Счастливая психопатка | Номер 30 | Кто же добыча | Переводы новелл 18+

Главы на телетайп больше не гружу

2025-10-18T02:00:05.132Z

Подпишитесь на мой тг-канал t.me/novelslab, чтобы читать продолжение любимых новелл.

Чужой мужчина. Глава 35. Мой сын...

2025-09-15T06:59:38.867Z

Непробиваемый блок. Глава 9. Часть 6

2025-07-10T04:04:36.364Z

Глава 9. Часть 5

Матч закончился.

Игра была на равных, но в последнем сете разрыв составил целых 12 очков. Это была почти сокрушительная победа. 3:15. Команда, вечно занимавшая последнее место, буквально играла с непобедимыми чемпионами. Даже для «Чёрных Фурий» такого унизительного поражения ещё не было.

— …Ха, — Ын Гиль, не успев вытереть пот, почувствовала, как слёзы хлынули градом.

Камеры следили за ней, но ей было не до того. Что-то, державшее её жизнь, стремительно вытекло. На поле победы она стояла, словно единственная проигравшая.

Этот матч ясно разделил, от чего она отказалась и что выбрала.

В итоге Кон Ын Гиль не могла жить без площадки. Только загнанная в угол, она осознала свои приоритеты. Волейбол — важнее сестры. Настоящее — важнее прошлого.

Дрянная сестра. Она и правда была той самой отщепенкой, как её называли. Долгие годы этот ярлык терзал её, и теперь она сама доказала его правоту.

— Старшая!

— Капитан!

Товарищи бросились её обнимать, но Ын Гиль, словно в бездне, оставалась отрешённой. Слёзы текли неудержимо — это не было лицом счастливого человека. Она чувствовала странные взгляды зрителей и персонала, но остановиться не могла.

Вдруг сквозь глухой звон в ушах послышались удивлённые голоса. Громкий гул, короткие вскрики.

Спортсменки попятились, и знакомый запах коснулся её носа. Мужчина, уверенно шагавший через площадку, будто это его дом, шёл от трибун для персонала.

Конечно, чемпионами сезона остались «Чёрные Фурии». Они были несокрушимыми и готовились к финальной битве в плей-офф. Но сегодняшнее поражение было позором. Вульгарно говоря, полным провалом. Проиграть последней команде лиги — пресса будет в восторге от такого позора. Персонал «Чёрных Фурий» стоял в оцепенении.

И в этот момент Со Ха Хён шагал через площадку. Игнорируя свою команду, он направился к половине поля, занятой «Ветроуказателем».

Его высокий рост, властный костюм и суровое лицо не сулили ничего хорошего. Жестокость? Угрозы? Все сглотнули, затаив дыхание. Но его решительные шаги выдавали тревогу.

И вот он, словно накрывая её широкими плечами, крепко обнял Ын Гиль.

— !..

Зрители, не успев вскрикнуть, лишь втянули воздух от изумления.

Владелец команды-лидера и капитан худшей команды. Их объятия были настолько нереальными, что люди только потом вспомнили: «Ах, да, они же женаты», — и приняли эту драму.

— Победила, а плачешь? — его мягкий голос проник ей в уши.

— …Ха, ха-а.

— Поздравляю. Сегодня мы проиграли, — Со Ха Хён покачал головой и усмехнулся.

— …Нет. Всё кончено. Всё кончено, — прошептала она, чувствуя острую, как лезвие, тревогу.

Со Ха Хён нахмурился и серьёзно позвал:

— Спортсменка Кон.

— …Ха-а-а.

— Всё в порядке, посмотри на меня.

Он слегка отстранился, чтобы видеть её лицо, но Ын Гиль, вцепившись в его талию, прошептала:

— Не смогла.

Её голос, хрупкий и тихий, был только для него. Ха Хён инстинктивно прижал её сильнее, чтобы никто не услышал.

— Я не смогла. Ничего не смогла… Я эгоистка, отщепенка, отработанная… Столько раз это слышала, что стала настоящей мразью… Сегодня я снова наступила на сестру ради волейбола… Сегодня…

— …

— Она отдала всю свою жизнь, а я, чёртова сестра, не смогла даже этого…

Внезапно она подняла голову, и их глаза встретились. Её бесцветные, почти безумные зрачки странно мерцали.

— Она жива. Моя сестра ещё жива.

— !..

— Он спрятал её, — Ын Гиль, давясь слезами, выплеснула давнюю тайну.

— Подожди…

— Он сказал, что я должна поддаться в матче, тогда он скажет… Но я не смогла. Победила, но проиграла. Я всё равно проиграла…

Она говорила бессвязно, но Ха Хён, кажется, понял всё.

«Я не собираюсь это афишировать. Я давно веду эту игру с этим ублюдком».

Сестра, которую считали мёртвой, жива. Рю, держащий Ын Гиль за горло её судьбой. Ын Гиль, отдавшая себя в эти оковы и боровшаяся изо всех сил.

Так вот в чём твоя тайна.

Со Ха Хён целовал её дрожащий лоб, щёки, успокаивая. На его губах появилась вязкая улыбка. Наконец-то он держал её сердце.

— Я перерою всю Корею, но найду её, — прошептал он ей на ухо сладко, как мёд. — Мы ещё не проиграли.

* * *

Лицо Рю Сан Хёка на трибуне исказилось, как у демона. Он дрожал, словно от боли в животе, с вздувшимися венами на шее.

— …Эта сука, — пробормотал он.

«Ветроуказатель» пронёсся, как буря. Все спортсменки были точны, упорны и в итоге блистательно победили. Это не была изящная игра. Они, как псы, вцепились в победу.

3:15.

Кон Ын Гиль была глазом этого урагана. Эта наглая, злая девчонка стала центром команды, ведущей их вперёд.

Рю скрипнул зубами.

Он, Рю Сан Хёк, прославленный спортсмен и тренер, награждённый спортивным орденом. Сколько политиков он знал, сколько влиятельных людей были с ним связаны. Его жизнь была полна всего, чего можно желать. Но ему всегда было мало.

Та сука, чьё лицо он уже не помнил.

У неё, конечно, не было имени. Просто ребёнок, которого однажды притащил её распутный отец. Полукровка или дочь его новой любовницы — грязная, босая девчонка.

Рю пришлось её воспитывать. И, кажется, он даже привязался к ней, пока она не сбежала, беременная неизвестно от кого.

Это было, наверное, в день, когда она вступила в новую профессиональную волейбольную команду. Он увидел её на рынке в Сеуле, с большим животом, торгующую овощами. Что он тогда сделал?

Кажется, рука сама потянулась.

Он схватил её за длинные, сухие волосы, накрутил их на кулак и безжалостно потащил. Почему он так злился, он не знал до сих пор. Да и не хотел знать. Просто искры сыпались из глаз.

С того момента, как увидел её босые ноги, как она хорошела, привлекая взгляды мужчин, тайком встречалась с кем-то, внезапно забеременела — злость копилась. А когда она сбежала ночью, ярость стала неуправляемой.

Как сильно он её бил, будучи на сносях? Рю холодно спрашивал себя. Она, даже под ударами, закрывала живот, защищая ребёнка. Это бесило ещё больше.

Она умерла при родах. На её ребёнка он даже не взглянул — сын или дочь, ему было всё равно. Он хотел держать в объятиях не новорождённое, а мёртвую суку.

Ребёнка, за которым никто не пришёл, медсестра отдала в приют. Рю почувствовал облегчение. Это отродье стоило разорвать.

Но через несколько лет, во время благотворительной поездки в приют, он увидел двух девочек, поразительно похожих на неё. Тогда он впервые задумался о её ребёнке.

Были ли эти близняшки её детьми — неважно. Он просто поклялся не повторить ошибку.

Он не был ни братом, ни отцом — этого было мало. Взрослые дети покидают гнездо. Любое имя не давало власти, поэтому он решил стать строгим богом.

Одну девочку он сделал волейболисткой, как он сам, другую — красавицей, как её мать. Как будто они разделили их пополам.

Каждый момент укрощения близняшек приносил счастье. Он наконец-то чувствовал сытость.

Но почему…

— Они, мать их, не слушаются, — прорычал он.

Внезапно толпа загудела. Рю, прикрыв искажённое лицо ладонью, посмотрел на площадку.

Со Ха Хён стремительно пересекал поле. Словно ждал этого момента, он крепко обнял Кон Ын Гиль. Их объятия были долгими и прочными. Рю, оледенев, пробормотал:

— Ын Гиль, Ын Гиль, глупая девчонка. Я же учил тебя не доверять никому. Кому верить, кроме родителей? За сомнения во мне ты дорого заплатишь.

Оглавление | Глава 9. Часть 7

Непробиваемый блок. Глава 9. Часть 5

2025-07-10T03:52:48.148Z

Глава 9. Часть 4

С того момента, как Ын Гиль ступила на площадку, её состояние было странно идеальным. Лёгкое тело с каждой минутой словно взлетало, а чувства обострились.

Когда её взгляд встречался с глазами товарищей, их мысли казались такими ясными, будто она могла схватить их руками.

Может, потому, что она так чутко улавливала их движения, но слаженность команды сегодня была на высоте.

