Medalina

Шлейф без запаха. Глава 7

2025-09-16T16:58:19.956Z

Лихен, оставшийся в машине Джухека, не выдержал душного ощущения и вышел наружу. Прохладный ночной воздух словно ласкал грудь, и это было приятно.

Он обернулся и посмотрел на особняк. Огромное здание, к которому лучше всего подходило слово «величественный», несмотря на ухоженность, казалось каким-то пустынным. Это было странно, ведь вокруг хватало и охранников, и прислуги.

Пока он молча всматривался в особняк, со стороны главных ворот послышался звук, и Лихен повернул голову. Между створками, распахнувшимися в стороны, плавно въехал автомобиль. Машина направилась к наружной парковке, где находился Лихен. Чёрная роскошная иномарка заняла место прямо рядом с машиной Джухека.

Из водительского кресла вышел мужчина с обаятельной улыбкой. Светло-серый тройка костюм, сшитый явно на заказ, и дорогая машина сразу выдавали в нём человека, далёкого от простого офисного работника.

Едва их взгляды встретились, Лихен понял, что это Ли Хэджун, третий сын и младший наследник Шинву Групп. Все сведения о семье Шинву и большинстве её топ-менеджеров уже давно были у него в голове.

Увидев стоявшего возле машины Джухека Лихена, Хэджун прищурился и заговорил.

— Не припомню, чтобы мы встречались. Кто вы?

Хотя и без того было ясно, раз он находился у машины Джухека, Хэджун всё равно задал вопрос. Лихен почтительно склонился и поприветствовал его.

— Я работаю на исполнительного директора Ли Джухека.

Когда Лихен коротко представился, Хэджун, решив, что он всего лишь водитель, окинул его взглядом с ног до головы. Лихен не стал уходить от откровенного взгляда и спокойно выдержал его. Тогда Хэджун сделал шаг ближе.

— Позволь ненадолго.

Подойдя вплотную, он неожиданно наклонился к его шее и глубоко вдохнул.

В лёгкие вошёл лишь прохладный ночной воздух и едва ощутимый запах тела.

В тот же миг Лихен почувствовал, как окружающая атмосфера резко изменилась. Едва уловимые альфа-феромоны Хэджуна вдруг обрели силу, разрастаясь и обволакивая пространство так, словно собирались перейти в атаку. Приятный аромат цветущего дерева защекотал кончик носа и оплёл всё тело. Казалось, стоит хоть немного расслабиться — и голова станет туманной. Всё сильнее тянуло полностью отдаться этому опьяняющему аромату. Любой другой омега, вероятно, вздрогнул бы, задрожал и сам потянулся бы в его объятия.

‘Любой другой омега… но не я’.

Лихен сохранил невозмутимость, словно ничего не чувствовал. Даже когда феромоны пытались проникнуть в сознание, он легко отразил их и остался спокойным.

Вскоре мощная волна альфа-феромонов схлынула. Осталась лишь лёгкая, ненавязчивая аура — такая же, как в тот момент, когда они впервые встретились взглядом.

Хэджун отстранился и улыбнулся.

— Извини. Просто ты оказался настолько красивым, что я решил: неужели Джухек-хён наконец-то связался с омегой?

Лихен знал: все трое сыновей председателя Шинву Групп, Ли Чонхо, были альфами. Но особенно Хэджун имел славу того, кто слишком любит омег. Говорили, что если он положит глаз на кого-то, то обязательно добьётся ночи вместе, чего бы это ни стоило. Слух был не слишком приятный, но в то же время он был известен и как человек, обладавший такими талантами, что это с лихвой перевешивало дурные разговоры.

Глаза Хэджуна чуть сузились, уголки приподнялись.

— Жаль.

Коротко пробормотав это, он легонько похлопал Лихена по плечу.

— Будьте осторожны. Если вдруг станет опасно — стоит просто сбежать.

— Что вы имеете в виду?

На многозначительные слова Лихен переспросил, и Хэджун лишь усмехнулся.

— Прислушайся. Говорю это только потому, что твое лицо мне понравилось.

Сказав так, он без колебаний развернулся. Махнув рукой на прощание.

— Надеюсь, ещё увидимся.

С этими словами Хэджун широким шагом направился в особняк.

Что именно он имел в виду, пока было трудно понять, но Лихен и не думал пропускать предупреждение мимо ушей. Если он сказал это именно в такой момент, значит, за этим что-то кроется.

Погружённый в мысли о предупреждении Хэджуна, он заметил, как из особняка вышел Джухек. На его лице ясно читалось раздражение.

Лихен сам открыл заднюю дверь, и стоило Джухеку сесть, он поспешно занял место за рулём.

— Поедем сразу домой.

— Да, исполнительный директор.

Даже в голосе Джухека слышалось раздражение. Но Лихен не собирался спрашивать лишнего. Он мог лишь предположить, что тот сцепился в неприятном разговоре с семьёй.

Вырулив с парковки и покинув особняк, Лихен скосил взгляд на зеркало заднего вида, чтобы украдкой проверить состояние Джухека.

Это было скорее привычкой. Лихен прекрасно знал, что Джухек абсолютно здоров и болеть ему нечем, но стоило тому хоть немного перемениться в настроении, он невольно начинал внимательно следить за всем — от выражения лица до взгляда.

Он посмотрел в зеркало заднего вида на Джухека, который угрюмо смотрел в окно.

— С вами всё в порядке?

Вопрос вырвался сам собой, и Джухек отреагировал ещё более холодно и раздражённо, чем обычно.

— Не лезь и просто веди машину.

Лихен заранее знал, что услышит подобный ответ, но всё равно не смог удержаться и спросил. Теперь же он крепко сжал руль и упрямо смотрел только вперёд, стараясь больше не поднимать взгляд к зеркалу заднего вида, чтобы не задать новый вопрос.

Прошло какое-то время. Пока машина мчалась по пустынной дороге, Лихен заметил нечто странное. По боковым зеркалам он определил, что позади их преследуют три автомобиля. Все одного типа и одного цвета, с настолько тёмной тонировкой, что невозможно было разглядеть людей внутри.

Лихен сразу понял: эти машины идут именно за ними. Лишь тогда он снова посмотрел на Джухека через зеркало заднего вида.

— За нами следят машины. Что будем делать?

От его слов лицо Джухека перекосилось.

— Сколько их?

