Полное дайджобу

Город Чхонхва. Глава 174.

2026-04-30T18:10:14.020Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

Тэ Му Вон и сам наверняка уже знал, что с кланом Хва на земле совладать непросто. И зная это, он отправился в провинцию Хван, взяв с собой лишь двух Планет... Для Чхон Ёна это выглядело как форменное самоубийство.

— Это исключено, — Марс остановила Чхон Ёна, который был готов прямо сейчас сорваться и отправиться на Первый Континент.

— Марс-ним, вы ведь и сами знаете, насколько опасен клан Хва из провинции Хван.

Порт был переполнен из-за суматохи воссоединения выживших из клана Квон и людей Пейры, поэтому Чхон Ён заговорил о клане Хва вполголоса. На самом деле, Марс поначалу тоже пыталась удержать Тэ Му Вона от поездки в провинцию Хван, совсем как Чхон Ён сейчас.

Однако слово Тэ Му Вона было законом для Пейры. Пока сам Тэ Му Вон лично не отменит своё решение, не найдётся того, кто смог бы воспрепятствовать его выбору.

— Как и всегда, мы лишь верим в Лидера и ждём его, — ответила Марс тоном ещё более суровым, чем обычно.

— …А что, если он пострадает?

Или если он и вовсе погибнет… Эти слова были настолько зловещими, что Чхон Ёну даже не хотелось произносить их вслух.

— И всё же это невозможно. Корабль «Пейра» будет стоять на якоре в Городе Чхонхва до тех пор, пока Лидер не вернётся, — Марс была тверда как кремень и не колебалась.

В этот момент Чхон Ён заметил Хван Рана, который вышел из гостиницы «Канал», чтобы поглазеть на людей, и уже собирался направиться к нему. Однако Марс перехватила его запястье — хватка была несильной, но уверенной.

— Вы ведь знаете… что за человек Хван Хаджин.

Когда Чхон Ён остановился, Марс отпустила его запястье. На её лице, которое всё это время оставалось бесстрастным, пролегла тень. Когда из-за неистовства Хван Хаджина корабль «Пейра» был наполовину разрушен, и когда произошло столкновение с Хаджином и Харо на Первом Континенте, бесчисленное множество людей Пейры погибло, даже не успев оказать сопротивления.

Марс, прошедшая через всё это, лучше кого бы то ни было знала, насколько могуществен и запредельно жесток клан Хва из провинции Хван. Она говорила, что нужно верить в Лидера и ждать, но не могла скрыть тревогу, поселившуюся в глубине души. К тому же, разве перед её глазами сейчас не стоял чистокровный представитель клана Хва, обладающий силой, способной сокрушить сородичей из провинции Хван?

— Если аптекарь решит увязаться за мной, или ещё что — запри его в моей комнате.

Это были указания, которые Тэ Му Вон оставил перед тем, как отправиться в провинцию Хван. Для Марс подобное заявление было за гранью понимания, будь она на месте Тэ Му Вона, она бы держала Чхон Ёна подле себя.

Неужели ей действительно стоит запереть Чхон Ёна, если он попытается отправиться на Первый Континент? Чхон Ён уже бывал в кандалах, запертый в комнате Тэ Му Вона. Если так, то где-то здесь должны были остаться те самые цепи...

— Вы, наверное, не знаете, Марс-ним… но пока вы были на Первом Континенте, я стал третьим лицом в Пейре.

Марс по какой-то причине нахмурилась, и на её лице отразилось явное недоумение. Чхон Ён же со спокойным видом пристально смотрел на неё. Если он «третье лицо», то его чин был гораздо выше, чем у Планет.

— Если не верите, можете спросить у Тэ Чхон О-нима или у Нептун-нима.

— Мои… поздравления?.. — не зная, как реагировать на это внезапное заявление об иерархии, Марс замялась и в итоге выдавила из себя двусмысленное поздравление.

— Поэтому вы, Марс-ним, не можете запретить мне отправиться на Первый Континент. Если же вы попытаетесь меня остановить, у меня не останется иного выбора, кроме как отдать приказ.

От его решительного тона Марс в замешательстве потёрла затылок. Чхон Ён по-прежнему смотрел ей прямо в глаза, но, в отличие от его бледного лица, кончики его ушей густо покраснели от смущения.

Он смог обмануть даже Тэ Му Вона, который славился своим выдающимся чутьём. Чхон Ён был полон решимости и дальше разыгрывать роль «третьего лица» в Пейре. По крайней мере до тех пор, пока его не согласятся отпустить.

— Пегас!

Когда откуда-то донёсся крик, подобный грому, Пегас оттолкнулся от плеча Чхон Ёна и взмыл в воздух. Увернувшись от радостно приближающегося Тэ Чхон О, Пегас расправил крылья и замер в полёте, ловя встречный ветер. Тэ Чхон О громко расхохотался, заявив, что «подростковый период» у Пегаса, похоже, ещё не закончился.

Марс поприветствовала Тэ Чхон О, вытянувшись по струнке.

— Все вернулись в целости и сохранности, потерь нет.

Тэ Чхон О уже слышал эти новости от своих подчинённых. Однако причина, по которой он пришёл чуть позже, заключалась в том, что он подготавливал место для поселения выживших членов клана Квон.

— Я отправил нескольких ребят в агентство недвижимости в секторе C, так что давай направим выживших туда.

Сектор C был местом с наиболее благоприятной обстановкой, если не считать секторов A и E, пострадавших от пожара. Пока существовал Чхон Ён, Городу Чхонхва не грозило затопление, поэтому не было нужды тратить огромные деньги на покупку участков на возвышенностях.

В этом смысле Чхон Ён был вполне подходящей кандидатурой на роль третьего лица в Пейре. Сколько же денег он помог сберечь! Разумеется, капитала Пейры хватило бы на то, чтобы выкупить весь Город Чхонхва целиком, но денег, как известно, много не бывает.

— У нашего третьего лица есть какие-то поводы для беспокойства? — Тэ Чхон О принялся шутить и балагурить перед Чхон Ёном, который выглядел на редкость серьёзным.

— Я отправлюсь в провинцию Хван.

В этих словах явно сквозило: даже первому лицу его не остановить. Тэ Чхон О вскинул руку и с громким хлопком ударил себя по лбу.

— Божечки, решили спасти этого засранца Му Вона? Я прекрасно знаю, как вы за него переживаете, но в этом нет нужды. Пусть со стороны и кажется, что он прёт напролом, он не из тех, кто станет ставить всё на кон в битве, которую не сможет выиграть. Вот это у него отлично работает, — Тэ Чхон О слегка постучал себя по голове.

Чхон Ён был немного озадачен. Марс, как бы она ни пыталась это скрыть, казалось, переживала за Тэ Му Вона, но сам босс, Тэ Чхон О, был совершенно спокоен. Он добродушно улыбнулся Чхон Ёну, который, судя по всему, вовсе не собирался отступать.

— Я ведь не один год бок о бок с этим парнем прожил. Если он умрёт в провинции Хван, я и сам брошусь в море у Города Чхонхва. Он определенно отправился туда, так как у него есть козырь, с которым можно победить клан Хва.

«Козырь, с которым можно победить…»

Чхон Ён, обдумывая слова Тэ Чхон О, внезапно вспомнил о райской птице. Хотя было очевидно, что именно Тэ Му Вон заставил семя в цветочном горшке прорасти, из того малого, что успел увидеть Чхон Ён, следовало: сила каждого члена клана Хва была разной. Что, если он отправился в провинцию Хван именно потому, что узнал, как управлять растениями?

— Если вы не доставите меня на Первый Континент, я сам разыщу корабль.

Он обязательно должен был отправиться туда. Тэ Му Вон, который только-только осознал силу клана Хва, не сможет победить правящий клан провинции Хван, представители которого с самого рождения росли как часть клана Хва. Сейчас Му Вон был подобен бутону, который лишь недавно завязался; он был слабым существом, которое могло быть срезано ещё до того, как успеет полностью расцвести.

— Однако Лидер приказал, чтобы вы, Чхон Ён-ним, оставались в Городе Чхонхва, — поспешно заговорила Марс, пока Тэ Чхон О, словно погрузившись в раздумья, подпёр подбородок рукой.

Вскоре Тэ Чхон О кивнул:

— И впрямь, стоит прислушаться к словам второго лица, а не третьего.

Чхон Ён, не желая больше попусту тратить время, решил покинуть Город Чхонхва вместе с Хван Раном. В конце концов, Хван Ран тоже должен был вернуться в провинцию Нок, чтобы представить свой лотосовый чай.

— Однако слова первого должны быть важнее слов второго, не так ли? Хм, в таком случае, чем быстрее, тем лучше.

Из-за того, что Тэ Чхон О всё продолжал болтать, Чхон Ён не мог сразу же уйти. К тому же его слова звучали весьма многозначительно.

— Ладно, «Рыба-меч», на выход! — Тэ Чхон О, позволяя Чхон Ёну выйти в море, широко усмехнулся, обнажив зубы. — Марс, возьми Нептуна с собой.

— Да, Босс. Чхон Ён-ним, тогда я скоро приду за вами.

Как только поступил приказ босса, Марс развернулась, чтобы вывести в море «Рыбу-меч». Поскольку это было распоряжение Тэ Чхон О, Марс в любом случае не стоило бояться нагоняя от Тэ Му Вона. Благодаря этому её походка была лёгкой, словно она была Пегасом, парящим в небесах.

— Благодарю вас, — Чхон Ён поклонился Тэ Чхон О, который принял его сторону.

— Не стоит благодарности. Но знаете... я никогда не думал, что кто-то станет защищать этого парня, Тэ Му Вона. Однако, если поразмыслить, вы ведь и тогда ему помогли, верно?

Тэ Чхон О не сказал этого прямо, но Чхон Ён смог догадаться. Речь шла о той встрече на горе Чхонхва, когда они были ещё совсем детьми. О том случае, когда он опутал стеблями и сбил с ног подчинённого Адурана, убившего няню. Благодаря этому двое детей из клана Квон смогли без всякого вреда для себя убить крепкого мужчину.

Вспомнив о прошлом, Чхон Ён не смог вымолвить ни слова, но испытал странное чувство. Ведь те трое детей, что когда-то были совсем малышами, теперь стали взрослыми и снова встретились в Городе Чхонхва.

— Квии-и!

Как только ветер утих, Пегас прекратил зависать в воздухе и сам замахал крыльями, после чего опустился на плечо Чхон Ёна, укутанного в одеяло. Тэ Чхон О заворчал, сокрушаясь, что Пегас его «предал». Но, по правде говоря, он лишь каждый раз звал его к себе и ни разу не пытался заставить силой.

— Пусть и этот малый спустя столько времени проветрится на Первом Континенте.

— Я присмотрю за ним и верну в целости и сохранности.

Тэ Чхон О, кивнув, протянул грубый указательный палец и постучал Пегаса по голове, ласково потрепав его.

— Квии! — Пегас, возмутившись, свирепо раскрыл клюв.

Чхон Ёну почему-то показалось, что Пегас вовсе не ненавидит Тэ Чхон О, а просто капризничает, понимая, что может позволить себе любое своеволие.

Издалека Нептун крикнул, что всё готово к отплытию. Поскольку «Рыба-меч» была быстроходным судном, всегда готовым к выходу в море, в приготовлениях не возникло никаких задержек.

— На самом деле, когда наша Пейра обосновалась в Городе Чхонхва...

Чхон Ён, собиравшийся было пойти к Нептуну, замер, услышав слова Тэ Чхон О, и в недоумении взглянул на него.

— Я-то был против. Но Тэ Му Вон настаивал, что мы во что бы то ни стало должны отправиться в Город Чхонхва. Его упрямство ничем не сломить.

— Му Вон-ним?

— У него потрясающее чутьё. Должно быть, он почувствовал это подсознательно, — Тэ Чхон О помахал рукой на прощание и сказал: — Что тот ребёнок, которого мы встретили на горе Чхонхва, и есть представитель клана Хва.

Город Чхонхва. Глава 173.

2026-04-29T17:51:00.410Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

— Кви-и, кви-и-и.

Тэ Му Вон поднял взгляд на сокола, кричащего в пустоте неба. Птица, пересекающая безоблачную высь, зорко следила за широкими зарослями кустарника острым взглядом, словно высматривая добычу. Судя по отсутствию бубенцов или меток на перьях, это была дикая особь, не приученная к человеческим рукам.

— Готовьтесь выдвигаться, — Тэ Му Вон отдал приказ двум Планетам, завершив привал в Безмолвном лесу провинции Чжок. Самый быстрый путь из Первого Континента в провинцию Хван пролегал через Безмолвный лес. Несколько дней назад Тэ Му Вон оставил позади рыдающего Чхон Оэсона и отобрал людей для отправки в Хван.

Планетами, которых он взял с собой из Чхона, были Юпитер и Сатурн. Остальных, включая Венеру, охранявшего борт «Пейры», и Марс, он отправил вместе с выжившими в Город Чхонхва.

— Но, хённим, ничего, что мы идём только втроём? — осторожно спросил Тэ Му Вона Юпитер, затаптывая костёр ногами.

Тэ Му Вон и сам поначалу думал сразу пробиться в провинцию Хван и вернуться в Город Чхонхва, но в таком случае нельзя было гарантировать безопасность выживших, среди которых были старики и дети. Поэтому, под предлогом необходимости защиты выживших из клана Квон, он отправил большую часть Пейры в Город Чхонхва.

— Хённим, зачем мы направляемся в провинцию Хван? — спросил Сатурн с глуповатым лицом, держа в руке жаренную лапку кролика, пойманного вчера вечером. Вокруг были разбросаны кости по меньшей мере пяти кроликов. Дикий сокол кружил над этим местом именно из-за внутренностей и жира животных, которые выкинул Сатурн, закончив с разделкой.

— Чтобы нагнуть тех ублюдков, которые сожгли гору Чхонхва.

— Неужели это и впрямь подонки из провинции Хван сожгли гору Чхонхва?!

Гора Чхонхва загорелась в то время, когда Тэ Му Вон и Чхон Ён отправились на Пятый Континент. Прошло уже несколько лет с тех пор, как Пейра, до этого скитавшаяся по морям, обосновалась здесь. За это время они успели привязаться к Городу Чхонхва, и теперь, когда он сгорел, Сатурн вновь ощутил тревогу от того, что может лишиться родного дома. Если это подонки из провинции Хван совершили поджог, он был намерен оборвать их жизни, чтобы они никогда больше не смогли сотворить подобное злодеяние.

— Сатурн-хён, ты дурак?

— Жить надоело?

— Вообще-то я не хочу умирать, — подначивая, Юпитер вытащил из кармана резец и деревянный брусок, над которым работал. Продолжая говорить, он зашагал к машине, на ходу умело орудуя резцом: — Разве эти гады из Хвана сознаются во всём сами? Сначала нужно их приструнить, как и сказал Му Вон-хённим, а уже потом заставить исповедаться.

— А если нет? — задал вопрос Сатурн, отвечавший за вождение, последовав за Юпитером.

Юпитер, на мгновение погрузившись в раздумья с тихим «М-м...», посмотрел на Тэ Му Вона, который курил возле машины.

Тэ Му Вон был одет в рубашку с узором из цветов хлопка, чьи лепестки, похожие на крылья бабочки, были в полном цвету. Юпитер и раньше считал, что цветы ему очень к лицу, но здесь, в лесу, он казался ещё более гармоничным в этом образе, чем в любой другой день.

— Если нет, то и ладно. Я всё равно сделаю так, как скажет Му Вон-хённим.

На эти подначивающие слова, словно спрашивающие: «Сатурн-хён, разве ты не того же мнения?», Сатурн резко схватил и швырнул обглоданную кроличью кость.

— Ты что, совсем страх перед хёном потерял?

Юпитер хихикнул, глядя на обиженного Сатурна. Всё-таки дразнить его было одним удовольствием.