И оттого её сердце становилось только тяжелее.

Пан!

В момент, когда нападающая «Чёрных Фурий» взмыла, как колибри, и вбила мяч в пол, ноги Ын Гиль замешкались на долю секунды.

— Ох, «Ветроуказатель»! К сожалению, не приняли!

— Похоже, в защите была небольшая ошибка, да?

— Кстати, как приятно снова видеть спортсменку Кон Ын Гиль!

— Верно! Недавно она удивила всех фанатов волейбола. Внезапно объявленная свободным агентом, она вернулась в строй, как только «Ветроуказатель» был продан другой компании!

— У «Ветроуказателя» никогда не бывает спокойно!

Мысли путались. Ын Гиль не могла понять: только что она нарочно ошиблась или действительно отвлеклась и упустила мяч? Желудок скрутило.

— Старшая, ты в порядке? — спросила Чхве Бора, вытирая пот и глядя с тревогой.

— …Ага, — буркнула Ын Гиль.

Середина второго сета. Счёт по сетам 1:0 в пользу «Чёрных Фурий», сейчас 18:19.

В толпе зрителей она ясно видела Рю Сан Хёка. Ей привиделось, как он трясёт исхудалую шею Ын Чэ. Она протёрла глаза, но кошмарное видение не исчезло. Сердце заколотилось, по спине стекал холодный пот.

И тут она заметила лицо Со Мин А. Та явно чувствовала, что с Ын Гиль что-то не так — Мин А могла бы это понять с закрытыми глазами. Надо быть осторожнее.

Пан!

Ын Гиль дважды подряд забила очко, и скамейка взорвалась овациями. Мин А улыбнулась, вдалеке улыбался и Рю. Не улыбался только Со Ха Хён.

«Чёрные Фурии», как всегда, играли организованно, их атаки были разрушительными, словно у хорошо обученной армии. «Ветроуказатель» же был гибче.

Их защита была цепкой, атаки — яростными, а находчивость связующей выделялась особенно. Пот, пролитый в бесчисленных поражениях, сегодня сложился в единую картину.

— Центр задней линии! Перелетело! Лейна из «Чёрных Фурий»! И снова Чхве Бора! Успех!

— Верно, такое нельзя упускать!

— Как всегда говорю, но умение Чхве Боры держать мяч в напряжённых ситуациях — её главная сила!

Атаки «Ветроуказателя» начали сыпаться одна за другой.

— Ещё одна задняя атака!

— Подброс и удар! Смотрит по диагонали, но бьёт прямо! Удар без взгляда!

— Кон Ын Гиль! Спасла ногой! Невероятный приём!

— И Ка Гён, одиночный блок!

— Но Е Чжи, вбила мяч! Успех! Точно и остро!

Счёт по сетам 1:1.

Спортсменки собрались в круг, обмениваясь «пятью» и широкими улыбками. Ын Гиль смотрела на них и мельком подумала: Я рою яму под собой с каждым шагом, а вы взлетаете так, что слепите глаза.

Она сглотнула что-то горячее и выдохнула застрявший в груди воздух.

— Старшая, о чём думаешь? — спросила До Чжэ Хи, стоя в ожидании подачи с серьёзным лицом.

Сдавайся. Игнорируй. Думай об Ын Чэ.

Для Ын Гиль волейбол был местью, упрямством, средством к существованию, одержимостью, одиночеством и ненавистью. Это был инструмент, чтобы найти Ын Чэ, граница между своими и чужими.

В глубине души она ненавидела волейбол. Хотела разорвать мяч, плюнуть на площадку, разнести сетку в клочья. Жизнь, где у неё был только волейбол, казалась жалкой, и порой хотелось скомкать её и выбросить, как мусор.

Ей было тошно, обидно, несправедливо. Любит ли она волейбол? Да нет же! Она притворялась, что любит, что живёт им, потому что не могла открыто его ненавидеть.

— Только что распределение мяча у «Чёрных Фурий» было шикарным!

— Праворукой сложно бить атаку с правого фланга, но они справились на ура!

— Ох, мяч ушёл! Сервис-эйс «Чёрных Фурий»!

— А вот финт Пэ Сэ Ри! Двухэтажный, трёхэтажный, всё продолжается! Вау, наконец-то ушёл! Невероятно долгий розыгрыш! Обе команды великолепны!

— Стена блоков! Мяч отбит и падает внутрь!

— Как и ожидалось от «Чёрных Фурий»! Абсолютные чемпионы показывают себя во всей красе!

Счёт по сетам 2:1.

Ын Гиль, тяжело дыша, уставилась вперёд.

В тот момент, когда мяч, словно притянутый, влетел ей в ладонь, Рю и Ын Чэ исчезли. Звуки затихли, остались только мяч и она.

Чёрт возьми.

Её разум и сердце проклинали волейбол, отвергали его, но кровь говорила иное. Она кричала: Рвись вперёд, побеждай! Хотела оставить шрам на этой безупречной команде.

Чёрт возьми!

Живой, необузданный дух соперничества разгорелся. Ын Гиль в тревоге прикусила губу до боли. Какая разница, что на её лодыжках кандалы? Её истинный хозяин — не Рю, не Ын Чэ.

— Чхве Бора, До Чжэ Хи! Мяч от защиты к атакующим идёт невероятно быстро!

— Точно! Если подача принята близко к сетке, можно связать центр соперника!

— До Чжэ Хи, касание за пределами! Отлично!

— Задняя атака соперника! Спасли!

— Бей, бей, серия ударов! Ещё раз трёхэтажный! Тело в полёте, приняли! Защита на высоте! Двухэтажный, трёхэтажный, снова спасли! Вау! После долгого розыгрыша «Ветроуказатель» берёт очко!

— «Ветроуказатель» догоняет!

Счёт по сетам 2:2. Ничья.

— Желательно со счётом 3:2, — вспомнились слова Рю.

Остался один сет. Если «Чёрные Фурии» победят, Ын Гиль освободится. От многолетней вины, от грязной миссии, от оков, сковывающих её на корте.

— Старшая!

Товарищи подбежали с горящими глазами, полными решимости. Они ещё не устали, их нервы оставались на пределе, но под контролем.

Чхве Бора больше не язвила. Она внимательно следила за командой, мысленно разбирая игру. Её твёрдое выражение лица внушало доверие.

Что за взгляд? Мы в одной отстойной команде, а ты всё ещё притворяешься звездой сборной? Такая серьёзная, такая трагичная. Не понимаю тебя.

Ын Гиль, скрывая невольную улыбку, бросила:

— Эй, Чхве Бора, что за пафосное лицо? Не идёт тебе.

— …А, старшая, — Бора, почесав щёку, отвела взгляд.

Старшая, ты правда не уйдёшь? Или опять что-нибудь натворишь? Без тебя «Ветроуказатель» был бы неплохой командой, знаешь.

— Бора, вы и без меня справитесь, правда? — спросила Ын Гиль.

Спортсменки, пившие воду, разом повернули головы к ней.

— Старшая, ты что, собираешься наорать на судью и вылететь?

— Старшая, заболела?

— Да нет, ты сегодня била как зверь!

— По данным, вероятность такого поведения старшей — 0%.

В миг вся команда сгрудилась вокруг неё.

— Почему капитан говорит так слабо?! — возмутилась Чхве Бора, опустив брови, будто её предали.

— Какой ещё капитан? У нас такого нет, — отмахнулась Ын Гиль.

— …

Несмотря на правду, спортсменки сжали губы, явно недовольные. Их взгляды, полные обиды, впились в неё. Ын Гиль растерялась, но тут вмешалась До Чжэ Хи:

— Вот же он.

— Что?

— Наш капитан.

Она ткнула бутылкой воды в сторону Ын Гиль. Все взгляды команды устремились к ней.

— …Что? — Ын Гиль нахмурилась, оглядывая их.

Сегодня их лица казались чужими. Открытые, искренние.

— Капитан, идём играть? — спросили они.

Эти нелепые, но такие гордые товарищи.

Ни таланта, ни мастерства, ни духа соперничества, ни воли, ни амбиций, ни наглости, ни злости. И, ради всего святого, не смейтесь, когда проигрываете.

Когда-то она презирала их такими словами.

— Побеждаем и смеёмся! — выкрикнула Чхве Бора.

— Вау! — подхватили спортсменки, бросаясь на площадку. Их пылающие решимостью и алчностью глаза впечатались в память. Перед Ын Гиль всё плыло, как в аквариуме.

Кон Ын Гиль, волейбол правда был для тебя лишь средством? Я так мало для тебя значил? — шептал неведомый голос в её голове.

С детства она была эгоисткой, упрямой одиночкой без шансов на спасение. Её суть — взлетать и бить, посвятив этому всю жизнь, как хладнокровный хищник.

— «Чёрные Фурии» против «Ветроуказателя»! Пятый сет, первая атака началась!

В этот момент её взгляд случайно встретился с Со Ха Хёном на VIP-трибуне. Он сидел, закинув ногу на ногу, как в их первую встречу. Лицо казалось скучающим, но его ясные глаза, как у зверя, цепко следили за ней.

Он беззвучно произнёс губами:

Всё хорошо, малышка, делай, как хочешь.