— Три.

Джухек нахмурился ещё сильнее и вновь уставился в окно.

— Сможешь оторваться?

Лихен окинул взглядом дорогу. Если бы машин было побольше, можно было бы маневрировать, подрезая и втискиваясь, но на такой пустынной трассе, как сейчас, это было почти невозможно.

— Думаю, лучше разобраться с ними прямо сейчас.

— Тогда так и сделай, — безразлично отозвался Джухек.

Лихен снова глянул в боковое зеркало на идущие следом машины и резко прибавил скорость. Как и ожидалось, все три автомобиля тут же ускорились, плотно прилипнув к хвосту.

Сколько там людей — неизвестно, но для схватки стоило увести их в безлюдное место. Если бы кто-то из прохожих увидел или, того хуже, сделал фото, Джухеку только прибавилось бы хлопот.

Машина с Джухеком и Лихеном рванула вперёд, а три автомобиля неотступно держались за ними, словно пиявки. Наконец, оказавшись на пустынной дороге, Лихен резко развернул машину и остановил её так, чтобы сторона с Джухеком оказалась у самого отбойника. Зазора почти не оставалось — дверь невозможно было открыть, и подойти с той стороны тоже.

Как только они остановились, три автомобиля окружили их и тоже замерли. Двери один за другим распахнулись, и наружу вышли люди.

Лихен покинул водительское кресло и встал спиной к машине, словно защищая её, оглядывая окруживших его противников.

Перед ним оказалось семеро мужчин в чёрных костюмах. Но принять их за добропорядочных офисных работников не получилось бы: в руках у каждого было нечто явно недоброе. У одного железная труба, у другого деревянная дубина, а кое-кто и нож достал.

И даже окружённый семерых, Лихен ничуть не выглядел испуганным. Напротив, он был абсолютно спокоен, словно вышел тёплой ночью полюбоваться луной.

Он обвёл взглядом мрачные лица и спросил.

— Чего вы хотите?

На его спокойный голос один из мужчин усмехнулся и вышел вперёд. Видимо, он и был главарём этой шайки.

— У нас разговор к человеку в машине. Пусть выходит. Убивать мы его не собираемся.

Какие могут быть разговоры у людей с железными трубами и ножами?

— Простите, но говорить вам придётся со мной.

От его твёрдого ответа мужчины один за другим хмыкнули. В их глазах Лихен, кроме такого же чёрного костюма, совсем не был похож на них. Наоборот — казался слишком хрупким, будто стоит схватить его за руку, и кости тут же переломятся. Человек, которого будто бы следовало защищать, вдруг встал перед Джухеком как телохранитель — разве не смешно?

Главарь, играя железной трубой, положил её на плечо и неторопливо подошёл ближе. Сверкнув масляным взглядом, он смерил Лихена с ног до головы. Юноша явно не вписывался в эту ситуацию.

— Хватит болтать, отойди в сторону. Не хочется, чтобы на таком красивом лице остались шрамы…

Бац!

Всё произошло в одно мгновение. Кулак Лихена врезался в челюсть противника, голова того резко запрокинулась назад, и он пошатнулся. Лихен сцепил пальцы в замок, развернулся корпусом и со всей силы ударил локтем в солнечное сплетение.

— Угх!

Мужчина захрипел и отступил назад. Лихен тут же рванулся к нему вплотную и ребром ладони, словно клинком, ударил по его запястью. Раздался сухой треск — и пальцы главаря разжались, выпуская трубу. Лихен мгновенно подхватил её и, не колеблясь, обрушил на противника.

— Гха!

Со свистом рассекая воздух, труба врезалась ему в бок. Мужчина покатился по земле, обеими руками хватаясь за ребра, и не мог даже нормально дышать.

Всё произошло так быстро, что остальные только вытаращили глаза. Лихен, перехватив трубу поудобнее, обвёл их взглядом. Ему не нравилось пользоваться оружием, но против такого числа противников — иначе никак. Чтобы закончить поскорее.

— У меня есть дела, так что потрудитесь нападать разом, ладно?

Он хотел как можно быстрее доставить Джухека домой и избавить его от лишних хлопот. Но мужчины, не зная его истинных намерений, напротив, перестали ухмыляться. Их лица окаменели, и один за другим они кинулись в атаку.

Шлейф без запаха. Глава 6

2025-09-16T16:57:57.374Z

Лихен по-прежнему смотрел на Джухека с бесстрастным лицом. Лишь едва заметная дрожь на кончиках пальцев выдавала его напряжение.

Тело Джухека было честным и инстинктивным. Уже того факта, что он абсолютно не реагировал, если напротив оказывался омега, было достаточно, чтобы понять, насколько сильны его инстинкты.

И в этом была проблема.

Он не реагировал на омег.

Сжать губами его член — в этом не было ничего трудного. Да и любые другие приказы он бы выполнил без лишних слов. Но вот к сексуальному контакту нельзя было приближаться. Ведь он сам был омегой.

— Долго ещё заставишь меня ждать?

Джухек поторопил, криво приподняв уголок губ. Половина сигареты, зажатой у него в зубах, уже истлела, и пепел сыпался прямо на пепельницу.

В этот раз Лихен даже испытал благодарность к собственному лицу, на котором почти не отражались эмоции. Стараясь удержать спокойствие, он придвинулся к Джухеку вплотную. Опустился на колени между его раздвинутыми ногами. Даже в полностью вялом состоянии внушительный размер находился прямо перед глазами.

Лихен замешкался, не зная, как действовать дальше. Раньше он не раз оказывался в комнате во время секса Джухека — то сигарету подать, то напиток принести. Но каждый раз хозяин был занят тем, что вгонял своё в чужое тело, и увидеть, как партнёр делает ему минет, Лихен так и не смог.

Тем не менее, как бы то ни было, ему нужно было заставить его встать. Иначе разоблачат, что он омега, и его выгонят.

Застывшие, напряжённые руки Лихена потянулись к члену Джухека. Видеть его наготу ему доводилось и раньше, но даже в невозбуждённом состоянии он никогда не казался таким большим, как сейчас.

Когда дрожащие пальцы Лихена почти коснулись его, вдруг раздался звонок телефона. Джухек раздражённо цокнул языком и бросил взглядом на Лихена. Тот, с облегчением приняв его молчаливый приказ, поднялся с колен. Он взял телефон с тумбочки у кровати и протянул хозяину. К этому моменту Джухек уже запахнул халат и закинул ногу на ногу.

