Radar Novels | Перевод новелл

Вишневая ловушка | 4

2026-06-07T12:25:48.838Z

Когда Ли Хви Тэ всерьез ступил на путь спортсмена, их миры начали потихоньку отдаляться друг от друга.

Как только он пошел в младшую школу и начал тренироваться по-настоящему, Мин У Хи как-то само собой забросила плавание. Пока мир Ли Хви Тэ превращался из веселых плесканий в суровые заплывы на выживание, будни Мин У Хи под завязку заполнились репетиторами по английскому и математике.

Они больше не могли тусить вместе, как раньше. Теперь они были просто соседями, которые лишь перекидывались дежурным «привет», пересекаясь в подъезде.

Однажды ближе к вечеру Мин У Хи вылетела из дома с рюкзаком, полным учебников. На ступеньках сидел до боли знакомый силуэт. Зависать так перед тренировкой стало для Ли Хви Тэ чем-то вроде обязательного ритуала.

Их глаза встретились, но в этот же момент друзья, ждавшие Мин У Хи у дома, начали махать ей руками:

— Эй, Мин У Хи! Давай бегом, мы опаздываем!

Услышав это, она ускорила шаг.

— Нуна.

Оклик Ли Хви Тэ прозвучал как-то отчаянно и торопливо. Мин У Хи даже не сбавила скорость, лишь на ходу обернулась через плечо:

— Ой, Ли Хви Тэ, прости! Я жутко опаздываю на допы! Хорошей тренировки!

Сверкнув лучезарной улыбкой, она умчалась к друзьям. Ли Хви Тэ еще долго стоял как вкопанный, глядя, как ее спина растворяется в веселой толпе.

Для Мин У Хи он больше не был тем малышом, которого нужно было опекать. Благодаря плаванию Ли Хви Тэ нашел свое место и, казалось, теперь отлично справлялся со всем сам. Жалость, с которой всё началось, ушла на второй план на фоне его успехов, а освободившееся место плотно заняли посиделки с друзьями и горы домашки.

Но однажды вечером Мин У Хи позвонила его мама.

— У Хи, солнышко, извини за беспокойство... Не могла бы ты уделить нам немного времени на этих выходных? У нашего Ли Хви Тэ первые соревнования, и я подумала, может, ты придешь за него поболеть? — Соревнования? — Ага. Кажется... без тебя ему совсем не в кайф плавать. Заладил, что хочет всё бросить...

Ли Хви Тэ? Я-то думала, ему нравится... Вот это новости.

— У Хи, пожалуйста, приди и скажи ему пару слов поддержки, а? А тетя тебе за это купит что-нибудь вкусненькое, договорились?

Гора нетронутой домашки давила на совесть, но голос в трубке звучал так жалобно, что Мин У Хи просто не смогла отказать.

— Да, конечно, я приду.

В день икс бассейн встретил ее удушающей жарой, едким запахом хлорки и оглушительными воплями родителей, срывающих голоса за своих чад.

Заплыв младшеклассников должен был вот-вот стартовать. Мин У Хи сразу выцепила взглядом Ли Хви Тэ: стоя на стартовой тумбе, он нервно шарил глазами по трибунам. Когда его тревожный взгляд наконец-то нашел ее в толпе, она принялась изо всех сил махать руками.

Глаза Ли Хви Тэ округлились от удивления. Но секунду спустя раздался сигнал, и он рыбкой нырнул в воду.

Только вот что-то явно шло не так. Он среагировал на старт с микросекундной задержкой, а в его гребках не чувствовалось ни капли мощи. Парень будто не на соревнованиях плыл, а так, расслабленно барахтался в лягушатнике. Перенервничал, что ли? — подумала Мин У Хи, качая головой, и принялась орать его имя во всю мощь своих легких.

Гонка близилась к финишу, а Ли Хви Тэ плелся в самом хвосте. И тут началось. Сделав последний разворот, он вдруг резко переключил передачу.

Его маленькое тело превратилось в торпеду, с бешеной силой разрезая воду. Соперники, которые только что были впереди, один за другим глотали его пыль. Когда он коснулся бортика, цифра на табло замерла на ровной тройке.

— Опять третий.

— Ну да. Хотя третье место — тоже отличный результат.

Из разговора соседей по трибуне стало ясно, что и в прошлых заплывах он финишировал третьим. Глядя, как Ли Хви Тэ вылезает из воды, Мин У Хи почувствовала странный осадочек. Это было непохоже на хитрую тактику экономии сил — скорее на жутко неестественный тормоз, будто он намеренно не давал себе пересечь какую-то невидимую черту.

Пока родители кутали Ли Хви Тэ в огромное полотенце, Мин У Хи наблюдала за ним издалека. Взрослые лучились гордостью, но у нее в голове вместо поздравлений крутилась куча вопросов.

На обратном пути, улучив момент, когда его родители заболтались с кем-то из знакомых, Мин У Хи наклонилась к нему и тихо спросила:

— Ты же специально слил заплыв, признавайся?

Ли Хви Тэ поднял на нее абсолютно пустое, ничего не выражающее лицо.

— Ненавижу, когда на меня пялятся. Если буду первым, заставят давать интервью и фоткаться.

Зная его социофобию, звучит вполне логично. Но взгляд Мин У Хи скользнул с его лица на плечи и руки — еще худые, но уже крепкие.

— То есть... ты реально мог прийти первым?

— Если поплыву быстрее — то да.

Он сказал это с таким равнодушием, будто речь шла о ком-то другом. Его взгляд лениво скользил по воздуху, словно он заново прокручивал в голове заплыв конкурентов.

— Они там еле ползают. Наверное, потому что мелкие.

Мин У Хи прыснула со смеху. Вся напряженность момента лопнула как мыльный пузырь. Слышать такие рассуждения бывалого старика от пацана, который сам от горшка два вершка — это было нечто. Она шутливо взлохматила его мокрые волосы.

— Ой, да ладно заливать! Языком-то мы все чемпионы.

Услышав это, Ли Хви Тэ мгновенно стал серьезным. Его черные глаза впились в нее, не моргая.

— Я могу.

— Ну так докажи! Возьми золото в следующий раз.

На ее подначку он ответил встречным вопросом:

— А ты... хочешь, чтобы я был первым?

— Конечно! Хочу, чтобы ты выложился на полную и победил. Так же интереснее. И тебе, и тем, кто смотрит.

— Я не про тех, кто смотрит. Я про тебя. Ты этого хочешь? — его голос стал еще тише.

Возникло странное чувство, будто весь шум вокруг вдруг исчез. Мин У Хи без колебаний кивнула.

— Да. Я тоже хочу увидеть, как ты заберешь первое место.

Тогда он сказал почти шепотом:

— Если ты придешь на меня посмотреть, я займу первое место. Обещаю.

В ней смешались сомнения и какое-то странное предвкушение. Сделав вид, что сомневается, она все же сцепила свой мизинец с его.

— Заметано. Приду и проверю.

Сама того не понимая, она заключила контракт: он будет рвать жилы ради победы, пока она дарит ему свое внимание.

В день следующих соревнований Мин У Хи, как и обещала, сидела на трибуне. Она смотрела на Ли Хви Тэ, стоящего на старте, с долей скептицизма. Тот, как обычно, просканировал трибуны, нашел ее и едва заметно улыбнулся. Зритель на месте — пора было отвечать за слова.

БАМ!

Стартовый выстрел прозвучал как удар грома. Тело Ли Хви Тэ пронзило воду с точностью гарпуна. От прошлой медлительности не осталось и следа. Он превратился в живое лезвие, вспарывающее водную гладь, а остальные пловцы на его фоне выглядели так, будто просто барахтаются на месте. Разрыв был просто колоссальным.

По трибунам прокатилась волна шепотков. Тренеры в шоке терли глаза и перепроверяли секундомеры, родители перешептывались: — Это вообще чей ребенок? — Но Ли Хви Тэ был абсолютно глух ко всему. Он просто мчался к финишу и первым коснулся бортика.

Секунда тишины — и зал взорвался ревом, увидев цифры на табло. Только тогда Ли Хви Тэ стянул очки. Тяжело дыша, он, даже не оглядываясь по сторонам, уставился в одну-единственную точку на трибунах. Встретившись взглядом с Мин У Хи, он расплылся в широченной улыбке — улыбке победителя, сдержавшего слово, предназначенной только для нее одной.

В тот момент, когда эта улыбка ударила прямо в нее, Мин У Хи прошибло током. Кровь закипела от дикого восторга. Перед ней больше не было того жалкого соседского мальчишки. Вместо него в бассейне стоял сгусток чистого, пугающего таланта, больше похожего на насмешку богов, чем на человеческие способности.

Сердце колотилось как бешеное. Ей стало до дрожи интересно: как далеко он сможет зайти? Где предел этой силы, которую она сняла с ручника всего одной фразой?

И вдруг она поняла: она ни за что не хочет пропустить момент, когда этот талант расцветет в полную силу. Ей нужно быть рядом. Ей нужно оставаться его единственным зрителем и главным стимулом.

С тех пор Мин У Хи железно присутствовала на всех его соревнованиях. А Ли Хви Тэ, словно расплачиваясь за ее присутствие, безжалостно забирал все золотые медали.

Их идеальный уговор работал как часы, пока мир Мин У Хи не начал расширяться за пределы жизни Ли Хви Тэ.

Всё пошло прахом, когда Мин У Хи перешла в среднюю школу и по уши втюрилась в одного парня.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Вишневая ловушка | 3

2026-06-07T12:21:33.078Z

После смерти Сольги Мин У Хи какое-то время не видела Ли Хви Тэ. Отсутствие этого молчаливого мальчишки оставило в её буднях какую-то странную, зияющую пустоту.

И вот, когда она уже начала всерьёз переживать, Ли Хви Тэ снова нарисовался на лестнице в подъезде. Мин У Хи тут же подбежала к нему и радостно поздоровалась:

— Ли Хви Тэ!

— ...

— Гуляешь? Не жарко? Будешь?

Она порылась в черном пакете и протянула ему мороженое. Вообще-то она купила ровно три штуки — для себя, мамы и папы, но сейчас с радостью отдала свою порцию. Слезы мальчишки, которые она почувствовала на своем плече пару дней назад, были такими горькими, что ей захотелось хоть немного подсластить ему жизнь.

Взгляд, спрятанный за длинной черной челкой, даже не дрогнул. Но Мин У Хи его молчанием было не пронять: она ловко сняла обертку и снова протянула эскимо.

— Ешь давай. Говорят, сладкое поднимает настроение. Между прочим, это моё любимое. Вишнёвое.

Наконец его взгляд скользнул по розовой палочке, а затем пронзительно уставился на саму Мин У Хи. Как только их глаза встретились, она широко и тепло улыбнулась.

— Если не съешь, оно же растает! Я на свои карманные деньги покупала, придется выкинуть.

— ...

Немного помявшись, он всё-таки взял мороженое и осторожно откусил кусочек. Сладкий лед с кусочками вишни и химозным вишневым ароматом исчез у него во рту.

— Вкусно же?

— ...Ага.

— Сегодня обещали дикую жару. Не сиди тут долго, иди домой. А я пойду...

Мин У Хи, наклонившаяся, чтобы заглянуть ему в глаза, начала выпрямляться, но вдруг чья-то рука отчаянно вцепилась в её рукав. Он не просто схватил её так, словно от этого зависела его жизнь — он вообще дотронулся до неё впервые. Мин У Хи обернулась с круглыми от удивления глазами. Взгляд Ли Хви Тэ тревожно бегал.

— А можно... ты еще побудешь со мной?

— ...А?

— Можешь не уходить? Побудь со мной еще.

Мин У Хи перевела взгляд с Ли Хви Тэ на пакет в своих руках. Если она задержится, оставшееся мороженое точно превратится в лужу, но пацан перед ней выглядел так, будто сам вот-вот сломается пополам.

Мин У Хи без раздумий плюхнулась рядом с ним. Нагретые за день каменные ступеньки жарили, как печка.

Хоть он её и остановил, больше не проронил ни слова. Но она всё понимала. Прямо сейчас ему нужно было только одно: чтобы она просто посидела рядом. Прямо как Сольги. Учитывая, каким букой он был и что в садик он не ходил, друзей у Ли Хви Тэ явно не водилось. Возможно, для него она была единственным человеком, похожим на друга. От этой мысли Мин У Хи даже почувствовала какую-то ответственность.

Она открыла второе мороженое, которое вообще-то предназначалось родителям, и откусила кусок. Во рту приятно растекся вишневый вкус.

— Обожаю всё вишневое. Мороженое, конфеты, да и саму ягоду тоже.

— ...Ага.

— А у тебя какой любимый вкус?

— ...Вишневый.

— Да ладно? Серьезно?

— ...Только что стал любимым.

— Ого, вот это я тебя угостила, да? У меня губа не дура, вкус отличный!

Она выдала это с такой хитрой ухмылкой — как обычно болтала с подружками — что Ли Хви Тэ фыркнул и улыбнулся. Воодушевившись, Мин У Хи завелась, как тамада на корпоративе, без умолку травя байки, а он тихонько поддакивал и время от времени хихикал.

В тот день они просидели вместе до тех пор, пока небо не окрасилось в цвета густого заката, а последнее мороженое в пакете не превратилось в бесформенную жижу.

И с того самого дня Ли Хви Тэ начал таскаться за ней хвостиком. То ли ему было скучно одному, то ли пустота после потери Сольги оказалась слишком огромной, но стоило ей выйти из квартиры, как он уже ждал её у двери, прямо как по волшебству.

Мин У Хи с удовольствием брала над ним шефство. Хотя всё её шефство сводилось к тому, чтобы сидеть рядом и работать личным клоуном-болтуном.

Так незаметно пролетело почти всё это адски жаркое лето.

— Ладно, мне пора бежать.

Когда Мин У Хи вскочила на ноги раньше обычного, Ли Хви Тэ ухватил её за руку.

— Ты куда?

Он впервые назвал её нуной, и это прозвучало как-то непривычно. Она-то постоянно называла себя старшей сестрой, но от него услышала это в первый раз. Слегка растерявшись, Мин У Хи объяснила:

— На плавание. Я пару дней назад записалась в бассейн тут неподалеку.

Ли Хви Тэ немного помялся и спросил:

— А мне можно с тобой?

Мин У Хи задумалась. В её бассейн пускали только по абонементу. Но если Ли Хви Тэ сам захотел куда-то пойти — это был суперский знак.

— Хм... Давай-ка спросим у твоей мамы.

Мин У Хи снова протянула ему руку, и он без колебаний за неё ухватился, поднимаясь на ноги.

Родители Ли Хви Тэ, переживавшие из-за того, что сын впал в депрессию после смерти собаки, так обрадовались его новому интересу, что без вопросов оплатили ему занятия. Так Ли Хви Тэ стал ходить на плавание вместе с Мин У Хи.

На первом занятии он вел себя ожидаемо — даже хуже, чем ожидалось: шугался всего подряд. Дети пытались с ним заговорить, тренер называл его имя, а он только прятался за спиной Мин У Хи.

Делать было нечего. Извинившись перед тренером, она потащила Ли Хви Тэ в лягушатник для малышей. Мин У Хи плюхнулась в воду первая и со смехом брызнула в него водой. От капель он смешно сморщил нос, но всё-таки слегка улыбнулся.

— Холодно. Прекрати.

— А вот и нет! Тебе всё равно придется намокнуть, так что давай, залезай!

— Мне страшно.

— Да брось, тут вообще не страшно. Воды всего по пояс!

Она протянула ему руки. Ли Хви Тэ пару секунд переводил взгляд с её ладоней на лицо, а потом схватился за них и осторожно спустился в бассейн. Когда он пошатнулся от сопротивления воды, Мин У Хи тут же подхватила его, чтобы он не упал.

— Поймала!

— ...

— Видишь, совсем не страшно!

Он кивнул, всё ещё держась за её руки, которыми она его обхватила.

— Сейчас покажу, чему уже успела научиться. Так, сначала держись за бортик.

Мин У Хи показала на своём примере: схватилась за край бассейна, опустила лицо в воду и начала объяснять, как правильно дышать.

— Опускаешь лицо и задерживаешь дыхание. Потом выдыхаешь под воду: Ум-м-м. А когда выныриваешь, делаешь: Па-а-а. Повторяй за мной. Ум-м — па, ум-м — па.

Он посмотрел на неё, потом на воду, и осторожно попробовал повторить.

— Ум-м — па. Так?

— Ого! С первого раза получилось? Да, именно так. Давай ещё разок.

— Ум-м — па. Ум-м — па.

Услышав шквал похвалы, Ли Хви Тэ заметно повеселел и даже порозовел. Кажется, он поймал кураж. Когда она показывала: — Смотри, ногами нужно работать вот так —, он повторял движения с идеальной точностью. — Ничего себе, да ты крут! — Чем больше она его хвалила, тем увереннее и активнее он барахтался.

Мин У Хи так увлеклась, что не сразу заметила, как её взгляд скользнул в другой конец бассейна. Там тренер собрал детей и показывал им новый стиль плавания. Ей до жути захотелось тоже пойти и научиться. В этот момент взгляд Ли Хви Тэ, до этого прикованный только к ней, слегка дрогнул.

— ...Хочешь к ним?

Его голос прозвучал так тихо и глухо, что было сложно поверить, что еще пару секунд назад он веселился. Ясное личико тут же потускнело. Мин У Хи замялась на секунду, но решила сказать правду.

— Ага, хочу научиться чему-то новенькому.

Она неловко улыбнулась, но Ли Хви Тэ ничего не ответил, лишь уставился на воду. Его маленькие пальцы сжали край кафельного бортика так сильно, что побелели костяшки. Зря я это ляпнула. Он же дико боится чужих, и кроме меня ему тут помочь некому, — мысленно отругала себя Мин У Хи.

И тут, после долгого разглядывания водной глади, он поднял голову. На его лице читалась решимость.

— Тогда пошли. Думаю, я тоже справлюсь.

Он немного помялся, а потом добавил тоном, не терпящим возражений:

— Но только если ты будешь рядом. Постоянно. Ни на шаг от меня не отходи.

Это звучало не как просьба, а скорее как условие, необходимое ему для смелости. Мин У Хи радостно закивала. И они бок о бок поплыли к тренеру.

С того самого дня, как они присоединились к общей группе, Ли Хви Тэ начал демонстрировать такие таланты, словно вся его былая неуверенность была просто шуткой.

Он впитывал инструкции тренера как губка и вскоре уже уверенно рассекал воду. Семилетний пацан, который только-только начал заниматься, преспокойно плыл на спине, вызывая у взрослых неподдельный восторг.

— Вы только посмотрите, ну вылитый тюлень!

— Говорят же, что в спорте главное талант — вот наглядный пример! Ему прямая дорога в профессионалы.

Слушая эти восторженные ахи и охи взрослых, Мин У Хи раздувалась от гордости, будто хвалили её саму.

— Ли Хви Тэ, взрослые с тебя в шоке! Говорят, ты плаваешь круче старших ребят. Как ты вообще так спокойно на спине лежишь?

— Да просто... расслабляюсь и всё...

— Вау. А мне страшно, я так не могу. Ты реально крут!

Мин У Хи, сидящая на корточках у бортика, восхищалась им абсолютно искренне. Ли Хви Тэ, дрейфующий на спине, вдруг резко перевернулся. Бултых! — он уткнулся лицом в воду и быстро поплыл прочь, словно убегая от нее. Кончики его ушей, торчащие из-под шапочки, полыхали красным.

Мин У Хи тихонько улыбнулась, представляя, как он там, под водой, расплывается в улыбке. Лицо мальчишки, которое раньше было таким мрачным, наконец-то ожило. В каждом его движении, рассекающем воду, читалась чистая радость. В воде Ли Хви Тэ наконец-то обрел свободу — словно человек, вспомнивший свой родной язык.

И первым его талант разглядел тренер. В один прекрасный день он подошел к родителям Ли Хви Тэ и осторожно, но очень уверенно сказал:

— Мама Ли Хви Тэ, у вашего сына феноменальное чувство воды. Он плывет быстрее ребят, которые старше его. Не хотите ли... отдать его в профессиональный спорт?

Перед Ли Хви Тэ открывался совершенно новый, невиданный доселе путь. И начался он с той самой водной дорожки, которую открыла для него Мин У Хи.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Вишневая ловушка | 2

2026-06-07T12:17:43.804Z

Так как Мин У Хи и Ли Хви Тэ жили по соседству, они частенько пересекались. Сегодня тоже, выйдя в школу, она увидела Ли Хви Тэ, который стоял перед лифтом с собакой на руках.

— Привет, Ли Хви Тэ!

Не могла же она просто стоять и молчать, ожидая лифт. Но на ее приветствие Ли Хви Тэ лишь бросал короткий равнодушный взгляд и отворачивался. Поначалу такой игнор немного напрягал, но теперь она к этому уже привыкла.

Точнее, с того самого момента, как соседка пожаловалась её маме, что подумывает сводить сына к мозгоправу, подозревая у него проблемы с развитием. Для Мин У Хи соседский мальчишка Ли Хви Тэ стал кем-то вроде глухонемого.