Всё запутанное в её голове разом оборвалось. Застоявшиеся, плесневелые мысли вылетели, разбросанные желания встали на место, и осталась лишь её суть.

Один взгляд. Одно ободрение.

— …Ха, — Ын Гиль вытерла глаза краем формы, глядя на мяч, парящий над сеткой, и заорала: — Шанс-бол!

В этот миг её душа, сдавленная весь матч, наконец-то освободилась.

— Точный подброс! Мяч снова в игре! Кон Ын Гиль, атака в движении! Целится по диагонали! Мощно — забила!

Ын Гиль, разрывая все оковы, что держали её, хищно оскалилась. Повернувшись к Рю Сан Хёку, она безжалостно показала ему средний палец.

Иди нахуй, сука.

Репутация «Ветроуказателя», честь мужа, доверие команды, поддержка Мин А, местонахождение сестры — она не откажется ни от чего. Она жадная, наглая женщина, и точка.

Семью я доверю своей семье.

Она верит в Со Ха Хёна. В его коварную настойчивость и беспощадную силу. Не Рю вернёт ей Ын Чэ, а Ха Хён.

— Что это было?

— …Может, сигнал между игроками?

После этого Кон Ын Гиль с командой «Ветроуказателя» носилась по площадке, как ураган. Самый раздражающий противник, угрожающий непобедимым «Чёрным Фуриям». В тот день «Ветроуказатель» получил прозвище «накачанных зельем» и ещё долго обсуждался всеми.

— Чуть в сторону, серия, серия, забила! Снова готовимся к атаке, остро в пустую зону!

— Кон Ын Гиль отлично выбрала момент, врываясь из правого фланга внутрь!

— Прыжковый подброс либеро! «Ветроуказатель» разошёлся! Сбивает блок соперника!

— Рост игроков впечатляет! Пора набирать очки!

— Сегодня «Ветроуказатель» особенно выделяется! Разрыв в счёте растёт. Что происходит? Быстрая атака — ещё одно очко!

— «Чёрные Фурии» даже не коснулись мяча!

— Безостановочные атаки «Ветроуказателя» с разницей во времени!

— Вау! «Ветроуказате-е-ель»!

Счёт по сетам 2:3, очки 3:15.

Это была долгожданная, безупречная победа «Ветроуказателя».

Оглавление | Глава 9. Часть 6

Непробиваемый блок. Глава 9. Часть 4

2025-07-10T01:40:30.710Z

Глава 9. Часть 3

— Каждый раз, когда ты будешь выигрывать матч, я буду давать тебе подсказку.

Девять лет назад Рю Сан Хёк сказал это, растянув губы в ухмылке. Человека, который на камеру падал на колени и плакал ради своей приёмной дочери, больше не существовало.

Крокодиловы слёзы. И заранее заготовленные клыки.

Для Ын Гиль, только что изгнанной из волейбола, это требование звучало не просто абсурдно, а жестоко. Как спортсменка с приостановленной лицензией могла выйти на площадку и одержать победу? Слова Рю были равносильны пытке.

Но она должна была справиться.

Узнав о самоубийстве сестры, Ын Гиль, вернувшись в Корею, первым делом бросилась искать Ын Чэ. Она обошла морги всех больниц Сеула, но сестры нигде не было. Когда она, совершенно разбитая, погрузилась в отчаяние, Рю явился с фотографией.

Ын Чэ с дыхательной трубкой.

Сестра была жива.

После этого Рю Сан Хёк каждый месяц требовал деньги на больничные счета Ын Чхэ. Ын Гиль, неспособная зарабатывать как спортсменка, влезла в долги. Тогда же она встретила Гу Чхоль Ёна. Ей казалось, что, если хоть раз не отправить деньги, трубку с Ын Чэ безжалостно отключат. Только деньги, думай только о деньгах. С этого момента её жизнь оказалась в цепях Рю.

Просить помощи у других было невозможно. Она хотела кричать, умолять кого-то, но не могла доказать существование Ын Чэ. Сестра даже не была зарегистрирована при рождении.

Кто поверит отщепенке, на которую указывает пальцем вся страна? На помощь Пан Чжон Вона рассчитывать тоже не приходилось — тогда он был всего лишь студентом, не дебютировавшим в профессиональном спорте. Так Ын Чэ стала её личной тайной.

С годами яд в душе только накапливался. Жизнь стала тяжёлой, дышать было трудно. Ын Гиль знала, что игра нечестная. Это была односторонняя травля, устроенная Рю, чтобы мучить её. Но она держалась. Не зная иного пути, она упрямо вонзала когти в землю и терпела, как могла.

Ын Чэ стала несчастной отчасти из-за меня.

Каждый раз, когда хотелось рухнуть, отказаться от Ын Чэ, она вспоминала слова Пан Чжон Вона, кричавшего в ярости с налитыми кровью глазами

— Если я не ошибаюсь, ты хочешь, чтобы я проиграла матч?

Её мысли прервал голос Со Ха Хёна:

— Спортсменка Кон.

— …А? — Ын Гиль вздрогнула, подняв голову.

Со Ха Хён, заметив её рассеянный взгляд, слегка наклонил голову. Его спокойные, но острые глаза словно выворачивали её наизнанку.

— О чём так задумалась?

— А… — замялась она.

— Нервничаешь из-за последнего матча?

Только сейчас она огляделась. Солнечный свет лился через большое окно, тёплый стол, суетливая, как цыплёнок, Со Мин А, снующая по кухне, и Со Ха Хён, попивающий кофе и смотрящий только на неё. Этот обыденный день был ей дорог и бесценен.

— …Живот немного болит, — пробормотала она, опустив глаза, чтобы скрыть правду.

— Это всё из-за старшего брата! — воскликнула Мин А, ставя на стол поднос с протеиновым коктейлем из фруктов и орехами. Она энергично взмахнула рукой. — Сегодня последний матч сезона, где мы бросим вызов «Чёрным Фуриям»!

— И что? — лениво отозвался Ха Хён, пересаживаясь к Ын Гиль и начиная согревать её холодные руки.

— И вот она сидит с утра и смотрит на лицо владельца команды вместо того, чтобы готовиться! Конечно, живот заболит!

— Со Мин А, ты стала куда бойчее, — усмехнулся Ха Хён.

— П-п-правда, — заикаясь, ответила Мин А.

— У тебя что-то с Кан Чи Чжуном? — спросил он, бросив на неё колючий взгляд.

Мин А поперхнулась и икнула.

— Не лезь к нему, — холодно добавил он. — Не собираюсь породниться с его семьёй.

— Хи-ик… Это не то, что ты думаешь!

— Ну и ладно.

Мин А, расстроенная, плюхнулась на стул.

Ын Гиль переводила взгляд с одного на другую и опустила голову. Эта простая, милая обыденность была ей дорога. Она молилась, чтобы эти светлые дни не исказились. Но после сегодняшнего матча всё могло измениться. Она всех подведёт.

Если договорняк раскроется, ей придётся навсегда бросить волейбол. Она опозорит мужа, а «Ветроуказатель» снова пошатнётся. Даже Мин А, её единственный фанат, почувствует себя преданной.

— «Чёрные Фурии» будут изо всех сил сдерживать спортсменку Кон, — сказал Ха Хён. — Но как муж я болею за тебя. Буду на VIP-трибуне, так что иногда поглядывай на меня.

Он улыбнулся открыто и поцеловал её руку. Ын Гиль, скрывая тяжёлую ношу, лишь слабо улыбнулась в ответ.

Оглавление | Глава 9. Часть 5

Непробиваемый блок. Глава 9. Часть 3

2025-07-10T01:29:53.250Z

Глава 9. Часть 2

Даже после таблеток для пищеварения в животе всё ещё бурчало.

Медкабинет.

Ын Гиль смотрела на грубо сделанную табличку и гадала, есть ли внутри ленивый командный доктор или нет.

Если нет, схожу к «Чёрным Фуриям» на осмотр, что уж.

В этот момент дверь резко распахнулась, и показалось бледное лицо Кан Чи Чжуна. Его растрёпанные волосы теперь были аккуратно уложены, делая его вид более презентабельным. Но, увидев Ын Гиль, потирающую живот, он не скрыл явного разочарования.

— …Что, не та? — пробормотал она.

Его полные ожидания глаза медленно потухли. Кан Чи Чжун протёр лицо рукой, словно умываясь на сухую. Он выглядел жутко уставшим.

— Не знаю, кого ты ждал, но пациент перед тобой, — буркнула Ын Гиль, сморщив нос.

Он быстро оглядел её и отступил в сторону, пропуская в кабинет.

— Переела?

— Ага.

— Тогда проколю палец. Садись сюда.

— Просто дай таблетку.

— Кровь пустить быстрее сработает, — сухо ответил Кан Чи Чжун, разрывая зубами упаковку медицинской иглы.

Ын Гиль внимательно посмотрела на него и спросила:

— Всё ещё засиживаешься за играми по ночам? Тёмные круги под глазами не шуточные.

— Начал кое-что похуже игр, — вздохнул он, поникнув плечами.

Ын Гиль напряглась, предчувствуя недоброе.

— Будет немного больно, — предупредил он.

