le mot de la fin | последние слова ⚢

Правила и политика канала le mot de la fin | последние слова ⚢

2025-11-13T19:15:18.320Z

«Последние слова» — это канал, созданный женщинами для женщин. Мы поддерживаем радикальный феминизм, публикуем материалы, касающиеся нас, наших жизней и наших историй.

Внимание! Данный канал не предназначен для просмотра людьми, не достигшими своего совершеннолетия, имеющими неустойчивую психику и страдающими садизмом, манией величия, чрезмерной агрессией и женоненавистничеством.

Мы не несем цели оскорбить чувства верующих или любых других групп людей. Мы не пропагандируем разжигание розни, экстремизм, и вообще ничего не пропагандируем, а еще советуем съехать тридцатилетним защитникам отечества от их матерей и найти работу.

Опубликованные статьи являются выражением личного мнения автора; они ни в коем случае не пропагандируют гомосексуальность, а значит – не противоречат российскому законодательству. Кстати, авторов у нас не работает.

В данном сообществе порицаются исключительно те люди, которые чрезмерно обогащаются, используя свое положение и паразитируя на искренней вере простых женщин, насилуют их, избивают и калечат. Если в описании вы узнали себя, то рекомендуем медленно отставить пиво, отойти от ноутбука и пройтись до ближайшего полицейского участка.

Распространение материалов сообщества возможно только с указанием источника.

Мы не ответственны за то, что вы случайно натыкаетесь на наш канал. Если вы не способны самостоятельно фильтровать контент — это только ваша проблема.

Правила поведения на канале

• LMDLF — male-free пространство

На канале запрещено присутствие любых мужчин, считающих себя хоть женщинами, хоть Иисусом, хоть ламинариями. Их незамедлительно ждёт вечный бан при обнаружении какой-либо активности, даже «нитаких», даже «вежливых». Решившие «отметиться» в комментариях также будут забанены за нежелание ознакомиться с правилами сообщества.

• Запрещена любая дискриминация женщин

Ваши комментарии должны исключать любые дискриминационные высказывания, в том числе и в самом языке: мизогинная или унижичительная лексика, квир-чёрточки (художни_ца, автор_ка), разговоры о себе в мужском роде, предъявы за использование «неправильных» феминитивов и феминитивов в принципе. Запрещено пренебрежительно отзываться о женщинах за их личный образ жизни, не путать с критикой явлений.

• Корректно указывайте на ошибки в постах

Претензии и поправки к переводам постов принимаются в вежливой и корректной форме. Пишите комментарий только если вам есть, что исправить: например, высказывание искажается из-за неверного перевода или опечатки и прочие нюансы. Мы всегда рады вашей помощи, но придираться к каждому слову не стоит – не забывайте, что админки работают бесплатно и в свободное время, у нас не всегда есть время вычитывать и по пять раз редактировать посты.

• Неуважение к администраторкам, переводчицам и редакторкам карается мгновенным и бессрочным баном

Вы можете высказывать свои пожелания и замечания относительно контента в вежливой форме, но открытые претензии, провокации и оскорбления администрации влекут за собой бессрочный бан. Хамство, пассивная и активная агрессия влекут за собой бессрочный бан. Непрошенные советы и попытки расписать, что и кому админки должны, влекут за собой бессрочный бан и расстрел.

Игнорирование вопросов админок также расценивается как неуважение и нарушение.

• Запрещены репосты в издевательских целях

Да, мы будем отслеживать распространение нашего контента в целях, для которых он не предназначен.

• Возможен бан за подписки на сомнительные каналы

Администрация оставляет за собой право отправлять подписчиц в бан за мизогинные, антифем и антирадфем подписки/активность на таких каналах.

• Запрещено сталкерство админок и подписчиц

Запрещено всячески вмешиваться в личную жизнь админок и подписчиц — за это вы получаете бессрочный бан.

• Запрещено биологизаторство

Запрещено обосновывать чье угодно поведение "природными" тенденциями, в том числе мужское насилие и агрессивность. Любое упоминание "отприродности" каких-либо характеристик поведения попадает под действие этого правила. Также недопустимы речи, наделяющие природу разумом и умыслом; речи о биологическом (телесном) превосходстве или ущербности одного пола перед другим.

• Запрещена поддержка или продвижение идей политического лесбийства, лесбосепаратизма и культурного феминизма

Эти идеи рассматриваются как вводящие женщин в заблуждение относительно политической борьбы и основанные на виктимблейминге. Мы не баним женщин превентивно за такие взгляды, баним только если происходит поддержка данных взглядов на наших площадках.

• Запрещены ответы залётным

Запрещено разговаривать с мужчинами или явно неадекватными женщинами, оставляющими провоцирующие на срач комментарии. Мы понимаем, что вам очень хочется восстановить справедливость и выгнать залётышей из нашего пространства, но ваши комментарии их только веселят и провоцируют на бóльшее количество высеров. Не тратьте ваши силы на эмоциональное и информационное обслуживание необучаемых, лучше сообщите об их налёте админкам.

• Мужезащита запрещена

Запрещены упоминания о мужчинах в лучшем свете, даже если их «чудесный» характер сопоставим с существованием единорогов. Запрещено выделять какую-то группу мужчин или индивида как исключительного нитакусю.

• Запрещена защита любых практик, направленных на эксплуатацию женских тел

То есть, порно-индустрии, проституции, калечащих сексуальных практик (BDSM, эротическое бельё и пр.), «сексуальное раскрепощение», «эмпауэрмент через тело», суррогатное материнство и др. Если вы считаете женщин вещами или ресурсами, которыми можно пользоваться — вам не сюда.

• «Не лезьте к женщинам в тарелки»

Запрещено защищать веганство, вегетарианство, праноедение и прочие деструктивные способы питания. Мы не баним за веганство — мы считаем неправильным, когда жизнь женщины ставят ниже жизни животного и начинают давить на чувство вины, превозвышая страдания зверей.

• Запрещена защита религии и магического мышления

Запрещено топить за любую религию, даже если ваш покровитель — макаронный монстр или мать-богиня. Радикальному феминизму не по пути с магическим мышлением.

• Расизм и нацизм запрещены

Даже "только в сторону мужчин". Во-первых, женщины также входят в соц. группы по национальному и расовому признаку, ваши высказывания автоматом касаются и их тоже, с дисклеймером или без. Во-вторых, акцент на расе или нации обсуждаемых мужчин уводит фокус с основной проблемы – пола и завязанной на нем гендерной социализации, оставляя "белых" мужчин с их преступлениями в тени.

• Боди-нейтральность, а не позитив

Женщины — не товар, не оценивайте их тела. Тело дано нам для жизнедеятельности, а не для услады чужих глаз. У нас запрещены любые комментарии (да, даже положительные) насчёт внешности.

• Запрещено «длясебяшничество»

Защищать адаптивные предпочтения или любые вредные/опасные практики в духе «это я для себя», «это я так самовыражаюсь», «это искусство», «вы просто не пробовали *адаптивка_нейм*, это же так просто» и т.п. строго запрещено.

• Запрещён эйблизм

Сюда относятся высказывания по типу: "это психичка какая-то", "больше похоже на психическое расстройство", "транс-шиза", "в дурку таких", "это какой-то нарциссизм", "дауны" и т.д., принижение ментальных проблем, унижение людинь с ментальными заболеваниями, высмеивание.

• Запрещен эйджизм

Если вы рассуждаете о каких-то тенденциях, избегайте ложных стереотипов о людинях определенного возраста и пренебрежительных слов к ним.

• Запрещена травля и агрессия на оппоненток

При конфликте, возникшем в комментариях, запрещено оскорблять других женщин, а также вступать в спор, если с конфликтующей стороной дискуссируют уже как минимум три человеки.

• Остановитесь после «СТОП-КОММЕНТАРИЯ»

Строго запрещено продолжать комментирование после того, как админки объявили в комментариях запрет на продолжение данной ветки.

• Чтение жопой наказуемо

Вы можете получить бан в случае, если не поняли смысл поста и решили доебаться до поста, переводчиц и редакторок, а ваша аргументация наглядно демонстрирует не только нулевое осознание прочитанного текста, но и нежелание разобраться в теме.

• Запрещены флуд и спам

Сюда относятся: не касающиеся темы поста ссылки/скрины, призывы обсудить посторонние темы, приглашения в беседы, несогласованная реклама, просьбы забанить вас, поставить лайк, проголосовать за что-либо и т.п.

Не относятся ссылки на полезные ресурсы по теме и доп. материалы, а также запросы о помощи в поиске фем литературы/статей. Но прежде рекомендуем сделать самостоятельный поиск по ключевым словам в чате.

• Запрещено удалять и менять смысл комментария

Сюда относятся удаление и меняющее смысл редактирование, если на комментарий уже был получен ответ.

• Запрещены призывы к насилию, убийству, нарушению законодательства РФ

Мы можем бесконечно понимать и разделять ваши чувства по поводу несправедливости, но наш канал является публичным пространством, и мы несём ответственность за находящуюся тут информацию. Лишиться свободы нам не хочется.

📌 Предупреждения из каждого пункта суммируются, а потому бан можно получить даже за единичный комментарий, если он нарушает сразу несколько пунктов.

Лайки и реакции также отслеживаются, за них тоже можно получить санкции.

Мы оставляем за собой право дополнять и редактировать правила по нашему усмотрению.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Связаться с нами можно через сообщения каналу в левом нижнем углу.

❗Мы НЕ отвечаем на сообщения:

– без приветствия;

– невежливые;

– без четких запросов, что вы хотите;

– без ссылок на ваш канал/сайт или без файла с материалом, если вы хотите рекламу/вп/публикацию.

⏰ Время ответа может быть разным, в зависимости от загруженности админок. Наберитесь терпения. Можете напомнить о себе, если мы не отвечаем 3 дня.

Миф о «женском» и «мужском» мозге

2024-03-30T07:12:31.630Z

«Я родилась не в том теле», «я родился не в том теле»… эти и подобные слова мы часто слышим, когда просим описать, что это значит — быть трансгендером. Эти хлёсткие фразы легко срываются с языка, и их произнесли уже столько раз, что им верят почти без сомнений: верят в то, что у мозга есть пол, и между мозгом и телом может возникнуть половое противоречие. Однако этому нет совершенно никаких достоверных научных подтверждений. В статье будут приведены взгляды современной науки на эту область исследования мозга.

«Важно не то, что у тебя между ног, а то, что в голове»...
«У девочек женский мозг, а у мальчиков — мужской»...
«У меня женский мозг, и он в мужском теле»...

Гипотеза о том, что детини имеют врождённую «гендерную идентичность», которая формируется во внутриутробном периоде и не меняется под воздействием влияния извне, не подтверждается никакими достоверными научными данными.

Мозг и тело взаимосвязаны. Учёные не обнаружили какого-то определённого участка мозга, который отвечал бы за врождёный «гендер» и закреплялся бы при рождении. Мозг ребёнки очень пластичен, он развивается и формируется в ходе взаимодействия с людинями и средой, постоянно поглощая информацию и реагируя на влияние извне.

Исследования в области нейробиологии систематически подтверждают: хотя в разных отделах мозга и наблюдаются половые различия, никакого на сто процентов «мужского» или «женского» мозга не существует, и детини от рождения потенциально способны развивать собственные уникальные виды поведения, интересы, склонности и черты личности вне зависимости от биологического пола.

Возможно ли, чтобы пол мозга не совпадал с полом тела?

Чтобы подтвердить такую возможность, необходимо сначала доказать, что мозг мужчины отличен от мозга женщины. На деле между ними мало разницы. Даже эксперткам в области нейробиологии невероятно сложно их правильно различить. Джина Риппон, профессорка кафедры когнитивной нейробиологии Астонского университета (Бирмингем, Великобритания), в прошлом году дала увлекательную и занимательную лекцию в Королевском институте по последним научным изысканиям и выводам в этой сфере (1).

Самое заметное различие между мужским и женским мозгом — это размер. Мозг мужчины в среднем на 10% больше, чем мозг женщины… что неудивительно, поскольку и тело мужчины в среднем на 10% больше тела женщины. Большинство структурных особенностей, если не брать размер, не демонстрируют никакой разницы между мужским и женским мозгом, кроме, разве что, нескольких примечательных, однако крошечных исключений, которые часто приводят как аргумент в пользу существования мозга «мужского» и «женского». Часто в пример приводят толщину коры мозга, которая толще у женщин, и объем белого вещества, который больше у мужчин. Однако даже эти примеры неоднозначны — они представляют собой в большей степени тенденцию, но никак не абсолютный маркер пола.

Самые современные открытия в области нейронаук и изучение мозга живых людинь с помощью МРТ в реальном времени позволили учёным проводить доскональное исследование половых различий мозга. До этого возможности исследования ограничивались изучением структуры мозга людинь и животных после вскрытия. Одно из самых всеобъемлющих исследований методом нейровизуализации, опубликованное в 2015 г., явно показало, что мозг человеки представляет из себя мозаику «женских» и «мужских» структурных черт (2).

Наглядно результат продемонстрирован на рис. 1 — это один из многих массивов данных, полученных в ходе исследования, в котором сравнили более ста участков мозга у более чем 600 испытуемых. Подробности опытов приведены в публикации, однако суть в том, что если бы мозг был представлен лишь в двух видах, мужском и женском, мы бы увидели чёткую разницу в цвете между результатами данных, полученных от мужчин и от женщин. Как мы видим, это не так.

Какой можно сделать вывод?
Между мозгом мужчины и мозгом женщины не существует никаких чётко определённых и абсолютных различий, и потому сложно что-то ответить на вопрос о том, может ли женский мозг находиться в мужском теле (и наоборот) в контексте трансгендерности. Тем не менее, мозг трансгендеров также много изучался. Результаты этих исследований приведены ниже.

Мозг трансгендера отличается от типичного мозга человеки её биологического пола?

Если кратко, то — нет, за вычетом пары маленьких исключений. Однако даже при этом мозг трансгендера не похож на мозг человеки противоположного пола!

В 2016 году было опубликовано великолепное исследование структуры мозга трансгендеров или транссексуалов (3).

Исследования, уже с 1995 года изучавшие посмертные образцы тканей мозга транссексуалов (биологических мужчин), сначала отметили несколько особенностей, схожих с мозгом женщины, однако во всех таких случаях эти мужчины в течение жизни проходили заместительную гормональную терапию (ЗГТ). ЗГТ известна тем, что вызывает структурные изменения в мозге, так что эти ранние исследования не имеют особой научной ценности.

Более современные исследования живого мозга методом МРТ дали гораздо более надёжные результаты. Несколько различных недавних исследований изучали мозг недавно идентифицировавших себя как трансгендеры мужчин и недавно идентифицировавших себя как трансгендеры женщин в сравнении с контрольными данными для соответствующего возраста. Результаты приведены на рис. 2.

Исследования мозга транс-мужчин (биологических женщин, идентифицирующих себя как мужчин)

Мозг биологических женщин, идентифицирующих себя как мужчин, изучался меньше. Если оценивать структурные особенности мозга, в которых наблюдаются половые различия, мозг так называемого транс-мужчины соответствует контрольным данным мозга биологической женщины. Стоит отдельно отметить, что даже толщина коры головного мозга транс-мужчин соответствует толщине коры мозга биологических женщин. По сравнению объема белого вещества исследования не проводились. Таким образом, научных свидетельств тому, что мозг транс-мужчин в чём-то отличается от мозга биологических женщин, нет.

Как на структуру мозга влияет гормонозаместительная терапия?

Известно, что тестостерон вызывает истончение коры головного мозга (поэтому у мужчин она тоньше, чем у женщин), и что разница в толщине коры начинает наблюдаться только в период полового созревания. Таким образом, если половое созревание мальчика задерживается, задерживается и истончение коры его мозга, то есть структура мозга дольше продолжает быть похожей на женскую. Если же девочка начинает принимать тестостерон, толщина коры её мозга будет снижаться и больше напоминать характерную для мужчин.

Эстроген также доказанно вызывает изменения структуры мозга. Исследования иллюстрируют, что приём эстрогена транс-женщинами снижает общий объем мозга, и он становится похож на характерный для женщин.