Приняв телефон и взглянув на экран, он слегка нахмурился. Почти докуренную сигарету нервно затушил в пепельнице и нажал кнопку вызова.

[Занят?]

Сразу же, без приветствия, раздался мужской голос.

— Говори по делу.

В его голосе звучала явная скука и раздражение, но собеседник, похоже, воспринял это как должное.

[Что, опять трахаешься?]

— Я сказал, по делу, — повторил Джухек, доставая новую сигарету и морщась. В трубке раздался приглушённый смешок.

[Завтра сможешь? Отец сказал, чтобы ты пришёл к нам домой, хочет поужинать всей семьёй.]

— …Пришли время сообщением.

Если позвал отец, отказаться невозможно. Пусть он и не упрекал его за редкие визиты, но стоило отвергнуть приглашение домой — и давил бы своим особым способом.

Отключив звонок, Джухек несколько секунд сверлил взглядом телефон. В памяти всплыло лицо недавнего собеседника, и уголки глаз его ещё сильнее прищурились.

Второй сын Шинву групп и сводный брат, Ли Шихун, был для Джухека крайне раздражающим существом.

Мачеха, Ан Сохи, оказалась рядом с отцом, Ли Чонхо, едва только его мать погибла в аварии. Она подсунула результаты ДНК-теста, доказывающие, что её тайно рождённый сын, Ли Шихун, на самом деле тоже был ребёнком Ли Чонхо.

Для отца, Ли Чонхо, она всегда была заботливой и ласковой женой, но на деле думала лишь о том, чтобы любой ценой сделать Ли Шихуна следующим председателем Шинву групп.

И беда в том, что Шихун унаследовал её характер в полной мере.

Взгляд Джухека, всё ещё задержавшегося на телефоне, переместился на Лихена, спокойно стоявшего напротив. Не будь угрозы от Ан Сохи и Ли Шихуна, Лихен никогда бы не оказался рядом с ним в такой роли.

***

Роскошный обеденный стол, за которым почти не слышалось даже звона приборов.

На почётном месте восседал мужчина лет шестидесяти, источавший врождённое чувство веса и власти. За столом собрались его старший сын Ли Джухек, второй сын Ли Шихун и жена Ан Сохи. Младший, третий сын Ли Хэджун, задерживался из-за рейса и должен был появиться уже после ужина.

Председатель Шинву Групп Ли Чонхо, разрезая стейк и отправляя кусок в рот, перевёл взгляд на Джухека, сидевшего по диагонали справа.

— Джухек, как у тебя дела в последнее время?

Холодный взгляд Чонхо не дрогнул, и Джухек ответил без малейших колебаний.

— Хоть это и заняло некоторое время, но мы начали реконструкцию района Сонгиль без особых проблем. Дальнейший ход работ…

— Кто тебя о работе спрашивал? Такие вещи и без того в отчётах отражаются, лишний раз говорить не стоит.

Чонхо, отправив в рот аккуратно нарезанный кусок стейка, внимательно вгляделся в глаза старшего сына.

— Я спросил, как ты живёшь.

— …Можно спросить, зачем вам это знать?

На противоположной стороне стола мачеха, Ан Сохи, едва заметно нахмурилась. Ей было за пятьдесят, но благодаря тщательному уходу выглядела едва ли на начало сорока. Известная красавица, даже нахмурившись, она не теряла привлекательности.

— Джухек, отец проявляет к тебе внимание, а ты должен поблагодарить его и ответить как положено.

Джухек даже не удостоил её взглядом. Ласковая «материнская» маска, которую она надевала только в присутствии отца, вызывала у него лишь отвращение.

Сам Чонхо, похоже, не придавал её вмешательству никакого значения и продолжал резать кровоточащий стейк на мелкие куски.

— Ты один живёшь вне дома, вот я и спрашиваю.

И это было правдой: из троих сыновей только Джухек жил отдельно от семьи. Конечно, отчёты о его жизни поступали регулярно, но поскольку он почти не держал рядом с собой людей, сведений о нём всегда было ограниченное количество.

— Живу без особых перемен. Простите, отец, но ничего достойного рассказа у меня нет.

— Довольно. Всё равно я и не ожидал большего.

Нахмурившись, Чонхо отвёл взгляд.

— На следующей неделе удели время.

Джухек удивлённо посмотрел на него. Чонхо положил в рот последний кусок стейка, аккуратно отложил вилку и нож на стол.

— Слышал, второму сыну Джевон Ресорт ты приглянулся. Я устрою встречу, поешьте хоть раз вместе.

Джухек с трудом сдержал раздражение, едва не исказившее его лицо. Второй сын Джевон Ресорт был тем самым омегой, прославившимся своей красотой.

— Как вы знаете, я не встречаюсь с омегами.

— Никто и не говорит о серьёзных отношениях. Просто лёгкий ужин.

Но разве это не одно и то же?

— Верно, хен. Попробуй хоть пообедать.

Вмешался сидящий рядом сводный брат Ли Шихун, изогнув губы в лёгкой улыбке.

— В прошлый раз я видел его… поразительно красивый человек.

Он называл его «хеном» только в присутствии отца. Джухек метнул на него холодный взгляд, но тот, как назло, продолжал улыбаться приветливо и безмятежно. И это при том, что прекрасно знал: Джухек не переносит омег.

Чонхо медленно отложил салфетку, которой вытирал губы.

— Тебе пора задуматься о спутнике. Сколько ещё собираешься упрямиться, как ребёнок?

— …Если только ради этого вы меня позвали, то я позволю себе откланяться.

Не выдержав, Джухек поднялся из-за стола. Ан Сохи, всё это время молча слушавшая разговор, улыбнулась и взглянула на него.

— Раз отец высказался с таким намерением, может, стоит поступить, как он сказал?

Их взгляды встретились. Лицо Сохи улыбалось, но в глазах сверкала хищная холодность. Слова звучали мягко, однако стоило бы Джухеку действительно встретиться с сыном Джевон Ресорт, как эти ухоженные ногти тут же впились бы в кожу в приступе её истерики.

‘Хотя… давно я не видел её в таком виде…’

К сожалению, предложенный отцом вариант был неприемлем: это был омега. Рано или поздно он должен будет связать себя с кем-то, но только не с омегой. В этот раз ему ничего не оставалось, как поступить так, как втайне хотела мачеха.