Тёмно-красная кровь начала собираться на кончике пальца. Хотелось бы, чтобы это было лишь её воображением, но, увидев, как застарелая кровь выходит, она почувствовала лёгкое облегчение.

В момент, когда Кан Чи Чжун прижал к пальцу ватный тампон, дверь открылась, и вошёл Со Ха Хён.

Увидев двух людей, держащихся за руки, он стёр всякое выражение с лица. Ын Гиль, быстро сообразив, опередила его:

— Это командный доктор. Я переела, он только что проколол мне палец.

Со Ха Хён бросил на Кан Чи Чжуна крайне недовольный взгляд.

— Не могли бы вы выйти на минутку? — холодно сказал он.

— Можно задать один вопрос? — отозвался доктор.

Красивая бровь Ха Хёна вопросительно изогнулась.

— Со Мин А… у неё есть комендантский час?

— Что? — Ха Хён нахмурился, явно не ожидая такого вопроса.

Он бросил взгляд на Ын Гиль, но та лишь вздохнула и пожала плечами.

— С какой стати ты спрашиваешь про комендантский час Мин А?

— Просто собираю данные, — ответил Кан Чи Чжун.

Со Ха Хён, почему-то почувствовав себя не в своей тарелке, с раздражением бросил:

— До шести вечера.

— А я слышал, она уходит с работы после семи, — не унимался доктор.

— Собираюсь её уволить, — отрезал Ха Хён.

— … — Кан Чи Чжун замолчал, но его взгляд оставался вызывающим, словно он сдерживал недовольство, холодно оценивая собеседника.

Ха Хён, заметив это, прищурился: Это что ещё за наглость?

Ын Гиль, не давая странному противостоянию разгореться, махнула рукой, отвлекая внимание мужа:

— Я тут вообще-то болею.

Ха Хён тут же опустился на одно колено, внимательно разглядывая её лицо. Он явно беспокоился, и она знала, о чём. Убедившись, что Кан Чи Чжун вышел, Ын Гиль заговорила:

— Этот человек… он правда вернулся как тренер сборной?

На первый взгляд, она казалась спокойной. Ни раздражения, ни тревоги. Но Со Ха Хён не обманывался. Её ровный тон был слишком неестественным. Она сейчас что-то сдерживает.

Он нежно обхватил её бледное лицо ладонями. Холод её кожи вызывал жалость.

— Собираюсь официально подать протест в федерацию волейбола, — сказал он.

— На каком основании?

— На том, что он не нравится моей жене.

— …

— Я тот, кто может позволить себе такое хамство, — добавил он.

Его слова были нелепыми, но оттого вызвали лёгкую улыбку.

— Кстати, спортсменка Кон, — начал он, и его глаза, в которых отражалась только она, вдруг стали холодными, как лезвие. — Насчёт того, что ты до сих пор не рассказала…

— !.. — Ын Гиль вздрогнула.

— Думаешь, я не смогу выяснить?

— …

— Я молчу только потому, что ты не хочешь, чтобы я знал. Иначе бы я уже вытряс из тебя всё, что угодно.

Ын Гиль напряглась, но он тут же цокнул языком:

— Не для того сказал, чтобы ты так смотрела.

Он прижался лбом к её коленям и тихо продолжил:

— Я же говорил: даже если ты кого-то убьёшь, я разберусь с последствиями. Если кто-то посмеет ткнуть в тебя пальцем, я эти пальцы отрежу и принесу тебе.

Его глаза, смотрящие на неё снизу вверх, странно блестели. Тёмные, но мягкие, острые, но прекрасные.

Как этот человек может быть таким подлым?

Надо было отругать его, сказать, чтобы не шутил так страшно. Но, странное дело, её сердце успокоилось. Мутная голова и вздыбленные волосы наконец-то улеглись.

Со Ха Хён выпрямился и прильнул к её губам. Его рот увлажнил её пересохшие губы, обвил её напряжённый язык. Он жадно исследовал каждый уголок её рта, безудержно смешивая их слюну.

Ын Гиль тихо застонала, чувствуя, как его тело напряглось. Крепко держа её лицо большими руками, он наклонял голову, яростно впиваясь в её губы. Мягкий, но хищный язык упорно разрывал и обволакивал её.

Лишь когда во рту появился сладковатый привкус, он отстранился.

Со Ха Хён грубовато провёл большим пальцем по её губам, влажным от слюны. Нижняя губа горела, как от ожога.

— Ничего, если не хочешь делиться, я не лезу, — сказал он.

— …

— Давай каждый будет делать то, что может, на своём месте.

Ын Гиль, закрыв глаза, лишь горько улыбнулась.

Со Ха Хён хотел бы нести её через грязь, чтобы на ней не осталось ни царапины. Его жизнь уже вращалась вокруг Кон Ын Гиль, и это заставляло его сердце изнывать. Но она была на удивление скрытной. Редко раскрывалась полностью.

Это просто её упрямый, независимый характер?

Обычно люди так плотно сжимают губы, если у них есть слабость или они сами причастны к какому-то греху.

К чему относится Кон Ын Гиль?

Как эта бесстрашная Кон Ын Гиль, которая на глазах у всех избила тренера в прямом эфире, могла просто так отпустить Рю без единого слова в свою защиту?

Со Ха Хён скрыл свой острый, как нож, взгляд.

Может, она хотела не мести, а наказания?

Этот вопрос он так и не решился озвучить.

* * *

Звонок от Гу Чхоль Ёна пришёл вечером накануне последнего матча.

Ын Гиль не растерялась. Завершив тренировку, она тут же отправилась в «Солнечные Деньги». Всё равно когда-то пришлось бы столкнуться. Звонил Гу Чхоль Ён, но встречать её, конечно, будет Рю Сан Хёк.

И точно: Рю Сан Хёк стоял у окна, заложив руки за спину. Позади, как подчинённый, маячил Гу Чхоль Ён. Эта картина ясно показывала, кто здесь главный.

Ын Гиль прикусила внутреннюю сторону губы и напустила равнодушный вид. Девять лет назад её уже обманули. Это место не было убежищем для потерянной души — это была ловушка с самого начала.

— Ну и хамка, — Рю искривил уголок рта, показывая своё истинное лицо. Он явно осуждал её поведение на недавней встрече. — Я ещё тогда, когда ты тайком вышла замуж, понял. Я тебя такой воспитывал? Чтобы ты крутилась перед богачами?

Кончики её пальцев похолодели.

— Не верила, что сможешь вернуться в волейбол, вот и кинулась к нему, да? Ты так ненавидела «Чёрные Фурии», а где твоя гордость теперь?

— Я ненавидела не «Чёрные Фурии», а тебя. Точнее, те «Чёрные Фурии», где был ты, — отрезала она.

Ей было противно то время, когда все, как черви, липли к ней, чтобы сожрать её карьеру.

— Боишься? — спросила она.

— Чего?

— Боишься, что я, опираясь на мужа, что-то сделаю?

Глаза Рю тут же стали злобными.

— И тебе стоит бояться. Мой муж не только проницательный, но и с мерзким характером. Даже я не знаю, что он может выкинуть, — добавила она лениво, но с намёком на угрозу.

Рю расхохотался, будто услышал самую смешную шутку.

— Ын Гиль, Ын Гиль. Глупая девчонка. Если я упаду, ты упадёшь вместе со мной. Как ты собираешься жить без меня, а?

Ын Гиль сжала кулаки и отвернулась. Убить бы его. Но он был прав. Он держал её слабость, и она могла только подчиняться.

Её жизнь была в залоге. Девять лет она знала, что гниёт изнутри, но всё равно кусала язык и терпела. Она не могла ни обвинить, ни подать в суд. Всё это время она вела свою одинокую борьбу без чьей-либо помощи.

— Ын Гиль, уже девять лет, — продолжил Рю. — И как ты собираешься искать сестру с таким подходом?

— !.. — она вздрогнула, в глазах вспыхнула ярость.

— Я тоже устал от этой игры, — сказал он, потирая шею и усаживаясь на диван.

— Завтра последний матч сезона. Может, пора всё закончить?

— …Ты скажешь, где Ын Чэ?

— Да.

Её глаза расширились. Она не могла поверить, хотя сердце бешено колотилось. Но она быстро взяла себя в руки.

— Что я должна сделать?

Для Ын Гиль эти девять лет были отчаянной борьбой. Для Рю — просто игрой, грязной вознёй вокруг самоубийства её сестры, вокруг Ын Чэ, которая, возможно, ещё жива.

— Ничего сложного. Делай, как всегда.

— Как всегда?

— Как обычно, проиграй матч.

— …Что?

— Желательно со счётом 3:2.

— …Ты хочешь, чтобы я участвовала в договорняке? — она горько усмехнулась, её губы искривились.

— Вы же и так всегда проигрываете, нет?

— …Пока я не побеждаю, это удобный повод навесить на меня обвинения, — ответила она, бросив взгляд на Гу Чхоль Ёна.

Его бесстрастное лицо намекало, что он не новичок в таких делах.

«Что делает команду сплочённой? Деньги. Мы с этим человеком давно работаем вместе».

Теперь всё стало ясно. Их «бизнес» — нелегальные ставки на спорт. Гу Чхоль Ён всегда следил за матчами, был одержим спортом.