Заключение

Хотя мы часто слышим заявления, будто трансгендеры родились не в том теле, это миф, не подкрепляемый никакими достоверными научными данными. Между мозгом мужчины и женщины с точки зрения структуры на деле нет никаких чётких и объективных различий, не говоря уже о том, будто «пол» мозга трансгендеров может не совпадать с их биологическим полом. В данный момент неизвестно, есть ли у феномена трансгендерности биологическое основание.

Ссылки:

(1) — https://www.youtube.com/watch?v=uqR4cw9Amlg
(2) — https://www.transgendertrend.com/wp-content/uploads/2017/10/mosaic.pdf
(3) — https://www.transgendertrend.com/wp-content/uploads/2017/10/transgender-brain-2016.pdf

Садия Хуссейн: пережившая обрезание спасает девочек от ножа

2024-02-03T07:09:03.836Z

(примерное время чтения: 10-11 минут)

Проведённое ей в десятилетнем возрасте обрезание привело к тому, что её роды сопровождались невыносимой болью и осложнениями. На сегодняшний день Хуссейн ощутимо преуспела в стремлении покончить с женским обрезанием.

Садия Хуссейн мучилась схватками третий день, когда осознала, что больше не выдержит. Было очевидно: роды проходят не как задумано. Однако обитательницы кенийской деревушки наотрез отказывались отправлять Хуссейн в больницу. Мать заявила: врачи «разрежут» Хуссейн ножницами, а дома хотя бы есть лезвие. «Мало было болезненных родов, — вспоминает она, — так меня ещё непрестанно резали».

В итоге на свет появилась девочка. Придя в себя часами позже, Хуссейн обнаружила: ей связали ноги, из-за чего и сесть невозможно, не то что новорождённую держать. В комнату вошла мать — принесла чай. Хуссейн попросила передать ей дочь. «Слёзы текли сами, — делится Хуссейн. — Я говорила: „Как же сильно я тебя люблю. Меня мать не уберегла, но я тебя в обиду не дам“. Тогда я поклялась: с моей дочерью такого ни за что не случится».

Ужасающие роды — прямой итог женского обрезания, перенесённого в десятилетнем возрасте. Как и у многих женщин, у Хуссейн опыт пережитым в десять лет не ограничился. Годы спустя, когда Хуссейн выходила замуж, её покалечили снова, чтобы подготовить к близости. И ещё раз, в родах, когда казалось уже, что не выжить ни Хуссейн, ни её дочери.

Хуссейн тогда был всего 21 год, но с детства подавляемые гнев и растерянность вдруг вылились в чёткое желание: дочь свою, Марьям, уберечь от подобного любой ценой. Никто и ни за что не уведёт девочку раным-рано в заросли, не обездвижит и не изувечит. Мать в сердцах назвала Хуссейн трусихой; мол, испугалась обычных трудностей деторождения. Дескать, внучка обязана пройти через то, что её предшественницы терпели поколениями.

«А я ей: „Ты мать мне, но не моей дочери. Как поступать с моей дочерью, решать мне“», — вспоминает Хуссейн.

Натиск гормонов, накопившаяся ярость и беззаветная любовь к дочери пробудили в Хуссейн решимость противостоять не только матери. Марьям, вообще-то, была отнюдь не единственной маленькой кенийкой, над которой нависла угроза обрезания, а Хуссейн — отнюдь не единственной матерью, которая была против него. «Тогда я и решила: такого не должно происходить с девочками вовсе», — рассказывает она. И так она принялась влиять на общественное сознание — по семейству за раз.

Судя по оценкам, среди ныне живущих девочек и женщин обрезание пережило 200 миллионов, причём подавляющее их число — из Африки, Азии и с Ближнего Востока. Большинство калечат до пятнадцати лет; некоторых — в первые же дни жизни. На международном уровне такое порицается, однако не везде выходит искоренить обычай легко и быстро. Не всюду пристально следят за исполнением запретов; сам вопрос часто не принято обсуждать; где-то без обрезания женщин не признают таковыми. В итоге в части государств — все они расположены в Африке — обрезанию подвергается 80% женщин.

В Кении обрезание запретили ещё в 2011 году. Наказание — не меньше трёх лет тюрьмы и/или штраф не менее 200 000 шиллингов [около 110 000 российских рублей]. Но обрезание переживала, по оценкам, каждая пятая женщина из тех, кому сегодня от 15 до 49 лет. Однако усреднённые показатели поверхностны. На севере-востоке, возле Сомали, они подскакивают до 98%, а на западе — падают до 1%. И распространённость женского обрезания очевидно преобладает среди определённых народностей. Прошлогоднее исследование Детского фонда ООН показало: чаще обрезанию подвергаются девочки из бедных семей, обитающие в сельской местности, получающие менее качественное образование и исповедующие ислам.

У Хуссейн, которая с детства обитает в кенийской скотоводческой общине, итоги исследования, как ни прискорбно, откликаются. Хуссейн — представительница племени варди, что обитает в основном по берегам реки Тана, говорит на сомалийском и исповедует по большей части ислам. Хуссейн росла в окружении тех, кто считает женское обрезание обязательным, по меркам веры, требованием — иначе не возьмут замуж.

Хуссейн уже 34, и она — самая влиятельная и убедительная борица против женского обрезания. Основательница Dayaa Women Group и Brighter Society Initiative, она успешно убедила многих отказаться от обрезания на родине — в округе у реки Тана, благодаря чему спасла сотни девочек. Недавнее исследование показало: количество «изменивших мнение» по поводу женского обрезания поднялось с 60% (на февраль 2019 года) до 97% (январь настоящего года). Заслуги Хуссейн не раз удостаивались признания: в частности, в марте фонд «Лучи света» наградил её за «выдающийся вклад в искоренение женского обрезания и борьбу за права кенийских девочек».

Хуссейн помнит, как её, девочку, до обрезания дразнили в школе: нечистая. «Я каждый раз плакала — ощущала себя недоженщиной». При этом неясно было, как женщиной стать; суть женскости в общем понимании была окутана тайной. Хуссейн по наивности полагала: раз нечистая, достаточно как-то по-особому омыться. Девочка жестоко ошибалась.

Солнце не взошло, как её отвели в заросли мать с бабушкой. «Я была в предвкушении. Думала, будет много воды; стану чистой, — рассказывает Хуссейн. Она не насторожилась, даже когда собравшиеся женщины принялись раздевать её. — А потом смотрю: никакой воды. Лишь лезвия.

Я спросила маму: „Что творится?“ Та не ответила, а меня обездвижили. Уложили женщине на колени. Так, что голова оказалась на чужой груди и было не вырваться. Мне развели стороны руки. Ноги. Надавили на грудь. Поднесли ко рту ткань — так, — Хуссейн сжимает в кулаке свой платок.

— И я такая: „Боже, помоги“. Не прошло и нескольких минут, как стало дико больно. Лезвием, оказывается, меня собирались резать. Я возвела глаза к небу в молитве. Потому что, кроме неба, ничего не видела. Так и лежала: глаза в небо. Беспомощная».

Обрезание женщинам проводят по-разному, и Хуссейн пережила тяжелейший вид — третьей степени, называемое инфибуляцией, при котором половые губы удаляют, а оставшуюся плоть перемещают, сужая и преграждая вход во влагалище. Обрезание Хуссейн проводила бабушка. А мать потом блаженно заявила: две недели — и заживёт. Всё заживало два месяца. «Вообразите только: никаких обезболивающих». Едва телесная боль отступила, Хуссейн предпочла всё забыть, возвратилась к учёбе, а произошедшее сочла «приемлемым». Важнее даже было, что «я это вытерпела; всё кончилось». Потом, годы спустя, Хуссейн отдавали замуж. Кошмар повторился.

В 1988 году сомалийка Дахабо Муса написала стихотворение, в котором выразила ужас женщин, что, пережив обрезание, впоследствии мучились вновь — чтобы заново влагалище вскрыть, перед свадьбой. Многих вскрывают ещё и в ходе родов. «Бабушка называла это тремя женскими печалями», — пишет Муса.

Три женские печали: день обрезанья, брака ночь
Рождение детини.
О помощи молю, покуда плоть горит от боли
Нещадно. Но твердят: терпи!
Боль женская — она не вечна.
Боль женская ни капли не важна.

Когда Хуссейн выходила замуж, вход во влагалище пришлось расширять обратно — руками предписанной обычаем повитухи. «В детстве тебя зашивают так надёжно, что перед свадьбой нужно вскрывать», — объясняет Хуссейн. И вновь она убедила себя, что происходящее приемлемо: его «достаточно, видно, перетерпеть ещё раз». Но тут Хуссейн забеременела Марьям, и деторождение стало худшим кошмаром из, как казалось, нескончаемой череды. «Я даже выразить не могла, что со мной происходит, — рассказывает она в ходе видеозвонка из дома. — И стало до того плохо, что я решила: умираю. Пришёл конец. Родов я не переживу».

С таким опытом пережившие обрезание сталкиваются нередко. С 2001 по 2003 год Всемирная организация здравоохранения проводила исследование, в ходе которого обнаружила: обрезание, особенно третьей степени, сильно повышает вероятность осложнений в ходе родов. Уровень смертности новорождённых, чьи матери подвергались инфибуляции, на 55% выше, чем у новорождённых, чьи матери обрезанию не подвергались.

Хуссейн до сих пор, рассказывая о произошедшем, переживает адскую боль заново. «Поначалу я принималась плакать. Но раз за разом пересказывала — и как будто исцелилась. Частично». Хуссейн хотелось бы, чтобы так же исцелилось как можно больше женщин. Но те, по её словам, слишком часто молчат — в то время как Хуссейн не смогла.

Оправиться от родов вышло через два месяца. После Хуссейн принялась говорить с местными. Усаживала дочь в тканевую перевязь и рассказывала соседкам о пережитом ужасе, который считала неприемлемым. «Говорила: „Нельзя ведь обрекать на такое наших дочек?“ А мне: „С ума сошла“. Не слушали».

На Хуссейн жаловались её матери, которая осудила дочь. А после — местному чиновнику, который Хуссейн поддержал. «Он спросил: „В чём дело, уважаемая?“ А я ему: „Женщинам так плохо, а они молча терпят“. Он меня похвалил: „Горжусь вами“. Первый, кто меня поддержал».

С тех пор Хуссейн погрузилась в деятельность. Все силы направила на то, чтобы уберечь родственниц и землячек от обрезания. С первыми Хуссейн несомненно преуспевала: обрезанию не подвергли ни одну из её дочерей (их трое: возрастом в семь, двенадцать и тринадцать лет). Страница Садии приветствует посетительниц видео, где старшие дочки, Марьям и Наймах, читают стихотворение «Гордые африканские девочки». «Мы с рожденья безупречные, — говорят обе, грозя пальцем. — Никакого обрезания, дайте нам образование!»

Со вторыми Садия работает как может, пусть даже Кении далековато до того, чтобы, следуя замыслу президента Ухуру Кениаты, искоренить к новому году обычай женского обрезания (судя по показателям, страна преуспевает постепенно: согласно Детскому фонду ООН, количество обрезаний снижается на более чем 4% ежегодно).

Хуссейн поперву просвещала собственную общину: сначала — живущих в округе у реки Тана; затем — тех, кто подальше. Постепенно Хуссейн создала сеть влияния на местах — на трёх известных ей языках: английском, суахили, сомалийском. Посетив мастер-класс в рамках глобальной медийной кампании (в ходе которой использованию медиа для усиления своего влияния обучилось более пятисот жительниц стран Африки — местных общественных деятельниц) по борьбе с женским обрезанием, Хуссейн добилась потрясающих успехов — даже невиданных, по словам представительниц кампании. Недавний опрос, призванный оценить влияние медиа на местных жительниц, показал: доля обитательниц округа у реки Тана, которые поддерживали женское обрезание третьей степени, в феврале 2019 года составляла 89%, а в январе этого года — 5%.

Хуссейн поняла: чтобы всё изменить, необходимо воздействовать на общины по отдельности, а не спускать усреднённые решения из Найроби. К примеру, заявляет Хуссейн, если в общине женское обрезание — это обряд посвящения, необходимо его чем-то заменить. В близлежащих к родным землях препятствием чаще всего выступало представление о женском обрезании как о неотъемлемой части мусульманской веры; в таких местностях выступать против обрезания означало оскорблять верующих. Хуссейн, сама набожная мусульманка, нашла выход и здесь — настоятельно посоветовала местным представительницам веры «отвязать женское обрезание от ислама».

Сегодня, по подсчётам самой Хуссейн, она помогла окончательно отказаться от женского обрезания четырём деревням. В первых двух пришлось подыскивать иные источники дохода для тех, кто обрезание проводит. «Мне заявили: „Садия, мы готовы бросить делать обрезания“. Я обратилась к местному уполномоченному лицу, и меня уверили: выдадим каждой по двенадцать коз — и так и сделали. Теперь в этих двух деревнях обрезания не делают», — рассказывает Хуссейн. По её же словам, в третьей деревне помогло выступление на радио представительниц мусульманской веры; до тех пор считалось, что Хуссейн не иначе как „бездумно повторяет за белыми“. А в четвёртой понадобилось провести череду «живых бесед» между представительницами веры, жертвами обрезания, молодёжью и исполнительницей калечащей процедуры, чтобы удалось наконец прийти к заключению, что нанесение увечий женским половым органам необходимо оставить в прошлом. «Каждый раз, оказываясь в одной из этих деревень, я искренне радуюсь, горжусь», — признаётся Хуссейн.

Тайна её убедительности — во внушительном сочетании ума, нравственной отваги и личного горького опыта. После столь открытых и красноречивых заявлений о том, через что Хуссейн прошла сама, мало кто осмеливается с ней спорить. Вот что об этом говорит она: «Я испытала всё на собственном опыте, а потому никто не убедит меня, будто женское обрезание не имеет последствий. Какая-нибудь женщина может позвонить на радио и заявить: „Я вот родила пятнадцать раз и ни разу не столкнулась с теми осложнениями, о которых вы рассказываете“. Даже ей мне будет что ответить».

Буквально через год после первых родов, забеременев во второй раз, Хуссейн столкнулась с новыми трудностями. «Только представьте: ты живёшь там, где все рожают ежегодно. И каждые роды тебя буквально разрезают на части, — рассказывает она. — Это как бы ад». Ещё через несколько лет Хуссейн родила третью дочь, в более чем полутораста километрах от дома, посредством срочного кесарева. Рожать естественным путём было опасно для жизни.

Хуссейн чрезвычайно грустно осознавать, что она одна такая — пережила обрезание, а теперь выступает против него. К счастью, в конце концов опомнилась её мать. Но многие, по словам Хуссейн, отказываются прислушиваться, зачастую из страха навлечь позор и бесчестие на дочерей. «Я однажды поняла: большинство жертв обрезания предпочитают молчать, — рассказывает она. — Им кажется, будто обрядом этим следует гордиться. И что подвергать такому дочерей приемлемо».

За день до нашей беседы Хуссейн позвонил мужчина: он пытался убедить супругу не калечить их дочь. «Он сказал: „Тут, рядом со мной, тёща и супруга. Не могли бы вы любезно просветить их по вопросам женского обрезания?“ Вообразите только: у матери высшее образование. Магистерская степень. А она со мной спорит, дескать, „Садия, у меня никаких осложнений не было. Не хватало ещё, чтобы моя дочь стала падшей женщиной“».

Однажды, надеется Хуссейн, она сумеет внушить женщинам такую уверенность, что образуется «целое движение жертв, сотни таких же Садий, которые открыто заявят об ужасах обрезания, поделятся личным опытом и не столкнутся при этом с общественным порицанием». Пока же она заявляет о происходящем сама, везде где может, а дочерей, когда их дразнят в школе те, кому внушили, будто обрезание очищает тело, учит отвечать простым: «Мы и так чистые: мы в душ сходили».

Ковид, конечно, борьбе препятствует. Хуссейн не сомневается, что в ходе пандемии количество женских обрезаний вырастет: школы закрылись на месяцы, все сидят по домам, и все «предоставлены сами себе». При этом тяжелее стало и общаться с кем-то воочию. Однако Хуссейн с двойным усердием работает медиаплощадках; она с ликованием отмечает, что один её недавний пост просмотрели более 16 000 раз. Хуссейн пишет стихи и песни. Выпускает написанную в прошлом году книгу под названием A New Dawn for Children («Новая заря для детинь»), которая, надеется Хуссейн, поможет молодёжи сбросить оковы убеждений старшего поколения.