— Пошли уже, — заговорил Тэ Му Вон затушив сигарету. Стоило ему открыть рот, как оба спорщика, будто и не препирались вовсе, принялись отряхивать с одежды сухие листья. Они провели всю ночь на земле в Безмолвном лесу, поэтому с них посыпалась и пыль. Сатурн сел за руль, Юпитер запрыгнул на соседнее сиденье, а место сзади, как это обычно и бывало, занял Тэ Му Вон.

Хотя Безмолвный лес был тесным, в нём имелась проторенная дорога для транспорта, однако, как и подобает месту, где редко бывают люди, она густо заросла травой и кустарником. С одной стороны дороги, по которой они ехали, лежал огромный серый волк с высунутым набок языком. Это был вожак той самой стаи, что выл всю прошлую ночь.

Вожак, который держался на расстоянии, не прекращая рычать и угрожать, погиб на месте: топор, брошенный Тэ Му Воном, вдребезги раздробил ему череп.

После этого, даже когда никто не стоял на страже, волчья стая больше не смела нападать. Топор, застрявший в голове вожака, подобрал и принёс именно Юпитер. Совсем недавно он думал, что Му Вон-хённим прекраснее любого цветка, но, вспоминая прошлую ночь, понимал — перед ним был тигр среди тигров.

Изначально основателями клана Квон были девочка и мальчик, вскормленные тигриным молоком. Существовала легенда, что тигрица родила детёнышей, которые оказались людьми, а по другой версии — это были дети, брошенные в горах. Воспитанные тигром, они повзрослели и обосновались на Одиннадцатом Континенте, положив начало клану Квон, который со временем покорил те земли.

Возможно, поэтому главы клана Квон обычно обладали аурой, поразительно напоминавшей тигриную. Однако взрослые часто говорили, что Тэ Му Вон унаследовал черты обоих родителей — и своего отца Тэ Чжэ Чхона, и матери Дарахан. Разумеется, нынешним главой Пейры был Тэ Чхон О. Одной его поступи было достаточно, чтобы увидеть в нём тигра, поэтому он по праву считался безупречным лидером.

Если бы Тэ Му Вон занял место босса Пейры, нашёлся бы хоть кто-то, кто стал бы возражать? Само собой, Юпитер считал, что нет. В конце концов, все и так знали, что Тэ Му Вон сам уступил этот пост Тэ Чхон О.

— И что ты там так усердно вырезаешь? — внезапно спросил Сатурн Юпитера. В отличие от ночи, наполненной криками зверей, днём в Безмолвном лесу царила — в буквальном смысле слова — мёртвая тишина.

— А на что похоже? — Юпитер ответил грубовато, но всё же показал Сатурну вырезанный кусок дерева.

Тот мельком оглядел деревяшку и выдал ответ:

— С чего это ты вдруг решил вырезать не животное, а человеческое лицо?

От небрежного ответа Сатурна Юпитер выпучил глаза.

— Правда? Сатурн-хён, ведь правда похоже на человеческое лицо? Хённим, это лицо, человеческое лицо! — Юпитер обернулся к Тэ Му Вону и сунул ему под нос деревяшку.

— Блядь, уберёшь ты уже этого кальмара? — прикрикнул на него низким, угрожающим голосом Тэ Му Вон, который выглядел крайне скверно с самого момента отправки корабля «Пейра».

— …Но это правда не кальмар, — приунывший Юпитер снова подсунул деревяшку Сатурну, показывая её. — Сатурн-хён, ведь оно правда выглядит как человеческое лицо, верно?

— Ага.

— Ты даже понимаешь, кто это?

Поскольку дорога всё равно была только одна, Сатурн перестал смотреть вперёд и внимательно вгляделся в резную деревяшку. Он несколько раз подряд моргнул своими маленькими глазками, а затем приоткрыл толстые губы:

— Это портрет?

— То — картина, а это — бюст.

— То есть ты вырезал кого-то конкретного?

— Да-да! Само собой. Как думаешь, кто это?

Юпитер замер в ожидании ответа Сатурна, в равной степени надеясь на успех и боясь разочарования.

— Похоже на Чхон Ён-нима.

— …!

Юпитер крепко сжал деревяшку и безмолвно закричал от восторга. Значит, это у Му Вон-хённима и Марс-нуним не было вкуса. Юпитер в возбуждении замахал руками, в каждой из которых было зажато по предмету: в одной — резец, в другой — деревяшка. Но тут сзади внезапно высунулась рука и в мгновение ока выхватила деревяшку.

— А-а!

Тэ Му Вон пристально уставился на лицо, вырезанное на длинном куске дерева. Раз это назвали бюстом, значит, длинный прямоугольный брусок, который он сейчас держал в руках, должен был стать туловищем, а вот эта штука, похожая на голову кальмара, — лицом Чхон Ёна.

Вшух! Тэ Му Вон без тени сомнения швырнул деревяшку в открытое окно.

— Хённим! — запричитал Юпитер так, словно только что лишился своего главного шедевра.

— Сатурн.

— Да, хённим.

— Ты что, до сих пор сохнешь по аптекарю?

— А, нет! С этим покончено!

Сатурн принялся бессвязно оправдываться: мол, как он вообще посмел бы безответно влюбиться в аптекаря, чувства эти давно в прошлом, да и вообще — именно Му Вон-хённиму тот подходит больше всего. Само собой, Тэ Му Вон всё это пропускал мимо ушей.

— Если тебе в кальмаре мерещится аптекарь, то всё совсем плохо, а?

Бам! Му Вон вытянул ногу и с грохотом пнул спинку водительского сиденья. Удар был такой силы, что массивное тело Сатурна впечаталось в руль, а затем отлетело обратно. От этого движения раздался резкий и громкий звук клаксона: «Би-и-ип!»

— Му Вон-хённим, я правда вырезал лицо Чхон Ён-нима специально для вас. И это не кальмар. Вы просто пока не понимаете, потому что работа ещё не закончена...

Юпитер никак не мог расстаться с мыслями о своём творении, которое уже покинуло его руки.

— Останови машину.

Услышав приказ Тэ Му Вона, Сатурн без лишних слов остановил машину. В салоне воцарилась тишина. Юпитер, испугавшись, что слишком уж разошёлся в споре, напряжённо замер и плотно сжал губы. Сатурн же тем временем мучительно раздумывал, не стоит ли ему ещё раз заявить о том, что он и впрямь больше не сохнет по аптекарю.

— Выходи и подбери её.

— …Что?

Тэ Му Вон не стал повторять дважды и просто достал сигарету. Юпитер тут же расплылся в широкой улыбке.

— Хённим, вот увидите, просто поверьте мне!

С этими словами Юпитер пулей выскочил из машины. На Тэ Му Вона нашла блажь, которая в обычное время была ему совершенно несвойственна. Захотелось увидеть, во что же превратится эта «башка кальмара», если она превратится в Чхон Ёна.

Тэ Му Вон затянулся сигаретой раз за разом, думая о Чхон Ёне, который послушно ждал его в Городе Чхонхва.

***

Чхон Ён, стоя в порту, куда причалил корабль «Пейра», сжимал в руке лист бумаги, сильно нахмурив брови.

[Не выделывайся и веди себя хорошо.]

Чхон Ён сжал в руке и скомкал листок, который передала ему Марс. Тэ Му Вон, направившийся в провинцию Хван, оставил ему послание — Чхон Ён с волнением развернул его, гадая, что же там внутри, но содержание просто лишило его дара речи.

«И это говорит тот, кто сам же в одиночку отправился в провинцию Хван, навстречу опасности!..»

Чхон Ён протянул руку к Пегасу, который сидел у него на плече. Он отцепил послание, всё ещё привязанное к лапке Пегаса. Движения его были довольно резкими, и Пегас лишь недоумённо склонил голову набок.

Люди Пейры, остававшиеся в Городе Чхонхва, радостно приветствовали выживших из клана Квон, сошедших с корабля; они обменивались приветствиями и бросались друг другу в объятия. Чхон Ён отвёл взгляд от людей, разделявших радость воссоединения. Всё так же сильно хмурясь, он перевёл взор на линию горизонта, где небо сходилось с морем. Затем Чхон Ён обратился к Марс, стоявшей рядом с ним:

— Мне нужно отправиться в провинцию Хван.

На этот раз он собирался сделать это не тайком, а в открытую.

Город Чхонхва. Глава 172.

2026-04-24T19:39:04.008Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

С губ Чхон Хви Сона, заливавшего кровью землю, сорвался судорожный вздох. Среди всех присутствующих только члены клана Хва знали, что Тэ Му Вон управлял хмелем. Люди Пейры с недоумением смотрели на Чхон Оэсона и Чхон Хви Сона, которые застыли в неописуемом ужасе.

— Му Вон-ним!

Чхон Оэсон поспешно пришёл в себя и со всех ног бросился вперёд. Его отчаянная попытка спасти своего брата выглядела по-настоящему искренней. Тэ Му Вон по какой-то причине кивнул в сторону людей Пейры. После этого люди Пейры, преграждавшие путь Чхон Оэсону, разом расступились, открывая дорогу.

Чхон Оэсон, не мывшийся уже несколько дней и выглядевший из-за этого крайне неопрятно, опустился на колени перед Тэ Му Воном. Точнее говоря, он опустился там, где сидел раненый Чхон Хви Сон.

— Кровотечение слишком сильное. Позвольте мне залечить рану моего брата.

Несмотря на то что младший брат пришёл на помощь, Чхон Хви Сон продолжал крепко сжимать губы. Он не собирался ни умолять о спасении, ни выказывать радости от появления Чхон Оэсона. Тэ Му Вон посмотрел сверху вниз на Чхон Оэсона, чья голова, которую он сам же и разбил, была в полном порядке, и сказал:

— Похоже, ублюдки из Чхона не прочь перепихнуться в семейном кругу.

— Это не так! Если вы только сохраните жизнь моему брату...

— Вы хоть раз видели, чтобы кто-то из ублюдков, пытавшихся меня убить, остался в живых? — оборвав Чхон Оэсона на полуслове, Тэ Му Вон повысил голос, обращаясь к людям Пейры.

— Никогда! — громогласно провозгласил Юпитер в ответ. Поскольку один из Планет ответил, другие члены Пейры прикусили языки, но их выражения лиц выдавали, что такого раньше никогда не случалось.

— Этот ублюдок, так называемый наследник Чхона, спелся с Хваном и собирался напасть на Город Чхонхва, и ты просишь закрыть на это глаза?

От взгляда лишённых эмоций глаз Тэ Му Вона у Чхон Оэсона по коже пробежали мурашки. Чтобы Чхон объединился с Хваном... Чхон Оэсон с обидой и чувством несправедливости посмотрел снизу вверх на Тэ Му Вона, но тут же перевёл взгляд на стонущего Чхон Хви Сона. Тот так и остался сидеть, прислонившись спиной к дверце машины, лишь издавая прерывистые, слабые вздохи.

— …Брат.

Чхон Хви Сон не смотрел на младшего брата, который звал его. Чхон Оэсон спросил дрожащим голосом:

— С Хваном?..

Чхон Оэсон хотел узнать, почему возникло такое недопонимание с Тэ Му Воном, но времени на расспросы не было. Он с силой прикусил свою ладонь до крови и приложил руку к бедру Чхон Хви Сона. Тогда рана Чхон Хви Сона начала постепенно затягиваться, но одновременно с этим одежда на бедре Чхон Оэсона стала стремительно намокать от крови.

Тэ Му Вон, наблюдая за Чхон Оэсоном, который начал спасать своего брата без его разрешения, обнаружил ещё одну особенность клана Хва. Похоже, они могли передавать раны другим, даже без контакта со слизистой. Тэ Му Вон сохранил в своей голове эту информацию, о которой Чхон Ёну знать было необязательно.

Чхон Оэсон прижал ладонь к сорнякам, густо пробивавшимся сквозь землю, отнимая жизнь у растений. Трава вокруг мгновенно высохла и сморщилась, а жёлтая энергия устремилась в одном направлении. Теперь этот поток был отчётливо виден даже Тэ Му Вону.

Когда он оказался в ловушке лиан хмеля, созданных Чхон Хви Соном, то услышал возле самого уха звук, напоминающий лопающиеся пузыри. Лианы, угрожающе обвивавшие его тело, были покрыты острыми шипами, но их внутренняя часть, вопреки твёрдой оболочке, оставалась гладкой. Возникало ощущение, будто растение само сдерживало собственные изменения, стараясь не причинить ему вреда.

Пок-пок.

Тэ Му Вон уже слышал этот звук — похожий на тот, что издавали лианы хмеля, но всё же немного иной. Это было в комнате Тэ Чхон О перед тем, как они покинули Город Чхонхва. В тот момент, когда он был близок с Чхон Ёном, звук лопающихся пузырьков — более высокий по тону, чем у лиан хмеля, — щекотал ему слух. Источник этого звука находился прямо в горшке с райской птицей.

Когда он бросил взгляд в ту сторону, то увидел синее сияние, кружащее вокруг горшка с райской птицей. Оно напоминало тех самых синих светлячков, которых Чхон Ён выпускал той ночью, чтобы успокоить цветок Чхонджи на горе Чхонхва. Тэ Му Вону и самому было немного жаль, ведь цветок райской птицы, так похожий на румяные щёки Чхон Ёна, снова превратился в семя.

И надо же было ему называться именно «райской птицей». Разве «рай», означающий высшую степень наслаждения, не подходит идеально Чхон Ёну находившемуся под ним? Сначала мелколепестник, потом нарцисс и цинния, а теперь вот — райская птица. Сразу видно чистокровного представителя клана Хва: нет такого цветка, на который он не был бы похож.

Пока длился их поцелуй с Чхон Ёном, из цветочного горшка, где раньше было лишь семя, проклюнулся росток. Словно для него одного время ускорило свой бег: растение, бывшее лишь крошечным бутоном, расцвело дивной райской птицей и замерло на кончике стебля.

Чхон Ён, издающий лихорадочные стоны под ним, не мог обратить и толики внимания на какую-то там райскую птицу. Тэ Му Вон с растерянной улыбкой на губах грубо притянул к себе Чхон Ёна, который запустил пальцы в его волосы. Звук лопающихся пузырьков воды больше не был слышен, но Тэ Му Вона не покидало поразительное ощущение, будто эта райская птица среагировала именно на него.

И, услышав звуки, которые издавал хмель, он наконец окончательно убедился: этот звук — язык растений.

Он не мог разобрать, что именно говорят растения, но чувствовал это. Хмель не желал подчиняться воле Чхон Хви Сона. Более того, у него не было ни малейшего намерения нападать на Тэ Му Вона. И всё же, даже понимая это, Тэ Му Вон не знал, как заставить лианы распутаться.

Он просто схватил лианы хмеля, что всё туже стягивали его тело, и сорвал их. В тот же миг он осознал: пузырьки тоже умеют кричать. Звук, с которым растение корчилось от боли, был таким оглушительным, что, казалось, у него сейчас лопнут барабанные перепонки.

Однако ни Дарахан, ни Чхон Ён никогда не учили его, как нужно обращаться с растениями.

— Так правильно? — внезапно пробормотал Тэ Му Вон, и жёлтая энергия, струившаяся из сорняков к Чхон Хви Сону, перенаправилась к нему. Таков был метод управления энергией клана Хва.

Растения ничем не отличались от людей. Они инстинктивно подчинялись приказам того, в чьих жилах текла более сильная кровь. Однако для Тэ Му Вона этот дар был лишь обузой, ведь нужно было тонко улавливать звуки пузырьков каждого растения и настраиваться на них.

Тэ Му Вон и сам не понимал, почему так вышло: то ли из-за того, что он перенял черты клана Хва, находясь рядом с Чхон Ёном, то ли потому, что Чхон Ён признал в нём, полукровке, своего.

Чхон Оэсон, на которого перешла рана Чхон Хви Сона, бледнел с каждой секундой. Тэ Му Вон пресёк его попытку поглотить энергию растений, и теперь тот был беспомощен перед лицом непрекращающегося кровотечения. Охваченный ужасом перед неминуемой смертью и не в силах поверить в происходящее, Чхон Оэсон не мог вымолвить ни слова.

