michel heds

Пост 07.10.2026

2026-10-07T20:28:59.138Z

"Любовь — высшее человеческое благо, даже если она не разделена" — мысль И. А. Бунина, проскальзывающая в каждом рассказе о любви. И вот, сидя на скамейке и куря нечто отвратное на вкус, я ловлю себя на мысли, что не умею любить. От слова совсем. Мне казалось, что раз я вижу красоту природы, моя душа содрогается от слова "Родина", я обращаюсь к Богу и ежедневно посвящаю философским думам время перед сном, то я человек высокий, а такой способен на то высокое чувство: любовь. Экран телефона мигает. Это не возлюбленный, не человек, и вовсе не друг. "Выпейте таблетку!" гласит сообщение. Внутри пусто. Я намеренно отстранил от себя все общество, но, конечно, это решение было глупым. Первый день, когда мне не написал ровным счетом никто и эти самые "никто" среди меня даже не пытались со мной заговорить. Впервые за много лет я остался совсем один. Ба!...

Тяжело осознавать, что верно принятое решение оборачивается моей трагедией. Я страдаю больше, чем когда-либо. Внезапное внимание со стороны, суматошная связь, отстранение, образ невоспитанного человека, книги по всей моей комнате, духота, почти голые деревья. ВСе это смешалось в одну целую картину. Пейзаж осени слился со мной, а от того изменения в нем порождает перевороты внутри меня. Небо последнюю неделю закрыто тучами. ТАкже и душа моя прикрыта разумом. Нужно работать, предо мной ответственный этап в жизни.

Однако все валится из рук. Люди в том числе. Я скучаю по чему-то, но, ко сожалению, сам не помню по чему. НАверное по чувству любви. Знаешь, это момент, когда шарф, связанный для него бабушкой, был главной радостью на новый год. А, еще любовь — это выбегать во время проливного града к нему, хоть вы и не общались пол года. Кажется, любовь я называю то пространство, где мне искренне было хорошо. Стоять, обниматься и смотреть на бескрайнее море, задавать глупые вопросы, смеяться. Слушать, как он читает стихи под обстрелами, вставать пораньше, чтобы налить горячий кофе перед тяжелым днем. БУдить ранним утром поцелуем в висок со словами "побежали собираться".

Вспомнилось только светлое, но по-моему мнению то, что описано выше было любовью. Плакать четыре часа на высоте 4 тысячи футов над землей, слушая его песню, смотреть на испачканную в помаде куртку и молчать, чувствовать раскаленное железо у левой ноги, разрывать поздней ночью все контакты, бежать в койку к другому, потому что рядом со своим дышать невозможно — это что-то другое, любовь не может быть такой грязной. Это противоречит ее природе. Как и мой образ жизни противоречит мне сейчас.

Ужасно хочется вновь с головой окунуться в это ощущение счастья до мурашек на плечах. Я же не мог пропить это всё? Я же все еще способен на радость, восхищение и нежность, как и тогда? Что я потерял? Почему я не могу полюбить сейчас? Почему же все не то?

Господь, за что ты меня так наказал? Я не могу писать, мой разум затуманен мыслями о скорой кончине. Я не могу жить, ведь боль пронзает мои конечности с каждым движением. Я не могу даже покурить, ведь денег нет. Остается только музыку слушать, плакать над любовными рассказами и скучать. Скучать по потерянной возможности прыгать с головой в океан любви. Вот это бред... Пора ложиться в желтый дом.

ДУБ И ОРЕЛ

2026-03-02T22:02:15.547Z

Справедливости ради, до его появления моя жизнь была расписана по минутам. В ней не было места хаосу.

Я просыпалась в половине седьмого, собиралась, обязательно красилась, ехала в школу. Там развлекала знакомых забавными историями. После шли дополнительные занятия: театральная студия, репетиторы по английскому, обществознанию и математике, танцы, курсы по литературе. Вечером я садилась за уроки и заканчивала ближе к девяти. Ночью я читала корейские комиксы, смотрела фильмы, общалась с приятелями и рисовала до половины двенадцатого. Я редко выходила гулять, а в десятом классе и вовсе перестала. Слишком уютная комната, комфортные условия, удобный график. Меня вполне устраивала моя новая, размеренная жизнь, хотя прежней себе я в ней не соответствовала. Эта поездка в черную дыру, к Черному морю, стала громом среди ясного неба. Встреча с тобой поколебала привычный уклад.