«Я в первую очередь надеюсь, даже мечтаю о том, что наше общество, если мы грамотно настроим молодёжь, станет светлее и человечнее, — говорит она. — Мне так хочется помогать детиням всех вероисповеданий, культур, рас и национальностей. Мне хочется, чтобы в нашем обществе всем было уютно, чтобы оно всех принимало, чтобы все могли наслаждаться своими правами и защищать, продвигать и поддерживать чужие».

В книге присутствует стихотворение о том, чтобы все детини имели право на образование. «Как самолёты, — пишет Хуссейн, — пусть летают без ограничений». Она надеется, что именно подобные мысли закрепятся в сознании читательниц прочнее всего. «Мне хочется оставить после себя что-то, что позволит мне жить в людских душах; чтобы обо мне говорили: «Ну Садия Хуссейн, которая „Никакого обрезания, дайте нам образование!“, помнишь?»

Источник

Исследование: Стереотипы о женщинах среднего возраста как о «менее приятных» тормозят их работу

2024-01-23T16:06:16.546Z

(примерное время чтения: 6 минут)

Согласно последним исследованиям, даже тех женщин среднего возраста, которые добились высокого положения и имеют ценный опыт, замедляет якобы нехватка «дружелюбия».

Город Беркли (штат Калифорния): Дженнифер Чатмен, всеобщая любимица и штатная преподавательница Школы бизнеса имени Хааса при Калифорнийском университете в Беркли, прежде преподавала блестяще. Но когда ей перевалило за сорок и она, казалось бы, стала только опытнее, произошло неожиданное: обучающиеся принялись оценивать её преподавание хуже.

«Преподавать, если уж на то пошло, я стала только лучше. Однако студенты стали ко мне придирчивее», — пояснила она. Мало было этого, так Чатмен, когда поговорила с другими сотрудницами среднего возраста, обнаружила: те сталкиваются с похожей предвзятостью, в то время как у мужчин подобного не наблюдается.

После этого Чатмен получила награду имени Хааса как лучшая преподавательница и теперь работает заместителем деканши по учебным вопросам. При этом в ходе исследовательской деятельности Чатмен собрала свидетельства в пользу собственному предположению. Она выявила, что оценка преподавателей со временем в основном не меняется, в то время как у преподавательниц после тридцатилетнего возраста наблюдается сначала пик, а после — резкий спад, который достигает низшей точки в районе 47 лет.

Анализ проводился в рамках исследованиях, проведённого в соавторстве с профессоршей Лорой Крей и другими учёными. Итоги на этой неделе разместили в научном журнале по организационному взаимодействию и принятию решений Organizational Behavior and Human Decision Processes. Если вкратце, то с возрастом опытнее и либо расторопнее становятся как мужчины, так и женщины, однако лишь женщин с годами считают всё менее приятными — из-за чего оценивают строже.

Чатмен отмечает: сейчас, когда женщины только-только добиваются равных условий в бизнес-школах и всё равно при этом составляют лишь 6,4% из списка 500 наиболее оплачиваемых, согласно данным корпорации Standard & Poor’s, генеральных директрис, данное явление может поставить крест на дальнейших достижениях. «Средний возраст — решающий, поскольку именно тогда тебя обычно готовят и рассматривают на высочайшие из должностей, — объясняет Чатмен, почётная профессорша управления (должность в деловой среде, существующая на пожертвования Пола Кортиза) и соруководительница культурного центра Беркли Berkeley Culture Center. — Нам необходимо выйти за пределы первоначальной выборки, чтобы определить, с чем именно сталкиваются женщины в течение трудовой жизни вообще».

Два основополагающих показателя, по которым мы судим окружающих в первую очередь — это, согласно социологическим исследованиям, «сердечное отношение» и «свобода воли». «В первую очередь мы отмечаем, насколько холодно либо тепло к нам относятся, — объясняет Крей, заведующая учреждённой Недом и Кэрол Спикер кафедрой управления и руководительница факультета равенства, пола и управления в Школе бизнеса имени Хааса. — Так мы решаем, настроены к нам дружелюбно или враждебно. Оценить „свободу воли“ — значит определить, с какой вероятностью, как нам кажется, этот настрой претворится в действия».

Исследования прошлого показали, что от женщин в целом ожидается более тёплое отношение, чем от мужчин, в то время как от мужчин ожидается больше свободы воли — либо осведомлённости и уверенности. Таковы последствия издавна принятого разделения полов, в котором женщины призваны взращивать потомство, пока мужчина охотится либо ещё как-то трудится. «Укоренившиеся представления давно уже не приносят никакой пользы», — заявляет Чатмен, а также добавляет, что, когда женщины действуют вразрез с этими представлениями и достигают такого влияния на работе, благодаря которому обретают больше свободы воли, среда может этому сопротивляться.

Исследования также показывают, что восприятие человека как дружелюбного и деятельного с возрастом лишь расширяется. Однако никто из учёных прежде не изучал этот вопрос одновременно с точки зрения и возраста, и половой принадлежности, в то время как восприятие женщин и мужчин в этом смысле различается. Именно этим занялись в ходе череды своих исследований Чатмен и Крей, вместе с докторанткой Школы бизнеса имени Хааса Соней Мишрой; выпускницей Школы бизнеса имени Хааса Дарон Шарпс, которая в 2019 году стала докторшей философии, а теперь работает в Pinterest; и профессором Майклом Нортом из Нью-Йоркского университета.

Стив или Сью?

В первоначальном исследовании участницам показывали снимок, на котором крупным планом был якобы изображён либо руководитель низшего звена по имени Стив Уилсон, либо такая же руководительница по имени Сью Миллер. Давалось описание трудовых путей первого и второй, подробности которых были неотличимы друг от друга. После этого предлагалось оценить Стива и Сью, определив их через прилагательные в духе «волевая» или «добросердечная», причём как в среднем возрасте, так и в молодом.

Итоги прежних исследований подтвердились: в целом и Стива, и Сью в зрелом возрасте оценивали выше. Однако вопреки одинаковым описаниям исключительно непредвзятого толка, Сью по чертам, связанным с добросердечием, с возрастом оценивали ниже, в то время как у Стива оценка оставалась прежней. «С ума сойти, — говорит Чатмен. — Чёткие представления о мужчинах и женщинах укоренились в людском сознании настолько, что проявляются даже в случаях, когда о мужчине и женщине говорится буквально одно и то же».

В ходе второго исследования почти пяти сотням посетительниц занятий для руководящего состава предложили обратиться к сослуживицам за оценкой по таким показателям, как уверенность и сговорчивость. Любопытно, что у женщин показатель сердечности оставался неизменным вопреки возрасту, в то время как мужчин зрелого возраста по этому показателю оценивали выше, чем молодых.

«Получается, женщины в данной среде не воспринимаются как недоброжелательные, однако мужчин всё равно считают доброжелательнее, — поясняет Крей. — Выходит, если зрелых мужчин и женщин в данной среде сопоставляют, женщины нередко оказываются в невыгодном положении».

Университетские преподавательницы

В ходе заключительного исследования, Чатмен и Крей возвратились к истокам своих изысканий и изучили огромный пласт данных об оценке университетских преподавательниц, что позволило наглядно сопоставить их успехи в разном возрасте и последовательно проследить изменения (исследователи всеми силами старались учесть влияние на показатели того, есть ли у той или иной преподавательницы дети и брала ли она на себя в течение трудового пути дополнительные, не связанные с преподаванием обязанности).

Конечно же, обнаружилось, что преподавателей с течением времени оценивают в целом одинаково. Тем временем оценка преподавательниц достигает высшей точки где-то после тридцати лет, после чего резко падает и достигает низшей точки около 47 лет. После чего оценка вновь принимается уверенно расти, так что где-то после 60 мужчины и женщины оказываются на равных. «На женщин в этом возрасте возлагаются уже иные ожидания: в них видят скорее бабушек», — объясняет Крей.

По слова Чатмен, полученные итоги особенно показательны потому, что навыки преподавания с возрастом и опытом только оттачиваются. «У мужчин оценка в итоге напрямую связана с грамотностью, а вот у женщин её, если сравнивать, сильнее недооценивают. Получается, оценивается не столько грамотность, сколько соответствие представлениям о женщинах», — поясняет Чатмен.

Чтобы подробнее разобраться в причинах, которые стоят за выявленной предвзятостью, исследователи также изучили замечания, что обучающиеся оставляли по поводу деятельности преподавательниц. С помощью программы были выявлены сотни прилагательных, которыми описывали деятельность преподавательниц. Обнаружилось следующее: с возрастом по отношению к преподавательницам всё реже использовались такие описания, как «внимательная», «добрая» и «заботливая». По словам Крей, «заметно увеличивалось количество жалоб на личность преподавательниц именно в том возрасте, когда их оценивали ниже всего».

Все полученные итоги подтвердили опасения исследовательниц: даже те женщины, которые с опытом становятся влиятельнее и грамотнее, порицаются за то, что они недостаточно «приятны» как женщины.

«Кажется, сама суть успеха в труде подталкивает оценивающих к мысли: женщины, у которых больше свободы воли, по умолчанию недружелюбнее и, как следствие, неприятнее», — предполагает Чатмен. Отчасти эти изыскания дарят женщинам облегчение, поскольку объясняют, отчего те в зрелом возрасте, на подъёме карьеры, сталкиваются порой с застоем и движением назад.

Без осведомлённости никак

Тем не менее исследовательницы предупреждают: не стоит заключать, будто женщине вернее прикидываться более дружелюбной либо менее грамотной. Каждая женщина, которой приходилось присутствовать на собрании с чрезмерно уверенными в себе мужчинами, сталкивалась с подобным выбором: либо прикинуться такой, какой тебя ожидают видеть, либо разочаровать окружающих. «Мы ни в коем случае не призываем женщин дополнительно осторожничать, — говорит Чатмен, — поскольку итоги нашего исследования показывают, что тем и так приходится вечно одёргивать себя».

Наоборот, исследовательницы надеются, что своими выводами убедят общественность: на то, с какой вероятностью женщина, в отличие от мужчины, получает повышение, может влиять чужая предвзятость. «Необходимо грамотно выстраивать и приводить к единообразию обсуждение и оценку способных занять ту или иную должность претенденток, — предлагает Крей, — и либо исключать обратную связь, привязанную к личностным качествам, либо каким-то образом выравнивать в этой оценке положение женщин и мужчин».

При этом она добавляет: женщине, которая стремится к новым трудовым вершинам, будет проще убедить окружающих мужчин смотреть в первую очередь на достоинства и навыки, если она сама будет знать о том, насколько сильно влияние укоренившихся представлений. «Если женщине самой приходится оценивать кого-то, — продолжает Крей, — ей не стоит молчать о двойственном подходе к оценке. Зато стоит открыто добиваться того, чтобы оценка эта была непредвзятой со стороны всех оценивающих».

Выходные данные исследования:
Agentic but not warm: Age-gender interactions and the consequences of stereotype incongruity perceptions for middle-aged professional women
By Jennifer A.Chatman, Daron Sharps, Sonya Mishra, Laura J. Kray, and Michael S. North
Organizational Behavior and Human Decision Processes, November 2022

Борьба одновременно и с порнографией, и со стыдом не просто возможна, но необходима

2024-01-18T15:46:02.659Z

(примерное время чтения: 4 минуты)

Стыд может убивать желание и силы, которые нужны, чтобы меняться, прощать и расти над собой. Вот как стыд влияет на тех, чья жизнь отравлена порнографией.

Если вы ещё не заметили, мы часто поднимаем тему взаимосвязи между порнографией и стыдом. Очень часто стыд лишь усугубляет проблему потребления порно. Большинство соглашаются, что стыдиться просмотра порнографии правильно, однако стыд также вызывает серьёзные опасения.

С одной стороны, для некоторых чувство стыда является преградой на пути исцеления; они испытывают большое облегчение, когда на эту тему наконец заговаривают. Мы получали вдохновляющие комментарии от тех, кому отказ от чувства стыда помог побороть привычку смотреть порно:

«После того как я решила отринуть стыд и сбросить груз, который меня тяготил, я перестала смотреть порно; не смотрю его уже три с половиной года и возвращаться на собираюсь. Освобождение принесло в мою жизнь море исцеления, любви и прощения. Теперь я крепко держусь за любовь и осознаю её настоящий смысл».

Стыд может быть преградой

С другой стороны, многие партнёрки и жёны сами чувствовали стыд и унижение из-за близкой человеки, которая продолжает потреблять порно. Ясно, что тема сложная и деликатная — мы это осознаём. Многие не до конца понимали наше мнение о стыде и приводили важные замечания. Например, вот один из комментариев:

«Не знаю… мне стыд наоборот помог завязать. Именно он мной двигал. Думаю, может быть по-всякому в зависимости от человеки. А уж если ты смотришь порно и врёшь об этом партнёрке, то тебе точно должно быть стыдно… не за порно, а за ложь и за боль, которую она причиняет».

И ещё один:

«Стыд — нормальная и естественная человеческая эмоция. Надо ли думать, что из-за стыда ты никогда не сможешь побороть плохую привычку? Нет. Это неправда, и не приносит никакой пользы. Но сам по себе стыд — не зло, от которого нужно избавляться бескомпромиссно. Мы все в процессе жизни испытываем стыд; нужно его переживать и учиться. Стыд говорит о том, что здесь возможны перемены к лучшему».

Противоречат ли эти мнения тому, что мы писали о стыде ранее? Думаем, не обязательно.

Вопрос в определении

Частично недопонимание может лежать в том, какие слова мы используем: «вина», «сожаление», «стыд», «осуждение», «бесстыдство». Они имеют разное значение, обозначают разные переживания и не могут использоваться как синонимы. Одни из этих переживаний помогают процессу исцеления, другие мешают.

Суть в том, что обсуждать надо всё. И отдельные личности, вы сами — не просто важный элемент этого обсуждения, но само обсуждение; вы и есть само движение.

Наше движение объединяет множество разных людинь с различными трудностями, различным опытом, различным прошлым. Мы никогда не тешили себя надеждой, что будем согласны абсолютно во всём — и в этом нет ничего страшного. Мы не считаем, что разногласия — это плохо. Наоборот, обсуждая спорные вопросы, выслушивая подруга подругу, стараясь понять наши уникальные обстоятельства и переживания, мы можем многому научиться.

Например, несметное множество людинь испытали на себе вред от потребления порнографии другой человекой. Их опыт, их истории составляют ядро нашего движения за любовь и дополняются повышением осведомлённости о том, насколько критично, согласно научным исследованиям, порнография влияет на отношения и семьи.

Порнография приносит вред, а стыд его усиливает

Надеюсь, нас поймут правильно: близкие и родные — далеко не единственные страдающие от порноиндустрии. Многие отдельные потребительницы порно находятся в совершенном отчаянии и уже не надеются избавиться от зависимости — они мучаются годами, пытаясь понять, как же бросить. Их опыт важен точно так же, и точно так же заслуживает внимания. В нашем движении есть место и им — и это не обсуждается.

Мы уверены, что можно прислушиваться и к группам, и к партнёркам, и к потребительницам, не обесценивая никого из них. Признавать тяжкий стыд, который испытывают некоторые потребительницы порно, не значит считать, что любая человека, обеспокоенная тем, что порно потребляет её близкая, позорно прибегает к «шеймингу». Испытывать глубокое горе, страх, злость из-за того, что партнёрка или близкая потребляет порно — это одно, а своими действиями усугублять горе, страх, злость и безнадёжность потребительницы порно — это другое. Это НЕ одно и то же.

Давайте учиться подруга у подруги

Нам предстоит ещё многое узнать о том, как совместить здоровую ответственность и любовь в отношениях, отравленных порнографией (и стыдом), и мы хотим продолжать учиться на опыте множества участниц нашего движения.

Возможно, пора признать, что порнография отравляет болезненным стыдом, унижением, смущением, страхом, злостью и ненавистью жизни всех, кого касается — и потребительниц, и их партнёрок, и родных.