— Такое больше подходит утончённому Чхон Ён-хёну, — Тэ Му Вон усмехнулся и перестал концентрироваться на звуках пузырьков в сорняках. Тогда энергия растений, вновь вошедших в резонанс с Чхон Оэсоном, устремилась к нему. Пока его раны заживали, Чхон Оэсон пребывал в полнейшем замешательстве.

Как мог нечистокровный, всего лишь полукровка, превзойти его? Пейра и без того были известны как сильнейшие на всём континенте. Но теперь, когда Тэ Му Вон, ведущий их за собой, обрёл силу, которой больше невозможно противостоять, по телу невольно пробежал холодный пот. Пока он сидел на земле, глядя на него снизу вверх, даже луна оказалась скрыта за фигурой Тэ Му Вона.

— Занимаешься ерундой... — Чхон Хви Сон скрежетал зубами, глядя на младшего брата, который забрал его рану себе.

— Брат… ты действительно объединился с провинцией Хван?

Смерив Чхон Оэсона презрительным взглядом, Чхон Хви Сон потянулся к валявшемуся на земле костылю. С глухим стуком Тэ Му Вон, не выпускавший из рук топора, придавил костыль ногой.

— Брат, ты действительно объединился с провинцией Хван? — с усмешкой повторил слова Чхон Оэсона Тэ Му Вон.

— Какой смысл оправдываться перед тем, кто не поверит тебе, даже если ты скажешь, что это недоразумение?

— Му Вон-ним, как и сказал мой брат, здесь наверняка произошло какое-то недоразумение.

Чхон Оэсон принялся заступаться за Чхон Хви Сона, который вёл себя по отношению к нему подчёркнуто холодно.

— Мне и самому любопытно. Какое такое может быть недоразумение с ублюдком, который пытался меня убить?

Зрачки Чхон Оэсона дрогнули, в них отразилось смятение. Поскольку он был слишком занят тем, чтобы тайком выбраться с корабля «Пейра», то не знал о событиях, произошедших ранее. Всё, что видел Чхон Оэсон, — это Тэ Му Вон, швыряющий топор в его брата.

— Брат…

Чхон Оэсон, словно только теперь о чём-то догадавшись, схватил Чхон Хви Сона за плечи. В тот же миг со всех сторон раздались отчаянные крики людей Пейры: «Му Вон-ним!», «Хённим!»

Фьють! Стебель, острый словно лезвие, мчался со стороны спины Тэ Му Вона, целясь прямо в сердце. Обладая мощью настолько сокрушительной, что клинки людей Пейры не могли его разрубить, а тела — преградить ему путь, этот стебель был опасен, точно стальное копьё.

За мгновение до того, как его спина была бы пронзена, Тэ Му Вон взмахнул топором. Хрясь! Что-то было отсечено, и стебель, летевший так стремительно, что никто не успел бы его остановить, замер прямо перед его спиной. Острый кончик стебля бессильно поник и тут же рухнул на землю. И на землю упал не только стебель.

— …Брат! Брат! — закричал Чхон Оэсон в отчаянии, прижимая к себе голову Чхон Хви Сона, отделённую от тела.

Тэ Му Вон чувствовал отчётливый звук пузырьков, покалывающий его затылок, с тех самых пор, как Чхон Хви Сон пришёл в норму. Сделай он всего шаг в сторону, и острый стебель пронзил бы Чхон Хви Сона насквозь без всякой помощи с его стороны, но это был не его метод. Работа топором была ему больше по душе.

Чхон Оэсон, захлёбываясь от ярости, сверлил взглядом Тэ Му Вона, который стоял, закинув топор на плечо. Однако его старший брат сам пытался убить Тэ Му Вона. Раз он видел это собственными глазами, то не мог даже потребовать ответа за его убийство. Ему оставалось лишь рыдать, обнимая голову остывающего брата.

Тэ Му Вон швырнул топор, который держал в руках, обратно Юпитеру, и при этом на его шее яростно вздулись вены.

— Пейра! Отправляемся в Хван прямо сейчас!

***

Чхон Ён сидел на корточках на валуне, который располагался на самой вершине горы Чхонхва. Дорогое пальто волочилось по камню, поэтому он аккуратно подобрал его и прижал коленями к груди. На его плече, укутанном в плотную ткань пальто, с отважным видом восседал Пегас.

Прошло уже несколько дней, но обида на Тэ Му Вона всё не проходила. Последнее пришедшее от него письмо было тем самым, которое он показал Хван Рану.

В тот день, когда пришло послание, Чхон Ён сам того не замечая выбежал босиком. Но стоило открыть письмо, как его постигло глубокое разочарование, ведь оно было адресовано не ему. Мог бы хоть пару слов черкнуть: как ты или где находишься сейчас.

Конечно, он понимал, что почтовая птица — не тот способ связи, который стоит использовать для всяких пустяков. И всё же он ничего не мог поделать с охватившим его чувством обиды.

Однако, поразмыслив хорошенько, он понял, что даже в послании, отправленном Хван Рану, содержалось кое-что и для него. Тэ Му Вон был единственным, кто настолько сильно о нём беспокоился и думал о нём. Пусть тот и был грубоват на язык, он всегда спасал его и ставил его интересы превыше всего.

— Придётся начать собирать с людей налог на деревья с горы Чхонхва, — серьёзно заговорил Нептун, до этого невозмутимо стоявший рядом с валуном.

Чхон Ён, который вновь погрузился в мысли о Тэ Му Воне, пришёл в себя. После того как гора Чхонхва вновь зазеленела, было вырублено множество деревьев. Это было неизбежно, ведь нужно было восстанавливать сгоревшие дома и лавки.

Люди были в замешательстве, глядя на гору Чхонхва, покрытую густой зеленью, однако восстановление их мест обитания было более приоритетной задачей. Они предпочли просто счесть это благословением, ниспосланным самой природой.

Чхон Ён, стоило ему увидеть срубленное дерево, вдыхал в него свою энергию, чтобы оно могло вновь продолжить жизнь. И за этим всегда следовали искренние извинения.

— У меня всё внутри переворачивается от того, что эти мерзавцы даже не благодарят Чхон Ён-нима и продолжают вырубать деревья.

Чхон Ён тихо рассмеялся, услышав голос, полный обиды. На самом деле, если разобраться, гора Чхонхва, скорее всего, сгорела именно из-за него.

— Кхм, — Чхон Ён слегка откашлялся от щекочущего чувства в горле.

— Простуда! Вы простудились?! — Нептун поднял суматоху, собираясь даже снять свою безрукавку и отдать её Чхон Ёну.

— Это не простуда.

Чхон Ён сказал, что всё в порядке, и, прикрыв рот рукой, снова тихо закашлялся. Нептун, наблюдавший за ним обеспокоенным взглядом, засуетился, заявляя, что сейчас же разведёт костёр.

— Нельзя, чтобы снова начался пожар.

Когда Чхон Ён мягко его остановил, Непутн в замешательстве почесал затылок.

— Тогда я велю ребятам принести хотя бы одеяло.

Чхон Ён кивнул и поблагодарил его, посчитав, что этого будет вполне достаточно.

Что за?..

Чхон Ён в замешательстве посмотрел на алую кровь на своей ладони. Но тут же резко поднял голову — по всему Городу Чхонхва раздался оглушительный рёв корабельного гудка.

— Чхон Ён-ним! Чхон Ён-ним! Му Вон-ним возвращается!

Всё внимание Нептуна было приковано к морю, и он не заметил кровь на ладони Чхон Ёна. Чхон Ён поспешно вытер руку о край своего тёмного пальто и резко выпрямился.

Издалека, по морю, приближался корабль, демонстрирующий своё колоссальное величие рассекая волны.

— Тэ Му Вон-ним тоже думал о вас, Чхон Ён-ним, поэтому не стал заходить даже в Манджон и прибыл максимально быстро. Иначе он никак не смог бы приплыть к этому числу.

Нептун продолжал рассыпаться в словах о том, как сильно его хённим дорожит Чхон Ёном. Тем временем Чхон Ён опустил руку в карман пальто. Он почувствовал странное щекочущее ощущение в пальцах, но поспешно вытащил листок бумаги.

Снова накатило сомнение, но он отогнал его, покачав головой. Чхон Ён привязал свёрнутый в трубочку листок бумаги к лапке Пегаса.

— Пегас, прошу тебя.

— Кви-и! Кви! — Пегас коротко вскрикнул, словно призывая довериться ему, и, оттолкнувшись от плеча Чхон Ёна, взмыл в небо. — Кви-и-и!

Сделав круг над головой Чхон Ёна, он яростно захлопал крыльями, направляясь к кораблю «Пейра».

— Кха-кха! — Чхон Ён снова закашлялся, но на этот раз на ладони ничего не осталось. Возможно, это была побочная реакция из-за того, что в последнее время он расходовал слишком много сил. Должно быть, после хорошего отдыха всё придёт в норму.

Чхон Ён думал о своём письме, которое нёс Пегас. Сколько бумаги он испортил, прежде чем закончил его — и не сосчитать. К тому же, чтобы не ударить в грязь лицом перед Тэ Му Воном, обладавшим красивым почерком, он выводил каждый иероглиф, раз за разом исправляя и стараясь писать максимально чётко.

[Будь моим возлюбленным.]

Искреннее признание Чхон Ёна, привязанное к лапке Пегаса, летело навстречу «Пейре».

Город Чхонхва. Глава 171.

2026-03-30T15:40:24.956Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

Чхон Хви Сон поспешно отступил назад, пошатнулся и неловко оступился на костыле. Окружавшие его телохранители бросились на помощь, пытаясь подхватить, но прежде чем Чхон Хви Сон успел выпрямиться, Тэ Му Вон схватил его за горло и вздёрнул вверх.

— Кха!

Ноги Чхон Хви Сона повисли в воздухе, а глаза налились кровью. Телохранители семьи Чхон были готовы броситься в атаку в любое мгновение, но Чхон Хви Сон, задыхаясь, подал им знак остановиться. Он отчаянно затрепыхался, пытаясь ухватиться за запястье Тэ Му Вона.

— Э-это недоразумение…

Пусть это и был порт, вокруг всё же виднелась хоть какая-то растительность. Если бы Чхон Хви Сон только пожелал, у него было достаточно способов подчинить себе растения и подавить Пейру. Однако, даже когда его зрачки начали закатываться, Чхон Хви Сон так и не проявил своих способностей клана Хва.

Словно пытаясь доказать, что он никак не связан с Хван Хаджином, Чхон Хви Сон лишь бессильно обмяк, подобно оленю в пасти тигра.

— Лидер! — закричала Марс, когда телохранители семьи Чхон одновременно выхватили оружие. Словно решив, что этого достаточно, она подала знак Сатурну и членам Пейры, желая остановить буйство Тэ Му Вона.

— Блядь, одни уловки.

Задыхаясь и издавая хриплые звуки, Чхон Хви Сон широко распахнул глаза, услышав насмешку Тэ Му Вона. От давления на горло лопнули кровеносные сосуды в белках его глаз.

— Просто сдохни.

От искренней угрозы Тэ Му Вона Чхон Хви Сон, который до этого смирно подставлял шею, вскинул свирепый взгляд.

Хруст! Треск!

В тот же миг отовсюду раздался треск, и цветочные горшки, стоявшие в окрестных лавках, одновременно разлетелись вдребезги.

Из цветочных горшков, где только что цвели цветы, в мгновение ока вытянулись стебли и бросились на людей Пейры. Даже обычные сорняки, росшие из-под земли, словно обрели разум: они взметнулись вверх, сковывая конечности Тэ Му Вона и оплетая его шею.

Пока Пейра мечами и топорами обрубали стебли, сковывавшие их тела, Тэ Му Вон, выпустив Чхон Хви Сона, оказался полностью опутан аномально разросшимися стеблями.

— Кха-кха... — Чхон Хви Сон, сотрясаясь в сухом кашле, жестом отослал назад телохранителя, который пытался его поддержать. — Вы мешаете... Отойдите все!

Чхон Хви Сон издал хриплый звук, обхватив ладонью шею, на которой уже начали проступать синяки. Стоило хмелю японскому — сорняку, который он заранее высадил в окрестностях порта, — увеличиться в размерах, как шипы, густо усеивавшие его стебли и черешки листьев, угрожающе выросли и вонзились в кожу Му Вона.

Другие Пейра отделались лишь тем, что их ноги опутали, но Тэ Му Вон был полностью оплетён хмелем, чьи стебли были усыпаны шипами. Чхон Хви Сон высвободил всю свою мощь, направив её прямиком на Тэ Му Вона.

Члены Пейры раз за разом выкрикивали имя Тэ Му Вона. Тело Му Вона уже было полностью обвито хмелем так, что не виднелось ни кусочка кожи. Каждая колючка была твёрдой, словно железо, и всё это напоминало тиски, утыканные тысячами огромных гвоздей, в которых он оказался заперт.

Марс пыталась прорубить себе путь вперёд, рассекая своим мечом с широким лезвием стебли и лианы, что опутывали её руки и ноги, но расстояние до Тэ Му Вона оставалось прежним. Юпитер, вооружившись потерянным топором, тоже предпринял попытку пробиться к нему. Сатурн же, поваленный на землю вцепившимися в лодыжки стеблями, неистово размахивал своим изогнутым в форме полумесяца мечом.

Хмель всё сильнее и сильнее сдавливал выпрямившееся во весь рост тело Тэ Му Вона. Звук, с которым стебли сжимались, словно пытаясь раздавить даже кости, пробирал до дрожи.

Кровь людей Пейры, которая ещё мгновение назад кипела жаждой битвы, вмиг застыла в жилах. Они прекрасно знали о могуществе клана Хва, но и в страшном сне не могли представить, что именно Тэ Му Вон окажется столь беспомощным.

Если Тэ Му Вон вот так погибнет...

— Ублюдки! Хватит валяться без дела, защищайте лидера! — Марс, которая обычно никогда не повышала голос, привела членов Пейры в чувство своим криком.

Чхон Хви Сон, с трудом выдавив улыбку, тыльной стороной ладони смахнул кровавые слёзы, вытекавшие из лопнувших сосудов.

Изначально он не планировал избавляться от Тэ Му Вона подобным образом. По крайней мере, если бы этот тупоголовый ублюдок не вознамерился убить его по-настоящему. Что ж, так даже лучше. Если Пейра лишится Тэ Му Вона, прибрать к рукам Город Чхонхва станет куда проще.

Прошло уже несколько минут с тех пор, как стебли обвили его так туго, что невозможно было даже вздохнуть. Каким бы сильным ни был Тэ Му Вон, он не мог выжить без воздуха. Даже если не удавалось сокрушить кости этого чертовски крепкого тела, перекрыть ему кислород было вполне реально.

Несмотря на это, Чхон Хви Сон не терял бдительности и до последнего сосредоточивал всё внимание на стеблях хмеля, сковавших Тэ Му Вона. Стоило хоть немного ослабить напряжение, и в мгновение ока ситуация могла обернуться против него.

Именно в этот момент раздался треск. Руки Тэ Му Вона приподнялись, и стебли хмеля, плотно обвивавшие всё его тело, лопнули. Планеты и члены Пейры, воспользовавшись тем, что хватка ослабла, принялись с яростью кромсать стебли на мелкие кусочки.

— Остановите его! — прокричал Чхон Хви Сон надломленным голосом.

В тот же миг он заставил хмель, укоренившийся в земле, вновь метнуться к Тэ Му Вону и крепко обвить его запястья. Однако тот с силой натянул стебли, словно струны, а затем, ухватившись за плотный ком стеблей, закрывавший его лицо, сорвал их одним резким движением.

С резким треском, стебли, которые держались из последних сил, наконец порвались, и в просвете сверкнули пронзительные золотые глаза. Чхон Хви Сон, охваченный ужасом, застыл, не в силах отвести от него взгляд.