Сговор известного волейбольного тренера и человека из теневого мира. Наверняка они заработали на этом кучу денег.

Сколько спортсменок оказалось втянуто?

Профессиональные игроки и брокеры ставят огромные суммы на нелегальных сайтах, договариваясь заранее. В решающий момент кто-то намеренно ошибается, отдавая очки соперникам.

— В награду я скажу, где Ын Чэ, — добавил Рю.

Ын Гиль дрожащей рукой провела по лицу. Ладонь была влажной от пота.

То, чего она так отчаянно желала, было так близко. Стоит бросить волейбол, на миг закрыть глаза, отвернуться — и она получит это. Вернуть Ын Чэ, вернуть свою жизнь. Возможно, это последний шанс. Все эти годы она цеплялась за площадку, продолжала играть только ради Ын Чэ. Всё её терпение, вся её жизнь — ради сестры.

— Последний матч сезона. Просто проиграй, как обычно. Для вашей команды это же не сложно, правда?

Оглавление | Глава 9. Часть 4

Непробиваемый блок. Глава 9. Часть 2

2025-07-10T01:12:35.753Z

Глава 9. Часть 1

— Волейбол, похоже, сильно продвинулся вперёд.

По пути в столовую Мин А первой завела разговор. По стандартам «плана возрождения» команда никогда не пренебрегала временем для взаимной обратной связи. Обычно после матчей они коротко обсуждали игру, но чаще использовали обеденное время для привычных дискуссий.

— В целом… атака стала лучше, — продолжила Мин А. — Оборона… ну, почти как удушающая защита, такая плотная…

Она тараторила с раскрасневшимся лицом.

— Удушающая защита? Звучит круто, — отозвалась Чхве Бора, первой взяв поднос и непринуждённо поддержав разговор.

«Молппан-волейбол» — тактика, при которой спортсменка берёт на себя всю атаку, а другие лишь помогают в обороне. «Ветроуказатель» долго строил игру вокруг Кон Ын Гиль, следуя этой предсказуемой схеме. Но такой волейбол, зависящий от формы и способностей одной звезды, бросал команду то в верхнюю часть таблицы, то на дно. Плохие результаты были проблемой, но ещё хуже — отсутствие похвалы от болельщиков и перспектив на будущее.

Однако «Ветроуказатель» постепенно переходил к «тотальному волейболу», где все основные спортсменки участвовали в атаке.

— Впереди… никаких поблажек для левых нападающих в обороне, — добавила Мин А. — Продолжайте подключаться. Каждая должна чувствовать себя универсальной спортсменкой.

До сих пор «Ветроуказатель» сосредотачивался на «переменах», чтобы изменить дух команды. Для этого нужно было перестроить мышление нападающих. Жёсткие методы тренировок от «диванных коучей» уже частично сформировали нужный настрой. У клуба не было денег, только люди, поэтому единственным выходом было повышать качество спортсменок.

— Мы теперь меньше зависим от старших, — похвасталась Чхве Бора, накладывая себе большую порцию тушёной свинины.

Действительно, в любой свободный момент они отрабатывали этот подход. Упорные тренировки с установкой: «Я сама приму решение, я сама закончу» — и мощные удары.

— Я тоже стараюсь распределять мяч равномерно, — подхватила До Чжэ Хи.

В последнее время она посылала мяч всем нападающим. Доверять им и видеть, как каждый пас приносит очко, было новым, волнующим чувством достижения. Указания Мин А тоже помогли: она посоветовала Чжэ Хи быстрее двигать ногами, чтобы раньше подходить к мячу. Этот совет дал «диванный коуч» с ником chachacha_step.

Спортсменки расселись за длинным столом и принялись за еду, продолжая обмениваться отзывами, словно играя в пинг-понг.

— Я уже говорила, но левые нападающие, пожалуйста, стабильно участвуйте в обороне, — повторила Мин А.

— Можно заменяться с оборонительными игроками, когда уходишь в заднюю линию, — предложила другая.

— Это вариант, но всё равно никто не должен выключаться из защиты, — настаивала Мин А.

— Наши левые нападающие на приёме отстают от других команд где-то на двадцать процентов. Я сама подсчитала, — добавила ещё одна.

— И что, это не повод их убирать из обороны! Никого не вычеркну! — твёрдо заявила Мин А.

За столом «Ветроуказателя» разговоры текли без устали. Они с трудом выбрались с самого дна до этой точки. Для других это, может, и сантиметровый шаг улитки, но для них — гигантский скачок.

Лига подходила к концу. Шесть месяцев долгого пути вызывали глубокое чувство удовлетворения.

— Если не держишь оборону, не станешь хорошей спортсменкой, — добавила Ын Гиль, наблюдая за ними. — Все настройтесь серьёзно. После сезона, возможно, будем пахать только на защите.

Спортсменки заметно улучшили владение мячом. С течением времени прогресс был очевиден. Ын Гиль смотрела на своих «ветерков» и думала, что они стали немного — нет, значительно лучше.

— Старшая, это острое? У тебя уши покраснели, — заметила Бора.

— А? Нет, это… — смутилась Ын Гиль.

— Вот вода.

Чхве Бора заботливо протянула стакан. Когда-то она была как дикий кот, шипела и царапалась без повода, но теперь… Ын Гиль, сделав глоток, тихо усмехнулась. И в этот момент заметила, как Бора, сидевшая напротив, вдруг напряглась.

— Что такое? — спросила Ын Гиль небрежно.

Бора замахала руками, запаниковав:

— Ничего, ничего! Смотри только на меня! Не оглядывайся!

— Что? — удивилась Ын Гиль.

Она бросила взгляд на До Чжэ Хи:

— Что с ней?

Но Чжэ Хи выглядела не лучше. Она нахмурилась, молча уставившись куда-то вперёд.

Повисла странная, неловкая тишина.

Выражения лиц спортсменок, смотревших за спину Ын Гиль, были такими странными, что она, не слушая возражений, резко обернулась.

— !..

Их взгляды встретились.

Неожиданная встреча заставила сердце остановиться. В ушах зазвенело. Крики и вопли, которые когда-то вырывались — возможно, из её собственного горла, — эхом отдавались в голове. Всё дикое, кроваво-красное рвалось наружу. Дыхание сбилось.

Конечно, на тренере Рю Сан Хёке не было тех шрамов, что Ын Гиль оставила много лет назад. Его лицо, блестящее от ухоженности, излучало лишь добродушную радость, пока он приближался.

Ын Гиль почувствовала приступ тошноты. Ей хотелось убежать на дрожащих ногах или броситься вперёд и вмазать кулаком.

Словно угадав её мысли, Мин А внезапно крепко схватила её за руку. Спортсменки вскочили, окружив Ын Гиль плотным кольцом — то ли защищая, то ли сдерживая. Они хорошо помнили её слова:

«Вы же знаете, как я когда-то кого-то избила и как моя жизнь пошла под откос».

«…Впервые говорю об этом, но я всё ещё не сдалась. Если встречу того тренера, снова буду вести себя как последняя сволочь».

Спортсменки настороженно ощетинились, неясно, против Ын Гиль или против Рю.

Тренер Рю вёл за собой игроков «Чёрных Фурий». Капитан Пэ Сэ Ри, заметившая их, сделала разочарованное лицо. Ын Гиль удивилась: эмоции Пэ Сэ Ри были слишком очевидны. Та, стоя за спиной Рю, беззвучно произнесла губами:

«Терпи. Скоро придёт владелец».

Напряжённая атмосфера резала кожу. Ын Гиль сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться.

Сейчас всё иначе.

Вокруг неё было столько людей, державших её, как спасательный трос. Дыхание постепенно выравнивалось.

— Спортсменки «Ветроуказателя», — улыбнулся Рю Сан Хёк, его лицо покрылось добродушными морщинами.

— Хорошо, что не пришлось дважды ходить. Раз уж я здесь, заодно посмотрю на ваших спортсменок, — сказал он, обращаясь к человеку, похожему на тренера.

Ын Гиль знала его — тренер Пак, который девять лет назад был помощником Рю в национальной сборной. Рядом были и другие знакомые и незнакомые лица.

— В последнее время «Ветроуказатель» показывает впечатляющую игру, я внимательно следил, — продолжил Рю, потирая морщинистый подбородок и разглядывая До Чжэ Хи. Его взгляд был острым, как у торговца, оценивающего товар. — Особенно связующая, До Чжэ Хи. Контроль мяча просто потрясающий.

— … — Чжэ Хи молчала, не удостоив его даже банальным «спасибо».

Тренер Пак нахмурился и резко одёрнул её:

— Не поздороваешься с тренером?!

— Пак, не трать силы на пустяки, — остановил его Рю и обратился к спортсменкам:

— Я заглянул по поводу отбора в национальную сборную. Заметно, как много у вас появилось талантливых игроков. Перед Олимпиадой хочу проверить их в международной лиге.

Как и ожидалось, Рю вернулся в Корею ради поста директора национальной сборной.

Лига наций по волейболу среди женщин 20xx года.

Идеальная площадка для проверки спортсменок перед Олимпиадой. Рю Сан Хёк, вернувшись после девятилетнего перерыва, начал обход клубных домов, оценивая игроков и проводя короткие собеседования. И вот он заинтересовался До Чжэ Хи из «Ветроуказателя».