Как только она решила, что Ли Хви Тэ не специально ее игнорит, а просто не в состоянии ответить, ей стало абсолютно фиолетово. Мама же говорила, что относиться с пониманием к тем, кому тяжело — это правильно.

В лифте, куда они зашли вдвоем, Мин У Хи беззаботно напевала себе под нос. Глядя на цифры, быстро бегущие вниз с шестого этажа, она спросила:

— Слушай, а Сольги — мальчик или девочка?

Как обычно, в ответ — тишина. Поняв, что ее снова проигнорили, Мин У Хи лишь усмехнулась про себя и стала ждать, когда уже откроются двери. Но тут:

— Девочка.

Вот это нежданчик! Она впервые услышала голос Ли Хви Тэ, и для ребенка он оказался довольно низким. Звучало так глухо и сыро, словно он слишком долго держал это слово во рту. Этот голос как будто прилип к ушам и никак не хотел отпускать.

— А... понятно.

— Ей пятнадцать лет.

— Ого, да она старше меня!

— Больное сердце.

Ли Хви Тэ выдал инфу о Сольги, о которой его даже не спрашивали. А как только двери лифта открылись, он пулей вылетел наружу, даже не обернувшись. Пацан, из которого слова не вытянешь, выложил всё как на духу, стоило только заговорить о его собаке. Сразу ясно — весь его мир крутится вокруг Сольги.

— Сольги... старушка... больное сердце...

Переваривая новые факты о соседской собачке, на которую она втайне поглядывала, Мин У Хи вышла на улицу.

На газоне возле дома Ли Хви Тэ уже выгуливал свою Сольги. Он опускал её на траву, она нюхала зелень и делала свои дела. После этого Ли Хви Тэ аккуратно убирал за ней в пакетик, снова брал старушку на руки и бродил с ней вокруг дома.

Наверное, именно в тот момент Мин У Хи поняла: Ли Хви Тэ никакой не отсталый. Просто он в упор не замечает того, что ему неинтересно. И соседская девчонка на четыре года старше явно в список его интересов не входила.

Возвращаясь из школы, она постоянно натыкалась на эту парочку на улице. Они не всегда гуляли — иногда Ли Хви Тэ просто сидел на ступеньках подъезда. Ступенек было всего штуки четыре, но чтобы попасть домой, нужно было по ним подняться, так что не заметить его было нереально.

Взрослые всегда приветливо здоровались с малышом, но Ли Хви Тэ включал режим тотального игнора. Кого-то это смущало, кого-то даже бесило, но мелкому было глубоко по барабану. Всё его внимание было приковано к дыханию белой собачки, мирно спящей у его ног.

— Привет, Ли Хви Тэ! Всё еще гуляете?

Мин У Хи весело бросала ему на ходу, поднимаясь по лестнице. Она вообще была болтушкой, и привыкла, что люди иногда пропускают её слова мимо ушей, так что его молчание её ни капли не задевало. Да и не хотелось быть той обидчивой старшей сестрой, которая отворачивается и убегает только потому, что соседский мальчишка с ней не поздоровался. Это как-то глупо и мелочно.

Но где-то через месяц её настойчивость принесла плоды: Ли Хви Тэ начал подавать признаки жизни.

— Привет, Ли Хви Тэ! О, ты в футболке. Жарко на улице, да?

На этот вопрос он вдруг легонько кивнул.

— Привет, Ли Хви Тэ! Походу, Сольги обожает гулять, вы постоянно на улице.

— Ага... любит. Нюхать траву.

В какой-то момент у них даже наладился диалог.

— Слушай, а ты в садик не ходишь?

— Не хочу... Я дома с мамой занимаюсь.

— Но там же можно друзей завести!

— Не хочу.

Дошло до того, что она могла спросить у него всё, что ей было любопытно. Мин У Хи втайне гордилась тем, что соседский бука начал с ней общаться. Общительная Мин У Хи вообще легко сходилась с людьми, а Ли Хви Тэ был для неё чем-то вроде сложного уровня в игре. И каждый раз, когда он отвечал, она ловила от этого кайф.

Ей казалось, что кроме семьи, она — его единственный друг.

Так шло время. И вот однажды летним утром зарядил такой ливень, что хоть ведра подставляй.

— Слушай, а можно мне разочек погладить Сольги?

— ...

Кажется, это был перебор. Собачка не выглядела злой, и у Мин У Хи давно чесались руки её потискать. Пауза затянулась, и Мин У Хи уже было сдалась, как вдруг Ли Хви Тэ чуть пододвинул мордочку Сольги в её сторону и настороженно буркнул:

— Только один раз.

Сольги была для Ли Хви Тэ сокровищем номер один. Мин У Хи осторожно протянула руку и погладила маленькую головку — дважды. Правда, она сделала это так быстро, что пацан, скорее всего, не заметил. Сольги на её прикосновения отреагировала спокойно, без всякой агрессии.

— Какая милашка...

Мягкость шерстки и легкое тепло, оставшееся на пальцах, как-то по-особенному согрели сердце.

— Дай и завтра погладить! Завтра — целых три раза.

— ...

— Не хочешь?

— Ага.

Да уж, видимо, они еще недостаточно сблизились. Немного расстроившись, Мин У Хи помахала на прощание не Ли Хви Тэ, а только Сольги, и потопала в школу.

Когда она возвращалась домой, дождь разошелся не на шутку. Даже под зонтом края одежды насквозь промокли.

Они там? Да не, в такой ливень точно дома сидят, — думала она.

Но когда сквозь стену дождя показался её дом, под козырьком подъезда она разглядела знакомый силуэт. Косой дождь заливал прямо под козырек, хлестая по щиколоткам, но Ли Хви Тэ, как обычно, торчал там. Мин У Хи так обрадовалась, увидев его, что вся утренняя обида тут же улетучилась.

— Ли Хви Тэ! Такой дождь льет, чего ты домой не идешь...

Она подошла ближе. И тут же поняла: что-то не так.

Он прижимал к себе свою белую собачку. Ли Хви Тэ тряс Сольги изо всех сил, но её голова лишь безвольно моталась из стороны в сторону. В любой другой день она бы раздраженно махнула хвостом.

Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Когда Мин У Хи подошла вплотную, она увидела белое как мел лицо Ли Хви Тэ. Его всего трясло — мелкой, едва заметной, но непрерывной дрожью.

— Ли Хви Тэ, что стряслось? Что с... Сольги?

Только сейчас он её заметил. И в этот момент плотину прорвало — из его глаз хлынули слезы.

— Сольги... хнык... Сольги не шевелится... С ней что-то не так, она не двигается!

От его паники у Мин У Хи в голове тоже помутнело. Но она быстро взяла себя в руки и присмотрелась к обмякшей собаке. Слава богу, живот Сольги едва заметно вздымался. Она дышала. Но дыхание было таким слабым, что накатил леденящий страх — она могла перестать дышать в любую секунду.

Нужно было срочно звать взрослых. Но звонить родителям, объяснять ситуацию и ждать, пока они прибегут — это слишком долго. Прямо сейчас она была единственным взрослым, способным хоть что-то сделать. Рыдающий в истерике малыш был совершенно беспомощен. Действовать нужно было ей.

Мин У Хи отшвырнула зонтик. И почти силой вырвала Сольги из рук мальчика, прижав её к своей груди. Ли Хви Тэ рефлекторно потянулся за собакой, но Мин У Хи без колебаний крепко сжала его ледяную, дрожащую ладонь.

— Ли Хви Тэ! — позвала она, стараясь звучать как можно увереннее и тверже. — Сможешь добежать до ветеринарки?

Его расфокусированный взгляд наконец-то прояснился, и он впервые посмотрел прямо на неё. Поколебавшись секунду, Ли Хви Тэ отчаянно закивал.

— ...Ага.

Одной рукой Мин У Хи бережно прижимала к себе еле дышащую Сольги, а другой — намертво вцепилась в дрожащую руку Ли Хви Тэ. И они рванули прямо под проливной дождь, хлещущий как из ведра.

Они промокли до нитки, продрогли до костей, но каждый раз, чувствуя дрожь мальчика, в ней закипала решимость. Она хотела их защитить. И Сольги, которая была для Ли Хви Тэ целым миром, и самого Ли Хви Тэ, который так отчаянно этот мир любил.

Ветеринарка находилась довольно далеко от их дома. Мин У Хи неслась изо всех сил, обливаясь потом, а Ли Хви Тэ бежал за ней, как привязанный. На холодном полу клиники дождевая вода смешалась с грязью, оставляя темные, похожие на кровь лужи.

Влетев внутрь, запыхавшаяся Мин У Хи буквально повисла на стойке регистрации и закричала:

— Собака задыхается! Сделайте что-нибудь, пожалуйста!

Перепуганная медсестра тут же провела их в смотровую. Мин У Хи аккуратно положила Сольги на холодный металлический стол.

Неужели она бежала слишком медленно?

Обмякшая старушка-собака с трудом сделала последний судорожный вдох. Её полузакрытые глаза в последний раз посмотрели на плачущего Ли Хви Тэ. Дыхание стало совсем тихим, а затем она замерла. В её помутневших глазах так и осталось отражение её маленького хозяина.

Ветеринар послушал её стетоскопом, тяжело вздохнул. А затем присел, чтобы быть на одном уровне с детьми, и попытался объяснить самое страшное.

— Знаете, за радугой есть такое место, где все хорошие животные живут вместе, не болеют и радуются. Сольги отправилась туда. Ей больше не больно.

Но Ли Хви Тэ эти добрые слова были как об стенку горох. Для своих семи лет он прекрасно понимал, что такое смерть — это прощание навсегда.

Мальчик опустошенно смотрел на бездыханное тело Сольги, а потом просто осел на пол. Он разрыдался так горько, словно его мир только что рухнул. Горячие слезы капали прямо на холодный кафель.

Глядя на него, Мин У Хи не могла выдавить из себя ни слова. Адреналин, гнавший её под дождем, отступил, и тело внезапно стало ватным. Она просто опустилась на корточки рядом с рыдающим Ли Хви Тэ. И, не раздумывая, крепко его обняла.

— Тише, тише... Она теперь в лучшем мире.

Она гладила его по спине и плакала вместе с ним. Ли Хви Тэ уткнулся ей в плечо, вцепившись в неё так отчаянно, словно она была последней спасительной соломинкой на краю пропасти.

Его горячие слезы еще долго мочили плечо Мин У Хи.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Вишневая ловушка | 1

2026-06-07T12:10:43.598Z

В шумной кафешке на стене висел телик, по которому как раз крутили финал по плаванию на Олимпиаде. Синие дорожки бассейна на экране выглядели так освежающе, что на секунду можно было забыть о полуденной жаре.

Народ уплетал дымящийся пудэччигэ и болтал о своём, но как только голос комментатора зазвучал громче, все один за другим уставились в экран.

— Итак, финал на 200 метров вольным стилем среди мужчин! Начинаем с минуты на минуту! Лучшие пловцы мира собрались в одном месте. Ох, чувствую, нас ждет легендарная битва, финал которой невозможно предсказать!

— Да-да! Особенно стоит обратить внимание на 3-ю дорожку: наш южнокорейский спортсмен Ли Хви Тэ показал просто невероятный рывок на отборочных, так что в глубине души мы очень надеемся на медаль.

Имя корейского пловца, пробившегося в финал, резануло слух. Шум в кафешке мгновенно стих, и повисла напряженная, почти звенящая тишина.

Пииип. Сигнал — и спортсмены синхронно нырнули в воду.

— Погнали! Ох, какой отличный старт у Ли Хви Тэ! Он мощно вырывается вперед с самого начала и сейчас держится в тройке лидеров!

— Именно! Отличный темп. Если он так и продолжит, то во второй половине у него все шансы на победу. Какие мощные гребки!

Мин У Хи сама не заметила, как сжала руки в замок. Ее взгляд неотрывно следил только за Ли Хви Тэ — точнее, за его черной шапочкой, мелькающей в брызгах воды. Остальные пловцы слились для нее в размытое пятно.

— Так, последние 50 метров! Сейчас решится всё! Разрыв с первым и вторым местом всего полкорпуса! А-а-а, Ли Хви Тэ вырывается вперед! Набирает скорость! Догнал! Они идут почти вровень! Решающее касание!

Возбужденный голос комментатора заполнил всю кафешку. Все как один болели за нашего. После сумасшедшей борьбы корейский спортсмен коснулся бортика на долю секунды раньше остальных, и в ту же секунду заведение взорвалось оглушительными аплодисментами.

— Золото! Это золото! Южная Корея! Просто невероятная драма с красивым финалом! Наш спортсмен творит историю! Разница всего в 0,02 секунды! Парню всего 21 год, по международным меркам вообще 19, а он уже дарит стране золотую медаль!

— Ох... у меня аж слезы наворачиваются. Просто невероятно! Какая сила духа, он не сдавался до самой последней секунды! А этот взрывной рывок на последних 10 метрах... До мурашек!

— Офигеть! Ну он и монстр, — восхищенно выдохнул сидящий рядом коллега.

Мин У Хи крепко сжала кулаки, беззвучно ликуя. На весь экран показали Ли Хви Тэ: он снял шапочку, стянул очки и смотрел на свои результаты. Казалось, весь мир вокруг утонул в этой прохладной синеве бассейна.

— Так, сейчас он смотрит на табло... проверяет свое время... и улыбается! Наш Ли Хви Тэ обычно такой суровый молчун, из него эмоций не вытянешь. Но, увидев золото, он наконец-то улыбнулся!

— Как же я ждал эту улыбку! Наконец-то он стоит на вершине мира и сияет ярче всех!

Когда его лицо — с темными волосами и блестящими каплями воды — показали крупным планом, по кафешке прокатился коллективный вздох восхищения.

— Ну всё, парень теперь суперзвезда. Мало того, что золото взял, так еще и красавчик, — бросил кто-то.

— Чувствую, теперь он будет торчать в каждой рекламе, аж глаза замозолит. Да уж, хорош, ничего не скажешь, — поддакнул другой коллега.

Пока все вокруг дружно восхищались и нахваливали нового кумира, Мин У Хи не выпускала телефон из рук. В семейном чате творился полнейший хаос — мама с папой строчили сообщения от переизбытка эмоций.

Мин У Хи быстро набрала в ответ:

— Это жесть

— У меня прям мурашки! — и радостно отправила. Наверное, она перенервничала не меньше спортсменов: руки слегка тряслись, а на глаза наворачивались слезы. Заметив, что она радуется как-то слишком бурно, коллеги удивленно на нее покосились.

— Чего такая довольная? Так радуешься нашему золоту? — с любопытством спросил начальник.

Мин У Хи поспешно отложила телефон и ответила:

— Да не совсем. Просто мы в детстве были знакомы.

— С кем? С Ли Хви Тэ? — у начальника глаза на лоб полезли.

Мин У Хи легонько кивнула:

— Ага, он раньше жил по соседству. Младший брат.

Глаза коллег тут же загорелись неподдельным интересом.

— Ого! Ничего себе совпадение. И как, в детстве он тоже был симпатягой? — спросила старшая коллега.

Мин У Хи закивала, даже не раздумывая.

— Да, отбоя от поклонниц не было. Мы переехали, когда я была в первом классе старшей школы... Так что я видела его до шестого класса началки. Даже тогда девчонки-старшеклассницы втихаря его фоткали, потому что он был просто очаровашкой.

В ее голосе прозвучала какая-то странная, но милая гордость. Коллеги так удивлялись ее знакомству со знаменитостью, что плечи Мин У Хи невольно расправились от самодовольства.

— Обалдеть, у тебя в знакомых мировая звезда! Давай, пиши ему поздравления! — весело предложил начальник.

Мин У Хи замялась. Ее пальцы замерли над экраном телефона.

— Ой... мы так давно не общались. Не хочу быть той самой странной знакомой, которая объявляется только тогда, когда человек стал популярным. Это как-то неловко.

Коллеги понимающе закивали.

— Ну да, ему сейчас по-любому все подряд названивают. Особенно всякие — старые школьные друзья —, которые внезапно вспомнили о его существовании.

Мин У Хи горько усмехнулась:

— Вот-вот, не хочу, чтобы он так подумал. Мы ведь просто жили в одном дворе, зачем мне строить из себя его лучшую подружку?

Она решила, что не хочет быть одной из той толпы прилипал, что слетаются на чужую славу. Мин У Хи мысленно поздравила Ли Хви Тэ с победой и снова сосредоточилась на своей еде.

Дело было 13 лет назад. Мин У Хи тогда исполнилось одиннадцать.

Впервые в жизни у них появился — свой дом —. Ее родители, не самые богатые люди, долго ютились в съемной полуподвальной квартирке, экономили на каждой крошке и, скопив копейка к копейке, наконец-то купили квартиру в новостройке. Им не удалось переехать до того, как Мин У Хи пошла в школу, как они планировали, но это все равно была огромная победа.

Их первая собственная квартира! Радости не было предела: по вечерам вся семья садилась в машину и ехала к стройке. Они считали этажи еще не достроенного серого здания и указывали пальцем точно на свою будущую 601-ю.

— Мин У Хи, вон там наш дом!

Одиннадцатилетняя Мин У Хи еще не до конца понимала всю крутость слова — собственность —, но родительский восторг передался и ей, заставляя сердце биться чаще.

И вот день настал: Мин У Хи переехала в новую квартиру. В коридорах еще висел этот специфический запах свежего ремонта и бетона, но зато в открытые окна ярко светило солнце, а весенний ветерок приносил аромат свежей травы.

Они уже почти закончили разбирать коробки, как вдруг в дверь позвонили. Мин У Хи на автомате глянула в домофон. На пороге стояла соседка, с которой они уже успели перекинуться парой слов при переезде.

— Здравствуйте! Мы из 602-й.

Мама Мин У Хи узнала ее и радостно распахнула дверь.

— Мы теперь соседи, так что зашли познакомиться!

— Ой, здравствуйте! А мы как раз тоже собирались к вам заглянуть.

Приятная соседка протянула Мин У Хи тарелку с рисовыми пирожками, щедро посыпанными красной фасолью. Мама погладила дочку по голове — мол, давай, не тупи. Мин У Хи тут же послушно поклонилась.

— Спасибо большое!

— Ой, какая шустрая! Сколько тебе лет?

— Мне одиннадцать!

Тут в разговор встряла мама:

— Нас тут трое: мы с мужем и дочка. А вы молодожены? — поинтересовалась она, прикидывая возраст соседки, которая выглядела моложе нее. В их 101-м доме в основном жили молодые семьи с одним ребенком.

В этот момент соседка вытянула из-за спины мелкого пацана, который прятался там, как тень.

— У нас тоже трое: мы с мужем и наш семилетний сын.

Услышав это, мальчишка, чья длинная челка закрывала пол-лица, посмотрел на свою маму и приподнял собачку, которую держал на руках. Соседка поняла намек и поправилась:

— Ах да, с нашей собачкой Сольги нас четверо. Она у меня еще до замужества появилась, так что теперь старушка, сил совсем мало.

Взгляд Мин У Хи тут же переместился с мальчишки на крошечное существо у него на руках. Обычно у собак носы черные, но у этой белой пушинки носик был светло-коричневым.

Мальчик без остановки теребил пушок на висячих ушах смирной собачки. Казалось, весь остальной мир для него просто не существовал. Заметив, что сын витает в облаках, соседка поторопила его:

— Ли Хви Тэ, поздоровайся с соседями. Мы же договаривались.

Но мальчик даже бровью не повел. Тогда Мин У Хи взяла инициативу в свои руки:

— Привет, Ли Хви Тэ! Я Мин У Хи. Мне одиннадцать. Давай дружить!

Она приветливо протянула руку, но Ли Хви Тэ даже не взглянул в ее сторону. Рука так и повисла в воздухе. Соседка сгорала от стыда и, чтобы хоть как-то сгладить момент, сама пожала руку Мин У Хи.

— Прости, пожалуйста, Мин У Хи. Наш Ли Хви Тэ такой молчун, да и стесняется ужасно.

Объяснившись с девочкой, соседка виновато посмотрела на маму:

— Извините. Он жутко боится незнакомцев.

— Да ничего страшного. Маленький еще, вот и дичится, — с понимающей улыбкой ответила мама, ласково поглаживая Мин У Хи по волосам, чтобы поддержать дочь, чье приветствие так нагло проигнорировали.

Соседка вздохнула и убрала длинную челку с лица сына:

— Если бы... У него совсем беда с общением... В садик ходить отказывается, целыми днями только с Сольги возится... Честно говоря, мы из-за этого очень переживаем.

— Ох, ну ему бы друзей завести.

Пока взрослые вздыхали и обсуждали свои проблемы, Мин У Хи во все глаза рассматривала Ли Хви Тэ. Когда мама убрала его челку, девочка наконец смогла разглядеть его глаза. Как она и думала, пацан не отрывал взгляда от собаки. Но, к ее огромному удивлению, он улыбался!

В его прищуренных глазах светились такой интерес, радость и огромная любовь, что Мин У Хи сама невольно улыбнулась.

Этот соседский мальчишка Ли Хви Тэ оказался просто суровым молчуном. Но уж точно не плохим парнем.

Так и состоялась их первая встреча.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Владыка демонов, пришло время платить за аренду! | 4

2026-05-31T10:15:23.412Z

— Я работаю садовником, меня зовут Ромейн.

