МЛА+

Инструменты управления водными стоками: как победить городские лужи и озеленить город

2023-08-14T07:57:48.179Z

Города по мере развития и роста все сильнее страдают от луж размером с океан. В период сильных осадков улицы становятся реками: они не соединяют точки притяжения, а наоборот, разделяют их. В результате горожане не могут полноценно пользоваться городским пространством. Для маленьких детей, пожилых и маломобильных это особенно критично. В данной статье разберемся в причинах происходящего, как и какие экологичные инструменты помогут решить проблему подтопления городских пространств.

Причины подтопления: изменение климата и запечатанные поверхности

Изменение климата -> городской остров тепла -> некомфортная среда для жизни

В последнее время в городах и во всем мире заметно меняется климат (Рамочная конвенция ООН об изменении климата, РКИК, 1994 г.). Ввиду глобальных климатических процессов и усиливающегося городского теплового острова, осадки становятся обильнее, продолжительнее и превышают в разы мощности городской ливневой канализации. В городе температура воздуха выше, чем в природных зонах за счет повышенного выброса тепловой энергии от производств, процесса строительства, движения транспорта. Выбросы тепла и загрязняющих частиц застаиваются в воздухе и вызывают дополнительные сильные ливни; в некоторых городах количество осадком может увеличиваться до 50%[1].

Эффект городского теплового острова усиливают непроницаемые поверхности, которые нагреваются на солнце и отдают тепловую энергию обратно в атмосферу, а также не впитывают водный сток.

Непроницаемые поверхности -> перегруженная ливневая канализация -> высокие затраты на городское озеленение

Городская среда по большей степени состоит из непроницаемых поверхностей: асфальтового покрытия улиц и дорог, металлических кровель крыш домов, каменного мощения на площадях, каменных набережных рек. На таких поверхностях вода не впитывается, и чем больше становится непроницаемых покрытий, тем сильнее нагрузка на участки газонов и ливневую канализацию. В основном лужи образуются из-за того, что система городской ливневой канализации не справляется с объемом водного стока, часто засоряется и не работает. Во многих городах России «ливневка» в принципе отсутствует, и сток сильно загрязняет землю водой, наполненной нефтепродуктами, частицами металлов и другими тяжелыми веществами. В результате ухудшается состояние городских почв, их плодородие и способность впитывать воду. В результате меньше растений приживаются в «бедной земле», и больше затрат уходит на озеленение города. Зачастую траты объясняют нежелание девелоперов и городских властей заниматься озеленением.

Ввиду усиливающихся объемов осадков, в городах необходимо улучшить существующую инфраструктуру сбора поверхностного стока. Однако, важно не просто увеличивать емкость дождеприемных колодцев, лотков и труб, а развивать инженерную инфраструктуру комплексно и внедрять в нее озеленение и природные элементы, для улучшения адаптивности городской среды к изменениям климата.

Решение: система управления водными стоками

Проблемы загрязнение грунта и вод поверхностным стоком, подтопление и «перегрев» городских открытых пространств можно минимизировать внедрением инфраструктуры управления водными стоками. Это комплекс экологичных инженерных решений для сбора и очистки сточной воды. Открытый грунт и растения не только быстро впитывают поверхностный сток, но и минимизируют городской остров тепла. Растения испаряют воду и таким образом забирают часть тепловой энергии в атмосфере. Дополнительно открытые участки воды охлаждают воздух.

Управление водными стоками снижает нагрузку на систему ливневой канализации и позволяет ей работать даже в период пиковых нагрузок.

Ведь зачастую во время сильных осадков ливневая канализация не справляется и улицы выглядят вот так:

Источник фотографии: Деловой Петербург – В Петербурге из-за дождя затопило несколько улиц, участок ЗСД и подземный переход

Большинство инструментов управления водными стоками – «зеленые» и визуально привлекательные.

Открытые канавы с травами и камушками или дождевые сады с цветами – все это природа в городе, которая делает его более комфортным для жизни человека и животного.

Дождевой сад на городской улице. Источник изображения: Green Infrastructure Guide. Conservation Advisory Council City of Newburgh, New York, 2015

Бо́льшее количество проницаемых поверхностей в городе уменьшает объем водного стока, а испаряемые водные поверхности регулирует микроклимат, нормализуют влажность воздуха, и снижают эффект городского теплового острова.

Источник изображения: исследование Нераскрытый зеленый Петербург, МЛА+

Управление водными стоками снижает затраты на благоустройство.

Природные инженерные решения по сбору дождевой воды – это эффективное озеленение улиц, так как они выполняют больше функций, чем обычное озеленение, и может работать в комплексе с «серой» системой сбора дождевого стока.