Давайте будем открыты новым мнениям, давайте учиться вместе, давайте вместе узнавать, как преодолеть эти тяжёлые чувства и распрощаться с ними (и с порнографией) навсегда.

Если вы зависимы от порно

Зависимость от порнографии может вызывать чувство стыда, беспомощности и никчёмности. Однако не падайте духом — исцеление возможно, и это полная правда. Исследования и опыт тысяч людинь доказывает, что со временем негативные последствия потребления порнографии можно контролировать и в основном нейтрализовать. Исследования говорят, что даже в случаях тяжёлой наркомании и других зависимостей со временем и благодаря последовательной работе мозг способен восстановиться. Также исследовательницы отмечают, что в то время как чувство вины может запустить и поддержать процесс исцеления, стыд, напротив, только подпитывает пагубное пристрастие к порно.

Так что если вы стремитесь отказаться от порнографии, будьте к себе добрее и терпеливее. Всё требует времени, и уж тем более восстановление мозга; в этом деле важны каждодневные усилия, и они обязательно дадут эффект в долгосрочной перспективе. Привычка — как мышца, она развивается и крепнет, если её регулярно тренировать. Чем дольше вы воздерживаетесь от потребления порнографии, тем легче становится. Нужно только привыкнуть.

Мастерица по шахматам среди женщин обвинила коллегу в изнасиловании и домогательствах и заявила: токсичная культура мизогинии и хищничества на турнирах — это норма.

2024-01-14T05:39:47.732Z

(примерное время чтения: 3 минуты)

36-летняя шахматистка Сабрина Чеваннес заявила, что в подростковом возрасте на шахматном турнире её напоили до беспамятства и изнасиловали. В интервью с The Independent она сообщила: «Я проснулась на столе в хозяйственном помещении гостиницы. Мне было ужасно больно. Я не вполне понимала, что произошло. Когда шла игра, мне даже присесть было больно. А он с дружками видели это и давали друг другу пятюни».

Сабрина Чеваннес, талантливая шахматистка, тренерша, обладательница десятка шахматных званий в Британии, наблюдала домогательства, харрасмент и сексизм на каждом турнире. Также она сталкивалась с расизмом.

В 11 лет она попросилась сфотографироваться с «известным» мастером по шахматам, и он её облапал. Второй раз она столкнулась с ним в 18 лет, на другом турнире, и он отпускал о ней неуместные комментарии. Женщина вспоминает: «Он сказал мне: “Как же ты выросла”. Я ответила, что действительно добиваюсь выдающихся личных результатов, но он перебил: “Я в другом смысле”».

Шахматистка рассказала и о другом происшествии, которое случилось между ней и другим спортсменом. Сабрина только прилетела и не могла заселиться в свой номер до обеда, и он предложил ей отоспаться у него в номере. Женщина согласилась, а проснулась от того, что мужчина лез одной рукой ей в трусы, а другой в лифчик.

В то время женщина не заявила ни об одном из происшествий в полицию — другие сказали, что ей всё равно не поверят. Оказывается, с такими ситуациями сталкивалось множество других шахматисток. Сегодня же Сабрина утверждает: «Я не просто делюсь частным случаем из своего опыта. Это системная проблема, и я надеюсь вдохновить других женщин высказаться точно так же. Ведь это случается со многими из нас».

Это не первое подобное обвинение в адрес львов шахматного мира — кажется, в нём сейчас происходит свой metoo. После множества обвинений в домогательствах гроссмейстера обвинили в сексуализированном насилии в адрес чемпионки по шахматам в США среди женщин. Шахматная федерация США и Шахматный клуб Сент-Луиса проводят расследование по делу 34-летнего шахматиста Алехандро Рамиреса — ему было предъявлено несколько обвинений, и минимум одно из них касается несовершеннолетней.

В феврале гроссмейстерша среди женщин Дженнифер Шахаде (42 года) написала в твиттере, что за последние десять лет Рамирес дважды её домогался. Рамирес — гроссмейстер американо-костариканского происхождения, тренер и турнирный комментатор. Шахаде — двукратная победительница Чемпионата США по шахматам среди женщин (2002 и 2004 г.) и профессиональная покеристка.

Следом за гроссмейстершей ещё несколько женщин осмелились обвинить Рамиреса — среди них трое, кому на момент инцидентов ещё не было восемнадцати. Согласно обвинениям, Рамирес, злоупотребляя своим положением и властью, несколько раз домогался женщин, а затем проявлял физическую агрессию. Защита Рамиреса утверждала, что он «готов поддержать всех, кто пожелают высказать какую-либо обеспокоенность».

Дженнифер Шахаде также высказала обвинения в адрес Шахматного клуба Сент-Луиса и Шахматной федерации США за то, что организации годами не занимались её заявлениями. По информации The Wall Street Journal, оба этих престижных клуба проигнорировали заявления, включая заявление о насилии над пятнадцатилетней пострадавшей. Спустя время Шахматный клуб Сент-Луиса заявил, что принимает отстранение Рамиреса, а в мае игрок был отстранён и Шахматной федерацией США.

Однако очевидно, что реакция слишком запоздала, и все четыре участницы Комитета по вопросам доступности шахмат и особым обстоятельствам подали в отставку, призывая к тому, чтобы организации как следует защищали женщин-шахматисток. Одна из подавших в отставку, Джудит Старай, независимая судья, написала: «Пока что мы не видим, что Шахматная федерация США серьёзно восприняла требование искоренить в своих рядах культуру домогательств».

Разбирательства привели к тому, что сайт Chess com, влиятельный ресурс, объединяющий более ста миллионов любительниц и любителей шахмат, разорвал с клубом связи. Администрация заявила, что прекращает поддерживать Шахматный клуб Сент-Луиса и освещать какие-либо его события. Глава Chess com по вопросам шахмат Дэнни Ренш выразил разочарование тем, как отнеслось к обвинениям и как их отработало руководство Шахматной федерации США и высказал желание увидеть большую прозрачность и конкретные своевременные меры. Это решение было принято после того, как некоммерческий сервер Lichess org, на котором проводились мероприятия, прекратил сотрудничество с Шахматным клубом Сент-Луиса и Шахматной федерацией США «по причине того, что организации не желают нести ответственность за связанные с ними события». На сайте Lichess было опубликовано сообщение: «Женщины и девочки уже находятся в неравных условиях. Они имеют право на безопасность и поддержку, однако вместо этого сталкиваются с насилием, харрасментом или событиями ещё более страшными. И часто они боятся заявлять об этом или добиваться справедливости. Хватит молчать».

Спикер Шахматной федерации США заявил, что организация намерена защищать всех своих подопечных и «продолжит изыскивать и внедрять успешные передовые практики в свою политику».

Источник

Оспаривая доисторические гендерные роли: исследования показывают, что и женщины были охотницами

2023-12-21T14:56:51.018Z

Многим из нас знакома эта история: в доисторические времена мужчины были охотниками, а женщины — собирательницами. Женщины «физически» не были способны к охоте, потому что их анатомия отличалась от мужской. И поскольку мужчины были добытчиками, они способствовали эволюции человека.

Но эта история ошибочна, согласно исследованию профессорки антропологии Университета Делавэра Сары Лейси, которое недавно было опубликовано в Scientific American и в двух частях в журнале American Anthropologist.

Лейси и ее коллега Кара Окобок из Университета Нотр-Дам исследовали разделение труда по признаку пола в эпоху палеолита, примерно от 2,5 миллионов до 12 000 лет назад. Проанализировав современные археологические данные и литературу, они нашли лишь незначительное число свидетельств в поддержку идеи о том, что роли были распределены конкретно для каждого пола. Команда также изучила женскую физиологию и обнаружила, что женщины не только физически способны быть охотницами, но и что существует мало свидетельств в поддержку того, что они не охотились.

Лейси — биологическая антропологиня, изучающая здоровье древних людинь, а Окобок — физиологиня, проводящая аналогии между современностью и летописью окаменелостей. Подруги по аспирантуре, они начали сотрудничать после того, как «пожаловались на ряд вышедших работ, в которых использовалась стандартная нулевая гипотеза о том, что у пещерных людинь было сильное гендерное разделение труда, мужчины охотились, женщины собирали продовольствие. Мы спросили: "Почему это [подразумевается] по умолчанию? У нас так много доказательств того, что это не так"», — рассказала Лейси.

Исследовательницы нашли примеры равенства для обоих полов в древних орудиях труда, рационе питания, искусстве, захоронениях и анатомии.

«Людини находили предметы в прошлом и просто автоматически приписывали их к мужчинам и не признавали тот факт, что у всех, кого мы находили в прошлом, есть эти предметы, будь то в костях или в каменных орудиях, которые кладутся в захоронения. Мы не можем точно сказать, кто что делала, верно? Мы не можем сказать: "О, у мужчин были кремневые камни", потому что на каменном орудии не осталось подписи, которая говорила бы нам, кто его сделала», — сказала Лейси, имея в виду метод, с помощью которого были изготовлены каменные орудия. «Но судя по тем доказательствам, которые у нас есть, гендерных различий в ролях практически нет».

Команда также изучила вопрос о том, мешают ли женщинам анатомические и физиологические различия между полами заниматься охотой. Они обнаружили, что мужчины имеют преимущество перед женщинами в видах деятельности, требующих скорости и силы, таких как спринт и метание, но женщины обладают преимуществом перед мужчинами в видах деятельности, требующих выносливости, таких как бег. Оба вида были необходимы для охоты в древние времена.

Команда подчеркнула роль гормона эстрогена, который более заметен у женщин, чем у мужчин, как ключевого компонента, обеспечивающего это преимущество. Эстроген может усиливать метаболизм жиров, что обеспечивает мышцы более длительным источником энергии, и может регулировать разрушение мышц, предотвращая их изнашивание. Ученые проследили за рецепторами эстрогена, белками, которые направляют гормон в нужное место в организме, начиная с 600 миллионов лет назад.

«Когда мы глубже изучаем анатомию и современную физиологию, а затем действительно смотрим на скелетные останки древних людинь, нет никакой разницы в характере травм между мужчинами и женщинами, потому что они выполняли одни и те же действия», — сказала Лейси.

В эпоху палеолита большинство людинь жило небольшими группами. Для Лейси идея о том, что охотилась только часть группы, не имела смысла.

«Вы живете в такой маленькой общине. Вы должны быть очень, очень гибкими, — рассказала она. — Каждый должен быть в состоянии взять на себя любую роль в любое время. Это просто кажется очевидным, но людини воспринимали это по-другому».

Мужчина-охотница

Теория о мужчинах как охотниках и женщинах как собирательниц впервые приобрела дурную славу в 1968 году, когда антропологи Ричард Б. Ли и Ирвен Девор опубликовали «Мужчина-охотница» — сборник научных статей, представленных на симпозиуме в 1966 году. Авторы сделали заявление, что охота продвинула эволюцию человека вперед, добавив мясо в доисторический рацион, способствуя росту мозга большего размера по сравнению с нашими родственницами-приматами. Авторы предположили, что все охотницы были мужчинами.

Лейси указывает на эту гендерную предвзятость предыдущих ученых как на причину, по которой концепция получила широкое признание в академических кругах, в конечном итоге распространившись на массовую культуру. Телевизионные мультфильмы, художественные фильмы, музейные экспонаты и учебники подкрепили эту идею. Когда ученые женщины публиковали исследования, доказывающие обратное, их работа в значительной степени игнорировалась или обесценивалась.

«Были женщины, которые писали об этом в 70-х, 80-х и 90-х годах, но их работа постоянно сводилась к "О, это феминистская критика или феминистский подход", — поделилась Лейси. — Это было до того, как появились какие-либо работы по генетике и бо́льшая часть работ по физиологии и роли эстрогена. Мы хотели как подкрепить аргументы, которые они уже приводили, так и добавить к ним все новое».

Лейси сказала, что теория «мужчина-охотница» продолжает влиять на дисциплину. Хотя она признает, что необходимо провести гораздо больше исследований о жизни доисторических людинь, особенно женщин, она надеется, что ее мнение о том, что труд был разделен между обоими полами, станет подходом по умолчанию для исследований в будущем.

По словам Лейси, в течение 3 миллионов лет и женщины, и мужчины участвовали в сборе средств к существованию для своих общин, и зависимость от мяса и охоты была обусловлена обоими полами.

«Это не то, что делали только мужчины, и, следовательно, не мужское поведение стимулировало эволюцию, — сказала она. — То, что мы сегодня считаем гендерными ролями де-факто, не является врожденным, не характеризует наших предков. Миллионы лет мы были очень эгалитарным видом во многих отношениях».

Дополнительная информация: Sarah Lacy et al, Woman the hunter: The archaeological evidence, American Anthropologist (2023)
Cara Ocobock et al, Woman the hunter: The physiological evidence, American Anthropologist (2023)

Источник

Новое исследование показало — чем больше женщины представлены в точных науках, тем более гуманитарными такие науки воспринимаются

2023-12-17T11:57:49.739Z

Один из факторов, в силу которых наука воспринимается как точная или как гуманитарная, являются гендерные предрассудки — это подтверждает недавнее исследование, проведённое мной и группой коллег.

Женщины представлены в точных науках в разных пропорциях: к примеру, в сфере медицины и биологии практически достигнуто гендерное равенство, а в информатике женщины составляют лишь около 18 % выпускниц бакалавриата.

Мы провели ряд экспериментов, в ходе которых знакомили испытуемых с данными по степени представленности женщин в разных научных сферах: химии, социологии, медицине и биологии. Затем мы просили охарактеризовать эти дисциплины как точные или как гуманитарные.

Во всех экспериментах испытуемые были более склонны охарактеризовать дисциплину как гуманитарную, если было сказано, что в ней трудятся больше женщин. Кроме того, назвав дисциплину гуманитарной, они были более склонны её обесценить — описать как менее точную, менее достоверную и в меньшей степени заслуживающую государственных грантов.

А это важно?

За последние десять лет растущее общественное движение поощряет девочек и женщин получать образование и работу в сфере точных наук (STEM). Иногда говорят, что это будет способствовать сокращению разрыва заработных плат.

Поощряя женщин работать в высокооплачиваемой научно-технической сфере, одни надеются на рост среднего заработка женщин в сравнении с мужчинами. Другие надеются, что успех женщин в точных науках пошатнёт стереотипы о женских способностях и интересах в подобных дисциплинах.

Наше исследование демонстрирует, что этого может не быть. Стереотипы о женщинах в науке продолжают существовать несмотря на неопровержимые доказательства того, что женщины показывают достойные результаты в научно-технической сфере. В силу этих стереотипов людини просто обесценивают дисциплины, в которых трудятся женщины. Таким образом даже наука и математика могут в конце концов превратиться в сферу обслуживания: категорию преимущественно женских профессий, труд в которых часто обесценивается и не получает достойной оплаты.

Какие ещё есть исследования?

Другое исследование показало, что категоричные стереотипы типа «наука — это мужчины» выражены слабее среди тех, кто имеют высшее образование в научных дисциплинах, где женщины представлены широко (например, биология) по сравнению с теми, кто учились там, где женщин мало (как инженерное дело). Таким образом, представленность женщин в сфере может влиять на то, каким гендерным стереотипам подвержена человека.

Однако наши эксперименты дают те же результаты, что и другие исследования, и подтверждают: представленность женщин в дисциплине не столько ослабляет гендерные предубеждения, сколько приводит к обесцениваю таких более «женских» дисциплин.

Когда женщины составляют более четверти выпускниц магистратуры по некой специальности, мужчины (и женщины тоже, но в меньшей степени) теряют интерес к этой специальности, и зарплаты в этой дисциплине снижаются. Другое исследование иллюстрирует, что одна и та же работа, по мнению испытуемых, заслуживает меньшей оплаты, если отнесена к «женской сфере», чем если входит в «мужскую». Таким образом, не особенности работы или дисциплины, а наличие в ней женщин приводит к её обесценивают и снижению заработной платы.

Что остаётся неизвестным.

Испытуемые, которые работали или планировали работать в дисциплине, точно так же опирались на пол, распределяя науки на точные и гуманитарные, как и все остальные. Однако у учёных мы не обнаружили связи между этой тенденцией и их мнением касательно женских способностей к математике и наукам. Таким образом, степень сексизма учёных, которая определялась по собственным оценкам, не была связана со склонностью характеризовать дисциплины с большим количеством женщин как гуманитарные.