Национальная сборная — мечта любой спортсменки. Другая на её месте уже сияла бы от внимания Рю. Но Чжэ Хи стояла, как робот, молча рядом с Ын Гиль.

Рю медленно перевёл взгляд. Все ждали, что он скажет. И его слова, как ни странно, звучали по-отцовски:

— Слышал, ты вышла замуж.

Ын Гиль проглотила ругательство. Ей хотелось схватить его за шиворот и вытрясти всё, что накопилось. Хотелось впечатать его голову в стену и добиться признаний.

Но вместо этого она повторяла про себя, как молитву: Со Ха Хён, Со Ха Хён. Нужно терпеть. Девять лет она выстояла, и теперь не время поддаваться глупой ярости. Она натянула улыбку — ту самую, которой научилась у Ха Хёна.

— Да, вышла. За честного, красивого и богатого, — ответила она.

— …

— Говорят, дочка выбирает мужа, похожего на отца. К счастью, мой муж раздражает честно и в открытую, а не исподтишка. Познакомить вас?

Несмотря на колкость, Рю остался спокоен. Зато тренер Пак побагровел от возмущения.

— Это что за!..

— Простите, если разочаровала, но я вполне неплохо жила, — добавила Ын Гиль.

— Да, похоже на то, — кивнул Рю.

Но Ын Гиль ясно видела: его спокойствие — маска, под которой бурлила злость.

Мерзкий тип.

В детстве она была слишком наивна, чтобы это понять, но теперь знала. Рю Сан Хёк — взрослый, который так и не вырос. Как спортсмен и тренер он был успешен, но при этом мелочен и коварен. Сложив обрывки его слов, она поняла: он хотел властвовать над сёстрами-близнецами, быть не отцом, а повелителем. Ын Гиль он возвышал, а Ын Чэ топил, требуя поклонения и послушания. Иногда Ын Гиль задумывалась, почему он так ненавидел их.

— Ын Гиль, тебе бы вернуться в сборную. Может, ты уже не та, что раньше, но сейчас играешь неплохо, — сказал Рю, словно пробуя её на прочность.

— Может, позже. Когда сменится тренер сборной, — отрезала она.

— !..

Тренер Пак в шоке уставился на неё, а Рю лишь медленно повторил:

— Ын Гиль, Ын Гиль… — в его голосе звучала угроза, будто он готов ударить.

— …Что, я тебе больше не нужна? — его взгляд стал холоднее, и Ын Гиль невольно вздрогнула.

Она никогда не думала, что Рю вернулся только ради тренерской работы. Этот человек когда-то подставил её с допингом, чтобы «предупредить».

Страх, как змея, сковал её с ног до головы, перехватывая дыхание. Несчастье было знакомым, но привыкнуть к нему невозможно.

— Выходи, — раздался резкий голос.

Со Ха Хён, с суровым лицом, вошёл уверенными шагами и высокомерно кивнул подбородком. В его тоне не было ни капли уважения или вежливости. Секретарь Нам, запыхавшись, догонял его.

— Впервые вижу вас, владелец Со Ха Хён. Всё гадал, кто управляет командой номер один, — сказал Рю, протягивая руку для рукопожатия.

Но Ха Хён даже не взглянул на неё.

— Я дал разрешение на встречу только с «Чёрными Фуриями», — холодно отрезал он.

— Хм? — Рю, убирая руку, потёр подбородок. — Это звучит как давление, чтобы исключить «Ветроуказатель» из отбора в сборную.

— Выйди, чтобы сёстры могли спокойно поесть, — бросил Ха Хён, цокнув языком.

Его тон был груб, как у уличного хулигана, и он даже не пытался скрыть раздражение, хрустнув шеей.

— Не слышали? Выйдите.

— Господин Со! — возмутился тренер Пак, но Ха Хён его проигнорировал.

— Хотите спортсменок для страны? Берите моих, они крепкие. Но сёстры — нет. Они ещё не устойчивы к вредному, — добавил он.

Лицо Рю наконец напряглось.

Ха Хён холодно оглядел свиту Рю, затем смягчил выражение лица и повернулся к Ын Гиль:

— Ешь спокойно, милая. Жуй тщательно, — сказал он с мягкой улыбкой, от которой его глаза красиво изогнулись.

Оглавление | Глава 9. Часть 3

Непробиваемый блок. Том 4. Глава 9. Прямой удар. Часть 1

2025-07-10T00:52:29.987Z

Том 3. Глава 8. Часть 20

Категория: Спорт > Волейбол

Просмотры: 25,439 | Лайки: 5,085 | Комментарии: 890

Заголовок: Глупая теория заговора. Заходите, если любопытно!

Официально об этом в новостях не писали… Но говорят, что спортсменка Кон Ын Гиль однажды попалась на допинге. (Услышал от близкого знакомого, который работает инспектором, за рюмкой в баре.)

Результат, правда, оказался отрицательным, но что-то там было нечисто, пришлось сдавать повторный тест. Если бы что-то пошло не так, начались бы слушания, статьи в прессе, а саму спортсменку отстранили бы от матчей. К счастью, всё обошлось.

Но вот что странно: несмотря на кучу личных передряг, Кон Ын Гиль на площадке всегда была чертовски хороша. И вдруг — бац! — её выгоняют из команды. Пишу и сам в шоке…

А ещё страннее — после этого случая команда «Ветроуказатель» перешла в другие руки! И не просто сменился владелец, а целая головная компания! Продали, представляете, за какие-то пару дней!

И вот вопрос: это что, всё само собой так сложилось?

Новый владелец, кстати, была та ещё знаменитость — балерина мирового уровня. Ну, может, слегка преувеличиваю, но она буквально сразу устроила в команде чистку. (Молодёжь, может, и не знает, но Ён И Чжи в своё время была звездой национальной сборной по балету. Красивая, с историей «из грязи в князи», да ещё и замужем за каким-то олигархом. Пишу и думаю: а ведь с Кон Ын Гиль у них что-то общее, нет?)

Это только мне кажется подозрительным? Может, я просто параноик, но мне кажется, что новый владелец хотела закопать Ын Гиль, а в итоге сама попала в переплёт. Потому что, знаете, все эти интриги, козни, попытки перехитрить друг друга…

re:

— Я-то, конечно, всегда рад видеть спортсменку Кон, если она сама захочет вернуться.

re-re:

— ??

re-re:

— Вы кто вообще??

Прошёл уже месяц с тех пор, как Ён И Чжи, словно потерянная душа, в спешке улетела в Америку. Смена владельца команды отменила отчисление Ын Гиль, и V-лига уже подходила к финалу.

Со Ха Хён и Со Мин А тоже закрыли одну из глав своего прошлого. Особенно Мин А — её привычка заикаться в разговоре почти исчезла после того, как она однажды взорвалась перед Ён И Чжи.

Но Ын Гиль, несмотря на утренние лучи солнца, щедро лившиеся через большое окно, не могла избавиться от тревоги.

Счастье — как две стороны монеты: за ним всегда тянется несчастье. В тот момент, когда она завоевала золотую медаль, её младшая сестра рухнула в пропасть. И теперь, когда Со Ха Хён окружал её крепкой защитой и глубокой любовью, Ын Гиль не могла позволить себе расслабиться. Чёрт возьми, жизнь всегда бьёт в спину.

— Кон Ын Гиль, — раздался голос.

— О, проснулся? — отозвалась Ын Гиль.

— …

Со Ха Хён, который спал, крепко обнимая Ын Гиль сзади, внезапно перевернул её на спину. Её голос, красные от недосыпа глаза — всё выдавало усталость. Он тихо нахмурился.

— Опять не спала?

— Ну… — замялась Ын Гиль.

— Похоже, семи раз было мало, — усмехнулся Ха Хён.

— Как ты вообще до такого додумался?! — возмутилась Ын Гиль.

— Чем больше я тебя изматываю, тем крепче ты спишь, спортсменка Кон, — подмигнул Ха Хён.

Ын Гиль, потирая ноющую поясницу, тяжело вздохнула. Ха Хён тем временем снова прильнул губами к её шее, уже покрытой багровыми отметинами, и начал массировать ей спину.

Ын Гиль притворилась, что наслаждается массажем, уткнувшись лицом в подушку.

Папа скоро приедет.

Тренер Рю Сан Хёк должен был скоро появиться. От одной этой мысли сердце колотилось, как после десятка чашек кофе, а по спине стекал холодный пот. Заснуть в таком состоянии было почти невозможно. Только под руками Со Ха Хёна все лишние мысли улетучивались. Лишь в эти моменты она освобождалась от груза негатива, и, надо признать, в последнее время секс стал случаться куда чаще.

— Хаа… Пора вставать, — выдохнула Ын Гиль, отталкивая Ха Хёна.

Но, конечно, всё было не так просто. Стоило ей попытаться выбраться из кровати, как Ха Хён ещё крепче прижал её к себе. Что-то твёрдое упёрлось в бедро, настойчиво теребя кожу.

— Как я теперь буду без спорстменки Кон? Лига на следующей неделе заканчивается, и ты ещё из клубного дома съезжаешь, — проворчал Ха Хён.