Если подумать, несмотря на бесчисленные шипы, не просочилось ни единой капли крови. Чхон Хви Сон стремительно развернулся и, прихрамывая, направился к машине, на которой приехал.

Тэ Му Вон свирепо сдирал с себя обвившие плети растений, продолжая идти вперёд. Под ноги ему градом осыпались безжизненные стебли. Его размеренный шаг постепенно перешёл в бег, и он принялся осыпать ударами нападавших на него ублюдков.

— Хённим! Топор!

Одновременно с криком Юпитера топор полетел прямо к Тэ Му Вону. Перехватив его на лету, Тэ Му Вон одним махом отсёк запястье противнику, который уже целился в него из пистолета. Повсюду, где он проходил, растекались лужи крови, а воздух полнился криками и стонами выживших. Тэ Му Вон метнул топор в Чхон Хви Сона, который как раз пытался запрыгнуть на водительское сиденье.

В мгновение ока топор долетел до цели и вонзился в здоровую ногу Чхон Хви Сона.

— А-а-а-а! — истошно завопил тот, выронив костыль и повалившись на землю.

Тэ Му Вон подошёл к нему размашистым шагом и, придавив его голень ногой, вырвал застрявший в бедре топор. Чёрные брюки Чхон Хви Сона вмиг пропитались кровью, будто он обмочился.

Вскинув на плечо топор, с которого каплями стекала кровь, Му Вон взирал сверху вниз на Чхон Хви Сона.

— Когда меня связывает какой-то левый ублюдок, ощущение пиздец какое мерзкое, терпеть невозможно.

Му Вон сел на корточки перед Чхон Хви Соном, который обеими руками крепко зажимал свою рану на бедре.

— А ведь твой младший брат ловко выжимал из растений все соки.

В глазах Чхон Хви Сона застыл небывалый прежде ужас. Как и заметил Тэ Му Вон, Хви Сон не обладал способностью тянуть жизненную силу из растений. То, что он сделал мгновение назад, фактически было пределом его возможностей — он выжал из себя всё до последней капли, поставив на кон собственную жизнь.

Одну ногу он повредил, когда пытался остановить побег Ихвы, но теперь он лишился и второй — её отнял у него отпрыск Дарахан. Глядя на Тэ Му Вона, Чхон Хви Сон шевельнул губами:

— Полукровка…

Тэ Му Вон, в чьих жилах текла кровь клана Квон, в корне отличавшаяся от крови клана Хва, совершенно не умел управлять растениями. Чхон Хви Сон и Чхон Оэсон, хоть и не были чистокровными, всё же происходили из клана Хва, пусть их кровь и была изрядно разбавлена.

Однако ни мгновение назад, когда Тэ Му Вон сдирал с себя стебли хмеля, ни до этого момента — шипы не смогли оставить на его теле даже малейшей царапины. И это при том, что растения были мутировавшими, а значит, и яд на их колючках должен был стать во много раз смертоноснее.

Тэ Му Вон никак не отреагировал на оскорбление Чхон Хви Сона, назвавшего его полукровкой. Он лишь небрежно скинул топор с плеча и с глухим стуком вонзил его в землю прямо перед собой.

— Тридцать минут.

Услышав слова Тэ Му Вона, Чхон Хви Сон посмотрел на него взглядом, в котором сквозило недоумение вперемешку с глубокой настороженностью.

— Столько времени тебе осталось, пока не сдохнешь от потери крови.

Тем временем вокруг Тэ Му Вона уже сгрудились люди Пейры, и большинство из них истекали кровью от ран, оставленных хмелем.

— Чхон и Хван объединились и сожгли гору Чхонхва. Я прав?

Тэ Му Вон не обещал сохранить ему жизнь, если тот расскажет правду. Впрочем, даже если бы и обещал, Чхон Хви Сон не собирался ничего говорить.

— Клан Квон… если хочешь безопасно вывести выживших и уйти…

— Лидер, все наши люди ожидают в безопасном месте, — Марс резко оборвала Чхон Хви Сона. Именно в этом заключалась причина, по которой Тэ Му Вон отправил её и Сатурна первыми. Что бы ни случилось с ним самим, он хотел во что бы то ни стало обеспечить безопасный отход выжившим членам клана Квон.

— Если ты убьёшь меня, то не сможешь… избежать и войны с Чхоном…

Тэ Му Вон посмотрел на Чхон Хви Сона с кривой усмешкой. В этом взгляде читался простой вопрос: кто узнает правду, если все телохранители из провинции Чхон уже мертвы, а сам Чхон Хви Сон вот-вот последует за ними? Конечно, поблизости могли оказаться свидетели из числа торговцев, но правитель провинции Чхон изначально не дотягивал даже до уровня «беззубого тигра». Было очевидно, чью сторону примут эти торговцы.

Тэ Му Вон поднялся на ноги, не выпуская топора из рук. Массивные люди Пейры обступили его плотным кольцом, и теперь никто со стороны не мог видеть, что происходит внутри.

— …Хван Хаджин, грёбаный ублюдок, — горько усмехнувшись, Чхон Хви Сон глубоко выдохнул и прислонился спиной к дверце машины.

Судя по тому, что он упомянул Хван Хаджина, между ними и впрямь была какая-то сделка, но Тэ Му Вон не питал иллюзий — этот противник всё равно не откроет рот. В тот самый момент, когда Тэ Му Вон замахнулся топором, чтобы размозжить голову Чхон Хви Сону...

— Му Вон-ним! Тэ Му Вон-ним!

Тэ Му Вон взглянул своими жёлтыми глазами на безоблачное чёрное небо, а затем повернул голову. Будучи выше других людей Пейры, он сразу заметил запыхавшегося человека, который бежал изо всех сил. Пуговицы на рубашке незнакомца были местами оторваны, а брюки так сильно измяты, будто их не меняли уже много дней.

Чхон Оэсон, который, как говорили, задавал моду на всём Первом Континенте, теперь выглядел как настоящий нищий. Когда люди Пейры отказались уступить ему дорогу, Чхон Оэсон попытался приподнять поникшие стебли, чтобы проложить себе путь. В этом жесте не было ни капли агрессии — лишь чистое отчаяние. Чхон Оэсон прибежал со стороны, где находился корабль «Пейра».

— Бан Чхон-а!

— Да, да! Хённим! Вы звали?!

Бан Чхон, который после пожара на горе Чхонхва начал носить бандану с волнообразным узором вместо пламенного, вскинул руку вверх.

— Это ты?

— А, нет! Это не я! На этот раз я правда ни при чём! — Бан Чхон затряс головой из стороны в сторону, словно у него начались судороги.

— Бля, вот что значит кровное родство.

Чхон Оэсон тайком пробрался на корабль «Пейра». Точно так же, как до него не раз поступал Чхон Ён. Поговаривали, что он сбежал на торговом судне, но ему ловко удалось обвести вокруг пальца Око Юпитера.

Тэ Му Вон наблюдал за Чхон Оэсоном, который прокладывал себе путь сквозь стебли, и слегка склонил голову набок. Переведя взгляд на растущий неподалеку хмель, он едва слышно пробормотал что-то себе под нос:

— Блядь, не моё это.

В тот же миг стебли, что тянулись в стороны, образуя живые стены и открывая путь, внезапно прижались к самой земле.

«!»

Глаза Чхон Оэсона, застывшего на месте, словно его ноги вросли в землю, наполнились ужасом. Хмель больше не подчинялся его воле. Припавшие к земле стебли колыхались, будто морская трава под водой, а Тэ Му Вон криво усмехнулся.

— И ещё — Му Вон-ним, ты единственный, кто продолжает попрекать себя тем, что лишь полукровка, и презирает себя за это.

— А я никогда так не думал.

Ему показалось, будто голос Чхон Ёна снова нежно прошелестел у самого уха.

— Ублюдок полукровка на что только не способен, а?

Город Чхонхва. Глава 170.

2026-03-21T14:39:12.681Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

Зимнее море было столь же непредсказуемым, как и летнее в пору тайфунов. Из-за влияния низкого давления часто дули встречные ветры, отчего даже огромный корабль «Пейра» то и дело содрогался. По этой же причине зимой в Город Чхонхва редко заходили небольшие торговые суда.

Зимней ночью в порту провинции Чхон было бы совсем тихо, если бы не прибытие корабля «Пейра». Рыбаки, живущие неподалёку, толпились на берегу, прослышав о его заходе в гавань. Все они надеялись купить деликатесы из Города Чхонхва или другие товары, которые мог привезти корабль.

Однако вопреки ожиданиям, с борта «Пейры», преградившей гавань своим исполинским корпусом, вместо товаров посыпались лишь сами люди Пейры. Впереди них стоял мужчина с жёлтыми глазами, чья дурная слава гремела не только в провинции Чхон, но и по всему континенту. Даже если не брать в расчёт его жёлтые глаза, одной лишь белой рубашки с цветами гиацинта на нём было достаточно, чтобы понять, кто он такой.

Слухи о том, что по вине Тэ Му Вона корабль «Нахан», бывший гордостью Шестого Континента, пошёл ко дну, уже широко распространились. Как и тот факт, что из-за гибели главы Ананды и всех шестнадцати наханов Шестой Континент лишился своего правителя и погрузился в хаос.

Все в один голос твердили, что это было лишь стратегическим шагом «Пейры», решившей покинуть Город Чхонхва и захватить Шестой Континент. Однако на деле «Пейра» лишь уничтожила «Нахан», не проявив к тому континенту ни малейшего интереса.

— Добро пожаловать, хённим!

— Лидер, всё готово.

Позади Сатурна и Марс, которые прибыли раньше на скоростном катере «Рыба-меч», принадлежащем «Пейре», собирались остальные люди Пейры. Почувствовав недоброе, торговцы начали потихоньку отступать на безопасное расстояние. Они надеялись, что раз «Пейра» теперь монополизировала добычу кашалотов, то им удастся заполучить побочные продукты переработки китового жира, но атмосфера была столь накалённой, что впору было опасаться, как бы их не задело случайной искрой.

Люди Пейры держались в строю так дисциплинированно, словно готовились к началу военных действий. Жители Чхона не особо разбирались во всяких там кланах Квон и прочих расах, но прекрасно понимали, что военная мощь «Пейры» весьма внушительна.

Тэ Му Вон, накинувший поверх рубашки длинное пальто, выпустил табачный дым, который тут же унёс морской ветер.

— Что насчёт Чхон Гон Джуна?

Тэ Му Вон имел в виду нынешнего губернатора провинции Чхон и отца Чхон Оэсона.

— Говорят, он прикован к постели из-за старческой слабости. Вместо него придёт Чхон Хви Сон.

Тэ Му Вон слегка нахмурился, услышав ответ Марс. Слабый здоровьем старший сын, Чхон Хви Сон, с самого начала выбыл из борьбы за наследство, уступив место второму сыну — Чхон Оэсону. То, что вместо Чхон Оэсона решил явиться именно старший брат, выглядело крайне подозрительным.

Конечно, Чхон Оэсон, сбежавший из Города Чхонхва, никак не мог добраться до провинции Чхон раньше «Пейры», но даже с учётом этого появление старшего сына, исключённого из очереди на наследование, было очень странным.

Тэ Му Вон собирался немедленно открыть огонь из главного орудия, как только обнаружит торговое судно, на котором, скорее всего, находился Чхон Оэсон, но за всё время пути до провинции Чхон ни одного подозрительного корабля на глаза не попалось. Возможно, даже не пришлось прикладывать руку — он мог уже подохнуть, попав в штормовой встречный ветер в открытом море.

Впереди приближался автомобиль с выключенными фарами. В ночном порту было легко ориентироваться благодаря свету, исходившему от «Пейры» и окрестных лавок. Тем не менее, если бы машина неслась прямо на людей Пейры с включённым светом, Сатурн или Марс вряд ли оставили бы это без внимания. По крайней мере, у этого парня хватило сообразительности не лезть на рожон.

Тэ Му Вон молча бросил взгляд на человека, выходившего из остановившейся машины. По сравнению с Чхон Оэсоном, этот мужчина был довольно щуплым и опирался на костыль. Судя по тому, что штанина не развевалась на ветру, нога у него, похоже, была цела.

Чхон Хви Сон, старший сын семьи провинции Чхон, привычно опираясь на костыль, подошёл к ним прихрамывающей походкой. За ним следовали двое мужчин, похожих на телохранителей, и те, кто вышел из подъехавших следом машин.

— Рад нашему знакомству, меня зовут Чхон Хви Сон.

Для мужчины у него были слишком утончённые черты лица. Он гораздо больше походил на представителя клана Хва, чем Чхон Оэсон, но Тэ Му Вону было плевать, насколько симпатичным был этот тип. Лишь когда его сигарета догорела, и Му Вон выпустил последнюю струйку дыма, он пожал протянутую руку Чхон Хви Сона.

— Где Чхон Оэсон?

Чхон Хви Сон растерялся от столь внезапного вопроса, но вскоре на его лице вновь заиграла улыбка.

— Насколько мне известно, он в Городе Чхонхва. Для начала, не соизволите ли вы пройти внутрь?

— Чхон Гон Джун ведь не при смерти, верно?

— Состояние его здоровья действительно весьма плачевно.

Тэ Му Вон пристально уставился на Чхон Хви Сона, на лице которого застыло виноватое выражение.

— Я слышал, вы нашли ребёнка Ихвы в Городе Чхонхва.

Тэ Му Вон и не думал двигаться с места, поэтому Чхон Хви Сон сразу перешёл к сути. Хоть Чхон Хви Сона и сопровождало немало людей, сам он был напряжён до предела — словно безоружный человек, окружённый людьми Пейры.

Чхон Хви Сон был прекрасно осведомлён о силе клана Квон. Если бы Пейра вознамерились истребить всех присутствующих на этом месте, им вполне хватило бы и двух Планет.

Однако Пейра никогда не нападают и не уничтожают противника без веской причины. Даже корабль «Нахан» затонул лишь потому, что они жаждали заполучить Чхон Ёна. По крайней мере, так было известно Чхон Хви Сону.

Но каким бы сильным ни был клан Квон, зная о способностях клана Хва, они не могли так просто тронуть тех, кто управляет растениями. Вот почему Чхон Хви Сон не смог скрыть своего недоумения от последующих действий Сатурна.

Сатурн нанёс удар кулаком одному из охранников, стоявших рядом с Чхон Хви Соном. С оглушительным звуком удара охранник покатился по полу, и атмосфера, и без того натянутая до предела, мгновенно стала угрожающей. В этой критической ситуации Чхон Хви Сон осмотрел охранника. Рядом с поваленным мужчиной валялся пистолет.

Пистолеты, производимые на Первом Континенте, уступали в точности, но оставались мощным оружием, которое было легко носить с собой. Поскольку охранник, стоявший прямо возле Чхон Хви Сона, достал столь редкий экземпляр, у Пейры не было причин проявлять терпение.

На самом деле Сатурн просто сунул руку в карман, чтобы достать зажигалку для Му Вона, но противник это неверно истолковал. Однако Сатурну было всё равно, ошибка это или нет — он не собирался давать ни малейшего шанса тому, кто выхватил пистолет. Для Пейры — нет, для всего клана Квон, который всегда был начеку в любой ситуации, — это было естественным решением.

— Поскольку это произошло из-за чрезмерной преданности... прошу вас отнестись к случившемуся с пониманием и великодушием, — Чхон Хви Сон намекнул, что было бы неплохо оказать помощь поверженному подчинённому, но Тэ Му Вон не проронил ни слова.

— Говорю это, чтобы не возникло никаких недоразумений: наша провинция Чхон не претендует на Хва из Города Чхонхва.

Тэ Му Вон усмехнулся, глядя на лицо Чхон Хви Сона, полное решимости.

— Похоже, у братьев мнения расходятся.