Как правильно внедрить систему управления водным стоком?

Для того, чтобы внедрить эту систему, городское пространство нужно рассматривать как систему ярусов-водосборов. Все уровни взаимосвязаны и кросс-масштабны. Масштаб зависит от площади проектной или рассматриваемой территории. Например, в масштабе города, верхним уровнем будут вершины за городом, с которых течет вода в город. В масштабе здания - крыша дома.

Водный сток в городе делится на три уровня:

Верхний водосбор (upstream) – это горы, возвышенности, крыши домов, стилобатов.
Средний водосбор (midstream) – это открытая городская территория: улицы, парки, набережные, дворы.
Нижний водосбор (downstream) – это место, куда течет вода с верхнего и нижнего водосборов: реки, озера, нижний уровень улицы.

Источник изображения: Lecture by T. Bacchin (2015) drawing by E. Andruscenko

Применение взаимосвязанных решений по управлению водным стоком. МЛА+

Падая с неба, вода с верхнего уровня течет в средний, а потом в нижний. На нижнем и среднем уровне образуются поверхностные подтопления, если на предыдущих вода не впитывается и быстро течет вниз. Нижний водосбор в наибольшей опасности загрязнения, ведь на него стекает вода с верхнего и среднего уровней, падает с неба, а также на поверхность могут выйти грунтовые воды.

Инструменты управления водными стоками применяются на каждом уровне и призваны решить задачу каждого уровня.

На верхнем уровне воду надо впитать, чтобы не нагружать стоком уровни ниже.

С этим справятся цветники, система сбора водных стоков с крыш, дождевые сады и понижения в рельефе.

Система сбора водных стоков с крыш

Воду с крыш можно собирать в баки и дальше использовать для полива и других технических нужд. Эта утилитарная функция может быть интересно и функционально обыграна в ландшафте. Например, как скульптура или фонтан.

Источник изображения: Contemporary Water-Harvesting Art

Понижения в рельефе

Это временные хранилища для воды в период сильных осадков и штормов. После шторма вода постепенно впитывается в грунт, а может дальше попадать в канализацию. Такие «временные озера» – простой и эстетичный способов контролировать и удерживать сток.

Railroad park, Birmingham, Alabama. Источник изображения: Landscape Performance Series

Контейнеры с растительностью

Они отлично впитывают воду и превращают крышу дома в террасу для отдыха.

Источник изображения: Getty Images

Дождевые сады

Это углубление в рельефе в виде клумбы с влаголюбивыми растениями и камнями. Дождевой сад - это не просто цветник, а инженерная конструкция с пирогом из дренажа, грунта, геотекстиля и перфорированной трубы. Вода постепенно очищается, просачиваясь через все слои пирога, и попадает в перфорированную трубу. Из трубы очищенная вода вытекает в реку или на нижний водосбор. Дождевые сады часто используются на улицах и могут иметь вид цветника или каменного сада.

Источник изображения: исследование Нераскрытый зеленый Петербург, МЛА+

На среднем уровне сток нужно транспортировать и замедлить, частично очистить и впитать, чтобы минимизировать водную нагрузку на нижний уровень.

За счет растений вода успевает впитаться в грунт, а скорость стока замедляется. В противном случае вода быстро стекает в нижний уровень и загрязняет его. Основной инструмент на среднем водосборе – система удерживающих болот. Дополнительно можно использовать открытые каналы с удерживающими дамбочками или петляющим руслом, а также дренажные фильтры.

Открытые каналы

Каналы с гравием или травой транспортируют воду в дождевой сад или ливневую канализацию, задерживая крупный мусор. Каналы могут иметь петляющий характер или дамбочки для снижения скорости стока.

Queen Mary’s Walk, Llanelli. Источник изображения: Susdrain

Дренажные фильтры

Фильтры первично очищают воду от крупных загрязнителей и впитывают ее. Обычно фильтры нужны в местах, где достаточное количество проницаемых поверхностей для впитывания воды, и нужна только первичная очистка. Такие конструкции стоит располагать вдоль асфальтированных дорожек в парках. В рекреационных пространствах дренажные фильтры могут быть частью игровой зоны.

Hassett Park, Canberra, Australia. Источник изображения: Landezine

Важно, чтобы сток на среднем уровне очищался и уже потом попадал на нижний уровень. На нижнем уровне воду нужно окончательно очистить и передать природе или, наоборот, задержать, чтобы грязный сток не попал в естественный водный объект.