— Прошу прощения. Тогда я пойду первым.

Сказав это, Джухек развернулся и покинул столовую. Чонхо, вздохнув, потёр пальцами виски, пытаясь унять нарастающую боль. Сохи тут же вскочила и с обеспокоенным видом подбежала к нему.

— Дорогой, ты в порядке? Кажется, ты слишком перенапрягся из-за Джухека. Принести лекарство?

— Не нужно. Скоро пройдёт, — отозвался Чонхо, с горечью улыбнувшись и похлопав по тонкой руке, что легла ему на плечо.

— Всё ещё не можешь забыть то происшествие…

Он был уверен: причина, по которой Джухек избегал омег, крылась в давней трагедии детства. Иначе не объяснить, почему он до сих пор держит их на расстоянии.

Сохи мягко наклонилась и коснулась губами руки мужа.

— Он ещё ребёнок. Пара ведь может измениться в любой момент.

На её шее виднелось ярко-красное пятно, похожее на овал. Это был след от зубов — метка, которую оставил сам Чонхо.

Шлейф без запаха. Глава 5

2025-09-16T16:57:14.103Z

На следующий день в пентхаус Джухека вошёл молодой парень с высоким и стройным телом. Хотя он и уступал Джихвану, в нём тоже была какая-то особая притягательность, приковывающая взгляды.

Джухек, едва взглянув на стоявшего у входа мужчину, прошёл мимо и скрылся в ванной. Вместо него вперёд шагнул Лихен, первым протянув руку.

— Вы господин Хан Уён? Я Квон Лихен, секретарь и телохранитель исполнительного директора Ли Джухека.

— А, да…

Уён в растерянности распахнул глаза и неуверенно пожал протянутую руку. Щёки его слегка порозовели, и Лихен тут же присмотрелся к его лицу.

— Вам нехорошо?

— Н-нет! Нет…

Ещё больше покраснев, Уён поспешно опустил голову. Он слышал, что рядом с исполнительным директором Ли Джухеком есть красивый секретарь, но никак не ожидал увидеть человека, превосходящего многих знаменитостей.

Лихен же не понял, что такая реакция вызвана именно им, и спокойно продолжил.

— Если почувствуете недомогание, пожалуйста, заранее скажите. Как только всё начнётся, выйти из комнаты до конца оговорённого времени будет невозможно.

— Правда, всё в порядке.

Услышав предупреждение Лихена, Уён изо всех сил постарался выровнять выражение лица и ответил. Затем осторожно спросил.

— Эм… если… хотя бы раз в течение времени получится довести до конца… до… эякуляции…

Смущение моментально вспыхнуло на лице, щеки его ярко покраснели. Лихен, будто ничего особенного не услышал, спокойно закончил за него.

— Если сможете довести до оргазма, то даже не обязательно выдерживать всё время.

— И в таком случае поддержка, о которой вы говорили, тоже будет?

Глаза Уёна загорелись, когда он задал этот вопрос. Лихен сразу понял: как и все предыдущие, он пришёл с азартом и уверенностью. Но стоило хотя бы один день провести рядом с Джухеком — и такой взгляд больше никогда не появлялся.

— Конечно. Так что постарайтесь изо всех сил.

Слова слетали с губ, но сердце болезненно сжалось. Внешне он никогда не показывал, но это повторялось всегда: одни и те же фразы партнёрам Джухека, одни и те же ответы, и одни и те же мучительные ощущения, что не отпускали даже тогда, когда приходилось убирать следы чужой близости.

Не выдав ни единой эмоции, Лихен повёл Уёна в комнату, предназначенную только для секса, где успели побывать уже многие.

— Господин Уён, вам разрешено пользоваться только этой комнатой и гостевой ванной. Все остальные двери для вас закрыты, просьба учесть.

— Закрыты?

Он удивлённо распахнул глаза и, словно играя, слегка ухватил Лихена за рукав. Это выглядело скорее как кокетство, чем как испуг.

Лихен тут же убрал его руку и сухо сказал:

— Если вы попытаетесь открыть хоть одну из других дверей, то немедленно покинете это место. И больше никакой связи с исполнительным директором у вас не будет.

Уён прекрасно понял, что имелось в виду, и с натянутым лицом поспешно кивнул. Затем, собравшись, решительно поднял взгляд на Лихена.

— Я… я постараюсь изо всех сил!

Энтузиазм у него был, но вот надолго ли?

***

— Квон Лихен!

Не прошло и нескольких минут после начала, как из комнаты раздался грубый окрик. Лихен, дожидавшийся снаружи, встревоженно постучал.

— Господин исполнительный директор, вы в порядке?

— Живо заходи и вытащи этого ублюдка!

Похоже, всё пошло совсем не так. Стоило Лихену открыть дверь и войти, как брови его дёрнулись от удивления.

На кровати, распахнув полы халата, сидел мрачный Джухек. Его член безжизненно обвисал, что было странно: даже если прошло мало времени, обычно хотя бы минет к этому моменту уже случался, а подобной реакции он давно не наблюдал.

Взгляд Лихена скользнул к Уёну. Тот сидел на кровати обнажённый, бледный, сжимая ладони и дрожа, словно осиновый лист.

В этот момент до носа Лихена донёсся слабый сладковатый запах. Настолько легкий, что кто-то менее чувствительный мог бы и не заметить. Для него, обладавшего обострёнными органами чувств, это было просто разновидностью сладости, ничего более. Но для альфы вроде Джухека такой аромат был наверняка сильным раздражителем.

Взгляд Лихена опустился к бёдрам Уёна. Там, между ягодиц, блеснула прозрачная влага, и в ней различалось крошечное, почти незаметное постороннему глазу примешивание омега-феромонов.

‘Омега…’

Это была его ошибка. Кто бы мог подумать, что Уён, которого все считали бетой, на самом деле окажется омегой. Видимо, он принимал подавители — раз уж запах совсем не ощущался.

В такой малой концентрации, смешанной со смазкой, уловить аромат мог разве что он сам, доминантный. А вот обычный альфа, каким был Джухек, мог и не распознать. Но инстинкты альфы игнорировать невозможно.

Лихен молча подошёл к Уёну. Поднял с пола халат, брошенный возле кровати, и накинул его на дрожащее тело.