— Если мой непутёвый младший брат Оэсон сделал заявление, которое могло привести к недоразумению, я приношу извинения от его имени. Кроме того, пожар на горе Чхонхва также не имеет к нам никакого отношения.

Похоже, в отличие от Чхон Оэсона, этот тип из тех, кто трижды проверит каменный мост, прежде чем по нему перейти. Впрочем, с такой-то ногой это и неудивительно — волей-неволей придётся простукивать дорогу. Тэ Му Вон снова достал сигарету и перевёл взгляд на ногу Чхон Хви Сона.

— Честно говоря, у нас нет ни сил, чтобы сражаться с Хваном, ни смелости, чтобы противостоять Пейре.

— В таком случае, это означает, что следующим правителем Города Чхонхва будешь ты, а не Чхон Оэсон.

— Верно. Мы больше не можем производить чистокровных, так что у нас нет причин претендовать на Хва из Города Чхонхва. В конце концов, хранителем цветка Чхонджи на нашем Первом Континенте является Хван Хонуй.

Судя по всему, единственной чистокровной женщиной в провинции Чхон, способной выносить ребёнка, была Ихва. Если так, то слова Ихвы в сне, который видел Чхон Ён, подтверждаются.

Получается, Чхон Ён — последний чистокровный из клана Хва.

Чхон Ён, пересказывая содержание сна, и сам недоумевал, почему он является последним чистокровным. Однако интуиция Тэ Му Вона, которая до этого времени молчала, подала голос.

Дарахан мертва, и Ихва тоже. Они обе были последними оставшимися чистокровными женщинами из клана Хва. Что касается самого Тэ Му Вона, он был лишь полукровкой, а Чхон Ён родился мужчиной, а не женщиной. Ему не оставалось ничего другого, кроме как стать последним чистокровным представителем клана Хва.

И вдруг в памяти всплыл голос Дарахан.

— Если бы только я не сделала такой выбор... Я была глупа, раз не распознала истинную сущность этого человека. Если бы не это, мы всё ещё были бы вместе.

— Пэк Чхон-онни*, ты в порядке? Это не твоя вина. Это путь, который выбрала я, так что не плачь, онни.

Казалось, будто она разговаривает с деревом, но на самом деле она, возможно, общалась со своим сородичем. В таком случае Дарахан и Ихва тоже могли переговариваться друг с другом через растения. Кроме того, его отец хоть и влюбился в чистокровную из клана Хва по имени Дарахан, но позже, по сути похитил её и силой заставил забеременеть.

Теперь он в полной мере понимал, почему мать пыталась его убить. Её любовь к отцу давно увяла, и можно лишь представить, какие мучения она испытывала.

— Я слышал, вы забираете выживших из клана Квон.

Мысли Тэ Му Вона прервал Чхон Хви Сон. Подул ветер, не такой влажный, как в Городе Чхонхва, но пропитанный насквозь ледяным холодом, и окутал всё тело Тэ Му Вона.

Он сделал решительный шаг вперёд и остановился прямо перед Чхон Хви Соном. Под напряжёнными взглядами всех присутствующих, Тэ Му Вон внезапно наклонился и приблизил лицо к шее Чхон Хви Сона.

Лицо ошеломлённого Чхон Хви Сона в миг застыло, Сатурн смотрел на это с болью и чувством предательства — как он мог так поступить, оставив Чхон Ён-нима? — а Марс лишь наблюдала с выражением лица, говорящим: «Зачем он это делает?»

— Но почему же от тебя так пахнет?

Так же плавно, как и наклонился, он выпрямился и, глядя бесстрастными жёлтыми глазами, снова заговорил:

— Грёбаная берёзовая гниль.

Это был запах Хван Хаджина, который обагрил кровью корабль «Пейра».

Город Чхонхва. Глава 169.

2026-03-16T17:18:55.061Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

Хван Ран узнал о том, что Город Чхонхва сгорел, только по прибытии в Манджон. Он хотел развернуть торговое судно, на котором приплыл, и вернуться обратно в Нок, но Начата, охранявший Манджон, преградил ему путь. Он полуугрозами убедил Хван Рана, что раз уж Тэ Му Вон вызвал его, он должен ехать, даже если весь Город Чхонхва объят пламенем.

Хван Ран, вынужденный прибыть в Город Чхонхва, сочувственно цокнул языком при виде разрушенного порта. Было очевидно, что и без того бедный Город Чхонхва станет ещё более нищим. Гора Чхонхва сгорела более чем наполовину, и от её прежнего зелёного облика не осталось и следа. Гора была резко разделена на обгоревшую и уцелевшую части, словно потеряв половину тела.

И всё же, поскольку гора Чхонхва была частью природы, со временем она должна была постепенно вернуть свой первозданный вид. Проблема заключалась лишь в сгоревших дотла домах и лавках.

Для восстановления потребовалось бы огромное количество древесины, но не было никакой гарантии, что на горе Чхонхва осталось столько деревьев. К тому же сейчас была зима, а не лето. Это самое подходящее время для того, чтобы люди, в одночасье лишившиеся крова, замёрзли или умерли от голода.

Однако, к удивлению многих, Пейра решила обеспечить пострадавших от пожара едой и одеждой. Разумеется, это не было безвозмездной помощью — всё это стало долгом, который предстояло вернуть позже, но те, кто оказался лицом к лицу со смертью, были благодарны и за это.

Удивительно было уже то, что Пейра помогла жителям Города Чхонхва, но произошло событие, от которого глаза лезли на лоб ещё сильнее. Это было зрелище, которое сейчас предстало перед взором Хван Рана.

— Хах... Неужели мне это мерещится? — пробормотал Хван Ран себе под нос, стоя с руками за спиной, глядя на гору Чхонхва, полную зелени. Ещё вчера гора Чхонхва была наполовину голой, а теперь, всего за один день, она покрылась густой зелёной листвой.

Хван Ран убрал руки из-за спины и потёр глаза. Затем он посмотрел в сторону гостиницы «Канал», где остановился. Хотя недавний дождь и смыл сажу с земли, рыбный рынок всё ещё с трудом восстанавливался.

Пожар, начавшийся на горе Чхонхва, довёл Город Чхонхва до такого плачевного состояния, но что же означало всё происходящее сейчас? Казалось, что сгорело всё, кроме самой горы Чхонхва.

Тук-тук.

Услышав стук в дверь, Хван Ран пнул ногой мужчину, который развалился на кровати.

— Кхм-кхм, хватит дрыхнуть, вставай и открой дверь.

Парень, чьё лицо было густо усыпано веснушками, поднялся с постели, ворча и бормоча себе под нос ругательства. Это был тот самый человек, с которым Хван Ран спал в прошлый раз, сильно возбудившись от выпитого лотосового чая. В тот раз, под воздействием эффекта чая, его непривлекательное лицо казалось Хван Рану прекрасным, и он предался с ним утехам, но в этот раз он попытался сделать это уже на трезвую голову.

Он засомневался, что, возможно, дело не в мастерстве этого парня, а в эффективности чая из лотоса. Однако он с треском провалился, и у него даже не возникло эрекции. В душе Хван Рану хотелось немедленно вышвырнуть его, но он не мог этого сделать, опасаясь, что если он уйдёт слишком быстро, по гостинице «Канал» поползут странные слухи.

— …Импотент, — выпятив губы, пробормотал себе под нос парень, поправив одежду, словно специально желая, чтобы Хван Ран это услышал.

— Ч-что?

Хван Ран, всё еще охваченный чарами того чуда, что сотворила гора Чхонхва, залился пунцовой краской от гнева.

— А что такого? Разве то, что Хван Ран-ним — импотент, это что-то из ряда вон выходящее?

Хван Ран как раз раздумывал над тем, не нанять ли тайком наёмников, чтобы вырвали ему язык, дабы он больше не мог распускать его понапрасну.

— Говорят, что даже тот самый великий Тэ Му Вон стал импотентом.

После этих слов глаза Хван Рана расширились так сильно, как не расширялись даже при виде горы Чхонхва. Парень, усыпанный веснушками, усмехнулся, накидывая на себя одежду.

— Говорят, он так много пользовался своим членом, что там всё сгнило? А то, что он повсюду таскает с собой смазливого аптекаря — лишь ширма, чтобы пустить пыль в глаза, хотя кто знает. Может, раз спереди всё испортилось, он нашёл удовольствие в использовании чёрного входа? Только вот не знаю, способен ли этот аптекарь со своим хилым тельцем хоть как-то отработать в постели… Кх-к!

В этот самый момент деревянная дверь распахнулась, почти разлетевшись в щепки, и парень безвольно распластался на полу. В глазах того, кто принял на себя внезапно прилетевший удар кулака, уже виднелись одни белки. Человеком нанёсшим удар, был крупный мужчина с мощным телосложением, одетый в одежду с короткими рукавами.

Мужчина небрежно стряхнул с тыльной стороны ладони вонзившиеся туда древесные щепки, а затем схватил потерявшего сознание парня за воротник и приподнял. Челюсть парня была уже свернута, но он снова ударил кулаком в то же самое место. С глухим звуком «кап-кап» на деревянный пол закапала кровь.

— Нептун! Ты же его так убьёшь!

Несмотря на крик Хван Рана, Нептун не прекратил наносить удары кулаками.

— О-он, он же правда сейчас умрёт! — поспешно закричал стоявший перед разбитой дверью Чхон Ён. Нептун остановил кулак, который уже почти достиг лица мужчины, и резко отпустил воротник. Чхон Ён с мертвенно-бледным лицом смотрел на парня, который лежал без чувств. Гостиница «Канал» — лучшая в Городе Чхонхва, но из-за того, что здание очень старое, звукоизоляция здесь была никудышной.

Из-за этого слова этого парня, который бездумно болтал о Тэ Му Воне, были прекрасно слышны снаружи. Не успел Чхон Ён его остановить, как Нептун разнёс дверь в щепки и избил противника до полусмерти. Нептун коротко поклонился Чхон Ёну, извиняясь за то, что напугал его.

— Я… я позову кого-нибудь.

— Не нужно, Чхон Ён-ним.

Нептун небрежно вытер руки полотенцем, лежавшим в комнате гостиницы. Затем он приказал одному из людей Пейры, охранявших Чхон Ёна, убрать валявшегося без сознания парня. Когда подчинённый Нептуна взвалил бесчувственного парня на спину и вышел наружу, в комнате остались только Нептун, один его подчинённый, Чхон Ён и Хван Ран. На деревянном полу гостиницы виднелись капли крови.

— Ах, даже если он и оскорбил Му Вон-нима, разве можно сразу пускать в ход кулаки? Я и сам собирался проучить этого негодяя!

Хван Ран изо всех сил пытался показать, что не имеет никакого отношения к тем гадостям, что наговорил этот человек про Тэ Му Вона.

— Он оскорбил не только Му Вон-нима. Он посмел оскорбить даже Чхон Ён-нима, нашего третьего по старшинству в Пейре. Его нужно было не просто проучить, а прикончить на месте.

Упоминание «третьего по старшинству» вновь заставило Чхон Ёна почувствовать головокружение. Хван Ран был потрясён не меньше. В тот день, когда они зашли в порт Города Чхонхва, Хван Рану удалось недолго поговорить с Чхон Ёном. Тогда Чхон Ён сказал, что торговля лекарственными травами и цветочным чаем, скорее всего, будет невозможна. Причиной было то, что аптека полностью сгорела, и продавать стало нечего.

Если не брать в расчёт другие товары, то больше всего Хван Ран хотел приобрести лотосовый чай. Когда Чхон Ён попытался отказать в сделке, он попросил его хотя бы подготовить небольшую партию лотосового чая, чтобы дать её на пробу торговым представителям с Первого Континента.

Чхон Ён согласился, предложив, что сможет всё подготовить, если ему дадут несколько дней, и именно тот лотосовый чай он принёс сегодня. Чтобы разрядить обстановку, Чхон Ён, стоя рядом с всё ещё пышущим гневом Нептуном, показал деревянную шкатулку, которую держал в руках.

— Я подготовил лотосовый чай, как вы и просили, но его хватит всего на пятнадцать порций.

Однако слова Чхон Ёна почти не доходили до слуха Хван Рана. Мысль о том, что Чхон Ён — третий по старшинству, потрясла его разум куда сильнее, чем сам лотосовый чай, о котором он так мечтал.

Хоть боссом Пейры и является Тэ Чхон О, фактически первым лицом был Тэ Му Вон. Пусть даже можно поменять их местами и считать как угодно, но тот факт, что аптекарь, обойдя все Планеты, занял место третьего по старшинству, был просто немыслим...

Похоже, это были не пустые слова и не шутки — исходившая от Нептуна, стоявшего на страже рядом с Чхон Ёном, аура была настолько колоссальной, что не оставляла места для сомнений. В такой холод он стоял в безрукавке, и действительно напоминал взбесившегося цепного пса. Другой член Пейры, стоявший позади, лишь скрывал свои острые клыки, но казалось, что стоит хоть кому-то причинить малейший вред Чхон Ёну, как он с лаем набросится на обидчика, словно безумный зверь.

Хван Ран знал, что Тэ Му Вон покровительствует Чхон Ёну, но даже представить себе не мог, что его положение в Пейре настолько велико. Он окончательно оставил любые мысли о том, чтобы хоть как-то обмануть или провести Чхон Ёна.

— Пятнадцать порций — это замечательно! Тем более что я имею дело только с крупными торговцами, не так ли? Такого количества вполне хватит, чтобы предложить его им для пробы!

Хван Ран почтительно протянул руки к деревянной шкатулке.

— Как я и говорил, чай из цветка лотоса невозможно приготовить в большом количестве за один раз. Ведь его целебные свойства усиливаются только в дни, когда на небе полная луна.

Хван Ран покачал головой, словно Чхон Ён был неразумен, так легко раскрывая секреты приготовления чая.

— Чхон Ён-ним, вам не следует так опрометчиво говорить подобные вещи в других местах. На этой земле немало тех, кто остался ни с чем, стоило им лишь разболтать секреты своего мастерства.

Чхон Ён слабо улыбнулся Хван Рану, который искренне беспокоился о нём. Даже если кто-то другой попытается сделать чай из лотоса, распустившегося в полнолуние, без принадлежности к клану Хва добиться такой же эффективности было невозможно. Поэтому, по сути, никакого особого секрета мастерства и не было.

— Поскольку это пробная партия товара перед продажей, я не возьму с вас денег.

Лицо Хван Рана, которое ещё мгновение назад казалось осунувшимся от череды потрясений, вновь засияло. Уже предвкушая, как он присвоит себе пять из пятнадцати порций, он почувствовал, как по телу разливается прилив возбуждения.

— Взамен, пожалуйста, обязательно передайте другим, что заваривать нужно не более одного цветка в день.

— Я непременно передам это. А можно узнать, какой примерно объём чая можно будет производить в месяц?

— Думаю, в месяц получится сделать около пятидесяти цветков...

— Безусловно, раз продукт обладает такими свойствами, его никак не получится производить массово! Наоборот, из-за редкости он будет продаваться ещё дороже.

Чхон Ён бросил быстрый взгляд на Нептуна, стоявшего рядом с ним. Человеком, который взялся устроить эту сделку, был Тэ Му Вон. Однако сумма, которую он должен был получить, составляла всего 0,4 от прибыли. Даже при том, что у него самого была совесть, 0,4 казались слишком уж ничтожной долей.

Ведь это он помог безопасно найти торговца, так что, возможно, стоило бы отдать ему половину прибыли... От мыслей о Тэ Му Воне, вновь внезапно нахлынувших на него, Чхон Ён почувствовал, как всё тело охватил жар, будто он стоял прямо под палящим солнцем.

Не достиг ли Тэ Му Вон уже Первого Континента? Или, быть может, он уже везёт выживших из клана Квон?

Первый Континент находился слишком далеко, чтобы даже Пегас, невзирая на всю его скорость, мог преодолеть это расстояние с почтовым посланием. Тем не менее, связь с «Пейрой» поддерживалась: специально обученные почтовые ястребы передавали эстафету, перехватывая послания на каждой точке пути. Последнее письмо от Тэ Му Вона пришло сегодня утром.