Инструменты зависят от типа водосбора и степени загрязненности пространства. Это могут быть водные растения, растительные плавающие фильтры или система фильтрационных болот.

Водная растительность

Предположим, что водосбор – это река, а вода течет с пешеходной набережной, где источников сильного загрязнения нет: автомобильных парковок, магистральных улиц, производств. В таком случае в точках выпуска воды со среднего водосбора нужно только высаживать водную растительность. Растения дополнительно очищают сток перед попаданием его в реку, а также становятся домом для птиц и рыб.

Источник изображения: Floating Wetlands Pilot Project: Investigating the Potential for a New Stormwater BMP

Применение прибрежной растительности в проектировании пешеходной набережной. МЛА+

Система био-болот

Во втором случае представим, что водосбор – нижняя точка рельефа, а вода течет в плотно застроенной среде по автомобильным парковкам и асфальту. В данной ситуации воду нельзя уводить в естественный водоток, так как она слишком сильно загрязнена. Ее стоит перенаправлять в ливневые очистные сооружения или в нижнем водосборе делать каскадную систему био-болот. В болотах вода постепенно очищается и только потом течет в реку. Принципиальная схема работы болот показана ниже.

Источник изображения: CIRIA report “The SuDS manual

Дождевые сады

Помимо болот, можно использоватьдождевые сады. Например, один сад уже 5 лет функционирует в Перми. Сад – часть будущей системы дождевых садов в рамках проекта «Зеленое кольцо». За счет них планируется снизить нагрузку на ливневую канализацию и улучшить качество воды в реках и других водных объектах. Растения в дождевом саду очищают поверхностный сток, который поступает с парковки, от тяжелых металлов и нефтепродуктов. Очищенная вода дальше течет в реку. Конструкцию первого сада разработал доцент кафедры водоотведения ПНИПУ Игорь Щукин.

Опыт Перми показывает, что традиционная система сбора дождевой воды может быть успешна дополнена зелеными инструментами управления водным поверхностным стоком, адаптированными под местные климатические условия. Более того, эти решения не требуют больших средств для реализации. Дождевой сад в Перми стоил 110 000 рублей.

Дождевой сад в Перми близ парковки и реки Егошихи. Источник изображения: Национальное информационное агентство Экология

Все три уровня работают сообща и не могут функционировать по отдельности. Природные инженерные решения – это такая же большая система, как и ливневая канализация.

Обе системы должны работать взаимосвязано и кросс масштабно: не только на уровне земельного участка или района, а в масштабах города и даже региона. Дополнение «серой» городской инфраструктуры «зеленой» улучшает городские микроклимат и природу, позволяет минимизировать загрязнение естественных водотоков и подтопление городских пространств.

Автор статьи:

Марианна Федотова, городской планировщик МЛА+

Источники:

Продуктивный город: хороший город – это город, который производит

2023-02-19T23:43:57.852Z

Производства продолжают оставаться двигателями экономики большинства городов, при этом для них все меньше остается места в городе. С развитием технологий и экологической повесткой производства вынеслись на окраины, а освобожденные территории до сих пор остаются без определенного вектора развития. В российской практике их место занимают новое жилье и креативные пространства, но любой город – это не только жилье и креатив. Мы не должны забывать про его продуктивную часть, которая имеет право и возможности находиться в разнообразном городе, так же, как "обычные" профессии, основанные на ручном труде и не требующие высокой квалификации. Хороший город предлагает пространства для разнообразных видов деятельности.

Города являются двигателями экономики. Кратко о базовых функциях любого города говорит простая модель, оставленная нам в наследство модернистской эпохой: работа, жилье, отдых. Обобщив городское разнообразие до этих трех аспектов, можно понять, зачем нужны города и как они функционируют. Но все-таки мы понимаем, что город – это более сложная структура, где помимо новаций, которые мы предлагаем с позиций администраций, девелоперов, планировщиков, существуют естественные процессы эволюции городской структуры, которые происходят с относительной быстротой и сложно контролируемы. Город на самом не делится четко на жилье, работу и отдых: в сегодняшних городах уже изменился подход к зонированию и распределению этих функций. Мы теперь понимаем, что политика зонирования ткани города на монофункциональные территории, которая заключается в четком разделении этих функций, не приводит к формированию качественной дружелюбной городской среды, где жители контактируют друг с другом; где концентрируются представители различных профессий и, обмениваясь опытом, создают новые технологии и междисциплинарные продукты знаний, услуг, материальных объектов.

Как сменялась парадигма городского планирования?