Мы не знаем, почему в итоге и учёные, и не-учёные продемонстрировали ту же связь между полом и степенью «гуманитарности» науки. Возможно, те, кто работают в науке, просто более внимательны к тому, что демонстрировать гендерные стереотипы не принято. То есть их собственные оценки могут неверно отражать их стереотипы, которые по факту более близки к стереотипам не-учёных.

Однако возможно, что их побуждает характеризовать науки как гуманитарные нечто другое. К примеру, нас удивило, что женщины-учёные по сравнению с мужчинами-учёными были более склонны характеризовать дисциплину, где много женщин, как гуманитарную. Возможно, это проявление тенденции некоторых женщин, сталкивающихся со стереотипами в своей дисциплине, отдалиться от других женщин и таким образом защититься от сексизма.

Что дальше?

Активистки, ратующие за женщин в науке, должны заняться проблемой обесценивания дисциплины, когда в ней начинают трудиться женщины. Чтобы общество могло пользоваться плодами продуктивного труда множества разных научных сфер, активисткам следует заняться гендерными стереотипами напрямую.

Гендерные стереотипы о точных науках также могут влиять на то, в каких сферах решают получать образование талантливые студентки. Блестящую студентку, которая стремится проявить себя, может оттолкнуть ярлык «гуманитарной дисциплины». И, наоборот, не уверенные в своих способностях учащиеся могут избегать специальностей, которые считаются «точными».

> А я так и говорила, так всем и говорила уже несколько лет! Так было с социологией, так было с психологией, и вот, пожалуйста, дошло и до биологии. Когда я училась в школе, самой прибыльной специальностью уверенно считалась химико-технологическая. На технологических специальностях училось примерно 20 % женщин. Теперь же на химико-технологических специальностях примерно половина женщин, и их ценность упала. Нет, это не женщины по случайному совпадению выбирают учиться на неприбыльные профессии. Это сама профессия начинает оплачиваться меньше, когда в ней становится больше женщин.

Источник

Как порноиндустрия наживается на несогласованном контенте и злоупотреблениях

2023-12-14T07:07:14.892Z

(примерное время чтения: 13-14 минут)

В порноиндустрии практически нет способа гарантировать, что какой-либо фрагмент порнографического контента действительно согласован, этичен или даже законен.
Серена Флейтес была совершенно обычной 14-летней девочкой, сосредоточенной на учебе и крашах. Поэтому, когда ее краш — симпатичный мальчик постарше — попросил ее прислать ему свои видео с обнаженной натурой, она сделала это, никак не ожидая, что они окажутся на нескольких самых популярных порносайтах мира.
Когда дети в ее школе начали травить и называть ее “шлюхой”, пришло ужасное осознание — видео были опубликованы, и она не могла контролировать их распространение. Одно из записей, которое было размещено на Pornhub, по сообщениям, набрало сотни тысяч просмотров. Подавленная, Серена дважды пыталась покончить с собой. И, к сожалению, она не единственная.
История Серены – не единичный случай. Печальная правда заключается в том, что порноиндустрия имеет богатую историю заработка прибыли от контента без согласия и абьюза, часто игнорируя просьбы жертв удалить оскорбительный контент. Порно - мощная индустрия с многомиллиардным оборотом. Три порносайта — XVideos, XNXX и Pornhub — входят в топ-20 сайтов с наибольшим трафиком в мире. И хотя в последнее время Pornhub подвергся наибольшему вниманию, важно помнить, что практически у каждого крупного порносайта были проблемы с контентом без согласия и абьюзом.
Поэтому неудивительно, что многие жертвы чувствуют себя бессильными перед лицом такой мощной индустрии. Популярные порноактрисы также могут подвергаться насилию или манипуляциям индустрии, при этом их обидчики практически не сталкиваются с последствиями. Однако по мере того, как все больше людинь начинают осознавать эксплуататорскую природу порноиндустрии, многие призывают к большей подотчетности и прозрачности.
Но есть ли реальный способ полностью гарантировать, что порно, которое вы смотрите, действительно создано по обоюдному согласию и без насилия? Что ж, давайте обсудим.

Согласие

Вначале давайте поговорим о согласии. Хотя юридическое определение варьируется в зависимости от местоположения и конкретных обстоятельств, сексуальное согласие обычно относится к сообщенному, информированному, взаимному согласию на участие в сексуальной активности, которое может быть отозвано в любое время. Осмысленное согласие на сексуальные отношения не может быть дано кем-либо, кто является несовершеннолетним, находится в состоянии опьянения, подвергнут принуждению, обманут или иным образом недееспособен. Эти же принципы применяются, когда речь заходит о распространении сексуально интимного контента. Абьюз на основе изображений и порнография без согласия (иногда называемая “порно мести”) в основном относятся к случаям, когда делаются снимки интимного характера или ими делятся – или угрожают поделиться — без согласия. Порнография без согласия может также включать случаи принуждения отдельных лиц к созданию откровенного контента. Вызывает тревогу тот факт, что, по оценкам, 1 из 12 взрослых АМЕРИКАНЦЕВ сообщает, что они стали жертвами имиджевого насилия, и, что еще более тревожно, 1 из 20 сообщает, что они были виновниками фото-абьюза.
Материалы сексуального насилия над детьми (сокращенно “CSAM” и иногда называемые “детской порнографией”) относятся к любому откровенному изображению несовершеннолетнего — даже если несовершеннолетний “дал согласие”. Поскольку несовершеннолетние по закону не способны дать осмысленное согласие, любое изображение несовершеннолетнего сексуального характера юридически считается “детской порнографией”. Согласно одному исследованию, примерно 1 из 5 девочек и 1 из 10 мальчиков в возрасте 13-17 лет сообщают, что делятся своими обнаженными фотографиями. В то время как 40% этих несовершеннолетних согласились с тем, что отправка обнаженных фотографий “нормальна”, это исследование также показывает, что 1 из 3 несовершеннолетних подростков сообщает, что видел обнаженные фотографии других несовершеннолетних без согласия— другими словами, CSAM. На самом деле, более 90% сотрудников полиции сообщают, что самогенерируемые CSAM распространены в их расследованиях детской порнографии.
К сожалению, фото-абьюз, порнография без согласия и материалы сексуального насилия над детьми становятся все более распространенными на порносайтах, что особенно тревожно, учитывая, что многие жертвы абьюза испытывают серьезные и разрушительные последствия для психического здоровья, включая ПТСР, тревогу и депрессию. В качестве интересного, но трагического побочного факта, лонгитюдные исследования показывают, что потребители порно сообщают о большей готовности делиться секс-фото без согласия.

Согласие в производстве порно

Но разве контент, созданный официальными компаниями по производству порнофильмов и загруженный на известные мейнстримные сайты, не является более надежным в плане согласованности?
В попытке успокоить опасения потребителей по поводу несогласованного контента, и освободить производителей от ответственности, некоторые компании по производству порнофильмов снимают “начальные интервью”, в которых исполнители подтверждают, давали ли они согласие на все, что было снято. Но даже эти предполагаемые подтверждения согласия оказались весьма проблематичными. В то время как интервью, предположительно, снимаются после завершения производства, их часто снимают до того, как исполнителям заплатят. Даже если им уже заплатили, гарантия того, что они будут наняты на будущую работу в отрасли, часто зависит от того, не будут ли они “трудными” или не скажут, что то, с чем они столкнулись, было оскорбительным, поскольку продюсерские компании не могут использовать отснятый материал, если исполнитель заявляет, что подвергся нападению или жестокому обращению.
Учитывая, что их зарплаты и карьера висят над головами исполнителей, а также то, что они окружены съемочной группой, для порноактеров не редкость лгать в своих интервью. Как призналась одна исполнительница: “Несколько раз я подвергалась жестокому обращению на съемочной площадке… и в конце мне пришлось сказать на камеру [что] Я была в порядке. На самом деле, однажды я сказала: "Нет, я не в порядке", и они закричали на меня, что я не могу сказать это и получить деньги”.
Одним из распространенных аргументов в защиту порнографии является то, что все профессиональные исполнители - это “согласные взрослые”, которые “любят свою работу”. Но, к сожалению, гарантировать это практически невозможно. В порноиндустрии границы между абьюзом и согласием настолько размыты, что нет реального способа определить разницу. Исполнительниц можно принудить к участию и заставить лгать о своих впечатлениях на съемочной площадке, и потребители не обязательно могли бы заметить разницу, даже если бы они смотрели что-то не по взаимному согласию. Стоит ли удивляться, что если исполнительница уже подверглась насилию во время съемок, она может опасаться спровоцировать дальнейший абьюз или презрение индустрии, высказавшись вслух?
Тогда, конечно, возникает проблема свободы отозвать согласие, даже если оно уже было дано. Другая исполнительница описала свой опыт избиения плетьми в течение 35 минут на съемочной площадке, сказав: “Меня никогда в жизни так не били… У меня постоянные шрамы вдоль и поперек задней поверхности бедер. Я согласилась на все это, но я не знала всей жестокости того, что должно было случиться со мной, пока не оказалась там.”
Вы уловили, что она там сказала? “Я согласилась на все это”. В этом проблема с отношением к согласию как к “все или ничего”. Она согласилась сделать X. Она не давала согласия на X, Y и Z. Это важно: настоящее согласие может быть отозвано в любой момент, однако многие актрисы обязаны подписывать контракты до начала самих съемок, что невероятно затрудняет отзыв согласия, даже если ситуация становится неудобной или опасной. Действительно ли “да” действует, если “нет” небезопасно? Тот факт, что им не заплатят или их репутации в отрасли будет нанесен ущерб, если они отзовут согласие в середине сцены, является элементом принуждения, который в первую очередь аннулирует их согласие и даже может быть юридически определен как форма сексуального трафикинга.
К сожалению, жестокое обращение в порноиндустрии невероятно распространено. И если вы присмотритесь повнимательнее, то обнаружите, что практически не существует официальной системы отчетности и борьбы с этим насилием таким образом, чтобы привлечь нарушителей к ответственности и обеспечить безопасность исполнительниц. Что еще хуже? Те, кто публично сообщает или высказывается о насилии, часто попадают в черный список, подвергаются угрозам, увольнению или дальнейшему абьюзу. Кроме того, многие исполнительницы с трудом находят работу за пределами порноиндустрии из-за клейма бывшей порноактрисы. Исполнительницы наказываются как внутри индустрии, так и за ее пределами, обвиняемые преступники выходят на свободу, и цикл продолжается.
Конечно, мы не утверждаем, что все порно содержит абьюз или контент без согласия. Но для того, чтобы потребители могли принимать обоснованные решения относительно порнографии, мы считаем важным указать на то, что некоторые порнографические материалы не основаны на согласии — и практически невозможно гарантировать, что есть что.
Согласие на порносайтах
В дополнение к компаниям по производству порнофильмов, большинство порносайтов не проверяют возраст или согласие лиц, которые фигурируют на изображениях и/или видео, размещенных на их сайтах, часто свободно загружаемых пользователями сайта.
Мало того, что практически отсутствует стандартная система подтверждения того, что все участники дали свое согласие и достигли совершеннолетия, но даже на самых популярных порносайтах гарантированный возраст и согласие не являются обязательными условиями для того, чтобы стать “верифицированным” пользователем. Даже на сайтах, которые верифицируют пользователей и разрешают им загружать контент, многие часто требуют от владельца учетной записи только подтверждения личности и не требуют подтверждения возраста или согласия лиц, изображенных в контенте. Это означает, что практически любой может публиковать что угодно, включая фото-абьюз. На самом деле, было много задокументированных случаев, когда проверенные аккаунты размещали контент без согласия, материалы сексуального насилия над детьми или контент, созданный с жертвами секс-торговли.
Было много публичных сообщений о контенте с несовершеннолетними на популярных порносайтах, хотя, безусловно, есть еще много таких, о которых публично не сообщалось. Например, одна 15-летняя жертва пропала без вести в течение года, прежде чем ее заметили в нескольких видеороликах на популярном порносайте — и да, учетная запись, разместившая видео, была “верифицирована”. В другом инциденте молодой женщине пришлось обратиться в полицию, чтобы добиться удаления видеозаписей, на которых ей 16 лет.
И, в качестве другого примера, на Pornhub были загружены видеозаписи нападения 14-летней Роуз Калемба после того, как ее изнасиловали под угрозой расправы. Она объясняет: “Я отправляла Pornhub электронные письма с просьбами. Я умоляла их. Я писала: ”Пожалуйста, я несовершеннолетняя, это было нападение, пожалуйста, уберите это". Pornhub, по-видимому, так и не ответил. То есть до тех пор, пока Роуз не пришла в голову идея создать новое электронное письмо и представиться адвокатом, угрожающим судебным иском. Как только она это сделала, видеозаписи, как сообщается, были удалены в течение 48 часов.
Бесчисленное множество интимных фотографий других людей были размещены на порносайтах без их согласия. Многие даже не знают, что их изображения были скачаны, не говоря уже о том, чтобы ими делились. Фактически, исследования показывают, что видеоролики со скрытой камерой являются распространенной темой на порносайтах, часто использующих реальных жертв, которые понятия не имели, что их снимают или фотографируют. Эти события часто оказывают негативное воздействие на всю жизнь для тех, кто с ними сталкивается. Согласно одному опросу жертв порнографии, 51% сообщили о появлении суицидальных мыслей из-за фото-абьюза, а 93% сообщили о сильном эмоциональном расстройстве.
Еще одной глубоко тревожной тенденцией в мире порнографии является “дипфейк” порно — откровенных видеороликов, которые подвергаются цифровым манипуляциям с целью включения чужого лица или голоса. В дипфейк может быть снят любой, чьи фотографии доступны, и хотя в большинстве дипфейк-порно изображены знаменитости, они также могут быть сняты с использованием изображений обычных людинь. Один отчет показывает, что сотни дипфейк-видео загружаются на порносайты каждый месяц и набирают миллионы просмотров, однако невероятно редко, когда эти видео создаются по обоюдному согласию.
Несмотря на то, что поддельное порно без согласия является формой фото-абьюза, многие порносайты, как известно, рекламируют имена знаменитостей, которые чаще всего просматривались на их сайтах в течение года, и эти имена регулярно совпадают с поддельным порно без согласия.

Есть волны перемен, но достаточно ли этого?