Чхон Ён развернул послание, прилетевшее от Тэ Му Вона, и протянул его Хван Рану. Хван Ран тут же перевёл взгляд на бумагу, переданную ему даже раньше, чем шкатулка с товаром.

[Хван Ран, встань на колени и открой с почтением.]

Хван Ран нахмурился, глядя на строки, написанные в начале письма.

— Э-э… это случайно… не от Тэ Му Вон-нима?

— Да.

Хван Ран, который ещё мгновение назад демонстрировал своё пренебрежение, тут же переменился в лице, словно ничего и не было. Он без промедления опустился на колени и принял бумагу, будто получил высочайший указ. Чхон Ён хотел было сказать, что в этом нет нужды, но, судя по всему, если бы он это сделал, Нептун не остался бы в стороне.

Хван Ран сглотнул и развернул послание, присланное Тэ Му Воном. Он слышал, что тот направляется на Первый Континент, и был предельно напряжён, гадая, насколько же важное сообщение потребовалось отправлять через море.

Хван Ран осторожно развернул измятую бумагу.

[Если просочится информация о том, кто именно изготавливает этот лотосовый чай, виновником будешь ты. Без всяких объяснений — именно ты.]

Ему почему-то казалось, что он слышит ругательства в аккуратном и ровном почерке.

Город Чхонхва. Глава 168.

2026-03-13T13:06:08.376Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

— Да! Хённим на два года старше меня, так что всё верно.

[…Блядь.]

Внезапно Чхон Ён заговорил на языке клана Квон, и Нептун, резко остановившись, застыл с потрясённым лицом. Чхон Ён, внимательно изучая выражение лица Нептуна, с подозрением спросил:

— Тогда что это значит?

— Эм… это… неужели кто-то сказал вам такое?

Нептун, самый проницательный среди всех планет, поспешил разобраться в ситуации. Всё потому, что это слово никак не могло сорваться с уст Чхон Ёна.

— Просто услышал где-то краем уха.

Когда Чхон Ён ответил так, словно это не имело особого значения, Нептун быстро начал соображать. В Пейре по большей части не использовали язык клана Квон. Это было связано с тем, что некогда выживших обитателей затонувшего Одиннадцатого Континента преследовали, называя проклятыми. В те времена взрослые учили детей, которые были ещё совсем малы, общему языку Первого Континента, поэтому большинство людей Пейры были куда лучше знакомы именно с общим языком.

Если Чхон Ён услышал такое слово, то вероятнее всего, это было от Тэ Му Вона.

— Что же это было... хм, хм... Я и сам так давно не пользовался языком клана Квон, что уже не могу припомнить.

Нептун почесал затылок, притворяясь простодушным. Почувствовав, что он что-то знает, но уклоняется от ответа, Чхон Ён решил выложить свой главный козырь.

— Если подумать… Кажется, это говорил Му Вон-ним.

— Ага! Тогда лучше всего спросить у Му Вона-хённима. Ха-ха-ха.

Нептун смахнул рукой холодный пот, выступивший на лбу, хотя жарко вовсе не было. Увидев реакцию Нептуна, Чхон Ён окончательно убедился: это было вовсе не что-то романтичное, а самое настоящее ругательство.

[Блядь.] — Чхон Ён снова пробормотал себе под нос, внимательно наблюдая за Нептуном, но тот лишь широко ухмыльнулся, совсем не походя на человека, которого только что обругали. От этого всё стало только ещё более непонятно.

***

Нептун запретил всем в Пейре обсуждать слово [блядь]. Он отдал приказ: если Чхон Ён будет спрашивать о его значении, все должны отвечать, что ничего не знают. Хотя он и не знал, почему Тэ Му Вон использовал ругательство на языке клана Квон, но лишние недопонимания с Чхон Ёном ни к чему хорошему бы не привели.

Как говорится, с глаз долой — из сердца вон, поэтому Нептун не мог допустить, чтобы в отсутствие Му Вона-хённима в сердце Чхон Ёна зародились дурные мысли. Нептун, засунув веер за пояс, семенил вслед за Чхон Ёном, при этом объявляя каждому встречному, что Чхон Ён стал третьим по значимости человеком в Пейре.

Город Чхонхва был несравнимо уютнее, чем Пятый Континент, но из-за влажности зимой приходили морозы, пробирающие до самых костей. Однако представители клана Квон в большинстве своём обладали повышенной теплоотдачей, поэтому многие из них, подобно Нептуну, даже в лютую зиму носили одежду без рукавов. Находясь в отапливаемом помещении, они даже жаловались на жару.

Нептун на всякий случай носил с собой веер, опасаясь, что Чхон Ёну тоже может стать жарко, однако повода воспользоваться им так ни разу и не представилось.

Ранее Нептун уже однажды следил за Чхон Ёном по приказу Тэ Му Вона. Однако так близко и долго находиться рядом ему довелось впервые. Присмотревшись, он понял: как и подобает представителю клана Хва, Чхон Ён не отличается крепким телосложением.

Утром и вечером он надевал тяжёлое пальто, которое приносили по указанию Тэ Му Вона, и не мог в одиночку убрать обгоревшие деревянные колонны аптеки. Это было лишь по меркам клана Квон — на самом деле Чхон Ён мало чем отличался от обычного взрослого мужчины.

Чхон Ён с помощью Нептуна пытался отыскать товары из аптеки, которые могли уцелеть где-то среди пепла, но всё было тщетно. Заодно он узнал, где находится тело его отца. Нептун сообщил, что его бережно разместили в комнате на девятнадцатом этаже, чтобы Чхон Ён мог навестить его в любое время. Услышав лишь это, Чхон Ён не стал больше расспрашивать.

Сегодня, собираясь стабилизировать цветок Чхонджи на горе Чхонхва, Чхон Ён планировал похоронить там и своего отца. В том же месте, где покоилась его мать.

— Как думаете, они уже добрались до Манджона?

Ему сказали, что если корабль «Пейра» будет идти на максимальной скорости без остановок, то за три дня можно добраться до промежуточного пункта назначения — Манджона. На вопрос Чхон Ёна Нептун ответил довольной улыбкой.

— Не волнуйтесь. «Пейра», с Му Воном-хённимом на борту, непобедима.

Нептун нёс на спине отца Чхон Ёна, который был плотно обёрнут в чистую хлопковую ткань. Поскольку путь лежал к месту, где нужно было стабилизировать цветок Чхонджи, никто, кроме Нептуна, не смог отправиться в дорогу вместе с ними. Тэ Чхон О поначалу выказывал желание пойти, но, увидев, что Чхон Ён берёт с собой отца, отступил назад.

Чхон Ён не стал останавливать Нептуна, который вызвался помочь ему. Двоим всё же лучше, чем одному. На самом деле, он хотел бы, чтобы рядом с ним был Тэ Му Вон, но тот находился слишком далеко.

Благодаря тому, что весь вчерашний день шёл дождь, гора Чхонхва насквозь пропиталась влагой, и от огня не осталось ни единой искры. Каждый раз, когда он ступал на превратившиеся в пепел растения, казалось, будто раздавленные листья изливают свои обиды. Чхон Ён понимал, что это лишь слуховые галлюцинации, порождённые чувством вины.

Мёртвые растения должны были стать почвой, которая, после подсечно-огневого земледелия, вновь сделает гору Чхонхва плодородной. А деревья, чудом уцелевшие в огне, приветствовали Чхон Ёна, который, резонируя с цветком Чхонджи, поднимался по горе. Чхон Ён пробудил цветок Чхонджи, что притаился в самой низкой точке горы Чхонхва и ждал его.

Нептун наблюдал за синими светлячками, окутавшими тело Чхон Ёна. Сияние исходило от самого Чхон Ёна, просачиваясь и распространяясь по всей горе Чхонхва. Везде, где проходил Чхон Ён, оставалась зелёная жизненная сила, и начинали пробиваться новые ростки. Нептун снова и снова оглядывался назад, становясь свидетелем того, как зелёные побеги прорезали обгоревшую до черноты лесную чащу.

Это было то самое чудо, которое творил клан Хва.

***

Тэ Му Вон стоял на носу «Пейры», которая неслась на предельной скорости, и подставлял лицо морскому ветру. Ощущение того, как воздух, пропитанный солью, липнет к коже, было до боли знакомым.

— И внутри главной орудийной башни тоже тщательно протри!

— Мы благополучно прошли 500-метровый участок рифов! Продолжаем движение, не снижая скорости!

— В машинном отделении всё в порядке!

Повсюду раздавались крики людей Пейры. Парни, которые раньше жили на материке, теперь окончательно превратились в морских волков. Даже если Одиннадцатый Континент снова поднимется из воды, вряд ли те, кто провёл в море гораздо больше времени, смогут осесть и жить там как прежде. Тэ Му Вон тоже рассматривал Город Чхонхва лишь как базу для поиска клана Хва, и у него не было ни малейшего желания там обосновываться.

Внезапно он развернулся и встал лицом к Городу Чхонхва. От маленького острова не осталось даже точки на горизонте.

— Бля.

Услышав тихое ругательство Му Вона поспешно подошёл Юпитер, который неподалёку орудовал резцом.

— Хённим, вам что-нибудь нужно?

Юпитер был занят тем, что вырезал из деревянного бруска лицо Чхон Ёна. Понимая, что допустил ошибку, из-за которой упустил Чхон Оэсона, Юпитер был непривычно подавлен. Чхон Оэсон воспользовавшись суматохой в Городе Чхонхва из-за пожара, сбежал на торговом судне с Первого Континента.

Тэ Му Вон перевёл на Юпитера взгляд, не выражавший особого интереса. Тогда Юпитер, стараясь улыбнуться как можно шире, начал хвастаться:

— Хённим! Подождите ещё немного, я изо всех сил вырезаю!

— И зачем ты вырезаешь этого кальмара?

— …Э-э, вообще-то это не кальмар…

Пока Юпитер с поникшим видом рассматривал вырезанное лицо Чхон Ёна, в которое вложил всю душу, Тэ Му Вон направился к куполу.

Ветер, окутывающий его тело, стих, и подул в сторону Города Чхонхва. Целью этого плавания был не Нок, портовый город в море Первого Континента, а небольшой порт в Чхоне. К счастью, глубина была достаточной, так что у корабля «Пейра» не возникло проблем с заходом.

Остальные Планеты, за исключением Юпитера, уже отправились в провинцию Чхон на самых быстрых катерах. Они прибудут на несколько дней раньше «Пейры», так что «Пейра» должна была просто перевезти членов клана Квон. Конечно, попутно он собирался встретиться с главой семьи Чхон и немного припугнуть его.

Тэ Му Вон глубоко затянулся сигаретой и уселся в кресло-качалку, упёршись обеими ногами в пол. Надгробную плиту матери словно окутывали, укрывая её, ярко-зелёные листья.

— Глупые людишки, — Тэ Му Вон язвительно усмехнулся. Будь то родители Чхон Ёна, сбежавшие, чтобы скрыться от глаз клана, или его собственный отец, который умер, так и не дождавшись любви матери, — все они были слабы и глупы.

Отец Чхон Ёна должен был не сбегать, а перебить людей из семьи правителя Чхона, а его собственный отец — расправиться с членами клана Квон, которые жаждали силы клана Хва. Но они не могли ни того, ни другого, позволяя всем вокруг вертеть ими как угодно, вот поэтому все они и закончили так плачевно.

Если какое-то существо сопротивляется — достаточно просто подавить его своей силой. А если оно всё равно продолжает бунтовать, разве не достаточно усмирить его ещё большей силой?

Тэ Му Вон вовсе не собирался повторять ошибки предыдущего поколения.

«Пейра», которую называли «сушей, плывущей по морю», содрогнулся от сильных волн. Огромный корабль, сокрушая накатывающие валы, беспрепятственно устремился к своей цели.

— «Пейра»! Входим в акваторию Манджона! — снаружи раздался крик лоцмана. Однако Тэ Му Вон не отдал приказ о стоянке, и «Пейра» без единой минуты отдыха продолжила путь к провинции Чхон.

— А, мне пиздец, — Му Вон рассмеялся, откинувшись на спинку кресла-качалки, выпуская струю сигаретного дыма. — Кажется, я уже скучаю.

Город Чхонхва. Глава 167.

2026-03-09T19:17:56.477Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

— Ты же только недавно вернулся.

— Морскому волку странно подолгу оставаться на суше.

Изначально Тэ Му Вон планировал изолировать провинцию Хван изнутри, чтобы постепенно истощить её ресурсы. Клан Квон считался воинственным, поэтому все полагали, что они привыкли решать вопросы молниеносно, однако на деле они были сильны и в затяжных войнах.

Будь то провинция Хван, провинция Чхон или же их совместная работа, Город Чхонхва был сожжён. Для ублюдков с Первого Континента это было равносильно применению крайних мер. А значит, ситуация на Первом Континенте достигла критической отметки.

Если бы не Чхон Ён, то из-за недавнего цунами Нок, возможно, уже давно превратился бы в город, стёртый с лица земли. Поэтому было очевидно: нужно немедленно забрать выживших из клана Квон, которые всё ещё остаются на Первом Континенте.

Чхон Ён с тревогой посмотрел на Тэ Му Вона. В ответ Тэ Му Вон лишь кивнул в сторону Тэ Чхон О.

— А ты не занимайся ерундой и держись поближе к этому дяденьке.

Лицо Чхон Ёна, на котором до этого читалась тревога, вмиг сменилось выражением недовольства.

— Блядь, — из уст Тэ Чхон О вырвалась грубая брань.

Чхон Ён мысленно согласился с ним, посчитав, что это обращение вполне заслуживает такой реакции.

— Вау, а это «дяденька» возбуждает. Надо будет попросить моего детку, чтобы он тоже так меня назвал.

Чхон Ён на мгновение усомнился, не ослышался ли он. Ведь до этого момента он считал, что из всех в Пейре именно Тэ Чхон О был самым здравомыслящим человеком.

— Нептун-а!

От громкого голоса Тэ Му Вона Чхон Ён вздрогнул. Увидев Нептуна, который вошёл так, словно его здесь только и ждали, Чхон Ён заметно растерялся. На шее Нептуна красовалась татуировка в виде астры, а сам он, как и всегда, был в безрукавке, полностью открывающей его мощные предплечья.

— Проследи, чтобы аптекарь не натворил глупостей, дави на него со всех сторон.

— Слушаюсь, я буду служить ему всем сердцем и душой!

Увидев, что Нептун всё понял с полуслова, Тэ Му Вон усмехнулся и направился к выходу из кабинета босса. Однако Чхон Ён не был уверен, что сможет остаться в одиночестве в Морском здании, когда Тэ Му Вона не будет рядом.

— А, и ещё кое-что, — Тэ Му Вон достал сигарету и, обернувшись, продолжил: — С сегодняшнего дня этот аптекарь — третий человек в Пейре.

Как только он, посмеиваясь, распахнул дверь, Чхон Ён почувствовал на себе пристальный взгляд Нептуна.

— А… когда ты вернёшься?! — выкрикнул Чхон Ён в спину Тэ Му Вону.

— К тому времени, как остынет гора Чхонхва?

Это был абсурдный ответ, ведь только путь до Первого Континента занимал десять дней. Чхон Ён хотел было возразить, подумав, что гора Чхонхва остынет от силы через день или два, но Тэ Му Вон уже ушёл. Чхон Ён проводил взглядом закрывающуюся дверь, а затем перевёл глаза на горшок с райской птицей.

Тэ Чхон О, чей взгляд переместился вслед за взглядом Чхон Ёна, издал радостное: «О!».

— Ого, как и ожидалось от нашего третьего человека! С каким-то там ублюдком вроде Чхон Оэсона и сравнивать нечего!

Тэ Чхон О, продолжая восхищаться, бережно, как ребёнка, обнял горшок с райской птицей и направился к окну.