— Вот как, понятно.

Я нацепил на лицо самую милую улыбку, на которую был способен, и лихорадочно соображал, что делать дальше. Упустить такой шанс — просто преступление. Если сейчас раскроется, кто мой дед, я моментально стану соучастником всех его мутных делишек. А как обвести вокруг пальца этого дотошного дворецкого — идей ноль. Оставалось только надеяться, что этот парень в фиолетовом как-нибудь заболтает его, пока я не придумаю хоть что-то правдоподобное. Натас не сводил с меня глаз, но обратился к своему гостю:

— Ты пришел раньше времени. Не мог бы выйти? И сколько раз тебе повторять: стучись, прежде чем входить?

— Ой, я так соскучился по твоим нотациям! А там, откуда я, одни стариканы, от них такая тоска, хоть вешайся.

Он ответил с такой невозмутимой наглостью, что уходить явно не собирался. Парень спокойно налил кофе в две чашки, принес одну мне и уселся рядом.

— Этот тип бедолаг-сотрудников гоняет в хвост и в гриву, даже кофейку не предложит. Я Асмодей, можно просто Аш.

— Ой, спасибо.

— Я же просил тебя выйти, — отрезал Натас.

— Слушай, а что это у тебя тут за развалы на столе?

Асмодей уставился на мои записи, и я чуть не подпрыгнул от испуга — только-только удалось перевести тему, и вот мы снова в тупике. Я сглотнул ком в горле и покосился на Натаса. Тот уже был на грани и выставил Асмодею ультиматум:

— Немедленно вон.

— Ой, всё-всё, ухожу. Чего ты сегодня такой колючий?

Единственный шанс на спасение начал подниматься с места. Асмодей стал небрежно накидывать пальто, а я смотрел на него таким умоляющим взглядом, что, кажется, это можно было прочесть без всякой телепатии: «Только не уходи! Пожалуйста!» Видимо, до него дошло, потому что он округлил свои желтые глаза и плюхнулся обратно на диван.

— Ой, погоди-ка. Ромейн, ты ведь сказал, что тебя так зовут?

Асмодей схватил меня за руку — его кожа была теплой, а от него самого разило цветами. На его лице читалось такое удивление и восторг, что я, не зная, что ответить, решил просто подыграть.

— Да, Ромейн.

— Брось ты это «Асмодей», мы же свои! Сколько лет, сколько зим? Последний раз виделись два года назад, да?

— Ты опять за свое? — рыкнул Натас.

— Не мешай нам воссоединиться после разлуки, ты, вредина! Да и вообще, пойдем ко мне в комнату, расскажешь, как ты тут без меня пропадал.

— Ромейн, никуда ты не пойдешь, — отрезал дворецкий.

— А вот и пойду! Сегодня я наконец-то не буду одиноким вечером, в отличие от некоторых вечных холостяков вроде Натаса.

Он выдал такое шоу, что я даже рот открыл. В итоге он все-таки вытащил меня из гостиной, и мы припустили по коридорам так, что дворецкий остался далеко позади. Я понятия не имел, зачем ему все это нужно, но от души поблагодарил его.

— Огромное спасибо, вы меня просто спасли!

— Ой, ну как я мог бросить такого милашку в беде? Да и Натаса позлить — святое дело.

Милашку? Я аж поперхнулся. Конечно, скорее всего, меня скоро снова вызовут на ковер, но хотя бы выиграл пару минут — уже хлеб. Поражаюсь его смелости: так просто игнорировать этого страшного дворецкого!

— Слушай, а почему ты вообще сбежал? Натворил чего?

— Ну… — я замялся, не зная, что сказать.

— Не хочешь говорить — не надо. Я обожаю загадочных парней.

Асмодей подмигнул мне, и эта его игривая улыбка… черт, а он ведь чертовски привлекателен. Никогда раньше не думал, что мужчина может быть «красивым». Но сейчас не время для таких мыслей! Нужно срочно придумать отмазку, пока меня не призвали обратно. Он, видимо, заметил, как я напрягся.

— Вижу, что-то серьезное. Помочь?

— В каком смысле?

— Ну, вижу, что ты что-то скрываешь. Я хоть и кажусь легкомысленным, но в гипнозе и внушении мне равных нет — я же суккуб как-никак. Помогу, если ты выслушаешь мою проблему.

Асмодей выглядел вполне убедительно. Гипноз? Может, это поможет спрятать мои секреты про деда? Других вариантов все равно нет, а он выглядит профи. Решил рискнуть. Только вот…

— Постойте… разве суккубы — это не женский род? Вы же мужчина.

— Ха, темнота! Суккуб соблазняет мужчин, инкуб — женщин.

— Значит, вы… инкуб?

— Вообще-то, по парням я, — он улыбнулся так, что у меня мурашки по коже побежали.

Он окинул меня таким оценивающим взглядом, что я невольно вжался в кресло. Странный тип, но выбора нет — иду за ним.

Я впервые был в комнате другого демона — после случая с Левиафаном. Уровень жизни здесь был под стать высшему демону: шикарные апартаменты с высокими потолками. Мы уселись на террасе, он протянул мне чашку.

— Спасибо.

Снаружи — сплошной туман и мрак, но, потягивая чай в прохладе, я наконец-то выдохнул. Асмодей подпер щеку рукой и огорошил:

— Слушай… как думаешь, что в любви важнее: страсть или что-то духовное?

— Кхе! Кхм… чего?

— Раньше я думал, что любовь — это только физика. Типа, если нет искры в постели, то и любви нет. Но последнее время тянет на что-то… возвышенное. А мир устроен так, что все видят во мне только развратника.

Неожиданный поворот. Я вообще об этом не думал, но слушал внимательно — мне ведь нужно его расположение.

— Короче, хочу настоящих чувств, а вокруг только озабоченные качки, которым нужно от меня только одно.

— Понятно… И чем я могу помочь?

— Слушай, ты там в Магическом замке многих видишь. Может, присмотришь мне кого-нибудь нормального? А то я как администратор начну клеиться — они пугаются или сразу лапать лезут. Подружись с кем-нибудь, разузнай, что он за фрукт, и сведи нас!

— Вы серьезно?

Бред какой-то. Во-первых, я здесь никого не знаю. Во-вторых, все думают, что я тут по блату, так что дружить со мной — самоубийство. Но, взвесив все за и против, я понял: если хочу избежать темницы — придется помогать. Подумаешь, найду какого-нибудь приличного парня. Замок огромный, кто-нибудь да найдется.

— Договорились. Считайте меня штатной свахой Магического замка.

— Ой, супер! Давай заключать контракт!

Он щелкнул пальцами, и под моими ногами засияла магическая печать — фиолетовое марево окутало тело.

— Наложу мощное внушение, Натас ни о чем не догадается. Что именно хочешь скрыть?

— Личность моего деда.

Его пальцы нежно погладили меня по щеке, хвост обвился вокруг бедра… Стало не по себе, я дернулся было, но он прошептал:

— Тсс… не рыпайся.

Почувствовался сладковатый запах, голову накрыло, как будто я перебрал с выпивкой. Его голос звучал прямо у меня в голове:

— Ты забудешь, кем был твой дед. Заклинание слетит, когда дворецкий перестанет тебя подозревать. А плата — ты найдешь мне идеального парня. Иначе — берегись, изведу!

Забыть все — это пугало, но раз он обещал, что память вернется, я согласился. А фраза про «изведу»… ну, надеюсь, до этого не дойдет. Свет впитался в кожу, дурман прошел.

— Контракт подписан!

Он сиял, я — не очень, но делать нечего.

Идеал Асмодея оказался прост: «надежный и чистый душой парень». А если красивый — вообще супер. «Красивый» — это, конечно, самая сложная часть, особенно для меня, изгоя. Но он был так воодушевлен, что я решил не подвести.

Первым кандидатом стал стражник у ворот. Стоит там каждый день, как кремень — ну чем не надежный? Правда, я даже имени его не знал. Смена у них в два часа дня, вот тогда и подкачу.

В два ровно он сдал пост и пошел внутрь. Я, улыбаясь во весь рот, рванул к нему.

— Привет!

Он аж отпрыгнул. Ну да, нежданчик. Но я не растерялся:

— Как зовут? Есть кто на примете? А то ищу для знакомого…

— Чего? Я Берос. А… зачем спрашиваешь?

— Да так, любопытно! Я нормальный, честно. Хочешь с одним парнем познакомиться?

— Э… ну, парня нет.

Уже неплохо. Застенчивый, симпатичный — подходит! Я внутри ликовал: «В точку!»

— Ну, увидимся, я еще зайду!

Помахал ему рукой и поскакал в комнату к Асмодею. Тот встретил меня в сногсшибательном фиолетовом костюме с эмблемами летучих мышей.

— Ну как?

— Круто выглядишь!

— Ага, знаю. Ну, что там за кандидат?

— Стражник Берос. Идеально подходит под твой запрос…

— Стой, — он приложил палец к моим губам. — Какой я тебе «господин Асмодей»? Аш же.

— Окей, Аш.

Я рассказал про Бероса. Асмодей нахмурился:

— Слушай, а это не будет выглядеть как… ну, «сделано на заказ»? Хочется чего-то спонтанного.

— В смысле?

— Ну, драма! Столкновение судеб, помощь в беде… понимаешь?

«Сам же сказал, что не хочешь искусственности», — подумал я, но кивнул. Играть в Купидона оказалось даже весело. Мы решили: Асмодей подворачивает ногу в саду, Берос идет мимо — профит!

На следующее утро я закинул записку Беросу, и операция «Любовь нечаянно нагрянет» началась.

Берос шел по дорожке. Асмодей тут же рухнул на траву:

— Ой, ножка! Ай-ай-ай!

Сыграл он, конечно, на «Оскар». Глаза на мокром месте, все дела. Берос подбежал, перепугался:

— Эй, что случилось?

— Ногу подвернул, шагу ступить не могу!

— Сейчас позову лекаря!

— Нет! Просто помоги дойти, пожалуйста.

Берос, как дурачок, повелся. Протянул руки… и тут Асмодей, вместо того чтобы просто опереться, вцепился в него мертвой хваткой и начал лапать за мышцы.

— Какие мощные плечи… ты, небось, стражник?

Берос покраснел, как помидор, и замямлил:

— Э… ну… да…

Я прикрыл лицо рукой. Асмодей, ну нельзя же так палевно! Вдруг откуда ни возьмись вылетела Эрика — я же её кормил утром, чего она бесится? — и начала крутить Бероса ветками. Асмодей, разозлившись, что сценарий сорвался, выпустил ауру:

— Эй, а ну отпусти его!

Эрика тут же сдулась. Берос грохнулся на траву, потирая затылок.

— Ой… а нога?

Асмодей, забывшись, стоял на ногах как ни в чем не бывало. Понял, что спалился, и опять рухнул в траву:

— А… да… от испуга всё прошло, но вот опять… ой!

Теперь еще и у Бероса что-то защимило — дерево его хорошенько приложило. В итоге Асмодею пришлось волочь его в лазарет на себе. Выглядели они максимально нелепо.

— Не судьба, — ныл Асмодей. — Не быть мне любимым.

— Да ладно тебе, первый блин комом! В следующий раз всё выйдет.

Я был в панике. Берос — мимо, надо искать другого. И тут меня осенило.

— Слушай, есть один вариант. Сейчас вернусь!

Я рванул в тренировочный зал. Левиафан там вовсю таскал гири.

— Левиафан!

— Че надо?

Он вытер пот, глянул на меня. Статный, суровый — идеальный кандидат.

— Слушай, а какой у тебя типаж?

— С чего вдруг?

— И… есть ли кто на примете?

Он запнулся, покраснел — точно, стесняется!

— Ты чего пристал?

— Ну отвечай быстрее, это важно!

Он выдавил, что одинокий. А на вопрос об идеале буркнул:

— Добрый… человек.

«Добрый»? Ну, Асмодей бывает добрым, когда хочет. Идеально!

— Левиафан, а давай я тебя с одним знакомым познакомлю? Вы друг другу точно подойдете.

— Чего?

Он нахмурился, в глазах — ярость.

— Не надо мне ничего. Отвали.

И просто ушел, оставив меня в полном недоумении.

В гостиной снова Натас. Снова я. Опять.

— Мы не закончили разговор. По поводу твоего деда… Вальфор — это он?

— Без понятия.

Магия реально сработала — я вообще не помнил ни имени, ни того, что дед — это мой дед. Странно, конечно, но страх прошел. Натас, похоже, был в шоке.

— Ты не знаешь?

— Первый раз слышу. И все эти вещи… зачем вы спрашиваете? Они мне незнакомы.

— Ты серьезно?

Он подошел и схватил меня за плечи, заглядывая в глаза.

— Ты не врешь?

— Нет.

Видимо, всё очень серьезно. Я хотел спросить, что происходит, но он перебил:

— Свободен. Больше не задерживаю.

Я вышел, дверь с грохотом закрылась за спиной.

— Значит, Натас разозлился?

— Ну, выглядел он точно злым.

— Да забей, он всегда такой.

Асмодей похлопал меня по плечу. Мы снова пили чай — фиолетовый, как его волосы, с нотками жасмина.

— Слушай, я пока пас со сватовством. Тот парень… он меня чуть не убил за предложение. Я, видимо, какой-то «ядовитый» для демонов.

— Да? И кто же этот смельчак?

Асмодей прищурился. Я, сам того не заметив, ляпнул:

— Левиафан.

— О-о-о, Левиафан? Интересно…

Он так хитро улыбнулся, что мне стало не по себе.

— Ты хотел познакомить меня с Левиафаном? Вы же с ним… ну, знакомы с пеленок. И он так отреагировал? Хм.

— А что такого?

Он сдерживал смех, это было видно по дергающемуся глазу.

— Слушай, Ромейн, может, ты мастер пикапа?

— О чем ты?

— Да Левиафан просто тупит, он не умеет показывать чувства. Попробуй как-нибудь… приласкаться к нему.

— Чего?!

— Да, он тает, когда такие милые парни, как ты, ведут себя как котики.

Я представил себя в роли котика перед этим суровым воякой и содрогнулся. Но… выхода-то нет?

— Ладно, раз нет других вариантов — поищем еще кого-нибудь. Я тут подумал… может, проблема во мне? Не суждено мне быть любимым.

Он выглядел таким подавленным, что я не выдержал:

— Да что ты! Ты классный. Самый крутой демон из всех, кого я тут видел.

Он так выпучил глаза, а потом заржал:

— Ой, насмешил! Спасибо, полегчало.

Он сиял, и мне стало радостно.

— Решено! Раз ты так стараешься, я тоже не буду киснуть. Буду учиться… «естественным знакомствам»!

Я проснулся в костюме официанта в шикарном ресторане. Сон? Опять?

— Эй, официант! Где меню?

Асмодей, в своем костюме с летучими мышами, махал мне из-за столика. Я подошел, меню появилось само собой.

— Аш, это что за прикол?

— Сон! Я тут решил попрактиковаться, чтоб тебя не напрягать.

Боже, какой он внимательный. Я решил подыграть.

— Вот меню.

— Мне пасту с адским соусом, пожалуйста. А на десерт… тебя.

Он потянулся погладить меня по щеке. Я отстранился:

— Аш, мы же вроде про любовь, а не про «это».

— Ой, прости, привычка!

Мы попробовали кучу вариантов: столкновение в библиотеке, знакомство в кафе… Но всё равно всё сводилось к его «фирменным» подкатам.

— Слушай, Аш. Может, забей на эти попытки быть «нежным»? Будь собой.

Он замер с кистью в руках — мы как раз играли в «художника и музу».

— А как же «настоящая любовь»?

— Слушай, страсть — это часть любви. Нельзя отделить одно от другого.

Он замер, потом широко улыбнулся:

— Точно! Я же сам себя загонял в рамки!

Он подскочил, схватил меня за руки и закружил по залу. В воздухе пахло жасмином.

— Я не был неправ! Это они все тормоза, а я — молодец!

Он щелкнул пальцами, пейзаж сменился — та самая хижина в поле, где я жил.

— О, узнаю! Это же твое любимое место?

— Ага.

Я заварил чай — как раз оставались запасы. Мы уселись, как в старые добрые времена. И вдруг — резкий приступ головокружения.

— Что такое?

— Не знаю… воспоминания нахлынули.

— А… ты тут с дедом жил? Не думай о нем, забудь!

Я послушался, голова прошла. Но вдруг — шепот прямо из-под пола:

[Верни… меня…]

— Что это?

— Я ничего не говорил.

[Помоги… мне…]

Опять этот голос. Я дернулся, пол подо мной заходил ходуном. Асмодей подхватил меня:

— Всё, с тебя хватит. Это всё подсознание. Пора просыпаться.

Наши тренировки продолжались, теперь мы просто сканировали толпу в тренировочном зале. И вдруг — кто-то похлопал меня по плечу.

— Аш, ты чего?

— Я ничего не делал.

— Это я сделал.

Рядом стоял Левиафан, потный, после тренировки. Я отпрыгнул и завалился назад. Он помог мне встать — рука шершавая, большая.

— Вы чего тут околачиваетесь?

— Да вот, гуляем… — промямлил я.

Левиафан смотрел куда-то в сторону. Ну, была не была! Я вспомнил совет Асмодея, подошел, легонько ткнул его в плечо и… по-кошачьи промяукал:

— Ну, Левиафан-сан, ну пожалуйста, не ругайтесь!

У него челюсть отпала. Полная тишина. Асмодей за забором свалился на траву, сдерживая хохот.

— Короче, кыш отсюда, пока я вас не прибил.

Он развернулся и ушел, красный как рак.

— Ну и что это было? — спросил я.

— Да всё супер! Ты видел его лицо?

И снова сон. Я — студент Академии. Снова столкновение, хлеб в зубах…

— Сорри, задело?

— Не, я Аш. А ты?

— Ромейн.

Мы подружились. Вместе учились, ели странные блюда, рисовали друг друга… И вот идем мимо общежития, земля затряслась, цветы посыпались.

— О, ремонт, наверное.

Мы зашли в комнату — мою. Он так уверенно сел на кровать.

— Слушай, а если сосед придет?

— Ромейн, ты чего? Я же твой сосед!

Ну, значит так и есть. Мы лежали на узкой кровати, болтали, было так тепло…

— Я так рад, что мы вместе.

— И я…

Он приблизился, я почти забыл про задание… и тут — бац! — проснулся.

На следующий день — суета, ждем важного гостя. Я стриг кусты в форме дракона, старался изо всех сил. Натас ходил мимо и смотрел так, будто я лично собираюсь сорвать праздник.

Вечером, после работы, я упал в кровать. И опять — сон.

Снова теплица. Красота.

— Ромейн.

Позади — Лучи. Мой маленький Лучи!

— Привет!

Он уже не такой мелкий, и рога чуть выросли.

— Ты пришел в мой сон?

— Я тебя пригласил.

Мы устроили чаепитие. Он выглядел таким довольным.

— Слушай, а что за важные гости к нам едут?

— Да какие-то нудные важные шишки, как обычно.

Мы сидели в саду, болтали, и я впервые за долгое время чувствовал себя… дома.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

У меня появилось четверо топ-айдолов в качестве дядей | 17

2026-05-24T12:48:31.311Z

— Ли Е Вон рядом с тобой некомфортно. Давай, топай отсюда, — Ли До Ха попытался выставить друга за дверь.

— Чего? Какое ещё «некомфортно»? Ты вообще куда смотришь? Глаза разуй и глянь нормально! Видишь эту крошечную ладошку? Ли Е Вон сама держит меня за край одежды, чтобы я никуда не уходил!

И ведь не поспоришь. Хан У Ен даже заметить не успел, как девочка подошла к его стулу и крепко уцепилась пальчиками за его футболку.

— Дядя, не уходи, пожалуйста, — выдала Ли Е Вон такую милую и трогательную реплику, что у парня аж сердце защемило.

— Ну что, съел? А?! Видел?! Я же говорил! — Хан У Ен буквально сиял от гордости и шумно сопел от восторга, а у Ли До Ха на лбу аж венка вздулась от злости.

— ...Ли Е Вон, иди сюда, — процедил Ли До Ха, из последних сил подавляя дикое желание хорошенько съездить Хану по затылку. Ему кровь из носу нужно было доказать, что любимым дядей для девочки остаётся именно он. Но...

— Не хочу.

— !!!

Малышка безжалостно и мигом растоптала всю его святую веру в их узы.

— В смысле... «не хочу»?..

— Если я уйду, ты сразу выставишь дядю У Ена за дверь. Так что не пойду.

— Бу-га-га-шеньки!!! — Хан У Ен, глядя на то тотальное отчаяние, в которое погрузился Ли До Ха, покатился со смеху. Он подхватил Ли Е Вон на руки и принялся кружить.

— Е Вон! Золото моё! Давай вообще со мной жить, а? Навсегда! Пожалуйста!

— Ну, это уж слишком... — попыталась вставить слово девочка, но Хан У Ен её реплику просто проигнорировал.

Наконец-то он нашёл её — свою личную таблетку от стресса. Парень мысленно даже пустил скупую слезу. Теперь он ни за что не отпустит своего маленького ангелочка-спасителя.