Общемировой тренд регенерации территорий, оставшихся после промышленной революции как индустриальное и постиндустриальное наследие, показал, как важно создавать город для жизни: функционально перенасыщенный и полный активностей. Сегодняшний город уже не развивается под знаменами сталелитейных производств, красно-белых труб и нефтяных вышек. Комфортный город для нас – это дружелюбная среда с открытыми пространствами, зелеными парками, удобными улицами и улыбающимися людьми. Однако, мы забыли о том, что город как двигатель экономики не может быть только про жилье и отдых. Из главной триады, составляющей функциональный каркас любого города, выпала работа, а точнее сегодняшнее понимание работы и занятости населения сменило фокус, на который направлен городской девелопмент.

Производства исторически и до сих пор являются в большинстве случаев главными двигателями экономики. Конечно, с появлением новых технологий и экологической повесткой, большинство производств оптимизировались, переформировались или, как самые вредные, были вынесены за пределы города или в города с низкой заработной платой. В городах же упор делается на экономику знаний, образование, развлечения, креативные отрасли и современное жилье. При этом, нельзя сказать, что производства потеряли свою значимость и повсеместно заменяются креативными индустриями, но прослеживаемая тенденция перехода к новой экономике города задала вектор развития нового девелопмента.

Инвестирование в экономику знаний и услуг

Стремясь делать городскую среду привлекательной для жизни, работы и отдыха, мы ускорили темпы роста сферы услуг и экономики знаний, но также вытеснили производство из города.

Когда производства выходят на периферии городов или формируют запрос только на дешевую рабочую силу, город превращается в место потребления, а не производства.

Каждый новый проект стремится стать яркой частью «нового» города. Такие проекты имеют собственный бренд, перенасыщены барами и ресторанами, творческими студиями и адаптируемыми open-space для новых предпринимателей и коллективного интеллектуального труда.

Это порождает следующие проблемы:

+ пытаясь перейти к новым и инновационным подходам к развитию города, мы также поддерживаем устаревшую экономическую модель и монофункциональную парадигму развития территорий: то есть для того, чтобы «освободить» город для «белых воротничков», нужно вынести промышленные предприятия, логистические комплексы за пределы города или на периферию, а для этого нужны магистрали, промышленные и офисные парки, новая инженерная инфраструктура;

+ главный пользователь и потребитель «нового города» – это «белые воротнички» и «креативный класс»: но это не так; ведь не каждый человек может и хочет работать в сферах, направленных на производство знаний и творчества, существует множество профессий, которым есть место в городе;

+ направленность на определенный возраст: многие проекты ориентированы на творческую молодежь в ожидании, что она «запустит» территорию, при этом забываются другие социальные группы, которым также нужны пространства и возможности для реализации их опыта, идей и навыков;

+ разрыв между производством материального продукта и «производством мысли, знаний, идей» – разделяя эти группы и не учитывая мелкие производства, мы сепарируем их друг от друга, тем самым увеличивая социальное неравенство;

+ с одной стороны, мы определяем как ценность локальное местное производство ручной работы, с другой, – мы не даем таким отраслям места для функционирования.

На сегодняшний день как проектировщики мы понимаем, что этого недостаточно для того, чтобы город был полноценным и продуктивным, а тем более для того, чтобы говорить о «большой» экономике города. Последние десятилетия новый девелопмент систематически упускал важную и неотъемлемую часть города – производства. Мы снова прибегаем к монофункциональному зонированию, вытесняя производственную деятельность на периферии городов в бизнес- и производственные парки.

Как понимать продуктивность города?

Диверсификация услуг, производств и продукта – это признак устойчивой экономики и продуктивного города. Но какие смыслы мы вкладываем в термин «диверсификация»? Разнообразие сервисов – это хороший признак комфортности города, когда у жителей есть выбор, в какие организации обращаться, какими услугами пользоваться. Но это лишь одна часть той диверсификации, к которой мы стремимся. Диверсифицированная экономика – это баланс между различными видами деятельности разного характера, когда на одной территории могут дружественно сосуществовать и офисы, и сервисы, и, в том числе, мелкое производство.

Другими словами, хороший город предполагает смешанное использование и сочетание разных видов деятельности.

Поэтому от разнообразия видов деятельности на территории зависит ее продуктивность. Почему, говоря о хорошем городе, мы считаем, что офис-менеджер, студент или программист не должен тратить больше 5 – 10 – 15 минут от дома до работы/учебы; почему в этот список не входят поставщик строительных материалов или сантехник? Или чем отличаются потребности в комфортной городской жизни мастера в салоне мотоциклов по индивидуальному заказу от мастера обыкновенного шиномонтажного сервиса? Продуктивный город учитывает не только потребительскую сторону услуги, но и ее вспомогательную часть с целым миром логистики, хранения, строительства и переработки. Следовательно, производство – это неотъемлемая часть городской ткани, которое участвует в повседневной жизни населения.