— Это... сделал не я, — пробормотал Чхон Ён, глядя на райскую птицу, которая расцвела куда пышнее, чем до того, как завяла.

«Если это не я...»

Тем, кто заставил райскую птицу расцвести, определённо был Тэ Му Вон.

***

На месте, где была аптека, как и сказала Марс, всё выгорело дотла, оставив лишь пепелище. Владелец постоялого двора напротив также стоял, потеряв всякий рассудок, перед грудой пепла, в которую превратилось его заведение. Казалось, слёзы уже высохли, и на лице хозяина остались лишь грязные разводы.

Чхон Ён смотрел на место, где лежали обуглившиеся остатки древесины. Даже вывеска «Аптека Чхон Ёна», которую он вырезал собственноручно, потому что не было денег на мастера, исчезла без следа. Он думал, что при виде сгоревшей аптеки у него хотя бы навернутся слёзы, но в голове не было никаких мыслей, лишь пустота.

Может быть, потому, что утрата родного дома, где он прожил больше десяти лет, поглощённого пламенем, была слишком велика? Или же причина в том, что его жизнь была настолько бедна, что не имело значения, сгорит всё или нет? А может быть, это место, которое он считал уютным домом, на самом деле было всего лишь пристанищем для его тела.

Чхон Ён медленно перевёл взгляд на место рядом с собой. В воображении невольно возник Тэ Му Вон, жующий конфету, но на самом деле там стоял Нептун, от которого, несмотря на зиму, исходил запах пота. Он слишком привык к тому, что рядом с ним всегда был Тэ Му Вон.

— Что именно... изменится?

— Изменится.

— Ну и что именно?

— Я… бля.

Чхон Ён, вспоминая вчерашние события, невольно вспомнил и губы Тэ Му Вона, накрывшие его собственные. Из-за этого он закусил свои сухие губы.

Но если они станут возлюбленными, то что именно и как в нём изменится?

Означает ли это, что он не собирается кормить уже пойманную рыбу, или же он станет бесконечно нежным?.. Нет, это казалось совершенно невероятным. Чхон Ён даже представить себе не мог нежного Тэ Му Вона.

— …Он всегда был таким, с самого детства?

— А? — переспросил Нептун, жующий жвачку, вытянувшись в струнку. Хотя Тэ Му Вон в одностороннем порядке объявил Чхон Ёна третьим по старшинству, Нептун без лишних слов подчинился этому.

Ведь именно Чхон Ён был чистокровным представителем клана Хва, обладавшим такой колоссальной силой, что мог победить семью Хван. То, что такой Чхон Ён стал третьим в иерархии Пейры, вызывало у него чувство, выходящее далеко за рамки простой уверенности — ему хотелось кричать об этом на каждом углу и хвастаться по всему континенту.

— Му Вон-ним, — снова произнёс Чхон Ён, глядя на остатки аптеки, от которой остался лишь фундамент.

— Вы спрашиваете, был ли Тэ Му Вон-хённим таким с самого детства?

После встречного вопроса Нептуна Чхон Ён почувствовал, как к лицу прилила краска. Ему показалось, что он сплетничает о Тэ Му Воне за его спиной, причём прямо перед его подчинённым.

— …Да, — тем не менее, Чхон Ён набрался наглости и ответил. Единственное, что он знал о Тэ Му Воне — это обрывочные воспоминания из детства, когда они мельком виделись, и то, каким он был в настоящем.

— Я впервые увидел Му Вона-хённима, когда мне было четырнадцать, и тогда он уже одолел Баяра и занимал место второго человека.

Чхон Ён уже слышал историю о Баяре, бывшем боссе Пейры, из уст самого Тэ Му Вона. Тот рассказывал, что, одолев Баяра, он мог бы сам стать боссом, но уступил это место Тэ Чхон О.

— Не знаю, как насчёт остального, но такие люди, как Му Вон-хённим, — самые настоящие, до мозга костей. Посмотрите сами: он ведь теперь даже завязал со всеми ночными гулянками и смотрит только на вас, Чхон Ён-ним, не так ли?

Клан Квон с Одиннадцатого Континента, похоже, в массе своей не знал границ в вопросах любви. Разумеется, в Городе Чхонхва к однополым отношениям тоже не было предвзятости, однако большинство слухов о Тэ Му Воне были связаны именно с женщинами.

— Ночные гулянки…

— Ходят слухи, что он стал импотентом, но вы ведь и сами знаете? На самом деле это не так. Чхон Ён-ним для него настолько важнее всего остального, что ему плевать, даже если такие слухи будут множиться. Я знаю Му Вона-хённима уже девятый год, но он никогда и никого не брал с собой на борт «Пейры». Чхон Ён-ним — единственный.

Строго говоря, это не Тэ Му Вон пригласил его на борт, а Чхон Ён пробрался туда тайком. Однако, зная характер Тэ Му Вона, он вполне мог бы выбросить незваного гостя прямо посреди океана. В тот момент, когда Чхон Ён собирался что-то добавить, его прервали.

— Кви-и, кви! — Пегас громко закричал, кружа в наполненном пеплом воздухе, и оповещая о своём прибытии. Нептун снял безрукавку, обмотал её вокруг руки и резко вскинул её вверх. Но Пегас вместо того, чтобы сесть на крепкую руку, попытался приземлиться прямо на голову Нептуна.

— Этот засранец вечно норовит забраться кому-нибудь на голову.

Нептун перехватил Пегаса, опустившегося к его голове. Вскоре он развязал послание, прикреплённое к лапке птицы. Стоило ему подбросить Пегаса в воздух, как тот расправил свои крылья, словно зеркальное отражение друг друга. Пегас не стал опускаться к Чхон Ёну, а лишь сделал несколько кругов у него над головой, после чего направился в сторону Морского здания.

Развернув послание, Нептун проверил текст, после чего сжёг бумагу зажигалкой Зиппо. Листок, вылетевший из рук Нептуна, упал на пепелище, оставшееся от аптеки.

— Чхон Ён-ним, сообщают, что Хван Ран уже прибыл в порт.

Когда упомянули человека, о котором он уже успел позабыть, Чхон Ён почувствовал себя неловко. Хван Ран, должно быть, прибыл, чтобы договориться о поставках цветочного чая и лечебных трав, но теперь не осталось ни крупицы товара для сделки. Не ведая о его тревогах, Нептун вежливо осведомился:

— Пойдёмте?

Чхон Ён на мгновение поднял взгляд на гору Чхонхва. При виде того, как она превратилась в голый пустырь, чувство вины слой за слоем оседало в его душе.

— Можно мне сначала заглянуть на гору Чхонхва, прежде чем мы отправимся?

— Му Вон-хённим велел подождать ровно три дня, а затем сопроводить вас на гору Чхонхва.

Причина заключалась в том, что там всё ещё могли оставаться тлеющие угли. Несмотря на то, что в отсутствие Тэ Му Вона он мог проявить упрямство, Чхон Ён выбрал безопасный путь, как делал всегда. Даже если он поднимется на гору Чхонхва, чтобы возродить растения, случайный тлеющий уголёк может привести к новому пожару.

— Пойдёмте сначала к Хван Рану.

Внезапно, пока он говорил, в голову пришла другая мысль. Ему сказали, что Тэ Му Вону было около шестнадцати лет, когда он одолел Баяра.

— Вы ведь говорили, что были вместе с Му Вон-нимом на протяжении девяти лет.

Нептун, шагавший рядом с Чхон Ёном, энергично закивал головой.

— А! В этом году мне исполнилось двадцать четыре, так что прошло уже десять лет! — громко возвестил Нептун с чувством глубокой ностальгии. Как он и сказал, день церемонии совершеннолетия уже миновал, а значит, Чхон Ён стал на год старше — ему исполнилось двадцать восемь.

Тэ Му Вону было шестнадцать, когда он одолел Баяра… Подсчитывая годы, Чхон Ён приоткрыл губы, обращаясь к Нептуну, стоявшему рядом:

— Значит, Му Вон-ниму в этом году исполнилось двадцать шесть?

Город Чхонхва. Глава 166.

2026-03-05T21:53:52.782Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

Чхон Ён отпустил свой член, и обвил руками горячие плечи Тэ Му Вона. Мускулистое, крепкое тело плотно прижалось к его ладоням, рука Тэ Му Вона, полностью захватившая член, интенсивно задвигалась. Рот Чхон Ёна был уже заласкан языком, и его возбуждение достигло предела.

— Ха-а-ах...

Чхон Ён больше не мог сдерживаться — хватка была настолько сильной, что он кончил. В тот же миг сперма беспорядочно выплеснулась на торс Тэ Му Вона. Тот, подобно крупному, но ловкому зверю, наклонился и разом заглотил изливавшийся член.

— Хнн!.. Н-не соси!..

Поскольку из-за эякуляции член стал предельно чувствительным, от такой мощной стимуляции Чхон Ён забился ещё неистовее, чем прежде. Тэ Му Вон придавил его живот ладонью и принялся высасывать сперму, словно выжимая его до последней капли. Странно, но хоть это была сперма, а не цветочный нектар, во рту всё стало сладким.

Бах! В этот момент дверь комнаты, где они были вдвоём, резко распахнулась. Чхон Ён, который достиг пика оргазма, вздрогнул всем телом, словно в конвульсиях, а Тэ Му Вон, сосавший его член, обернулся, прикрывая своим телом Чхон Ёна.

Тэ Чхон О, всё ещё сжимая дверную ручку, застыл на несколько секунд, а затем с глупым видом пробормотал:

— …Охренеть, этот ублюдок Тэ Му Вон сосёт член.

— Э-этого не может быть... — заикаясь, проговорил Тэ Чхон О и, мотнув головой, добавил: — Му Вон-а, Чхон Оэсон сбежал.

Чхон Ён, скрытый за широкой спиной Тэ Му Вона, забыл о стыде и широко распахнул глаза. Когда он попытался взглянуть на Тэ Чхон О, Тэ Му Вон набросил на него разорванную рубашку, которая до этого небрежно валялась на столе. Как только Чхон Ён прикрылся ею и попытался приподняться, Тэ Му Вон ладонью придавил его грудь обратно.

— К нему приставлен Юпитер, так что проваливай.

— Когда ты успел?

В отличие от Тэ Чхон О или Чхон Ёна, Му Вон совсем не выглядел удивлённым и ответил как ни в чём не бывало:

— Ты всё ещё здесь?

— А? Э-э-э...

Тэ Чхон О с опозданием осознал смысл слов Тэ Му Вона и, в противовес тому, как шумно он ввалился, осторожно прикрыл за собой дверь. Стоило Тэ Му Вону снова наклониться к Чхон Ёну, как тот упёрся ладонями в его грудь и оттолкнул. Лицо Чхон Ёна к этому моменту уже пылало ярко-красным цветом.

— Думаешь, если сам кончил, то на этом всё?

Как и было сказано, половой орган Тэ Му Вона всё ещё выглядел по-прежнему внушительно и угрожающе. Вдобавок по его торсу тут и там стекала извергнутая сперма, поэтому Чхон Ён поспешно скомкал в руках рубашку, которой до этого прикрывал низ своего тела. И затем, с ещё сильнее покрасневшим лицом, он принялся как попало вытирать ему живот.

— А, так ты решил просто вытереться и сделать вид, что ничего не было?

— Ч-Чхон Оэсон сбежал, так? Нам нужно его найти.

Тэ Му Вон схватил Чхон Ёна за грудки и резко повалил назад. Он был отброшен назад с такой скоростью, что послышался глухой стук, но затылок Чхон Ёна остался висеть в воздухе. Тэ Му Вон остановил руку, сжимающую ворот, в самый последний миг, прежде чем голова коснулась стола. Он крепко сжимал рубашку Чхон Ёна, удерживая его корпус в фиксированном положении.

Шлёп-шлёп — звуки резких ударов по плоти доносились от нижней части тела Му Вона. Он одной рукой удерживал Чхон Ёна, а другой грубо и неистово мастурбировал. Звуки были настолько яростными, что Чхон Ён невольно запереживал: будь это его собственный член, он бы просто был уничтожен такой хваткой.

Он продолжал мастурбировать, впиваясь жёлтыми глазами в лицо Чхон Ёна, словно досконально прочёсывал его взглядом. Чхон Ён хотел было возразить, потребовать, чтобы тот отодвинулся, и спросить, неужели ему совсем не стыдно за то, что их застукал Тэ Чхон О, но во рту лишь всё сильнее пересыхало. Мастурбировал он, но Чхон Ёну казалось, будто это его собственные уши подвергаются жестокому насилию.

— Потрогай мой член, — прошептал Тэ Му Вон на ухо Чхон Ёну, которого до этого держал за грудки, медленно отпуская его.

От этого низкого голоса Чхон Ён, словно заворожённый, опустил руку и уже собирался приласкать его член, как вдруг — Бах! — снова послышался звук грубо распахнувшейся двери, и на шее Тэ Му Вона резко вздулись вены.

— Да блядь!

Сердце Чхон Ёна бешено заколотилось, когда он увидел, как свирепо обернулся Тэ Му Вон. К нему резко вернулся рассудок, и он осознал, что только что собирался сделать. Ему велели потрогать член — и он действительно собирался его поласкать. Чхон Ён резко сжал кончики пальцев, которые едва успели коснуться головки, насквозь промокшей от предэякулята.

— Х-хённим, — позвал Му Вона побледневший Юпитер, которого, как было сказано, приставили к Чхон Оэсону. — Чхон Оэсон... смылся.

— Простите! — Юпитер выкрикнул извинения с таким видом, будто был готов в ту же секунду расшибить себе лоб о стену.

Тэ Му Вон закатил жёлтые глаза к потолку, а затем медленно опустил взгляд.

— Этот ублюдок, который зовётся твоим дядей, пиздец как мешает. Правда?

Чхон Ён не ответил согласием. Он лишь прикрывал нижнюю часть своего тела задравшейся и скомканной рубашкой.

***

Чхон Ён, Тэ Му Вон и Тэ Чхон О снова собрались в кабинете босса. Тэ Му Вон убрал в штаны так и не получивший разрядки член, но до того, как он окончательно уляжется, понадобится целая вечность.

Тэ Чхон О, уловив недовольство Тэ Му Вона, пододвинул к нему пепельницу, однако тот не стал доставать и закуривать сигарету. Во рту у него лишь с треском рассыпался леденец.

Чхон Ён уже успел надеть бельё, брюки и даже подобрал и обулся в слетевшие туфли. Чувствуя вину, он открыл окно, чтобы проветрить помещение, но, решив, что этого недостаточно, задумался, не вырастить ли ему снова райскую птицу, которую так ценил Тэ Чхон О. Однако стоило Чхон Ёну бросить взгляд на цветочный горшок, как он стал свидетелем невероятного зрелища.

В цветочном горшке, который до этого был пуст и невзрачен, из семени вновь проросла и расцвела великолепная райская птица с сочными зелёными листьями. Чхон Ён украдкой взглянул на Тэ Му Вона, сидевшего рядом с ним.

— Неудивительно, что этот щенок Юпитер упустил его, — Тэ Чхон О заступился за отсутствующего здесь Юпитера.

Судя по всему, Чхон Оэсон, потерявший сознание от удара Тэ Му Вона бутылкой виски, пришёл в себя, поглотив жизненную силу деревьев в Морском здании. Чхон Оэсон, вероятно, решил, что слежка ослабла, пока он был в отключке, однако всё это время Юпитер, действуя по приказу Тэ Му Вона, следовал за ним по пятам.

Однако даже Юпитер не ожидал, что Чхон Оэсон внезапно и без раздумий покинет Город Чхонхва. То ли Чхон Оэсон заподозрил, что за ним кто-то следит, то ли просто проявил крайнюю осторожность, но он преградил путь, заставив лозы разрастись по своим следам. Поскольку в Городе Чхонхва и без того царила неразбериха из-за пожара, на эти странные явления никто не обратил внимания.

