгоценности матери. Часть из них она продала английской фирме R.G. Hennel&Sons, о чём свидетельствует опись, сделанная 29 мая 1929 года. Под номерами 37-39 значатся две броши и подвеска с миниатюрными портретами, которые вынули из этих драгоценностей и возвратили владелице. Ювелиры разложили их по конвертам и подписали в соответствии с описью. Рукой Ксении Александровны конверты подписаны карандашом: «Папа», «Ники», «Ники и Аликс».

Миниатюра. Портрет императора Николая II

Директор ГМЗ «Царское Село» Ольга Таратынова: «Эти миниатюры вместе с украшениями, в которые они были вмонтированы, хранились когда-то в легендарном ларце с драгоценностями императрицы Марии Федоровны, который она вывезла из России после революции. Они разделили драматическую судьбу своей владелицы, вынужденную покинуть страну, и чудом сохранились до наших дней. Их возвращение в Россию произошло благодаря помощи благотворительного фонда «Транссоюз». Раньше он помог музею возродить Агатовые комнаты и три лазуритовых портала в Лионском зале Екатерининского дворца»

Миниатюра. Портрет императрицы Александры Федоровны

По оценке специалистов, миниатюры выполнены с высоким мастерством. Без него невозможно было бы создать портреты такого размера: самый маленький имеет размер всего 8 х 6 мм (портрет императора Николая II в зрелом возрасте). Самые большие портреты – Николая II в детстве и юношестве – имеют диаметр 18 мм. Точно известно авторство этих двух портретов. Их выполнил художник Александр Вегнер (1826—1894) – русский портретист, академик Императорской Академии художеств. Все миниатюры выполнены гуашью и акварелью на слоновой кости в 1860-1890-е годы.

Миниатюра. Портрет цесаревича Николая Александровича в детстве

Хранитель фонда живописи ГМЗ «Царское Село» Лариса Бардовская: «Теперь музей обладает одной из крупнейших коллекций портретов последнего российского императора Николая II. Самый большой портрет имеет размер 3 х 1,5 метра – это полотно Александра Маковского – выставлен на экспозиции «Романовы в Царском Селе» в Екатерининском дворце, самый маленький (8 х 6 мм) входит в число приобретенных миниатюр»

Миниатюра. Портрет цесаревича Николая Александровича в отрочестве

Миниатюры будут храниться в фонде живописи, участвовать в тематических временных выставках, а после завершения реставрации Александровского дворца пополнят его экспозицию.

Источник: ГМЗ «Царское Село»

Столбовский мир

2019-08-05T16:29:10.141Z

А вот здесь, между двумя ручьями, Кровавым и Беседным, мирный договор заключили. Ручей Кровавым называется, потому что битва была большая, ручей от крови стал красным. Богатыри тогда бились, великаны, мы в огородах у себя кости находим - огромные, черепа как вёдра. А битва - это та самая, после которой договор и подписали...

Возможное место проведения переговоров в Столбово

Вот так нам рассказывали в деревне Столбово на реке Сясь о месте, где стоит деревянный крест в память о подписании Столбовского мирного договора 27 февраля 1617 года. Мы подошли к этому кресту, поставленному в 2007 году, - на снегу наши следы оказались единственными. 400 лет прошло с тех пор.

Современное Столбово на карте

Много утекло за эти годы и воды, и крови. Даже в XXI веке мы сталкиваемся с последствиями договора, который подписали на Сяси уполномоченные послы: граф Якоб Делагарди, Генрих Горн, Арвед Теннисон, секретарь Магнус Мартесон - с шведской стороны, а российской стороны - князь Данила Иванович Мезецкий, Алексей Иванович Зюзин, дьяки Николай Новокшенов и Добрыня Семёнов. Тогда от шведов бежали православные карелы, потомки которых и ныне живут в Тверской, Новгородской и Ленинградских областях. А на их место, в опустевшие селения и на новые угодья заселялись карелы-лютеране из соседних шведских провинций — Эуряпяя и Саволакс (Savolax). Потомков этих переселенцев стали затем называть финнами-ингерманландцами. Так что Столбовский договор - не просто документ о мире, нет, он оказал сильное влияние на судьбы сотен, а то и миллионов людей по обе стороны границы на протяжении многих столетий.

Этнографическая карта 1851 года

Чтобы осознать всё это как следует, надо сделать небольшое историческое пояснение.