— Мы же каждый день дома видимся, — возразила Ын Гиль.

— И что, это отменяет то, что днём я тебя не увижу? Спортсменка Кон под солнцем ещё красивее, — с лёгким капризом сказал Ха Хён и легонько прикусил ей ухо.

— Ай! Обычные пары вообще-то днём не вместе! — возмутилась Ын Гиль.

Со Ха Хён не ответил, лишь продолжал тереться губами о её круглые плечи. Запах её кожи был таким уютным, что не хотелось отрываться никогда, а когда Ын Гиль потела, её аромат становился ещё более манящим. Ха Хён чувствовал, как жар приливает к нижней части тела, и бросил взгляд на часы.

— Времени хватит только на один раз, — пробормотал он, цокнув языком.

Ын Гиль тут же вскочила с кровати, вырвавшись из объятий. Её реакция была молниеносной.

— Пора на работу! — бросила она.

Ха Хён смотрел на неё, как хищник, готовый броситься за сбежавшей добычей.

Ын Гиль, игнорируя этот звериный взгляд, уже мысленно рисовала себе знакомую площадку.

— Последний матч сезона против «Черных Фурий», знаешь? — сказала она.

— И что? — отозвался Ха Хён с видом, будто это не имело значения.

Ын Гиль бросила на него раздражённый взгляд.

Ни капли напряжения, да?

Этот сезон, как и каждый год, был провальным, но в нём было немало позитивных изменений. Теперь оставалось собрать все эти изменения воедино и устроить настоящий взрыв на финальной сцене.

Последний матч V-лиги 20xx–20xx.

На этой площадке она поставит всё.

Оглавление | Глава 9. Часть 2

Непробиваемый блок. Глава 8. Часть 20

2025-06-26T16:06:13.567Z

Глава 8. Часть 19

Мин А, широко улыбаясь, переводила дыхание. Ын Гиль, ошеломлённая, осторожно окликнула её:

— …Мин А?

Такая раскалённая до предела Мин А была ей совершенно не знакома.

В этот момент, услышав шум, с другой стороны коридора неспешно подошёл Кан Чи Чжун. Как обычно, уткнувшись в телефон, он выглядел жалко, но Ён И Чжи, увидев бывшего деверя, оживилась, словно ей стало легче дышать.

— Молодой господин!

Её голос дрожал от эмоций. Он поднял голову, нахмурился, оглядывая обстановку. На первый взгляд, игроки окружали президента клуба, будто угрожая. Во главе стояла Со Мин А. Его рассеянный взгляд стал острее.

— Что вы все тут делаете?

Когда Кан Чи Чжун задал вопрос, Мин А, прикусив губу, впилась взглядом в Ён И Чжи. В её глазах загорелась злоба.

— Ага, подкрепление пришло. Теперь начнём выжимать сок по-настоящему?

— Мин А, что за тон? — Ён И Чжи сжалась, изображая жертву.

— А что с моим тоном? Пока тебя не было, я жила насыщенно. Сидела на форумах, которые бы ты в жизни не открыла: самых грязных, тёмных, жёстких, пока меня не забанили навсегда. Так что не жди от меня вежливости.

Лицо Ён И Чжи сморщилось, но быстро разгладилось. Для неё, любящей контролировать ситуацию, это было неприятно. Со Мин А казалась багом в системе.

— Если подумать, это благодаря тебе. Ты так меня растоптала, что я сидела дома, и вот результат. Восемьдесят процентов меня — твоя заслуга. Пора собирать урожай.

— …Молодой господин, — Ён И Чжи жалобно посмотрела на Кан Чи Чжуна.

Но он, разглядывая Мин А с любопытством, небрежно кивнул:

— Продолжай. Сегодня твой голос не дрожит.

— …

Их взгляды встретились, и её язык странно онемел.

Ён И Чжи тут же уловила её секундное колебание и выпрямилась.

— Это что, бунт?

Мин А, игнорируя горящий взгляд Кан Чи Чжуна, ответила:

— Уволите?

— Если понадобится.

— Тогда увольняйте. Без спортсменки Кон я тоже не останусь.

Она схватила Ын Гиль за запястье и развернулась. В этот момент Ён И Чжи прошептала так, чтобы слышали только они:

— Как странно, что наполовину человек, наполовину недоразумение такая дерзкая.

Для Ён И Чжи, пропитанной высокомерием и эгоцентризмом, было невыносимо, что её обыграла эта Со Мин А — та, что должна была оставаться раздавленной, как и запасная волейболистка.

Она, считавшая, что её красота, слёзы и жалобы могут манипулировать общественным мнением, не выросла ни на йоту.

— Ха Хён!

Она потянулась к Со Ха Хёну, который, в безупречном костюме, шёл через площадку со светом прожекторов за спиной, ведя какого-то мужчину.

— Ты здесь?

Он мельком оглядел всех, но его взгляд, как гвоздь, впился в Кон Ын Гиль.

— Ха Хён… — в глазах Ён И Чжи заблестели слёзы.

Но его лицо оставалось до неловкости бесстрастным. Отмахнувшись от её эмоций, он холодно протянул планшет.

На экране красовалась главная спортивная новость дня. Глаза Ён И Чжи, пробегающие по тексту, расширились от ужаса.

— Это… что?!

— Так получилось. Собирай вещи.

— Нет, это бред!

— Надо было работать усерднее, — он ответил сухо, без капли сожаления.

— …Надо позвонить Ён Чжуну, — тихо сказал Кан Чи Чжун.

— Позже. Он сегодня на свидании.

— Что?

— Позвольте представить, — Ён И Чжи была в шоке, но Со Ха Хён, не обращая внимания, слегка подтолкнул мужчину рядом. — Новый президент «Ветроуказателя», господин Ю Чжон У. С сегодняшнего дня UH выходит, а L Group занимает их место.

— !..

Игроки не успевали осмыслить события, взрывающиеся одно за другим.

Ын Гиль, непривычная к тому, что её желания кто-то исполняет, хотела прямо сейчас обнять Со Ха Хёна.

Она встретилась взглядом с неловко улыбающимся мужчиной.

Ю Чжон У. Муж президента L Group, компании «Еджи Файбер».

«Я заменю всё руководство. Поставлю тех, кто не будет рубить твою карьеру».

— Ах… — Ын Гиль сладко выдохнула.

Коварство и чуткость Со Ха Хёна давали свои плоды, и она их вкушала. Если поддаться этому вкусу, она могла бы стать тепличным цветком, не подходящим для нападающей.

Хрупким декоративным растением.

Но эти страхи она пока отодвинула. Её судьба и так была суровой. Чтобы превзойти непобедимых «Чёрных Фурий», не стоило слишком переживать из-за такой заботы.

Нужно было нагло, жадно принимать её.

Когда чувств не было, она думала, что будет брать его спонсорство, пока не лопнет. Но чем искреннее становились её эмоции, тем сильнее росла гордость. Его помощь казалась колючим троном.

Будто я проигрываю. Будто становлюсь слабой стороной.

Но сейчас она была искренне благодарна. Такое чувство, наверное, испытывает ребёнок, когда мама или папа завязывают ему шнурки перед школой.

Открыв дверь, она чувствовала, что может всё.

[ЭКСКЛЮЗИВ]

«Ветроуказатель» официально объявляет о продаже клуба!
Sports Today | 202X.X.XX | Reporter: Хан Чжэ Сон

Профессиональный волейбольный клуб «Ветроуказатель» с 35-летней историей, принадлежащий UH Group, ищет нового владельца.

На официальном сайте «Ветроуказателя» президент UH объявил о намерении продать клуб. «Ветроуказатель» заявил: «В ключевой момент для перехода клуба на новый уровень привлечение инвестиций стало затруднительным, и ради максимальной выгоды для игроков и фанатов было принято решение о продаже».

Секретарь Нам тактично увёл Ю Чжон У и игроков «Ветроуказателя» в сторону. Мин А тревожно косилась на Ын Гиль, а Кан Чи Чжун молча следовал за ней.

— Ха Хён?.. — Ён И Чжи не могла понять, что её потрясло сильнее.

Её глаза дрожали. Известие о новом браке её всегда доброго и преданного бывшего мужа? Или предательство мужчины, которого она хотела вернуть? Она не знала.

Неразрешённые эмоции превратились в раздражение, нервы натянулись. По праву этот мужчина, острый, как лезвие, должен был принадлежать ей.

Почему? Почему всё пошло наперекосяк?!

— Ха Хён? Мы видели кровь, прошли через ад вместе. Столько всего пережили, как ты мог меня забыть?

Мы особенные, поэтому и прошли через всё это! — она умоляла затуманенным взглядом.

Со Ха Хён, взяв Ын Гиль за руку, отрезал:

— Когда у меня ногу раздробило — это было ничто. Гораздо больнее — слышать, как она, та, кого ты презираешь, вздыхает. Её вздох ранил меня сильнее и глубже, чем всё, что ты со мной сделала.

— !..

— Ты ведь и сама знаешь, да? С того момента, как ты нацелилась на Кон Ын Гиль, игра была окончена.

Он холодно начал разоблачать её мелкие уловки.