Тем временем в офисе «Тайм Энтер».

Директор Пак в последние дни ходил сам не свой. У Ли До Ха наконец-то появилась настоящая, нормальная семья. Для человека, который буквально вырастил Ли До Ха с его трейни-времён, это было огромной радостью. Правда, если не считать самого этого факта, во всём остальном ситуация была полным швахом.

Директор Пак тяжело вздохнул. Будущее группы «Глит-поп» сейчас казалось туманным как никогда. «Ладно, в такой кризис именно я, как самый старший здесь, должен держать себя в руках и рулить процессом».

В этот момент раздался стук.

— Входите.

Директор Пак потёр ноющую от мыслей голову.

— Э-э, директор... — Пак Ён О робко просунул голову в дверную щель.

— Чего тебе?

— Там... этот человек на связь вышел.

— Какой ещё человек? — Директор недоумённо уставился на менеджера.

— Ну, тот тип, который заявлял, что он родственник Ли Е Вон по отцовской линии. Которому мы сначала хотели её отдать.

— Что? — Лицо директора потемнело.

— Этот утырок сам объявился? Мы ведь только ради Ли Е Вон не стали сразу швырять ему в рожу судебный иск, потому что она очень просила его не трогать. У него вообще стыда нет? Чего надо? Денег просит?

— Да... Тут такое дело... — Ён О помялся, но всё же выложил:

— Он сказал, что если мы не отвалим ему кругленькую сумму, то он раззвонит всем СМИ, что Ли Е Вон — родная дочь Ли До Ха... Вот такие дела.

— !

Директор Пак мгновенно изменился в лице, а его взгляд стал ледяным.

Главный офис «Тайм Энтер», кабинет директора.

Ли До Ха, Хан У Ен и директор Пак собрались вместе. Причина была очевидной — угрозы фальшивого дяди раскрыть «тайну» Ли Е Вон и Ли До Ха.

Саму же девочку временно оставили в общежитии под присмотром проверенной и надёжной няни, которую лично нанял директор Пак.

— В любой другой день я бы этот бред даже слушать не стал и послал бы его лесом. Но только не сейчас. Ситуация вокруг группы и так хуже некуда, — директор Пак вздохнул.

— Прежде чем думать, как нам с ним разобраться, Ли До Ха, ты должен чётко решить для себя. Нам нужно знать твою позицию, чтобы планировать следующие шаги.

В общем, они вернулись к самому началу. Оставлять Ли Е Вон у себя или нет?

— Я... — Ли До Ха открыл рот, собираясь сказать привычное: «Я хочу найти для Ли Е Вон хорошую, нормальную семью». Но слова застряли в горле. Он просто физически не мог это произнести.

Времени прошло слишком мало. Он был банально не готов отпустить её. «Да и потом... идеальную семью, которой можно без страха доверить ребёнка, на дороге не найдёшь. На это уйдут месяцы, если не годы. Как минимум год или два».

«Точно. Тогда пускай пока поживёт со мной. Пару лет пролетят — и не заметишь».

Разложив всё в голове по полочкам, Ли До Ха наконец озвучил решение:

— Я буду заботиться о Ли Е Вон, пока не подыщу ей подходящую семью. Думаю, на это уйдёт года два.

— Отклонено, — в один голос отрезали директор Пак и Хан У Ен.

— ...?

Ли До Ха нахмурился, переводя взгляд с одного на другого. Что это ещё за реакция?

— Да хорош тебе ломаться, воспитывай её сам. Из тебя выйдет отличный отец, ну или дядя. Я тут понаблюдал за тобой пару дней — лучше тебя никого не найти. Ну, кроме меня, разумеется. Я бы вообще построил дом среди зелёного луга и жил бы там с нашей Ли Е Вон лет сто.

— Слушай, нас тут четверо дядек. На четверых как раз сойдём за двух полноценных родителей, — вставил директор Пак. — Сложим четыре половинки — получим норму. Оставляй девчонку себе. Ей до совершеннолетия всего тринадцать лет расти осталось. На фоне столетней жизни эти тринадцать лет — вообще пшик. Так что давай, берись за ум и воспитывай.

Ли До Ха впервые в жизни поймал себя на мысли, что ему искренне неприятен сам факт знакомства с этими людьми.

— Это не игрушки, чтобы решать всё детскими капризами и упрямством, — попытался он вернуть разговор в русло логики.

— Ребёнку нужна нормальная семья...

— Вообще-то Ли Е Вон считает, что ты и есть её лучшая семья, — парировал Хан У Ен.

— Ей нужны близкие, которые смогут проводить с ней много времени...

— Тебе напомнить, что ты в индустрии уже семь лет? Сбавим тебе нагрузку, почистим график. Наше агентство не такое уж и жадное до денег. Окружим ребёнка заботой, а тебе устроим идеальный ворк-лайф баланс. Зря, что ли, мы крупная и солидная компания?

— ......

— Ну как? Теперь-то аргументы дошли?

Честно говоря, Ли До Ха это дико бесило, но крыть было нечем — они его убедили. Пришлось замолчать.

— ...Хорошо. Я согласен.

— !!!

— Да ладно!!! Ли До Ха!!! Серьёзно, это лучшее решение, которое ты принял за весь этот грёбаный год!!!

Все в кабинете чуть ли не до потолка прыгали от радости, услышав его долгожданное согласие.

— Вот и славно, — директор Пак кивнул.

— Тогда мы сразу берёмся за этого шантажиста. Ну и начнём потихоньку думать, как нам красиво и на опережение объявить публике о существовании Ли Е Вон.

Ли До Ха лишь тяжело кивнул. Он и сам понимал, что сыграть на опережение и выдать информацию первыми — это единственный способ минимизировать удар и защитить ребёнка от травм.

— Тогда... рассчитываю на вас, — сказал Ли До Ха, поднимаясь со стула. На душе всё ещё было немного паршиво и туманно от неопределённости, но назад дороги не было.

Вечер того же дня.

Ли До Ха вернулся домой с кашей в голове. Он отпустил няню, которую прислал директор Пак, и подошёл к кровати. Ли Е Вон мирно сопела, даже не заметив его прихода.

Правильно ли он поступил, решив оставить её у себя?

«Эта кроха — моя семья. Человек, которому я действительно нужен и который сам хочет быть со мной». От этих мыслей внутри разливалось какое-то странное, непривычное чувство.

За всю его карьеру людей, которым был нужен «Ли До Ха из Глит-поп», было хоть пруд пруди. С самого первого дня в «Тайм Энтер» в качестве трейни он сразу стал асом номер один. Другие агентства заваливали его предложениями десятки раз. А после дебюта в группе на него и вовсе обрушился океан любви от фанатов. От такого внимания Ли До Ха порой и сам начинал верить, что, возможно, он действительно заслуживает этой любви.

Но стоило рабочему дню закончиться, как он возвращался в общежитие, смотрел в зеркало на своё лицо, которое было точной копией его отца, и вся эта вера рассыпалась в прах.

При одной мысли об отце лицо Ли До Ха невольно исказилось. Он слишком хорошо помнил те статьи, которые выходили сразу после их дебюта и вовсю трубили о его внешности:

[Шок после дебюта: айдол-копия! Ли До Ха из Глит-поп — вылитый культовый режиссёр Ён Тхэ Чжон?]

[Появление Ли До Ха взорвало сеть: нетизены видят в нём молодого Ён Тхэ Чжона]

[Невероятное сходство! Ли До Ха приковывает взгляды внешностью Ён Тхэ Чжона]

[Гений визуала Ли До Ха: дебют под знаком сходства со знаменитым режиссёром]

[Пойдёт ли Ли До Ха по стопам Ён Тхэ Чжона?]

Читая всё это, Ли До Ха каждый раз мысленно глотал горькую обиду. Интересно, о чём думал его отец, видя эти заголовки? Сын, существование которого тот так отчаянно пытался скрыть от мира, назло всем вышел на свет, да ещё и с порога заставил всех обсуждать их поразительное сходство. Что он чувствовал? Ли До Ха не знал наверняка, но искренне надеялся, что тому было паршиво.

Может, поэтому... когда Ли Е Вон пролепетала: «Дядя... а можно мне остаться с тобой?», у него внутри будто что-то оборвалось. Ему показалось, что он сам в своём далёком, уже стёртом из памяти детстве точно так же умолял кого-то.

Ли До Ха прижал ладонь к груди. С тех пор как в его жизни появилась Ли Е Вон, там, слева, постоянно ныло. Это не было физической болью, скорее... чем-то другим.

Пока он пытался подобрать слово для этого странного чувства, девочка зашевелилась и открыла глаза.

— Дядя...?

— !

Ли Е Вон сладко зевнула и посмотрела на него снизу вверх.

— Ты когда пришёл...?

— А, только что.

— Надо было разбудить...

— Да ладно, спи, я не хотел тебя тревожить.

— А дядя У Ен где...?

— Поехал за вещами. Сказал, скоро вернётся.

— Ух ты, здорово... — Ли Е Вон расплылась в счастливой улыбке, явно испытывая облегчение.

«Неужели ей так сильно нравится этот придурок Хан У Ен?» — Ли До Ха почувствовал лёгкий укол ревности, но тут же мягко усмехнулся.

— Тебе так нравится, что дядя У Ен будет жить с нами?

— Конечно. Это же здорово, когда твоя семья возвращается домой.

— !

От этого простого ответа Ли Е Вон Ли До Ха замер, словно его обухом по голове ударили.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Владыка демонов, пришло время платить за аренду! | 3

2026-05-22T13:45:38.871Z

3. Зловещий белый цветок

— Спасибо! Хорошего дня! — сияя от счастья, я вышел из отдела кадров. Буквально сразу после вручения грамоты наступил «тот самый день». Да-да, день зарплаты — событие, способное заставить улыбнуться даже самого сурового демона! Я радовался как ребёнок с самого утра и весь рабочий день не мог скрыть улыбку. Раз уж это моя первая получка, надо бы закрыть долги, а на остаток прикупить шмоток и какого-нибудь брендового чайку. Сто лет не позволял себе так шиковать.

Помнится, после того как я в прошлый раз отправил деньги, через чёрный конверт обратно прилетело письмо. Коллекторы писали что-то вроде: «Понятия не имеем, где и как ты нарываешь бабло, но пока долг гасится, претензий нет». Мысль о том, что надо мной больше не висит угроза внезапного призыва демона-вышибалы, нереально грела душу, и вся эта каторжная жизнь в замке Короля Демонов наконец-то показалась не такой уж бессмысленной. Похихикивая, я вскрыл конверт, полученный в бухгалтерии.

— Э-э, чё?

Я хлопнул глазами и принялся пересчитывать монеты внутри. Осмотревшись по сторонам, я по-тихому забился в дальний угол коридора и вывалил всё содержимое конверта. С весёлым звоном на ладонь упало несколько золотых и серебряных. Мало не было, но и до богатства далеко — ровно столько, сколько обычно платят здешним садовникам.

Подождите, а где арендная плата?!

Самой важной части — денег за аренду земли — там не было! При подписании контракта мне чётко сказали, что они будут капать в конце каждого месяца, так почему их не выдали вместе с зарплатой? Насколько я знал, Натас не просто рулит всеми финансами в замке, он тут на правах премьер-министра. Такой перфекционист точно не мог так глупо закосячить.

Я на всех парах помчался к нему в кабинет. Рывком распахнул дверь, и из-за деревянной перегородки тут же высунулся в край задолбанный демон-клерк.

— Вы по какому вопр...

— Управляющий у себя?

— Он во внутреннем кабинете, но вы вообще по записи?

— Нет, но у меня дело жизни и смерти.

Пока я лихорадочно соображал, какую бы отмазку состряпать, внутренняя дверь внезапно распахнулась, и какая-то неведомая сила буквально втянула меня внутрь. Я в панике оглянулся на клерка, но тот лишь устало уткнулся обратно в свои отчёты — дело привычное.

Меня затолкнули в комнату, где за столом сидел мужчина, увлечённо строчащий что-то чёрным пером на пергаменте. Если бы слово «аристократизм» нужно было оживить в облике демона, это точно был бы он. Сдвинув брови, он поправил очки и ледяным тоном спросил:

— Что за шум?

— Да тут такое дело... мне не доплатили... — шёпотом выдавил я, боясь, как бы снаружи никто не услышал.

Управляющий, даже не отрываясь от бумаг, тяжело вздохнул. Он сделал лёгкий жест рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи, и моё тело само потащило назад к выходу.

— Господин Натас! — крикнул я.

— Деньги уже у вас в комнате. По таким глупостям больше ко мне не лезьте.

Я хотел было возразить, что ничего не понял, но дверь перед моим носом уже закрывалась. И куда он вечно так спешит? Хотя ладно, вид у него реально был зашивающимся. Стоило мне побрести прочь, как гравитация кабинета снова сработала, и меня дёрнуло обратно. Не удержав равновесие, я эпично растянулся на полу.

— Ай! Ну за что опять-то?

— Ты тут как-то заикался, что прошлым владельцем этой земли был твой дед, верно?

— Ну да. А что?

— Как его звали?

Вот это поворот. Имя дедули... К нему стыду, я его напрочь не помнил. Дед постоянно ввязывался в мутные и опасные дела, из-за чего регулярно менял паспорта и фейковые имена, да и звал я его всегда просто «дедушкой». Краснея от неловкости, я пробормотал:

— Э-э... честно говоря, без понятия.

— Мда, всё с тобой ясно.

Дворецкий состроил такую мину, будто общался с полным придурком, и меня выставило наружу с ещё большей силой. Оказавшись в коридоре, я недовольно цыкнул. Тоже мне, нашли бациллу ходячую. Хотя, глядя на этого управляющего и его подчинённых, я подумал, что они все тут рано или поздно просто склеят ласты от переутомления.

Придя в себя, я весело насвистывая зашагал к общаге. Зайдя в комнату, я сразу заметил на кровати аккуратный сверток с золотом — Натас сдержал слово, уж не знаю, как он его туда доставил. При виде денег вся моя злость моментально испарилась.

Забрав заначку, я направился к стойке регистрации. Замок находился в такой глуши, что достать нормальные вещи было тем ещё квестом, но мисс Глория подсказала, что через ресепшен можно оформить доставку чего угодно. Немного поразмыслив, я решил заказать ништяков к чаю, пару пачек хорошего заварного листа, несколько книг и базовые бытовые вещи. Я знатный чаеман, а в здешней персоналке выбор чая был, мягко говоря, сиротским.

Видимо, из-за дня получки у стойки уже выстроился хвост из желающих что-то заказать. Очередь была небольшой, так что я пристроился в конец. Парочка демонов впереди обернулась и начала откровенно шушукаться, косясь на меня.

— Слышь, сзади... это же тот самый тип?

Да уж, грамоту-то я получил, а вот уважения среди коллег — ноль. Для всех было дико подозрительно, что обычный садовник умудрился посреди ночи вляпаться в историю с заложниками. Естественно, сплетни обросли подробностями, и меня уже вовсю малевали внебрачным сыном какого-то провинциального лорда. Сначала я думал, как бы эти слухи прикрыть, но сейчас мне уже было глубоко фиолетово.

— Кстати, слышал свежие сплетни?

— Какую ещё инфу откопал?

— Да вон там, в западной башне. Говорят, по ночам там шляется какая-то чертовщина.

— Так мы же там живем! Какая ещё чертовщина?

Похоже, стоять в очереди ребятам было дико скучно, раз они решили развлечь себя байками. Я хоть и не пытался подслушивать, но всё было слышно слишком хорошо, а тема показалась интригующей, так что я навострил уши.

— Да там что-то белое...

— Фантом, что ли?

Насколько я знал, фантомы — это призраки, которые чисто по приколу пугают прохожих. Не думал, что они водятся и в замке Короля Демонов. Обычно эта братия мотается в командировки в человеческий мир, чтобы кошмарить людей и питаться их страхом.

Наверное, какой-нибудь фантом устроился работать в замок, выгорел от дедлайнов и теперь устраивает ночные партизанские вылазки, чтобы тупо снять стресс. Ну, это сугубо мои фантазии. Парни не успели доболтать, так как подошла их очередь, а затем и я сдал свой список и вернулся в комнату.

— Кхе! Чёрт...

Я резко открыл глаза, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Лоб покрылся испариной, а на ладонях остались следы от ногтей — походу, во сне я сжал кулаки со всей дури. Сам сюжет я не помнил, но послевкусие было жутким, будто мне приснился худший кошмар в жизни. Грудь сдавило, дышать было тяжело. Тяжело отдуваясь, я потянулся к тумбочке.

Кувшин был сух как пустыня. Я понял, что если сейчас засну в таком состоянии, то поймаю этот кошмар на повторе, да и пить хотелось нереально, так что пришлось вылезать из кровати. Со мной такое изредка бывало: просыпаешься в холодном поту, сердце колотится, а чё снилось — без понятия.

Взяв подсвечник, я вышел из комнаты. Ориентируясь по слабому огоньку, я побрёл по коридору. Сквозь длинные окна слабо пробивался лунный свет, а по небу на космической скорости неслись тучи. Я шёл на автопилоте: сейчас наберу водички и сразу обратно в люлю. На кухне ещё слабо пахло вечерним рагу. Наполнив кувшин, я снова вышел в коридор. Зевнул, протер глаза и вдруг заметил вдалеке чей-то силуэт.

И какому придурку не спится в такое время? Опять шпион, что ли? Да ну, бред какой-то, подумал я и тряхнул головой. И тут в памяти всплыли дневные сплетни:

«В западной башне по ночам шляется какая-то чертовщина».

Неужели я сейчас лично проверю достоверность этих слухов? Любопытство резко перевесило страх. Ещё раз протерев глаза, чтобы сфокусировать зрение, я подошёл поближе. Но передо мной был вовсе не фантом. Нарушая все законы логики, посреди коридора стоял маленький седовласый ребёнок.

В замке Короля Демонов соцпакет на уровне, так что тут вроде есть семейные блоки для персонала, но чей это малец? Ребёнок с белыми волосами залипал в абсолютно пустую стену. Я впервые видел демона с настолько белыми, чистыми глазами. Несмотря на детские щечки, лицо у него было довольно худым. Одет он был простенько — рубашка да серые штанишки.

— Эй, малыш. Ты чего тут один в темноте делаешь?

Малец медленно повернул ко мне голову. Взгляд у него был совсем не детский — дико уставший и выгоревший. Волосы белые, глаза белые, кожа бледная... Я подумал, что он вряд ли из высшей аристократии, ведь у нас как принято: чем темнее кожа и волосы, тем элитнее порода. Ответа не последовало, и я спросил снова:

— Потерялся? Где твои родители?

Ребёнок просто помотал головой. То ли не знает, то ли не помнит. Немного посомневавшись, я снял свой шарф и накинул ему на плечи. Малыш даже бровью не повёл. Поняв, что сопротивляться он не будет, я подхватил его под мышки и взял на руки. Как я и думал, он просто повис у меня на плече, как мешок.

— Ночью тут одному небезопасно. Так где твои... Эй, ты меня вообще слышишь?

— Белый... — еле слышно пробормотал он.

— Что?

Голосок был настолько тихим, что я почти ничего не разобрал, а когда переспросил, малец снова ушёл в глухую несознанку. Что он там сказал? Белый? Наверное, имел в виду лунный свет, в котором его волосы прикольно блестели.

— Так ты мне ответишь или как?

Ребёнок проигнорировал мой вопрос и снова уставился куда-то вдаль. В абсолютную пустоту. Мне аж не по себе стало. Но оставлять мелкого одного в холодном коридоре было нельзя, и я решил отвести его в персоналку. Там есть камин, диваны — вполне уютно. К себе тащить как-то стрёмно, а утром сдам его в комендатуру.

В комнате отдыха, к счастью, было пусто — не хотелось привлекать лишнее внимание и ловить косые взгляды в духе «зачем ты таскаешь с собой чужого ребёнка?» Я подкинул дровишек в камин, и комната быстро прогрелась.

Малец пару раз лениво моргнул и начал откровенно клевать носом. Ну, хоть и молчаливый партизан, а всё-таки ребёнок. Я уложил его на диван, укутал шарфом как одеялом. Залипнув на огонь, я походу и сам вырубился. Проснулся на рассвете. Камин почти потух, а вокруг — ни души.

— Опа...

До меня дошло, что мелкий испарился. Вот это фокус. Сам ли он ушёл или кто забрал — а я проспал весь движ, обидно даже. На диване остался только мой шарф, аккуратно сложенный стопочкой.

Я обшарил всю персоналку и коридоры — тишина. Надеясь, что малец благополучно добрался до родителей, я побрёл к себе, думая о том, какой странный это был ребёнок.

— Так я не понял, у тебя чё, депрессия из-за кошмаров или ты реально за того мелкого переживаешь?

Левиафан спросил это, играючи поднимая штангу весом за триста килограмм. После того как мы закрыли дело со шпионом, мы как-то незаметно сдружились и частенько болтали о всяком. Правда, этот качок вечно затаскивал меня в качалку под предлогом, что спорт делает жизнь лакшери. Общался он всё так же прямолинейно и в приказном тоне, но я уже привык. Честно говоря, кроме Левиафана мне и поговорить-то в замке было особо не с кем... Да и ему, походу, тоже! Перекосив лицо, я ответил:

— Ну, если выбирать, то всё вместе. Кошмары — ладно, дело житейское, а вот малец из головы не идет. Переживаю.