События, которые напрямую были связаны с этим договором, начали активно развиваться в 1607 году. После того, как был убит первый Лжедимитрий и царём избрали Василия Шуйского, появился ещё один претендент на российский престол - Лжедимитрий II или, как его часто именуют, Тушинский вор. Этот Лжедимитрий, одержав несколько побед над правительственными войсками, пришёл под Москву и стал лагерем в Тушине. Часть России, которая даже не была захвачена польскими войсками, открыто присягнуло этому самозванцу. В числе тех, кто признал его власть, оказались многие города современного Северо-Запада: Псков, Гдов, Ям, Копорье. Шуйский оказался в тяжелейшем положении: армия малочисленна и небоеспособна, часть страны - Сибирь, Астрахань, Казань, - не спешит вмешиваться в ситуацию, часть перешла на сторону самозванца и поляков, которые стоят за Лжедимитрием. И тогда новый царь принимает уже давно предлагавшееся предложение о военной помощи со стороны шведского короля Карла IX, одновременно ратифицировав Тявзинский договор. При этом важно учитывать, что шведский монарх был, говоря упрощённо, «неправильным» королём. Дело в том, что законным королём Швеции в 1594 году стал сын умершего в 1592 году Юхана III Сигизмунд III - король Польши. Но полноправным монархом двух стран он был недолго, уже через несколько лет начались трения со шведской элитой, а в 1599 году он был окончательно свергнут своим дядей, будущим королём Карлом IX. Разногласия между царственными дядей и племянником заключалась не только в личных амбициях, но ещё и в вере. Швеция приняла протестантство, а Сигизмунд воспитывался матерью Катариной Ягеллонкой в католической Польше, где они долгое время жили в изгнании. Амбициозный Сигизмунд не собирался мириться с потерей шведской короны. Ещё в 1598 году он пытался с 20-тысячным корпусом победить дядю Карля, но это не удалось, а затем польско-шведская война продолжалась вплоть до 1629 года.

Итак, интересы двух государей совпали, и в феврале 1609 году в Выборге был заключён договор, по которому на помощь Василию Шуйскому из Швеции приходит 5-тысячный корпус наёмников под командованием Якоба Делагарди. Кроме положения об их финансировании, их прав и обязанностей, в договоре была запись о том, что за услуги, оказанные шведским королем, русский царь отдаёт крепость Корелу и Корельский уезд. Договор был подписан уполномоченными лицами в феврале 1609 года, а затем подтвержден Василием Шуйским.

Василий Шуйский

Отряд Делагарди, совместно с отрядами правительственных войск Шуйского, освободил ряд городов и деблокировал Москву. Однако Корелу и Корельский уезд шведы официально так и не получили (по договору Корелу необходимо было отдать в течение трёх недель с момента пересечения отрядом границы). Затем были проблемы с платой наемникам, саботирование передачи Корелы с уездом и поражение в Клушинском сражении, свержение Василия Шуйского и призвание на российский престол Владислава - сына Сигизмунда.

В результате, бывшие союзники превратились в противников и начали действовать самостоятельно. Вскоре шведы и присягнувшие в 1611 году шведскому принцу как новому российскому государю новгородцы контролировали Старую Руссу, Новгород, Порхов, Яму, Копорье, Ивангород, Орешек и Корелу (Кексгольм). Когда шведы убедились, что опасность со стороны польско-русского нападения миновала, а шведский принц на российский трон не сядет, то они решили воспользоваться тяжёлой ситуацией, в которую попали русские, и решить с их помощью свои проблемы. Дело в том, что в 1613 году шведы подписали мирный договор с Данией, по которому они были обязаны уплатить 1 миллион талеров, оставив до момента уплаты всей суммы несколько крепостей в залоге у датчан. Так что воевать с московским государством шведы не хотели, а поэтому еще в 1614 году они предложили начать мирные переговоры. Москва пошла на проведение переговоров только осенью 1615 года, после того как шведы начали осаду Пскова.

Переговоры начались в Дидерине, около современного Демянска, и на них обсуждались условия освобождения шведами русских территорий. В переговорах активное участие принимали посредники - из Нидерландов и Англии, в то время это была обычная практика. Например, при заключении мира между Швецией и Данией в 1613 году участвовали английские посредники. Исходя из инструкций шведского короля, шведы с самого начала переговоров были готовы к выкупу за все территории (за исключением Корелы с уездом), которые контролировали его войска. Мотивация шведов была простая - они понесли большие издержки во время помощи Москве, но никакой оплаты за это не получили. Также были просрочены сроки передачи Корельского уезда. В самом начале переговоров (октябрь 1615 года) эта сумма равнялась 7 миллионам талерам, в феврале 1616 года она была опущена до 4 миллионов талеров (эквивалент 40 бочонкам золота), или 2 миллионов рублей. Кроме того, был предложен вариант, по которому московский царь не платит больших денег, а отказывается от крепостей Копорье, Орешек, Иваногород и Ям с уездами и выплачивает 150 000 серебряных рублей.

Крепость Копорье

Эти варианты, одновременно с подписанным коротким перемирием, были направлены в Москву в феврале 1616 года. Голландские посредники в своих письмах отмечали, что московские послы при оформлении этих предложений больше внимания уделяли формальным сторонам. Например, они требовали увеличить титул московского царя и сократить титул шведского, а также поменять местами упоминание государей - московский царь должен писаться первым. Но царь Михаил Федорович отказывался рассматривать эти условия, считая их невыполнимыми. От шведов стали требовать полного вывода войск с захваченных территорий. Шведская сторона, в свою очередь, настаивала, чтобы Москва определилась с предложенными вариантами, и в случае отказа от одного из вариантов грозили начать новую войну.