Когда к нему приблизился именно Лихен, куда более спокойный, чем Джухек, глаза Уёна наполнились слезами. Он вцепился в него, всхлипывая.

— Я… я не понимаю, что сделал не так. Я просто делал, как велели, и даже следил, чтобы во время минета зубами не задеть…!

— Чёрт, да ты же омега!

Джухек рявкнул с полной уверенностью.

С омегами он никогда не вступал в близость. Эта железная установка была настолько сильна, что влияния хватало и на психику, и на тело: стоило только понять, что перед ним омега, как его организм отказывался реагировать.

В прошлом тоже случалось несколько раз — омеги, скрывавшие свой запах с помощью подавителей, пытались лечь с ним в постель. Одни действительно питали к нему чувства, но большинство мечтало о статусе «пары старшего сына группы Шинву».

Они маскировали свой феромон, но каждый раз Джухек сразу замечал подвох — его тело оставалось холодным, и тайное быстро раскрывалось. Он их выгонял, голыми, без малейшего колебания.

И теперь — та же история. Сколько бы ни старался Уён, даже минет не вызвал у него реакции. Пусть запаха и не чувствовалось, но сомнений не было: Уён был омегой.

Увидев, как лицо Джухека исказилось от ярости, Уён в панике замотал головой.

— Что вы такое говорите?! Я не омега, я бета!

Джухек стиснул зубы, и в его взгляде мелькнула холодная жестокость. В ту же секунду комната наполнилась свежим, но давящим запахом его феромонов. Лихен почувствовал неприятную тяжесть в груди, но сумел выдержать. А вот Уён, сидевший на кровати и трясшийся от страха, не смог.

— А… ы-ы…!

Глаза его распахнулись так, будто он готов был потерять сознание, лицо вспыхнуло алым, а слёзы градом потекли по щекам.

— Ты смеешь утверждать, что не омега, когда явно чувствуешь мои феромоны?!

Под напором феромонов альфы, словно грозивших раздавить его, Уён лишь выдавил из себя невнятный стон, дрожащими губами не находя слов.

Лихен заслонил его собой и прямо встретил взгляд Джухека. Сердце билось быстрее обычного, и дыхание сдавливало, но внешне он оставался невозмутим.

— Это моя недоработка, я не проверил как следует. Я немедленно выведу его отсюда.

Джухек ещё мгновение буравил его равнодушное лицо тяжёлым взглядом, но вскоре отозвал свои феромоны. Уён, скрытый за спиной Лихена, шумно выдохнул и закашлялся, словно освобождённый из-под гнёта.

Джухек холодно бросил, обращаясь к нему сквозь фигуру Лихена.

— Никогда больше не попадайся мне на глаза. В противном случае я, возможно, убью тебя.

Едва холодное предупреждение сорвалось с его губ, Уён сглотнул и, побледнев, склонил голову. Лихен подхватил его под руку и вывел из комнаты.

Джухек с раздражённым лицом тяжело опустился в кресло. Схватил с ближайшего столика портсигар, нервно зажал сигарету в зубах и закурил. Но даже пламя зажигалки не сумело потушить гнев, распиравший его изнутри.

Не один безызвестный актёр взлетал на вершину благодаря его поддержке. Поэтому тех, кто мечтал о помощи Джухека, хватало с избытком — от безымянных до известных имён. Он прекрасно понимал, что среди них могут скрываться омеги, выдающие себя за бет. Но нарваться снова — и так гнусно, а после долгого перерыва и вовсе отвратительно.

Омеги, мечтающие стать его парой.

Чем дольше он думал об этом, тем сильнее росло раздражение. Что они, правда, считают, что если он окажется опьянён их феромонами, то вцепится в их шею?

Чушь собачья.

Его пара была определена с самого начала. Никого другого он принять не собирался. И теперь, даже если бы захотел, этого человека всё равно уже не могло быть рядом.

Затягиваясь сигаретой, Джухек выдохнул сдавленный вздох и нахмурился, когда в комнату вернулся Лихен. Тот подошёл ближе и, склоняя голову в извинении, произнёс:

— Господин Хан Уён больше никогда не появится перед вами. Прошу прощения.

Джухек, с сигаретой в зубах, надменно посмотрел на него. Лихен спокойно встретил этот взгляд.

И в душе Джухека поднялось что-то похожее на игривое любопытство.

— Извинениями дело не ограничивается. Господин Квон Лихен, вы готовы взять на себя ответственность?

Лихен не отвёл глаз и спокойно переспросил:

— Каким образом вы хотите, чтобы я её понёс?

На самом деле обвинять Лихена было нелогично. Всё, что он сделал, — это получил от начальника секретариата список тех, кто хотел поддержки, и передал Джухеку. А выбирать всегда должен был сам Джухек. Потом Лихен лишь связывался с кандидатом и объяснял условия.

Он это знал. Но всё же захотелось «поддеть» его. Своего рода выход для неутолённого раздражения. А если удастся увидеть, как треснет эта бесстрастная маска, то и вовсе будет приятно.

Сидя в кресле, Джухек резко распахнул полы небрежно запахнутого халата, выставив своё тело напоказ.

Сигарета всё ещё торчала в зубах, а уголки губ исказила ледяная усмешка. Джухек чуть дёрнул подбородком вниз, указывая на свой пах.

Поняв намёк, у Лихена незаметно дрогнули пальцы.

Шлейф без запаха. Глава 4

2025-09-16T16:56:50.554Z

Руки, намертво обхватившие шею Лихена, Джихван даже не подумал отдёрнуть, а сам застыл в растерянности, неловко шевеля губами.

— А, нет, это не то, я… я вовсе не…

Увидев, что тот пытается оправдаться, Джухек мгновенно стёр улыбку с лица и широким шагом подошёл к ним. Одной рукой он схватил руку Джихвана, обвивавшую шею Лихена, и резко оторвал её. А другой — грубо сжал руку Лихена и швырнул его на пол. Лихен, сбитый с ног с такой силой, упал и не вымолвил ни звука.

Джухек, глядя сверху вниз на Джихвана с места, где ещё мгновение назад стоял Лихен, холодно усмехнулся.

— Похоже, на этом наши отношения заканчиваются.