— Хочешь, пробью по базе? — оживился он. — Что за предки такие, которые бросают ребёнка гулять по ночам? Оформим им выговор с занесением...

— Да ладно тебе! Это же всего один раз было... Не надо никого прессовать! — в панике закричал я.

В этом и был весь косяк Левиафана — он всегда решал проблемы максимально радикально. Когда я недавно пожаловался на дурацкие сплетни, он сразу размял кулаки со словами «сейчас я найду автора и проведу с ним беседу», а когда я в ужасе отказался, заявил, что я просто дрыщ, поэтому меня и задирают, и погнал меня тренироваться. Сам-то он всю жизнь так жил, но обычные люди так дела не ведут.

Ну... командир легиона — он и в Африке командир легиона, чё тут скажешь.

Его рельефный торс под майкой и мощная шея невольно приковывали взгляд. Даже мне, мужику, захотелось такую форму. Заметив мой залипон, он вернул штангу на стойку, сел и удивленно спросил:

— Чего вылупился?

— А, да так... Ну у вас и рама, конечно, господин Левиафан. Форма просто топ.

— Ха-ха! Ещё бы, я же командир! Я с самого рождения в идеальной форме, даже банальной простудой ни разу не болел!

— А... ну ок, — протянул я.

У него был редкий талант: на любой комплимент отвечать в духе «ну я же крутой», вызывая у собеседника лёгкое чувство неловкости и ступора. В качалке повисла тишина, нарушаемая лишь звоном железа. Сделав вид, что качаю пресс, я технично слился.

И что хуже: помнить свои кошмары или забывать их? Судя по тому, как меня штормило после пробуждения, сюжеты там были лютые. Но пытаться вспомнить их — наверное, просто тупое любопытство. Мой успокаивающий чай наконец-то доехал, так что оставалось надеяться, что сегодня обойдется без ночных ужасов.

— О... привет?

Вот уж не думал, что мы снова пересечемся. Опять поймав кошмар, я вышел проветриться и побродить по саду. Услышав шуршание, я заглянул за куст и обнаружил там вчерашнего партизана, который активно ковырялся в клумбе. Нафига портить нормальные насаждения? Малец уставился на меня, а потом резко отвернулся и побрёл дальше.

Выглядел он всё так же задолбанным, но то, что он хотя бы двигался, делало его более похожим на нормального ребёнка. Понятно, что портить плоды чужого труда — не дело, да и в саду полно опасных магических тварей, так что мелкого надо было тормозить. Я поплёлся за ним, пытаясь завязать разговор:

— Малыш, ты чё делаешь-то?

— Ищу, — буркнул он.

— Что ищешь?

Ребёнок покрутил пальцами, что-то чертя на ладошке, и выдал:

— Пожевать чё-нибудь.

Я прыснул от смеха. Сдержав улыбку, увидел, как малец надулся и снова принялся ковырять клумбу. Я подбежал, перехватил его руки и офигел — все пальцы были в царапинах от острых листьев и шипов. Я включил строгого взрослого:

— Так нельзя. И цветочкам больно, и сам поранился.

Малец уставился на свои ладони. Я достал платок, обмотал ему пальцы, взял на руки и унёс вглубь сада. Разрешения у начальства я, конечно, не спрашивал, но пара ягод погоды не сделают. Как садовник я немного застремался тырить плоды, но оправдание у меня было железное — спасение голодающих детей.

— Потерпи секунду, сейчас чё-нибудь сообразим!

К счастью, я наткнулся на куст дикой фасоли. У нас возле старого дома такой же рос, мы мелкие вечно его обносили, когда карманных денег не было. Прямо ностальгия накрыла. Я сорвал стручок, вылущил бобы и протянул мелкому. Они хоть и не дозрели, но прикольно хрустели. Но малец, пожевав секунду, смачно сплюнул. Я опешил:

— Э, ты чего? Не зашло?

— Гадость какая, — скривился он.

Я закинул остатки бобов себе в рот. Ну да, горчит, мелкому такое точно не понравится. И как я это в детстве ел? Я огляделся в поисках альтернативы. Рядом росла азалия. Сорвал цветок, убрал хвостик и попробовал — сладенько. Засунул один лепесток мелкому в рот, и у того аж глаза округлились от удивления.

Малец выглядел дико мило, и я решил ещё немного прогуляться с ним по саду. Мы нюхали цветы, дегустировали фрукты. Что прикольно, даже самые агрессивные растения типа Эрики будто понимали, что перед ними ребёнок, и вели себя тише травы. Благодаря этому мы круто провели время. Я параллельно читал ему лекции по ботанике, рассказывая про свойства растений. Мелкий, которому на вид было от силы лет шесть-семь, либо молчал, либо отвечал односложно. На вопросы о себе — та же история:

— Тебя как звать-то?

— Не знаю.

— А родители где?

— Без понятия.

То ли реально не знает, то ли я ему просто надоел. Но раз он мирно сидел у меня на руках, я решил, что первый вариант ближе к истине. Наслушавшись моих историй, малыш начал засыпать и в итоге уснул, намертво вцепившись в мой воротник. Глядя на то, как он сопит, я прям расплылся в улыбке. Но встал вопрос: где его уложить? В итоге я снова побрёл в персоналку.

По пути нам абсолютно внезапно встретился один демон. Знакомое лицо. Как всегда, при полном параде, фрак сидит идеально. Я аж обрадовался встрече посреди ночи и решил поздороваться первым:

— Господин управляющий, доброй ночи!

Правда, судя по его мине, радовался я один. Натас скрестил руки на груди, покачал головой и протянул руку:

— Лучи, иди сюда.

Малец к этому моменту уже проснулся и протирал глаза. Услышав голос, он шустро сполз с моих рук и побрёл к дворецкому, разок обернувшись на меня. Так его зовут Лучи. Но куда больше меня шокировал сам факт наличия у Натаса ребёнка.

— Это ваш малец? — выдавил я.

— А вам-то что? — отбрил он.

— Да просто... он тут каждую ночь один колобродит, вот мне и стало интересно, чьих будет.

— Меньше суйте нос в чужие дела.

Я лишь почесал затылок от такого резкого ответа. Ну алло, ребёнок ночью шляется, это же логично — переживать! Я с ним вообще-то уже вторую ночь нянчусь. Видимо, поняв, что перегнул палку, Натас перевел взгляд с мелкого на меня, вздохнул и выдал:

— Это мой племянник.

— Чего? Племянник? Вы же вообще не похожи...

Походу, я опять ляпнул лишнего. Заметив, как от него повалила тёмная аура, я быстро исправился:

— Ой, то есть... он дико милый! А чего он в замке-то живёт? Где предки?

— Они мертвы, так что закроем тему.

Я мысленно влепил себе фейспалм. Ну кто ж знал-то... Лучи ещё совсем кроха, а Натас, получается, потерял близких, так что его паршивое настроение вполне можно понять.

Я глянул на Лучи и поймал его пустой взгляд. Так вот откуда эта пустота — последствия травмы из-за потери близких. А я, дурак, битый час допрашивал его про родителей. Вот почему он просто молча качал головой. Чувствуя себя последней сволочью, я заикаясь произнес:

— Оу... мне так жаль...

— Это было давно. Оставьте свои дежурные соболезнования при себе и идите спать.

Мне ничего не оставалось, кроме как заткнуться, поклониться и уйти. С одной стороны, суровость управляющего помогла быстро замять неловкость, но сегодня он был дико колючим.

Родителей нет, дядя вечно на работе — и кто тогда занимается Лучи? Теперь понятно, почему он каждую ночь бродит один. Мне стало дико жалко мальчишку, которому явно не хватало банального тепла. Всего два раза виделись, а я уже привязался. Решил, что в следующий раз обязательно куплю ему какую-нибудь игрушку, и с этими мыслями завалился спать.

Выходные начались просто шикарно. Обычно по субботам я дрыхну до обеда, потом лениво плетусь за выпечкой в замковую пекарню и гуляю по саду. Но сегодня был особый план. Я спустился на склад, чтобы забрать свои заказы. Среди прочего там были пазлы и игрушки для маленьких демонов. С бюджетом у меня пока было туго, но Лучи засел у меня в голове, так что я решил раскошелиться.

Кладовщик, конечно, посмотрел на меня как на умалишённого, когда увидел список, но я с пафосным видом выдал ему цитату: «Если в душе горит огонёк, то даже взрослый демон может заценить детские игрушки». Было понятно, что Натасу наши тусовки не понравятся, но этот тип со времён подписания контракта ни разу не был со мной вежлив, так что я решил забить.

Я же не насильно его тащу, мы просто случайно пересекаемся и играем, чё в этом такого? Тем более из-за кошмаров спать всё равно не хочется... Короче, я дико ждал нашей встречи. Собирал пазлы у себя, валялся на кровати, и незаметно наступил вечер.

Как я и думал, малец снова бродил по саду. Он вовсю уплетал те самые ягоды, которые я ему показывал. Управляющий его вообще не кормит, что ли? Я аж разозлился на секунду, но к Лучи подошёл с улыбкой. Велел ему подождать, сбегал в комнату за пледом и ништяками. Так начался наш ночной пикник прямо на траве.

Ветер приятно шуршал листвой. Я расстелил плед в уютном местечке за кустами, расставил чашки, разложил печенье — вышло дико лампово. Было темновато, но я захватил фонарь, так что всё окей. Лучи чай даже не пригубил, зато печенье уничтожал в промышленных масштабах. Я спросил:

— Лучи, ты вообще на пикниках бывал?

— Это чё такое?

— Ну вот как сейчас: сидим на травке, жуём вкусняхи, болтаем.

— Первый раз.

Кто бы сомневался. Смахнув скупую мужскую слезу от жалости, я протянул ему чашку:

— На, глотни чайку. Это на травках, дико полезно для здоровья!

Лучи понюхал чашку, сделал глоток (я специально остудил, чтобы он не обжёгся), но тут же скривился и вернул посуду на плед.

— Чё, не зашло?

— Горько.

Даже то, как он вредничал, выглядело дико мило. Он забил на чай и вернулся к уничтожению выпечки. Я сам ещё ни кусочка не съел, а запасы уже таяли на глазах. Ладно, мне не жалко, решил спросить о главном:

— Лучи, а ты чё днём делаешь, раз по ночам не спишь?

— Днём я прячусь от других демонов. Тогда и сплю, так что сейчас ни в одном глазу.

— В смысле прячешься? Зачем?

— Залезаю в шкаф или под кровать, меня там никто найти не может.

Оказывается, говорить он умеет нормально, просто раньше не хотел. Я прям загордился мелким. Но вот эта тема с прятками от персонала выглядела странно. Стесняется, что ли? Вопросов стало ещё больше, но Лучи к этому моменту доел всё печенье и уже вытряхивал крошки из корзины прямо в рот.

— Слушай, тебя точно нормально кормят? — застремался я.

— Кормят много, но я всё равно вечно голодный.

Я выдохнул — ладно, хоть не голодает. Тут я достал карты, и у мелкого аж глаза загорелись. Ночной движ продолжался по полной программе.

Едва переставляя ноги от усталости, я припёрся в библиотеку. Понятно, что после истории со шпионом тут было немного стрёмно, но того очкарика здесь больше не было. Масштабы здешней библиотеки просто поражали. В прошлый раз я толком ничего не разглядел, а тут — стеллажи до самого потолка, забитые книгами под завязку.

Настоящая книжная крепость. На втором и третьем ярусах за столами сидели демоны и увлечённо читали, кто-то даже лазил по стремянкам на колёсиках, чтобы достать нужный том. Напротив входа была зона за высокими перегородками — туда обычным смертным ход был закрыт, там хранились особо важные архивы. Задавив в себе любопытство, я побрёл искать детскую литературу.

К счастью, там нашёлся небольшой стенд со сказками. Я выбрал парочку книг, которые подошли бы для Лучи, типа «Как стать крутым демоном» или «У меня выросли рожки и хвостик». Пока я думал, чё бы взять почитать себе, ко мне подошёл бледный как смерть библиотекарь.

— Ищете что-то конкретное?

— Да нет... просто смотрю, чё тут у вас есть интересного.

Он оглядел меня с ног до головы и велел идти за ним. Мы пришли к разделу с литературой про здоровье.

— А мы тут зачем? — не понял я.

— Я, конечно, сам выгляжу не фонтан, но вам бы точно не помешало подлечиться, — выдал он.

Я невольно потрогал свои осунувшиеся щёки. Ну да, из-за кошмаров я толком не спал, а ночные тусовки с Лучи добавили мне синяков под глазами, но получить такой совет от ходячего трупа — это мощно. Поблагодарив его, я принялся изучать полки. И тут мне на глаза попалась книга с шикарным названием:

«Демон, которому снятся кошмары, выглядит несексуально».

При чём тут секс и кошмары — без понятия, но заголовок зацепил. Решил полистать в поисках лайфхаков. В основном там был бред в духе «если ты демон и ловишь кошмары — ты лузер и тебя надо лишить лицензии». Но, продравшись через этот хейт, я наткнулся на одну дико интересную мысль:

«Если вам стали часто сниться кошмары, на это есть три причины. Первое: вас прокляли. Второе: у вас сильный стресс из-за проблем. Третье: рядом с вами находится растущий инкуб».

Проклятие? Да вроде я никому дорогу не переходил, чтобы ловить такой негатив. Проблемы? Ну, стресс у меня всегда фоном, но не до такой же степени. А вот третий вариант... Растущий инкуб?

Я начал сопоставлять факты. Кошмары начались как раз тогда, когда пошли слухи про чертовщину в западной башне, а там как раз тусовался Лучи. Учитывая его бешеный аппетит и возраст, у мелкого походу как раз начался период созревания. Пазл сложился! Я полез искать инфу про особенности роста молодых инкубов и узнал много нового:

«В период созревания инкубы плохо спят по ночам из-за переизбытка тёмной энергии. При этом они могут неосознанно транслировать свои кошмары тем, кто находится рядом. Взрослые особи воруют жизненную силу через эротические сны, а вот такие побочные эффекты в виде жутких, но забывающихся кошмаров — типичные приколы растущих организмов. Происходит это на автомате, так что сам малец ничего не догоняет».

Когда я понял, что виновником моих ночных ужасов был этот карапуз, мне стало дико жалко его. У него тут вовсю перестройка организма идёт, а его дядя-робот хоть в курсе вообще? Судя по его вечно занятому виду, шансы были равны нулю. В общем, я принял волевое решение: побуду для Лучи временным опекуном!

Так начались мои будни в качестве личной няни для Лучи.

С того дня я выскреб последние копейки и заказал мелкому кучу деликатесов и полезного чая. Решил устроить ему полный пансион. Заметив, что он вечно чешет голову, я присмотрелся и обнаружил у него на висках крошечные серенькие рожки, спрятанные в волосах. Такие мимимишные рожки.

Вот оно, родительское сердце... Я аж чуть не разрыдался от избытка чувств, но перед мелким сдержался, надо же держать марку. Всё-таки порода Натаса давала о себе знать — у высших демонов созревание всегда начинается раньше, так что мне было дико жалко Лучи, которому приходилось несладко в таком нежном возрасте.

Детям нужна забота.

Кто-то скажет, что я слишком лезу не в своё дело, но мне было плевать. Я сам прекрасно знал, каково это — расти без должного тепла... Возможно, это был просто мой эгоизм. Но пока я изливал на него свою любовь, время шло.

— Подсади меня туда,

Лучи потянул ко мне ручонки. Я уже на автомате подхватил его и перенёс куда просил. Мы ушли с привычного маршрута и спустились в подвал, остановившись перед какой-то странной дверью. Вместо ручки там была живая гаргулья. Я ради прикола ткнул её пальцем, но та недовольно огрызнулась:

— Куда ты лезешь, низший демон? Тебе сюда ход закрыт!

Ну зашибись, теперь меня даже дверные ручки прессуют... Но раз она тут на правах охранника, лучше было не нарываться, а то ещё огребу. Лучи, глядя на мою кислую мину, весело захихикал. Он был такой милаха, что я не удержался и чмокнул его в макушку. Малец удивленно захлопал глазами:

— Это ты чё сделал?

— Поцеловал. Потому что ты у нас дико милый.

— Хм...

Лучи завис, о чем-то думая. Он и раньше любил залипать в пустоту, но в последнее время стал слишком часто вести себя как умудрённый опытом взрослый. Пока я умилялся этой картине, он снова заговорил:

— Раз я такой милый, выполнишь мою просьбу?

— Ни вопр. Каприз молодого барина — закон. Чё надо?

— Мне нужно зайти на этот подземный склад. Пошли со мной, поможешь найти одну вещь.

Меня будто обухом по голове стукнули. Я в панике огляделся по сторонам и зашептал:

— Ты с дубу рухнул? Откуда ты вообще знаешь про этот склад? И чё за вещь?

— Моя вещь, я её потерял. Она точно там.

Мы общались каждый день, но в этот момент мне показалось, что передо мной стоит совершенно незнакомый ребёнок. Атмосфера вокруг него резко изменилась. Я решительно мотнул головой:

— Ноу вэй. Это опасно. И вообще, шнырять по складам замка Короля Демонов — это чистая уголовщина. Нас повяжут.

— Да расслабься, если поймают, я скажу Натасу, чтобы нас отпустили.

Игнорируя мои протесты, малец положил руку на гаргулью. Та послушно склонила голову, и дверь со скрипом открылась, явив нам уходящую в кромешную тьму лестницу. Оттуда пахнуло таким холодом и загробными звуками, что у меня аж мурашки по коже побежали.

Лучи сделал шаг вперёд, а потом обернулся, типа «ну ты чё, идёшь?» Увидев, что я замялся, он решил врубить тяжёлую артиллерию в виде детского обаяния. Наклонил голову, захлопал своими белыми глазками и выдал:

— Братишка, ты чё, меня бросишь?

— У-у, запрещённый приём... — застонал я.

Когда я просил его звать меня братом, он и ухом не вёл, а тут сразу вспомнил, какой он милаха, когда надо. Я отвёл взгляд, пытаясь не вестись на провокацию. Куда угодно, но только не на этот стрёмный склад. Я не знал, злиться мне или плакать, поэтому решил включить классическую пугалку для детей:

— Там же темень глаз выколи, тебе не страшно? Вдруг там чудища живут?

— Да вряд ли. Ты же взрослый демон, неужели боишься такой ерунды?

— Ещё как боюсь! А если мы там потеряемся?

— Мне фиолетово.

Поняв, что я не иду, малец просто припустил вниз по лестнице. Моя пугалка сработала с точностью до наоборот — вместо того чтобы испугаться, он походу решил взять меня на слабо. Шёл так уверенно, будто он тут хозяин.

— Лучи! Я серьёзно, я не пойду!

— Окей, закрой дверь с той стороны, — донеслось из темноты.

И на этом он испарился во тьме. Я посветил фонарёвым светом вниз, но там уже никого не было видно.

И чё делать? Пойти за ним? Да ну, там же темень, он дороги не знает, сейчас испугается и сам вылезет. Или его охрана тормознёт. Я решил подождать у входа, уверенный, что через минуту он прибежит обратно в слезах.

Но прошло довольно много времени, а Лучи всё не возвращался. В подвале стояла мертвая тишина, и у меня начался мандраж — вдруг с ним реально чё-то случилось? Или он уже заблудился? Поймав дикую панику, я рванул вниз по лестнице.

Ноги дрожали как желе, но я упрямо шёл вперёд, подсвечивая дорогу фонарём. Пробежав по серым кирпичным ступеням, я упёрся в массивную железную дверь, утыканную острыми шипами — видок у неё был максимально криминальный.

И тут я заметил кое-что странное. Два здоровых демона-охранника, которые были раза в три шире меня, валялись у стены. Фиолетовая кожа, гора мышц... Я шёпотом позвал:

— Эй, мужики?

Они бросили оружие и просто спали без задних ног. Ран не было. Я поднёс палец к носу одного из них — точно, дрыхнут. Неужели это работа Лучи? Я вообще перестал понимать, чё тут происходит.

Пометавшись у двери, я понял, что выбора нет — надо заходить. Я дико переживал за мелкого. Если его поймают за такими делишками, ему-то, может, ничего и не будет, а вот меня точно пустят на фарш. Кряхтя, я толкнул тяжелую железную дверь и зашёл внутрь.

За дверью воздух показался ещё более ледяным. Склад напоминал настоящий лабиринт из комнат. Чего тут только не было: оружейка со щитами и копьями, продуктовый склад с сырами и вином, и даже комнаты с какими-то надписями на древнем языке. Стоило мне случайно задеть рукавом одну из дверей, как меня пробрал такой озноб, что я сразу отскочил подальше. Кое-где на стенах горели свечи, но для такого огромного подвала это было каплей в море. Сориентироваться было нереально.

— Лучи! Ты где? Лучи! — закричал я.

Местечко оказалось дико опасным. Ну да, раз тут стоит такая охрана, это явно не обычный чулан для швабр. Надо было жестче тормозить мелкого у входа, я крупно закосячил. Если нас спалят, Лучи, может, и отмажется, а вот мне светит пожизненный эцих с гвоздями. Почему я вечно влипаю в какой-то криминал? Мне хотелось побыстрее найти Лучи и сделать отсюда ноги. Но стоило мне сделать шаг...