Продуктивный город обладает действительно диверсифицированной экономикой, которая более устойчива и самовоспроизводима, в отличие от экономики сервисов и потребления.

Разумеется, мы говорим здесь о невредных производствах и легкой промышленности, которые спокойно могут существовать в современном городе, не оказывая негативных воздействий на здоровье населения.

Как оценивать продуктивность города?

Когда мы ставим перед собой задачу улучшить, регенерировать какую-либо территорию, увеличить на нее спрос, сделать ее привлекательной для жизни, мы должны рационально оценивать ее текущее функционирование. Когда мы оцениваем реализованный проект, мы говорим «территория ожила» – это такая профессиональная манипуляция, ведь на самом деле практически любая территория жила и до проекта: люди также чем-то занимались, на территории реализовывались определенные сценарии, происходили социальные взаимодействия. Поэтому, некорректно говорить: «на территории ничего не происходило, а после проекта она ожила». Успешность проекта определяется тем, насколько раскрыты или нераскрыты были потенциалы территории, в том числе ее привычное функционирование, которое формировалось и регулировалось в течение «естественного» цикла городской эволюции. Можно ли считать успешным проект, в котором в результате реализации, были «выселены» все мелкие производства и мастерские, а их место заняли офисы, коворкинги и барбер-шопы? Такая «джентрификация» видов деятельности на сегодняшний момент требует более мягкого подхода и интеграции нового с существующим/привычным/традиционным.

Для этого необходима оценка продуктивного потенциала любой городской территории, поскольку при любом процессе градостроительной регенерации предстоит работать с людьми: собственниками, владельцами предприятий, их работниками и клиентами. Оценка продуктивности и смешанности использования территории нужна для определения ее сильных сторон, тенденций развития и того, насколько территория предлагает разнообразие функций и услуг для большего социального взаимодействия и интеграции.

Анализ продуктивности территории: Thinkers, Makers, Services

Мы анализировали продуктивность территории, когда занимались исследованием Серого пояса Санкт-Петербурга (индустриального пояса города, который занимает почти 40% живой ткани города), работали с промышленным наследием и нераскрытыми потенциалами постиндустриальных зон и их районов.

Мы выбрали эту городскую территорию, поскольку вопрос о регенерации там стоит наиболее остро. С одной стороны, Серый пояс продолжает быть производственным (около 60% его территорий занимают предприятия промышленности); с другой, – малоиспользуемые и незастроенные территории пользуются популярностью у многих девелоперов, рассчитывающих на низкую стоимость земли и высокую стоимость продаж в силу близкого расположения к центру Петербурга. Новый девелопмент в Сером поясе, к сожалению, представлен практически только проектами нового жилья или креативных кластеров. Эти проекты в большинстве не учитывают ни существующие активности на территориях, ни обеспеченность будущих проектов инфраструктурой, ни места приложения труда, которые есть сейчас и могут появиться.

Феномен «серых» зон присущ многим городам, которые в период индустриализации были мощными центрами производства и промышленности. Нередко такие территории называют «ржавым поясом» (Rust Belt) – индустриальным или фабричным поясом. Как изначально индустриальные территории они постепенно утрачивают свою значимость, потому как с активным ростом городов уже давно обросли новыми слоями городской ткани. При этом часть производств в них сохранилась, но также появилось множество «смысловых пустот», то есть территорий, которые перестали быть индустриальными и не имеют очевидного вектора развития.

Мы опирались на опыт Брюсселя, когда формировали принципы работы с Серым поясом Петербурга и оценивали в нем смешанность видов деятельности и организаций. Опыт работы с индустриальными и постиндустриальными территориями Брюсселя характерен тем, что идеологически в стратегии развития Brussels Productive City был выбран вектор частичного сохранения существующих мелких производств и предприятий с интеграцией в жилые районы и общественные центры. Индустриальный пояс Брюсселя исторически формировался вдоль главной водной артерии города – канала Шарлеруа, пронизывающим весь город через центр. Когда встал вопрос о регенерации целого пласта городской ткани, было понятно, что нельзя наполнить его исключительно креативными кластерами или застроить новым жильем. Функциональный баланс, который необходим любой городской структуре, должен учитывать легкую промышленность и мелкие производства, которые уже были на этой территории и функционировали в относительной стабильности.