Сказав это, он рывком схватил запястье Джихвана так, словно собирался его сломать, и дёрнул на себя. Тот взвыл, и его тело рухнуло с кровати на пол. Джухек не дал ему подняться, а, продолжая держать запястье, потащил его волоком к выходу.

— Ай! Господин Джухек, п-подожди! Больно же!

Джихван, в распахнутом халате, нелепо волочился за ним, крича. Он всеми силами пытался высвободить руку из железной хватки, но Джухек был слишком силён — пальцы даже не дрогнули.

— Заткнись. Меня тошнит от тебя.

Сказав это глухим низким голосом, альфа буквально швырнул его к охранникам, стоявшим у входа. Те, заметно напряжённые от мрачного настроя хозяина, поспешили поднять Джихвана на ноги.

— Вытащите его. Предупредите, чтобы он сюда больше не совался.

Оставив эти слова, Джухек решительно развернулся. Но, увидев яркий красный след на своём запястье, Джихван взбесился и закричал.

— Чёртов импотент! Даже с твоим мерзким характером я всё терпел…! Кх!

Он не успел договорить — голова резко дёрнулась в сторону. Похоже, кулак Джухека угодил прямо в лицо: губы внутри разодрало, и во рту появился вкус крови. Казалось, половину лица просто смело ударом — боль была такой, что на глаза навернулись слёзы.

И в этот миг, сквозь звон в ушах, Джихван услышал яростный голос Джухека.

— Посадите его. Держите ноги.

Охранники не сразу поняли, только широко раскрыли глаза. Но в тот же миг на них обрушился ледяной, яростный взгляд Джухека.

— Живо посадите этого ублюдка и раздвиньте ему ноги.

Даже в полубессознательном состоянии голос Джухека прорезал сознание Джихвана. Охранники беспрекословно исполнили приказ: усадили его и раздвинули ноги так, чтобы всё было видно. Тогда Джихван, ошалев, завопил.

— Что вы творите?!

Он пытался сжать ноги, но, зажатый двумя крепкими охранниками, не мог двинуться. К тому же его руки тоже были крепко схвачены — как бы он ни дёргался, вырваться было невозможно.

Дрожащим от страха взглядом он поднял глаза и встретился с Джухеком. Тот смотрел сверху вниз, как на насекомое, и от этого взгляда становилось жутко, словно он и вправду вот-вот свернёт ему шею.

Правая нога Джухека поднялась. Горящие ненавистью глаза были устремлены прямо в пах Джихвана, и даже угол наклона стопы ясно говорил — удар придётся именно туда. Побледнев до мертвенной бледности, Джихван в отчаянии закричал.

— Я виноват! П-пощадите! Пожалуйста, не надо!

— Если станешь импотентом, не умрёшь же от этого.

В холодном, спокойном тоне звучали и ярость, и издёвка.

И вот нога Джухека, вложившая всю силу, резко пошла вниз.

Точнее, почти пошла — её остановила рука, поддержавшая ступню в последний миг.

Лихен бесшумно появился рядом, присел возле Джихвана и, одной рукой удерживая ногу Джухека, поднял лицо. Его безэмоциональный взгляд встретился с глазами Джухека.

— Скандал выйдет боком для вас, господин.

— …

Джухек молча посмотрел вниз на Лихена, державшего его ногу. Ясный, прямой взгляд того раздражал всё сильнее. Раздражало и то, что он посмел остановить его, прикрыл Джихвана.

Джухек вырвал ногу и с размаху ударил Лихена по лицу. Тот пошатнулся от удара в одну щёку, но, опершись рукой о пол, удержался. Директор отвёл взгляд от бесстрастного лица Лихена, метнул яростный взгляд на Джихвана и, развернувшись, ушёл обратно в комнату. Лишь тогда Джихван и двое охранников, державших его, облегчённо выдохнули.

Когда Джухек окончательно скрылся за дверью, Лихен перевёл взгляд на охранников и кивнул. Те поспешно подняли Джихвана на ноги.

Квон Лихен кончиками пальцев аккуратно стёр кровь с уголка его губ, всё ещё дрожащих от ужаса, и сам запахнул ему халат.

— Сегодняшнее забудьте. И о господине — тоже.

Глаза Джихвана широко распахнулись, голос дрогнул.

— Забыть? Вы серьёзно? Вы же видели, что он чуть со мной сделал?!

— Потише.

После жёсткого предупреждения Лихена Джихван зажал рот, но в лице его всё так же кипели обида и возмущение.

И тут Лихен посмотрел на него так, как ещё никогда прежде: холодно, остро, давяще. От этого взгляда вздрогнули не только Джихван, но и охранники. Никто не решался даже вдохнуть лишний раз.

— С господином у вас больше нет никаких связей. Считайте, что вы никогда не встречались и никогда не приходили в этот дом.

Он мягко похлопал Джихвана по плечу, будто успокаивая, но взгляд его оставался пугающе жёстким.

— Не вздумайте воспринимать моё предупреждение легкомысленно.

От тяжёлых слов Джихван весь сжался. Лихен не говорил прямо, но намёка было достаточно: ослушается — и в следующий раз закончится не только ударом по паху, а куда хуже, вплоть до того, что его просто не станет.

Поняв, что тот уже всё уяснил, Лихен повернулся к охранникам.

— Соберите его вещи и отвезите домой.

Охранники поспешно кивнули, даже чуть склонив головы перед куда более хрупким на вид Лихеном. Силу его они на себе не проверяли, но одной лишь давящей аурой он ясно показывал, что перед ними стоит не обычный человек.

Лишь когда Джихвана вывели из дома под руки охранники, Лихен направился в комнату, где находился Джухек. Тот сидел на диване в спальне, где совсем недавно предавался страсти, и курил сигарету. Немного нахмурившийся, он перевёл взгляд на вошедшего Лихена.

Лихен слегка склонил голову, словно прося разрешения, и стал собирать использованные презервативы и комки салфеток, складывая их в мусорное ведро. Затем, закончив с мелким мусором, ухватился за простыню, пропитанную спермой и телесной влагой, чтобы её сменить.

— Помнишь безымянного актёра, что недавно пытался выйти на связь?

Прежде чем стянуть простыню, он замер и повернул голову к Джухеку. Тот, не сводя взгляда с того, как Лихен убирается, затушил почти докуренную сигарету в пепельнице на столике и продолжил.

— Завтра пусть он придёт.

— Понял.