— Ты думала, убрав Кон Ын Гиль, решишь всё. Считала её моим слабым местом. Но этим ты признала, что она для меня важна. И проиграла.

— !..

— Я ошибаюсь?

Ён И Чжи застыла, ошеломлённая, словно её проткнули.

— Проваливай. Здесь тебе нечего подобрать.

Она потеряла своё место. В этот момент «Ветроуказатель» обрёл нового хозяина.

[Конец третьего тома]

Оглавление | Том 4. Глава 9. Часть 1

Непробиваемый блок. Глава 8. Часть 19

2025-06-26T15:49:20.376Z

Глава 8. Часть 18

Через несколько дней, в разгар волейбольного матча в крытом спортзале, Ын Гиль, не участвующая в игре и сидевшая на скамейке, к середине второго сета оживилась, сменив угрюмое выражение на азартное. Она даже приподнялась.

— Сумасшествие, До Чжэ Хи! Как она так круто играет?! — мурашки побежали по ее коже, голос невольно стал громче.

Наблюдая за игрой со стороны зрителя, она забыла о своём положении и полностью погрузилась в матч. До Чжэ Хи, демонстрирующая игру намного лучше прежнего, была просто поразительна.

— Мин А, смотри на неё! Пас — просто огонь!

— Да, да! — Мин А, впервые за долгое время, широко улыбнулась и закивала.

— Что она вообще ела, чтобы так играть?

— Я, я не знаю!

Они вдвоём даже водили До Чжэ Хи к психиатру из-за её проблем. Но ещё до их вмешательства она сама пробила свою скорлупу. Первый шаг был трудным, но, обуздав свой талант, она росла с невероятной скоростью.

Состав команды не менялся до скуки, но с ней будто появился легионер — сила команды взлетела. Когда связующая начала атаковать двухступенчатыми пасами, растерянные лица соперников попали в кадр.

— Она вполне может в сборную, — многозначительно пробормотала Ын Гиль.

— С-спортсменка, вы прошли второй тест?

— Ага, чисто.

— Фух… — Мин А с облегчением выдохнула.

Она злилась, вспоминая, что обрушилось на Ын Гиль за эти дни. Всё началось, как только Ён И Чжи стала президентом клуба. Значит, это всё из-за неё.

— Что за бредовый допинг?

— Предупреждение.

— Что?

— Напоминание, чтобы я знала своё место и не слишком радовалась.

Мин А, склонив голову, быстро успокоилась.

— Ничего страшного.

— А?

— Я не б-боюсь. Увольнение, может, о-обернётся пустяком.

— Почему так думаешь? — удивилась Ын Гиль.

Предчувствия Мин А часто бывали точными. Если верить Со Ха Хёну, скоро у «Ветроуказателя» сменится материнская компания и президент, а статус «выброшенного» игрока, скорее всего, пересмотрят. Или вообще отменят.

— Д-другим не верю, но в г-грязный нрав брата верю. Он т-такой подлый, уже, н-наверное, начал д-действовать.

Послушав столь меткое описание, Ын Гиль сдержанно улыбнулась и перевела взгляд на игроков.

Слухи о её отчислении разлетелись молниеносно. Игроки и фанаты были ошарашены: «Зачем выгонять сильную спортсменку?». Ын Гиль кратко попросила не волноваться.

Игроки «Ветроуказателя», узнав об этом, онемели, но на площадке выложились по полной. Хоть матч и проиграли, их боевой дух пылал.

Сезон подходил к концу, и «Ветроуказатель» наконец сбрасывал свою скорлупу.

— Менеджер, ты же говорила, что хочешь выиграть кубок КОВО?

— …Да? Да!

Ын Гиль многозначительно улыбнулась.

— Не так уж это и невозможно.

Когда усталые игроки вернулись, она раздавала им воду и полотенца, похлопывая по плечам. Они, словно щенки перед прогулкой, нетерпеливо кусали губы. На пути в раздевалку…

— Кон Ын Гиль, что ты тут делаешь? — холодно бросила Ён И Чжи, с ID-картой на шее.

— Пришла посмотреть матч.

— Не видела объявление?

— Видела.

— И?

— Я же свободный агент. Делаю, что хочу. Проблемы?

— …Хватит играть словами. Уходи. Иди готовься к новой работе или играй в мяч в одиночестве, но вали из моего клуба.

Ён И Чжи дрожала от злости. Игроки тут же ощетинились взглядами. Ын Гиль, наклонив голову, позволила волосам, собранным в высокий хвост, соскользнуть по плечу.

— Знаете, я никогда не плакала, опираясь на кого-то, и не ябедничала. Но попробовала, когда разозлилась, и, неожиданно, это освежило.

Её лицо было странно довольным. Ён И Чжи, напротив, занервничала. Она затевала ссору, но почему Кон Ын Гиль вела себя так, будто всё уже кончено? Незаметная заноза разрасталась, давя на нервы.

— Спортсменка, я сказала — вон. — Ён И Чжи, не отводя глаз, указала на запасной выход. Жест был лаконичным, но властным.

— «Ветроуказатель» в тебе не нуждается.

— Да п-пошла ты!

Как упавший жёлудь, из ниоткуда выскочила Мин А. Решительно заслонив Ын Гиль, она уставилась на Ён И Чжи. Её глаза быстро моргали от напряжения, но в них искрились застарелые эмоции.

— Со Мин А, — Ён И Чжи посмотрела на неё свысока.

— Ч-что, п-психопатка!?

— !..

Все вокруг замерли от шока.

— Кажется, я ослышалась.

— П-п-правильно с-слышала, т-ты, подлая сука!

— !..

Лицо Ён И Чжи изменилось. Даже укушенная собственной собакой, она не выглядела бы так.

В тот же момент все игроки в коридоре замерли от удивления. Зная робкий характер Со Мин А, они широко раскрыли глаза, уставившись на неё.

— Ты кто такая, чтобы трогать мою с-спортсменку?! — голос Мин А, привыкший поддерживать на трибунах, гремел.

Ён И Чжи на миг остолбенела, будто находясь под гипнозом. Это было так не похоже на Мин А — такой отпор, такая атака.

Мин А, задрав подбородок, продолжила. Её грудь вздымалась от волнения, но голос был ледяным:

— Кон Ын Гиль будет партнёром для тренировок других игроков.

— …

— Если вы настоящий президент клуба, вы должны сделать всё, чтобы игроки могли продолжать играть. А если нет, то хотя бы поддержать их, пока они ищут новую работу!

Голос невольно стал громче. Мин А изо всех сил держалась, чтобы не потерять сознание. Все взгляды были прикованы к ней. Противостоять самому неудобному человеку было до ужаса страшно. Но, видя, как глаза Ён И Чжи наполняются стыдом и унижением, она ощутила странный прилив восторга.

Каждую ночь, сворачиваясь калачиком, она представляла, как пинает Ён И Чжи. Да, было такое.

Дрожащей рукой она сжала брюки. Чем больше она говорила, тем быстрее таял застарелый ком в груди, превращаясь в струящуюся воду.

— В профессиональном волейболе нет второй лиги. Поэтому клуб обязан взять на себя её роль, если хочет расти. Ради примера хотя бы!

— …

— Но вместо поддержки вы, президент, по своей прихоти выгоняете ведущего игрока команды. Это правильно? Правильно?!

— …

— Даже я, с дипломом старшей школы, знаю, что такое прогрессивное управление клубом! А вы, с вашим магистерским из Англии, почему катитесь назад?!

Мин А была беспощадна, Ён И Чжи дрожала. Игроки переглядывались, обмениваясь взглядами. Сурок, но до чего смелый.

— Не будьте такой некомпетентной.

Слова Мин А, кажется, попали в слабое место — лицо Ён И Чжи исказилось.

— И не липните к моему брату! Сколько лет прошло с тех пор, как он был вашим парнем?!

Первый раз был трудным, но второй — легче. Кричать перед пугающе красивой Ён И Чжи было адреналиновым взрывом.

— …Со Мин А, тебе не стоит так себя вести. Ты же видела, как мне было тяжело после аварии…

— Я менеджер «Ветроуказателя».

Глаза Мин А покраснели. С тех пор как Ён И Чжи начала появляться в доме Чжегёна, Мин А жила подавленно. Но теперь те годы поддерживали её спину, шепча: Кричи громче, ты можешь!

Впервые встав перед Ён И Чжи с высоко поднятой головой, она не смогла сдержать слёзы. Но плакать было рано.

— Я больше не та девчонка, что съёживалась перед тобой. Я менеджер «Ветроуказателя».

— …

— Первый раз, да? Что вас кто-то отчитывает. Особенно — я. — Мин А, прижав кулак к губам, ухмыльнулась. — Ваши жалостливые игры надоели. Авария? Её эффект давно выдохся. Рассказать всё по полочкам?

Она была как хулиган, размахивающий разбитой бутылкой вина.

— Играли с двумя мужиками, но чтобы избежать осуждения, сами себя покалечили, да? Чтобы получить индульгенцию!

— !..

— Не чтобы сбежать, а чтобы вызвать жалость! Так вы и Кан Ён Чжуна успешно заманили! Я так зла, что заикание прошло! Ху! Ху!

Оглавление | Глава 8. Часть 20