Щёлк.

— Лу... А-а-а!!!

Произошёл полный провал — в прямом смысле. Я наступил на какую-то железку, и пол подо мной просто исчез. Пока я летел вниз, в голове пронеслась мысль: «Хоть бы там внизу не было острых кольев». К счастью, обошлось. Я больно ушибся, но остался цел. Фонарь разбился, и я остался в полной темноте.

Не успел я выдохнуть, как раздалось шипение и пошёл резкий запах газа. Походу, токсичный туман. Всё, приплыли.

Я зажал рот одеждой и растянулся на полу, но дышать-то хочется. В итоге я наглотался этой гадости. Навалилась дикая слабость, сознание поплыло, и перед глазами начали всплывать глюки. В комнате кто-то был. Силуэт становился чётче, и я обомлел, когда узнал его. Это был Лучи, который сидел на корточках и тихо шмыгал носом.

— Лучи!

Я попытался позвать его, но он даже не обернулся. Малец пытался сдерживать слёзы, но всхлипы всё равно прорывались. Я пополз к нему, но расстояние между нами будто не уменьшалось. И тут до меня донеслось его бормотание:

— Хнык... я им устрою вендетту.

Услышав голос, я похолодел. Это был не Лучи. Это был я сам в детстве. Чумазый, ободранный малец с грязными руками, полный злости и обиды на весь мир.

Хватит. Я не хочу на это смотреть. Я зажал уши, тяжело дыша. Глюк будто издевался надо мной, нашептывая: «Ты просто проецируешь на Лучи своё паршивое детство. Вся твоя забота — чистой воды эгоизм».

нет, это не так! Я давно забил на эти воспоминания!

— Я больше не хочу быть один...

Я уже не понимал, кто это сказал — я или мелкий из глюка. Голова раскалывалась, сознание окончательно уплывало. Мне дико хотелось проснуться. И тут скрытая в углу дверь с грохотом распахнулась. Газ немного выветрился, и в комнату кто-то зашёл. Ко мне подошёл то ли реальный Лучи, то ли очередной глюк:

— А говорил — не пойду.

Судя по его обычному пофигистичному тону, это была реальность. Я вытер слезы рукавом. Тело вроде начало слушаться, но стоило попытаться встать, как словил дикий вертолет и сел обратно. После пережитого глюка смотреть на Лучи как прежде было сложно. Но я постарался сделать вид, что всё пучком:

— Лучи, наконец-то я тебя нашёл. Пошли отсюда.

— Я ещё не нашёл то, чё искал.

— Нет, мы уходим. Это дико опасно!

Я сам не заметил, как сорвался на крик. Высказался и сразу почувствовал себя ничтожеством, сорвавшимся на ребёнка. Лучи, правда, даже ухом не повёл. Я сбавил тон и добавил помягче:

— Давай я тебе лучше новую такую штуку куплю? Оформим доставку, и...

— Ты так боишься остаться один? — внезапно выдал он.

Я замер, внутри всё похолодело. Малец посмотрел мне прямо в глаза, и так как я сидел, мы были на одном уровне.

— Я же слышал. Ты боишься, что тебя бросят, да?

— Чё? Бросят?..

— Ну, остаться одному в стае обычно означает, что тебя выкинули. Но если ты изначально один, то вообще пофиг. Только слабые людишки вечно сбиваются в кучи.

Чем больше он говорил, тем сильнее меня накрывало дежавю. Где-то я уже слышал эти пафосные речи. Но хуже всего было то, что его слова били по самым больным местам, вызывая дикое чувство стыда.

— Всё не так, Лучи.

— Да я же факты говорю...

— Всё, хорош!

Колени дрожали, но я заставил себя встать и быстрыми шагами пошёл к выходу. Лучи молча поплёлся за мной. Кое-как отыскав дорогу, мы выбрались наружу, когда уже вовсю занимался рассвет. Я был настолько выжат, что хотелось тупо доползти до кровати.

— Лучи, на сегодня завязываем, я к себе.

Я почувствовал, как он слабо ухватился за мой рукав, но сделал вид, что не заметил, и просто ушёл. После этого я довольно долго к нему не подходил.

Лучший способ забить на дурные мысли — это как следует поработать ручками. Со стороны кажется, что работа у нас однотипная, но на самом деле у садовников дел выше крыши: таскай тяжелые мешки с удобрениями, стриги ветки, поливай, поливай сорняки.

Занимаясь благоустройством, я заметил, что цветы, которые я недавно посадил, начали засыхать. Капризная флора дико реагировала на любые изменения: недольешь — сохнут, перельешь — корни гниют. Глядя на эти увядающие бутоны, я ловил полное бессилие. Подперев подбородок рукой, я тяжело вздохнул, думая, не выдрать ли их вообще с корнем.

— Выращивать растения — та ещё головная боль, да?

Рядом со мной появилась мисс Глория, протягивая бутылку воды. Я уныло кивнул:

— Да я вроде старался дать им всё необходимое, но походу чё-то пошло не так.

— Ну, им тоже непросто. Сказать-то, чего им не хватает, они не могут, — улыбнулась она.

Тут она была права. Я уже начал загоняться, что если бы этот участок вел кто-то другой, цветы бы чувствовали себя лучше.

— Но если проявить терпение, в один прекрасный день они удивят тебя своим ростом. Природа намного сильнее, чем нам кажется.

Мисс Глория улыбнулась так, что у неё вокруг глаз собрались лучики морщинок. Сразу видно — опыт. Я окинул взглядом наш огромный сад. Собрал волю в кулак, поднялся, обрезал сухие ветки и аккуратно дозировал удобрения. Будем надеяться, ещё расцветут.

Слова мисс Глории нереально мотивировали. Я на этой волне перетаскал кучу тяжелых камней для ландшафта и навёл порядок на дальних клумбах. В общем, перевыполнил план раза в два. Вечером в столовке пересёкся с Левиафаном, мы посидели, поболтали о всякой ерунде.

— ...ну и короче мои цветы... э-э...

Я попытался встать из-за стола, но тут у меня дико закружилась голова. Я знатно покачнулся, и если бы Левиафан меня не перехватил, я бы точно поцеловался с полом. Помассировав гудящую голову, я неловко отмазался:

— Чё-то меня штормит, походу сегодня на работе перетрудился.

— Вид у тебя умотанный, дуй давай в комнату и ложись спать, — буркнул он.

Я ради шутки попытался изобразить качка и напряг бицепс, но глянув на руку Левиафана, которая была раза в три шире моей, тихонько опустил рукав. Вернувшись к себе, я просто мешком рухнул на кровать.

Я не видел Лучи уже неделю. Без сна было хреново, но проводить с ним время было весело, а тут я запереживал: вдруг он там один бродит по тёмным коридорам? Всё-таки он просто ребёнок, накосячил слегка, а я завёлся из-за своих старых детских комплексов. Походу, я просто трусливо прятался от него, прикрываясь усталостью из-за кошмаров.

Всё тело ломило, усталость накопилась конкретная. Из-за вечных кошмаров спать было тупо невозможно. Вспомнилось, как в детстве, когда я не мог уснуть, дедуля садился рядом и гладил меня по голове своими натруженными руками. Но его больше нет в живых... Мысли ушли в полный депрессняк, и под этот шумок я заснул.

И снова кошмар.

Я вижу себя маленького посреди двора. Я со злостью топчу собственный огород, ломаю стебли и ору во всё горло. А из дома какая-то тёмная тварь вечно мне чё-то втирает. Я затыкаю уши, пытаюсь убежать, падаю, поднимаюсь, кричу до хрипоты, но паника не отпускает. Это бесконечное поле никак не кончается, полное ощущение, что я завяз в болоте. Я побежал быстрее, закричал и... проснулся.

На лбу было приятное прикосновение. Кто-то аккуратно вытирал мне пот и слезы с лица. Я был весь мокрый. Сфокусировав взгляд, я увидел Лучи, который сидел прямо на краю моей кровати. Лицо у него было как обычно кирпичом, но мне показалось, что он искренне рад меня видеть.

— Ты как тут оказался?.. — прохрипел я.

— Понял, что тебе нужна помощь, вот и пришёл.

Я слабо улыбнулся. Докатился: взрослый мужик ловит утешения от мелкого карапуза. Не хотелось выглядеть жалко перед ребёнком, поэтому я сходил умыться. Лучи послушно ждал меня на кровати.

— Давно не виделись... Как сам?

— Да так себе. Натас спалил, что я брожу по ночам, и посадил меня под домашний арест.

Уж не знаю, реально ли его заперли или он просто преувеличивает, как все дети. Но то, что управляющий хоть как-то за ним следит, уже радовало.

Пауза затянулась, было немного неловко. Я за последнее время вел себя перед ним вообще не как взрослый: сначала наорал, теперь вот проснулся в слезах. Решил искусственно взбодрить голос и сменить тему:

— Кстати, ты же тогда вещь свою так и не нашёл? Напиши, чё за штука, я...

— Поможешь достать? — перебил он.

— Ну... нет, давай я тебе лучше новую куплю!

— А если её нельзя купить?

Взгляд у Лучи снова стал пустым, как при первой встрече. Я понял, что подсознательно всегда застревал на этом его взгляде, но пора было поговорить серьезно:

— Эта вещь реально настолько важна? Стоит того, чтобы так рисковать?

— Она изначально была моей, так что я её верну. Она мне дико нужна.

Обычно он ничего не просил, а тут проявлял такую упёртость — видать, реально ценная вещь. Но какого фига его шмотки лежат на секретном складе подвала, я не догонял. Может, просто капризничает? Пока я сомневался, Лучи недовольно надулся:

— И чего ты вечно меня тормозишь? Раньше же всегда помогал, чё бы я ни попросил.

— Да потому что подвал — это не шутки. Я за тебя переживаю, мелкий.

— Переживаешь? Это ещё зачем?

Я аж дар речи потерял. Лучи хоть и стал говорить намного лучше, да и рассуждал иногда как взрослый, в базовых эмоциях вообще не шарил. Пришлось разложить всё по полочкам:

— Ну ты же ещё мелкий. Переживать за тебя — это абсолютно нормально.

— Хм, то есть если ты слабый или мелкий, надо просто сидеть и не отсвечивать?

— Да никто тебе не говорит сидеть и не отсвечивать. Я просто хочу, чтобы ты рос в безопасности и видел только хорошее. Я всю эту неделю, пока мы не виделись... только о тебе и думал, переживал.

Высказал всё как на духу, аж от сердца отлегло, хоть и комок в горле встал. Лучи завис, переваривая инфу. А потом посмотрел мне прямо в глаза и выдал то, чего я вообще не ожидал:

— Я тоже переживал, когда ты пропал, Ромейн.

— Чё?

— Мне сказали, что тебе вечно снятся кошмары, вот я и пришёл проверить, вдруг надо разбудить. Сорри, что заставил волноваться...

«Переживал», «сорри»... У меня аж челюсть отвисла, услышать такое от этого партизана было чем-то нереальным. На душе стало дико тепло, но одновременно накрыло чувство вины. Ну я и сволочь. Меня надо в лаве утопить за то, что пока этот золотой ребёнок обо мне думал, я сидел и жалел себя, устроив полный игнор. Аж сердце сжалось, глядя на его понурый вид. Лучи грустно добавил:

— Ладно, забьем на эту вещь. Хотя я уже почти её нашёл...

Блин... Ну чё я за демон такой? Избегал такого шикарного пацана. А Лучи тем временем продолжал уныло бубнить:

— Оставалось просто взять и вынести...

Голосок у него был такой несчастный, что у меня в голове прямо ангельские голоса запели. Может... реально помочь разок? Он же родственник Натаса, ну поймают нас — неужели племянника строго накажут?

Лучи сложил ладошки у подбородка и уставился на меня умоляющим взглядом. Против этих белых глаз устоять было нереально. Я сжал кулаки:

— Лучи.

— А?

— Точно сможем быстро забрать и свалить?

— Зуб даю! — подпрыгнул он, расплывшись в довольной улыбке.

Походу, он только этого и ждал. Оформив договор на мизинчиках, что никто не спалится, мы отправились во вторую подземную экспедицию.

Когда мы спустились, охранники у ворот как раз открыли глаза, но Лучи резко задвинул меня себе за спину. Глаза у мелкого закружились спиралями, и амбалы синхронно рухнули на пол, захрапев как сурки.

— Это щас чё за фокус был? — обалдел я.

— Гипноз.

Задав лишние вопросы на потом, мы прибавили шагу. Оттащили спящих туш в сторону и толкнули тяжелую железную дверь. Лучи с пафосным видом зашагал впереди — видать, шнырял тут регулярно. Он вел меня какими-то тайными тропами, попутно устраивая экскурсию:

— Это пещера с аметистами, круто восстанавливает силы.

— А это кости древнего демона. Если человек к ним прикоснется, словит стопицот проклятий. Входит в топ-13 опасных артефактов.

— Туда не лезь, это мимик, часто в лабиринтах водится.

Откуда у мелкого карапуза такие познания, я без понятия. Он с диким азартом всё мне расписывал. После того как я в прошлый раз словил тут ловушку, чувствовал себя полным лохом, пока Лучи технично обходил все углы. Подвал оказался даже интересным, и страх окончательно улетучился. Я кивал на его объяснения, но всё же решил напомнить:

— Лучи, мы вроде за вещью пришли, не?

— Ну да. Просто подумал, что тебе будет прикольно посмотреть...

Он смущённо почесал щеку. Получается, он реально хотел поделиться со мной своими секретными местами. Эх, если бы я в прошлый раз не затупил, у нас бы уже тогда были крутые воспоминания. Я крепко обнял мелкого:

— Хотел со мной затусить, да? Откуда дорогу-то так хорошо знаешь?

Малец начал брыкаться, пытаясь вылезти из объятий, и с гордым видом выдал:

— Да я тут постоянно тусуюсь, когда скучно. Если чё-то вынести попытаешься, сразу набежит толпа скрытых гаргулий, а просто гулять можно без проблем.

— Но у тебя-то план как раз чё-то вынести... — напомнил я.

— Так это моё родное, так что система не сработает, — отмахнулся он.

Звучало сомнительно, но раз он тут ориентировался как бог, я решил поверить. Правда, затягивать тоже не стоило, и я попросил его ускориться. Лучи завернул в какой-то секретный коридор, и тут я залип на огромную картину на стене. Подсветил её фонарем — старинное полотно, но масштаб просто запредельный.

На самом верху был изображен брюнет с длинными волосами, в черных доспехах и с горящими красными глазами, смотрящими на всех как на грязь. Даже от картины веяло дикой мощью и пафосом. Чуть ниже красовалось сломанное золотое копье — символ Небес, а в самом низу на коленях рыдала златовласая девушка, протягивая руки вверх.

Я сразу догадался, чё это за сюжет. Столетняя война Диаблос. Святая дева пыталась запечатать Короля Демонов, но словила полный фейл и погибла, после чего у людей начались темные века.

Пока я залипал, Лучи крикнул впереди:

— Ты чё застрял? Сам же просил быстрее.

— А, да, иду.

Но взгляд от картины оторвать было сложно. В учебниках истории эту святую деву вечно малевали тупой и беспомощной, а тут она выглядела дико несчастной. Хотя для демонов она по-любому главный враг. Оставив искусство, я побежал за Лучи.

Мы дошли до маленькой обшарпанной двери, за которой оказался обычный чулан с хламом. Никаких крутых артефактов, просто склад временного хранения, где всё было завалено вещами под завязку. Полки были выше моего роста, и Лучи шустро запетлял между ними, начав шуршать коробками.

— Подожди секунду, сейчас найду.

Я решил не мешаться под рукой, раз понятия не имею, чё мы ищем, и просто стал разглядывать полки. И на четвертом стеллаже я наткнулся на кое-что дико знакомое.

— Опа...

Я протер пыль с какой-то побрякушки — чистая медь. Рядом стояла шкатулка с камнями, золотые браслеты и куча другого золота-серебра. Но прикол был в том, что все эти вещи... стояли у нас дома! Дедуля вечно прятал эти сокровища со словами «надо переждать пару лет, потом толкнем». Кое-что мы продали, но самое ценное он хранил до последнего. Я после его смерти заглядывал в нашу хижину на равнине, но про заначку даже не подумал. А она, оказывается, переехала сюда. Пока я пребывал в полном шоке, Лучи радостно крикнул, размахивая фиолетовым мешочком:

— Нашёл!

Чё там было внутри, разобрать я не смог, но надо было сворачивать лавочку:

— О, супер, поздравляю. Ну чё, валим, пока нас не повязали?

— Ага, пошли.

Я из последних сил заставлял себя не пялиться на дедовы шмотки. Лучи-то не при делах, так что не надо вызывать подозрений. Обратно мы шли молча. Подвал больше не казался интересным, все мысли были заняты этим золотом.

«Может, прихватить с собой? Да ну, спалят. И откуда оно тут? Когда нашу хижину сносили, просто сгребли всё добро? Это же откровенный грабеж!»

Правда, качать права в моей ситуации — затея так себе. Если вскроется, чё дед хранил в подвале, меня первого и закроют. Интересно, Натас вообще в курсе, чьё это бабло? Почему ничего не спросил? Может, реально не знает, чё это за побрякушки...

Заметив, что я плетусь как черепаха, Лучи обернулся:

— Ромейн, ты чё завис? Плохо прет, что ли?

— Да всё пучком, не парься, — я погладил его по голове, пытаясь успокоиться.

Если бы управляющий знал происхождение этих вещей, он бы мне устроил допрос с пристрастием. Раз молчит — значит, инфы у него нет. Фух, пронесло.

Лучи, внимательно следивший за моей мимикой, залез в мешочек, достал оттуда какую-то штуку и с милой улыбкой протянул мне:

— На, держи.

Это был конус светло-коричневого цвета. Я понюхал — аромат был просто лакшери: сначала цитрус, а потом раскрывается чем-то дико уютным и сладким.

— Это благовония, что ли?

— Ага, но непростые. Это магический артефакт, заказывает сны по твоему желанию.

Магическая штука? Такие вещи стоят как крыло от самолета, их хрен достанешь. Я удивленно уставился на него, а Лучи просто выгреб из мешка ещё горсть этих конусов и рассовал мне по карманам.

— Вообще-то я для себя их брал, но раз ты ловишь кошмары на регулярной основе, делюсь. Штука мощная, так что кошмары улетучатся в миг. Зажги перед сном и...

— Спасибо, мелкий.

У меня аж внутри всё сжалось от нежности, я просто сгреб его в охапку и крепко прижал к себе. Он сначала подёргался для вида, но потом расслабился и уткнулся подбородком мне в плечо. Такой милаха.

— Надо же, какой заботливый. Молодчина.

— Да говорю же, я себе брал! — надулся он.

— Всё равно ты лучший, — я обнимал его, понимая, что вся эта эпопея с подвалом была затеяна ради меня. Понятно, что благовония ему и самому были нужны, но то, что он обо мне подумал — это прям высший класс. Я-то думал, что я тут один в роли няньки выступаю, а Лучи, оказывается, тоже обо мне пёкся.

Я без остановки гладил его по мягким волосам, ловя полный кайф от этого момента. Когда наконец отпустил его, Лучи стоял весь пунцовый и отводил взгляд — засмущался, карапуз. Дико милое зрелище. Я потянулся было поцеловать его в щеку, но он выставил ручонки:

— Так, хорош нежностей, сам же орал, что надо валить, пока рассвет не наступил.

— Ой, точно!

Мы рванули к выходу. С мыслью, что благодаря подгону Лучи я наконец-то посплю нормально, бежалось дико легко. Добрались до лестницы, миновали спящую стражу, толкнули дверь на свежий воздух. Первые лучи солнца нереально били по глазам. И стоило нам сделать шаг на улицу...

— Опаздываете.

Голос был настолько ледяным, что у меня аж пот по спине потёк. Медленно, со скрипом повернув шею, я обнаружил стоящего у стены управляющего. Вокруг него бурлила такая тёмная аура, что малейшие сомнения отпадали — нам крышка. А Лучи с абсолютно невозмутимым видом выдал:

— О, ждал нас?

Я чуть не выпал с его пофигизма — малец вообще не догонял всю серьёзность ситуации. Натас перевел свой убийственный взгляд с мелкого на меня. В глазах читалось чёткое «сейчас я тебя закопаю». Меня затрясло как осиновый лист. Мозг лихорадочно пытался родить хоть какую-то отмазку, но выдал полный бред:

— Э-э... д-доброе утречко! Ну, утречко же реально доброе, да? Ха-ха...

Твою маковку, чё я несу?! Лучше бы просто молчал. Я судорожно вытер пот со лба, натянув самую дебильную улыбку в своей жизни. После бесконечной паузы дворецкий наконец покачал головой:

— Лучи — за мной, а вы, Ромейн, шагом марш к себе в комнату. Поговорим об этом позже.

— Есть!