Лихен сразу ответил и вернулся к уборке постели. Джухек же, облокотившись локтем на стол и подперев щёку тыльной стороной ладони, неотрывно следил за ним.

Для Ли Джухека Квон Лихен был человеком поразительным.

Полгода назад на Джухека чуть не напали с ножом прямо у здания компании. На тротуар вылетел на мотоцикле наёмник, выхватил блестящий клинок и рванул на него. Джухек, закалённый и привыкший к дракам настолько, что с большинством людей вполне мог справиться, тогда оказался не в состоянии среагировать на столь внезапное нападение.

И именно Лихен бросился в тот момент, закрыв его собой и даже обезвредив нападавшего. Он оттолкнул Джухека, принимая удар ножом себе в руку. Ошарашенный киллер вновь рванул в атаку на Джухека, но тогда Лихен метнул свой телефон прямо в колесо мотоцикла. Смартфон разлетелся вдребезги, зато техника дала крен. Воспользовавшись заминкой, Лихен ударил противника мощным круговым ударом и сбил его с ног, а затем, выдернув собственный галстук, мгновенно связал убийцу.

Тот миг невозможно забыть. Как только тревожные глаза Лихена встретились с его собственными, тут же сменившись облегчением — именно этот взгляд до сих пор стоял перед глазами Джухека.

Тогда это могло показаться лишь странным. Незнакомец, которого он видел впервые в жизни, бросился грудью заслонить его от удара ножом — и при этом даже не обратил внимания на рану на собственной руке, а первым делом проверил, цел ли сам Джухек. Для Джухека это было непостижимо.

«Что тебе нужно?»

Он задал этот вопрос Лихену. Но тот лишь поспешил ответить, что не сделал этого ради выгоды, и хотел уже уйти. Задержал его именно Джухек.

Он верил, что за всё в жизни приходится платить, и был уверен: любой человек так или иначе движим интересом. Поэтому словам Лихена он не поверил. Начал настойчиво допытываться, чего тот хочет в обмен, и только тогда с его губ сорвалась просьба.

«Позвольте мне работать рядом с вами, господин».

Цена показалась слишком уж низкой. Но когда Лихен признался, что ему нужны деньги, Джухек быстро согласился. Ведь не он один думал, что, находясь рядом с ним, можно будет урвать свою долю.

Так вот оно что. Лихен оказался одним из таких же.

И всё же подозрения не исчезли. Слишком уж сомнительно выглядело его внезапное появление в тот день, когда он спас Джухека.

Поэтому он поручил начальнику секретариата проверить его прошлое. Выяснилось, что Квон Лихен — сирота, не имеющий никаких родственников, и что с людьми, охотившимися за Джухеком, у него не было абсолютно никаких связей. А его выдающиеся навыки вполне объяснялись тем, что до недавнего времени он состоял в известном охранном агентстве MYSпод крылом концерна Муель Групп.

Что это было — простая случайность или заранее подстроенная возможность, чтобы заставить Джухека остаться в долгу?

Для него это не имело значения. Ведь нет ничего проще, чем управлять человеком, которому нужны деньги.

Поэтому он предложил Лихену огромную зарплату. Даже излишне щедрую — за то, что тот сам признался: хочет оставаться рядом лишь потому, что нуждается в деньгах.

Он должен был быть рядом с ним круглые сутки, каждый день. Такое было условие.

На те слова Лихен сразу же согласился. Желающего денег легко держать под контролем. Дай столько, сколько хочет, — и он сделает всё. Именно таким человеком был Квон Лихен.

С тех пор Лихен не раз бросался под удар, чтобы защитить Джухека. Несмотря на то, что находились люди, пытавшиеся помешать ему или даже покушавшиеся на его жизнь, Лихен всегда без лишних слов оберегал его. Он был словно идеально обучённый сторожевой пёс.

Более того, он обладал хорошим умом, поэтому справлялся с делами не хуже любого секретаря, и это тоже пришлось по душе. Тем более что прежний секретарь был уволен после неудачной попытки украсть информацию компании. Именно на его пустое место и поставили Лихена. Сначала от него не ожидали, что он справится с обязанностями секретаря, но он неожиданно показал себя, и это оказалось довольно удобно.

Когда у него оказалось две роли сразу, Джухек сказал, что если тот захочет чего-то ещё, пусть озвучит. Но Лихен был неизменен.

«Деньги — и всё».

Подумав, что даже в этом он остаётся последовательным, Джухек тут же удвоил ему годовое жалованье. Взамен в контракт добавили новый пункт: если Лихен попытается его разорвать или окажется в ситуации, когда это возможно, он обязан будет выплатить неустойку в размере пятикратной годовой зарплаты. Сумма была такой, что Лихен никогда не смог бы даже подумать о предательстве, а уж тем более — что кто-то другой смог бы подготовить столько денег, чтобы переманить его.

Возможно, из-за контракта почти на все приказы Лихен отвечал «Да, понял». А в редких случаях, когда он осмеливался возражать, это было только ради имиджа Джухека или ради его будущего. Иногда казалось, что у него вообще нет эмоций: даже если с ним обходились грубо, он не показывал ни малейшего недовольства.

Лихен был верным сторожевым псом. Из-за контракта и денег он не мог возразить и был целиком сосредоточен только на охране.

Именно это позволяло Лихену оставаться рядом с Джухеком.

Шлейф без запаха. Глава 3

2025-09-16T16:56:20.926Z

— А-а-а! Ах!

Стоны, доносившиеся из комнаты, становились всё громче.

— Ххк, хватит… Ах! Джухек, прошу… мм…

Похоже, это подходило к концу. Джихван, о котором говорили, что он выносливый, сначала с восторгом задыхался от удовольствия, но за три часа бурного секса, что он сам же обещал Джухеку, в итоге оказался измученным и умоляющим остановиться. Столько времени его без передышки трахали, неудивительно, что он сломался.

— А-а-а-а!

Крик боли Джихвана ударил по ушам. В ответ на это кончики пальцев Лихена, стоявшего за дверью, едва заметно дрогнули. Движение было таким маленьким, что охранники, находившиеся у входа, ничего не заметили. Напротив, они смотрели на Лихена с уважением, восхищаясь его невозмутимостью, хотя сами слышали всё это похабное представление вблизи.