И вот сейчас, когда прошла неделя после нашего расставания, я отказалась от времени для себя и от вечерней тишины. Я испытываю давление из-за ненаписанной научной работы и множества задолженностей. А тут ещё ночные звонки. Они стали жизненной необходимостью, ведь ты — мой воздух. Я не способна дышать без тебя. Я знаю, что если пропущу хотя бы один звонок, мне станет плохо. Это непременно нарушит нашу систему, где мы ставим друг друга во главу угла. Я хочу жить так же беззаботно, как ты: не думать об экзаменах, университетах. Хочу дышать. Поэтому мне нужен твой собственный воздух. Не сочти за жадность, просто я осознала: вся моя жизнь в этом году стала напоминать маленькую избу без окон и дверей. Посреди неё стоит камин, но нет дымохода. Я задыхаюсь от серого дыма под названием «школьная рутина». В этом шуме от возгласов «достигаторов» и взрослых о важности работы сейчас ради будущего мой внутренний мир дал трещину. И лишь твоё присутствие разгладило морщины на моем лбу от злости на саму себя, успокоило шрамы на ладонях, продезинфицировало раны на легких, словно перекись. Я не могу от тебя отказаться, но я знаю, что пришло время чем-то жертвовать. О Господь, я знаю, что Твои пути неисповедимы, но прошу, дай мне подсказку, в какую сторону склонить мне бренную головушку, чтобы быть с ним рядом и подольше удержать моего юного орла в руках. Он уже летает, я не отравляю его запахом своих ладоней, клянусь. Я лишь защищаю его от страшного зла, что бродит повсюду по Земле, стараюсь привнести покой в его душу. А может, Ты всё-таки забрал мой свет и подарил ему? Тогда когда придёт время мне исчезнуть с его глаз долой? Ты подскажешь? Можно, это произойдёт чуть позже? Я не могу сейчас, и завтра тоже, на следующей неделе тоже никак… Может, вообще не нужно? Может, Ты сможешь оставить птенца рядом со мной? Обещаю, я буду хорошим дубом и удержу гнездо от ветра. О, сохрани его сердце таким же светлым, Господи, я помогу, но и Твоя помощь здесь будет кстати, прошу Тебя, милостивый. Аминь.

ПИСЬМО НА ВОСТОК

2026-02-27T14:39:58.695Z

Новое утро. Пошли третьи сутки, как я не вижу тебя. Как быстро мой мозг адаптируется к ситуации. Сегодня еще ни разу не плакала, так, может, подкатывало к горлу пару раз, но держусь. Вчера ночью мы несколько часов болтали, мне стало легче. Может, тревога не до конца растворилась, просто потому что перетекла в другое русло с новыми вопросами: сможем ли мы так ежедневно болтать? Как я буду выносить дни, когда что-то не сложится? Несмотря на разные часовые пояса, наши режимы почти идеально состыковываются, от этого тепло на душе, но страшно подумать, как мы будем жить, когда съедемся. Придется подстраиваться.

По поводу кома в горле. Он меня сопровождает с самого утра. Я вначале не придавала ему никакого значения, а сейчас поняла, что как только я думаю о тебе, то и тошнота появляется. Не потому что ненавижу, естественно. Видимо, организм устал лить слезы и нашел новый способ грустить.

Я не люблю спать с игрушками, потому что потом злюсь сама на себя за их падение с кровати. Сегодня спала с капибарой, которую ты выиграл в тире. Она не упала на пол. Вспомнилась история того дня.

На смене было всего два выходных — самый первый случился 7-го числа. Тогда нас подняли довольно рано и повели в парк аттракционов. Помню, что я шла самая первая, а ты замыкал утиный строй. Утиный — потому что нас заставили надеть рыжие толстовки, — вдруг кто-то прохожий не поймет, что мы из «Н»? Глупость редкостная, но что поделать.

Мои подруги злились, что я постоянно была с тобой, и, изначально, следовала их завету: «не менять братву на мужика». Вот она, причина разных позиций во время похода в парк. Я потом отбросила этот завет, а они свыклись с твоим присутствием рядом со мной круглосуточно.

Дошли мы до парка, а там... Красиво там, очень яркое все, небо синее-синее. Я тогда завороженно на все смотрела и на тебя тоже.

Все ринулись на экстремальные горки. Как выяснилось, ты не любишь такое, но ради меня пошел на первые четыре. Потом тебе поплохело. Мне, кстати, тоже, но я хотела еще и еще. Пока носилась туда-сюда, проверяла свой вестибулярный аппарат на прочность, ты сбегал в тир и выиграл ханну мантану. Так я назвала капибару, которая спала со мной сегодняшнюю ночь.

Она напоминает мне о дистанции. Мне противно расстояние, но нравится, что твои чувства не потухли одним днем от него. Я ожидала, что ты воспринимаешь нас как песню: «а впереди еще три и три ночи». Но видимо это не так, а значит все взаимно, значит в Черном море и вправду живут дельфины.