В декабре 2020 года, благодаря замечательной работе, проделанной выжившими и активистками, разоблачительная статья New York Times о монреальской MindGeek - материнской компании Pornhub, владеющей рядом популярных порносайтов, — привлекла международное внимание к безудержной проблеме насилия в порноиндустрии.
В свете разоблачения крупные компании, выпускающие кредитные карты, объявили, что приостановят обработку всех платежей на сайтах MindGeek, а Комитет по этике Палаты общин Канады (ETHI) начал расследование в отношении MindGeek. Несмотря на сообщаемую историю игнорирования жертв и получения прибыли от абьюзивного контента, после публикации статьи в New York Times Pornhub внезапно перешел к активным действиям, объявив об усилении мер модерации, серьезных изменениях в процессе проверки и удалении всего непроверенного контента — почти 80% сайта.
Несмотря на то, что выжившие и защитницы годами подавали петиции об изменении бизнес-модели Pornhub, которая, казалось бы, позволяла любому загружать на порноплатформу что угодно — даже абьюзивный контент, - только после того, как компании по обработке платежей предприняли действия, MindGeek объявил об этих серьезных изменениях. Он утверждает, что всегда была направлен на безопасность и предотвращение насилия, однако, похоже, что MindGeek не предпринял никаких усилий, чтобы сообщить о каких-либо случаях CSAM в соответствующие органы до того, как началась негативная реакция общественности.
Хотя эти кардинальные изменения являются шагом в правильном направлении, остается неясным, действительно ли они будут работать над предотвращением и удалением контента с сайтов. Ясно то, что многие пострадавшие и защитницы считают, что этого слишком мало и слишком поздно. Также важно отметить, что, хотя Pornhub внес эти недавние изменения на свой сайт, неясно, распространяет ли MindGeek эти протоколы безопасности на все дочерние сайты, которыми они владеют, и большинство порносайтов остаются неизменными. Подтвержденные личности, возраст и согласие исполнительниц или отдельных лиц, изображенных в видеороликах на порносайтах, остаются редкостью порноиндустрии, и это не всегда работает.
Многие сторонники порноиндустрии, которые признают вред, наносимый мейнстримными сайтами, в настоящее время выступают за то, чтобы потребители порно получали свой контент с альтернативных сайтов, которые дают больше контроля в руки создателей контента. Но, к сожалению, ни один сайт не идеален, и многие не-мейнстримные порноплатформы все еще могут содержать контент с несовершеннолетними или абьюз-контент.
Одним из примеров не-мейнстримного сайта, который многие сторонники порнографии рекламируют как решение проблем с контентом без согласия, является OnlyFans. И хотя OnlyFans принимает больше мер предосторожности, чем многие другие сайты, он все равно не освобожден от этих проблем. Несмотря на то, что OnlyFans рекламируется как этичная альтернатива порносайтам, также было установлено, что на нем размещаются материалы сексуального насилия над детьми и контент без согласия. OnlyFans утверждает, что у него есть надежная система предотвращения оскорбительного контента, включая проверку возраста создательниц контента, однако расследование BBC показывает, что процесс проверки возраста OnlyFans не смог эффективно предотвратить загрузку детской порнографии на сайт. Было обнаружено, что многие несовершеннолетние создательницы используют поддельные документы для создания учетной записи на OnlyFans, а одна 14-летняя девочка даже использовала паспорт своей бабушки. И, несмотря на это, OnlyFans не требует от загрузчиков подтверждения возраста или согласия всех участников — только владельца учетной записи, — что означает, что контент без согласия пользователя может быть легко загружен на платформу.
Теперь, возможно, вы думаете, что это не вина порносайтов! Они не могут отслеживать все, что загружается на их сайты! Но Pornhub, например, неоднократно заявлял: “При загрузке каждое видео и фотография… просматривается вручную большой и разветвленной командой модераторов в поисках незаконного контента”. Конечно, любому человеку может быть трудно определить, 17 или 18 лет исполнительнице, и разыгрывает ли она свою роль, или насилие реально. Но это заявление Pornhub вызывает особую обеспокоенность, учитывая, что поступали сообщения о сексуальном насилии над детьми с участием маленьких детей — в некоторых случаях малышей, все еще носящих подгузники, — которые загружались на порносайты и монетизировались с помощью рекламы. Что подводит нас к модерации контента.

Модерация контента в порноиндустрии

Очевидно, что на порносайтах размещено много материалов без согласия. Итак, что же делает порноиндустрия по этому поводу? В то время как большинство крупных порносайтов заявляют о своей приверженности искоренению контента без согласия со своих платформ, их реальная реакция на эпидемию фото-абьюза не вызывает восторга. Многие порносайты утверждают, что используют самые современные технологии для снятия отпечатков пальцев с видео без согласия пользователя при удалении, что теоретически предотвращает их повторную загрузку. Но, согласно исследованию Motherboard, эти минимальные усилия не работают.
Даже если бы эти технологии работали идеально, они по-прежнему полагаются на жертв в поиске контента и сообщении о нем, а не на предотвращении контента в первую очередь.
Порносайты часто нанимают модераторов контента, которые могут просматривать помеченный контент, чтобы определить, следует ли его удалять с сайта, однако эти группы модерации контента часто очень малочисленны и получают очень слабую поддержку. Например, один популярный порносайт полагается на команду добровольцев — некоторые из которых сами называют себя порно-наркоманами, — чье обучение модерации основано на “руководстве” из 480 слов, и которым говорят удалять только тот контент, в незаконности которого они уверены на сто процентов. По словам одного из модераторов контента для MindGeek, порногигант нанимает около 80 модераторов контента на всех своих сайтах. Имейте в виду, что это та же самая компания, которая утверждала, что ее модераторы вручную просматривают каждое отдельное видео при загрузке, но также утверждала примерно в то же время, что один из ее сайтов получил новый контент на 169 лет за один год — это сделало бы буквально невозможным для модераторов контента должным образом просматривать все новые видео на одном только сайте, не говоря уже о быстром и надлежащем реагировании на любые сообщения о контенте с насилием, уже загруженном на все платформы MindGeek.
Несмотря на это, такие минимально обученные и шокирующе маленькие команды модераторов контента явно делают очень мало для того, чтобы избавить эти сайты от нелегального контента, о чем свидетельствуют нескончаемые фото-абьюз и CSAM, которые существуют на мейнстримных порносайтах.

Вывод

В 2020 году 22 женщины выиграли обременительную судебную тяжбу против владельцев GirsDoPorn, безумно популярной компании по производству порнофильмов, которая занималась сексуальной торговлей молодыми женщинами — предположительно сотнями из них — для съемок в порно. Им коллективно присудили компенсацию в размере 12,8 миллионов долларов, а владельцам были предъявлены федеральные обвинения в торговле людинями в целях сексуальной эксплуатации и они были вынуждены удалить свой флагманский сайт. Порносайты, однако, продолжали получать прибыль от видеозаписей изнасилования жертв трафикинга на камеру. Даже после того, как некоторые порносайты символически удалили свои официальные и проверенные каналы GirlsDoPorn, они продолжали размещать видео на своем сайте.
Некоторые были помечены и удалены, но большинство позже были загружены повторно. Еще более тревожным является тот факт, что жертвы GirlsDoPorn годами обращались к этим порносайтам, умоляя их удалить видео с их изнасилованием. Эти сайты игнорировали просьбы жертв удалить контент в течение месяцев и лет. Только когда появились потенциальные юридические препятствия, они приступили к действиям. И даже в этом случае выжившие регулярно сообщают о новых повторных загрузках своих видео от пользователей, которые скачали их с популярных порносайтов. Одна выжившая рассказала нам, что каждые пару недель она получает новую волну домогательств и угроз, когда видео с ее изнасилованием и трафикингом повторно загружается на порносайт вместе с ее личной информацией:
“Я уверена, что большинство из этих зрителей не осознавали, что, просматривая видео, - рассказала нам девушка, пережившая трафикинг, - они соучаствовали в торговле людинями, нападениях и изнасилованиях”.
Итак, как вы можете узнать, является ли порно, которое вы смотрите, действительно созданным по обоюдному согласию? Что ж, печальная правда заключается в том, что в порноиндустрии нет никаких гарантий. Практически невозможно узнать, создан ли какой-либо конкретный контент по обоюдному согласию, этичным или даже законным способом. В конце концов, стоит ли это того? Стоит ли способствовать спросу, который поддерживает на плаву индустрию, получающую прибыль от контента без согласия?
Стоит ли того возможность способствовать чьей-либо эксплуатации или повторной травме? Ради жертв мы говорим, что пришло время прекратить этот спрос.

Источник

Десять аргументов против легализации проституции и законодательный контроль спроса

2023-12-02T08:58:53.516Z

Автриса: Дженис Джи Реймонд
Перевод: le mot de la fin | последние слова

Аннотация

С середины восьмидесятых годов дебаты о том, чем является проституция с юридической точки зрения, привели к принятию разнообразных законодательных актов. Некоторые европейские страны, среди которых выделяются Нидерланды и Германия, легализовали и (или) декриминализовали систему проституции, то есть в том числе сутенёров, бордели и покупателей секса, известных как «клиенты». В других странах, к примеру, в Таиланде, проституция запрещена законом, однако в реальности юридическая система не препятствует работе борделей и торговле женщинами с целью коммерческой сексуализированной эксплуатации, особенно в индустрии секс-туризма. В свою очередь, Швеция применила иной правовой подход и объявила уголовно наказуемой покупку секса, при этом декриминализовав женщин, вовлечённых в проституцию.

В настоящей статье приводится десять аргументов против легализации проституции. Они относятся ко всем формам проституции, получающим государственную поддержку, включая, без ограничений, полную легализацию борделей и сутенёрства, декриминализацию секс-индустрии, юридическое регулирование проституции в форме регистрации вовлечённых женщин или установлении для них обязательных медицинских осмотров, и любые системы, в которых проституция признаётся «секс-работой» или вариантом трудоустройства. В статье приводится обзор того, как легализация проституции и признание её работой скрывает вред, который она причиняет женщинам, расширяет секс-индустрию и не способствуют защите прав и свобод женщин, вовлечённых в проституцию.

Что происходит, когда проституцию воспринимают как «секс-работу», а не как сексуализированную эксплуатацию и насилие против женщин? Что происходит, когда такие страны как Швеция отказываются от легализации и начинают работу со спросом на проституцию?

1. Легализация или декриминализация проституции играет на руку сутенёрам, торговцам людинями и секс-индустрии.

Что означает легализация проституции или декриминализация секс-индустрии? В Нидерландах легализация сводится к санкционированию всех аспектов секс-индустрии: вовлечённых женщин, покупателей и сутенёров, которые в условиях легализации становятся третьей стороной и законными предпринимателями в области секс-торговли. В условиях легализации бордели, секс-клубы, массажные салоны и прочие места организованной проституции также являются законными предприятиями, где покупка и продажа половых актов может совершаться практически без ограничений.

Некоторые считают, что, призывая к легализации и декриминализации проституции, они таким образом повышают престиж проституции и ставят её в ряд с настоящими профессиями. Однако из повышения престижа проституции не следует уважения к вовлечённым в неё женщинам; оно приводит только к повышению престижа секс-индустрии. Многие не осознают, что при декриминализации декриминализуются не только проституированные женщины, но вся секс-индустрия. Они не думают о последствиях легализации сутенёров как третьей стороны или законных предпринимателей в сфере секс-индустрии и о том, что мужчины, которые покупают женщин для секса, при легализации будут считаться законными потребителями секса как услуги.

В тех странах, где криминализованы женщины, вовлечённые в проституцию, очень важно бороться за декриминализацию именно этих женщин. Никакая женщина не должна нести наказание за собственную эксплуатацию. Однако государства ни в коем случае не должны декриминализовывать сутенёров, покупателей секса, торговцев людинями, бордели и подобные заведения организованной проституции.

2. Легализация или декриминализация проституции расширяет масштабы торговли людинями в целях коммерческой сексуализированной эксплуатации.

Легализация или декриминализация проституции — один из главных двигателей торговли людинями. Одной причиной легализации проституции в Нидерландах было убеждение, что это поможет положить конец эксплуатации беззащитных иммигранток, привезённых в страну насильно и вовлечённых в проституцию. Однако в ходе одного исследования было обнаружено, что 80 % женщин в борделях Нидерландов были насильно привезены из других стран (Budapest Group, 1999) (1). В 1994 г. Международная организация по миграции (МОМ) заявила, что только в Нидерландах «около 70 % женщин-жертв торговли людинями были из стран Центральной и Восточной Европы» (IOM, 1995, стр. 4).

Правительство Нидерландов считает себя лидером в вопросе законодательства и политики по борьбе с торговлей людинями — при этом оно отменило все законные препятствия сутенёрству, вовлечению в проституцию и работе борделей. В 2000 г. Министерство юстиции Нидерландов выступило за введение закона на квоту для иностранных «секс-работниц», поскольку на рынке проституции страны существовал спрос на разные «тела» (Dutting, 2001, стр. 16). В этом же году правительство Нидерландов запросило и получило в Европейском Суде постановление о признании проституции видом экономической деятельности, таким образом давая возможность гражданкам стран Европейского Союза и бывшего СССР получать разрешение на работу в сфере «секс-услуг» в секс-индустрии Нидерландов в том случае, если они могут подтвердить, что являются самозанятыми. Европейские неправительственные организации докладывают, что торговцы людинями используют разрешения на работу для вовлечения женщин в нидерландскую систему проституции и скрывают факт недобровольного вовлечения в проституцию тем, что учат женщин называть себя независимыми «секс-работницами мигрантками» (Personal Communication, Representative of the International Human Rights Network, 1999).

Спустя год после снятия запрета на бордели в Нидерландах восемь организаций по поддержке жертв проституции в стране заявили о повышении количества жертв торговли людинями, а двенадцать таких организаций доложили, что число жертв из других стран не снизилось (Bureau NRM, 2002, стр. 75). Сорок три из 348 общин страны (то есть 12 %) приняли решение придерживаться политики запрета борделей, однако Министерство юстиции заявило, что полный запрет проституции в общине может нарушать гарантированное федеральным законом право «свободно выбирать род деятельности и профессию» (Bureau NRM, 2002, стр. 19).

Германия сделала первые шаги к легализации проституции в восьмидесятых. К 1993 г. уже было широко известно, что 75 % женщин в германской индустрии проституции составляют иностранки из Уругвая, Аргентины, Парагвая и других стран Южной Америки (Altink, 1993, стр. 33). После падения Берлинской стены 80 % из предполагаемых десяти тысяч женщин, ввезённых в Германию с целью эксплуатации, были гражданками стран Центральной и Восточной Европы и СНГ (IOM. 1998a, стр. 17). В 2002 г., после нескольких лет легализации проституции в определённых зонах, Германия официально признала её работой. Сейчас в Германии рекламировать проституцию, сутенёрство и бордели законно.

Огромное количество иностранок в германской индустрии проституции явно даёт понять, что эти женщины были привезены в страну против воли; для этого процесса есть эвфемизм — «облегчённая миграция». Очевидно, что бедная женщина практически не способна мигрировать таким образом сама: оплатить оформление документов для выезда за границу и сам переезд, самостоятельно заняться «бизнесом» — ей «облегчает» миграцию кто-то другой.

В 1984 г. лейбористское правительство штата Виктория в Австралии представило законопроект о легализации проституции в борделях. Последующие правительства страны расширили сферу легализации — вершиной этой законотворческой деятельности стал Акт о контроле проституции (Prostitution Control Act) 1994 г. Отмечая взаимосвязь между легализацией проституции и торговлей людинями в Австралии, Государственный департамент США отметил: «Проблема торговли женщинами из Восточной Азии с целью коммерческой сексуализированной эксплуатации обостряется… мягкость законов, включая легализацию проституции в некоторых регионах страны, осложняет реализацию мер по борьбе с торговлей людинями» (U.S. Department of State, 2000, стр. 6F).

3. Легализация или декриминализация проституции не способствует сдерживанию масштабов секс-индустрии, а, напротив, расширяет её.

Вопреки заявлениям о том, что легализация или декриминализация проституции будет контролировать её расширение, в настоящий момент доля проституции в экономике Нидерландов составляет 5 % (Daley, 2001, стр. 4). За последние десять лет с легализацией сутенёрства и декриминализацией борделей в 2000 г. объем секс-индустрии в стране вырос на 25 % (Daley, 2001, стр. 4). Круглые сутки женщины всех рас и возрастов стоят полуголыми в печально известных витринах нидерландских борделей и секс-клубов, выставленные на продажу. Большинство из них — гражданки других стран, вероятно, привезённые в Нидерланды против воли (Daley, 2001, стр. 4).

Помимо государственной поддержки проституции в стране она также продвигается ассоциациями предприятий секс-торговли и организациями, объединяющими потребителей проституции, которые сотрудничают с государственными органами для продвижения собственных интересов. Примеры таких организаций: Association of Operators of Relaxation Businesses («Ассоциация операторов услуг отдыха»), Cooperating Consultation of Operators of Window Prostitution («Объединение-консилиум операторов секс-витрин») и Man/Woman and Prostitution Foundation (организация «Мужчина/женщина и проституция») — группа мужчин, которые регулярно покупают проституированных женщин и ставят себе конкретную цель «повысить толерантность к проституции, потреблению услуг проституток и обсуждению связанных тем» и «защитить интересы клиентов» (Bureau NRM, 2002, стр.115-16).

Столкнувшись со спадом количества вовлечённых в проституцию нидерландок и ростом спроса на большее количество женских тел и экзотических женщин на рынке проституции, Национальный докладчик Нидерландов по проблемам торговли людинями заявил, что в будущем решением этой проблемы может стать «вывод [на рынок] проституток из стран, не входящих в состав территорий Европейского Союза и Европейского экономического пространства, которые изъявят желание работать в сфере проституции». Таким женщинам будет предоставлен «законный и контролируемый доступ на нидерландский рынок» (Bureau NRM, 2002, стр. 140). Раз проституция стала «секс-работой», а сутенёры — предпринимателями, то и подобная рекомендация делает из торговли людинями «добровольную миграцию с целью работы в индустрии секса». Глядя в будущее, Нидерланды предполагают средствами международной торговли людинями из бедных слоёв населения закрыть растущие потребности свободного рынка «секс-услуг». Таким образом проституция становится приемлемым «вариантом трудоустройства» для бедных.