Мы убеждены, что одна из сильных сторон Серого пояса в том, что он остается производственным. Мы не можем превратить огромный пласт городской ткани только в креативные кластеры или монорайон из жилых комплексов. Но мы можем помочь таким территориям стать полноценной частью города.

В анализе постиндустриальных территорий Брюсселя по функциональному составу было выделено две группы организаций: makers и thinkers. Мы расширили эту классификацию, добавив категорию services, которые являются принципиально отличными от двух вышеназванных в вопросах о запросе на сотрудников и продаваемом продукте.

Makers – это организации, которые используют ручной или механизированный труд. Их запрос – это неквалифицированные или квалифицированные в определенной отрасли работники. Их продукт – это материальный объект. Это ремонтные мастерские, крупные и мелкие производства, автосалоны, логистические центры, мануфактуры.

Thinkers – это организации, которые используют умственный труд. Их запрос – квалифицированные сотрудники с высшим образованием. Их задача производить новые знания и технологии. Это высшие учебные заведения и колледжи, научные организации, офисы и агентства.

Services – это про сервисы. Они чаще ориентированы на неквалифицированных работников, которых они обучают на месте. Они предоставляют услуги и взаимодействуют с потребителем напрямую. Это организации общественного питания, индустрии развлечений и культурно-массовой деятельности, розничной и оптовой торговли, а также бытовых услуг (банки, парикмахерские, прачечные).

Это достаточно грубое разделение организаций на группы, ведь мы понимаем, что некоторые виды организаций и предприятий могут относиться к двум группам. Например, консультационные юридические услуги могут принадлежать к отдельной группе Thinkers-Services, так как занимаются интеллектуальной деятельностью, ищут квалифицированных специалистов, но напрямую работают с клиентами, а не ориентированы на сознание новаций. Или гончарная мастерская – Thinkers-Makers, при ручном труде и производстве материальной ценности, подразумевает творческий процесс и определенные изящные навыки. К Makers-Services могут принадлежать автосалоны или обыкновенные сантехники, обувные мастерские и ремонт дверных замков. Такую разветвленность следует учитывать при качественном анализе самих организаций на территории для определения векторов развития и тех страт населения, которые являются пользователями территории и могут непосредственно влиять на ее развитие.

В текущем методе анализа мы оперирует количественными данными, для которых целесообразно уменьшить разнообразие категорий, чтобы выявить посредством исчислений:

а) общую плотность организаций;

б) тяготение территории к одной из групп (Thinkers, Makers, Services) или смешанное использование;

в) оценить уровень смешанности на тех территориях, где такой сценарий наблюдается.

Аналитика проводилась в программе QGis на основе данных в открытом доступе: OpenStreetMap, ЯндексКарты. На первом этапе необходимо определиться с границами исследования. В данном случае границы Серого пояса были определены экспертным путем на основе исторических карт и существующего положения. На территорию исследования накладывается сетка 400 х 400 м для агрегации данных и удобства расчета. Масштаб сетки зависит от масштаба исследуемой территории.

Этап 1 -> Оценка общей плотности организаций

Автор: МЛА+ Плтоность сервисов в Сером поясе. Нераскрытый Серый Петербург

Данная карта выявляет «степень оживленности» территории. Высокая плотность наблюдается в транспортно-пересадочных узлах, зонах активного развития нового девелопмента, а также по важным транспортно-пешеходным осям на территории, к которым тяготеют различные организации. Самая низкая плотность зачастую встречается на территориях, занятых крупными промышленными предприятиями или их комплексами, а также в местах железнодорожных путей. Плотность организаций может послужить аргументацией для выявления новых подцентров районов, точек роста в городской ткани; это «подсвечивание» тех территорий, на которых существует высокий спрос, и наоборот.

Этап 2 -> Принадлежность территории к одной из групп и выявление многофункциональных территорий

Автор: МЛА+ Анализ Thinkers, Makers, Services. Нераскрытый Серый Петербург

С одной стороны, тяготение территории к одной из групп может говорить о характерных для нее тенденциях развития. С другой, это свидетельствует о ее монофункциональности; но даже если территория успешно выполняет свою функцию, для того, чтобы быть «продуктивной» необходимо поддерживать баланс между разными видами деятельности. Здесь важным является ориентироваться на масштаб: в масштабе Серого пояса прямоугольник 400 х 400 – это довольно крупный сегмент, который может включать в себя несколько планировочных единиц. Следовательно, в этом случае, мы можем дать качественную оценку территории, так как речь идет не об отдельном здании или земельном участке, а о нескольких кварталах, которые являются полноценными элементами городской структуры. Поэтому, когда в нескольких кварталах в одном месте не меняется характер использования, и одна и та же функция тиражируется на соседние кварталы, это говорит о высоком риске стагнации территории.