А вот еще что. Стоим мы с тобой на набережной, тогда всей гурьбой выбрались писАть на море, холодно было — жуть. И когда возвращались назад, в кампус, я решила посмотреть вдаль подольше обычного. Осенило! «…, а знаешь что? Там, на турецком берегу, сейчас точно кто-то стоит. Надо помахать ему». И мы помахали. Правда, момент был не настолько интимный. В наш дуэт вторгся педагог, она стала с нами махать тому маленькому человечку в Турции.

Сейчас я думаю сходить вечером за конвертом и марками, нужно уже завтра кинуть письмо в почтовый ящик. Когда выйду гулять с собакой в степь, то найду восток по компасу и буду махать. Вдруг ты тоже тогда поднимешь ладонь к небу и ответишь на мое приветствие?

Любить на расстоянии не стало легче, но стало спокойнее, что ты никуда не исчезнешь и не растворишься.

Спасибо, Господи, за его существование на Земле. Прибереги моего любимого от бед. Пусть его жизнь будет светлее моей — если собственного света не хватит, возьми мой, не жалко.

ЧЕРНОЕ МОРЕ

2026-02-26T17:48:22.821Z

Так значит, берег Черного моря, которое вообще ни разу не черное, а почти белое. Камни под ногами так и хотят уронить любого прохожего.

И так по кругу… Мы попали в коридоры из красных светофоров. Все как у всех… Обычно, так нелогично.

Я смотрю на тебя, к горлу подлетает ком, и вот я уже почти плачу. А ты смотришь в море, берешь камушки и делаешь блинчики. Я уже тогда начала скучать. Твоя улыбка, горячие руки, коричневая куртка и синяя рубашка в клетку. Я знала конец, поэтому и решила начать скучать раньше времени.

Вообще я редко плачу, могу для приличия на секунду дать волю слезинкам. Но чтоб в истерике биться об стенку башкой — не припомню. Такое было от ссор с папой, и я даже гордилась, что не знала других своих причин для жутких истерик, кроме слов отца. А тут вот… Он. Одни его серо-голубые кроссовки на первом сборе команды пророчили ручьи слез.

Я, кажется, любила курортные романы. Почему этот роман другой? Почему мне страшно, что мои чувства не исчезнут ближайшие годы? Почему я мечтаю каждую секунду встретиться вновь? Почему отсутствие твоих сообщений в чате ощущается как удар под дых?

Может, потому что таких, как он, я не видела? Может, потому что у него мои любимые карие глаза? А, наверное, потому что у него орлиный нос и потому что музыку он классную слушает.

Я маленький человек, мне нужно куда-то плыть…

И я вижу, что конец моего сплава по реке Жизнь находится в закрытом городе в 16 часах езды на машине.

Я хочу верить, что важна ему, что он не забудет меня, что мое сердце выдержит разлуку. Хотя двое суток в безумной истерике, в слезах, доказывают — долго я не протяну.

Я думала, что раньше любила кого-то там. Но при виде этих людей я не раз задумывалась: это не мой человек, а потом судорожно пыталась отогнать эти мысли.

С ним такого ни разу не было, я просто погрузилась с головой в него, в Черное море. Ледяная вода меня успокаивает. На меня сильно влияет природа, особенно всякие горы, и уж тем более море рядом с горами. К морюшку нас редко пускали, поэтому я уходила в туалет и включала ледяную воду. Потом минуты три держала в ней руки — и становилось полегче. Я так делала, когда мои эмоции лились через край, но я ни разу не думала, что Он какой-то неправильный, раз от него такой букет чувств. Наоборот, была уверена: вот оно — мое счастье, судьба. Да я про детей, блин, задумалась. Я и дети — в каком месте эти два графика сходятся? Я фамилию примеряла по три раза в день. Его цветы так и не осмелилась за две недели выкинуть. Я люблю его до безумных истерик раз в час, до желания бросить все и ехать в этот закрытый город на Урале. Я готова остаться Дома и никуда не уезжать, просто потому что "вдруг он не захочет". Я хочу стать ковриком для его ног, лишь бы этот человек был рядом и смотрел на меня глазами цвета кожаной обложки дневника из супермаркета за 500 рублей.

Была атеисткой, теперь я хочу принять православие и ходить в церковь молиться за него, потому что мы далеко друг от друга, и один Господь может нам помочь сохранить связь.

Вот такая у меня к нему любовь, другой я не найду. Не буду искать.

Я не буду говорить о нас вскользь, не будет дистанции как брони.