Я выдал это на автомате, радуясь, что остался жив. Хотя фраза «поговорим позже» звучала как приговор. Начни он разбираться прямо сейчас, я бы точно улетел в вулкан без суда и следствия. На негнущихся ногах, чисто как зомби, я двинулся прочь, но Лучи меня тормознул:

— Погоди, у меня разговор есть.

Если бы в Макае устраивали конкурс на самого бесстрашного демона, Лучи бы взял гран-при, сто пудов. Вообще забил на испепеляющий взгляд Натаса и подошёл ко мне. Управляющий лишь потер висок и выдал:

— Ладно, Лучи. Как договоришь — жду в кабинете.

И с этими словами он технично испарился. Только тогда я смог нормально выдохнуть:

— Фух... думал, мне хана. Чё за дело-то?

— Спросить хотел, — Лучи замялся, чё на него вообще не похоже. Смотрел на меня с таким видом, будто сам застремался.

— Нас походу теперь долго не отпустят погулять. Если мы потом пересечемся... короче, ты же будешь со мной дружить дальше?

Понятно, что за такие покатушки по складам Натас его закроет дома под замок, но мы же в одном здании живем, пересечемся по-любому. Я активно закивал:

— Само собой! Пока я работаю в этом замке — мы банда.

— Ура!

Лучи расплылся в такой искренней улыбке, что у него аж глазки зажмурились. Совершенно нетипичная для него сентиментальность. Он подлетел, обнял меня за шею и чмокнул в щеку.

— Опа...

— До встречи! — крикнул он и пулей убежал по коридору.

Я ещё долго стоял на месте, потирая щеку и залипая ему вслед. Наконец заставил себя дойти до комнаты, достал благовония мелкого, понюхал — шлейф просто космический. И внутри чё-то так приятно зашевелилось.

Каждый божий день я ждал этого вызова, мысленно прощаясь с жизнью. И вот сегодня этот час икс настал — Натас вызвал меня на ковер. Сделав глубокий вдох, я толкнул дверь приемной. Там всё было вылизано до блеска, как и в мой первый визит. Управляющий стоял у окна, меланхолично залипая на улицу.

— В-вы меня вызывали?.. — заикаясь, выдавил я.

— Да, присаживайтесь, — кивнул он.

Я сел на диван. Он был дико мягким, но ловить кайф от комфорта времени не было — я молился, чтобы меня прямо отсюда не депортировали в кандалах. Пока я мысленно заказывал себе надгробие, он начал:

— По поводу недавнего...

— Господин Натас, у меня есть оправдание! Лучи сказал, что потерял там вещь, вот мы и полезли... Я понятия не имел, что этот склад под грифом «секретно»! А там столько всего лежит, мы просто краем глаза...

— Я вроде ещё не закончил, — ледяным тоном перебил он.

Лицо у него в этот момент было такое, будто ему на новый брендовый костюм случайный прохожий уронил мороженку, а когда попытался вытереть — сделал только хуже, испортив ткань напрочь. Я резко захлопнул рот и аж язык прикусил. От страха даже боли не почувствовал. Активно закивал, признавая его правоту. Натас продолжил:

— За то, что тусовался с Лучи, конечно, мерси, но ты вроде как взрослый демон и должен тормозить мелкого, когда он лезет в криминал, а не возглавлять это шествие.

— Полностью согласен, тупанул, признаю.

— Хм... Про подвал чтоб рот на замок. Тебе туда вход закрыт, уяснил?

— Всё понял, буду нем как рыба.

— И ещё.

Дворецкий внезапно подошёл ближе и сел прямо рядом со мной, хотя свободных мест было навалом. Я поднял голову, мы встретились взглядами, и он выдал с каменным лицом:

— Ты видел?

— Чё?

— На складе. Ты это видел?

Я не догнал, про чё речь, но переспрашивать в такой атмосфере было себе дороже. Быстро прокрутил в голове всё, чё заметил в подвале. Чуйка подсказывала, что пахнет жареным, так что я решил уйти в глухую несознанку:

— Да я вообще ничего не видел! Всё, чё там было, уже стёрлось из памяти!

Я был готов унести этот секрет в могилу, лишь бы выжить. Но факап подкрался незаметно. Натас сменил тактику:

— Давай без экивоков. Ты же узнал то золото на полках?

И почему мои худшие опасения вечно сбываются? Я продолжил отпираться:

— Э-э... нет?

Но из-за паники отмазка вышла максимально палевной. Натас резко поднялся. Я уже приготовился ловить удар, но он просто подошел к столу, достал огромную коробку и вывалил её содержимое прямо на кофейный столик. Передо мной с весёлым звоном рассыпались те самые дедовы сокровища из подвала. Я застыл как статуя. Такого поворота я точно не ожидал.

— Всё это добро мы нашли, когда сносили ту хижину на равнине.

Я только молча потел. Он добил:

— Ценник у этого хлама солидный, так что мы решили проверить происхождение. Тот тип, который продал нам участок, испарился, так что баланс не сходился. И угадай, чё показало расследование? Практически всё это бабло — конфискат, добытый кражами и мошенничеством. Кое-какие шмотки вообще под грифом «магическая угроза». В хижине нашли следы двух демонов, и у одного из них...

Натас выудил из этой кучи серебряный кулон на цепочке, открыл его и повернул ко мне:

— На, любуйся.

Там красовалась моя детская фотка. С подписью — Ромейн. Дедуля подарил мне эту штуку на днюху, а я посчитал её дико деревенской и засунул под кровать, а эти ищейки её откопали. Улики железные, отпираться бессмысленно. Дворецкий глянул на часы и продолжил:

— Вообще, чё там хранил у себя ворюга — не моя забота, золото пустим в госбюджет или вернем хозяевам, делов-то. Вопрос в другом: это ведь вещи твоего деда, да?

Вещи сто пудов дедовы. Раз он умер, то теперь вроде как мои. Но качать права на этот конфискат я не собирался — криминал же чистой воды. Хотя дедуля не был банальным грабителем.

Он был... топовым скупщиком краденого в преступном мире.

Но сказать об этом Натасу — увольте, я же сам во всем этом дебоше соучастником шел. Допрос продолжался:

— Молчишь. Ты тогда сказал, что не помнишь его имя. Ответь хотя бы на один вопрос: его звали Валефор?

Попал в яблочко. Инфа у него была стопроцентная, крыть нечем. Я и сам забыл это имя, но стоило его услышать, как всё вспомнил.

Я не мог вымолвить ни слова. Но Натас и так всё понял — моё молчание было красноречивее любых «да». Я зажмурился, молясь про себя: «Ну пускай произойдет чудо и меня кто-нибудь спасет отсюда!»

И тут двери с грохотом распахнулись. В кабинет завалился какой-то парень и весело крикнул с порога:

— Я вернулся! Вы чё, издеваетесь, отправлять меня в такую командировку на край света?

Первым делом я заметил его шикарные фиолетовые длинные волосы. Парень кокетливо подмигнул своими желтыми глазами, на нем была обтягивающая фиолетовая рубашка и брюки в полоску, а сзади вовсю вилял фиолетовый хвостик. Он повернул голову в мою сторону:

— Опа, а это кто у нас тут такой симпатичный?

Мой личный спаситель явился!

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Рю Ан | 22

2026-05-22T12:54:03.146Z

— Где Рю Ан? Я же обещала о ней позаботиться, но из-за этой суматохи совсем из головы вылетело. — Чжин Чжу убирала свои длинные волосы под сеточку и оглядывала столовую. Ей хотелось вместе позавтракать и спросить, как новенькая осваивается, но Рю Ан и след простыл.

— Неужели ещё не встала?

Пока она недоумённо качала головой, к ней подошёл Кун. Он забавно потоптался на месте, высоко поднял руки и начал активно ими махать. Глаза Чжин Чжу округлились от удивления.

— Ого, правда? Уже убежала работать?

Кун кивнул, отчего его хвостик на затылке заболтался из стороны в сторону. Затем парнишка что-то заметил и указал на окно. Чжин Чжу вытянула шею и посмотрела туда, куда он показывал.

Там, даже не успев толком причесаться, во всю прыть неслась к главному корпусу Рю Ан. Она споткнулась о какой-то камень и едва не полетела кувырком, но, даже не думая останавливаться, чтобы перевести дух, припустила ещё быстрее.

— Кошмар... Это сколько же у неё дел, — Чжин Чжу сочувствующе надула губы, будто это касалось её самой.

По дому вовсю ходили слухи, что второй молодой господин таскает за собой эту девчонку из Чхонрима как комнатную собачку, но она и подумать не могла, что её будут так кошмарить, даже не давая времени позавтракать.

— Говорят, он её чуть что на колени швыряет и наказывать заставляет. Кто-то даже видел, как она в углу с поднятыми руками стояла! — зашептались другие горничные, подкравшись к Чжин Чжу.

— Ага, а вчера она весь день голодная одна трубу чистила, пока лицо как уголь не стало. Стопудово она какую-то дичь сотворила.

— Слышали сплетню, будто она что-то украла у молодого господина? Вот он её и прессует!

Девчонки весело хихикали, перекидываясь слухами, пока Чжин Чжу, не выдержав, не приструнила их:

— Хватит нести бред. Рю Ан не такая.

— Да ладно вам, она же из Чхонрима! Может, она и у нас что-нибудь прихватит!

— Я сказала: замолчали!

Чжин Чжу состроил строгое лицо и выдала им по первое число. Только тогда молодые служанки притихли и уныло разбрелись по местам. Чжин Чжу тяжело вздохнула и покачала головой.

— Ну и молодой господин... Сам же прекрасно знает, что выходцам из Чхонрима в особняке «Хваён» не рады. Зачем тогда вообще притащил её сюда? — пробормотала она, глядя в окно. Рю Ан к этому времени уже превратилась в едва заметную крошечную точку вдали.

Рю Ан неслась к главному корпусу, задыхаясь на ходу. Длинные волосы были наспех завязаны в какой-то невнятный растрёпанный пучок, а молния на спине сарафана осталась недорасстёгнутой, из-за чего ткань при каждом шаге смешно хлопала по лопаткам.

Щёки пылали от бега по утреннему морозцу. Сквозь зубы вырывалось тяжёлое, рваное хрипение.

«Как только в семь утра пробьёт колокол, сразу ко мне. Даю тебе целых тридцать минут».

Бэк Са Гём назвал это «целыми тридцатью минутами», но для Рю Ан, которая только зубы чистила и умывалась целую вечность, это было нереально жестким дедлайном. Приходилось умываться на кошачий манер за секунду и сразу врубать турбо скорость, чтобы успеть вовремя.

— Ха-а, ха-а...

Взлетев по лестнице, Рю Ан попыталась отдышаться перед дверью, но перед ней с ледяной миной вырос Сим Хёк.

— Спиной повернись.

— ...А, да!

Она послушно повернулась, и Сим Хёк одним движением застегнул молнию на её сарафане до конца. Впрочем, взгляд его выражал крайнее недовольство. Он смотрел на неё так, словно перед ним был какой-то наглый таракан. Тем не менее, Рю Ан вежливо сложила руки перед собой и поклонилась:

— Спасибо за помощь.

Он даже бровью не повёл на её вежливость, лишь холодно кивнул на дверь. Было немного неловко, но к такому игнору она уже привыкла. Рю Ан постучала.

— Здравствуйте, молодой господин. Это Рю Ан.

Стоило ей договорить, как в животе раздалось громкое, предательское урчание. Сгорая от стыда, она поспешно прижала ладонь к пупку, но желудок продолжал издавать звуки, похожие на раскаты грома. Давал о себе знать пропущенный завтрак. Сим Хёк тут же одарил её презрительным взглядом и цыкнул языком:

— И что молодой господин нашёл в этой мыши подвальной?..

Эти слова, хоть и были сказаны тихо, чётко врезались ей в уши. Наглый стёб. Рю Ан, уже открывая дверь, резко зыркнула на Сим Хёка:

— ...Я не мышь, я собака.

— Что?

Взгляд Сим Хёка стал настолько колючим, что Рю Ан поспешно пролепетала: «Да я просто так...» — и пулей юркнула в комнату.

Вообще-то, быть собакой куда круче, чем крысой. В Чхонриме, где куча голодающих, даже крыса считается деликатесом, но вот собак никто и никогда не ест. Проще уж человечину поджарить.

Если кто-то с голодухи сожрёт собаку, его заклеймят дикарём и забросают камнями до смерти. Вот бы Бэк Са Гём об этом знал...

Рю Ан подошла к кровати и смиренно сложила ладошки.

— Здравствуйте, молодой господин.

Не успело приветствие слететь с её губ, как тёмно-зелёные бархатные занавески, спускавшиеся с балдахина, резко раздвинулись.

Бэк Са Гём сидел на краю постели и буравил её тяжёлым, колючим взглядом. От него буквально за версту веяло дикой раздражительностью — явный признак того, что он опять не сомкнул глаз за всю ночь. Взгляд был колючим, а лицо — мертвенно-бледным.

Рю Ан тут же выпрямилась по струнке.

Пару дней назад она уже совершила ошибку, дежурно ляпнув такому же невыспавшемуся психопату: «Хорошо ли вам спалось?». Ответ в духе «Я по-твоему похож на того, кто хорошо поспал?» стоил ей целого дня адского труда — она до седьмого пота драила ковры по всему особняку. В такие моменты нужно фильтровать каждое слово и следить за каждым жестом.

— Похоже, вы плохо спали, молодой господин, — осторожно начала Рю Ан, попытавшись выдавить из себя подобие вежливой улыбки.

Однако Бэк Са Гём вместо ответа просто закрыл глаза и запустил пальцы в волосы, зачёсывая чёлку назад. Влажные от пота пряди послушно легли вслед за его рукой.

— ...Вас что-то беспокоит? — аккуратно спросила она, перебирая пальцами. Чтобы ладить с этим чертовски капризным господином, этот вопрос приходилось задавать регулярно.

Присмотревшись, она заметила, что на его крепкой груди, видневшейся в вырезе халата, выступил холодный пот. Кожа казалась неестественно горячей.

— Вам нездоровится, молодой господин?

— А что? Переживаешь за меня? — Бэк Са Гём мягко улыбнулся.

Но Рю Ан, которая уже немного научилась сканировать его фальшивые эмоции, лишь выдавила ответную натянутую улыбку. Это был плохой знак. Такая улыбочка означала: «Если сейчас же нормально не ответишь — прибью».

— Ну так что, Рю Ан? Я спросил: ты будешь переживать, если я заболею?

Похоже, у него с самого утра обострился его фирменный маразм. На этого парня иногда накатывало, будто в него вселялся какой-то злой дух.

Обычно он строил из себя благородного и милого парня, улыбался, сюсюкал и говорил исключительно приторным тоном, но стоило какому-то винтику в его голове сдвинуться — он мгновенно превращался в ледяного, капризного и непредсказуемого психа. В такие моменты лучший вариант — просто тупо во всём с ним соглашаться и поддакивать.

— Ну конечно. Это же очевидно.

«Естественно я буду переживать, если мой ходячий кошелёк, который платит мне зарплату, откинет копыта».

— Может, принести вам прохладное влажное полотенце?

— И кто же это у нас так заботится о больных?

— ...Да так. Мой брат тоже иногда простужался. Когда у него поднимался жар, он всегда обматывал шею холодным полотенцем и так ходил.

— Ах, брат...

Бэк Са Гём со странной миной вскинул бровь.

— Совсем забыл, что у тебя есть брат.

— Ничего страшного. Он ведь для вас никто.

— А для тебя, значит, кто-то важный?

— Само собой. Он же моя семья, конечно он важен.

Рю Ан уверенно кивнула. Но Бэк Са Гём больше ничего не ответил. Он лишь продолжал молча гипнотизировать её взглядом, который стал заметно холоднее, чем пару минут назад.

«Чёрт, да что я опять сделала не так?»

Рю Ан лихорадочно прокрутила в голове весь разговор, но так и не смогла догадаться, на каком именно слове у него испортилось настроение.

— Эм... Молодой господин?

— Мне сказали, ты спрашивала у экономки разрешения отлучиться.

Спустя долгую паузу он наконец соизволил подать голос.

— Это тоже из-за брата?

— ...А! — Рю Ан поспешно прижала руки к телу. — Да, всё верно. Брат прислал весточку, говорит, хочет повидаться. Он обычно никогда о таком не просит... К тому же, у него скоро день рождения! Я-я, конечно же, даже не думаю о побеге! Я сделаю всю работу заранее, честное слово, ничего не заброшу!

— И с чего бы мне тебе верить?

— Ну...

— Да и вообще, разве для зэка в тюрьме день рождения имеет хоть какое-то значение? — спросил он со своей этой безупречной улыбкой. Тон был мягким, но слова жалили, как осы.

Рю Ан растерянно захлопала глазами, не зная, что ответить. Но Бэк Са Гём, даже не дав ей вставить слово, решительно мотнул подбородком в сторону двери:

— Вместо того чтобы кудахтать про день рождения, иди-ка на улицу и прополи сорняки в саду. Глаза мне мозолят.

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Побег из драконьей жизни: дневники вселившегося | 16

2026-05-22T12:35:41.862Z

Охотники прекрасно понимали: для заносчивых господ из замка они — не более чем удобные мотыги для прополки сорняков, которыми сподручно копать лечебные травы в проклятом лесу. И отправка поискового отряда была вызвана вовсе не заботой о жизнях простых работяг, а страхом, что сорвётся регулярная поставка ценного сырья.

Тут даже взвешивать нечего. Чтобы завалить хотя бы одного взрослого дракона Пенсильта, им бы потребовались специализированные баллисты, толпа опытных рыцарей, профессиональные загонщики и как минимум парочка боевых магов. Конечно, в самом крайнем случае рыцари могли попытаться пойти в лобовую своими силами, но...

«Потери будут просто колоссальными».

А ни один лорд не позволит гробить свои элитные войска ради безродной деревни. Старая, по факту чужая и ржавая мотыга против собственного сияющего, дорогущего меча. Чтобы сравнить их ценность, весы не нужны.

— Вот если бы этот гад долетел до самого замка и устроил там погром, тогда да, они бы зашевелились. А пока он сидит в лесу — и пальцем не пошевелят. — ...Блин, да я бы лично доплатил, чтобы он долетел до их замка и разнёс его к чертям, — мрачно выдохнул кто-то в углу.

После этой горькой реплики в зале ратуши повисла гробовая тишина. Проблема в том, что это был не волк, а дракон. Мало того, что эти ящеры плевать хотели на правила леса и спокойно перемещались между его ярусами, так они ещё и при желании могли запросто выйти во внешний мир. В дикой природе люди не натыкаются на них на каждом шагу только потому, что сами драконы не горят желанием покидать чащу. Короче, ситуация — тупик.

Мужики, которые ещё недавно планировали партизанскую войну, думая, что имеют дело с молодой гарпией, совсем пали духом и уныло опустили плечи. Паника и упаднические настроения косили ряды, но староста молчал. Да и что тут скажешь, если это не нытьё, а суровый реализм и прогноз на ближайшее (и весьма паршивое) будущее?

— Может... нам стоит уйти отсюда? — подал голос один из травников.

В ответ — ни звука. Жители Лесной деревни собрались здесь не от хорошей жизни, у каждого за спиной был свой «скелет в шкафу». Уйти-то можно, но тогда придётся снова посмотреть в глаза своему прошлому, от которого они так долго бежали.

А история старосты была особенной даже на общем фоне.

— Нет, — отрезал он.

Он не мог бросить это место. И его причины немного отличались от тех, что были у остальных. Мужчина так сильно сжал кулаки, что костяшки побелели до синяков, и мысленно вернулся к своей дочери. Ротол. Моя маленькая, драгоценная Ротол, ради которой я готов на всё.

Ба-бах!

— Какого?! — мужики повскакивали со своих мест.

Прямо посреди зала материализовалась Ротол. Староста на секунду зажмурился: «Я что, настолько по ней соскучился, что уже глюки ловлю?» Но нет, дочка была вполне себе настоящей.

— Ротол, ты как тут оказалась?! — Твою маузер, да она же...!

Оказывается, девчонка сиганула прямо из небольшого деревянного оконца под самым потолком, которое прорубили чисто для вентиляции. Ротол мастерски сгруппировалась в воздухе, выдала идеальный кувырок при приземлении прямо перед отцом и как ни в чём не бывало вскочила на ноги. Фирменный прыжок веры, тайминг, координация — придраться не к чему. Староста даже на долю секунды восхитился: «И какой гений так круто обучил девчонку?..» — но тут же включил режим строгого отца.

— Ротол! — прорычал он так, что стены задрожали.

Обычно он журил её за мелкие пакости, но никогда по-настоящему не выходил из себя. Сейчас был первый раз. Девчонка вздрогнула от такого напора, но позиций не сдала.

— Всё не так! — крикнула она. — Если накосячила, умей признать вину и извиниться! Я своими глазами видел, как ты только что сиганула из окна... — Да я не про окно! Дракон ни в чём не виноват! — перебила она отца, раскрасневшись от избытка чувств. — Эти следы укусов... Я тоже их видела! Но он укусил дядю Зена не для того, чтобы сожрать! Если бы он хотел убить, от бедного дяди вообще ничего бы не осталось, а там просто аккуратный прикус! — Хватит, — оборвал её староста. — Прекрати! Другие охотники погибли вообще в глубине леса! А дядю Зена нашли прямо у деревни! Они же вместе уходили! — Ротол!!!