Территории со смешанным использованием в данном случае тяготеют к «центральностям» – это те же транспортно-пересадочные узлы и зоны активного развития, которые были выявлены в анализе плотности организаций.

Данный этап дает представление о существующем использовании территории, но также демонстрирует, каких услуг и видов деятельности не хватает на ней, чтобы диверсифицировать ее экономическую жизнь.

Этап 3 -> Оценка многофункциональности (группа MIX)

Автор: МЛА+ Оценка многофункциональности группы MIX. Нераскрытый Серый Петербург

Уровень многофункциональности определяется для более детального понимания распределения услуг и видов деятельности на территории. Категория TOP – это эталон городского района, где разные виды деятельности находятся в примерно одинаковом соотношении (треть от общего количества организаций). Это многофункциональные районы с активной экономической жизнью. Определение фактического расположения районов указывает на центры и подцентры, транспортные узлы; территории плотных жилых кварталов.

Medium категория – средний уровень многофункциональности, где один из показателей превышает два других.

2 class > 0 – бифункциональные территории, в которых одна из трех групп имеет нулевой показатель. Для таких районов несложно определить, каких видов деятельности не хватает, чтобы они стали более разнообразными.

Thinkers/Makers/Services TOP – преимущественно монофункциональные территории, где одна из категорий занимает около половины территории, а две другие менее трети.

Основной посыл заключается в том, что на примере Серого пояса, где огромное количество территорий остается без внимания города и девелоперов, где разрушаются здания, и территории действительно нуждаются в регенерации, все же, есть процессы, которые позволяют ему функционировать и поддерживать себя. Группа Makers в Сером поясе – это, по понятным причинам, основная отрасль экономики пояса, но не единственная. При работе с Серым поясом важно учитывать существующие виды деятельности на территории, которые не просто делают ее оправданной в городе, но и нужны всякому хорошему району.

Территорий со смешанным использованием в Сером поясе не так много, и они представляют ценность с учетом того, что большая часть ткани этой морфологии функционирует в старой парадигме. Процесс реализации городских проектов, а тем более комплексных стратегий занимает продолжительное время, и, возможно, мы не можем рассчитывать на то, что даже при наличии стратегии развития Серого пояса, через 10 лет он будет многофункциональным и смешанным.

Но мы можем сохранить целостность этих многофункциональных территорий уже сейчас и задавать новый тренд девелоперским проектам, чтобы они были ориентированы не только на жилье или сервисы, но и могли производить ценности: как материальные, так и нематериальные.

Подробнее о Сером поясе, а также выводы по аналитике можно прочитать в книге «Нераскрытый Серый Петербург».

Как это может выглядеть?

В практике МЛА+ был проект, концепция которого заключалась в диверсификации видов деятельности на постиндустриальном ландшафте Петербурга. Это концепция развития территории Завода Калинина на Уральской улице Васильевского острова.

Автор: МЛА+ Контекстная схема территории завода Калинина, Санкт-Петербург

Специфика территории и ее окружения такова, что на ней располагается множество объектов розничной торговли строительных и отделочных материалов. Такие виды торговли очень характерны для территорий Серого пояса. Несколько лет назад на территории завода построился Максидом, который заказал проект на всю территорию завода. По первоначальному замыслу там должен был располагаться большой торговый центр. Мы же предложили посмотреть на территорию иначе: с одной стороны, учесть характер индустриального наследия, с другой, — разнообразить сценарии функционирования территории.

Мы не хотели предлагать еще один монофункциональный комплекс и предложили концепцию Shopping Village, где размещались торговля, кафе и развлечения, офисы и мастерские, а также FabLab. Это ремесленнический квартал с выходом к воде и сохранением зеленой связи между кварталом и рекой.

Существующее положение характеризовалось нерациональным использованием территории, делало ее непривлекательной для горожан и работников.

Вместо традиционного сценария, где все многообразие функций, которое может быть на территории, помещается в одно огромное здание с парковой; мы предложили гибкую структуру квартала для стимуляции высокого спроса потребителей и поставщиков услуг.

Разветвленная структура и многофункциональность, согласно концепции, обеспечивает синергию между крупным кластером розничной торговли, который остается главным звеном в цепочке, и набором вспомогательных функций и услуг, необходимых территории для создания комфортной городской среды: мастерские, офисы, кафе и общественные пространства.