Легализация проституции в австралийском штате Виктория привела к огромному всплеску роста проституции. Наравне с легализацией проституции и другие формы сексуализированной эксплуатации, такие как танцы на столе, центры БДСМ, пип-шоу, секс по телефону, порнография, развились и стали приносить гораздо больше прибыли, чем до легализации (Sullivan & Jeffreys, 2001). Проституция стала неотъемлемой частью туристического бума и роста популярности казино в штате Виктория: фишки из казино, спонсируемых государством, можно было обменять на секс-услуги в борделях (Sullivan & Jeffreys, 2001).

Различные системы проституции, спонсируемые государством, существуют в Австрии, Дании, Германии, Нидерландах и Швейцарии. Очень вероятно, что европейские страны-спонсоры проституции служат магнитами и, как результат, проводниками, через которые в другие страны Европы вывозятся значительное количество женщин. К примеру, в сравнении с Северной Америкой количество женщин-жертв торговли людинями на квадратную милю в Европе высока. Учитывая Шенгенское соглашение (2) и связанную с ним лёгкость в пересечении границ, неудивительно, что женщин в больших количествах продают и в другие страны Европы, в которых проституция не легализована. Точные значения по количеству женщин-жертв торговли людинями получить сложно, однако по оценкам Международной организации по миграции в Европе каждый год в торговлю людинями попадает 500 тысяч женщин и детинь (IOM, 1998). Для сравнения, в США предполагаемое количество ввозимых в страну против воли женщин и детинь составляет примерно 45—50 тысяч (Richard, 1999, стр. 3).

4. Легализация или декриминализация проституции повышает распространённость подпольной, незаконной и уличной проституции.

Одной из целей легализации было стремление поместить проституированных женщин в бордели и клубы, где они, предположительно, будут в большей безопасности, чем на улице. Однако многие женщины занимаются уличной проституцией потому, что хотят избежать контроля и эксплуатации со стороны сутенёра (который после легализации стал предпринимателем в сфере секс-услуг). Другие не хотят регистрироваться или проходить обязательные медосмотры, как предписывают законы некоторых стран, легализовавших проституцию (Schelzig, 2002). Таким образом легализация может, напротив, вытолкнуть некоторых женщин на улицы. Протестуя против предложения Италии легализовать проституцию, Эсоэ Агатисе, специалистка по международному праву и основательница организации Iroko Onlus по борьбе с торговлей людинями и проституцией, указала, что бордели, запирая женщину в ограниченном пространстве, наоборот лишают её тех шансов на спасение, которые даёт улица, — например возможности встретить социальных работниц или кого-то ещё, кто могла бы помочь ей вырваться из проституции (Aghatise, в печати).

Проституированные женщины в Нидерландах отмечают, что легализация и декриминализация секс-индустрии не привели к дестигматизации проституции. Женщины, вовлечённые в проституцию, обязаны регистрироваться и таким образом раскрывать свою личность, рискуя получить ярлык «шлюха», которых будет преследовать их всегда и везде. Поэтому большинство проституированных женщин продолжают работать подпольно и незаконно. Некоторые члены Парламента, ранее поддерживающие легализацию борделей с целью освобождения женщин, теперь видят, что легализация, напротив, только усиливает их угнетение (Daley, 2001, стр. A1).

Старшая инспекторка Нэнси Поллок, одна из самых высокопоставленных женщин-полицейских в Шотландии, в 1998 г. организовала в Глазго уличную группу связи для проституированных женщин. Поллок отмечала, что легализовать или декриминализировать проституцию значит «…просто бросить женщин, которые занимаются самой унизительной работой в мире» (Martin, 2002, стр. A5). Опровергая заявление о том, что легализованная проституция более безопасна для женщин, Поллок указывала, что проституированные женщины, например, в бане, «ещё меньше контролируют то, что с ними делают. Мало какая женщина на улице будет заниматься сексом без презерватива или, тем более, анальным сексом. В бане же решают владельцы, которые не хотят, чтобы клиенты ушли недовольными. И они часто принуждают женщин к анальному сексу или оральному и вагинальному сексу без презерватива» (Martin, 2002, стр. A5).

Ожидание, что легализация и строгий контроль снизят криминальный градус секс-индустрии, не оправдалось. С момента легализации в Австралии наибольший рост наблюдался именно в сфере нелегальной проституции. За год, с 1998 по 1999 г., количество нелегальных борделей в штате Виктория выросло в три раза; они до сих пор не закрыты и не понесли наказания (Sullivan & Jeffreys, 2001). В штате Новый Южный Уэльс бордели были декриминализованы в 1995 г., и к 1999 г. в его столице, Сиднее, количество борделей увеличилось втрое и достигло 400—500 заведений, большинство из которых не имеет лицензии на работу и рекламу. Принимая во внимание повсеместную коррумпированность полиции, контроль над нелегальной проституцией был передан в юрисдикцию местных органов самоуправления и планирования. Однако местные органы самоуправления не обладают достаточными ресурсами для расследования деятельности нелегальных борделей (Sullivan & Jeffreys, 2001).

5. Легализация проституции и декриминализация секс-индустрии приводит к росту детской проституции.

Ещё одним доводом Нидерландов в пользу легализации проституции стало убеждение, что это поможет положить конец детской проституции. Однако сфера детской проституции в стране в девяностые годы совершила резкий скачок. По оценкам штаб-квартиры организации по защите детинь ChildRight в Амстердаме, количество детинь, вовлечённых в проституцию, в период с 1996 по 2001 г. выросло более чем на 300 % — от 4 тысяч детинь в 1996 г. до 15 тысяч в 2001 г. Организация предполагает, что как минимум 5 тысяч из этих проституированных детинь были привезены из других стран — в основном это девочки из Нигерии (Tiggeloven, 2001).

В австралийском штате Виктория масштаб детской проституции также значительно вырос в сравнении с теми штатами, где проституция не была легализована. Из всех штатов и территорий Австралии наибольшее число заявлений о детской проституции шло из штата Виктория. В 1998 г. международная кампания против сексуализированной эксплуатации детинь ECPAT (End Child Prostitution and Trafficking) провела исследование национального опроса Австралии по вопросу детской проституции; результаты свидетельствовали об организованной коммерческой сексуализированной эксплуатации детинь (ECPAT Australia, 1998).

6. Легализация или декриминализация проституции не способствует безопасности проституированных женщин.

В ходе двух исследований, в которых были опрошены 186 жертв коммерческой сексуализированной эксплуатации, женщины постоянно повторяли, что заведения организованной проституции, как легальные, так и подпольные, не обеспечивали им практически никакой защиты. Одна женщина сказала: «Если они и вмешиваются, то только ради клиентов» (Raymond, Hughes & Gomez, 2001; Raymond, d’Cunha, Ruhaini Dzuhayatin, Hynes & Santos, 2002).

В ходе одного из этих исследований были опрошены 146 жертв торговли людинями из пяти стран. 80 % опрошенных женщин заявили, что подвергались физическому насилию со стороны сутенёров и клиентов, а также сталкивались с теми же самыми множественными последствиями для здоровья вследствие физического насилия и сексуализированной эксплуатации вне зависимости от того, были ли они привезены из-за границы или вовлечены в местную систему проституции (Raymond и соавт., 2002, стр. 62).

Второе исследование женщин, вовлечённых в торговлю людинями в США, дало следующие результаты. Женщины, которые говорили, что заведение предоставляет им некоторую защиту, отмечали, что предполагаемый «защитник» даже не присутствовал с ними в комнате. Одна женщина, работающая в проституции по вызову, сказала: «Нас охраняет водитель. Ему нужно позвонить, когда зайдёшь в квартиру, чтобы подтвердить, что всё в порядке. Но, пока ты там с клиентом, он не стоит под дверью, так что случиться может что угодно» (Raymond и соавт., 2001, стр. 74).

В борделях бывают камеры наблюдения, однако они устанавливаются для защиты клиента и самого борделя, а не проституированной женщины; например, один бордель установил камеры после инцидента со смертью клиента (Raymond и соавт., 2001, стр. 74). Защита женщин от насилия в этом случае стоит на последнем месте или не рассматривается вовсе.

7. Легализация или декриминализация проституции повышает спрос на проституцию и поощряет мужчин покупать женщин для секса, расширяя допустимые рамки социально приемлемых ситуаций для такой покупки.

С началом эпохи легализации мужчины в странах, декриминализовавших проституцию, которые раньше не рискнули бы покупать женщину для секса, сейчас не видят в проституции ничего такого. Когда исчезает запретительный закон, исчезают и социальные, и этические границы, которые ранее не позволяли обращаться с женщиной как с товаром. Легализация проституции даёт новому поколению мальчиков и мужчин понять: секс с женщиной — это товар, а проституция — безобидное веселое времяпрепровождение (Leidholdt, 2000).

Проституция предлагает мужчинам изобилие разнообразных «секс-услуг», поэтому женщины вынуждены конкурировать между собой, занимаясь анальным сексом, сексом без презерватива, принимая участие в БДСМ и других действиях, которых хочет клиент. Когда проституция легализована, и репродуктивная способность женщины становится товаром. Некоторых клиентов «заводит» беременность, и при половом сношении с беременной женщиной они требуют использования в акте грудного молока (Sullivan & Jeffreys, 2001, стр. 10).

В штате Виктория в Австралии есть специальные бордели для мужчин-инвалидов. Их сиделки, предоставляемые государством (в основном женщины), обязаны по желанию мужчины доставить его в такой бордель и буквально оказывать ему содействие в половом акте (Sullivan & Jeffreys, 2001). Вдоль шоссе штата Виктория билборды рекламируют женщин как сексуализированные объекты. Становится принято проводить деловые корпоративные встречи в клубах, где на кофе-брейках и за обедом предлагаются голые женщины. Владелец борделя в Мельбурне заявил, что его клиенты — «образованные и успешные мужчины, которые заходят к ним днём, а вечером возвращаются домой, к семье» (Sullivan & Jeffreys, 2001). Женщины, состоящие в отношениях, часто обнаруживают, что их близкий мужчина посещает бордели и секс-клубы.

8. Легализация или декриминализация проституции не защищают здоровье женщины.

Система легальной проституции часто подразумевает обязательные медицинские осмотры и получение справок — однако требование касается только женщин, а не клиентов-мужчин. Проверять здоровье и брать анализы только у женщин с точки зрения общественного здравоохранения бессмысленно, потому что контроль здоровья проституированных женщин никак не защищает их от ВИЧ / СПИДа или ЗППП. И я сейчас не говорю, что проверять надо и женщин, и мужчин. Я хочу подчеркнуть лицемерие политики, которая обещает: «Если проверять здоровье женщин в условиях легализованной или декриминализованной системы проституции, секс станет безопаснее, а риски передачи ВИЧ / СПИДа — ниже». Именно клиенты-мужчины будут заражать и заражают женщин, которых они покупают.

Некоторые заявляют, что легальные бордели или другие заведения организованной проституции защищают здоровье женщин тем, что требуют обязательного использования презерватива. В ходе одного исследования 47 % опрошенных женщин, вовлечённых в проституцию в США, заявили, что клиенты-мужчины ожидают секса без презерватива; 73 % заявили, что мужчины обещали за секс без презерватива заплатить больше; 45 % — что мужчины угрожали применить или применяли насилие, если женщина настаивала на использовании презерватива (Raymond и соавт., 2001, стр. 72). Несмотря на то, что некоторые заведения требуют использования презерватива, мужчины всё равно пытаются его избежать. Одна женщина сказала: «Да, есть такое “правило”, что в бане без презерватива нельзя, но без лишнего шума вопрос можно обсудить между собой. Большинство мужчин ожидают, что минет будет без презерватива» (Raymond и соавт., 2001, стр. 72).

На деле задача убедить клиента надеть презерватив ложится на каждую женщину в отдельности; при этом на неё давит и предложение большей оплаты. Одна женщина поделилась: «Не буду врать и говорить, что всегда-всегда использовала презерватив. Если предлагали деньги сверху, вопрос о презервативе снимался сразу. Эти лишние деньги мне были нужны» (Raymond и соавт., 2001, стр. 73). Против обязательного использования презерватива играет многое: необходимость женщины зарабатывать; меньшая привлекательность женщины старшего возраста для клиента; конкуренция с заведениями, где использования презерватива не требуют; давление со стороны сутенёра, который хочет заставить женщину заняться сексом без презерватива и получить больше денег; потребность в деньгах, чтобы купить наркотики или заплатить сутенёру; и в целом недостаток контроля проституированных женщин над своими телами в заведениях организованной проституции.

«Политика безопасности» борделей не защитила здоровье женщин. В борделях, где хозяева якобы следили за клиентами и нанимали вышибал, женщины говорили о том, что подвергались насилию от клиентов и, временами, от хозяина борделя и его дружков. Даже если кто-то единовременно вмешивался и защищал женщину от насилия со стороны клиента, женщины жили в атмосфере страха. 60 % женщин заявили, что иногда их защищали от насилия со стороны клиента, однако половина этих же женщин отметили, что несмотря на это они боялись, что очередной клиент может их убить (Raymond и соавт., 2002).

9. Легализация или декриминализация проституции не способствует свободному выбору женщины.

Большинство проституированных женщин не выбрали занятие проституцией сознательно и взвесив множество доступных вариантов. Они не решили как-то раз, что хотят стать проститутками. У них не было реальных вариантов, например, пойти в медицину, юриспруденцию, социальную работу или политику. Доступные «варианты» крутились вокруг вопросов о том, как прокормить себя и детинь. Такой «выбор» правильнее назвать стратегией выживания.

Женщина не даёт добровольного согласия на проституцию, а смиряется с тем критически малым набором вариантов, которые у неё есть. Она вынуждена смириться, ей нужно адаптироваться в условиях неравенства, когда клиент платит ей, чтобы она делала, что он хочет.

Большинство женщин, опрошенных в ходе исследований Raymond и соавт., заявили, что вопрос выбора проституции можно обсуждать только в контексте отсутствия других вариантов. Многие говорили, что рассматривали проституцию как самый крайний вариант или как вынужденный способ свести концы с концами (Raymond и соавт., 2001; Raymond и соавт., 2002). В ходе одного исследования 67 % опрошенных сотрудниц и сотрудников правоохранительных органов выразили мнение, что женщины попадают в проституцию не по собственному желанию. Точно так же 72 % опрошенных социальных работниц и работников не считали, что женщины добровольно решают пойти в проституцию (Raymond и соавт., 2001, стр. 91).

Секс-индустрия так старательно подчёркивает разницу между вынужденной и добровольной проституцией, потому что её можно использовать для легализации проституции, сутенёрства и борделей и обеспечить таким образом правовую защищённость и стабильность рынка проституции. Женщинам, желающим подать на сутенёров и торговцев людинями в суд, придётся доказывать, что их «принудили» к проституции. Но как маргинализованная женщина докажет факт принуждения? Если проституированная женщина будет вынуждена доказывать, что в процессе её вербовки и в самой «работе» к ней применяли силу, очень мало кто сможет обратиться в суд, и очень мало виновных в итоге понесут наказание.

Женщины, вовлечённые в проституцию, вынуждены постоянно лгать: о себе, о своём теле, о своих сексуальных переживаниях. Когда клиент спрашивает: «Тебе понравилось?», лгать обязательно. В этом суть работы. Вся философия проституции построена на лжи о том, что «женщинам это нравится». Некоторые женщины, пережившие проституцию, говорили, что они только спустя несколько лет после выхода из проституции смогли признать, что проституция не была их свободным выбором — потому что отрицать свою способность делать выбор значило отрицать самое себя.