Староста взревел раненым львом и резко вскочил, отчего его тяжёлый стул с грохотом отлетел назад. Но Ротол даже шага назад не сделала.

— Да как бы дядя Зен с такими ранами сам дошёл до деревни?! — ...! — Он не сам пришёл! Это дракон притащил его на себе и спас! — сжав кулачки, во всё горло закричала девчонка. — Этот дракон — мой друг!

В зале воцарилась тишина. Староста вдруг поймал себя на глупой мысли: «А дочка-то подросла... Ладошки уже не такие крошечные, как раньше». Время для подобных сентиментальных размышлений было максимально неподходящим, но этот факт почему-то намертво врезался ему в голову.

Скрип... Тяжёлая дверь ратуши робко приоткрылась. На пороге показался Мирим с опухшими, как у рыбы, глазами, а за его спиной вежливо, но решительно протиснулся Одан, который даже в такой экстремальной ситуации не забыл учтиво поклониться старшим. Мальчишки быстро подлетели к Ротол и встали с ней плечом к плечу.

— Ротол правду говорит! — Он наш кореш! Пожалуйста, поверьте нам!

Поняв, что отступать некуда, троица на одном дыхании вывалила взрослым всю правду о своих приключениях с «Ромео».

В итоге малолетних заговорщиков предсказуемо заперли в доме старосты под домашний арест.

— А-а-а-а! Выпустите! — доносился изнутри слёзный вой.

Сторожить молодёжь приставили местных стариков. Пожилым людям было искренне жаль ревущих навзрыд детей, но мужики во главе со старостой устроили в ратуше такой жёсткий и мрачный совет, что старики даже побоялись зайти внутрь дома, чтобы успокоить мелких.

Дискуссия затянулась до глубокой ночи. Время шло, а к общему знаменателю так и не пришли. И вот, когда на ночном небосклоне высоко взошёл Мирлимпус (местная луна), двери ратуши с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, который задыхался так, будто пробежал марафон.

— С-староста!! Там...

Это был один из деревенских часовых. У всех присутствующих в голове синхронно пронеслась одна и та же паническая мысль: «Дракон вернулся и пошёл на штурм?!»

— На улице... Там!..

Бабах! Сметая всё на своём пути, толпа мужиков во главе со старостой ломанулась на выход. Спойлер: это был не дракон. Монстры обычно не ходят в атаку с факелами наперевес. Но радоваться было рано — ситуация оказалась ещё хуже. Староста глухо застонал, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

«Да как так-то?.. Почему они здесь?!»

Прямо посреди чащи Моря Леса мелькали сотни огней. Их становилось всё больше, и они уверенно приближались к деревне. Полнейший кошмар пришёл вместе с отблесками пламени.

Это была армия Восточной Империи — Денос.

Пока деревенские только паниковали из-за волков, Каэлус со своим отрядом вплотную подобрался к границе Моря Леса со стороны Деноса. Герцог мрачнел с каждым шагом, и его рыцари разделяли это паршивое чувство. Расстояние между двумя империями в этой точке оказалось критически малым — куда ближе, чем они рассчитывали.

«По дороге нам не встретилось ни одного нормального, опасного мамулы», — крутилось в голове у командира.

И это логично. Одно дело — северная часть леса шириной в сотни километров, и совсем другое — этот узкий «аппендикс» в 10 км, который можно пересечь за пару часов. По законам природы сильные монстры здесь просто не приживались, уступая место слабой фауне.

— И при таком раскладе самое опасное, что тут водится — это недоросший грифон? — тихо ругнулся один из бойцов.

А это значит, что если Денос решит двинуть сюда регулярную армию, единственным препятствием для них станут обычные заросли и бурелом. Никаких тебе плотоядных тварей S-класса. Мозг Каэлуса работал в режиме суперкомпьютера.

«Как только вернёмся, нужно срочно перебрасывать сюда войска. Снарядить магов, пусть раскидают по лесу сигнальные заклинания, и организовать здесь полноценную укреплённую границу...» — Командир, — шёпотом прервал его мысли Нитан, указав пальцем вперёд.

Впереди виднелась приграничная Лесная деревня со стороны Деноса. Рыцари синхронно, словно по щелчку, затаили дыхание и слились с тенями. Несмотря на глубокую ночь, во вражеском лагере было светло как днём. Даже слишком светло.

Один из рыцарей не удержался от тихого матерного возгласа, но товарищ тут же зажал ему рот ладонью. Впрочем, Нитан прекрасно понимал обоих — увиденное реально шокировало.

— Эй, шевелись! Тащи эту хрень аккуратнее! Если порвёшь хоть один мешок, лично запорю до полусмерти! — Это все палатки? Хм, маловато будет для наших сил... — Ты дебил?! Где детали от осадных орудий? Почему никто не знает, куда их разгрузили?! Живо ко мне ответственных, я из них душу вытрясу!

Всё было максимально серьёзно. На той стороне полным ходом шло развёртывание полноценного военного лагеря. И пусть численность солдат пока была небольшой, масштаб поражал.

— Это только авангард. Основные силы подтянутся в мгновение ока, — прошептал Нитан. — Матерь божья, у них там даже Кнумы есть... — Эти ублюдки реально решились на полномасштабную войну...

Один за другим рыцари начали тихо ругаться, растеряв весь свой пафос. Даже тот, кто секунду назад призывал к тишине, опустил руку и просто молча хренел от масштаба замеса.

Каэлус не проронил ни слова. Он не двигался, почти не моргал, буквально сканируя вражеские позиции и запечатлевая в памяти каждую деталь.

«К счастью, они ещё на этапе строительства».

Судя по всему, лагерь начали возводить всего пару дней назад. Но намерения Деноса стали ясны как день — они собираются атаковать Фирмус, используя этот узкий коридор в Море Леса как идеальный плацдарм.

«Повезло, что мы наткнулись на них именно сейчас».

Герцог попытался подбодрить себя этой мыслью и уже поднял руку, чтобы отдать приказ к отходу по языку жестов. Но сделать это не успел. Из темноты лагеря донеслись голоса:

— Где наши скауты? — Ещё не вернулись, господин. — Цыц! Срочно труби сбор всем патрулям. — Но как же...

Шлёп! Развелся сочный подзатыльник.

— Да мы тут уже несколько дней торчим, и ни одной живой души не встретили! Местный охотник же говорил, что когда мы припёрлись такой толпой, всё зверьё в ужасе разбежалось. Как вернутся — сразу отправляй их на разгрузку, нам рук не хватает! — Есть... Будет сделано!

Пока рыцари Фирмуса слушали этот высокоинтеллектуальный диалог, они совершили роковую ошибку — слишком увлеклись и проглядели опасность со спины. Ближайший к кустам боец отряда отреагировал молниеносно, заломив шею внезапно вынырнувшему из темноты вражескому разведчику, но было уже поздно.

Тот, умирая и трясясь всем телом, из последних сил успел сжать зубами армейский свисток.

ПИИИИИИИИИК!!!

Модифицированный для военных нужд оглушительный свист буквально разорвал ночную тишину леса.

— Тревога! Нападение! — Что там? Монстры?! — Нет! Шпионы! Люди! — Взять их живыми!!

Бойцы 1-го рыцарского отряда ломанулись назад без оглядки. Слишком близкая дистанция к лагерю сыграла с ними злую шутку: рыцари Деноса среагировали мгновенно и лавиной бросились в погоню.

— Их слишком много, командир! Нас зажимают в клещи, ещё немного — и окружат! — Уходим на север! — скомандовал Каэлус.

Чем дальше на север — тем шире становится Море Леса. И, соответственно, тем более жуткие и кровожадные твари там обитают. Но выбора у них не было. Каким бы элитным ни был 1-й отряд императора Тортана, выстоять вдесятером против целой армии на открытой местности они не могли при всём желании.

— Сначала оторвёмся от погони, потом перегруппируемся! — ледяным тоном скомандовал Каэлус, резко меняя траекторию.

Глухая, тёмная чаща без намёка на тропы нисколько не сбавляла его безумный темп. Он летел сквозь заросли с грацией хищника.

— Блин, Нитан, глядя на шефа в такой обстановке, он реально похож на какого-то чистокровного эльфа... — умудрился на бегу прошептать один из рыцарей. — Ты идиот?! Тебе сейчас до шуток?! Хотя... блин, согласен, есть такое. — Да я же говорю!

Каэлус, который до этого молча прокладывал дорогу, резко притормозил и медленно повернул голову назад. На его лице не было ни единой эмоции, но взгляд красноречиво говорил: «Если не хотите сдохнуть прямо здесь — заткнитесь и бегите за мной». Мужики спорить не стали и моментально «выключили» звук.

Ночной лес не прощал ошибок и не принимал ничью сторону. Каэлус без колебаний растворился в чернильных тенях Моря Леса, увлекая за собой отряд.

Ну что, ситуация накалилась до предела! Ромео и дети раскрыли свои карты перед старостой, но теперь на деревню прёт целая армия Деноса. А Каэлус со своими ребятами улепётывает прямо вглубь леса, где сидит наш пугливый дракоша. Как думаешь, пересекутся ли их пути в этой суматохе, и успеет ли Ромео спрятать своих птенцов до того, как начнётся замес?

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум

Дай мне клевер | 27

2026-05-22T11:12:36.681Z

В отличие от Ём Чон Хо или Чхве Хвана, с Мун Гён У он до сих пор толком даже не разговаривал. Они всю дорогу сосуществовали как кошка с собакой, так что Ли Ён Рок даже в страшном сне не мог вообразить их парой. Да и сам он к этому не стремился, и Мун Гён У, очевидно, желал подобного меньше всего на свете. Если директор Ём был для него объектом искреннего восхищения, а Чхве Хван — придурковатым сверстником, то Мун Гён У в этой иерархии стоял даже ниже случайных знакомых по клубу вязания.

— Ты бы лучше сам с директором поладил, — буркнул Ён Рок.

— Мог бы и не говорить, у нас и так всё на мази, — самодовольно фыркнул Чхве Хван. — Не находит, что мы с хёном Чон Хо идеально подходим друг другу по статусу?

С тех пор как у Ли Ён Рока проявились «партнеры по имени», его романтические иллюзии изо дня в день разбивались в пух и прах. Подобная логика в духе «о, раз нас четверо, то как раз по парам разобьемся и порешаем вопросы» или «мы подходим друг другу по калибру» была бесконечно далека от того, что сам Ён Рок вкладывал в понятия «семья» и «родственные души». Поэтому он просто промолчал.

— Но почему он вечно так занят? — продолжал канючить актер, с тоской глядя на мгновенно опустевшую тарелку из-под чаджана. — С ним даже на нормальное свидание сходить — целый квест.

Пока Чхве Хван не принялся вылизывать посуду, Ли Ён Рок ловко перехватил её, закинул в раковину и буднично отозвался:

— Так директор сейчас занят на сходках с главами других корпораций, они по горам лазают.

— ...Э, реально?

— Ну да. В прошлый раз они покорили гору Чирисан, а теперь на Сораксан собираются. Ты в курсе, что если в названии горы есть слог «Рак», то это означает лютый, зубодробительный подъем? От слова «рак» — в смысле, корячиться придется не по-детски. Вот они после Чирисана туда и идут. Чисто ради азарта первопроходцев.

— Так вот почему она так называется?..

Чхве Хван наивно закивал. Но пока до его звездной головы дошло, что его откровенно разводят, и он возмущенно завопил на весь дом, Ли Ён Рок уже благополучно свинтил к себе.

Вернувшись в комнату, парень переоделся и прихватил вязание. В последнее время еженедельные сходки клуба рукоделия приносили ему кучу удовольствия. Ему нравилось быть самым младшим и окруженным всеобщей заботой, к тому же там у него появился настоящий бро по вязанию — тот самый мужчина, которого он недавно встретил в книжном магазине. Тот зарегистрировался на форуме по наводке Ён Рока и тоже пришел на встречу.

— Меня зовут Ли Сон Мён. Прошу любить и жаловать, — представился он.

Благодаря привлекательной внешности, благородным манерам и подвешенному языку, Ли Сон Мён мгновенно стал ходячим хит-парадом среди местных дам. Хотя его навыки вязания были, мягко говоря, катастрофическими, стоило мужчине покрыться каплями пота над очередной петлей, как со всех сторон сбегались помощницы. Несмотря на солидную разницу в возрасте, Ли Ён Рок был искренне рад простому факту наличия еще одного парня в клубе.

— Ура, я закончил! — победоносно завопил Ён Рок, высоко задрав готовое изделие.

Вокруг тут же раздались дружные аплодисменты.

— Надо же! Наш Ён Рок уже целый шарф связал!

— Какая умница, у этого мальчика просто золотые руки!

Преисполнившись гордости от лавины комплиментов, парень с важным видом намотал шарф на шею. Мягкая пряжа уютного бежевого оттенка пришлась ему очень по душе. Оглядевшись, он заметил, что большинство участниц пыхтят над вещами с конкретной целью — подарить их своим вторым половинкам или близким.

«Может, и мне кому-нибудь связать?..»

Ли Ён Рок мысленно перебрал всех обитателей особняка. Мун Гён У и Чхве Хван отпали сразу, а дарить такое Ём Чон Хо было даже как-то неловко — слишком дешевый материал, директора это только в краску вгонит. Да уж, психологическая дистанция давала о себе знать. Эх, ни семьи, ни любимого человека ... «Оставлю себе, а в следующий раз свяжу что-нибудь классное для госпожи Пак», — решил он.

Поскольку на улице заметно потеплело и в шарфе стало жарковато, парень принялся аккуратно складывать его в сумку, чем вызвал искреннюю зависть Ли Сон Мёна.

— Завидую я тебе, Ён Рок-кун. Бог знает, когда я свой мучить закончу, хо-хо...

— У вас обязательно всё получится! — подбодрил его Ён Рок.

Однако Ли Сон Мён, похоже, на сегодня лимит вязального задора исчерпал. Вместо этого он повернулся к остальным и предложил:

— Раз уж наш Ён Рок сегодня завершил свой первый шедевр, как насчет того, чтобы обмыть это дело? Я угощаю!

Идея зашла на ура. Конечно, поскольку сходка была неофициальной, всё «празднество» заключалось в передислокации в ближайший паб. Из-за внезапной смены локации Ли Ён Рок вежливо извинился, добежал до припаркованой машины и предупредил Пак Чхун Сона и Чон Бо Ына о перемещении.

Уже в пабе, вовсю уплетая хрустящую свежепожаренную курочку, парень внезапно наткнулся на чей-то жутко любопытный взгляд.

— Слушай, Ён Рок, а у тебя, походу, семья обеспеченная, да?

— Хрум... Кхе, что? Я?

Ли Ён Рок от неожиданности чуть косточкой не подавился и уставился на спросившую даму.

— Ну так за тобой каждый раз, как ты на сходки приезжаешь, такой солидный седан прикатывает.

— Вот-вот, и одежда на тебе дорогая, и манеры такие... интеллигентные, сразу видно — домашний, ухоженный мальчик.

— Настоящий молодой господин, точно вам говорю!

Сам Ли Ён Рок, чье детство и юность были бесконечно далеки от понятия «ухоженный мальчик», мог лишь выдать неловкое «ха-ха». Не рассказывать же им, что вся эта роскошь — чистой воды благотворительность от его «партнеров по имени», на чьем шее он сейчас благополучно сидит. Ли Сон Мён тоже вставил свои пять вон:

— Наверняка дома Ён Рок-куна носят на руках и сдувают с него пылинки.

— Ну... как сказать... обычное дело.

Поскольку до «носят на руках» там было как до Луны пешком, парень выдал горькую усмешку, которую тут же поспешил спрятать. Рассказывать в такой компании, что в собственном доме он на правах невидимки и ни один из трех партнеров его толком не выбрал, означало напрочь испортить праздничную атмосферу. Так что он технично перевел стрелки:

— Кстати, а вязать мягкие игрушки — это очень сложно? Я тут недавно видел такую милую схему для вязания бургера...

Посиделки вышли отличными, если не считать того, что парню попытались сосватать чью-то дочку, от чего он вежливо открестился. Но под конец его вечное проклятие в виде тотального невезения всё-таки дало о себе знать.

— Ой-ой!

Официант, тащивший поднос с огромным количеством бокалов разливного пива, внезапно покачнулся и со всего маху опрокинул всё это великолепие прямо на Ли Ён Рока. В секунду парень промок до нитки. Сидел, никого не трогал, спокойно ел курицу — и тут такой погром. У Ён Рока аж в глазах потемнело от обиды. Ну почему в самый классный момент его жизнь обязательно должна включить режим подлянки?..

— Извините! Мне так жаль, простите, пожалуйста!

— Да вы что творите?! — грохнул кулаком по столу Ли Сон Мён. — Вы вообще под ноги смотрите, когда заказы разносите?!

Официант побледнел как полотно и принялся без остановки кланяться и извиняться. Видя, что мужчина заступился за него как за родного, Ли Ён Рок даже как-то поостыл и принялся его успокаивать:

— Всё нормально, правда. Дайте просто каких-нибудь салфеток или полотенце, пожалуйста.

— Господи, да ты же насквозь мокрый! Нигде не ушибся?

— Держи салфетки!

Благодаря коллективной помощи дам они кое-как ликвидировали последствия потопа, но от парня теперь разило пивзаводом на километр вокруг, так что продолжать банкет желание отпало напрочь. Ли Ён Рок повернулся к официанту, который как раз пытался принести ему новый бокал взамен пролитого:

— Мне больше не надо пива, спасибо. Принесите лучше колу.

— За счет заведения, примите наши извинения!

Перепуганный сотрудник пулей метнулся к барной стойке и притащил стакан со льдом — сервис на грани фантастики.

Ли Ён Рок уже занес стакан, чтобы сделать глоток, как вдруг замер. На самой поверхности, отчаянно барахтаясь в газировке, плавала какая-то муха. Мошка посреди зимы? Да уж, денек сегодня явно не задался ... Поскольку к подобным шуткам судьбы парню было не привыкать, он просто сделал вид, что пьет, и поставил стакан обратно. Официант и так весь так и вился вокруг, не зная, куда деться от стыда, так что устраивать вторую сцену Ли Ён Рок не стал и просто промолчал.

Вся честная компания собиралась двигать на «второй раунд», но парень, от которого за милю разило перегаром из-за промокшей одежды, вежливо слился. Стоило ему сесть в машину, как Пак Чхун Сон и Чон Бо Ын знатно обалдели:

— Господин, это сколько же вы умудрились выпить, что так... Погодите, да вы же весь мокрый! Вас там что, пивом облили?

Заметив в их глазах подозрение, что парня в клубе банально затравили, Ли Ён Рок поспешил выложить всё как на духу, попутно жалуясь на жизнь.

— Пить хочется... У вас водички не найдется?

К жареной курице идеально подошло бы холодное пиво или кола, но поскольку он так ничего и не попил, в горле знатно пересохло. На самом деле, у его отказа от продолжения банкета была еще одна причина. Пивная одежда — это ладно, но в такие фатально неудачные дни лучшее, что можно сделать — это забиться в свою комнату и не отсвечивать. Ли Ён Рок сделал глоток из бутылки и философски подумал:

«Хотя, если тебе суждено схватить неудачу за хвост, то даже дома может случиться пожар».

Вспоминая весенний инцидент в начале года, он понимал, что такой расклад вполне реален. Поскольку тусовка сорвалась, парень решил устроить себе компенсацию: заскочил в круглосуточный за банкой пива и чипсами и поднялся на крышу особняка. Там он организовал себе персональный коктейль и устроился перед костром.

Когда в голове приятно зашумело, он потушил роскошный уличный камин и спустился на первый этаж, как вдруг до его уха донесся странный звук.

— ...Это еще что?

Ли Ён Рок, как раз выкидывавший пустую жестянку в бак для сортировки мусора, настороженно огляделся.

— Мх-х... Кхе! Уф!

Звук был похож на сдавленные, тяжелые стоны... Кому-то плохо? Напрягая все органы чувств, парень пошел на звук и... замер как вкопанный. На полу гостиной, тяжело дыша и катаясь по ковру с пунцовыми лицами, переплелись Ём Чон Хо и Чхве Хван.

«Да они издеваются! Забыли дорогу в спальню и решили прямо тут, на полу...?!»

Ли Ён Рок в ужасе развернулся, собираясь сбежать, чтобы не становиться свидетелем чужих непотребств, но тут его словно током дернуло.

«Стоп... Что-то тут не так. Если они... кхм, то почему оба в одежде?»

К тому же, ладно Чхве Хван, но чтобы благородный директор Ём устроил подобный беспредел посреди гостиной? На него это было совсем не похоже. Сгорая от внутренних противоречий, Ли Ён Рок развернулся обратно. Опасаясь увидеть лишнее, он до максимума сощурил глаза и, вытянув шею, заглянул в комнату.

Осознание реальности накрыло его волной шока.

— Да вы издеваетесь?! — выкрикнул он, вваливаясь в гостиную. — Что вы двое вообще творите?!

Подпишитесь на премиум подписку, чтобы читать главы раньше всех!

Перевод сделан командой Radar Novels| Подписка на премиум