Автор: МЛА+ Схема пространственной организации территории завода Калинина

Город как структура зарабатывает много денег, но не всегда реализует их для себя. Многофункциональная разнообразная среда позволяет создавать более короткие логистические цепочки между производством, сырьем, хранением и потреблением; формировать замкнутые циклы внутри самого города, что позволит сэкономить бюджет города и реализовывать его в городе и для города, для горожан и сообществ, для бизнеса и новых проектов.

Сильная городская экономика предполагает пространство для разнообразных видов экономической деятельности и рабочих мест. Мы должны создавать солидарность между производителями вещей, знаний и услуг, чтобы они могли сосуществовать и поддерживать друг друга.

Соседство между предпринимателями, девелоперами, жителями, правительством, крупным и малым бизнесами способствует возникновению новых идей, коллабораций, инициативных проектов, что поддерживает устойчивость и саморегуляцию территории. В солидарном продуктивном городе общественных пространств, новых отраслей и рабочих мест становится все больше.

Автор статьи:

Илья Аржников, городской планировщик, архитектор МЛА+

Авторы аналитических материалов:

Ольга Краснова, городской планировщик, архитектор МЛА+

Варвара Лымарь, архитектор-градостроитель, ассистент Института Дизайна и Урбанистики Университета ИТМО, СПб

Кристина Шавкунова, архитектор-градостроитель, архитектор АО «ПИиНИИ ВТ ЛенАэроПроект», участница исследовательской лаборатории МЛА+ PromLAB 2022

Авторы проекта "Завод Калинина":

Игорь Тарновский, главный архитектор проектов МЛА+

Валерия Юдина, ведущий ландшафтный архитектор МЛА+

Евгений Балабанов, дизайнер архитектурной среды МЛА+

Источники:

Исеть - "Возвращение Зарянки"

2023-01-30T10:09:12.333Z

«Возвращение Зарянки» - только ты... птицы... и природный берег реки — возможность быть наедине с природой в родном городе.

Птичка Зарянка - метафора нашего главного замысла: все наши архитектурные решения растворяются в природе Исети.

В прошлом на этом участке Исети плотина питала заводы. После того, как пруд спустили, участок забрала себе природа: за пару десятков лет на нашем участке появились приречные болота, заводи, пойменные леса, кустарниковые заросли и луга, которые привлекают до 40 видов птиц.

Такой широкой природной поймы в черте Екатеринбурга больше нет. Это своего рода «зеленая губка» – природный буфер, который очищает от загрязнений воды Исети.

Сегодня разные девелоперы застраивают территорию жилыми комплексами хаотично, без общей стратегии, отрезая природные участки вдоль реки. Таким образом, назревает конфликт между сохранением природы и строительством жилья.

Здорово, что территория развивается и у Исети появляется набережная, но плохо, что уничтожается её главное сокровище — её природа.

Такое ли будущее мы хотим для Исети?

Мы считаем, основа стратегии развития долины Исети — это баланс между природой, инфраструктурой для горожан и жилым строительством.

В нашей концепции мы сохраняем приречные болота и прибрежную растительность для птиц и животных, прокладываем вело-пешеходную дорожку по верхней кромке берегов Исети, а для людей делаем точечные выходы к воде. Система коротких остановок и спусков к реке на основном маршруте помогают прочувствовать воду и прикоснуться к ней.

Мы считаем, что главная ценность Исети – её природность. Поэтому в своём проекте мы используем современные методы по сохранению естественного облика реки.

Зачастую пришедшее на территорию благоустройство уничтожает местные экосистемы, вытесняя существующую флору и фауну. Чтобы этого избежать, мы воссоздаем извилистость русла, предлагаем сохранить природные берега с применением естественного берегоукрепления бревнами, плетенным ивняком и камнями. Для привлечения птиц и насекомых высаживаем плодовые и медоносные растения, сохраняем места дня гнездования птиц, устанавливаем домики для насекомых.

Пойма Исети, свободная от застройки, очень узкая - около 20 м. Мы понимаем, что невозможно сберечь природный берег и одновременно развивать много активностей для людей в таком малом пространстве.

Чтобы сохранить местную флору и фауну, мы решили вынести главные центры притяжения на прилегающие к берегу территории за пределами границ проектирования. Например, реновация заброшенных промышленных территорий позволит разместить шумные функции: креативный кластер вместо бывшего завода радиоаппаратуры, экстрим-парк внутри развязки и на месте бывшего клуба Олени. Здесь люди могут заниматься спортом, посещать концерты и фестивали.

По реке можно будет легко добраться от Низа до Виза, а новая набережная становится музеем под открытым небом об истории реки и прилегающих районов.

Помимо этого, на новых застраиваемых территориях развивается не только жилье, но и городские точки притяжения.