В итоге Юпитер попытался зайти с другой стороны, чтобы вновь сесть ему на хвост, но и там всё было переплетено лозами, так что ему не оставалось ничего другого, кроме как упустить его.

— Му Вон, ты подозреваешь, что это ублюдки из провинции Чхон могли поджечь гору Чхонхва?

— Это вполне возможно, — Тэ Му Вон продолжал говорить, не сводя глаз с Чхон Ёна. Поскольку Чхон Ён и сам то и дело переводил взгляд с Тэ Му Вона на цветочный горшок, их глаза в какой-то момент встретились.

— Ублюдкам из провинции Чхон точно так же нужен цветок Чхонджи.

Первый Континент постепенно угасал. Поскольку всем был необходим неповреждённый цветок Чхонджи, было вполне естественно, что и Чхон, и Хван зарились на то, что принадлежало Городу Чхонхва. Чхон Ён погладил семя цветка Чхонджи, которое он снова убрал в свой карман.

— А что если...

Взгляд Тэ Чхон О, сидевшего напротив, также остановился на Чхон Ёне. Чхон Ён вынул руку из кармана и на мгновение замер, подбирая слова. Он уже собирался спросить, не станет ли Город Чхонхва безопасным местом, если отдать имеющееся у него семя цветка Чхонджи Первому Континенту, но в последний момент передумал и проглотил эти слова.

Если это семя действительно обладает силой, способной возродить континент, то эти двое из клана Квон ни за что не уступят его Первому Континенту.

Хоть это семя и появилось из тела его отца, Чхон Ён не поддавался сантиментам. И пусть в недавнем сне он видел себя в отцовских объятиях, это было вовсе не то наследство, которое следовало передавать из поколения в поколение.

Хоть семя цветка Чхонджи и дожидалось его на Пятом Континенте, вряд ли это было лишь для того, чтобы стать его собственностью. Любое семя в этом мире существует ради того, чтобы прорасти. И цветок Чхонджи не был исключением.

Чхон Ён хотел было заговорить об этом раньше, когда они были с Тэ Му Воном наедине, но тот даже рта не дал ему раскрыть, так что теперь, похоже, иного выхода не оставалось. Теперь, когда Чхон Оэсон пустился в бега, времени на то, чтобы и дальше тянуть кота за хвост, явно не было.

— В семени, которое я нашёл на Пятом Континенте… мне кажется, в нём заключены воспоминания моего отца.

Вместо этого Чхон Ён рассказал о том, как именно он узнал о прошлом своих родителей. Тэ Чхон О не смог скрыть своего изумления, и оно целиком отразилось на его лице, в то время как на лице Тэ Му Вона нельзя было прочесть совершенно никаких эмоций.

— Мама просила отца найти место происхождения клана Хва… Кажется, это как-то связано с её болезнью.

Чхон Ён тихим и спокойным голосом продолжил объяснять, почему его родителям пришлось покинуть провинцию Чхон. Он рассказал всё: и о том, что его отца, родившегося с альбинизмом, отвергли соплеменники из клана Хва в Чхоне, и о том, что влюбившаяся в него мать была вынуждена просить убежища у Хван Хонуя в провинции Хван, чтобы спастись.

Однако он признался, что видел лишь обрывочные воспоминания, а потому не знает ни способа возродить континент, ни того, как заставить цветок Чхонджи расцвести. Когда он выложил всю имевшуюся у него информацию, оказалось, что он лишь в красках расписал свою личную историю, в то время как действительно важных для клана Квон сведений у него не было.

Чхон Ёна не покидало чувство неловкости из-за этого, но в этот момент Тэ Му Вон внезапно поднялся со своего места. Когда Чхон Ён невольно попытался встать вслед за ним, тот лишь ухмыльнулся.

— Только попробуй ещё раз тайком пробраться на борт, понял?

Услышав его слова, Чхон Ён невольно задался вопросом: неужели «Пейра» снова готовится к отплытию?

— Возьму ребят и сгоняю на Первый Континент, — обратился Му Вон к Тэ Чхон О, всё ещё оставаясь с обнажённым торсом. Затем он небрежно притянул к себе пачку сигарет, лежавшую на столе. Свет падал на Тэ Му Вона так, будто он уже стоял на палубе «Пейры».

Город Чхонхва. Глава 165.

2026-03-05T21:48:44.568Z

Остальные главы вы можете найти на моём канале Полное дайджобу. Приятного чтения.

От его плеч, огромных, точно горы, казалось, тоже исходил ощутимый жар.

Помимо аромата лотоса, Чхон Ён почувствовал от Му Вона ещё кое-что. От него пахло солнцем. Он и сам не знал, может ли у солнца быть запах, но тот жар, что проникал в самую глубину его лёгких, был очень похож на то ощущение, когда он стоял на палубе «Пейры» под палящими, ослепительными лучами.

Хоть он всегда и твердил, что он лишь «половинчатый», в нём, казалось, гармонично сосуществовали и солнце, и растения, не перевешивая друг друга.

Едва тень легла на лицо Чхон Ёна, прижатого к столу, как губы Тэ Му Вона оказались совсем рядом. Чхон Ён чувствовал себя так, будто от одного лишь поцелуя опьянел до предела. Казалось, если он не откроет рот прямо сейчас, этот невыносимый жар, которому некуда было излиться, сожжёт всё его тело дотла. Сам того не осознавая, Чхон Ён приоткрыл губы.

В приоткрытые губы ворвался горячий и властный язык Тэ Му Вона. Рот наполнился им до отказа, и слюна невольно начала скапливаться. Чхон Ён, до этого крепко сжимавший кулаки, в конце концов не выдержал и обнял Тэ Му Вона за торс. Кожа под его ладонями была грубой, но прикосновение к ней приносило истинное удовольствие.

Когда гладкие ладони Чхон Ёна коснулись его, Тэ Му Вон изо всех сил попытался сдержать напряжение во всём теле и принялся ласкать его талию. Другой рукой он расстегнул пряжку на брюках Чхон Ёна и одним махом стянул их. Вместе с ними соскользнуло и нижнее бельё, а туфли, что до этого плотно сидели на ногах, с глухим стуком покатились по полу.

Чхон Ён, окончательно разомлевший под языком Тэ Му Вона, зажмурился, утопая в этой сладкой неге. Однако стоило прохладе коснуться нижней части его тела, как он резко распахнул глаза. В то же мгновение его полувозбуждённый член под полами рубашки был грубо и крепко зажат в мозолистой ладони Тэ Му Вона.

— Хах!..

Для Тэ Му Вона эта хватка, возможно, и была умеренной, но Чхон Ён почувствовал, будто его сжали до самого основания, так что даже в яичках отозвалось острой, тянущей болью. Его губы вновь были поглощены Тэ Му Воном, поэтому всё, что он смог из себя выдавить — лишь один короткий стон. Закалённая в морских походах рука, покрытая бесчисленными мозолями от грубой работы на палубе, бесцеремонно ласкала его член. Для Чхон Ёна это прикосновение стало неописуемым, запредельным удовольствием.

— Ха-ах, х-у-уп…

Приятный стон мгновенно растворился во рту Тэ Му Вона. Он продолжал жадно впитывать дыхание и стоны Чхон Ёна, пока его мозолистая рука грубо ласкала нежную плоть.

— Бля, такой обжора, а рот пиздец крошечный.

От голоса Тэ Му Вона, прошептавшего это прямо в губы, Чхон Ён снова почувствовал себя так, словно его дурманит хмель. Когда их соприкасающиеся губы прижались друг к другу ещё сильнее, Чхон Ён, не в силах больше сдерживаться, начал тягуче, плавно двигать бёдрами. Даже не замечая низкого, тихого смеха Тэ Му Вона, он, не переставая стонать от истомы, тёрся своим членом о его руку, двигаясь в такт своим желаниям.

От того, как Чхон Ён, только что болтавший про запах лотоса, теперь изнывал от желания и льнул к нему всем телом, член Тэ Му Вона набух до боли. Над уже расстёгнутой пряжкой ремня член стоял колом. Тэ Му Вон хотел было прижать их члены друг к другу и начать двигаться, но в этот миг Чхон Ён, полностью поглощённый нахлынувшим удовольствием, стал нетерпеливо двигать бёдрами, прикусив нижнюю губу.

Глядя на то, как он изнывает от похоти, было почти невозможно поверить, что до встречи с ним этот парень жил как монах.

— Эй.

— Хааа… что?

Голос, которым Чхон Ён ответил рефлекторно, прозвучал неслыханно дерзко, но Тэ Му Вон лишь коротко усмехнулся.

— Ты на самом деле дрочил раньше?

Вопреки насмешливому тону, то, как Му Вон облизывал кончиком языка внутреннюю сторону его приоткрытых губ, было исполнено густой, вязкой страсти. Он и в прошлый раз задавал подобный вопрос. Чхон Ён никак не мог взять в толк, почему Тэ Му Вон то и дело допытывается, мастурбировал ли он когда-нибудь.

— Я же… говорил, что да.

— И о чём же ты думал? О том, как тебя будут драть в задницу?

В противовес мягким поцелуям, которыми он осыпал его подбородок, слова его были неописуемо похабными.

— …Не знаю.

Когда Чхон Ён мастурбировал, он обычно ни о чём конкретном не думал. Просто когда чувствовал необходимость, трогал свой член, а в самом конце начинал двигать рукой быстрее, пока не накрывало чувством разрядки. С тех пор как он встретил Тэ Му Вона, он ни разу не доставлял себе удовольствие сам, но почему-то был уверен: теперь, стоит ему захотеть утешить себя в одиночестве, он неизбежно будет вспоминать это горячее тело.

Его половой орган ласкали, а промежность и отверстие под мошонкой судорожно подёргивались. Пока Тэ Му Вон сжимал его член, Чхон Ён обхватил обеими ногами его крепкую талию. Он чувствовал, как с их всё ещё соприкасающихся губ срывается прерывистое дыхание. Затем его рот начали посасывать ещё сильнее. Казалось, если так пойдёт и дальше, Тэ Му Вон вытянет его язык и поглотит целиком.

— Ха-ах, ах… Больно.

Чхон Ён повернул голову, пытаясь освободиться от рта Му Вона, но из-за того, с какой беспощадностью его только что целовали, кончик языка бессильно замер на нижней губе. Своим широким языком Тэ Му Вон протолкнул этот выглядывающий треугольный кончик языка обратно внутрь и вновь накрыл его губы своими.

Стоило ему начать двигать рукой, крепко сжимая его член, как дыхание Чхон Ёна стало ещё более рваным. Тэ Му Вон, не в силах больше терпеть это слабое дыхание и жар, заполнявшие его рот, рывком подтянул Чхон Ёна выше по столу.

Как только напряжённый член коснулся его подбородка, он тут же раскрыл рот и заглотил его. Внутри, где после долгого поцелуя всё ещё было влажно от слюны, плоть мгновенно намокла.

— А-ах!..

Чхон Ён согнул колени и вцепился в его волосы. От ощущения, будто вся его нижняя часть исчезает во рту Тэ Му Вона, его подбородок вскинулся к потолку. В это время Тэ Му Вон про себя усмехался над собой: он и представить не мог, что наступит день, когда он будет сосать член другого мужчины.

Предэякулят вырвался из головки затвердевшего члена. Хотя «вырвался» — это преувеличение, скорее это была тонкая струйка. Тэ Му Вон бесцеремонно мял и посасывал во рту головку, похожую на бутон цветка, который вот-вот распустится. Одновременно с этим он размашисто надрачивал рукой свой собственный член.

Обычно он бы уже давно вколотил свой член в этот маленький рот, но сосать Чхон Ёну, одновременно занимаясь мастурбацией, оказалось не так уж плохо. Нет, не просто «неплохо» — это возбуждало до безумия. От кончиков пальцев, вцепившихся в его волосы, по всей голове разливалась острая, пульсирующая дрожь.

— Приятно, когда я тебе сосу?

Выплюнув вопрос «Приятно?», Тэ Му Вон тут же сильно прикусил головку. В тот же миг Чхон Ён мёртвой хваткой вцепился в его волосы. Он просунул руку под полузадравшуюся рубашку и принялся грубо оттягивать соски, ставшие от возбуждения твёрдыми. Из горла Чхон Ёна, чьи член и грудь подверглись одновременной атаке, вырвался стон.

Тэ Му Вон глубоко, до самого основания, заглатывал его член, в то время как рукой крепко сжал его упругую мошонку.

— Ха-а-а! Ах, больно!..

В затуманенных глазах Чхон Ёна на мгновение вспыхнул острый блеск, словно промелькнула молния. Тэ Му Вон мял и перекатывал в руке его член и яички. Чхон Ён попытался высвободиться, но поскольку Тэ Му Вон находился между его ногами, он не мог пошевелиться. Из-за того, что его чувствительное место так бесцеремонно истязали, Чхон Ён невольно задёргался.

Тэ Му Вон перехватил его стопу и стянул белый носок, который был под стать самому Чхон Ёну. Ноги, что бесчисленное количество раз поднимались и спускались по горам в поисках лечебных трав, были невероятно нежными, без единой мозоли, словно сами растения бережно стелили перед ним мягкий путь.

— Н-не надо!

Чхон Ён задохнулся от ужаса, почувствовав между своими стопами внушительный член Тэ Му Вона. Тот, обхватив обе его стопы, принялся имитировать половой акт, втираясь между ними. Когда Чхон Ён посмотрел вниз неверящим взглядом, он увидел на губах Тэ Му Вона порочную улыбку. Стоило их глазам встретиться, как жар, начавшийся от стоп, казалось, мгновенно разошёлся по всему телу.

Тело чутко отозвалось на ощущения в тех местах, где раньше ничего подобного не чувствовало. Из-за того, что Чхон Ён поджал пальцы ног, ствол члена оказался зажат, но это, похоже, ничуть не помешало Тэ Му Вону. Он лишь крепче сжал руки, усиливая давление, и продолжил свои движения. Казалось, будто его вздувшиеся вены натирают нежные стопы.

Чхон Ён обеими руками обхватил свой возбуждённый член, лишённый стимуляции. Несмотря на то, что это выглядело как мастурбация прямо перед Тэ Му Воном, наслаждение перевешивало стыд. Подражая тому, что делал Тэ Му Вон, он принялся растирать головку большими пальцами и даже слегка прикрыл глаза. Тэ Му Вон издал низкий выдох, пожирая Чхон Ёна взглядом, будто собирался проглотить его целиком.

— Ты же говорил, что не занимаешься такими вещами, если не в отношениях.

— …

Чхон Ён, чувствуя своё уязвимое положение, плотно сжал губы. Его убеждения на этот счёт не изменились, но, даже не будучи в отношениях с Тэ Му Воном, они уже несколько раз делили ложе и сплетались телами. Тэ Му Вон, продолжая сжимать свой член его стопами, наклонился над лежащим на столе Чхон Ёном. Когда он приблизил своё лицо, губы Чхон Ёна слегка приоткрылись, словно в ожидании поцелуя.

— Ха-а, и что же изменится, если мы станем любовниками? Мы и так уже всё это делаем... — пробормотал Чхон Ён, медленно открывая глаза. В его взгляде, где одновременно читались туманная истома и вызов, отразился Тэ Му Вон. Тэ Му Вон, обхватив одной рукой оба их члена, второй мягко убрал спутавшуюся чёлку со лба Чхон Ёна.

— Дохуя изменится.

— И что же именно?

— Попробуешь — узнаешь.

Их губы были совсем близко, но так и не соприкоснулись.

— Что именно... изменится?

Когда Чхон Ён заговорил, его остро очерченная верхняя губа слегка пощекотала Тэ Му Вона. Он задался вопросом: неужели Чхон Ён проявляет такое любопытство лишь потому, что намерен всё тщательно взвесить, прежде чем согласиться стать любовниками?

— Изменится.

— Ну и что именно?

— Я... бля.

Стоило этим словам вырваться, как Тэ Му Вон набросился на его приоткрытые губы с такой силой, будто собирался сожрать их целиком.