Несомненно, некоторые женщины говорят, что якобы сами выбрали проституцию; такие заявления звучат в основном в публичных ситуациях, организованных проституторами. Некоторые так же говорят, что сами решили употреблять опасные наркотики типа амфетамина. Однако даже при том, что некоторые могут давать согласие на употребление опасных наркотиков, мы осознаём, что это приносит им вред, и большинство не будет стремиться легализовать амфетамины. В этом случае мы ориентируемся не на согласие человеки, а на причиняемый вред.

В отчёте 1998 г. Международной организации труда ООН предлагалось считать секс-индустрию законным сектором экономики, однако при этом подчёркивалось, что…

«…проституция — самая чуждая из форм труда; исследования [проведённые в 4 странах] показали, что женщины работали “скрепя сердце”, “испытывали принуждение” или “угрызения совести” и страдали от негативного самовосприятия. Значительное количество опрошенных заявили, что хотели бы оставить секс-работу (точная цитата), если бы могли (Lim, 1998, стр. 213)».

Когда женщина остаётся в абьюзивных отношениях, где её избивают, даже когда она защищает насильника, неравнодушные людини сегодня понимают, что она не решает быть в этих отношениях добровольно. Они осознают сложность причин, которые вынуждают её смиряться с ситуацией. Проституированные женщины, как и жена, которую избивает муж, могут отрицать факт абьюза, если у них нет других реальных вариантов.

10. Женщины в проституции не хотят её легализации или декриминализации.

В ходе исследования торговли людинями с целью коммерческой сексуализированной эксплуатации в пяти странах большинство женщин, переживших торговлю людинями и вовлечённых в проституцию, из Филиппин, Венесуэлы и США (3) твёрдо заявили, что проституцию нельзя легализовывать и приравнивать к обычной работе, и что легализация сделает проституцию ещё более опасной для женщин, которые уже и так страдают от насилия со стороны клиентов и сутенёров (Raymond и соавт., 2002). Одна женщина сказала: «Ни в коем случае. Это не работа. Это унижение и насилие со стороны мужчин». Ни одна из опрошенных женщин не хотела бы, чтобы её дочери, родственницы или подруги были вынуждены зарабатывать на жизнь проституцией. Другая женщина поделилась: «Проституция лишила меня жизни, здоровья… всего» (Raymond и соавт., 2002).

Иной политический путь: криминализация спроса

Легализация проституции не облегчает жизнь проституированным женщинам — этому нет никаких подтверждений. Зато она определённо облегчает жизнь правительству, которое её легализовало, и, конечно же, секс-индустрии; и они вместе наслаждаются ростом прибыли. Распространённый миф о радужном мире проституции после легализации или декриминализации разбивается о реальные свидетельства того, что в проституции, спонсируемой государством, унижение и эксплуатация, вред, абьюз и насилие над женщинами никуда не деваются. Одобрение государства лишь создаёт иллюзию благопристойности: грязные деньги как по волшебству становятся чистыми, преступления перестают быть преступлениями, сутенёры превращаются в законопослушных бизнесменов и обычных предпринимателей, и мужчины, которые прежде не решились бы купить проституированную женщину, думают: «Ну, если это законно, если это не преступление, значит, наверное, это нормально».

Правительства, которые легализуют проституцию, превращая её в «секс-работу», получают в секс-индустрии огромную долю. Она, в свою очередь, подпитывает растущую зависимость правительства от этого сектора экономики. Если женщины в проституции считаются работницами, то государство может снять с себя полномочия по обеспечению им возможности достойной и стабильной трудовой занятости.

Вместо того чтобы отдавать женщин на милость спонсируемой государством проституции, законы должны обратить внимание на хищников-мужчин, которые покупают проституированных женщин. Эти мужчины слишком долго оставались в тени. Законодательные органы часто бросаются к легализации, считая, что больше ничего не сработает. Однако юридическая альтернатива есть. Вместо того чтобы санкционировать проституцию, государство может направить внимание на спрос и криминализовать мужчин, которые покупают проституированных женщин для секса.

Швеция построила законопроект на признании того факта, что без мужского спроса не будет потребности в женском предложении. Швеция вышла за узкие рамки вопроса легализации, признала проституцию формой мужского насилия в адрес женщин и детинь и криминализовала покупку секс-услуг. Шведский закон также признаёт неразделимость проституции и торговли людинями:

«Проституция и торговля женщинами — это губительные практики, которые нельзя и невозможно рассматривать отдельно друг от друга; чтобы эффективно бороться с торговлей женщинами, необходимо принимать конкретные меры по борьбе с проституцией» (Ekberg, 2003, стр. 69).

Законопроект Правительства Швеции против насилия над женщинами (1997/98:55 (4)) запрещает и объявляет наказуемой покупку «секс-услуг» (Swedish Government Offices, 1998). Такой подход имеет целью борьбу с мужским спросом: «Запрещая покупку секс-услуг, возможно более эффективно, чем прежде, бороться с проституцией и её губительными последствиями» (Swedish Government Offices, 1998, стр. 2). Криминализация клиента шведским законом основана на политике того, что «проституция является нежелательным социальным явлением» и «препятствием на пути развития и стремления к равенству между женщиной и мужчиной» (Swedish Government Offices, 1998, стр. 2). Кроме того, закон о запрете на покупку услуг сексуализированного характера является частью более широкой Декларации против насилия над женщинами, которая предписывает направление ресурсов на разработку альтернатив для женщин, вовлечённых в проституцию.

Шведская политика показывает многообещающие результаты. Запрет для мужчин на покупку проституированных женщин получил широкую общественную поддержку. Опросы, проведённые в 2000 и 2001 г., показали, что примерно 80 % населения Швеции поддерживают закон. Среди тех, кто против закона, большинство составляют мужчины; аннулирование закона поддерживают всего лишь 7 % женщин (Jacobson, 2002, стр. 24). Но самое главное, что закон поддерживают женщины, стремящиеся выйти из проституции (Ekberg, 2001). Шведские неправительственные организации, работающие с проституированными женщинами, также поддерживают закон и отмечают, что с момента его выхода к ним за помощью стали обращаться больше женщин. Сам факт наличия такого закона и уверенность в том, что он будет исполняться, помогают молодым женщинам, уязвимым перед сутенёрами и вербовщиками (Ekberg, 2001).

За три года действия закона сократились масштабы уличной проституции. Количество проституированных женщин снизилось на 50 %, а 70—80 % покупателей покинули общественные места. Кроме того, полиция не отмечает признаков того, что проституция ушла в подполье, или что вырос масштаб проституции в секс-клубах, эскорт-агентствах и борделях (Björling, 2001). Также полиция заявляет, что шведский закон о запрете на покупку услуг сексуализированного характера «заморозил» торговлю людинями (5). Согласно полицейским отчётам, если бы не этот закон, Швеция, как Норвегия и Финляндия, сталкивалась бы с массовым ввозом в страну женщин из России. В северных регионах Норвегии и Финляндии ввезённые в страну россиянки подвергаются сексуализированной эксплуатации в «лагерях проституток» (Bystrom, 2001).

Организации, занимающиеся вопросами прав женщин и прав людинь, должны призывать к изучению и повторению опыта шведского законодательства. Вместо того чтобы выдать карт-бланш глубоко абьюзивной секс-индустрии, правительства должны реагировать на мужское насилие и сексуализированную эксплуатацию проституированных женщин законодательными мерами, касающимися спроса на проституцию.

Швеция также предприняла превентивные меры против возникновения спроса на проституцию, запустив национальную кампанию по борьбе с проституцией и торговлей людинями. Уникальным стало то, что эту кампанию развернули на скачках. Шведская кампания по борьбе с проституцией и торговлей людинями была запущена в мае 2002 г. на ипподроме «Сольвалла» в Стокгольме. Болельщики часто праздновали выигрыш в борделе или покупали проституированных женщин на улице. Сутенёры обычно зазывали клиентов прямо с трибун или подвозили их в секс-клубы после окончания скачек (Ekberg, 2003, стр. 72). Ипподром «Сольвалла» посвятил первый забег скачек кампании по борьбе с проституцией и торговлей людинями и прорекламировал её в программе скачек. После первого забега Заместительница премьер-министра и Министриса по вопросам гендерного равенства Швеции Маргарета Винберг обратилась к пяти тысячам присутствующих, рассказала о кампании и о том, что она будет сосредоточена на покупателях проституированных женщин и детинь (Ekberg, 2003, стр. 71). Запуск национальной кампании по борьбе с проституцией и торговлей людинями на скачках можно считать одним из самых изобретательных и передовых методов предотвращения сексуализированной эксплуатации, нацеленным на значительное количество мужчин, которые могут покупать и покупают проституированных женщин.

Также Швеция запустила плакатную кампанию, посвящённую спросу на проституцию. Яркие плакаты о законе, запрещающем покупку секс-услуг, были расклеены на автобусных остановках, станциях метро и трамвайных вагонах по всей стране. Постеры были призваны повысить общественную осведомлённость о проституции и торговле женщинами и обратить внимание на мужчин, которые покупают проституированных женщин. К примеру, один постер был посвящён секс-туризму шведов в Прибалтику; он изображал одетого в красивый костюм мужчину с обручальным кольцом, а слоган гласил: «Очистим Балтику от бабника!». На другом постере был нарисован юноша, который ищет порно в интернете; слоган: «Всё больше шведов совершают покупки через интернет» (Ekberg, 2003, стр. 75-76). Плакатная кампания вызвала большой резонанс как в Швеции, так и за её пределами (Ekberg, 2003, стр. 72).

О том, насколько огромную долю мирового рынка торговли женщинами и детинями создаёт секс-индустрия, говорится мало. Вместо этого нас убеждают, что проституцию можно сделать хорошей работой, если легализовать её, принять соответствующие законы, создать профсоюзы так называемых «секс-работниц», если предоставлять женщинам бесплатные презервативы… но не альтернативы проституции. О том, как оставить женщин в проституции, говорится много, но мы не слышим ни слова о том, как помочь им выбраться.

К сожалению, в некоторых странах профсоюзные организации сталкиваются с призывами признать проституцию работой (Young, 2002). Вместо этого они могли бы последовать примеру Датской Конфедерации профсоюзов — в июне 2003 г. она запретила своим членам (а их 1,5 миллиона при населении страны в 5,4 миллионов) покупать проституированных женщин при исполнении должностных обязанностей и поездках за границу (Agence France Presse, 2003).

Большим прогрессом в кампании по борьбе с сексуализированной эксплуатацией со стороны правительств и агентств ООН стал бы запрет на покупку проституированных женщин для дипломатов, военных, представителей полиции и миротворческих сил ООН как при исполнении обязанностей, так и во внеслужебное время. Некоторые агентства, такие как Межучрежденческий постоянный комитет ООН, который объединяет более пятнадцати агентств ООН и прочих агентств, разработали этические кодексы для персонала в ситуациях гуманитарного кризиса (Inter-Agency Standing Committee, 2002). Одно из ключевых положений кодекса Комитета гласит: «Сексуализированная эксплуатация и сексуализированное насилие в ходе злоупотребления собственным положением являются актами злостно неправомерного поведения и основанием для расторжения трудового договора». В другом ключевом положении разъясняется: «Запрещается обмен денежных средств, возможности трудоустройства, материальных благ или услуг на секс, включая покровительство или иные формы эксплуатации и поведения, унижающего и оскорбляющего человеческое достоинство» (Inter-Agency Standing Committee, 2002).

Выбор юридического подхода страны к вопросу проституции будет иметь огромное значение для успеха борьбы с торговлей людинями. Активисткам и активистам, законодательницам и законодателям, выступающим против торговли людинями, необходимо направить усилия на корень этой проблемы — то есть на проституцию, и не соглашаться с теми, кто призывают в ходе государственных и негосударственных дебатов говорить исключительно о торговле людинями, но молчать о проституции. Многие представители и представительницы как государства, так и общественных организаций, капитулировали перед цензурой на международных форумах, где царит правило не упоминать проституцию, а говорить только о торговле людинями — словно это возможно.

Наконец, вместо того чтобы наживаться на налогах с прибыли секс-индустрии, правительства могли бы наложить арест на активы бизнеса организованной проституции и использовать эти средства, чтобы предоставить проституированным женщинам настоящий выбор. Никакие меры по предотвращению торговли людинями, по борьбе с проституцией, по уголовному преследованию торговцев людинями, сутенёров и клиентов не будут работать, пока правительства не сделают вклад в будущее проституированных женщин, выделив материальные ресурсы для того, чтобы они могли сделать свою жизнь лучше.

Примечания:

1) В Будапештском процессе, начатом в 1991 г., приняли участие около 40 стран и 10 организаций. В ходе него было проведено примерно 50 межправительственных совещаний на различных уровнях, включая Пражскую Министерскую Конференцию.

2) Гражданкам и гражданам Европейского Союза, помимо прочего, Шенгенским соглашением гарантировано право упрощённого пересечения границ. Это означает, что женщин, вовлечённых в торговлю людинями и ввезённых, законно или незаконно, в одну из стран Шенгенской зоны, можно без затруднений перевезти в другую страну Шенгенской зоны.

3) Исследование охватывало пять стран: Индонезию, Филиппины, Таиланд, США и Венесуэлу. В опросах в Индонезии и Таиланде не фигурировал вопрос о легализации проституции. В отчёте по Филиппинам 96 % опрошенных женщин высказались против легализации проституции. В отчёте по США 56 % россиянок и гражданок стран СНГ высказались против легализации; оставшиеся 44 % были не уверены или не имели определённого мнения; 85 % опрошенных американок, вовлечённых в проституцию, высказались против легализации. В отчёте по Венесуэле 50 % опрошенных высказались против легализации проституции, 29 % заявили, что легализация сделает проституцию безопаснее для женщин, 21 % не ответили на вопрос.

4) Все цитаты шведского Закона о запрете на покупку услуг сексуализированного характера 1998 г. приведены из краткого содержания Закона, опубликованного на английском языке в Бюллетене правительственной канцелярии Швеции 1998 г. по адресу www.kvinnofrid.gov.se. Сам закон звучит следующим образом: «Лицо, за плату получающее услуги сексуализированного характера, если указанное действие не карается согласно Уголовному кодексу Швеции, за покупку услуг сексуализированного характера приговаривается к штрафу или тюремному заключению на срок до шести месяцев. Попытка покупки услуг сексуализированного характера карается согласно положениям Главы 23 Уголовного кодекса Швеции» (Sweden, Law Prohibiting the Purchase of Sexual Services 1998, стр. 408).

5) Согласно отчёту Национального бюро расследований Государственной полиции Швеции, Национальная докладчица Швеции по проблемам торговли людинями заявила:

«В последние годы мы наблюдаем явные свидетельства того, что Закон о запрете на покупку услуг сексуализированного характера оказал положительное влияние на проблему торговли людинями. Несколько допрошенных женщин, имеющих связи с сутенёрами и торговцами людинями, заявили, что они считают Швецию неблагоприятным рынком для своего бизнеса. Им приходится доставлять женщин покупателям лично, из-за чего у них нет времени обслужить столько же клиентов, как в борделе или на улице. Из-за этого сутенёры и торговцы людинями зарабатывают меньше. Ещё одна особенность: клиенты в Швеции очень боятся, что их поймают, и потому требуют, чтобы секс-услуги предоставлялись скрытно. Для этого необходимо иметь несколько свободных квартир или помещений. Необходимость иметь несколько помещений для оказания услуг подтверждается практически всеми предварительными расследованиями 2002 г. Также некоторые женщины отметили, что другие страны, такие как Дания, Германия, Нидерланды и Испания, кажутся сутенёрам и торговцам людинями более привлекательными. Результаты перехвата телефонных разговоров также демонстрируют, что Швеция не считается благоприятным рынком торговли женщинами… преступники жалуются на опасения клиентов и на то, что для рентабельности бизнеса в Швеции требуется его более тщательная организация. Полиция стран Балтии также заявляла, что преступники из их стран не считают Швецию благоприятным рынком для торговли людинями» (National Criminal Police, 2002, стр. 33-34).

Отчёт не предоставляет данных об общем количестве жертв торговли людинями, ввезённых в Швецию. Докладчица отметила, что данные о том, что «незаконный ввоз людинь в Швецию вырос», отсутствуют, при этом «ничто не говорит о том, что масштаб торговли людинями снизился» (National Criminal Police, 2002, стр. 2).

Список источников и информацию об автрисе см. в приложенном PDF.