Я люблю тебя, и вот моя душа тебе на сохранение. Сам реши: как долго "этому" жить. Не буду просить взять ответственность и хранить бережно, не хочу масок. Я хочу видеть твою душу голой, даже если это означает уничтожить меня, и если суждено тебе убить во мне остатки веры в любовь — то прошу, главное, чтобы это был именно ты. Чтобы преступление против девушки из города Н было сделано исключительно твоими голосом и руками.

Предсмертное желание моих чувств к тебе: заройся рукой в мои короткие волосы, оттяни тихонько назад, положи в мою ладонь свою, укрой нас одеялом, сожми в объятиях, дабы все кости тел мы прочувствовали менее чем за секунду. После убийства рисуй архитектуру, и побольше. Играй на сцене, не уходи от нее далеко. Вспоминай меня по дельфиновой весне. Я не буду кружить вокруг тебя, не давать спать, не буду убивать желание влюбляться в милых девушек. Я уйду, и даже дельфиновая весна спустя пару месяцев перестанет пробуждать в тебе мой образ, ибо он растворится в воздухе, которым ты дышишь. Я буду лишь неустанно молиться, а потому дышать в скучном мире, тебе должно быть полегче.

Странно, мой мир сузился до одного человека за 25 дней. Глупость какая-то, почему между нами 16 часов, кто б мне сказал…

Рецензия на фильм «Beautiful boy»

2026-01-09T00:24:47.641Z

«Красивый мальчик» — это один из немногих фильмов, которые я не смогла (пока что) досмотреть.

Отдам предпочтение такому описанию моего решения оставить просмотр на середине: фильм скучный для клипового современного мышления. Есть попытки оформить тарантиновский прием со сложным многоступенчатым сюжетом, где ты перемещаешься из одного хронотопа в другой и складываешь пазл по кусочкам с разных сторон, но очень неудачно получилось. Это во-первых, а во-вторых, выбор главного героя. Взять отца как ключевого персонажа и сделать фильм от его лица — очень сложная задумка. Были бы монологи — было бы проще, но их нет, и понять героя не так-то просто. Сама съемка очень качественная, пейзажи богемные, но фокуса на красивом лице Шаломе было слишком много — не к месту много. Да, название символично, но как будто дело было вовсе не в милой мордашке Тимоти, а в том, что сын гг изначально уникален.

Он — писатель, музыкант, скейтер, серфер. Ник правильно сказал отцу в начале: герой был идеальным, понимающим и отзывчивым сыном, а потом случился клин в виде подросткового периода и депрессии, сверху накиньте гениальность ребенка.

Дальше жизнь малыша рушится.

Его зачем-то пытаются спасти, в скором времени узнают, что это невозможно, и начинают разрушать себя. Последнее — это я про отца главного героя.

А теперь, если я так описала одухотворенно сюжет, то в чем же проблема? Просто в клиповом мышлении? Вовсе нет. Тут частично лежит вина на мне самой как личности, переживающей то же самое. По логике фильм должен был мне помочь, но мой мозг, видимо, настолько сильно не хочет воспринимать эту проблему и думать над ее решением, что бесполезные советы, которые несет в себе данное произведение, заставляют мое эго внутри пошутить: «Да, слушайте, у меня тоже самое было. Ваше творчество никак не помогло. А что реально-то сделать, чтобы что-то исправить в лучшую сторону? Вы тоже не знаете. Так зачем я здесь?»

Мой близкий друг, с которым раньше тесно общалась, и еще один важный мне человек связаны по рукам и ногам наркозависимостью. Если хотите ощутить и прожить всё то, что происходит с родственниками и друзьями сидящих на веществах людей, то посмотрите эту кинокартину. Это наша реальность. Чем закончился фильм я не знаю, возможно, позже заставлю себя досмотреть. Но до пятьдесят первой минуты он дословно описывает всё то, через что мы прошли. Наблюдать, как кто-то талантливый убивает себя, больно и страшно. Всем полезно прочувствовать тяжесть такой жизни. Это заставляет начать думать и делать что-то, держаться на плаву самому, чтобы ненароком не очутиться в омуте, из которого пути «домой» нет, ведь «дорога назад кажется почти невозможной». Спасибо.
---------------------------------------
Итак, пишу спустя сутки. Досмотрела я, значит, данное произведение. Отзыв неизменным оставить уже не могу. Раз я собралась с силами и осилила не отрываясь и почти пролила слезу — значит, это было что-то хорошее. Борьба с наркотиками нелегка. В конце уже сам сдаешься вместе с героями. Есть ощущение, что финал нужно было оформить повеселее, а то титры... Короче, после остаются смешанные чувства. И в середине всё-таки стало понятно, что лицо Тимоти Шаломе было важной частью фильма, его игра гениальна. Кто любит песню «Beautiful boy» Джона Леннона и Мерфи Леннона, знайте — в кинокартине эта песня есть, и она была уместна.