Раздался всхлип, похожий на рыдание, и вскоре дверь резко распахнулась. Изнутри вышел Джухек, небрежно запахнувший на себе халат. Даже сквозь ткань было понятно по выпирающему бугру, что его член до сих пор стоит и немалого размера.

Откинув назад влажную от пота челку и нахмурившись, Джухек лениво кивнул подбородком в сторону Лихена, стоявшего в коридоре.

— Разберись.

Бросив только это, он сразу направился в ванную.

Лихен пару секунд смотрел ему вслед, затем вошёл в комнату. Как и ожидал, на кровати без сил растянулся Джихван, похожий на полутруп. Всё было в пятнах спермы и пота. Повсюду валялись использованные презервативы, а в пепельнице на тумбочке у кровати лежала целая куча окурков.

Подняв с пола халат, Лихен подошёл к распростёртому на животе Джихвану. Его спина тяжело и часто вздымалась.

— Господин Сон Джихван, вы в порядке?

Джихван поднял голову на его привычно спокойный голос. Лицо его было залито слезами и потом, но при этом, будучи от природы красивым, с ярким румянцем, он выглядел ещё более сексуально и соблазнительно.

Он с трудом поднялся на локтях.

— Ух…

Джихван скривился, тихо застонал — ныла поясница и всё внизу. Лихен набросил ему на спину халат и осторожно помог подняться, поддерживая за руку.

— Ах… я правда думал, что умру.

Сев на кровать и просунув руки в рукава халата, Джихван поморщился. Когда его трахали сзади, руки были крепко зажаты и тряслись так сильно, что мышцы уже ныли.

Взяв у Лихена влажную салфетку, он начал вытирать сперму, разбрызганную по животу.

— Я так устал… Спроси, можно ли мне здесь заночевать.

На часах уже было около десяти. Завтра он был свободен, так что оставаться тут на ночь было бы прекрасно. Даже если Джухек снова его захочет, это не проблема — за дополнительную рекламу можно и потерпеть. Скорее это даже в плюс.

Но Лихен, хорошо знавший характер Джухека, покачал головой.

— Исполнительный директор не позволяет никому ночевать в своём доме. Вы ведь знаете.

С детства Джухек, как старший сын семьи чеболей, не раз сталкивался с похищениями и угрозами убийства. Из-за этого травматичного опыта он жил один в огромном пентхаусе. Там могли находиться только двое охранников у входа. Остальные охранники располагались в соседних комнатах и вели внешнее наблюдение.

— Но ведь господин Лихен живёт здесь.

Джихван надув губы, бросил на него косой взгляд.

И он был прав: Лихен был особым случаем. Единственный, кому Джухек позволил остаться в своём доме, и единственный, кого подпускал к себе на протяжении двадцати четырёх часов. Лихен был не только секретарём, но и телохранителем.

Даже охранники у входа менялись посменно, а рядом с Джухеком неизменно оставался только Лихен.

Постепенно Джихван и сам начал мечтать о том, чтобы стать для Джухека таким же особенным. Он схватил Лихена за руку, когда тот собирал использованные презервативы.

— Всё равно спроси, ладно? Сегодня ведь у нас все было хорошо. Наверняка он согласится.

Хорошо? А ведь в конце он умолял прекратить. Впрочем, по нахмуренному лицу Джухека было видно — для него это был обычный секс, ничем не отличавшийся от остальных раз. Разве что Джихван продержался на полчаса дольше, чем обычно.

На самом деле, секс с Джухеком не был бесконечным. Сегодня — всего три часа. Но партнёры всегда говорили, что выдержать это тяжелее, чем если бы они занимались весь день напролёт.

Даже без слов было ясно — Джинхан пытался выдать своё «было хорошо» за повод для совершенно невозможной просьбы.

— Думаю, будет лучше, если вы спросите сами.

Если бы Лихен пошёл с таким вопросом, это выглядело бы так, будто он не способен справиться даже с такой мелочью, и только испортил бы настроение Джухеку. А вот сам партнёр, разделивший с ним постель, имел хоть какие-то шансы.

Джихван сузил глаза, потом внезапно резко дёрнул Лихена за руку, притянув его лицо совсем близко. Несколько секунд он просто смотрел ему в глаза, а затем изогнул уголки губ в улыбке.

— Лихен, а если ты хорошо попросишь? Я отплачу тебе потом.

Пальцы Джихвана скользнули по его запястью и мягко скользнули под белый рукав рубашки, царапнув ногтями кожу, будто дразня. Это было очевидное приглашение, но Лихен не дрогнул, даже бровью не повёл.

— Простите.

Его ровный, сухой ответ заставил Джихвана нахмуриться. С досадой скривив лицо, он вдруг задержал взгляд на лице Лихена.

Чёрные, гладко уложенные волосы, светлая кожа, прозрачная почти до хрупкости, резкий контраст тёмных глаз и чётких линий лица… Даже повидавший бесчисленное количество красавцев в шоу-бизнесе Джихван должен был признать: Лихен был безупречно красив.

Тёмные, густые ресницы отбрасывали тень на спокойный взгляд, высокий прямой нос, идеально очерченные губы — всё это приковывало внимание так, что его невозможно было оторвать.

Раньше он встречал знаменитую омега-модель, известную своей ослепительной красотой, — яркой, сверкающей, словно выставленной напоказ. Но у Лихена было иное очарование: строгая, сдержанная красота, от которой взгляд не уставал. Даже невольно приходила мысль: может, лучше такая спокойная красота, чем слишком броская.

А если представить, что это всегда непроницаемое лицо вдруг зальётся румянцем и вспыхнет страстью… Сердце начинало биться быстрее.

Вне зависимости от Джухека, Лихен сам по себе пробуждал в нём интерес.

Джихван обвил худой рукой его шею, притянул ближе и прошептал ему в самое ухо:

— А знаешь, ты мне тоже нравишься… Как насчёт нас?

Выражение лица Лихена не изменилось. Он лишь спокойно встретил его взгляд, будто пытаясь понять, что тот задумал.

Но когда Джихван, нахмурившись, решительно потянулся к его губам, Лихен успел поднять руку и закрыть их ладонью. И в тот же миг от двери раздался голос.

— Уже моего телохранителя пытаешься соблазнить?

Плечи Джихвана вздрогнули от неожиданности. Он поспешно перевёл взгляд на дверь. Там стоял только что вышедший из душа Джухек, с лёгкой усмешкой, приподняв уголок губ.