12 сентября 1616 года царь поднял этот вопрос на Земском соборе: "И ныне как о том на соборе приговорят, на чем с свеискими послы велети делать; поступатца-ль им за денги ноугородцких которых городов да к тому денег придавати ещо, или денги за те за все городы давать дватцать сот тысеч рублев? И будет денег давати, и где денги взять?" В тот же день на соборе постановили, "чтоб его государевы послы с свеискими послы делали на городы, а не на денги, как бы его государеву делу было прибылнее, а его великим росииским государствам не к болшому убытку". Получив эти инструкции, переговоры со шведами начал не руководитель российской делегации князь Данила Мезецкий, а английский посредник Джон Меррик, которому помогал Соловой Протасьев. В результате долгих переговоров в октябре-ноябре 1616 года, Меррик и шведы подписали начальные пункты будущего мирного договора в котором и было определено главное условие: шведы возвращают захваченные Новгород, Старую Руссу, Порхов, Ладогу и Гдов с уездами, а Москва признаёт за шведами права как на отданную ранее Корелу с уездом, так и на часть контролируемых шведскими войсками земель – Копорье, Орешек, Иваногород и Ям с уездами. Кроме того, была предусмотрена выплата денежной компенсации в размере 20 тысяч рублей серебром. Во время торга о сумме выкупа шведы, снизив свой запрос до 30 000 рублей, заметили, "что одна вышитая жемчугом шапка и риза митрополита по своей стоимости почти равны этой сумме".

Территория отданная по Столбовскому миру. Фрагмент карты 1666 года

Только после подписания 3 декабря 1616 года этого предварительного соглашения началась подготовка к непосредственной встрече официальных делегаций и обсуждению остальных условий мирного договора. Переговоры (съезды") официальных посланников решили проводить в резиденции английского посредника, которая находилась "в Семёновском поместье Репьева в сельце Столбове". Сами делегации расположились в стороне. Шведы, к примеру, квартировали в 3-х верстах от Столбова. Первая встреча официальных посланников состоялась 31 декабря 1616 года. Последняя - 27 февраля 1617 года, когда и был подписан мирный договор. Всё это время обсуждались вопросы о порядке и сроках передачи городов, о том, кто и в течение какого времени имеет право выбрать государство для дальнейшего проживания, а также какие титулы будут использовать их государи в дальнейшем.

Результатом этого мирного договора были довольны обе стороны и все участники переговоров получили достойное вознаграждение. Сейчас, спустя столетия, можно по-разному оценивать ответ на поставленный на Земским собором вопрос - "на городы-ль или на денги". Но нельзя забывать, что в том же 1617 году поляки предприняли очередной поход на Москву. И годом позже по Деулинскому перемирию к Речи Посполитой перешли Смоленск, Чернигов и другие города. Московское государство снова уменьшило свою территорию.

Кроме того, важно помнить, что затраты российского государства по результатам Столбовского договора 20 000 рублями не ограничились. Дело в том, что при смене государственного подчинения после Столбовского мира 1617 года переселение карел в Московское государство начало носить глобальный характер. Это вынудило шведов в 1649 году, под угрозой новой войны, начать переговоры с целью прекратить уход населения в Российское государство. Шведские власти требовали возврата перебежчиков за последние 8 лет и компенсации убытков в размере 500 000 рублей. В результате сошлись на 190 000 рублей и отказались от идеи возвращать перебежчиков.

Затем была война 1656-58 годов, которая не принесла никаких ощутимых результатов, кроме военных расходов и человеческих жертв. И только в результате войны 1701-21 годов Петр I не только приобрёл Прибалтику и Выборг, но и вернул отданные по Столбовскому договору земли, заплатив Швеции за них 2 миллиона талеров.

Выборгский замок. худ. Козрое Дузи

Вспоминая историю, стоим у высокого деревянного креста, который поставили чуть в стороне от деревни Столбово в направлении того места, где остановились шведские посланники. На наш взгляд, памятный знак лучше поставить не здесь, а в самой деревне, вероятнее всего, на левом крутом берегу ручья, где вполне могло находится Семёновское поместье Репьева, указанное в документах. Кстати, мы нашли сведения, что еще в 1678 году несколько крестьянских дворов в деревне Столбово Никольского Сясьского погоста принадлежали Зиновию Репьеву.

В более ранних платежных книгах Обонежской пятины (1556 года) также в Никольском Сясьском погосте упоминаются помещики Репьевы: "Нечай да Истома да Максимко да Товарыщ да Безпута Семеновы дети Репьева 2 сохи с полутретью". Но, наверное, для выбора места установки памятного знака следует проводить научные изыскания и археологические исследования, а не пересказывать народные легенды и предания.

Александр Потравнов, Татьяна Хмельник (https://regionavtica.ru/articles/stolbovskoy_mir.html )